При чтении библейского рассказа о грехопадении сам собой возникает вопрос: почему же Бог запрещает человеку познание добра и зла (Быт 2:16–17)? И что имеет в виду змей, говоря, что, познав добро и зло, люди «будут как боги» (ст.5)? Ведь, казалось бы, без понятий о добре и зле невозможна никакая нравственность, а значит, невозможна и духовная жизнь. Да и сам запрет в этом случае теряет смысл: как мог бы человек понять, что нарушение запрета — зло и грех, не зная ни добра, ни зла, ни различия между ними? Чтобы найти ответ, важно иметь в виду, что «познание», в том значении, в котором употребляет библейский автор соответствующее еврейское слово, предполагает не просто абстрактное изучение познаваемого объекта. «Познать» в данном случае означает вплотную соприкоснуться с тем, что познаёшь, проникнуть и овладеть познаваемым. А это, как минимум, предполагает неизбежность непосредственного контакта с мировым злом и с теми, кто ему служит. Нетрудно предвидеть, чем должен был обернуться для человека такой контакт. Но есть в этом «познании» и другой, куда более серьёзный грех. Ведь «познать» означало также и овладеть познаваемым. А овладеть «добром и злом» означало овладеть всем, что есть в мире и хорошего, и плохого. Это и имеет в виду змей, говоря, что люди тогда «будут как боги»: ведь, если бы только человеку действительно удалось стать владыкой мироздания, он бы стал своего рода маленьким богом, обладающим такой же властью над миром, как Сам Творец. Казалось бы, Бог и без того дал человеку такую власть над миром (Быт 1:28). Но она была дана человеку при одном очень важном условии: он предоставляет Богу определять, что в сотворённом Им мире добро, а что зло, в том числе и тогда, когда дело касается самого человека. Человек лишь распоряжается в мире, как управляющий в доме; хозяином же дома остаётся сотворивший его Бог. Претендуя на то, чтобы самому решать, что в мире добро, а что зло, человек тем самым хочет занять уже не место управляющего, а место хозяина дома. Конечно, это вовсе не означает, что человек с самого начала хотел именно зла, ведь зло заключается не во власти как таковой, а в том, как её используют те, в чьих руках она оказалась. Возможно, вначале человеку действительно казалось, что, став владыкой мироздания, он сможет сделать его лучше. Но сразу же после вкушения с дерева познания, когда у человека «открылись глаза» (ст.7), он убеждается в том, что он вовсе не бог и не может сделать ничего хорошего не только для мироздания, но даже для себя самого. «Нагота» здесь означает беспомощность и бессилие человека, вовсе не похожего на бога, каким человек надеялся стать, получив полную, как ему казалось, свободу и обретя независимость от своего Создателя. Прежде эта «нагота» человека не беспокоила (Быт 2:25): ведь он не претендовал на место бога. Так стремление человека к мнимой «свободе» и независимости от Бога приводит и мир, и самого человека к катастрофе, последствия которой сказываются по сей день.