Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Перевод Кулакова (ru)
Поделиться

Вторая книга Царств, Глава 17

Царствование Давида над всем Израилем> Беды и трудности> 15 Совет Ахитофела, 5 Совет Хушая, 15 Хушай предупреждает Давида об опасности
1 Ахитофел предложил Авессалому: «Позволь мне выбрать двенадцать тысяч человек, и я в эту же ночь пущусь в погоню за Давидом. 2 Я настигну его, пока он изнурен и слаб; его самого и весь народ при виде меня охватит ужас: люди его не устоят, разбегутся, но я убью одного лишь царя. 3 Весь остальной народ я приведу к тебе - всех людей ценой одного*Масоретский текст в этом месте не вполне ясен, в LXX: весь народ я приведу к тебе, как невесту к жениху, кроме одного…, чьей смерти ты ищешь, а народ останется цел». 4 Эти слова понравились Авессалому и всем старейшинам Израилевым.
5 Но Авессалом велел: «Приведите и Хушая-аркитянина, выслушаем, что скажет он». 6 Хушай пришел к Авессалому, и тот спросил его: «Вот что предложил Ахитофел - поступить ли нам по его совету? А если нет - что предложишь ты?» 7 Хушай отвечал Авессалому: «На сей раз совет, поданный Ахитофелом, нехорош. 8 Ты ведь знаешь своего отца и его людей: они крепкие воины и теперь разъярены, как дикая медведица, у которой отняли детенышей. К тому же отец твой - опытный воин и не станет ночевать вместе с народом. 9 Вот и теперь он скрывается в какой-нибудь пещере или укромном месте. Если он нападет первым и мы понесем потери, то разнесется слух: „Гибель настигла тех, кто шел за Авессаломом!“ 10 Тогда и мужественный человек, чье сердце подобно львиному, падет духом - ведь весь Израиль знает, что и отец твой, и его люди - крепкие воины! 11 Вот что я посоветую: лучше пусть соберется к тебе весь Израиль, от Дана до Беэр-Шевы, пусть людей будет так много, как песку на морском берегу, - и сам поведи их в битву! 12 Тогда мы нагрянем, где бы он ни оказался, нападем на него, как роса падает на землю, и не останется ни одного человека из тех, кто был с ним. 13 Если же он убежит в какой-нибудь город, то весь Израиль принесет к тому городу веревки, и мы растащим его по камешкам и сбросим в долину, ничего там не останется».
14 Авессалом и все израильтяне сказали: «Совет Хушая-аркитянина лучше совета Ахитофела!» Но на самом деле это Господь судил, чтобы верный совет Ахитофела отвергли - так Господь навел беду на Авессалома.
15 Хушай пересказал священникам Цадоку и Эвьятару: «Вот что посоветовал Авессалому и старейшинам Израилевым Ахитофел, и вот что посоветовал я. 16 А теперь срочно отправьте гонца и передайте Давиду: „Не ночуй сегодня у переправы через Иордан по дороге в пустыню, но скорее переправляйся, не то погибнут и царь, и все его войско“».
17 Ионафан и Ахимаац стояли у Эн-Рогэля, ожидая вестей, поскольку им нельзя было появляться в городе. Одна из служанок ходила и всё им пересказывала, а они тут же отправлялись и извещали об этом царя Давида. 18 Но их увидел юноша, который донес на них Авессалому. Ионафан и Ахимаац спешно бежали и добрались до дома некоего человека в Бахуриме. У него во дворе был колодец*Или: резервуар - высеченная в камне подземная цистерна для сбора дождевой воды., они спустились туда, 19 а жена хозяина взяла покрывало и накрыла колодец, рассыпав сверху зерно, чтобы никто ничего не заметил. 20 Слуги Авессалома пришли к той женщине в дом и спросили: «Где Ахимаац и Ионафан?» «Они ушли за реку», - ответила женщина. Те искали их, но не нашли и вернулись в Иерусалим.
21 Когда слуги Авесалома ушли, Давидовы люди вылезли из колодца, пришли к царю и передали ему: «Вставайте, переправляйтесь скорей через реку! Ахитофел посоветовал насчет вас то-то и то-то. Бегите 22 Давид и все люди, что были при нем, встали и еще до утренней зари переправились через Иордан, все до одного. Никого не осталось на том берегу Иордана.
23 Ахитофел, увидев, что его совету не последовали, оседлал осла и отправился домой, в свой город. Он оставил распоряжения о своем доме и повесился. Его похоронили в гробнице предков.
24 Давид пришел в Маханаим. В это время Авессалом и все израильтяне переправились через Иордан. 25 Авессалом поставил над войском вместо Йоава Амасу. Тот был сыном одного израильтянина*LXX: измаильтянина. по имена Итра, который жил с Авигалью, дочерью Нахаша, она была сестрой Церуи и матерью Йоава. 26 Израильтяне и Авессалом расположились станом в Гиладской земле.
27 Когда Давид пришел в Маханаим, то Шови, сын Нахаша из Раббы аммонской, Махир, сын Аммиэля из Ло-Девара, и Барзиллай из Роглима Гиладского 28 принесли всё необходимое для войска: постель, чаши и глиняные сосуды, а также пшеницу, ячмень, муку, жареное зерно, бобы, чечевицу*Масоретский текст еще раз добавляет: и жареное зерно., 29 мед, творог, овец и коровий сыр - на пропитание Давиду и людям, что были с ним, при этом они говорили: «Народ изнывает в пустыне от голода и жажды».

Вторая книга Царств, Глава 18

Царствование Давида над всем Израилем> Беды и трудности> 1 Авессалом разбит и убит, 19 Давид узнает о смерти Авессалома
1 Давид осмотрел войско, которое шло за ним, и поставил над ними начальников, глав тысяч и сотен. 2 Треть войска Давид отдал под начало Йоаву, другую треть - под начало Авишая, сына Церуи и брата Йоава, и еще треть - под начало Иттая из Гата. Царь объявил народу: «Я сам пойду вместе с вами!» 3 «Лучше не ходи! - отвечал ему народ. - Если мы обратимся в бегство, никто и не заметит; если погибнет даже половина из нас - никому до этого не будет дела. Но ты стоишь десяти тысяч из нас! Сейчас ты больше поможешь нам, оставаясь в городе». 4 Царь ответил им: «Я поступлю так, как вы сочтете правильным». Царь стоял у ворот, а народ проходил мимо него по сотням и тысячам. 5 Царь отдал Йоаву, Авишаю и Иттаю такой приказ: «Ради меня поберегите мальчика моего, Авессалома!» И весь народ слышал приказ, данный царем военачальникам об Авессаломе.
6 Войско вышло в поле против израильтян, и столкнулись они в битве в Ефремовом лесу. 7 Там мятежные израильтяне были разбиты сторонниками Давида, великое было в тот день побоище - полегло двадцать тысяч человек. 8 Битва оттуда распространилась по всей округе*Букв.: по всей стране., а лес в тот день отнял больше людских жизней, нежели меч.
9 Авессалом ехал верхом на муле и неожиданно встретился со слугами Давида. Пытаясь ускакать от них, он зацепился волосами за густые ветви большого дуба, под которым пробегал его мул, и повис между небом и землей, а мул из-под него убежал. 10 Один из воинов увидел это и рассказал Йоаву: «Я видел - Авессалом повис на дубе!» 11 «Раз ты видел его, - ответил тому Йоав, - что же не сразил его на месте? Я дал бы тебе за это десять шекелей*Т.е. 115 г. серебра и пояс». 12 Но тот человек сказал Йоаву: «Если бы и тысячу шекелей*Т.е. около 11,5 кг. серебра мне отвесили, я не поднял бы руки на царского сына, ведь мы своими ушами слышали, как приказывал царь тебе, Авишаю и Иттаю: „Ради меня поберегите мальчика моего, Авессалома!“ 13 Я бы тогда подставил под удар свою жизнь: не укрылось бы ничего от царя, а ты бы оказался ни при чем*Или: а ты бы покинул меня. ». 14 «Нечего мне тут с тобой мешкать!» - ответил Йоав. Он взял три дротика и своей рукой вонзил их в сердце Авессалома, когда тот еще висел живым в кроне дуба. 15 Его окружили десять юношей, оруженосцев Йоава, и добили они Авессалома.
16 Йоав затрубил в рог, и войско прекратило погоню за израильтянами, потому что Йоав остановил людей. 17 А тело Авессалома сняли и, бросив прямо в лесу в большую яму, накидали сверху большую груду камней. Весь Израиль разбежался тогда по своим шатрам.
18 Авессалом еще при жизни воздвиг себе памятный камень в Царской долине и назвал в свою честь, ведь он говорил: «У меня нет сына, чтобы поминать мое имя». Называется он Авессаломовым камнем и по сей день.
19 Ахимаац, сын Цадока, тогда предложил: «Давайте я побегу, чтобы возвестить царю, какой приговор вынес Господь его врагам». 20 Но Йоав ответил ему: «Не быть тебе сегодня добрым вестником. В другой день принесешь ты добрую весть, но не сегодня, ведь царский сын мертв». 21 Йоав приказал одному кушиту: «Иди и скажи царю, что видел». Кушит поклонился Йоаву и побежал. 22 Но Ахимаац, сын Цадока, снова сказал Йоаву: «Как бы то ни было, позволь и мне побежать следом за кушитом!» Йоав ответил ему: «К чему тебе бежать, сын мой, не та это весть, что принесет тебе награду*Здесь точный смысл масоретского текста не ясен. 23 «Пусть так, но я побегу!» - сказал тот. «Тогда беги!» - ответил Йоав. Ахимаац побежал прямой дорогой и обогнал кушита.
24 Давид сидел в то время между внутренними и внешними городскими воротами, а дозорный поднялся на крышу ворот городской стены. Взглянул он и увидел: бежит человек, совсем один. 25 Дозорный крикнул и известил о том царя. Царь сказал: «Если он один, то несет добрую весть!» А человек всё приближался. 26 Тогда дозорный увидел, что бежит еще один человек, и сказал привратнику: «Вот бежит еще человек, совсем один». Царь отозвался: «И это добрый вестник». 27 Дозорный сказал: «Первого я узнаю по походке, это Ахимаац, сын Цадока». Царь сказал: «Он хороший человек и принесет добрую весть».
28 Ахимаац закричал, обращаясь к царю: «Мир тебе!», - пал перед царем ниц и добавил: «Благословен Господь, Бог твой, Он выдал людей, которые подняли руку на владыку моего царя!» 29 А царь спросил: «Жив ли мальчик мой, Авессалом?» Ахимаац ответил: «Когда Йоав посылал царского слугу и меня, твоего слугу, я видел вокруг большой переполох, но не знаю, отчего это». 30 Царь велел ему отойти и встать в стороне, он отошел и встал.
31 Вот прибежал и кушит, он сказал: «Добрая весть для владыки моего царя - сегодня Господь произвел суд над всеми, кто восстал на тебя!» 32 Царь спросил у кушита: «Жив ли мальчик мой, Авессалом?» Кушит ответил: «С врагами владыки моего царя и со всеми, кто злоумышляют против тебя, да будет то же, что и с ним!»
33 Царь в смятении поднялся в башню над воротами и зарыдал. И пока поднимался, повторял: «Сын мой, Авессалом! Сын мой, сын мой Авессалом! О если бы это я умер вместо тебя, Авессалом, сын мой, сын мой!»

