Новость дня на 2 Июня 2017

Детская наивность бывает порой очень искренней, в особенности тогда, когда дело касается отношений с Богом. Вот характерный эпизод: девочка лет четырёх идёт с мамой, которая выговаривает ей за плохое поведение. Девочка хочет что-то сказать в ответ, но удерживается. Мама настаивает: «Ну скажи, скажи, что думаешь!» Девочка отмахивается: «Потом, в переходе!» Обе приближаются к подземному переходу и ныряют под землю. Тут девочка заявляет маме: «Ты противная!» Мама удивляется: «А почему ты мне наверху не могла этого сказать?» Девочка отвечает: «Наверху Бог услышит!»

Ответ четырёхлетней девочки мог бы показаться забавным и наивным, если бы мы сами не были во многом на неё похожи, когда дело доходит до наших отношений с Богом. Грехопадение, это отдаление человека от Бога, не случайно начинается с того, что человек пытается спрятаться от Него — прячется, чтобы скрыть свой грех. Быть может, вовсе не из-за страха наказания, а оттого, что не хочется признаться ни себе, ни Ему в собственной несостоятельности.

В глубине души подавляющему большинству из нас, верующих людей, хотелось бы, чтобы Бог никогда не видел наших грехов. Нам бы хотелось, чтобы Он оказывался рядом и смотрел на нас тогда, когда, как нам кажется, мы хорошие и готовы к встрече с Ним: например, во время молитвы или когда мы делаем что-то хорошее. А вот грешить лучше где-нибудь в тёмном углу, в подземном переходе, в пустыне, в лесу — словом, подальше от алтарей и храмов.

Нам кажется, что если Бог далеко, то Он не видит и не знает, что Он в этом отношении похож на нас: мы ведь тоже мало что или совсем ничего не знаем о тех, кто в данный момент находится от нас далеко. У Бога же всё иначе, и Он устами Своего пророка напоминает нам об этом. Его близость означает не то, что Он узнаёт о нас нечто новое, чего не знал прежде, а то, что мы оказались в центре Его внимания, чем-то это внимание привлекли, и теперь Он собирается непосредственно вмешаться в нашу жизнь, войти в неё с тем, чтобы что-то в ней изменить.

И тут нам, вполне естественно, хочется выглядеть лучше, чем мы есть на самом деле. Богу же вовсе не нужно, чтобы мы «выглядели» — Ему нужно, чтобы мы просто были. Были такими, какие есть, и впустили Его в свою жизнь — такую, какая она есть, — с тем, чтобы дать Ему возможность сделать её (с нашим, разумеется, участием) такой, какой она должна быть согласно Его замыслу и плану.

Продолжаются обличения, но вот опять среди суровых предупреждений мы видим луч надежды. Народу ещё только предстоит отправиться в изгнание и новое рабство, а уже звучат слова пророчества о грядущем возвращении из плена — о том, что Тот же самый Господь, Который некогда вывел Свой народ из египетского плена, освободит его и от господства новых завоевателей. Но мало того, Он даёт пророческое обетование о праведной Отрасли Давида. Пусть эта часть пророчества не была в полном объёме понята современниками Иеремии, но здесь в их сердца было заложено то зерно готовности принять Спасителя, которому предстояло прорастать на протяжении последующих веков.

Должно быть, не случайно именно после пророчества о Том, Кто станет Добрым Пастырем, Господь снова возвращается к обличению лжепастырей и лжепророков.

Впрочем, эта проблема актуальна и сегодня. И дело не только в том, что во все времена хватало проходимцев, дурачивших доверчивую публику. Может быть, гораздо опаснее искренний и бескорыстный самообман, когда человек принимает за голос свыше собственные умозаключения или же проекцию подсознания, обман своего сердца. Но здесь пророчество предупреждает об опасности: если прежние пророки отвернулись от Господа, променяв Его на Ваала, то новые рискуют променять Господа на собственные иллюзии и сновидения.

Вопрос по существу: неужели из-за того, что мы ощущаем себя отдалёнными от Бога, Он становится меньше Богом? Меньше Его благость, меньше Его любовь, меньше Его всемогущество? Какая глупость!

Возможно, это идёт от нашего «материального» опыта, говорящего, что воздействие чего-то на нас по мере удаления слабеет. Тогда отдалённость Бога оказывается даже выгодной: с Ним можно меньше считаться. Мы понимаем, что у Него есть причины быть нами недовольным, но если Он далеко, то это не так страшно и можно не очень торопиться исправиться. Мы уже начинаем целенаправленно Его отодвигать от себя, выстраивать барьеры между собой и Богом — только бы не впасть в руки Бога Живого. Всё это, конечно, самообман. Бог всегда и всюду Тот же, Он всегда рядом с нами, даже тогда, когда мы думаем, что Он далеко. И дело не в том, чтобы от Него в страхе прятаться или бежать, а в том, чтобы в доверии искать Его, обращаться к Нему, приближаться к Нему.