Библия-Центр
РУ
Оглавление
Поделиться

Новое небо над новой землей (размышления над Библией)

В.В. Сорокин

Жертвенная кровь

Жертвоприношение как форма богопочитания была известна еврейскому народу задолго до Исхода и сооружения Скинии Завета, и внешне оно ничем существенно не отличалось от аналогичных форм языческого культа. В обоих случаях в жертву приносили обычно или плоды земли (прежде всего хлебы; у многих народов сохранились даже специальные культовые виды выпечки, к которым относятся в т.ч. и специальные пресные хлебцы, называемые у евреев мацот), или скот (обычно овец, реже — коров и коз). Жертвоприношение у язычников совершалось одновременно с молитвою тому из богов, кого хотели почтить, так что оно оказывалось обычно средоточием почти всякой языческой религиозной церемонии, формы которой в остальном могли быть очень различны. Жертвоприношение плодов земли было, разумеется, бескровным: их обычно просто оставляли на алтаре для «освящения», после чего некоторая часть этого «освящённого» приношения съедалась, а другая оставлялась до следующего жертвоприношения, перед началом которого она обычно сжигалась во славу того бога, которому приносилась жертва. Иногда на жертвенник также возливали вино, мёд, молоко или специально приготовленное масло. Иначе совершалось жертвоприношение скота. В таком случае животное обычно подводили к жертвеннику и там его закалывали с молитвой тому богу, которому приносили жертву. После этого жрец или совершающий жертвоприношение кропил кровью жертвенного животного сначала жертвенник, а затем себя и всех участвующих в действе, после чего одна часть мяса убитого животного сжигалась на жертвеннике, а другая зажаривалась и съедалась или одним жрецом, или всеми участниками жертвоприношения. По общераспространённому в языческом мире мнению, восходящим к небу дымом от сжигаемых жертв питались боги. Иногда, в особо торжественных случаях, жертвенное животное сжигалось на огне целиком, при этом обычно читались молитвы и пелись гимны тому богу, которому приносилась жертва, и в этом случае, разумеется, никакой ритуальной трапезы не было.

Очевидно, жертвоприношение в Израиле совершалось аналогичным образом (Лев 1:1-17; Лев 3:1 — 4:35). Несомненно, однако, и то, что при внешнем сходстве духовный смысл его был совершенно иным. Чтобы понять смысл жертвоприношения, важно помнить, что мистике и антропологии Израиля был чужд языческий спиритуализм, что с библейской точки зрения человек должен войти в мир кадош весь, душою и телом, а потому и Господь должен был получить доступ не только к душе человека, но и к его телу. И здесь особое значение имела жертвенная кровь и освящённое мясо. Кровь издавна и справедливо почиталась древними основою жизни; но, в отличие от учёных нового времени, древние видели в крови прежде всего не насыщенный сложнейшими химическими соединениями раствор, а носитель особого начала, являющегося основой всех психофизиологических процессов, несводимый ни к каким биохимическим или биофизическим их элементам. Египтяне называли эту основу ба, предполагая наличие её как у человека, так и у животных и даже у растений. Ба может приобретать то или иное качество, определяя тем самым существование конкретных видов и форм живого вещества; сама же она представляет собою своего рода «субстанцию жизни», без наличия которой никакая органическая жизнь невозможна. С точки зрения современной науки вопрос об особой «субстанции жизни» остаётся открытым — ведь и биологическая наука нового времени знает виталистские концепции, предполагающие наличие во всяком организме особого «жизненного начала». Были, разумеется, и попытки свести все формы организации живого вещества к неживому (органическая жизнь описывалась при этом исключительно в рамках физических и химических взаимодействий), но открытия нашего века, прежде всего в области генетики, окончательно эти попытки похоронили. Древние же видели в «субстанции жизни» основание, не только соединяющее воедино на особом метафизическом уровне всё живое, но и делающее жизнь началом вселенским. Из особой, совершенной «субстанции жизни», по их представлениям, состоял мир, который они называли «надлунным», и этот мир виделся им также совершенным и неизменным. Что же до конкретных форм жизни, то, например, по мнению египетских философов, ба у животных и у человека связана с кровью, а у растений — с растительными соками.

В Библии начало, аналогичное египетскому ба, называется нефеш. Слово это в синодальном тексте переводится обычно как «душа», хотя с привычными нам личностными представлениями о душе человека оно никак не связано (впрочем, в современном иврите под словом нефеш также понимается обычно «душа» в христианском смысле этого слова). Словом нефеш называется средоточие жизни не только человека (Быт 2:7), но и всякого вообще живого существа, и в этом случае нефеш связывается именно с кровью (Быт 9:4; ср. Втор 12:23). То, что изначально нефеш человека связан не с кровью, а с «дыханием жизни» (Быт 2:7), говорит об истинной душевно-телесной природе человека, ещё не искажённой грехопадением и не одетой «ризами кожаными» (Быт 3:21), напоминая одновременно о том, чем нам надлежит стать в конце времён после преображения. А на пути к этому завершению мировой истории Господь протягивает человеку Свою руку, открывая ему Себя в том, что человеку привычнее и понятнее всего — в плоти и крови. Ведь кровь жертвенных животных, попадая на стоящий у входа в Скинию жертвенник, совершенно реально освящалась таинственным Присутствием, этот жертвенник осенявшим; а затем эта освящённая кровь освящала и человека, который, вкушая после окропления кровью жертвенное мясо, становился причастным Богу в полной мере душой и телом. Впрочем, душе во всяком случае отдавалось первенство, и жертвоприношению всегда предшествовала молитва, благодарственная или хвалебная в случае «жертвы мирной» (Лев 3:2) или «жертвы всесожжения» (Лев 1:4) и, очевидно, покаянная в случае «жертвы за грех» (Лев 4:4, Лев 4:15, 24, 29). Здесь и пролегало различие между жертвой языческой и жертвой яхвистской. «Субстанция жизни» во всяком случае оказывалась открытой к разного рода метафизическим воздействиям, и этим ещё в предисторический период пользовались люди, желая обрести возможность магического воздействия на мир. Вместо молитв в этих случаях читались заклинания, а жертвенная кровь, подверженная действию не только стихийных начал, но нередко и духов тьмы, соединяла человека, уж конечно, не с Богом Живым. Да и молитва у язычника порою граничила с заклинанием: считалось возможным воздействовать на богов, к которым обращается приносящий жертву, и даже связать их клятвой, которую они принуждены будут исполнить, иногда против своего желания. А ведические тексты, например, иногда прямо говорят о том, что мудрец, овладевший искусством жертвоприношений и чтения особых мантр-заклинаний, не только владеет стихиями мира сего, но стоит даже выше богов и демонов. И только в Израиле, когда Господь протянул свою руку к жертвеннику, жертвенная кровь стала соединять человека с Ним, поистине его освящая. Освящённая плоть и освящённая кровь, через которые Господь входит в человека постольку, поскольку открыто Господу его сердце — в этом смысл жертвоприношений Израиля, и здесь, в жертвенном агнце, ясно виден уже не аллегорический, а мистический прообраз Того, Кто пришёл дать верующим в Него Своё Тело и Свою Кровь, открывающие совершенную полноту благодати. При таком подходе вполне естественно было бы увидеть в «жертве мирной» прообраз св. Евхаристии, а в «жертве за грех» — прообраз таинства исповеди. При посвящении священников существовал особый ритуал жертвоприношений (Лев 8:1-9, Лев 8:24), смысл которого был связан с ожидающим священника предстоятельским служением (вначале помазание елеем (Лев 8:1-13), затем обычная жертва за грех (Лев 8:14-17) и всесожжение (Лев 8:18-21); далее — специальное жертвоприношение и помазание священника освящённой кровью — как призвание на особое служение (Лев 8:22-30), и в завершение, после семи дней углублённых молитв (Лев 8:31-36), жертвоприношение от имени всего народа за священника (Лев 9:1-14) и первое жертвоприношение священника за народ (Лев 9:15-24), после которого обряд считался законченным). Это особое посвящение является, в сущности, прообразом таинства священства. О том, что ритуальные очистительные омовения были прообразом таинства св. Крещения, было сказано и написано немало, равно как и об обычае помазания священников, пророков и царей, из коего выросли в Церкви таинства миропомазания и елеосвящения; однако следует помнить, что в Израиле эти действия совершались обычно (а в случае очистительного омовения — обязательно, см., напр., Лев 15:13-15) перед жертвоприношением, предваряя его. По-видимому, благодатная полнота этих действий стала раскрываться лишь после Крещения Господня и св. Пятидесятницы.