Вторая книга Царств, Глава 19

Царствование Давида над всем Израилем> Беды и трудности> 19 Давид узнает о смерти Авессалома, 9 Давид возвращается в Иерусалим, 16 Давид прощает Шими, 24 Встреча Давида и Мефивошета, 31 Милость Давида Барзиллаю
1 Йоаву сказали: «Царь плачет, скорбит об Авессаломе». 2 В тот день победа обернулась всенародной скорбью: стало известно народу, что царь горюет о сыне. 3 И воины возвращались с битвы в город украдкой, как прокрадываются после постыдного бегства с поля боя. 4 А царь, закрыв лицо, кричал во весь голос: «Сын мой Авессалом, Авессалом, сын мой, сын мой!» 5 Тогда Йоав вошел во дворец к царю и сказал: «Ты обесславил ныне всех своих слуг, которые спасли сегодня жизнь тебе, твоим сыновьям и дочерям, женам и наложницам! 6 Ты, верно, любишь ненавидящих тебя и ненавидишь любящих: ты показал сегодня, что и военачальники, и воины для тебя - ничто! Теперь я знаю: если бы Авессалом был жив, а мы все мертвы, ты бы был доволен. 7 Так встань же, выйди и ободри*Или: вдохнови. Букв.: поговори к сердцу. слуг своих, потому что, Господом клянусь, если не выйдешь - этой же ночью не останется у тебя ни одного человека, и будет эта беда страшнее всех бед, которые постигали тебя с юных лет и доныне». 8 Тогда царь поднялся и сел у ворот, и всему войску возвестили: «Царь сидит у ворот», и все люди стали подходить к царю.
Израильтяне меж тем разбежались по своим шатрам.
9 И стал народ во всех родах Израилевых спорить: «Царь избавлял нас от врагов! Он спасал нас от филистимлян, а теперь бежал из страны из-за Авессалома. 10 Но Авессалом, которого мы помазали над собой, погиб в битве - так что же теперь вы молчите, что мешает вам возвратить царя?»
11 Когда царь Давид узнал, о чем говорят во всем Израиле, он послал гонцов к священникам Цадоку и Эвьятару и попросил их: «Передайте старейшинам Иудеи: „К чему вам быть последними, когда возвращают царя в его дворец? 12 Братья, вы из одного народа, одной со мной крови*Букв.: вы кость моя и плоть моя; то же в ст. 13., зачем вам быть последними, когда нужно возвратить царя?“ 13 И Амасе скажите: „Разве ты не из одного со мной народа, не одной со мной крови? Пусть так-то и эдак поступит со мной Бог и добавит к тому еще, если я до конца дней твоих не сделаю тебя военачальником вместо Йоава“». 14 Так он склонил на свою сторону иудеев, всех как одного, и они отправили к царю гонца со словами: «Возвращайся вместе со всеми слугами!» 15 Царь выступил в обратный путь к Иордану, а иудеи шли в Гилгал навстречу ему, чтобы перевести его через Иордан.
16 Шими, сын Геры, вениаминитянин из Бахурима, спешно отправился вместе с иудеями встречать царя Давида, 17 а с ним тысяча человек вениаминитян и Цива, слуга Саулова дома, со своими пятнадцатью сыновьями и двадцатью слугами. Они устремились к Иордану, туда, где был царь, 18 и сами перешли на ту сторону, чтобы переправить через Иордан царскую семью и тем угодить царю. Едва Шими, сын Геры, перешел Иордан, он пал ниц пред царем. 19 «Не ставь мне в вину, владыка мой, - стал просить он царя, - и не попомни того, как нечестиво поступил слуга твой в день, когда владыка мой царь вышел из Иерусалима. Да не примет этого царь близко к сердцу! 20 Я, твой слуга, сознаю, что согрешил, и вот сегодня я первым из всего рода Иосифова пришел встретить владыку моего царя!» 21 Авишай, сын Церуи, сказал: «Разве не достоин Шими смерти за то, что проклинал помазанника Господнего?» 22 Но Давид ответил: «Что мне до тогоИли (ближе к букв.): что между нами общего?, сыны Церуи, что вы склоняете меня сегодня к злуБукв.: что вы становитесь моими противниками сегодня?? Разве такой нынче день, чтобы казнить кого-то в Израиле, - ведь очевидно, что ныне я вновь царь над Израилем!» 23 И, обратившись к Шими, царь сказал: «Тебя не казнят», - и поклялся ему в том.
24 Вышел встречать царя и Мефивошет, сын Саула. Не омывал он ног, не расчесывал бороды и не сменял одежд своих с того дня, как царь покинул Иерусалим, и до его благополучного возвращения. 25 Когда он вышел из Иерусалима навстречу царю, тот спросил его: «Отчего ты не ушел со мной, Мефивошет?» 26 «Владыка мой царь, - ответил он, - мой слуга обманул меня! Я хотел оседлать осла и верхом отправиться с владыкой моим царем, ведь я*Букв.: твой слуга. хром. 27 А слуга оклеветал меня перед владыкой моим царем. Но владыка мой царь - как ангел Божий: поступай, как тебе угодно. 28 Весь род отца моего ничего не заслужил от владыки моего царя, кроме смерти, но ты посадил своего слугу за царский*Букв.: свой. стол - чего еще требовать мне, о чем взывать к царю?» 29 Царь ответил ему: «К чему долгие разговоры? Вот мое решение: вы с Цивой должны поделить поля между собой». 30 «Да пусть он возьмет себе всё, - сказал царю Мефивошет, - раз владыка мой царь благополучно вернулся домой!»
31 Пришел из Роглима Гиладского и Барзиллай, чтобы сопровождать царя при переправе через Иордан. 32 Барзиллай был глубоким стариком: ему было восемьдесят лет. Будучи очень богат, он снабжал царя припасами, пока тот оставался в Маханаиме. 33 Царь предложил Барзиллаю: «Иди со мной, теперь я позабочусь о тебе в Иерусалиме!» 34 Но Барзиллай отвечал царю: «Сколько мне еще осталось жить, куда уж мне отправляться с царем в Иерусалим? 35 Мне теперь восемьдесят лет, отличу ли я доброе от худого, когда стану пробовать пищу и питье, когда стану слушать певцов и певиц? К чему слуге твоему быть обузой владыке моему царю? 36 Твой слуга пройдет немного с царем за Иордан, но к чему царю наделять меня такой наградой? 37 Позволь слуге твоему вернуться в свой город и умереть там, возле могилы отца и матери. Но вот слуга твой Кимхам, мой сын, - пусть он отправится далее с владыкой моим царем, и поступай с ним, как тебе угодно». 38 Царь ответил: «Пусть Кимхам отправится со мной, и я поступлю с ним, как угодно тебе, и всё, чего ни пожелаешь от меня, сделаю тебе». 39 Весь народ перешел через Иордан, и сам царь тоже перешел. Царь поцеловал Барзиллая и благословил его, и тот вернулся к себе. 40 Царь отправился в Гилгал, и Кимхам пошел с ним. Всё войско иудейское и половина воинов израильтян были с царем на переправе.
41 Вскоре все израильтяне пришли к царю и спросили его: «Что это наши братья иудеи похитили тебя, переправили через Иордан царя Давида и его домочадцев, а с ним и всех его людей?» 42 Ответили иудеи израильтянам: «Но ведь царь родственник нам, зачем гневаться по такому поводу? Разве мы ели хлеб царя или получили от него подарки?» 43 Израильтяне отвечали иудеям так: «В царстве - десять частей наших, так что и Давид более наш, чем ваш! Что же вы обесславили нас? Разве не мы первыми заговорили о том, чтобы возвратить нашего царя?» Но ответ иудеев был более резким и обидным, чем ответ израильтян.

Вторая книга Царств, Глава 20

Царствование Давида над всем Израилем> Беды и трудности> 1 Мятеж Шевы
1 Случилось там быть одному негодному человеку по имени Шева, сыну Бихри, вениаминитянину. Он протрубил в рог и сказал:
«У Давида нет для нас удела,
нет наследия нам у сына Иессея -
расходись, Израиль, по своим шатрам!»
2 И все израильтяне отступились от Давида и последовали за Шевой, сыном Бихри. Иудеи же неотлучно оставались со своим царем, сопровождая его от Иордана до Иерусалима.
3 Вернувшись в свой дворец в Иерусалиме, царь Давид взял десять наложниц, которых оставлял присматривать за дворцом, и поселил под охраной. Он их содержал, но не спал с ними; так они и жили затворницами, как вдовы, до самой смерти.
4 Царь велел Амасе: «Собери мне иудеев в течение трех дней и сам будь здесь». 5 Амаса пошел собирать иудеев, но не справился с поручением царя, не успел к назначенному сроку. 6 Тогда Давид сказал Авишаю: «Теперь Шева, сын Бихри, станет для нас опаснее Авессалома. Возьми слуг своего владыки и отправляйся в погоню за ним, чтобы он не добрался до укрепленных городов и не ускользнул от нас». 7 Вышли из Иерусалима люди Йоава, вместе с ними керетеи и пелетеи и все крепкие воины, и пустились они в погоню за Шевой, сыном Бихри. 8 Когда они уже подошли к большой скале в Гивоне, перед ними появился Амаса. Йоав был опоясан поверх одежды, и на бедре у него был меч в ножнах, который выпадал из них, если он наклонялся вперед. 9 Йоав приветствовал Амасу: «Как поживаешь, брат мой?» - и правой рукой взял его за бороду, чтобы поцеловать. 10 Амаса не заметил, как меч оказался в левой руке Йоава, и тот нанес ему удар в живот, так что внутренности вывалились на землю, - второй удар был уже не нужен, он умер.
Затем Йоав и брат его Авишай двинулись дальше, продолжая погоню за Шевой, сыном Бихри.
11 Один из воинов Йоава, стоявший неподалеку от убитого Амаса, говорил всем: «Кто предан Йоаву, кто за Давида - иди за Йоавом!» 12 Но посреди большой дороги в луже крови лежало тело Амасы, и воин заметил, что народ там останавливается. Тогда он оттащил тело Амасы с дороги в поле и прикрыл одеждой - ведь всякий проходивший останавливался над ним. 13 Лишь только его убрали с дороги, весь народ во главе с Йоавом продолжил погоню за Шевой, сыном Бихри.
14 А Шева прошел по всем родам Израилевым до Авеля-Бет-Маахи и через Берим прошел, собирая по пути вокруг себя сторонников*Или: и все жители Берима собрались и тоже последовали за ним. . 15 Йоав и его воины тем временем подступили к Авелю-Бет-Маахе и осадили его: насыпали осадный вал напротив внешних укреплений и начали рушить городскую стену. 16 Одна мудрая женщина, что была на крепостной стене, стала кричать: «Послушайте, послушайте! Прошу, позовите Йоава, пусть подойдет, и я поговорю с ним». 17 Тот подошел, и женщина спросила: «Ты ли Йоав?» «Да, это я», - отозвался Иоав. «Выслушай, - попросила она, - что скажет твоя служанка!» «Я слушаю», - отвечал он. 18 «Прежде была поговорка: „Если спрашивать, то в Авеле!“ - так и решали дело, - продолжила женщина. - 19 Мы - мирный и верный Израилю город, а ты собираешься уничтожить город, который был Израилю матерью! Зачем тебе истреблять наследие Господне?» 20 «Нет, нет, ни за что не истреблю и не разрушу, - сказал в ответ Йоав, - 21 дело только в человеке с Ефремова нагорья по имени Шева, сыне Бихри. Он поднял руку на царя Давида. Выдайте его, и я сниму осаду». Тогда женщина сказала Йоаву: «Ты увидишь, как сейчас его голову перебросят тебе через стену».
22 Женщина пошла и своим мудрым словом убедила весь народ. И Шеве, сыну Бихри, отсекли голову и перебросили ее Йоаву. Тот протрубил в рог, и все отступили от города и разошлись по своим шатрам, а Йоав вернулся к царю в Иерусалим.
23 Йоав командовал всем израильским войском; Беная, сын Ехояды, - керетеями и пелетеями; 24 Адорам - подневольными работниками. Иосафат, сын Ахилуда, был летописцем, 25 Шева - главным писцом, Цадок и Эвьятар - священниками. 26 Ира из Яира был священником у самого Давида.

