3 сентября 2010 г.

Разногласия среди христиан - прискорбная неизбежность, но благодаря им познаются наиболее стойкие, мудрые и верные изначальному преданию.

Большинство толкователей полагают, что уже в первой половине 11-й главы апостол имеет в виду общественное богослужение, которое нарушалось появлением женщин без покрывала на голове. Такое предположение основано на том, что в 4, 5 и 13-м стихах упоминается о пророчествовании, которое будто бы имело место только при общественном богослужении (ср. 14:3 и сл.; 14:29). Но ничто не препятствует также предположить, что дар пророчества проявлялся также и в домашнем богослужении, в тесном семейном кругу, где могли выступать в качестве совершителей молитвы и женщины. Некоторые обстоятельства даже мешают допустить то предположение, что апостол имеет здесь в виду молитву и пророчествование при общественном богослужении. Так для обоснования своего постановления относительно женщин апостол не ссылается вовсе на особенный характер общественного богослужения, а затем в 17-м стихе он об обстоятельствах, имевших место при общественном богослужении, говорит как о чем-то новом (ср. 18 ст. — во-первых). Наконец, если бы шла речь об общественном богослужении, где апостол упомянул бы и о девицах, а не об одних женщинах. Итак, следовательно, апостол имеет в виду домашнюю жизнь женщины. Что же здесь обратило на себя его внимание. По-видимому, коринфские христианки стремились к полному уравнению в правах со своими мужьями. Учение апостола о том, что во Христе Иисусе нет различия между мужским полом и женским (Гал 3:28), коринфянки поняли не только в смысле равенства своих прав на спасение и благодать с правами мужчин, а в смысле равенства и в правах житейских. Это свое понимание равенства они обнаруживали в том, что при домашних молитвах, где и они иногда пророчествовали, они снимали с себя покрывало, которое в Коринфе, очевидно, служило символом подчиненности жены мужу. Против этого стремления коринфских женщин-христианок апостол и говорит теперь, как ранее он говорил против стремления рабов-христиан к освобождению (7:21 и сл.). Он увещевает коринфянок оставаться в прежних пределах, которые указаны им при самом их сотворении. Он требует, чтобы женщины надевали покрывало при молитве и пророчествовании в знак своего подчинения мужу. Затем, чтобы еще более показать нелепость претензии коринфских женщин, апостол указывает им на обычай общегреческий и на обычай, соблюдаемый в других христианских церквях.

Апостолу сообщили о еще более важном беспорядке, какой имел место в жизни коринфской христианской общины. Именно в богослужебных собраниях христиан отразилась та партийность, о которой апостол говорил в первых четырех главах своего послания (17-19), а затем в этих же собраниях, при совершении таинства Евхаристии, когда еще совершалась предварявшая это таинство вечеря любви, всякий спешил сам съесть принесенную им пищу, чтобы она не доставалась другим, неимущим. Апостол указывает на ненормальность такого образа действий. Велико значение таинства св. Евхаристии! Здесь совершается бескровная жертва в память той великой жертвы, какую принес за людей Христос, и тот, кто недостойно приступает ко вкушению тела и крови Господней, принимает на себя большую ответственность пред Господом. Оттого в коринфской общине участились и случаи внезапной смерти христиан: это наказание Божие за то, что христиане эти не в надлежащем настроении приступали к приобщению.

Во-первых слышу. Соответствующее этому первому упреку второе порицание начинается в ст. 20-м. Это ясно видно из того, что как 18-й, так и 20-й стих начинаются одинаково выражением: когда вы собираетесь (συνερχομένων ὑμω̃ν).

В церковь — правильнее: как церковь или церковью (ἐκκλησία̨). Этим обозначается род и способ собрания, а не место (ср. 14:23).

Разделения. Апостол не входит в разъяснение того, какие это были разделения, очевидно, потому что подробно объяснил это в первых четырех главах своего послания. Это, конечно, были разделения из-за учителей веры.

Чему отчасти и верю. Апостол хочет смягчить ту картину настроений, какую нарисовали ему прибывшие в Ефес из Коринфа христиане. Быть может, — хочет сказать он, — положение вещей в Коринфе не так уже плохо, как показалось этим ревностным христианам.

Ибо надлежит. Апостол говорит здесь о внутренней причине, по какой такие разделения должны были возникнуть. Означенные разделения появились в силу особого действия божественного промышления о Церкви. В церкви коринфской, как и в других церквях, было немало людей, которые выступили в качестве учителей веры не по призванию, а увлекаясь примером других или желая оказать сопротивление общепризнанным проповедникам. И вот, в возникших вследствие появления новых учителей спорах, должно было выясниться, кто настоящий, призванный, учитель веры, и кто не заслуживает этого названия. Апостол предвидит даже еще более худшее — что за разделениями (σχίσματα ст. 18-й), причина которых лежала в личных симпатиях и антипатиях разделявшихся между собою из-за учителей веры, последуют разномыслия (αἱρέσεις — ст. 19-й), в которых скажется уже различное понимание самого учения христианского (ср. Деян 5:17 и 15:5, где идет речь о ересях фарисейской и саддукейской, и Деян 24:5 и 28:22, где дано то же наименование ереси — в смысле особого учения — самому христианству). Если разделения можно сравнить с маленькими надрывами в покрывале, то разномыслия будут уже такие разрывы, от которых покрывало разделится на несколько частей.

Дабы открылись между вами искусные. Под искусными (δόκιμοι) нужно понимать таких христиан, которые обнаружат при таких смятениях церкви столько мудрости и зрелости в суждении, что каждый признает их действительными христианами (ср. 9:27).