Новость дня на 23 Декабря 2008

Евангелист Иоанн говорит здесь о сути того, чему он стал свидетелем, — о земной жизни Иисуса Христа. Оглядываясь назад через шестьдесят лет после описываемых событий, он видит и называет главное: Предвечный Логос, Тот, в Ком весь смысл мироздания, весь замысел о творении, Тот, Кто и есть Бог, — воплотился, умалил Свою жизнь до жизни человеческой и обитал на земле, общаясь с Иоанном и другими современниками. Сюда, в наш мир, сошла полнота благодати и истины, став видимой, слышимой, осязаемой, явив всем, что человеческая плоть может вместить присутствие Бога, может быть чистой от греха, может быть возвышена к жизни вечной. Само слово «слава», «слава Божия» и означает видимое, постижимое явление невидимого и непостижимого Бога, не просто символ, а факт Его действенного присутствия. И апостол Иоанн свидетельствует об этом явлении Самого Бога в лице (ипостаси — по святоотеческой терминологии) Единородного Сына — Сына Божиего и Сына Человеческого, Иисуса Христа.

Здесь возникают два вопроса. Первый: верим ли мы этому свидетельству? Это не так легко: мы ведь привыкли к тому, что нам всё доказывают, тем самым принуждая согласиться, а здесь нет и не может быть никаких доказательств, никакого принуждения — надо принимать своё собственное решение, совершенно свободное...

И вопрос второй: даже если всё это было, имеет ли оно какое-либо отношение к моей жизни? Если вдуматься, всё это открывает нам, насколько высокой может быть человеческая жизнь, насколько исполненной смысла и праведности. Более того: если есть присутствие Божие в этом мире, то в него можно войти; а если Бог смог войти в человеческое тело, то Он может войти и в нас. Итак, возможно двунаправленное соединение нашей жизни с жизнью Божией, жизнью вечной! Довольно существенно, не так ли?

В Евангелии от Иоанна о служении Иоанна Крестителя сказано совсем немного. Это кажется особенно странным, если вспомнить, что автором его является человек, который, прежде чем пойти за Иисусом, некоторое время был учеником Иоанна Крестителя. Но, с другой стороны, быть может, именно поэтому евангелист не считал нужным говорить много о личности Иоанна: вероятно, не только ему самому, но и его ближайшему окружению она была достаточно хорошо известна, так что писать об Иоанне Крестителе много необходимости не было. Нужно было выделить в его служении главное, а главным было то, как сам Иоанн Креститель определял смысл своего служения, выражая его словами Исайи: приготовить путь Яхве. Тем самым пророк хотел сказать, что его задача — приготовление народа к приходу Мессии. А приготовиться к Его приходу означало, как свидетельствовал сам Иоанн Креститель, омыться, очиститься от греха.

Конечно, в призывах пророка можно увидеть нечто, напоминающее многочисленные в те времена братства тех, кого историки религии называют «эмеробаптистами», «постоянно омывающимися». Такими были и ессеи, практиковавшие регулярные очистительные омовения. Если в традиционной иудейской практике омовение всегда было связано с очищением от конкретного совершённого человеком греха, то ессеи (включая кумранитов, с которыми Иоанн, по-видимому, был связан в молодые годы) делали это регулярно, считая, что оскверняет человека сама жизнь.

Но сходство в данном случае было лишь внешним: в отличие от «постоянно омывающихся», Иоанн не считал, что очищение — процесс бесконечный. Он лишь был уверен, что очиститься до конца человек сможет только тогда, когда сила Божия полностью преобразит его природу. И ещё он был уверен, что грядущий Мессия сумеет это сделать. А своей задачей пророк, как видно, считал напоминание о том, что одной религиозности недостаточно и что человек, считающийся, согласно традиционным представлениям, чистым и вполне благополучным, в глазах Божиих таким не является. А потому нужно быть готовым к тому, чтобы сделать следующий шаг на пути противостояния собственной греховной природе. Шаг, открывающий путь в Царство.

Греческое слово «Логос» в разных контекстах означает не только «слово», но и «смысл», «замысел», «знание», «разум» и даже «путь»... Тогда воплощение Слова — это и проявление для людей Божественного Разума, и раскрытие Его Замысла, и откровение Пути, и явление полноты Общения (Причастия), и все это — в единой Богочеловеческой личности Иисуса Христа, жившего в этом мире, ходившего по этой земле рядом с учениками, которые Его «видели, слышали и осязали» (ср. 1 Ин 1:1).

Евангелие — это всегда свидетельство о Христе тех, кто Его знал. Мы имеем право им не поверить, можем принять их слова о благодати, истине и славе за ложь или за искреннее заблуждение, за поэтическую метафору или восторженное преувеличение — и тогда Благая Весть нас не достигнет, и мы не обретем ни смысла, ни общения, ни пути.