Вторая книга Царств, Глава 21

Царствование Давида над всем Израилем> Поздние годы> 1 Воздаяние за гивонитян, 15 Подвиги воинов Давида
1 Во времена Давида случился голод, длился он целых три года. Давид вопросил Господа, и Господь сказал ему в ответ: «Это за Саула, за его кровожадный род, потому что уничтожал он гивонитян». 2 Царь призвал гивонитян, чтобы поговорить с ними (гивонитяне были не из сынов Израиля, а из оставшихся амореев; израильтяне дали им в свое время клятву, но Саул стремился истребить их, радея о сынах Израиля и Иудеи). 3 Давид спросил гивонитян: «Что мне сделать для вас, чем загладить грех, чтобы вы благословили наследие Господне?» 4 «Не надо нам от Саула и его рода ни серебра, ни золота, - ответили гивонитяне, - и не надо ради нас убивать никого в Израиле». «Так скажите что, - продолжал спрашивать их Давид, - и я сделаю это для вас». 5 Они ответили царю: «Этот человек истреблял нас, замышлял уничтожить всех, чтобы никого из нас не осталось в пределах Израилевых, - 6 так пусть нам выдадут семь человек из его потомства, и мы казним их пред Господом в Гиве, городе Саула, избранника Господня». Царь ответил: «Хорошо, я выдам вам этих людей».
7 Но царь Давид не выдал Мефивошета, сына Ионафана, внука Саула, пощадив его ради клятвы, что дали друг другу перед Господом Давид и Ионафан, сын Саула. 8 Царь взял двух сыновей Рицпы, дочери Аи, которых она родила Саулу: Армони и Мефивошета - и пятерых сыновей Михали, дочери Саула, которых она родила Адриэлю, сына Барзиллая из Мехолы. 9 Он передал их гивонитянам, а те казнили их на горе пред Господом. Все семеро погибли вместе в первые дни жатвы, когда начинали жать ячмень.
10 Рицпа, дочь Аи, взяла рубище и, расстелив его себе там на камне, оберегала тела убитых - днем от птиц небесных, а ночью от диких зверей; была она там от начала жатвы и до тех пор, пока не пошли дожди. 11 Давиду рассказали, что сделала Рицпа, дочь Аи, наложница Саула, 12 и он отправился и забрал останки Саула и сына его Ионафана у жителей Явеша Гиладского, выкравших их с площади Бет-Шана, где их повесили филистимляне в день своей победы над Саулом в Гильбоа. 13 Давид унес оттуда останки Саула и Ионафана, а потом, собрав и останки семерых казненных, 14 похоронил их вместе с останками Саула и сына его Ионафана в земле Вениамина, в Целе, в гробнице Киша, отца Саула. Так всё, что повелел царь, было исполнено, и после этого Бог ответил на молитвы о стране.
15 Снова началась война между филистимлянами и израильтянами. Давид со своими слугами отправился на войну и сразился с филистимлянами; битва эта оказалась изнурительной для Давида. 16 Некий Ишбо-Бенов, один из потомков рефаимов, задумал сразить царя: с копьем, медный наконечник которого весил триста шекелей*Т.е. около 3,5 кг., и новым мечом на поясе пошел он на Давида, 17 но на помощь царю подоспел Авишай, сын Церуи: он сразился с филистимлянином и убил его. Тогда люди Давида поклялись царю: «Больше ты не выйдешь с нами в бой, чтобы не угас светоч Израилев!»
18 После этого снова произошло сражение с филистимлянами, в Гове, и Сиббехай из Хуши сразил Сафа, одного из потомков рефаимов. 19 В другом бою с филистимлянами, в том же самом Гове, Эльханан, сын Ярэ-Оргима из Вифлеема, сразил Голиафа из Гата, у которого древко копья было величиной с навой ткацкого станка. 20 В еще одном сражении при Гате произошло следующее. Был там один воин огромного роста, и было у него двадцать четыре пальца, по шесть пальцев на каждой руке и ноге. Он тоже происходил их рода рефаимов. 21 Когда он стал поносить израильтян, убил его Йонадав, сын брата Давидова Шимы. 22 Эти четверо великанов были потомками рефаимов в Гате, и все они пали от руки Давида и его слуг.

Вторая книга Царств, Глава 22

Царствование Давида над всем Израилем> Поздние годы> 1 Благодарственная песнь Давида
1 В день, когда Господь избавил Давида от всех врагов и от рук Саула, он посвятил Господу такую песнь*Текст песни повторяется с вариациями в Пс 17.:
2 «Господь - скала моя, крепость моя,
Избавитель мой.
3 Бог мой - защита моя: в Нем прибежище мое,
Он - щит мой, сила*Букв.: рог. В древности рог был символом силы и особого достоинства. спасения моего,
твердыня моя, и прибежище мое!
Спаситель мой -
избавление от насилия Ты даешь!
4 Воззову я к Господу, достойному славы, -
и от врагов моих буду спасен.

5 Волны смерти вокруг меня,
потоки гибельные меня повергают в ужас.
6 Верви могильные*Евр. Шеола. со всех сторон,
западня смерти опутала меня.
7 В беде своей к Господу я воззвал,
к Богу моему возопил,
и голос мой услышал Он из Храма Своего
и внял Он воплю моему.

8 Закачалась, затряслась земля,
пошатнулись основания небес
и задрожали, ибо гнев Его воспылал.
9  Ярость Его видимой стала:
дым и огонь исходили от Него,
сыпались угли горящие*Букв.: дым изошел из ноздрей Его, и огонь вырвался из уст Его - угли зажглись от него..
10 Наклонил Он небеса и сошел -
мгла под ногами Его.
11 Воссел Он на херувима и ввысь устремился,
понесся на крыльях ветра.
12 Сделал мрак навесом Своим,
сито для вод - густые тучи дождевые,
13 из сияния, что перед Ним, -
град и молнии*Букв.: угли горящие.!
14 Возгремел Господь громом с небес,
глас Всевышнего прозвучал!
15 Пустил Он стрелы и рассеял врагов,
молниями в замешательство их привел.
16 Стало зримым дно морей,
основания мира обнажились
от грозного укора Господня,
от дыхания, от Него исходящего.

17 С высоты простер Он руку, подхватил меня
и извлек из пучины водной*Букв.: из вод многих..
18 Спас Он меня от лютых врагов,
от ненавистников моих,
силою меня превосходивших.
19 В день беды моей напали они на меня,
но Господь был опорою мне.
20 Из опасности*Букв.: на пространное место. Он вывел меня,
избавление Свое явив по благоволению ко мне.

21 Поступил Господь со мною по праведности моей,
по чистоте рук моих вознаградил меня.
22 Ибо путей Господних держался я,
не отступал от Бога моего,
чтоб нечестию предаваться.
23 Все законы Его всегда предо мной,
от установлений Его я никогда не уклонялся.
24 Непорочным я был перед Ним,
удерживался от греха,
25 потому вознаградил меня Господь
по праведности моей,
за то, что чист я в глазах Его.

26 Верному Тебе Ты всегда верен,
с непорочным поступаешь
по непорочности его,
27 чистому сердцем Свою чистоту Ты являешь,
а бесчестному -
Свое уменье противостать ему*Друг. возм. пер.: а бесчестному воздаешь по его бесчестью. .
28 Ты спасаешь бедных людей,
усмиряя взглядом Своим надменных.
29 Господь, Ты - светильник мой,
Ты, Господи, тьму мою в свет обращаешь.
30 С Тобой могу разбить любое войско,
с Богом моим на стену неприступную
могу взобраться*Или: одолеваю стену. Букв.: через стену могу перепрыгнуть..
31 Бог - совершенен путь Его,
слово Господа огнем испытано*Друг. возм. пер.: безупречно. ,
Он - щит для всех,
кто в Нем прибежище находит.

32 Ибо кто Бог, кроме Господа,
кто Защитник*Букв.: скала., кроме Бога нашего?
33 Бог - могучая защита моя,
Он делает путь мой ровным,
34 делает ноги мои быстрыми, как у оленя,
и твердо на высотах ставит меня.
35 Сражаться Он обучает руки мои,
мышцы мои -
натягивать лук крепчайший*Букв.: медный..
36 Ты щит Свой спасительный даруешь мне,
милость*Или: помощь. Твоя возвеличивает меня!
37 Только с Тобой шаг мой широк*Букв.: Ты даешь простор шагам подо мной.,
поступь моя уверенна.
38 Преследую я врагов и смешиваю их ряды,
не возвращаюсь,
пока не расправлюсь с ними.
39 Расправляюсь с ними, поражаю их:
под ноги мои падают они
и подняться не могут.
40 Ты препоясал меня силою для войны,
всех восставших на меня покорил мне.
41 Врагов моих Ты в бегство обратил*Букв.: Ты дал мне спину врагов моих.,
моих ненавистников я уничтожил.
42 Они озирались, но никто их не спас,
к Господу взывали, но Он не ответил им.
43 Я развеял их, словно прах земной,
бросив, растоптал, как уличную грязь.

44 Ты избавил меня от восстаний народных,
во главе племен сохранил меня,
и люди, которых я не знал,
служат мне ныне.
45 Сыновья иноземцев раболепствуют передо мной,
по первом слову повинуются мне;
46 растерянные и дрожащие,
выходят сыновья иноземцев
из укрытий своих.

47 Жив Господь! Слава Ему, скале моей!
Да будет превознесен Бог,
твердыня спасения моего!
48 Бог, воздающий врагам моим за меня,
покоряющий мне народы,
49 освобождающий меня от врагов,
Ты возвысил меня
над восставшими против меня,
от людей, насилие чинивших, избавил.

50 А потому прославлю Тебя, Господи,
среди народов,
имя Твое воспевать буду.
51 Одерживать победы*Букв.: спасения. великие даешь Ты царю
и милость оказываешь
помазаннику Своему, Давиду,
и потомкам его вовеки».
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

17:3 Масоретский текст в этом месте не вполне ясен, в LXX: весь народ я приведу к тебе, как невесту к жениху, кроме одного…


17:18 Или: резервуар - высеченная в камне подземная цистерна для сбора дождевой воды.


