Декалог, или Десятисловие, как еще называют Десять заповедей – один из центральных
документов библейского откровения. Декалог был центральным в Законе в ветхозаветную эпоху; не
потерял он своего значения и после заключения Нового завета. Кроме того, в течение трех с лишним
тысячелетий, прошедших с момента откровения Декалога, он оказал и продолжает оказывать
исключительное, ни с чем не сравнимое воздействие на культуру и цивилизацию. То, что современный
человек называет «общечеловеческими ценностями», в сущности, является...
![]()

Новое утверждение монотеизма, проникнутое сознанием бессилия ложных богов.
Прообраз этого исхода дан в Исх 14:21-22. Чудеса нового исхода превзойдут дивные дела древних дней.
Вслед за возвещением строгого наказания Израилю в конце предыдущей главы (42:18-25) следует, как это обычно у пророка Исаии (1:25-27; 6:2-6; 9:1-16 и пр.), в начале данной главы ободрение и утешение его, как народа Божия, находившегося во все времена своей истории под особым водительством и заступничеством Бога. Утешение Израиля — главная тема всей второй части кн. пророка Исаии — в данном случае имеет своей целью указать ему на благополучный выход из предстоящего вавилонского плена (8 ст., 14 ст.). Увеличивая радость своего утешения, пророк от плотского Израиля переходит к духовному, к образованию из истинных израильтян и обратившихся язычников нового избранного народа, который будет возвещать славу Божию (21). Отсюда, по контрасту, снова переход к историческому Израилю, не оправдавшему своего избрания, и потому, несмотря на все богатство божественного милосердия и долготерпения, не избегшего тяжелой участи.
Здесь в более сжатой форме повторяется то, что составляло специальный сюжет раннейшей главы (41:1,21-26), именно — суд Иеговы с народами. Иегова снова вызывает на суд с собой иудеев (8 ст.) и язычников (9 ст.) и требует от них достоверных свидетелей, каковых у них, разумеется, не оказывается. В противоположность им Иегова сначала заставляет быть невольными о Нем свидетелями всех его врагов (10 ст.), а затем выступает и Сам с торжественным самоудостоверением (11-13 ст.).
Я, Я Господь, и нет Спасителя, кроме Меня. Отсутствие свидетелей у противной стороны и наличность достоверных свидетелей на стороне истинного Бога дают особенную убедительность и силу Его торжественному исповеданию, что прежде Него не было Бога и после Него не будет и что, следовательно, только один Он есть вечно живущий и присно спасающий Бог, у Которого нет и быть не может никаких действительных соперников.