Но прообраз — не образ, и прообраз полноты не есть полнота. С кровью животного Господь входил в человека настолько, насколько тот мог вместить; Кровь Христова открывает нам Его в полноте, и Он вмещается в наше сердце до конца в момент причащения, а затем остаётся с нами в той мере, в какой мы можем удержать Его благодать, которая, чаще всего, увы, уходит, как вода в песок. Именно поэтому для Общины Израиля особое значение имеет психофизиологический аспект духовной жизни. Он очень важен и в языческой аскетике — ведь язычник обычно относится к Божеству как к объекту, к которому нужно мистически приблизиться с тем, чтобы им овладеть. В яхвистской Общине, разумеется, дело обстояло не так; но благодать Божию каждый в Общине вмещал по мере сил, и мера эта определялась не только открытостью сердца, но и аскетической чистотой тела. Для христианина аскеза имеет прежде всего духовный смысл, психофизиологический аспект в христианской аскетике отходит обычно на второй план; для яхвиста он почти так же важен, как и аспект духовный. Потому-то в Книге Левита мы находим не только описание чинопоследования жертвоприношений, но и правила ритуальной чистоты. Разумеется, Книга эта была написана сравнительно поздно, едва ли раньше IX в. до Р.Х. даже в самых ранних своих редакциях, но в основе своей изложенные в ней правила кашрута восходят, несомненно, ко временам гораздо более ранним. Прежде всего обращает на себя внимание перечисление «чистых» и «нечистых» животных (Лев 11:1-47), которое до сих пор в иудаизме составляет основу норм кашрута в отношении пищи. Это перечисление вызывает немало вопросов. Иудейские толкователи говорят обычно о непостижимости смысла повелений Божиих, призывая соблюдать Тору, веря Богу на слово; христианские экзегеты предлагают различные (обычно весьма искусственные) аллегорические толкования. Между тем, перечисление это станет вполне понятным, если вспомнить, что языческая аскетика знает целую систему специально разработанных типов питания, так или иначе целенаправленно воздействующих на психофизиологическое состояние человека. В этом контексте вспоминают обычно прежде всего китайскую традицию, в т.ч. особую разработанную в древнем Китае систему питания, рекомендуемую философам и в особенности тем, кто собирается посвятить себя духовной жизни, — система эта обостряла работу мысли и мистическое восприятие. Менее известно то, что аналогичные методики были известны и в древнем Средиземноморье, и в т.ч. в Египте, где существовали известные пищевые ограничения, в частности, для жрецов. Соблюдение рекомендуемых норм имело целью достижение тех же результатов, что и китайская «диета мудреца». Видимо, к тому же стремился и тот, кто составил список «чистых» и «нечистых» животных в Книге Левита; во всяком случае, распределение их в основном совпадает с египетским. Важными с психофизиологической точки зрения оказываются также некоторые моменты, связанные с половой сферой; и испокон веку было известно всему миру, что нет лучшего способа восстановить нарушенное равновесие психофизиологического состояния человека, чем холодная вода из естественного источника (Лев 12:1-8; Лев 15:1-32). Разумеется, все эти установления ценны не сами по себе, но лишь как дополнение к главному; главное же — жертвоприношение, совершаемое от чистого сердца и с искренней молитвой. После разрушения Второго Храма установления эти потеряли смысл даже для тех, кто не принял Христа: не к чему стало готовиться, жертвоприношения прекратились, осталась лишь молитва, которая обычно не требует столь тщательной психофизиологической подготовки. После разрушения Храма и прекращения жертвоприношений иудаизм оказался в таком же положении по отношению к древнему яхвизму, как протестантизм по отношению к Церкви: осталась вера, молитва, традиция, но духовно-мистический и культовый стержень исчез. Впрочем, это случилось уже после явления в мир Того, Кто Сам стал последней жертвой за жизнь мира. Тем же, кто остался верен Завету Моисея и не принял Завета Нового, остаётся уповать на явление мал'ах яхве в надежде, что Господь не оставит искренне верующих в Него. Да и может ли исчезнуть иудаизм, пока сохраняется хотя бы одна община искренне верующих, которых осеняет покой шаббата? Конечно, человек, влезающий по верёвочной лестнице в окно, когда открыта дверь, выглядит несколько странно; но ведь и мы, считающие себя христианами и вполне церковными людьми, большею частью стоим на пороге, лишь изредка и ненадолго его переступая, и, наверное, мы тоже выглядим со стороны несколько странно, особенно когда стараемся при всём этом уверить окружающих, что мы-то и есть самые настоящие обитатели дома. Здесь мы, в сущности, имеем дело с тайной, которая, вероятнее всего, разрешится лишь в конце времён.

Отрывки к тексту:
Лев 1
Лев 3:1-4:35
Лев 8-9
Лев 11
Лев 12
Лев 15
1