17:25 LXX: измаильтянина.


17:28 Масоретский текст еще раз добавляет: и жареное зерно.


18:8 Букв.: по всей стране.


18:11 Т.е. 115 г.


18:12 Т.е. около 11,5 кг.


18:13 Или: а ты бы покинул меня.


18:22 Здесь точный смысл масоретского текста не ясен.


19:7 Или: вдохнови. Букв.: поговори к сердцу.


19:12 Букв.: вы кость моя и плоть моя; то же в ст. 13.


19:22 а) Или (ближе к букв.): что между нами общего?


19:22 б) Букв.: что вы становитесь моими противниками сегодня?


19:26 Букв.: твой слуга.


19:28 Букв.: свой.


20:14 Или: и все жители Берима собрались и тоже последовали за ним.


21:16 Т.е. около 3,5 кг.


22:1 Текст песни повторяется с вариациями в Пс 17.


22:3 Букв.: рог. В древности рог был символом силы и особого достоинства.


22:6 Евр. Шеола.


22:9 Букв.: дым изошел из ноздрей Его, и огонь вырвался из уст Его - угли зажглись от него.


22:13 Букв.: угли горящие.


22:17 Букв.: из вод многих.


22:20 Букв.: на пространное место.


22:27 Друг. возм. пер.: а бесчестному воздаешь по его бесчестью.


22:30 Или: одолеваю стену. Букв.: через стену могу перепрыгнуть.


22:31 Друг. возм. пер.: безупречно.


22:32 Букв.: скала.


22:35 Букв.: медный.


22:36 Или: помощь.


22:37 Букв.: Ты даешь простор шагам подо мной.


22:41 Букв.: Ты дал мне спину врагов моих.


22:51 Букв.: спасения.


Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

17:23 Единственный случай самоубийства, упомянутый в ВЗ, за исключением самоубийства воинов, налагающих на себя руки, чтобы не быть захваченными врагами (Суд 9:54; 1 Цар 31:4сл; 3 Цар 16:18; 2 Макк 14:41сл), и совершенно особого случая Самсона (Суд 16:28сл).


2 Цар 21-24


21 Эти главы прерывают большое повествование о семье Давида и о наследовании престола, которое затем возобновляется в 3 Цар 1. В гл. 2 Цар 21-24содержится шесть добавлений, сочетающихся по двое: два рассказа в 2 Цар 21:1-14(трехлетний голод) и в 2 Цар 24(трехдневная чума), - две серии героических эпизодов в 2 Цар 21:15-22(четыре великана-филистимлянина) и в 2 Цар 23:8-39(сподвижники Давида), - два поэтических произведения в 2 Цар 22(песнь Давида) и в 2 Цар 23:1-7(последние слова Давида).


21:6 Так как Саула уже не было в живых, жертвой кровной мести становятся его потомки. - "В Гаваоне, на горе Господней" (LXX); "в Гиве Саула, избранного Господом" по евр тексту.


21:10 "Воды Божии с неба": дождь предвещает скорый конец голода и означает, что искупление было благоугодно Богу. Только после этого Давид приказывает убрать трупы. К этому частному случаю не применимо Втор 21:22-23; ср Ис Нав 10:27.


1 и 2 кн Царств в еврейской Библии составляют одну книгу, под названием кн Самуила, которого считали их автором. Разделение на две книги восходит к греч переводу. В нем эти книги названы 1 и 2 кн Царств, и объединены с двумя следующими книгами, получившими название 3 и 4 кн Царств. В Вульгате первые две книги сохранили название книг Самуила (1 и 2), а две последующие называются 1 и 2 кн Царей. По сравнению с другими книгами ВЗ текст этих книг плохо сохранился. Греч перевод LXX довольно далек от евр — однако восходит к прототипу, значительные фрагменты которого найдены в Кумранских пещерах. Существовало, следовательно, несколько еврейских «рецензий» (вариантов) книг Самуила.

В 1 и 2 кн Царств можно различить пять частей: а) Самуил (1 Samuelis 1-7); б) Самуил и Саул (1 Samuelis 8-15); в) Саул и Давид (1 Samuelis 162 Samuelis 1); г) Давид (2 Samuelis 2-20); д) приложения (2 Samuelis 21-24).

Автор этого труда комбинирует или просто располагает в последовательном порядке материалы различного, письменного или устного, происхождения о начале периода монархии. Приведен рассказ о ковчеге Завета и о его захвате филистимлянами (1 Samuelis 4-6), продолжающийся в 2 Samuelis 6. Он обрамлен двумя другими рассказами: 1) о детстве Самуила (1 Samuelis 1-2); 2) о том, как он в качестве последнего из Судей исполнял обязанности правителя; в заключении предвосхищается избавление от ига филистимлян (1 Samuelis 7). Самуил играет первостепенную роль в деле учреждения царской власти (1 Samuelis 8-12). В изложении ее становления уже давно различали две группы преданий: 9—10 1-16; 11 с одной стороны и 8, 10-17-24; 12 — с другой. Первую группу принято называть монархической версией данных событий, а вторую, считавшуюся позднейшей, — «антимонархической». В действительности же обе версии древнего происхождения и отражают лишь две различные тенденции. «Антимонархичность» второй заключается лишь в том, что она осуждает такого рода царскую власть, которая не достаточно считается с суверенной властью Бога. Войны Саула с филистимлянами описываются в гл 13—14, а первая версия об его отвержении дана в 1 Samuelis 13:7-13. Другая версия того же события излагается в гл 15 в связи с войной против амалекитян. Это утверждение подготавливает помазание Давида Самуилом (1 Samuelis 16:1-13). Параллельные и, по-видимому, одинаково древние предания о первых шагах Давида и его столкновениях с Саулом находятся в 1 Samuelis 16:42 Samuelis 1, где часто встречаются повторения. Конец этой истории дан в 2 Samuelis 2-5: Давид в результате правления в Хевроне, войны с филистимлянами и взятия Иерусалима утверждается как царь всего Израиля (2 Samuelis 5:12). В гл 6 автор возвращается к истории ковчега Завета; гл 7 содержит пророчество Нафана, а гл 8 представляет собою редакционное резюме.

С 2 Samuelis 9 по 1 Regum 1-2 рассказана история семьи Давида и ее борьбы за наследование престола; она описана очевидцем в первую половину царствования Соломона и прервана гл 2 Samuelis 21-24, в которых помещены документы различного происхождения, относящиеся к царствованию Давида.

Первая и вторая книги Царств охватывают период, простирающийся от возникновения израильской монархии до конца царствования Давида. Экспансия филистимлян — битва под Афеком (приблиз. в 1050 г) — поставила под угрозу само существование Израиля и принудила его установить монархию. Саул (около 1030 г) выступает сначала как судья, но будучи признан всеми коленами, становится их главою. Так возникает царская власть. Начинается освободительная война, и филистимляне вынуждены возвратиться в свои пределы (1 Samuelis 14); позднейшие столкновения происходят уже на окраинах израильской территории, в Теревинфской долине (1 Samuelis 17) и на Гельвуйской горе (1 Samuelis 28 и 1 Samuelis 31). В этой последней битве, закончившейся полным поражением Израиля, погибает Саул (ок. 1010 г). Национальное единство снова под угрозой: в Хевроне «мужи Иудины» помазали на царство Давида, северные же колена противопоставили ему Иевосфея, потомка Саула, укрывшегося в Заиордании. Но убийство Иевосфея изменяет положение, и весь Израиль признает Давида царем.

2 кн Царств лишь кратко касается политических результатов царствования Давида, хотя они были весьма значительны. Филистимляне были окончательно изгнаны, объединение территории завершилось поглощением хананейских «островков» и, прежде всего, Иерусалима, ставшего политической и религиозной столицей царства. Покорено было все Заиорданье, и Давид распространил свою власть на южную Сирию. Однако после смерти Давида (ок. 970 г) оказалось, что национальное единство не стало еще достаточно прочным. Хотя Давид был царем Израиля и Иуды, они не раз противостояли друг другу: мятеж Авессалома был поддержан северянами, а Сива, из колена Вениаминова, пытался возмутить народ криком: «К шатрам твоим, Израиль!». Раскол уже предчувствовался.

Религиозный смысл этих книг в том, что в них указываются условия и трудности установления теократического порядка на земле. Этот идеал был достигнут при Давиде. До него мы видим неудачу Саула, а после него — нечестивых царей, поведение которых вызвало гнев Божий и привело к национальной катастрофе. С пророчеством Нафана пробуждается мессианская надежда, питаемая обетованиями, данными дому Давидову. Авторы НЗ-ных книг трижды ссылаются на него (Actus 2:30; 2 Corinthios 6:18; Hebraeos 1:5). Иисус — потомок Давида, и наименование «сын Давида», данное ему народом, является признанием Его как Мессии. Отцы Церкви проводили параллель между жизнью Давида и жизнью Иисуса Христа, избранного для спасения всех, царя духовного Израиля и все же, подобно Давиду, гонимого Своими.

В еврейской Библии исторические книги (Иисуса Навина, Судей и Царств) называются «Небиии ришоним». т.е. «Ранние пророки», в противоположность «Поздним пророкам»: Исайе, Иеремии, Иезёкиилю, Даниилу и двенадцати «малым пророкам». Предание приписывало их составление пророкам: Иисусу Навину, Самуилу и Иеремии. Уже само название этих книг свидетельствует о том, что составители не являются историками в древнем и, тем более, современном смысле слова. Они — глашатаи Слова Божия, избравшие главной темой своих книг отношение Израиля с Ягве, его верность или неверность — неверность в особенности — Богу Завета. Приводя примеры из прошлого, они излагают религиозное учение, выступают как пророки и наставники народа. Их интересуют не столько минувшие события, сколько уроки, которые можно из них извлечь.

Однако назидательный характер «Ранних пророков» не лишает их повествование исторической ценности. Составители этих книг опираются на обширный материал первостепенной важности и значения. Это не только устные рассказы и древний эпос, но и биографии великих людей Израиля, написанные вскоре после их кончины, а также государственные летописи Израильского и Иудейского царств, на которые свящ. писатели часто ссылаются (2 Цар 1:18; 3 Цар 11:41; 3 Цар 14:19; ср 2 Пар 27:7).

Исторические книги составляют одно целое, завершенное не ранее 562 г до Р.Х. (4 Цар 25:27). В Библии они следуют непосредственно за Пятикнижием: в конце кн Втор Иисус Навин указан как преемник Моисея, а события кн Ис Нав начинаются как раз на другой день после смерти законодателя Израиля.

Духовный смысл сборника можно кратко сформулировать следующим образом: Ягве, положив начало существованию Своего народа, ведет его по пути восхождения к тому времени, когда Он окончательно воцарится в мире (Царство Божие). Для этого Он отдает Израилю Землю Обетованную, поставляет Давида монархом и обещает его потомку вечную власть в эсхатологическом Царстве. Но в то же время составители исторических книг сурово и беспощадно обличают народ Божий за его неверность Завету. Эта неверность является прямой причиной тех бедствий, которые обрушиваются на Израиль. Таким образом история превращается в урок и предупреждение. Она содержит призыв к покаянию, который с особой силой прозвучал в эпоху плена Вавилонского.

