Новость дня на 28 Марта 2026

Наверное, многие слышали такую историю. Замечательная актриса Фаина Георгиевна Раневская идет по театру, видит нескольких молодых актрис, о чем-то шушукающихся между собою, и спрашивает их: «Против кого дружим, девочки?»

Нам, людям, это свойственно, не правда ли, — дружить «против кого-нибудь». Надо только найти общего недруга. Вот и в евангельские времена мы видим похожий сюжет. Пилат и Ирод враждовали, потому что каждый из них хотел безраздельно править Иудеей: один — как полномочный представитель императора Рима, другой — как представитель хасмонейской династии (заметим, что с точки зрения Закона Моисеева оба — нелегитимные властители).

И вдруг обнаруживается Тот, Кого называют Мессией, Царем Иудейским, Помазанником Божиим. И у Пилата, и у Ирода есть возможность признать Христа, причем даже не заочно, а при личной встрече! Но оба они предпочитают отвергнуть Его, посчитать «недругом» Иисуса и в этом обрести общность интересов.

В истории Церкви не раз бывало, что политические интересы приводили к самым причудливым союзам. Конечно, они были недолговечны: ведь то, что не от Бога, разрушается.

Совсем недавно мы видели, что Христос не возражает против уплаты податей Кесарю, но вот лжесвидетели обвиняют Его именно в запрете давать подать. Сами обвинители отнюдь не поклонники римской власти, они называют преступлением и приписывают Христу те поступки, которые и сами были бы рады совершать. Крайности, как часто бывает, сходятся, и те, кто выставляет себя патриотами и ревнителями веры отцов, готовы выдать языческим оккупантам на расправу неудобного соотечественника.

По свидетельству евангелиста, сделались в тот день Пилат и Ирод друзьями между собою. Странно слышать о дружбе правителей, привыкших руководствоваться иными принципами, нежели личные симпатии. Столь же странно выглядит дружба, родившаяся при совершении злодеяния. Но, может быть, и в их примирении сказалось благотворное действие Иисуса? Ведь вражда правителей кровью и лишениями сказывается на их подданных...

Пилат поступает согласно "воле народа". Одного этого было бы достаточно, чтобы христиане остереглись употреблять языческую поговорку "глас народа - глас божий". Увы, не остерегаются, и до сих пор любое суеверие и ложное представление настаивает на своей истинности, опираясь на многочисленность тех, кто его разделяет. Тем, кто видит правду, часто приходится отстаивать её в меньшинстве. Но не надо этого бояться, Сама Истина, знающая, каково быть в меньшинстве, наша опора.

А всё-таки: понимали ли хоть сколько-нибудь власти (и религиозные, и светские), с Кем они имеют дело, когда речь шла об Иисусе? Иногда поневоле думается, что, если и не знали точно, то, как минимум, о чём-то смутно догадывались. Если и пророк, то необычный, странный пророк; если учитель, то какой-то совершенно «нетрадиционный». Ирод хочет от Него чудес, но вовсе не собирается принимать решения о Его дальнейшей судьбе, не хочет брать на себя ответственность, которую пытается свалить на него прокуратор. И возвращает узника обратно. А Пилату совсем не нужна лишняя головная боль, в глубине души он понимает, что, какое решение ни прими, всё будет нехорошо и невыгодно. И страх, какой-то полуосознанный страх всё время ощущается в сердце. Лучше бы, конечно, отпустить Его под каким-нибудь благовидным предлогом, вот и праздник кстати, тут бы и освободить Его, и спустить дело на тормозах… Ах, народ не хочет? Ну, так и тем лучше: пойдём навстречу народу, в конце концов, Он же объявил Себя их Царём… Так металась земная власть перед лицом Того, Кто принёс в мир Царство. Он мешает, хорошо бы от Него избавиться, но лучше бы всего, если бы Он Сам как-нибудь исчез, как будто и не было Его. Тогда бы всё опять стало если не хорошо, то хотя бы нормально, как прежде. А казнить — казнить, конечно, несложно, не Он первый, не Он последний. Но где-то почти на границе сознания брезжит понимание, что казнь — не выход, что-то будет, так, просто дело не кончится, как ни охраняй гробницу. И всё же выхода, кажется, нет. Казнить, нельзя помиловать. Запятая поставлена.