καὶ ἀνεκάλεσεν Μωυση̃ν καὶ ἐλάλησεν κύριος αὐτω̨̃ ἐκ τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου λέγων
2
λάλησον τοι̃ς υἱοι̃ς Ισραηλ καὶ ἐρει̃ς πρὸς αὐτούς ἄνθρωπος ἐξ ὑμω̃ν ἐὰν προσαγάγη̨ δω̃ρα τω̨̃ κυρίω̨ ἀπὸ τω̃ν κτηνω̃ν ἀπὸ τω̃ν βοω̃ν καὶ ἀπὸ τω̃ν προβάτων προσοίσετε τὰ δω̃ρα ὑμω̃ν
3
ἐὰν ὁλοκαύτωμα τὸ δω̃ρον αὐτου̃ ἐκ τω̃ν βοω̃ν ἄρσεν ἄμωμον προσάξει πρὸς τὴν θύραν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου προσοίσει αὐτὸ δεκτὸν ἐναντίον κυρίου
4
καὶ ἐπιθήσει τὴν χει̃ρα ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ καρπώματος δεκτὸν αὐτω̨̃ ἐξιλάσασθαι περὶ αὐτου̃
5
καὶ σφάξουσι τὸν μόσχον ἔναντι κυρίου καὶ προσοίσουσιν οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς τὸ αἱ̃μα καὶ προσχεου̃σιν τὸ αἱ̃μα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨ τὸ ἐπὶ τω̃ν θυρω̃ν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου
6
καὶ ἐκδείραντες τὸ ὁλοκαύτωμα μελιου̃σιν αὐτὸ κατὰ μέλη
7
καὶ ἐπιθήσουσιν οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς πυ̃ρ ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον καὶ ἐπιστοιβάσουσιν ξύλα ἐπὶ τὸ πυ̃ρ
8
καὶ ἐπιστοιβάσουσιν οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς τὰ διχοτομήματα καὶ τὴν κεφαλὴν καὶ τὸ στέαρ ἐπὶ τὰ ξύλα τὰ ἐπὶ του̃ πυρὸς τὰ ὄντα ἐπὶ του̃ θυσιαστηρίου
9
τὰ δὲ ἐγκοίλια καὶ τοὺς πόδας πλυνου̃σιν ὕδατι καὶ ἐπιθήσουσιν οἱ ἱερει̃ς τὰ πάντα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κάρπωμά ἐστιν θυσία ὀσμὴ εὐωδίας τω̨̃ κυρίω̨
10
ἐὰν δὲ ἀπὸ τω̃ν προβάτων τὸ δω̃ρον αὐτου̃ τω̨̃ κυρίω̨ ἀπό τε τω̃ν ἀρνω̃ν καὶ τω̃ν ἐρίφων εἰς ὁλοκαύτωμα ἄρσεν ἄμωμον προσάξει αὐτὸ καὶ ἐπιθήσει τὴν χει̃ρα ἐπὶ τὴν κεφαλὴν αὐτου̃
11
καὶ σφάξουσιν αὐτὸ ἐκ πλαγίων του̃ θυσιαστηρίου πρὸς βορρα̃ν ἔναντι κυρίου καὶ προσχεου̃σιν οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς τὸ αἱ̃μα αὐτου̃ ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨
12
καὶ διελου̃σιν αὐτὸ κατὰ μέλη καὶ τὴν κεφαλὴν καὶ τὸ στέαρ καὶ ἐπιστοιβάσουσιν αὐτὰ οἱ ἱερει̃ς ἐπὶ τὰ ξύλα τὰ ἐπὶ του̃ πυρὸς τὰ ἐπὶ του̃ θυσιαστηρίου
13
καὶ τὰ ἐγκοίλια καὶ τοὺς πόδας πλυνου̃σιν ὕδατι καὶ προσοίσει ὁ ἱερεὺς τὰ πάντα καὶ ἐπιθήσει ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κάρπωμά ἐστιν θυσία ὀσμὴ εὐωδίας τω̨̃ κυρίω̨
14
ἐὰν δὲ ἀπὸ τω̃ν πετεινω̃ν κάρπωμα προσφέρη̨ς δω̃ρον τω̨̃ κυρίω̨ καὶ προσοίσει ἀπὸ τω̃ν τρυγόνων ἢ ἀπὸ τω̃ν περιστερω̃ν τὸ δω̃ρον αὐτου̃
15
καὶ προσοίσει αὐτὸ ὁ ἱερεὺς πρὸς τὸ θυσιαστήριον καὶ ἀποκνίσει τὴν κεφαλήν καὶ ἐπιθήσει ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον καὶ στραγγιει̃ τὸ αἱ̃μα πρὸς τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου
16
καὶ ἀφελει̃ τὸν πρόλοβον σὺν τοι̃ς πτεροι̃ς καὶ ἐκβαλει̃ αὐτὸ παρὰ τὸ θυσιαστήριον κατὰ ἀνατολὰς εἰς τὸν τόπον τη̃ς σποδου̃
17
καὶ ἐκκλάσει αὐτὸ ἐκ τω̃ν πτερύγων καὶ οὐ διελει̃ καὶ ἐπιθήσει αὐτὸ ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ἐπὶ τὰ ξύλα τὰ ἐπὶ του̃ πυρός κάρπωμά ἐστιν θυσία ὀσμὴ εὐωδίας τω̨̃ κυρίω̨
Скрыть
1
ἐὰν δὲ θυσία σωτηρίου τὸ δω̃ρον αὐτου̃ τω̨̃ κυρίω̨ ἐὰν μὲν ἐκ τω̃ν βοω̃ν αὐτου̃ προσαγάγη̨ ἐάν τε ἄρσεν ἐάν τε θη̃λυ ἄμωμον προσάξει αὐτὸ ἐναντίον κυρίου
2
καὶ ἐπιθήσει τὰς χει̃ρας ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ δώρου καὶ σφάξει αὐτὸ παρὰ τὰς θύρας τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου καὶ προσχεου̃σιν οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς τὸ αἱ̃μα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον τω̃ν ὁλοκαυτωμάτων κύκλω̨
3
καὶ προσάξουσιν ἀπὸ τη̃ς θυσίας του̃ σωτηρίου κάρπωμα κυρίω̨ τὸ στέαρ τὸ κατακαλύπτον τὴν κοιλίαν καὶ πα̃ν τὸ στέαρ τὸ ἐπὶ τη̃ς κοιλίας
4
καὶ τοὺς δύο νεφροὺς καὶ τὸ στέαρ τὸ ἐπ' αὐτω̃ν τὸ ἐπὶ τω̃ν μηρίων καὶ τὸν λοβὸν τὸν ἐπὶ του̃ ἥπατος σὺν τοι̃ς νεφροι̃ς περιελει̃
5
καὶ ἀνοίσουσιν αὐτὰ οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ἐπὶ τὰ ὁλοκαυτώματα ἐπὶ τὰ ξύλα τὰ ἐπὶ του̃ πυρὸς ἐπὶ του̃ θυσιαστηρίου κάρπωμα ὀσμὴ εὐωδίας κυρίω̨
6
ἐὰν δὲ ἀπὸ τω̃ν προβάτων τὸ δω̃ρον αὐτου̃ θυσίαν σωτηρίου τω̨̃ κυρίω̨ ἄρσεν ἢ θη̃λυ ἄμωμον προσοίσει αὐτό
7
ἐὰν ἄρνα προσαγάγη̨ τὸ δω̃ρον αὐτου̃ προσάξει αὐτὸ ἔναντι κυρίου
8
καὶ ἐπιθήσει τὰς χει̃ρας ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ δώρου αὐτου̃ καὶ σφάξει αὐτὸ παρὰ τὰς θύρας τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου καὶ προσχεου̃σιν οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς τὸ αἱ̃μα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨
9
καὶ προσοίσει ἀπὸ τη̃ς θυσίας του̃ σωτηρίου κάρπωμα τω̨̃ θεω̨̃ τὸ στέαρ καὶ τὴν ὀσφὺν ἄμωμον σὺν ται̃ς ψόαις περιελει̃ αὐτό καὶ τὸ στέαρ τη̃ς κοιλίας
10
καὶ ἀμφοτέρους τοὺς νεφροὺς καὶ τὸ στέαρ τὸ ἐπ' αὐτω̃ν τὸ ἐπὶ τω̃ν μηρίων καὶ τὸν λοβὸν τὸν ἐπὶ του̃ ἥπατος σὺν τοι̃ς νεφροι̃ς περιελών
11
ἀνοίσει ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ὀσμὴ εὐωδίας κάρπωμα κυρίω̨
12
ἐὰν δὲ ἀπὸ τω̃ν αἰγω̃ν τὸ δω̃ρον αὐτου̃ καὶ προσάξει ἔναντι κυρίου
13