Второзаконие исторически обосновало учение об избранности Израиля и определило вытекающее отсюда его теократическое устройство; вслед затем кн Ис Нав рассказывает о поселении избранного народа в Обетованной Земле, кн Судей излагает чередование отступничеств и помилований, 1 и 2 кн Царств повествуют о кризисе, приведшем к установлению царской власти и подвергшем опасности теократический идеал, который затем осуществляется при Давиде; 3 и 4 кн Царств описывают упадок, начавшийся при Соломоне: несмотря на благочестие некоторых царей, произошел целый ряд отступничеств, за которые Бог покарал Свой народ.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

17:8  Отец твой — человек воинственный — сведущий в военном деле; зная возможности неожиданного ночного нападения неприятелей, он не останется ночевать с народом на открытом месте.


17:14  Так Господь судил разрушить лучший совет Ахитофела, чтобы навести (попустить) бедствие на Авессалома. Если бы Авессалом согласился с предложением Ахитофела, то беспорядочная толпа сторонников Давида, утомленная впечатлениями дня и поспешным бегством, несомненно понесла бы полное поражение со стороны свежих, правильно организованных войск Авессалома.


17:16  Не оставайся в эту ночь на равнине, в пустыне реки Иордан, но поскорее перейди через эту реку.


17:17  Они пошли и известили, т. е. пошли, чтобы известить. Слова ибо они не могли показаться в городе Иерусалиме поясняют то, почему Ионафан и Ахимаас ожидали нужных им известий в предместье города, у источника Рогель.


17:18  И увидел их отрок — из числа стражи Авессалома.


17:23 См. прим. к 14 ст.


17:24  Маханаим — город средней части восточного Заиорданья, к югу от Иависа Галаадского.


17:25 Точно так же, как и Иоав, Амессай был племянник Давида, только от другой сестры.


17:27 Евреи восточного Заиорданья держались в стороне от движений в западном Заиорданье и отличались большей верностью данному ими слову или клятве. Верные присяге Саулу, они продолжали быть верными и его сыну Иевосфею, пока сила вещей не побудила их присягнуть Давиду. Присягнув Давиду, галаадитяне хотели быть верными ему до последней возможности.


18:2  И отправил Давид людей — в поход против Авессалома.


18:3 Заботясь о безопасности царя, военачальники имели в виду, вероятно, и то обстоятельство, что отец в войне с сыном не будет обладать хладнокровием, необходимым для руководителя сражения.


18:4  И стал царь у ворот города Маханаим.


18:6 Под лесом Ефремовым некоторые (Гуго Гроций и др.) разумеют то место восточного Заиорданья, где некогда судья Иеффай поразил ефремлян (Суд 12).


18:8  И лес погубил народа больше, чем сколько истребил меч в тот день. Разбитое войско Авессалома бросилось было искать себе защиты в лесу, но здесь было или встречено засадой, или просто рассеяно и истребляемо порознь.


18:17  Все израильтяне — составлявшие войско Авессалома.


18:18 В окрестностях Иерусалима, в долине Иосафата, и по сие время существует памятник, носящий название Гробницы Авессалома. По свидетельству ученых, еврейские раввины с древних времен приказывали родителям непослушных детей водить последних в долину Иосафата, к Гробнице Авессалома, и, рассказав им историю непокорного сына Давидова, заставлять их бросать в памятник камни (Гейки. Святая земля и Библия).


На вопрос о том, почему, заметив выше (14:27), что Авессалом имел трех сыновей и одну дочь, писатель сообщает теперь, что Авессалом поставил себе памятник во увековечение вследствие отсутствия у него сыновей, блаж. Феодорит отвечает: «Справедливо то и другое, ибо вероятно как то, что он рождал детей, так и то, что дети его умирали. Иосиф же ( Флавий ) замечает, что Авессалом сделал это потому, что дети не могли жить долго; здание же могло долее сохранить память о нем» (блаж. Феодорит. Толк. на 2 Цар, вопр. 34).


18:21 Имеется в виду не советник царя Хусий (15:32-37; 17:5-16), а некто иной. По мнению Властова (Священная летопись. Т. IV), вместо «Хусий» следует в данном случае читать «хушит» или «кушит», т. е. поселенец, раб или наемник еврейский «из ефиоплян».


18:24  Между двумя воротами городской стены — внешними и внутренними.


18:25  Если один, то весть в устах его, т. е. если идет один, то это, по всей вероятности, вестник о благополучном ходе военных действий, так как пораженные в бою не идут, а бегут, и притом целыми группами.


18:29 Желая порадовать царя приятной вестью о победе его войска, Ахимаас не решался сообщить отцу о гибели сына.


19:5-7 «Это говорит сам убийца Авессалома, ненавистный Давиду; но в его словах было столько правды и практического благоразумия, что умный царь подавил в себе горе и волнение, встал и вышел к народу на площадь при городских воротах» (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 236).


19:8  Израильтяне же, т. е. последователи Авессалома (ср. 18:17).


19:9-10 «Резиденция Давида была теперь в Маханаиме, и фактически Давид был царем только за Иорданом. Евреи по эту сторону Иордана, ставшие на сторону Авессалома, оказались теперь в странном положении. Только что признанный ими царь погиб, а от Давида они отказались и поднимали против него оружие. Давид оказался непобедимым и царствовал за Иорданом, а они, как стадо без пастуха, оказались в положении, подверженном серьезным опасностям. Не было иного исхода, как изъявить покорность Давиду и возвратить его на иерусалимский престол. Первые голоса в пользу Давида раздались в северных коленах» (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 237).


19:11-12 «Колено Иудино сохраняло загадочное молчание, не подавая никаких надежд для Давида. Это обстоятельство представляется несколько странным и требует некоторого объяснения». Возможно то предположение, что, не получив от Давида никаких особенных привилегий сравнительно с другими коленами (ст. 42), колено Иуды примкнуло к Авессалому сколько по чувству недовольства Давидом, столько и из ожидания получить желаемые привилегии от Авессалома. «Когда же предприятие Авессалома не удалось, и оставалось только возвратиться к старому порядку вещей, колено Иудино глубже других чувствовало свое заблуждение и стыдилось своего поступка. Его представителям совестно было явиться на глаза Давиду с повинной и с предложением верноподданства, сделавшегося столь сомнительным, и они медлили. Давид понял затруднение своего колена и, все-таки считая его, несмотря на временное увлечение, более верным оплотом своего дома, решился ободрить его кротким приглашением и напоминанием его обязанности» (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 237-238).


19:13  Не кость ли ты моя и плоть моя ты? — см. 17:25.


Вместо Иоава навсегда: резкая самостоятельность Иоава и случай явного нарушения им воли своего царя (18:5,9-17), помимо же того, что предметом последней своевольной выходки Иоава было лицо, особенно близкое Давиду, — не могли не оттолкнуть от него Давида.


19:16 См. 16:5-11.


19:17 См. 16:1-4.


19:18-23 См. 16:5-11.


Изо всего дома Иосифова; по тексту LXX-ти: первее всего Исраиля и дому Иосифля. В объяснение того, почему дом Иосифа ставится во главу всего Израиля, см. 1 Пар 5:1.


19:24-28 Ср. 16:1-4.


19:28  Ты посадил раба твоего между ядущими за столом твоим — см. гл. 9.


19:29 Трудно было решить, кто был действительно виноват — Сива ли, или Мемфивосфей. «Во всяком случае Давиду тяжело было слушать униженные речи сына своего друга Ионафана, и он угрюмо прервал Мемфивосфея: «к чему ты говоришь все это?» Находя же свое прежнее распоряжение об отнятии у Мемфивосфея всего имущества в пользу Сивы слишком жестоким, но и не желая отменять его совсем, так как считал донесение Сивы не вполне безосновательным, Давид, чтобы уладить как-нибудь это неприятное дело, прибавил: «я говорю, чтобы ты и Сива разделили поля поровну» (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 240-241).


19:31-32 См. 17:27-29.


19:41 «Когда Давид был уже в Галгале и когда явились сюда представители северных колен, они были неприятно поражены тем, что царь был, так сказать, уже дома и более как бы не нуждался в них. Они рассчитывали найти Давида в его заиорданском убежище и обрадовать его своим появлением и торжественным заявлением своих верноподданнических чувств. И вдруг видят царя по эту сторону Иордана, во главе могущественного колена, почти не нуждающегося в их депутации. Разочарование северян перешло в подозрение, а потом и досаду на предупредившее их колено Иуды» (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 242).


20:3 См. 16:20-22. Давид постыдным и «законопреступным почитал иметь общение с ними после гнусного общения их с сыном; не сочетал же их ни с кем другим, дабы это не послужило предлогом к похищению верховной власти» (Блаж. Феодорит. Толк. на 2 Цар, вопр. 38), так как по восточным взглядам того времени обладание женой или наложницей царя означало уже некоторое фактическое вступление в права самого царя.


20:4-7 «Давид дал поручение Амессаю созвать ополчение в три дня для подавления мятежа, и этим фактически поставил Амессая главнокомандующим вместо Иоава (19:13). Но Амессай оказался ниже положения, в которое был поставлен. По отсутствию ли распорядительности и энергии, или по холодному приему, сделанному ему народом, как человеку менее авторитетному, чем Иоав, но он не мог выполнить поручения в назначенное время. Между тем медлить было невозможно. И Давид поневоле должен был обратиться к брату Иоава Авессе, чтобы послать его с наличными военными силами за Савеем». К преследующим Савея самовольно примкнул и Иоав. Впрочем Иоав не столько думал об уничтожении мятежа Савея, сколько об устранении из списка живых своего нового соперника при Давиде — Амессая (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 244).


20:14  Авел-Беф-Мааха — город в северных пределах Палестины, вблизи горы Большой Ермон.


20:19  Мать городов в Израиле — см. ст. 18.


20:23  И был Иоав поставлен над всем войском Израильским. «Давид не повторил более попытки лишить его поста главнокомандующего, потому что он был и незаменим, и защищал этот пост с таким демоническим упорством, что лучше было уступить во избежание нового пролития крови» (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 246).


О хелефеях и фелефеях — см. прим. к 8:18.


20:24  Иосафат — дееписателем — см. 8:16.


20:25 См. 8:17.


20:26 Выражение Иаритянин некоторые понимают в смысле «из селений Иаира», сына Манассии, лежавших в восточном Заиорданье (см. «Опыт Библейского Словаря собственных имен» протопопа Солярского).


Был священником у Давида, т. е. лицом, через посредство которого престарелый царь совершал многие из своих, религиозных обязанностей при скинии и вне скинии (блаж. Феодорит, Калмет и др.).


21:1  За то, что он умертвил (аморреев) гаваонитян, которым евреи клятвенно обещались предоставить безопасное существование (Нав 9).


21:2  По ревности своей о потомках Израиля и Иуды, т. е. ревнуя о славе и безопасности евреев.


21:3  Чтобы вы благословили наследие Господне и чтобы через то потомки давших клятву перестали испытывать наказание клятвопреступников.


21:4  Не нужно нам, чтобы умертвили кого в Израиле — постороннего дому Саула.


21:7 См. 1 Цар 20:14-17,42.


21:8 О Рицце см. 3:7.


Пять сыновей Меровы, сестры Мелхолы (1 Цар 18:19).


