Мысли вслух на Мф 11:25-30
Странно слышать о том, что недоступное для мудрых и разумных открыто младенцам. Конечно, мы уже привыкли к тому, что слова Иисуса содержат в себе не только прямой смысл, но и притчу. И всё же: как могут младенцы вместить то, что оказалось не по силам мудрейшим?
Здесь слова Христа в очередной раз не укладываются в логику нашей повседневности. Но человеческая мудрость ещё в древности провозгласила: «Я знаю только то, что ничего не знаю». Только осознав собственные границы, можно надеяться их преодолеть, а чтобы что-то начать понимать, надо признать себя незнающим. Между тем книжникам и фарисеям всех времён трудно признаться в собственном незнании, и эта гордость перекрывает им возможность увидеть что-то новое незамутнённым взором. И хотя самого главного, как известно, нельзя увидеть глазами, но многое можно почувствовать незасорённой псевдознанием душой, сохранившей детскую открытость.
Когда мы слышим обещание Христа успокоить труждающихся и обременённых, этот покой в первую очередь представляется просто отдыхом от тяжких трудов. Лишь затем мы вспоминаем о покое Седьмого дня, о единении с Господом, Который и дарует возможность войти в Его покой.
То, что Христос призывает взять на себя Его иго именно труждающихся и обременённых, поначалу выглядит парадоксально. Однако это кажущееся противоречие снимается Им Самим: Спаситель — Единственный, Чей груз, будучи принят добровольно, не сгибает, а выпрямляет. Его бремя легко именно потому, что оно придаёт силы и снимает с нас невыносимую тяжесть греховного груза.