καὶ ἐπιθήσει τὰς χει̃ρας ἐπὶ τὴν κεφαλὴν αὐτου̃ καὶ σφάξουσιν αὐτὸ ἔναντι κυρίου παρὰ τὰς θύρας τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου καὶ προσχεου̃σιν οἱ υἱοὶ Ααρων οἱ ἱερει̃ς τὸ αἱ̃μα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨
14
καὶ ἀνοίσει ἐπ' αὐτου̃ κάρπωμα κυρίω̨ τὸ στέαρ τὸ κατακαλύπτον τὴν κοιλίαν καὶ πα̃ν τὸ στέαρ τὸ ἐπὶ τη̃ς κοιλίας
15
καὶ ἀμφοτέρους τοὺς νεφροὺς καὶ πα̃ν τὸ στέαρ τὸ ἐπ' αὐτω̃ν τὸ ἐπὶ τω̃ν μηρίων καὶ τὸν λοβὸν του̃ ἥπατος σὺν τοι̃ς νεφροι̃ς περιελει̃
16
καὶ ἀνοίσει ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κάρπωμα ὀσμὴ εὐωδίας τω̨̃ κυρίω̨ πα̃ν τὸ στέαρ τω̨̃ κυρίω̨
17
νόμιμον εἰς τὸν αἰω̃να εἰς τὰς γενεὰς ὑμω̃ν ἐν πάση̨ κατοικία̨ ὑμω̃ν πα̃ν στέαρ καὶ πα̃ν αἱ̃μα οὐκ ἔδεσθε
1
καὶ ἐλάλησεν κύριος πρὸς Μωυση̃ν λέγων
2
λάλησον πρὸς τοὺς υἱοὺς Ισραηλ λέγων ψυχὴ ἐὰν ἁμάρτη̨ ἔναντι κυρίου ἀκουσίως ἀπὸ τω̃ν προσταγμάτων κυρίου ὡ̃ν οὐ δει̃ ποιει̃ν καὶ ποιήση̨ ἕν τι ἀπ' αὐτω̃ν
3
ἐὰν μὲν ὁ ἀρχιερεὺς ὁ κεχρισμένος ἁμάρτη̨ του̃ τὸν λαὸν ἁμαρτει̃ν καὶ προσάξει περὶ τη̃ς ἁμαρτίας αὐτου̃ ἡ̃ς ἥμαρτεν μόσχον ἐκ βοω̃ν ἄμωμον τω̨̃ κυρίω̨ περὶ τη̃ς ἁμαρτίας αὐτου̃
4
καὶ προσάξει τὸν μόσχον παρὰ τὴν θύραν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου ἔναντι κυρίου καὶ ἐπιθήσει τὴν χει̃ρα αὐτου̃ ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ μόσχου ἔναντι κυρίου καὶ σφάξει τὸν μόσχον ἐνώπιον κυρίου
5
καὶ λαβὼν ὁ ἱερεὺς ὁ χριστὸς ὁ τετελειωμένος τὰς χει̃ρας ἀπὸ του̃ αἵματος του̃ μόσχου καὶ εἰσοίσει αὐτὸ ἐπὶ τὴν σκηνὴν του̃ μαρτυρίου
6
καὶ βάψει ὁ ἱερεὺς τὸν δάκτυλον εἰς τὸ αἱ̃μα καὶ προσρανει̃ ἀπὸ του̃ αἵματος ἑπτάκις ἔναντι κυρίου κατὰ τὸ καταπέτασμα τὸ ἅγιον
7
καὶ ἐπιθήσει ὁ ἱερεὺς ἀπὸ του̃ αἵματος του̃ μόσχου ἐπὶ τὰ κέρατα του̃ θυσιαστηρίου του̃ θυμιάματος τη̃ς συνθέσεως του̃ ἐναντίον κυρίου ὅ ἐστιν ἐν τη̨̃ σκηνη̨̃ του̃ μαρτυρίου καὶ πα̃ν τὸ αἱ̃μα του̃ μόσχου ἐκχεει̃ παρὰ τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου τω̃ν ὁλοκαυτωμάτων ὅ ἐστιν παρὰ τὰς θύρας τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου
8
καὶ πα̃ν τὸ στέαρ του̃ μόσχου του̃ τη̃ς ἁμαρτίας περιελει̃ ἀπ' αὐτου̃ τὸ στέαρ τὸ κατακαλύπτον τὰ ἐνδόσθια καὶ πα̃ν τὸ στέαρ τὸ ἐπὶ τω̃ν ἐνδοσθίων
9
καὶ τοὺς δύο νεφροὺς καὶ τὸ στέαρ τὸ ἐπ' αὐτω̃ν ὅ ἐστιν ἐπὶ τω̃ν μηρίων καὶ τὸν λοβὸν τὸν ἐπὶ του̃ ἥπατος σὺν τοι̃ς νεφροι̃ς περιελει̃ αὐτό
10
ὃν τρόπον ἀφαιρει̃ται ἀπὸ του̃ μόσχου του̃ τη̃ς θυσίας του̃ σωτηρίου καὶ ἀνοίσει ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον τη̃ς καρπώσεως
11
καὶ τὸ δέρμα του̃ μόσχου καὶ πα̃σαν αὐτου̃ τὴν σάρκα σὺν τη̨̃ κεφαλη̨̃ καὶ τοι̃ς ἀκρωτηρίοις καὶ τη̨̃ κοιλία̨ καὶ τη̨̃ κόπρω̨
12
καὶ ἐξοίσουσιν ὅλον τὸν μόσχον ἔξω τη̃ς παρεμβολη̃ς εἰς τόπον καθαρόν οὑ̃ ἐκχεου̃σιν τὴν σποδιάν καὶ κατακαύσουσιν αὐτὸν ἐπὶ ξύλων ἐν πυρί ἐπὶ τη̃ς ἐκχύσεως τη̃ς σποδια̃ς καυθήσεται
13
ἐὰν δὲ πα̃σα συναγωγὴ Ισραηλ ἀγνοήση̨ ἀκουσίως καὶ λάθη̨ ῥη̃μα ἐξ ὀφθαλμω̃ν τη̃ς συναγωγη̃ς καὶ ποιήσωσιν μίαν ἀπὸ πασω̃ν τω̃ν ἐντολω̃ν κυρίου ἣ οὐ ποιηθήσεται καὶ πλημμελήσωσιν
14
καὶ γνωσθη̨̃ αὐτοι̃ς ἡ ἁμαρτία ἣν ἥμαρτον ἐν αὐτη̨̃ καὶ προσάξει ἡ συναγωγὴ μόσχον ἐκ βοω̃ν ἄμωμον περὶ τη̃ς ἁμαρτίας καὶ προσάξει αὐτὸν παρὰ τὰς θύρας τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου
15
καὶ ἐπιθήσουσιν οἱ πρεσβύτεροι τη̃ς συναγωγη̃ς τὰς χει̃ρας αὐτω̃ν ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ μόσχου ἔναντι κυρίου καὶ σφάξουσιν τὸν μόσχον ἔναντι κυρίου
16
καὶ εἰσοίσει ὁ ἱερεὺς ὁ χριστὸς ἀπὸ του̃ αἵματος του̃ μόσχου εἰς τὴν σκηνὴν του̃ μαρτυρίου
17
καὶ βάψει ὁ ἱερεὺς τὸν δάκτυλον ἀπὸ του̃ αἵματος του̃ μόσχου καὶ ῥανει̃ ἑπτάκις ἔναντι κυρίου κατενώπιον του̃ καταπετάσματος του̃ ἁγίου
18
καὶ ἀπὸ του̃ αἵματος ἐπιθήσει ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὰ κέρατα του̃ θυσιαστηρίου τω̃ν θυμιαμάτων τη̃ς συνθέσεως ὅ ἐστιν ἐνώπιον κυρίου ὅ ἐστιν ἐν τη̨̃ σκηνη̨̃ του̃ μαρτυρίου καὶ τὸ πα̃ν αἱ̃μα ἐκχεει̃ πρὸς τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου τω̃ν καρπώσεων τω̃ν πρὸς τη̨̃ θύρα̨ τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου
19
καὶ τὸ πα̃ν στέαρ περιελει̃ ἀπ' αὐτου̃ καὶ ἀνοίσει ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον
20
καὶ ποιήσει τὸν μόσχον ὃν τρόπον ἐποίησεν τὸν μόσχον τὸν τη̃ς ἁμαρτίας οὕτως ποιηθήσεται καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτω̃ν ὁ ἱερεύς καὶ ἀφεθήσεται αὐτοι̃ς ἡ ἁμαρτία
21
καὶ ἐξοίσουσιν τὸν μόσχον ὅλον ἔξω τη̃ς παρεμβολη̃ς καὶ κατακαύσουσιν τὸν μόσχον ὃν τρόπον κατέκαυσαν τὸν μόσχον τὸν πρότερον ἁμαρτία συναγωγη̃ς ἐστιν
22
ἐὰν δὲ ὁ ἄρχων ἁμάρτη̨ καὶ ποιήση̨ μίαν ἀπὸ πασω̃ν τω̃ν ἐντολω̃ν κυρίου του̃ θεου̃ αὐτω̃ν ἣ οὐ ποιηθήσεται ἀκουσίως καὶ ἁμάρτη̨ καὶ πλημμελήση̨
23
καὶ γνωσθη̨̃ αὐτω̨̃ ἡ ἁμαρτία ἣν ἥμαρτεν ἐν αὐτη̨̃ καὶ προσοίσει τὸ δω̃ρον αὐτου̃ χίμαρον ἐξ αἰγω̃ν ἄρσεν ἄμωμον
24
καὶ ἐπιθήσει τὴν χει̃ρα ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ χιμάρου καὶ σφάξουσιν αὐτὸν ἐν τόπω̨ οὑ̃ σφάζουσιν τὰ ὁλοκαυτώματα ἐνώπιον κυρίου ἁμαρτία ἐστίν