21:9  В первые дни жатвы, в начале жатвы ячменя, т. е. в половине апреля.


21:10  До того времени, пока не полились на них воды Божии с неба. В Палестине различается период ранних дождей и период поздних дождей. Период ранних (применительно к еврейскому счету гражданского года с сентября) дождей падает на осенние месяцы — октябрь и ноябрь; период поздних дождей падает на весенние месяцы — с конца февраля по начало апреля.


21:12 См. 1 Цар 31.


21:15 Несомненно, что находившиеся в подчинении у евреев филистимляне пожелали воспользоваться смутами в царстве евреев, чтобы возвратить себе утраченное преобладание над ними.


21:16 Под Рефаимами разумеются древние первообитатели Ханаана, отличавшиеся большим ростом и необыкновенной силой (Втор 2:10-11; Чис 13:34). Местом их обитания были Васан (Втор 3:11), земля аммонитян (Втор 2:20-21), земля моавитян (Втор 2:10-11), южные пределы западного Заиорданья — окрестности Хеврона и Иерусалима (Нав 15:8,13-14; 18:16) и др. С рефаимами Священное Писание нередко соединяет, а иногда и обобщает: енакимов (Нав 11:21-22), зузимов, емимов (Быт 14:5), замзузимов (Втор 2:20-21).


О сикле прим. к 14:26.


21:18  В Гобе. В 1 Пар 20:4 и у Иосифа Флавия поставлено «в Газере». Газер — город на северо-западе от Иерусалима.


21:20 Очевидно, Голиаф, сраженный Давидом (1 Цар 17), не был единственным филистимским великаном в Гефе. См. прим. к 16 ст.


22:1 На склоне дней своих, спокойно обозревая протекшую жизнь, — ее беды и опасности, победы и возвышение, — Давид ясно видит во всех путях его жизни крепкую спасающую руку Господа. «Преобладающие черты этой песни — величественное изображение грозного всемогущества Иеговы, устрашившего врагов Давидовых, и яркие картины сильных поражений, которые Давид наносил врагам своим, — показывают, что она была пета в то время, когда душа Давида была еще полна свежими воспоминаниями тревожной боевой жизни, великих опасностей и чудесных спасений от них. Другим духом отличается песнь, которую дееписатель называет «последними словами Давида» ( 23 гл. ) и которая явилась, очевидно, позднее, когда Давид, счастливо избавившийся от рук человеческих, два раза впадал в руки Божии. Помилованный Богом, он обращает здесь свой взор более на внутренние основания благоволения Божия к нему и его дому, чем на внешнюю форму проявления этого благоволения» (Я. Богородский. Еврейские цари. С. 250).


22:3  Рог спасения моего. Схватившийся за рога жертвенного алтаря скинии считался, по закону (Исх 27:2), неприкосновенным для преследования.


Выражение «рог» употребляется в Священном Писании и в смысле вообще силы, надежного средства обороны (см. 1 Цар 2:1). Господь есть рог спасения, т. е. сила во спасение, человека.


22:8-20 Поэтическое описание грозного могущества и славы Божией, выступавших в защиту праведника Давида от охватывавших его «вод» бедствий и страданий.


22:21-27 Этим не означается, конечно, то, что Давид считал себя непогрешимым человеком: его ответ пророку Натану (12:13), его покаянный (Пс 50) псалом, раскаяния по случаю ненадлежаще произведенной переписи (24-я гл.), — говорят нам совершенно о противоположном. В отмеченных стихах говорится лишь о том, что Давид сознавал себя (да и не мог не сознавать) далеко не закоренелым грешником: все помыслы, все чувства, все движения его высокорелигиозного духа были устремлены к Богу. Неумирающим памятником религиозной жизни души великого царя и пророка Давида являются всем известные псалмы его.


22:29  Господь просвещает тьму напастей, неведения и заблуждений человека.


22:44  Народ, которого я не знал, служит мне. Имеется в виду или какой-либо из покоренных Давидом чужеземный народ, или же богодарованный ему израильский народ, в котором он, конечно, не мог знать большинства отдельных личностей.


Название и разделение книг в Библии. Известные ныне четыре книги Царств в древнем еврейском кодексе священных книг составляли две книги: одна из них (в состав которой входили нынешние первая и вторая книги Царств) называлась «Сефер Шемуель», т. е. «Книга Самуила», так как ее содержанием является повествование о пророке Самуиле и помазанных им на Еврейское царство Сауле и Давиде; другая (в состав которой входили нынешние третья и четвертая книги Царств) называлась «Сефер Мелахим», т. е. «Книга Царей», так как ее содержанием является повествование о последнем общееврейском царе Соломоне и о царях царства Иудейского и царства Израильского. Теперешнее деление означенных книг на четыре явилось прежде всего в греческом переводе LXX-ти, где они получили названия: «Βασιλείων πρώτη (βίβλος)», т. е. «Первая книга Царств»; Βασιλείων δευτέρα — «Вторая книга Царств»; Βασιλείων τρίτη — «Третья книга Царств»; Βασιλείων τετάρτη — «Четвертая книга Царств». Затем оно было усвоено и латинским переводом Вульгатой, где заглавия книг получили такой вид: «Liber primus Samuelis, quem nos primum Regum dicimus» («Первая книга Самуила, которую мы называем Первою книгою Царей»); «Liber secundus Samuelis, quem nos secundum Regum dicimus» («Вторая книга Самуила, которую мы называем Второю книгою Царей»); «Liber Regum tertius, secundum Hebraeos primus Malachim» («Третья книга Царей, по еврейскому счету — Первая книга Мелахим — Царей»); «Liber Regum quartus, secundum Hebraeos Malachim secundus» («Четвертая книга Царей, по еврейскому счету — Вторая книга Мелахим — Царей»).

Впрочем, в каноническом счислении книг Ветхого Завета Православная Церковь удержала древнееврейское деление книг Царств на две книги, соединяя воедино Первую и Вторую книги Царств, а также Третью и Четвертую книги.

Содержание книг Царств. В Первой книге Царств повествуется о пророке и судье еврейского народа Самуиле и о первом еврейском царе Сауле. Во Второй книге Царств повествуется о втором еврейском царе Давиде. В Третьей книге Царств повествуется о третьем еврейском царе Соломоне, о распадении еврейской монархии на два царства — Иудейское и Израильское — и о царях того и другого царства, кончая царем Иосафатом в Иудейском царстве и царем Охозией в Израильском. В Четвертой книге Царств повествуется об остальных царях Иуды и Израиля, кончая ассирийским пленом в отношении Израильского царства и вавилонским пленом в отношении Иудейского царства.

Период истории еврейского народа, обнимаемый повествованием всех четырех книг Царств, превышает 500 лет.

Писатели книг Царств. Первоначальными писателями Первой и Второй книг Царств были пророки Самуил, Натан и Гад (1 Paralipomenon 29:29). Кто-либо из пророков позднейшего времени просмотрел записи Самуила, Натана и Гада, дополнил их (1 Samuelis 5:5; 1 Samuelis 6:18; 1 Samuelis 9:9; 1 Samuelis 27:6; 2 Samuelis 4:3) и придал им объединенный, законченный вид.

Первоначальными писателями Третьей и Четвертой книг Царств были следовавшие за Натаном и Гадом пророки и дееписатели, оставившие после себя записи с приуроченными к ним названиями: «Книга дел Соломоновых» (1 Regum 11:41); «Летопись царей иудейских» (1 Regum 14:29; 1 Regum 15:7.23; 1 Regum 22:46; 2 Regum 8:23); «Летопись царей израильских» (1 Regum 14:19; 1 Regum 15:31; 1 Regum 16:5.14.20.27; 1 Regum 22:39; 2 Regum 1:8; 2 Regum 10:34). Кто-либо из последних ветхозаветных пророков (по свидетельству еврейской и христианской древности — пророк Иеремия), а может быть, и сам великий книжник и собиратель канона ветхозаветных священных писаний Ездра, просмотрел эти записи и привел их в тот вид, в каком они дошли до нашего времени.

Исторические книги


По принятому в греко-славянской и латинской Библиях делению ветхозаветных книг по содержанию, историческими (каноническими) книгами считаются в них книги Иисуса Навина, Судей, Руфь, четыре книги Царств, две Паралипоменон, 1-я книга Ездры, Неемии и Есфирь. Подобное исчисление встречается уже в 85-м апостольском правиле 1, четвертом огласительном поучении Кирилла Иерусалимского, Синайском списке перевода LXX и отчасти в 60-м правиле Лаодикийского собора 350 г.: Есфирь поставлена в нем между книгами Руфь и Царств 2. Равным образом и термин «исторические книги» известен из того же четвертого огласительного поучения Кирилла Иерусалимского и сочинения Григория Богослова «О том, какие подобает чести кн. Ветхого и Нового Завета» (книга Правил, с. 372–373). У названных отцов церкви он имеет, впрочем, несколько иной, чем теперь, смысл: название «исторические книги» дается ими не только «историческим книгам» греко-славянского и латинского перевода, но и всему Пятикнижию. «Исторических книг древнейших еврейских премудростей, – говорит Григорий Богослов, – двенадцать. Первая – Бытие, потом Исход, Левит, потом Числа, Второзаконие, потом Иисус и Судии, восьмая Руфь. Девятая и десятая книги – Деяния Царств, Паралипоменон и последнею имееши Ездру». «Читай, – отвечает Кирилл Иерусалимский, – божественных писаний Ветхого завета 22 книги, переведенных LXX толковниками, и не смешивай их с апокрифами… Это двадцать две книги суть: закона Моисеева первые пять книг: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие. Затем Иисуса сына Навина, Судей с Руфью составляют одну седьмую книгу. Прочих исторических книг первая и вторая Царств, у евреев составляющая одну книгу, также третья и четвертая, составляющие одну же книгу. Подобно этому, у них и Паралипоменон первая и вторая считаются за одну книгу, и Ездры первая и вторая (по нашему Неемии) считаются за одну книгу. Двенадцатая книга – Есфирь. Таковы исторические книги».

Что касается еврейской Библии, то ей чужд как самый раздел «исторических книг», так и греко-славянское и латинское их распределение. Книги Иисуса Навина, Судей и четыре книги Царств причисляются в ней к «пророкам», а Руфь, две книги Паралипоменон, Ездры – Неемии и Есфирь – к разделу «кегубим» – священным писаниям. Первые, т. е. кн. Иисуса Навина, Судей и Царств занимают начальное место среди пророческих, Руфь – пятое, Есфирь – восьмое и Ездры, Неемии и Паралипоменон – последние места среди «писаний». Гораздо ближе к делению LXX стоит распорядок книг у Иосифа Флавия. Его слова: «От смерти Моисея до правления Артаксеркса пророки после Моисея записали в 13 книгах совершившееся при них» (Против Аппиона, I, 8), дают понять, что он считал кн. Иисуса Навина – Есфирь книгами характера исторического. Того же взгляда держался, по-видимому, и Иисус сын Сирахов, В разделе «писаний» он различает «премудрые словеса́... и... повести» (Сир 44.3–5), т. е. учительные и исторические книги. Последними же могли быть только Руфь, Паралипоменон, Ездры, Неемии и Есфирь. Принятое в еврейской Библии включение их в раздел «писаний» объясняется отчасти тем, что авторам некоторых из них, например Ездры – Неемии, не было усвоено в еврейском богословии наименования «пророк», отчасти их характером, в них виден историк учитель и проповедник. Сообразно с этим весь третий раздел и называется в некоторых талмудических трактатах «премудростью».

