Что, интересно, имеет в виду Иисус, говоря о «книжнике, наученном Царству»? О какой сокровищнице Он говорит? И как сказанное связано с притчами Спасителя о Царстве, в которых Он сравнивает его с найденным сокровищем и с пойманной рыбой?
В самом деле, смысл, к примеру, притчи о найденном сокровище вполне понятен: когда дело касается чего-то действительно ценного, ради этого можно пожертвовать всем, всё продав и купив то, что даст доступ к этой ценности. Человек, знающий и понимающий, что такое Царство, готов отдать всё ради того, чтобы получить возможность встать на ведущий к нему путь. Конечно, купить поле ещё не означает получить сокровище; поле — лишь место, где его можно найти, так же, как путь в Царство — ещё не само Царство во всей его полноте. Но встать на путь тем не менее означает сделать первый и важнейший шаг, выбрав верное направление. «Книжник», то есть теолог, «наученный Царству», как видно, прежде всего должен быть в состоянии правильно расставить приоритеты: от своих познаний и от своей традиции он может и не отказываться, но совершенно необходимо сделать так, чтобы всё это работало на решение главной задачи — движения к Царству. От чего-то, вероятно, придётся и отказаться, но, если одна жемчужина ценнее всего остального товара, обмен имеет смысл.
Но просто встать на путь, ведущий в Царство, ещё недостаточно: ведь, судя по притче о множестве пойманных рыб, на этом пути и даже у порога Царства могут оказаться многие, потому что невод раскинут предельно широко. История Царства — это прежде всего история его раскрытия в нашем преображающемся мире, а потому так или иначе о нём узнает и с ним соприкоснётся каждый — хотя бы один раз в своей жизни, в конце времён. Но само по себе такое соприкосновение ещё ничего не гарантирует: в сети попадает разная рыба, но оказаться в неводе ещё не означает попасть в заветную корзину: негодная рыба возвращается обратно в море.
Как видно, путь в Царство действительно открыт каждому, а вот вхождение в него — а значит, и спасение — не гарантировано никому. Приход Христа стал для нас гарантией лишь возможности спасения, осуществление которого во многом зависит от нашего собственного выбора и от нашей собственной решимости — и не только тогда, когда мы только вступаем на этот путь, но и тогда, когда уже идём по нему.