25
καὶ ἐπιθήσει ὁ ἱερεὺς ἀπὸ του̃ αἵματος του̃ τη̃ς ἁμαρτίας τω̨̃ δακτύλω̨ ἐπὶ τὰ κέρατα του̃ θυσιαστηρίου τω̃ν ὁλοκαυτωμάτων καὶ τὸ πα̃ν αἱ̃μα αὐτου̃ ἐκχεει̃ παρὰ τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου τω̃ν ὁλοκαυτωμάτων
26
καὶ τὸ πα̃ν στέαρ αὐτου̃ ἀνοίσει ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ὥσπερ τὸ στέαρ θυσίας σωτηρίου καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτου̃ ὁ ἱερεὺς ἀπὸ τη̃ς ἁμαρτίας αὐτου̃ καὶ ἀφεθήσεται αὐτω̨̃
27
ἐὰν δὲ ψυχὴ μία ἁμάρτη̨ ἀκουσίως ἐκ του̃ λαου̃ τη̃ς γη̃ς ἐν τω̨̃ ποιη̃σαι μίαν ἀπὸ πασω̃ν τω̃ν ἐντολω̃ν κυρίου ἣ οὐ ποιηθήσεται καὶ πλημμελήση̨
28
καὶ γνωσθη̨̃ αὐτω̨̃ ἡ ἁμαρτία ἣν ἥμαρτεν ἐν αὐτη̨̃ καὶ οἴσει χίμαιραν ἐξ αἰγω̃ν θήλειαν ἄμωμον οἴσει περὶ τη̃ς ἁμαρτίας ἡ̃ς ἥμαρτεν
29
καὶ ἐπιθήσει τὴν χει̃ρα ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ ἁμαρτήματος αὐτου̃ καὶ σφάξουσιν τὴν χίμαιραν τὴν τη̃ς ἁμαρτίας ἐν τόπω̨ οὑ̃ σφάζουσιν τὰ ὁλοκαυτώματα
30
καὶ λήμψεται ὁ ἱερεὺς ἀπὸ του̃ αἵματος αὐτη̃ς τω̨̃ δακτύλω̨ καὶ ἐπιθήσει ἐπὶ τὰ κέρατα του̃ θυσιαστηρίου τω̃ν ὁλοκαυτωμάτων καὶ πα̃ν τὸ αἱ̃μα αὐτη̃ς ἐκχεει̃ παρὰ τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου
31
καὶ πα̃ν τὸ στέαρ περιελει̃ ὃν τρόπον περιαιρει̃ται στέαρ ἀπὸ θυσίας σωτηρίου καὶ ἀνοίσει ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον εἰς ὀσμὴν εὐωδίας κυρίω̨ καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτου̃ ὁ ἱερεύς καὶ ἀφεθήσεται αὐτω̨̃
32
ἐὰν δὲ πρόβατον προσενέγκη̨ τὸ δω̃ρον αὐτου̃ εἰς ἁμαρτίαν θη̃λυ ἄμωμον προσοίσει αὐτό
33
καὶ ἐπιθήσει τὴν χει̃ρα ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ τη̃ς ἁμαρτίας καὶ σφάξουσιν αὐτὸ ἐν τόπω̨ οὑ̃ σφάζουσιν τὰ ὁλοκαυτώματα
34
καὶ λαβὼν ὁ ἱερεὺς ἀπὸ του̃ αἵματος του̃ τη̃ς ἁμαρτίας τω̨̃ δακτύλω̨ ἐπιθήσει ἐπὶ τὰ κέρατα του̃ θυσιαστηρίου τη̃ς ὁλοκαυτώσεως καὶ πα̃ν αὐτου̃ τὸ αἱ̃μα ἐκχεει̃ παρὰ τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου τη̃ς ὁλοκαυτώσεως
35
καὶ πα̃ν αὐτου̃ τὸ στέαρ περιελει̃ ὃν τρόπον περιαιρει̃ται στέαρ προβάτου ἐκ τη̃ς θυσίας του̃ σωτηρίου καὶ ἐπιθήσει αὐτὸ ὁ ἱερεὺς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ἐπὶ τὸ ὁλοκαύτωμα κυρίου καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτου̃ ὁ ἱερεὺς περὶ τη̃ς ἁμαρτίας ἡ̃ς ἥμαρτεν καὶ ἀφεθήσεται αὐτω̨̃
Скрыть
1
καὶ ἐλάλησεν κύριος πρὸς Μωυση̃ν λέγων
2
λαβὲ Ααρων καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτου̃ καὶ τὰς στολὰς αὐτου̃ καὶ τὸ ἔλαιον τη̃ς χρίσεως καὶ τὸν μόσχον τὸν περὶ τη̃ς ἁμαρτίας καὶ τοὺς δύο κριοὺς καὶ τὸ κανου̃ν τω̃ν ἀζύμων
3
καὶ πα̃σαν τὴν συναγωγὴν ἐκκλησίασον ἐπὶ τὴν θύραν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου
4
καὶ ἐποίησεν Μωυση̃ς ὃν τρόπον συνέταξεν αὐτω̨̃ κύριος καὶ ἐξεκκλησίασεν τὴν συναγωγὴν ἐπὶ τὴν θύραν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου
5
καὶ εἰ̃πεν Μωυση̃ς τη̨̃ συναγωγη̨̃ του̃τό ἐστιν τὸ ῥη̃μα ὃ ἐνετείλατο κύριος ποιη̃σαι
6
καὶ προσήνεγκεν Μωυση̃ς τὸν Ααρων καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτου̃ καὶ ἔλουσεν αὐτοὺς ὕδατι
7
καὶ ἐνέδυσεν αὐτὸν τὸν χιτω̃να καὶ ἔζωσεν αὐτὸν τὴν ζώνην καὶ ἐνέδυσεν αὐτὸν τὸν ὑποδύτην καὶ ἐπέθηκεν ἐπ' αὐτὸν τὴν ἐπωμίδα καὶ συνέζωσεν αὐτὸν κατὰ τὴν ποίησιν τη̃ς ἐπωμίδος καὶ συνέσφιγξεν αὐτὸν ἐν αὐτη̨̃
8
καὶ ἐπέθηκεν ἐπ' αὐτὴν τὸ λογει̃ον καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὸ λογει̃ον τὴν δήλωσιν καὶ τὴν ἀλήθειαν
9
καὶ ἐπέθηκεν τὴν μίτραν ἐπὶ τὴν κεφαλὴν αὐτου̃ καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὴν μίτραν κατὰ πρόσωπον αὐτου̃ τὸ πέταλον τὸ χρυσου̃ν τὸ καθηγιασμένον ἅγιον ὃν τρόπον συνέταξεν κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
10
καὶ ἔλαβεν Μωυση̃ς ἀπὸ του̃ ἐλαίου τη̃ς χρίσεως
11
καὶ ἔρρανεν ἀπ' αὐτου̃ ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ἑπτάκις καὶ ἔχρισεν τὸ θυσιαστήριον καὶ ἡγίασεν αὐτὸ καὶ πάντα τὰ σκεύη αὐτου̃ καὶ τὸν λουτη̃ρα καὶ τὴν βάσιν αὐτου̃ καὶ ἡγίασεν αὐτά καὶ ἔχρισεν τὴν σκηνὴν καὶ πάντα τὰ ἐν αὐτη̨̃ καὶ ἡγίασεν αὐτήν
12
καὶ ἐπέχεεν Μωυση̃ς ἀπὸ του̃ ἐλαίου τη̃ς χρίσεως ἐπὶ τὴν κεφαλὴν Ααρων καὶ ἔχρισεν αὐτὸν καὶ ἡγίασεν αὐτόν
13
καὶ προσήγαγεν Μωυση̃ς τοὺς υἱοὺς Ααρων καὶ ἐνέδυσεν αὐτοὺς χιτω̃νας καὶ ἔζωσεν αὐτοὺς ζώνας καὶ περιέθηκεν αὐτοι̃ς κιδάρεις καθάπερ συνέταξεν κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
14
καὶ προσήγαγεν Μωυση̃ς τὸν μόσχον τὸν περὶ τη̃ς ἁμαρτίας καὶ ἐπέθηκεν Ααρων καὶ οἱ υἱοὶ αὐτου̃ τὰς χει̃ρας ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ μόσχου του̃ τη̃ς ἁμαρτίας
15
καὶ ἔσφαξεν αὐτὸν καὶ ἔλαβεν Μωυση̃ς ἀπὸ του̃ αἵματος καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὰ κέρατα του̃ θυσιαστηρίου κύκλω̨ τω̨̃ δακτύλω̨ καὶ ἐκαθάρισεν τὸ θυσιαστήριον καὶ τὸ αἱ̃μα ἐξέχεεν ἐπὶ τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου καὶ ἡγίασεν αὐτὸ του̃ ἐξιλάσασθαι ἐπ' αὐτου̃
16