Относя одну часть наших исторических книг к разделу пророков, «узнавших по вдохновенно от Бога раннейшее, а о бывшем при них писавших с мудростью» (Иосиф Флавий. Против Аппиона I, 7), и другую – к «писаниям», каковое название дается всему составу ветхозаветных канонических книг, иудейская церковь тем самым признала их за произведения богодухновенные. Вполне определенно и ясно высказан этот взгляд в словах Иосифа Флавия: «У иудеев не всякий человек может быть священным писателем, но только пророк, пишущий по Божественному вдохновенно, почему все священные еврейские книги (числом 22) справедливо могут быть названы Божественными» (Против Аппиона I, 8). Позднее, как видно из талмудического трактата Мегилла, поднимался спор о богодухновенности книг Руфь и Есфирь; но в результате его они признаны написанными Духом Святым. Одинакового с ветхозаветной церковью взгляда на богодухновенность исторических книг держится и церковь новозаветная (см. выше 85 Апостольское правило).

Согласно со своим названием, исторические книги налагают историю религиозно-нравственной и гражданской жизни народа еврейского, начиная с завоевания Ханаана при Иисусе Навине (1480–1442 г. до Р. X.) и кончая возвращением евреев из Вавилона во главе с Неемиею при Артаксерксе I (445 г. до Р. X.), на время правления которого падают также события, описанные в книге Есфирь. Имевшие место в течение данного периода факты излагаются в исторических книгах или вполне объективно, или же рассматриваются с теократической точки зрения. Последняя устанавливала, с одной стороны, строгое различие между должными и недолжными явлениями в области религии, а с другой, признавала полную зависимость жизни гражданской и политической от веры в истинного Бога. В зависимости от этого излагаемая при свете идеи теократии история народа еврейского представляет ряд нормальных и ненормальных религиозных явлений, сопровождавшихся то возвышением, подъемом политической жизни, то полным ее упадком. Подобная точка зрения свойственна преимущественно 3–4 кн. Царств, кн. Паралипоменон и некоторым частям кн. Ездры и Неемии (Неем 9.1). Обнимаемый историческими книгами тысячелетний период жизни народа еврейского распадается в зависимости от внутренней, причинной связи явлении на несколько отдельных эпох. Из них время Иисуса Навина, ознаменованное завоеванием Палестины, представляет переходный момент от жизни кочевой к оседлой. Первые шаги ее в период Судей (1442–1094) были не особенно удачны. Лишившись со смертью Иисуса Навина политического вождя, евреи распались на двенадцать самостоятельных республик, утративших сознание национального единства. Оно сменилось племенной рознью, и притом настолько сильною, что колена не принимают участие в обшей политической жизни страны, живут до того изолированно, замкнуто, что не желают помочь друг другу даже в дни несчастий (Суд.5.15–17, 6.35, 8.1). В таком же точно жалком состоянии находилась и религиозно-нравственная жизнь. Безнравственность сделалась настолько всеобщей, что прелюбодейное сожительство считалось обычным делом и как бы заменяло брак, а в некоторых городах развелись гнусные пороки времен Содома и Гоморры (Суд.19). Одновременно с этим была забыта истинная религия, – ее место заняли суеверия, распространяемые бродячими левитами (Суд.17). Отсутствие в период судей, сдерживающих начал в виде религии и постоянной светской власти, завершилось в конце концов полной разнузданностью: «каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд.21.25). Но эти же отрицательные стороны и явления оказались благодетельными в том отношении, что подготовили установление царской власти; период судей оказался переходным временем к периоду царей. Племенная рознь и вызываемое ею бессилие говорили народу о необходимости постоянной, прочной власти, польза которой доказывалась деятельностью каждого судьи и особенно Самуила, успевшего объединить своей личностью всех израильтян (1Цар 7.15–17). И так как, с другой стороны, такой сдерживающей народ силой не могла быть религия, – он еще недоразвился до того, чтобы руководиться духовным началом, – то объединение могло исходить от земной власти, какова власть царская. И, действительно, воцарение Саула положило, хотя и не надолго, конец племенной розни евреев: по его призыву собираются на войну с Каасом Аммонитским «сыны Израилевы... и мужи Иудины» (1Цар 11.8). Скорее военачальник, чем правитель, Саул оправдал народное желание видеть в царе сильного властью полководца (1Цар 8.20), он одержал целый ряд побед над окрестными народами (1Цар 14.47–48) и как герой погиб в битве на горах Гелвуйских (1Цар 31). С его смертью во всей силе сказалась племенная рознь периода Судей: колено Иудово, стоявшее прежде одиноко от других, признало теперь своим царем Давида (2Цар 2.4), а остальные подчинились сыну Саула Иевосфею (2Цар 2.8–9). Через семь с половиной лет после этого власть над Иудою и Израилем перешла в руки Давида (2Цар 5.1–3), и целью его правления становится уничтожение племенной розни, при посредстве чего он рассчитывает удержать престол за собой и своим домом. Ее достижению способствуют и постоянные войны, как общенародное дело, они поддерживают сознание национального единства и отвлекают внимание от дел внутренней жизни, всегда могущих подать повод к раздорам, и целый ряд реформ, направленных к уравнению всех колен пред законом. Так, устройство постоянной армии, разделенной по числу колен на двенадцать частей, причем каждая несет ежемесячную службу в Иерусалиме (1Пар 27.1), уравнивает народ по отношению к военной службе. Превращение нейтрального города Иерусалима в религиозный и гражданский центр не возвышает никакое колено в религиозном и гражданском отношении. Назначение для всего народа одинаковых судей-левитов (1Пар 26.29–30) и сохранение за каждым коленом местного племенного самоуправления (1Пар 27.16–22) уравнивает всех пред судом. Поддерживая равенство колен и тем не давая повода к проявлению племенной розни, Давид остается в то же самое время в полном смысле самодержавным монархом. В его руках сосредоточивается власть военная и гражданская: первая через посредство подчиненного ему главнокомандующего армией Иоава (1Пар 27.34), вторая через посредство первосвященника Садока, начальника левитов-судей.

Правление сына и преемника Давидова Соломона обратило ни во что результат царствования его отца. Необыкновенная роскошь двора Соломона требовала громадных расходов и соответствующих налогов на народ. Его средства шли теперь не на общегосударственное дело, как при Давиде, а на удовлетворение личных нужд царя и его придворных. Одновременно с этим оказался извращенным правый суд времени Давида: исчезло равенство всех и каждого пред законом. На этой почве (3Цар 12.4) возникло народное недовольство, перешедшее затем в открытое возмущение (3Цар 11.26. Подавленное Соломоном, оно вновь заявило себя при Ровоаме (3Цар 12) и на этот раз разрешилось отделением от дома Давидова 10 колен (3Цар 12.20). Ближайшим поводом к нему служило недовольство Соломоном, наложившим на народ тяжелое иго (3Цар 12.4), и нежелание Ровоама облегчить его. Но судя по словам отделившихся колен: «нет нам доли в сыне Иессеевом» (3Цар 12.16), т. е. у нас нет с ним ничего общего; мы не принадлежим ему, как Иуда, по происхождению, причина разделения в той племенной, коленной розни, которая проходила через весь период Судей и на время стихает при Сауле, Давиде и Соломоне.

