Мысли вслух на  11 Августа 2026

Пётр говорит здесь в первую очередь о своём собственном опыте общения со Христом. Но он имеет в виду не только тот факт, что был с Иисусом во время Его земного служения. Апостол обращает внимание прежде всего на свой опыт, связанный с пребыванием на Фаворе, на опыт Преображения. И на встречу с воскресшим Иисусом, Который предсказал ему мученическую кончину. Именно эти слова Спасителя, сказанные Им Петру уже после Своего воскресения, и вспоминает апостол, говоря, что скоро ему предстоит «покинуть этот дом», имея в виду, очевидно, своё физическое тело, а значит, и земную жизнь.

Для апостола, как видно, важнее не опыт пребывания рядом с Иисусом как таковой, а опыт переживания вместе с Ним реальности того Царства, которое Он принёс в мир. И Преображение, и Воскресение — опыт Царства, и именно на них сосредоточивает внимание Пётр. О собственном опыте Царства он и свидетельствует в первую очередь — как, впрочем, и все апостолы: ведь христианство и есть не что иное, как жизнь в Царстве.

Но помимо собственного опыта Пётр ссылается и на другой: на опыт пророков. Тот опыт, который отражён в Св. Писании иудеев — а пророческие книги были частью Св. Писания иудаизма уже в евангельские времена. Это была отсылка одновременно и к Св. Писанию, и к Традиции — ведь Традиция основывалась на пророческих книгах не меньше, чем на Торе. Но для Петра Традиция немыслима без того, что сегодня называют иногда харизматической составляющей. Чтобы адекватно интерпретировать тексты пророческих книг, надо иметь тот же духовный опыт, который имели пророки. Или, по крайней мере, похожий. Иначе ничего не получится.

Такова суть подлинной, с большой буквы, Традиции: её невозможно сохранить так, как сохраняют закрытые в банке консервы. Для Традиции с большой буквы сохранить означает воссоздать и пережить заново, актуализировав здесь и сейчас то, что переживалось в своё время авторами соответствующих текстов. И тогда настоящая Традиция становится частью опыта Царства, а значит, частью новой, теперь уже христианской, Традиции. И частью опыта Церкви тоже: ведь Церковь и есть Царство на земле.

В сегодняшнем чтении апостол Павел предлагает нам своеобразную словесную икону. Она сопоставима с видением Исайи в Иерусалимском храме или картинами Апокалипсиса. На этой иконе явлен Бог, Которому мы приносим благодарение. Благодарение же делает нас не просто зрителями, но участниками изображаемого — таков закон духовной жизни.

Далее апостол говорит о Боге действующем, о Том, Кто сказал о Себе: «Я вывел тебя из Египта рукою крепкой и мышцей простёртой». Действие Его не ограничивается никакими условиями, Он всегда даёт нам торжествовать во Христе. Но вот чудо: о каком торжестве идёт речь? Торжеством во Христе оказывается распространение Богом благоухания познания о Себе — подобное веянию тихого ветра, явленному пророку Илии.

Благоухание познания Бога — несколько облагороженное выражение, ведь в греческом оригинале стоит просто «запах знания Его». Кто не помнит детских сказок, где говорилось о том, что «Русью пахнет»? Запах — это ощутимый признак присутствия чего-то невидимого. Бог невидим, но народ познаёт Его, и это носится в воздухе, делая Его присутствие ощутимым.

Ученики спрашивают Иисуса, кто считается большим в Царстве Небесном. Этот вопрос похож на схоластические споры о том, сколько ангелов уместится на острие иглы, поскольку носит исключительно теоретический характер. Не понимая, что такое Царство Божие, они спорят о том, как устроена в нём иерархическая лестница. Точно так же они делят места по правую и левую руку от Спасителя в жизни будущего века, не представляя, что испрашивают себе мученические венцы.

Ответ Иисуса удивляет своей детской простотой и предельной жизненностью. Он не обсуждает с ними того, чего они понять не могут, а в качестве примера приводит знакомое и близкое. Христос не говорит об ангелах и архангелах, но берёт ребёнка и показывает в нём образ гражданина Своего Царства. Он не поддерживает подобные теоретические разговоры, а прямо говорит о том, каким надо быть, чтобы войти в него.

Многие часто задаются вопросом о смысле страданий. Порой так трудно понять, почему чаще страдают самые безвинные, — ведь кажется вполне естественным считать, что страдания посылаются за грехи. И вот Иисусу задают этот вопрос по поводу трагедии, случившейся в Иерусалиме.

А Он переводит его совсем в другую плоскость. Он не отрицает связи между грехом и наказанием, но одновременно говорит о том, что Божья педагогика основана на Его терпении и милости. Получается не «Почему же всё так плохо, когда я не сделал ничего плохого?!», а наоборот: «Почему же всё так хорошо, когда я не сделал ничего хорошего?!» И тут же Сам Иисус отвечает: всё так хорошо, потому что Бог даёт нам ещё один шанс измениться к лучшему.

Издавна горы символизировали возможность общения Бога с людьми: именно там Он беседовал и с Моисеем, и с Илией, и о них не раз упоминается в псалмах. Но вот настало время, когда они оказались осквернены идолами и языческими ритуалами. Места, где люди надеялись прикоснуться к Источнику жизни, стали смертоносными.

Но именно теперь, когда, как во дни Илии, повсюду, куда ни взгляни, видны дела язычников, звучит пророчество о верном остатке. Несмотря на малочисленность, он становится залогом того, что весь народ не погибнет на ложных путях, и зародышем его исцеления от греховных недугов. Увы, многие отвернутся от Господа и не захотят принять от Него спасение, продолжая надеяться на смертоносных идолов. Земля будет ими осквернена и опустошена. Но Тот, к Кому верный остаток обращается с молитвой не только на горах, но и на любом месте, в силах очистить землю и всех нас.

В этой последней части проклятий отступникам Господь показывает народу, как все радости жизни — семья, дом, урожай, мирная жизнь — могут в одночасье разрушиться, если люди забудут своего Бога. Дело не в том, что Он запугивает их или заставляет почитать Себя из-под палки. Просто все Его дары (а всякое благо — свыше) существуют лишь для того, чтобы вести человека вперёд — навстречу Тому, Кто их даёт. И если человек отворачивается от Бога, забывает Его, то получается, что все эти блага не выполнили своего предназначения, то есть стали бессмысленны и отнимаются.