καὶ ἔλαβεν Μωυση̃ς πα̃ν τὸ στέαρ τὸ ἐπὶ τω̃ν ἐνδοσθίων καὶ τὸν λοβὸν τὸν ἐπὶ του̃ ἥπατος καὶ ἀμφοτέρους τοὺς νεφροὺς καὶ τὸ στέαρ τὸ ἐπ' αὐτω̃ν καὶ ἀνήνεγκεν Μωυση̃ς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον
17
καὶ τὸν μόσχον καὶ τὴν βύρσαν αὐτου̃ καὶ τὰ κρέα αὐτου̃ καὶ τὴν κόπρον αὐτου̃ καὶ κατέκαυσεν αὐτὰ πυρὶ ἔξω τη̃ς παρεμβολη̃ς ὃν τρόπον συνέταξεν κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
18
καὶ προσήγαγεν Μωυση̃ς τὸν κριὸν τὸν εἰς ὁλοκαύτωμα καὶ ἐπέθηκεν Ααρων καὶ οἱ υἱοὶ αὐτου̃ τὰς χει̃ρας αὐτω̃ν ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ κριου̃
19
καὶ ἔσφαξεν Μωυση̃ς τὸν κριόν καὶ προσέχεεν Μωυση̃ς τὸ αἱ̃μα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨
20
καὶ τὸν κριὸν ἐκρεανόμησεν κατὰ μέλη καὶ ἀνήνεγκεν Μωυση̃ς τὴν κεφαλὴν καὶ τὰ μέλη καὶ τὸ στέαρ
21
καὶ τὴν κοιλίαν καὶ τοὺς πόδας ἔπλυνεν ὕδατι καὶ ἀνήνεγκεν Μωυση̃ς ὅλον τὸν κριὸν ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ὁλοκαύτωμα ὅ ἐστιν εἰς ὀσμὴν εὐωδίας κάρπωμά ἐστιν τω̨̃ κυρίω̨ καθάπερ ἐνετείλατο κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
22
καὶ προσήγαγεν Μωυση̃ς τὸν κριὸν τὸν δεύτερον κριὸν τελειώσεως καὶ ἐπέθηκεν Ααρων καὶ οἱ υἱοὶ αὐτου̃ τὰς χει̃ρας αὐτω̃ν ἐπὶ τὴν κεφαλὴν του̃ κριου̃
23
καὶ ἔσφαξεν αὐτὸν καὶ ἔλαβεν Μωυση̃ς ἀπὸ του̃ αἵματος αὐτου̃ καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὸν λοβὸν του̃ ὠτὸς Ααρων του̃ δεξιου̃ καὶ ἐπὶ τὸ ἄκρον τη̃ς χειρὸς τη̃ς δεξια̃ς καὶ ἐπὶ τὸ ἄκρον του̃ ποδὸς του̃ δεξιου̃
24
καὶ προσήγαγεν Μωυση̃ς τοὺς υἱοὺς Ααρων καὶ ἐπέθηκεν Μωυση̃ς ἀπὸ του̃ αἵματος ἐπὶ τοὺς λοβοὺς τω̃ν ὤτων τω̃ν δεξιω̃ν καὶ ἐπὶ τὰ ἄκρα τω̃ν χειρω̃ν αὐτω̃ν τω̃ν δεξιω̃ν καὶ ἐπὶ τὰ ἄκρα τω̃ν ποδω̃ν αὐτω̃ν τω̃ν δεξιω̃ν καὶ προσέχεεν Μωυση̃ς τὸ αἱ̃μα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨
25
καὶ ἔλαβεν τὸ στέαρ καὶ τὴν ὀσφὺν καὶ τὸ στέαρ τὸ ἐπὶ τη̃ς κοιλίας καὶ τὸν λοβὸν του̃ ἥπατος καὶ τοὺς δύο νεφροὺς καὶ τὸ στέαρ τὸ ἐπ' αὐτω̃ν καὶ τὸν βραχίονα τὸν δεξιόν
26
καὶ ἀπὸ του̃ κανου̃ τη̃ς τελειώσεως του̃ ὄντος ἔναντι κυρίου ἔλαβεν ἄρτον ἕνα ἄζυμον καὶ ἄρτον ἐξ ἐλαίου ἕνα καὶ λάγανον ἓν καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὸ στέαρ καὶ τὸν βραχίονα τὸν δεξιόν
27
καὶ ἐπέθηκεν ἅπαντα ἐπὶ τὰς χει̃ρας Ααρων καὶ ἐπὶ τὰς χει̃ρας τω̃ν υἱω̃ν αὐτου̃ καὶ ἀνήνεγκεν αὐτὰ ἀφαίρεμα ἔναντι κυρίου
28
καὶ ἔλαβεν Μωυση̃ς ἀπὸ τω̃ν χειρω̃ν αὐτω̃ν καὶ ἀνήνεγκεν αὐτὰ Μωυση̃ς ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ἐπὶ τὸ ὁλοκαύτωμα τη̃ς τελειώσεως ὅ ἐστιν ὀσμὴ εὐωδίας κάρπωμά ἐστιν τω̨̃ κυρίω̨
29
καὶ λαβὼν Μωυση̃ς τὸ στηθύνιον ἀφει̃λεν αὐτὸ ἐπίθεμα ἔναντι κυρίου ἀπὸ του̃ κριου̃ τη̃ς τελειώσεως καὶ ἐγένετο Μωυση̨̃ ἐν μερίδι καθὰ ἐνετείλατο κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
30
καὶ ἔλαβεν Μωυση̃ς ἀπὸ του̃ ἐλαίου τη̃ς χρίσεως καὶ ἀπὸ του̃ αἵματος του̃ ἐπὶ του̃ θυσιαστηρίου καὶ προσέρρανεν ἐπὶ Ααρων καὶ τὰς στολὰς αὐτου̃ καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτου̃ καὶ τὰς στολὰς τω̃ν υἱω̃ν αὐτου̃ μετ' αὐτου̃ καὶ ἡγίασεν Ααρων καὶ τὰς στολὰς αὐτου̃ καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτου̃ καὶ τὰς στολὰς τω̃ν υἱω̃ν αὐτου̃ μετ' αὐτου̃
31
καὶ εἰ̃πεν Μωυση̃ς πρὸς Ααρων καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτου̃ ἑψήσατε τὰ κρέα ἐν τη̨̃ αὐλη̨̃ τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου ἐν τόπω̨ ἁγίω̨ καὶ ἐκει̃ φάγεσθε αὐτὰ καὶ τοὺς ἄρτους τοὺς ἐν τω̨̃ κανω̨̃ τη̃ς τελειώσεως ὃν τρόπον συντέτακταί μοι λέγων Ααρων καὶ οἱ υἱοὶ αὐτου̃ φάγονται αὐτά
32
καὶ τὸ καταλειφθὲν τω̃ν κρεω̃ν καὶ τω̃ν ἄρτων ἐν πυρὶ κατακαυθήσεται
33
καὶ ἀπὸ τη̃ς θύρας τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου οὐκ ἐξελεύσεσθε ἑπτὰ ἡμέρας ἕως ἡμέρα πληρωθη̨̃ ἡμέρα τελειώσεως ὑμω̃ν ἑπτὰ γὰρ ἡμέρας τελειώσει τὰς χει̃ρας ὑμω̃ν
34
καθάπερ ἐποίησεν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ταύτη̨ ἐνετείλατο κύριος του̃ ποιη̃σαι ὥστε ἐξιλάσασθαι περὶ ὑμω̃ν
35
καὶ ἐπὶ τὴν θύραν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου καθήσεσθε ἑπτὰ ἡμέρας ἡμέραν καὶ νύκτα φυλάξεσθε τὰ φυλάγματα κυρίου ἵνα μὴ ἀποθάνητε οὕτως γὰρ ἐνετείλατό μοι κύριος ὁ θεός
36
καὶ ἐποίησεν Ααρων καὶ οἱ υἱοὶ αὐτου̃ πάντας τοὺς λόγους οὓς συνέταξεν κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
1
καὶ ἐγενήθη τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ ὀγδόη̨ ἐκάλεσεν Μωυση̃ς Ααρων καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτου̃ καὶ τὴν γερουσίαν Ισραηλ
2
καὶ εἰ̃πεν Μωυση̃ς πρὸς Ααρων λαβὲ σεαυτω̨̃ μοσχάριον ἐκ βοω̃ν περὶ ἁμαρτίας καὶ κριὸν εἰς ὁλοκαύτωμα ἄμωμα καὶ προσένεγκε αὐτὰ ἔναντι κυρίου
3
καὶ τη̨̃ γερουσία̨ Ισραηλ λάλησον λέγων λάβετε χίμαρον ἐξ αἰγω̃ν ἕνα περὶ ἁμαρτίας καὶ μοσχάριον καὶ ἀμνὸν ἐνιαύσιον εἰς ὁλοκάρπωσιν ἄμωμα
4
καὶ μόσχον καὶ κριὸν εἰς θυσίαν σωτηρίου ἔναντι κυρίου καὶ σεμίδαλιν πεφυραμένην ἐν ἐλαίω̨ ὅτι σήμερον κύριος ὀφθήσεται ἐν ὑμι̃ν
5
καὶ ἔλαβον καθὸ ἐνετείλατο Μωυση̃ς ἀπέναντι τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου καὶ προση̃λθεν πα̃σα συναγωγὴ καὶ ἔστησαν ἔναντι κυρίου