Разделением единого царства (980 г. до Р. Х.) на два – Иудейское и Израильское – было положено начало ослаблению могущества народа еврейского. Последствия этого рода сказались прежде всего в истории десятиколенного царства. Его силам наносят чувствительный удар войны с Иудою. Начатые Ровоамом (3Цар 12.21, 14.30; 2Пар 11.1, 12.15), они продолжаются при Авии, избившем 500 000 израильтян (2Пар 13.17) и отнявшем у Иеровоама целый ряд городов (2Пар 13.19), и на время заканчиваются при Асе, истребившем при помощи Венадада Сирийского население Аина, Дана, Авел-Беф-Моахи и всей земли Неффалимовой (3Цар 15.20). Обоюдный вред от этой почти 60-тилетней войны был сознан, наконец, в обоих государствах: Ахав и Иосафат вступают в союз, закрепляя его родством царствующих домов (2Пар 18.1), – женитьбою сына Иосафатова Иорама на дочери Ахава Гофолии (2Пар 21.6). Но не успели зажить нанесенные ею раны, как начинаются войны израильтян с сирийцами. С перерывами (3Цар 22.1) и переменным счастьем они проходят через царствование Ахава (3Цар 20), Иорама (4Цар 8.16–28), Ииуя (4Цар 10.5–36), Иоахаза (4Цар 13.1–9) и Иоаса (4Цар 13.10–13) и настолько ослабляют военную силу израильтян, что у Иохаза остается только 50 всадников, 10 колесниц и 10 000 пехоты (4Цар 13.7). Все остальное, как прах, развеял Азаил Сирийский, (Ibid: ср. 4Цар 8.12). Одновременно с сирийцами израильтяне ведут при Иоасе войну с иудеями (4Цар 14.9–14, 2Пар 25.17–24) и при Иеровоаме II возвращают, конечно, не без потерь в людях, пределы своих прежних владений от края Емафского до моря пустыни (4Цар 14.25). Обессиленные целым рядом этих войн, израильтяне оказываются, наконец, не в силах выдержать натиск своих последних врагов – ассириян, положивших конец существованию десятиколенного царства. В качестве самостоятельного государства десятиколенное царство просуществовало 259 лет (960–721). Оно пало, истощив свои силы в целом ряде непрерывных войн. В ином свете представляется за это время состояние двухколенного царства. Оно не только не слабеет, но скорее усиливается. Действительно, в начале своего существования двухколенное царство располагало лишь 120 000 или по счислению александрийского списка 180 000 воинов и потому, естественно, не могло отразить нашествия египетского фараона Сусакима. Он взял укрепленные города Иудеи, разграбил самый Иерусалим и сделал иудеев своими данниками (2Пар 12.4, 8–9). Впоследствии же число вооруженных и способных к войне было увеличено теми недовольными религиозной реформой Иеровоама I израильтянами (не считая левитов), которые перешли на сторону Ровоама, укрепили и поддерживали его царство (2Пар 11.17). Сравнительно благоприятно отозвались на двухколенном царстве и его войны с десятиколенным. По крайней мере, Авия отнимает у Иеровоама Вефиль, Иешон и Ефрон с зависящими от них городами (2Пар 13.19), а его преемник Аса в состоянии выставить против Зарая Эфиоплянина 580 000 воинов (2Пар 14.8). Относительная слабость двухколенного царства сказывается лишь в том, что тот же Аса не может один вести войну с Ваасою и приглашает на помощь Венадада сирийского (3Цар 15.18–19). При сыне и преемнике Асы Иосафате двухколенное царство крепнет еще более. Не увлекаясь жаждой завоеваний, он посвящает свою деятельность упорядочению внутренней жизни государства, предпринимает попытку исправить религиозно-нравственную жизнь народа, заботится о его просвещении (2Пар 17.7–10), об урегулировании суда и судебных учреждений (2Пар 19.5–11), строит новые крепости (2Пар 17.12) и т. п. Проведение в жизнь этих предначертаний требовало, конечно, мира с соседями. Из них филистимляне и идумеяне усмиряются силой оружия (2Пар 17.10–11), а с десятиколенным царством заключается политический и родственный союз (2Пар 18.1). Необходимый для Иосафата, как средство к выполнению вышеуказанных реформ, этот последний сделался с течением времени источником бедствий и несчастий для двухколенного царства. По представлению автора Паралипоменон (2Пар 21), они выразились в отложении Иудеи при Иораме покоренной Иосафатом Идумеи (2Пар.21.10), в счастливом набеге на Иудею и самый Иерусалим филистимлян и аравийских племен (2Пар.21.16–17), в возмущении жителей священнического города Ливны (2Пар.21.10) и в бесполезной войне с сирийцами (2Пар 22.5). Сказавшееся в этих фактах (см. еще 2Пар 21.2–4, 22.10) разложение двухколенного царства было остановлено деятельностью первосвященника Иоддая, воспитателя сына Охозии Иоаса, но с его смертью сказалось с новой силой. Не успевшее окрепнуть от бедствий и неурядиц прошлых царствований, оно подвергается теперь нападению соседей. Именно филистимляне захватывают в плен иудеев и ведут ими торговлю как рабами (Иоиль 3.6, Ам 1.9); идумеяне делают частые вторжения в пределы Иудеи и жестоко распоряжаются с пленниками (Ам 1.6, Иоиль 3.19); наконец, Азаил сирийский, отняв Геф, переносит оружие на самый Иерусалим, и снова царство Иудейское покупает себе свободу дорогой ценой сокровищ царского дома и храма (4Цар 12.18). Правлением сына Иоаса Амасии кончается время бедствий (несчастная война с десятиколенным царством – 4Цар 14.9–14,, 2Пар 25.17–24 и вторжение идумеев – Ам 9.12), а при его преемниках Озии прокаженном и Иоафаме двухколенное царство возвращает славу времен Давида и Соломона. Первый подчиняет на юге идумеев и овладевает гаванью Елафом, на западе сокрушает силу филистимлян, а на востоке ему платят дань аммонитяне (2Пар 26.6–8). Могущество Озии было настолько значительно, что, по свидетельству клинообразных надписей, он выдержал натиск Феглафелассара III. Обеспеченное извне двухколенное царство широко и свободно развивало теперь и свое внутреннее экономическое благосостояние, причем сам царь был первым и ревностным покровителем народного хозяйства (2Пар 26.10). С развитием внутреннего благосостояния широко развилась также торговля, послужившая источником народного обогащения (Ис 2.7). Славному предшественнику последовал не менее славный и достойный преемник Иоафам. За время их правления Иудейское царство как бы собирается с силами для предстоящей борьбы с ассириянами. Неизбежность последней становится ясной уже при Ахазе, пригласившем Феглафелассара для защиты от нападения Рецина, Факея, идумеян и филистимлян (2Пар 28.5–18). По выражению Вигуру, он, сам того не замечая, просил волка, чтобы тот поглотил его стадо, (Die Bibel und die neueren Entdeckungen. S. 98). И действительно, Феглафелассар освободил Ахаза от врагов, но в то же время наложил на него дань ((2Пар 28.21). Неизвестно, как бы сказалась зависимость от Ассирии на дальнейшей истории двухколенного царства, если бы не падение Самарии и отказ преемника Ахаза Езекии платить ассириянам дань и переход его, вопреки совету пророка Исаии, на сторону египтян (Ис 30.7, 15, 31.1–3). Первое событие лишало Иудейское царство последнего прикрытия со стороны Ассирии; теперь доступ в его пределы открыт, и путь к границам проложен. Второе окончательно предрешило судьбу Иудеи. Союз с Египтом, перешедший с течением времени в вассальную зависимость, заставил ее принять участие сперва в борьбе с Ассирией, а потом с Вавилоном. Из первой она вышла обессиленной, а вторая привела ее к окончательной гибели. В качестве союзницы Египта, с которым вели при Езекии борьбу Ассирияне, Иудея подверглась нашествию Сеннахерима. По свидетельству оставленной им надписи, он завоевал 46 городов, захватил множество припасов и военных материалов и отвел в плен 200 150 человек (Schrader jbid S. 302–4; 298). Кроме того, им была наложена на Иудею громадная дань (4Цар 18.14–16). Союз с Египтом и надежда на его помощь не принесли двухколенному царству пользы. И, тем не менее, преемник Езекии Манассия остается сторонником египтян. Как таковой, он во время похода Ассаргадона против Египта делается его данником, заковывается в оковы и отправляется в Вавилон (2Пар 33.11). Начавшееся при преемнике Ассаргадона Ассурбанипале ослабление Ассирии сделало для Иудеи ненужным союз с Египтом. Мало этого, современник данного события Иосия пытается остановить завоевательные стремления фараона египетского Нехао (2Пар 35.20), но погибает в битве при Мегиддоне (2Пар 35.23). С его смертью Иудея становится в вассальную зависимость от Египта (4Цар 23.33, 2Пар 36.1–4), а последнее обстоятельство вовлекает ее в борьбу с Вавилоном. Стремление Нехао утвердиться, пользуясь падением Ниневии, в приефратских областях встретило отпор со стороны сына Набополассара Навуходоноора. В 605 г. до Р. X. Нехао был разбит им в битве при Кархемыше. Через четыре года после этого Навуходоносор уже сам предпринял поход против Египта и в целях обезопасить себе тыл подчинил своей власти подвластных ему царей, в том числе и Иоакима иудейского (4Цар 24.1, 2Пар 36.5). От Египта Иудея перешла в руки вавилонян и под условием верности их могла бы сохранить свое существование. Но ее сгубила надежда на тот же Египет. Уверенный в его помощи, второй преемник Иоакима Седекия (Иер 37.5, Иез 17.15) отложился от Навуходоносора (4Цар 24.20, 2Пар 36.13), навлек нашествие вавилонян (4Цар 25.1, 2Пар 36.17) и, не получив поддержки от египетского фараона Офры (Иер 37.7), погиб сам и погубил страну.

Если международные отношения Иудеи сводятся к непрерывным войнам, то внутренняя жизнь характеризуется борьбой с язычеством. Длившаяся на протяжении всей истории двухколенного царства, она не доставила торжества истинной религии. Языческим начало оно свое существование при Ровоаме (3Цар 14.22–24, 2Пар 11.13–17), языческим и кончило свою политическую жизнь (4Цар 24.19, 2Пар 36.12). Причины подобного явления заключались прежде всего в том, что борьба с язычеством велась чисто внешними средствами, сводилась к одному истреблению памятников язычества. Единственное исключение в данном отношении представляет деятельность Иосафата, Иосии и отчасти Езекии. Первый составляет особую комиссию из князей, священников и левитов, поручает ей проходить по всем городам иудиным и учить народ (2Пар 17.7–10); второй предпринимает публичное чтение закона (4Цар 23.1–2, 2Пар 34.30) и третий устраивает торжественное празднование Пасхи (2Пар 30.26). Остальные же цари ограничиваются уничтожением идолов, вырубанием священных дубрав и т. п. И если даже деятельность Иосафата не принесла существенной пользы: «народ еще не обратил твердо сердца своего к Богу отцов своих» (2Пар 20.33), то само собой понятно, что одни внешние меры не могли уничтожить языческой настроенности народа, тяготения его сердца и ума к богам окрестных народов. Поэтому, как только умирал царь гонитель язычества, язычествующая нация восстановляла разрушенное и воздвигала новые капища для своих кумиров; ревнителям религии Иеговы вновь приходилось начинать дело своих благочестивых предшественников (2Пар 14.3, 15.8, 17.6 и т. п.). Благодаря подобным обстоятельствам, религия Иеговы и язычество оказывались далеко неравными силами. На стороне последнего было сочувствие народа; оно усвоялось евреем как бы с молоком матери, от юности входило в его плоть и кровь; первая имела за себя царей и насильно навязывалась ими нации. Неудивительно поэтому, что она не только была для нее совершенно чуждой, но и казалась прямо враждебной. Репрессивные меры только поддерживали данное чувство, сплачивали язычествующую массу, не приводили к покорности, а, наоборот, вызывали на борьбу с законом Иеговы. Таков, между прочим, результат реформ Езекии и Иоссии. При преемнике первого Манассии «пролилась невинная кровь, и Иерусалим... наполнился ею... от края до края» (4Цар 21.16), т. е. началось избиение служителей Иеговы усилившеюся языческой партией. Равным образом и реформа Иосии, проведенная с редкою решительностью, помогла сосредоточению сил язычников, и в начавшейся затем борьбе со сторонниками религии они подорвали все основы теократии, между прочим, пророчество и священство, в целях ослабления первого язычествующая партия избрала и выдвинула ложных пророков, обещавших мир и уверявших, что никакое зло не постигнет государство (Иер 23.6). Подорвано было ею и священство: оно выставило лишь одних недостойных представителей (Иер 23.3). Реформа Иосии была последним актом вековой борьбы благочестия с язычеством. После нее уж не было больше и попыток к поддержанию истинной религии; и в плен Вавилонский евреи пошли настоящими язычниками.

Плен Вавилонский, лишив евреев политической самостоятельности, произвел на них отрезвляющее действие в религиозном отношении. Его современники воочию убедились в истинности пророческих угроз и увещаний, – в справедливости того положения, что вся жизнь Израиля зависит от Бога, от верности Его закону. Как прямой и непосредственный результат подобного сознания, возникает желание возврата к древним и вечным истинам и силам, которые некогда создали общество, во все времена давали спасение и, хотя часто забывались и пренебрегались, однако всегда признавались могущими дать спасение. На этот-то путь и вступила прибывшая в Иудею община. В качестве подготовительного условия для проведения в жизнь религии Иеговы ею было выполнено требование закона Моисеева о полном и всецелом отделении евреев от окрестных народов (расторжение смешанных браков при Ездре и Неемии). В основу дальнейшей жизни и истории теперь полагается принцип обособления, изолированности.


* * *


1 «Для всех вас, принадлежащих к клиру и мирянам, чтимыми и святыми да будут книги Ветхого Завета: Моисеевых пять (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие), Иисуса Навина едина, Судей едина, Руфь едина, Царств четыре, Паралипоменон две, Ездры две, Есфирь едина».

2 «Читать подобает книги Ветхого Завета: Бытие мира, Исход из Египта, Левит, Числа, Второзаконие, Иисуса Навина, Судии и Руфь, Есфирь, Царств первая и вторая, Царств третья и четвертая, Паралипоменон первая и вторая, Ездры первая и вторая».

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Песнь, сложенная Давидом и включённая также в книгу псалмов, не случайно приведена в том месте Второй книги Царств... 

 

В глазах Иоава скорбь Давида об Авессаломе не только чрезмерна, но и оскорбительна. И всё-таки не только о гибели своего сына сокрушается Давид, но и о расколе в народе... 

 

Перед решающей битвой Давид просит военачальников сохранить жизнь Авессалому. Даже в разгар кровопролития для Давида он всё равно «отрок», 

Библиотека

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).