Мысли вслух на Иез 39:1-29
Сегодняшний отрывок, на первый взгляд, вновь отражает смешение двух различных перспектив: собственно исторической, связанной с эпохой Кира Великого и концом Вавилонского плена, и мессианской, уже выходящей за пределы истории. В описанных здесь событиях нетрудно увидеть зарницы грядущих великих сражений Кира и его армии, победы которой не только прославили своего полководца, но и сделали его империю самым могущественным в своё время государством Ближнего Востока.
Но нетрудно заметить здесь и отголоски событий совсем иных времён, связанных с военными походами в Иудею армий другой великой империи — ассирийской. Именно тогда, во времена царя Езекии и пророка Исайи Иерусалимского, у стен Иерусалима нашли свою смерть солдаты экспедиционного корпуса ассирийской армии, посланного Синахерибом на завоевание Египта и по пути задержавшегося в Иудее с тем, чтобы захватить Иерусалим, правителя которого ассирийцы уже давно подозревали в нелояльности и в тайных сношениях с Египтом — своим главным на тот момент военным и политическим противником. Те события стали не только для современников, но и для многих последующих поколений примером того, как Бог Израиля вмешивается в происходящее на стороне Своего народа.
Неудивительно, что и для Иезекииля они стали прообразом той последней великой войны, которая накануне Судного дня станет испытанием для всех народов земли — для всех, кроме народа Божия. Ведь он уже прошёл своё испытание, остаток сформировался, и Бог вернул его на землю отцов. Для него Суд остался позади, а обещанное пророками Царство стало реальностью.
И война, охватившая человечество и ставшая для него испытанием и Судом, останавливается на земле Иудеи, у стен священного города — останавливается так же, как когда-то, почти два столетия назад, остановилась здесь другая война, которую остановил Сам Бог. Карающий меч суда Божия останавливается у границ земли, принадлежащей Его народу. И человечество спасается от гибели в день Суда — спасается благодаря тому самому народу, о котором все его соседи думали, что история его окончена и судьба предрешена. Так человеческий суд отступает перед судом Божиим, и лишь благодаря такому отступлению у человечества появляется шанс на спасение.