6
καὶ εἰ̃πεν Μωυση̃ς του̃το τὸ ῥη̃μα ὃ εἰ̃πεν κύριος ποιήσατε καὶ ὀφθήσεται ἐν ὑμι̃ν δόξα κυρίου
7
καὶ εἰ̃πεν Μωυση̃ς τω̨̃ Ααρων πρόσελθε πρὸς τὸ θυσιαστήριον καὶ ποίησον τὸ περὶ τη̃ς ἁμαρτίας σου καὶ τὸ ὁλοκαύτωμά σου καὶ ἐξίλασαι περὶ σεαυτου̃ καὶ του̃ οἴκου σου καὶ ποίησον τὰ δω̃ρα του̃ λαου̃ καὶ ἐξίλασαι περὶ αὐτω̃ν καθάπερ ἐνετείλατο κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
8
καὶ προση̃λθεν Ααρων πρὸς τὸ θυσιαστήριον καὶ ἔσφαξεν τὸ μοσχάριον τὸ περὶ τη̃ς ἁμαρτίας
9
καὶ προσήνεγκαν οἱ υἱοὶ Ααρων τὸ αἱ̃μα πρὸς αὐτόν καὶ ἔβαψεν τὸν δάκτυλον εἰς τὸ αἱ̃μα καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὰ κέρατα του̃ θυσιαστηρίου καὶ τὸ αἱ̃μα ἐξέχεεν ἐπὶ τὴν βάσιν του̃ θυσιαστηρίου
10
καὶ τὸ στέαρ καὶ τοὺς νεφροὺς καὶ τὸν λοβὸν του̃ ἥπατος του̃ περὶ τη̃ς ἁμαρτίας ἀνήνεγκεν ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον ὃν τρόπον ἐνετείλατο κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
11
καὶ τὰ κρέα καὶ τὴν βύρσαν κατέκαυσεν αὐτὰ πυρὶ ἔξω τη̃ς παρεμβολη̃ς
12
καὶ ἔσφαξεν τὸ ὁλοκαύτωμα καὶ προσήνεγκαν οἱ υἱοὶ Ααρων τὸ αἱ̃μα πρὸς αὐτόν καὶ προσέχεεν ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨
13
καὶ τὸ ὁλοκαύτωμα προσήνεγκαν αὐτω̨̃ κατὰ μέλη αὐτὰ καὶ τὴν κεφαλήν καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον
14
καὶ ἔπλυνεν τὴν κοιλίαν καὶ τοὺς πόδας ὕδατι καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὸ ὁλοκαύτωμα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον
15
καὶ προσήνεγκαν τὸ δω̃ρον του̃ λαου̃ καὶ ἔλαβεν τὸν χίμαρον τὸν περὶ τη̃ς ἁμαρτίας του̃ λαου̃ καὶ ἔσφαξεν αὐτὸ καθὰ καὶ τὸ πρω̃τον
16
καὶ προσήνεγκεν τὸ ὁλοκαύτωμα καὶ ἐποίησεν αὐτό ὡς καθήκει
17
καὶ προσήνεγκεν τὴν θυσίαν καὶ ἔπλησεν τὰς χει̃ρας ἀπ' αὐτη̃ς καὶ ἐπέθηκεν ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον χωρὶς του̃ ὁλοκαυτώματος του̃ πρωινου̃
18
καὶ ἔσφαξεν τὸν μόσχον καὶ τὸν κριὸν τη̃ς θυσίας του̃ σωτηρίου τη̃ς του̃ λαου̃ καὶ προσήνεγκαν οἱ υἱοὶ Ααρων τὸ αἱ̃μα πρὸς αὐτόν καὶ προσέχεεν πρὸς τὸ θυσιαστήριον κύκλω̨
19
καὶ τὸ στέαρ τὸ ἀπὸ του̃ μόσχου καὶ του̃ κριου̃ τὴν ὀσφὴν καὶ τὸ στέαρ τὸ κατακαλύπτον ἐπὶ τη̃ς κοιλίας καὶ τοὺς δύο νεφροὺς καὶ τὸ στέαρ τὸ ἐπ' αὐτω̃ν καὶ τὸν λοβὸν τὸν ἐπὶ του̃ ἥπατος
20
καὶ ἐπέθηκεν τὰ στέατα ἐπὶ τὰ στηθύνια καὶ ἀνήνεγκαν τὰ στέατα ἐπὶ τὸ θυσιαστήριον
21
καὶ τὸ στηθύνιον καὶ τὸν βραχίονα τὸν δεξιὸν ἀφει̃λεν Ααρων ἀφαίρεμα ἔναντι κυρίου ὃν τρόπον συνέταξεν κύριος τω̨̃ Μωυση̨̃
22
καὶ ἐξάρας Ααρων τὰς χει̃ρας ἐπὶ τὸν λαὸν εὐλόγησεν αὐτούς καὶ κατέβη ποιήσας τὸ περὶ τη̃ς ἁμαρτίας καὶ τὰ ὁλοκαυτώματα καὶ τὰ του̃ σωτηρίου
23
καὶ εἰση̃λθεν Μωυση̃ς καὶ Ααρων εἰς τὴν σκηνὴν του̃ μαρτυρίου καὶ ἐξελθόντες εὐλόγησαν πάντα τὸν λαόν καὶ ὤφθη ἡ δόξα κυρίου παντὶ τω̨̃ λαω̨̃
24
καὶ ἐξη̃λθεν πυ̃ρ παρὰ κυρίου καὶ κατέφαγεν τὰ ἐπὶ του̃ θυσιαστηρίου τά τε ὁλοκαυτώματα καὶ τὰ στέατα καὶ εἰ̃δεν πα̃ς ὁ λαὸς καὶ ἐξέστη καὶ ἔπεσαν ἐπὶ πρόσωπον
Скрыть
1
καὶ ἐλάλησεν κύριος πρὸς Μωυση̃ν καὶ Ααρων λέγων
2
λαλήσατε τοι̃ς υἱοι̃ς Ισραηλ λέγοντες ταυ̃τα τὰ κτήνη ἃ φάγεσθε ἀπὸ πάντων τω̃ν κτηνω̃ν τω̃ν ἐπὶ τη̃ς γη̃ς
3
πα̃ν κτη̃νος διχηλου̃ν ὁπλὴν καὶ ὀνυχιστη̃ρας ὀνυχίζον δύο χηλω̃ν καὶ ἀνάγον μηρυκισμὸν ἐν τοι̃ς κτήνεσιν ταυ̃τα φάγεσθε
4
πλὴν ἀπὸ τούτων οὐ φάγεσθε ἀπὸ τω̃ν ἀναγόντων μηρυκισμὸν καὶ ἀπὸ τω̃ν διχηλούντων τὰς ὁπλὰς καὶ ὀνυχιζόντων ὀνυχιστη̃ρας τὸν κάμηλον ὅτι ἀνάγει μηρυκισμὸν του̃το ὁπλὴν δὲ οὐ διχηλει̃ ἀκάθαρτον του̃το ὑμι̃ν
5
καὶ τὸν δασύποδα ὅτι ἀνάγει μηρυκισμὸν του̃το καὶ ὁπλὴν οὐ διχηλει̃ ἀκάθαρτον του̃το ὑμι̃ν
6
καὶ τὸν χοιρογρύλλιον ὅτι ἀνάγει μηρυκισμὸν του̃το καὶ ὁπλὴν οὐ διχηλει̃ ἀκάθαρτον του̃το ὑμι̃ν
7
καὶ τὸν ὑ̃ν ὅτι διχηλει̃ ὁπλὴν του̃το καὶ ὀνυχίζει ὄνυχας ὁπλη̃ς καὶ του̃το οὐκ ἀνάγει μηρυκισμόν ἀκάθαρτον του̃το ὑμι̃ν
8
ἀπὸ τω̃ν κρεω̃ν αὐτω̃ν οὐ φάγεσθε καὶ τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν οὐχ ἅψεσθε ἀκάθαρτα ταυ̃τα ὑμι̃ν
9
καὶ ταυ̃τα ἃ φάγεσθε ἀπὸ πάντων τω̃ν ἐν τοι̃ς ὕδασιν πάντα ὅσα ἐστὶν αὐτοι̃ς πτερύγια καὶ λεπίδες ἐν τοι̃ς ὕδασιν καὶ ἐν ται̃ς θαλάσσαις καὶ ἐν τοι̃ς χειμάρροις ταυ̃τα φάγεσθε
10
καὶ πάντα ὅσα οὐκ ἔστιν αὐτοι̃ς πτερύγια οὐδὲ λεπίδες ἐν τω̨̃ ὕδατι ἢ ἐν ται̃ς θαλάσσαις καὶ ἐν τοι̃ς χειμάρροις ἀπὸ πάντων ὡ̃ν ἐρεύγεται τὰ ὕδατα καὶ ἀπὸ πάσης ψυχη̃ς ζώσης τη̃ς ἐν τω̨̃ ὕδατι βδέλυγμά ἐστιν
11
καὶ βδελύγματα ἔσονται ὑμι̃ν ἀπὸ τω̃ν κρεω̃ν αὐτω̃ν οὐκ ἔδεσθε καὶ τὰ θνησιμαι̃α αὐτω̃ν βδελύξεσθε
12
καὶ πάντα ὅσα οὐκ ἔστιν αὐτοι̃ς πτερύγια καὶ λεπίδες τω̃ν ἐν τω̨̃ ὕδατι βδέλυγμα του̃τό ἐστιν ὑμι̃ν
13
καὶ ταυ̃τα βδελύξεσθε ἀπὸ τω̃ν πετεινω̃ν καὶ οὐ βρωθήσεται βδέλυγμά ἐστιν τὸν ἀετὸν καὶ τὸν γρύπα καὶ τὸν ἁλιαίετον
14
καὶ τὸν γύπα καὶ ἰκτι̃να καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃
15
καὶ κόρακα καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃
16
καὶ στρουθὸν καὶ γλαυ̃κα καὶ λάρον καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃ καὶ ἱέρακα καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃
