Воспевание Господа начинается с признания страшными и Его Самого, и Его дел, производящих сильнейшее впечатление. Мы уже привыкли к мысли, что на одном страхе ничего ценного создать невозможно, страх Божий по сути своей не похож на любой из испытываемых людьми испугов. Да, это так, опровергать эту мысль не стоит. И всё-таки трудно отделаться от ощущения, что и человеческий страх поначалу был примешан к благоговейному трепету перед Непостижимым.
Стыдиться этого незачем, как бессмысленно притворяться более сильным и совершенным, чем ты есть. На то мы и люди, чтобы предстоять перед Ним такими, каковы на самом деле, не играющими роль отличника по поведению или же "крутого" перед взором Того, Кого не обманешь. Но от слабости Он ведёт нас к даруемой Им силе, от греха - к святости. От страха людского - к страху Божьему, неотделимому от изгоняющей всякий страх совершенной любви.
