31 августа 2026 г.

На протяжении вот уже почти двух тысячелетий христианские богословы и философы размышляют и спорят о том, что же нового принесло христианство в наш мир. Каждый обращает внимание на что-то себе близкое, и спорам не видно конца. Павел же говорит...

На протяжении вот уже почти двух тысячелетий христианские богословы и философы размышляют и спорят о том, что же нового принесло христианство в наш мир. Каждый обращает внимание на что-то себе близкое, и спорам не видно конца. Павел же говорит: новое теперь всё, а прежнее уже ушло, ушло безвозвратно. На первый взгляд такое утверждение может показаться преувеличением: куда же, в самом деле, ушло всё прежнее, если даже спустя два тысячелетия после прихода в мир Христа всё, как кажется, продолжает идти своим чередом? Конечно, в мире появилась Церковь, но историки видят в ней обычно лишь ещё одну религиозную организацию, когда-то могущественную, а теперь всё более теряющую своё влияние. Это нечто новое; но в остальном мир, казалось бы, всё тот же, и даже сама Церковь ничуть его не изменила. Всё те же войны (порой под христианскими лозунгами), всё та же борьба за власть (в христианском мире часто сопровождаемая высокими словами о Церкви, о чистоте её веры, о её интересах), всё те же революции и перевороты. Так что же: апостол просто принял за всемирный переворот рождение ещё одной религии? На первый взгляд может показаться именно так.

Но ведь Павел говорит вовсе не о религии. Он говорит о том Царстве, которое принёс в мир Спаситель. И именно Царство он имеет в виду, говоря о том, что теперь «всё новое». Конечно, если бы это Царство вошло в мир сразу, одномоментно, каждому бы стало ясно то, о чём говорит апостол: ведь тогда прежний порядок вещей разом бы сменился новым, вплоть до того, что изменилась бы качественно и преобразилась бы сама природа.

Но тогда в Царстве оказался бы лишь один обитатель — Тот, Кто принёс Царство в мир: ведь кроме Него войти в Царство не готов никто. Потому и входит Царство в мир постепенно, меняя его изнутри. И в Царстве действительно «всё новое». А в непреображённом мире всё идёт по-старому, иначе невозможно. И лишь в конце времён, после полного преображения творения, каждому станет ясно видно то, что видит Павел. Так же как и всякому другому, живущему в Царстве уже здесь и сейчас.