17
καὶ νυκτικόρακα καὶ καταρράκτην καὶ ἰ̃βιν
18
καὶ πορφυρίωνα καὶ πελεκα̃να καὶ κύκνον
19
καὶ γλαυ̃κα καὶ ἐρωδιὸν καὶ χαραδριὸν καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃ καὶ ἔποπα καὶ νυκτερίδα
20
καὶ πάντα τὰ ἑρπετὰ τω̃ν πετεινω̃ν ἃ πορεύεται ἐπὶ τέσσαρα βδελύγματά ἐστιν ὑμι̃ν
21
ἀλλὰ ταυ̃τα φάγεσθε ἀπὸ τω̃ν ἑρπετω̃ν τω̃ν πετεινω̃ν ἃ πορεύεται ἐπὶ τέσσαρα ἃ ἔχει σκέλη ἀνώτερον τω̃ν ποδω̃ν αὐτου̃ πηδα̃ν ἐν αὐτοι̃ς ἐπὶ τη̃ς γη̃ς
22
καὶ ταυ̃τα φάγεσθε ἀπ' αὐτω̃ν τὸν βρου̃χον καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃ καὶ τὸν ἀττάκην καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃ καὶ τὴν ἀκρίδα καὶ τὰ ὅμοια αὐτη̨̃ καὶ τὸν ὀφιομάχην καὶ τὰ ὅμοια αὐτω̨̃
23
πα̃ν ἑρπετὸν ἀπὸ τω̃ν πετεινω̃ν οἱ̃ς ἐστιν τέσσαρες πόδες βδέλυγμά ἐστιν ὑμι̃ν
24
καὶ ἐν τούτοις μιανθήσεσθε πα̃ς ὁ ἁπτόμενος τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
25
καὶ πα̃ς ὁ αἴρων τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
26
ἐν πα̃σιν τοι̃ς κτήνεσιν ὅ ἐστιν διχηλου̃ν ὁπλὴν καὶ ὀνυχιστη̃ρας ὀνυχίζει καὶ μηρυκισμὸν οὐ μαρυκα̃ται ἀκάθαρτα ἔσονται ὑμι̃ν πα̃ς ὁ ἁπτόμενος τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
27
καὶ πα̃ς ὃς πορεύεται ἐπὶ χειρω̃ν ἐν πα̃σι τοι̃ς θηρίοις ἃ πορεύεται ἐπὶ τέσσαρα ἀκάθαρτα ἔσται ὑμι̃ν πα̃ς ὁ ἁπτόμενος τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
28
καὶ ὁ αἴρων τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας ἀκάθαρτα ταυ̃τα ὑμι̃ν ἐστιν
29
καὶ ταυ̃τα ὑμι̃ν ἀκάθαρτα ἀπὸ τω̃ν ἑρπετω̃ν τω̃ν ἑρπόντων ἐπὶ τη̃ς γη̃ς ἡ γαλη̃ καὶ ὁ μυ̃ς καὶ ὁ κροκόδειλος ὁ χερσαι̃ος
30
μυγαλη̃ καὶ χαμαιλέων καὶ καλαβώτης καὶ σαύρα καὶ ἀσπάλαξ
31
ταυ̃τα ἀκάθαρτα ὑμι̃ν ἀπὸ πάντων τω̃ν ἑρπετω̃ν τω̃ν ἐπὶ τη̃ς γη̃ς πα̃ς ὁ ἁπτόμενος αὐτω̃ν τεθνηκότων ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
32
καὶ πα̃ν ἐφ' ὃ ἂν ἐπιπέση̨ ἀπ' αὐτω̃ν τεθνηκότων αὐτω̃ν ἀκάθαρτον ἔσται ἀπὸ παντὸς σκεύους ξυλίνου ἢ ἱματίου ἢ δέρματος ἢ σάκκου πα̃ν σκευ̃ος ὃ ἐὰν ποιηθη̨̃ ἔργον ἐν αὐτω̨̃ εἰς ὕδωρ βαφήσεται καὶ ἀκάθαρτον ἔσται ἕως ἑσπέρας καὶ καθαρὸν ἔσται
33
καὶ πα̃ν σκευ̃ος ὀστράκινον εἰς ὃ ἐὰν πέση̨ ἀπὸ τούτων ἔνδον ὅσα ἐὰν ἔνδον ἠ̨̃ ἀκάθαρτα ἔσται καὶ αὐτὸ συντριβήσεται
34
καὶ πα̃ν βρω̃μα ὃ ἔσθεται εἰς ὃ ἐὰν ἐπέλθη̨ ἐπ' αὐτὸ ὕδωρ ἀκάθαρτον ἔσται καὶ πα̃ν ποτόν ὃ πίνεται ἐν παντὶ ἀγγείω̨ ἀκάθαρτον ἔσται
35
καὶ πα̃ν ὃ ἐὰν πέση̨ ἀπὸ τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἐπ' αὐτό ἀκάθαρτον ἔσται κλίβανοι καὶ κυθρόποδες καθαιρεθήσονται ἀκάθαρτα ταυ̃τά ἐστιν καὶ ἀκάθαρτα ταυ̃τα ὑμι̃ν ἔσονται
36
πλὴν πηγω̃ν ὑδάτων καὶ λάκκου καὶ συναγωγη̃ς ὕδατος ἔσται καθαρόν ὁ δὲ ἁπτόμενος τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἀκάθαρτος ἔσται
37
ἐὰν δὲ ἐπιπέση̨ τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἐπὶ πα̃ν σπέρμα σπόριμον ὃ σπαρήσεται καθαρὸν ἔσται
38
ἐὰν δὲ ἐπιχυθη̨̃ ὕδωρ ἐπὶ πα̃ν σπέρμα καὶ ἐπιπέση̨ τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἐπ' αὐτό ἀκάθαρτόν ἐστιν ὑμι̃ν
39
ἐὰν δὲ ἀποθάνη̨ τω̃ν κτηνω̃ν ὅ ἐστιν ὑμι̃ν του̃το φαγει̃ν ὁ ἁπτόμενος τω̃ν θνησιμαίων αὐτω̃ν ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
40
καὶ ὁ ἐσθίων ἀπὸ τω̃ν θνησιμαίων τούτων πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας καὶ ὁ αἴρων ἀπὸ θνησιμαίων αὐτω̃ν πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ λούσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
41
καὶ πα̃ν ἑρπετόν ὃ ἕρπει ἐπὶ τη̃ς γη̃ς βδέλυγμα του̃το ἔσται ὑμι̃ν οὐ βρωθήσεται
42
καὶ πα̃ς ὁ πορευόμενος ἐπὶ κοιλίας καὶ πα̃ς ὁ πορευόμενος ἐπὶ τέσσαρα διὰ παντός ὃ πολυπληθει̃ ποσὶν ἐν πα̃σιν τοι̃ς ἑρπετοι̃ς τοι̃ς ἕρπουσιν ἐπὶ τη̃ς γη̃ς οὐ φάγεσθε αὐτό ὅτι βδέλυγμα ὑμι̃ν ἐστιν
43
καὶ οὐ μὴ βδελύξητε τὰς ψυχὰς ὑμω̃ν ἐν πα̃σι τοι̃ς ἑρπετοι̃ς τοι̃ς ἕρπουσιν ἐπὶ τη̃ς γη̃ς καὶ οὐ μιανθήσεσθε ἐν τούτοις καὶ οὐκ ἀκάθαρτοι ἔσεσθε ἐν αὐτοι̃ς
44
ὅτι ἐγώ εἰμι κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν καὶ ἁγιασθήσεσθε καὶ ἅγιοι ἔσεσθε ὅτι ἅγιός εἰμι ἐγὼ κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν καὶ οὐ μιανει̃τε τὰς ψυχὰς ὑμω̃ν ἐν πα̃σιν τοι̃ς ἑρπετοι̃ς τοι̃ς κινουμένοις ἐπὶ τη̃ς γη̃ς
45
ὅτι ἐγώ εἰμι κύριος ὁ ἀναγαγὼν ὑμα̃ς ἐκ γη̃ς Αἰγύπτου εἰ̃ναι ὑμω̃ν θεός καὶ ἔσεσθε ἅγιοι ὅτι ἅγιός εἰμι ἐγὼ κύριος
46
οὑ̃τος ὁ νόμος περὶ τω̃ν κτηνω̃ν καὶ τω̃ν πετεινω̃ν καὶ πάσης ψυχη̃ς τη̃ς κινουμένης ἐν τω̨̃ ὕδατι καὶ πάσης ψυχη̃ς ἑρπούσης ἐπὶ τη̃ς γη̃ς
47
διαστει̃λαι ἀνὰ μέσον τω̃ν ἀκαθάρτων καὶ ἀνὰ μέσον τω̃ν καθαρω̃ν καὶ ἀνὰ μέσον τω̃ν ζωογονούντων τὰ ἐσθιόμενα καὶ ἀνὰ μέσον τω̃ν ζωογονούντων τὰ μὴ ἐσθιόμενα
Скрыть
1
καὶ ἐλάλησεν κύριος πρὸς Μωυση̃ν λέγων
2
λάλησον τοι̃ς υἱοι̃ς Ισραηλ καὶ ἐρει̃ς πρὸς αὐτούς γυνή ἥτις ἐὰν σπερματισθη̨̃ καὶ τέκη̨ ἄρσεν καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἑπτὰ ἡμέρας κατὰ τὰς ἡμέρας του̃ χωρισμου̃ τη̃ς ἀφέδρου αὐτη̃ς ἀκάθαρτος ἔσται
3
καὶ τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ ὀγδόη̨ περιτεμει̃ τὴν σάρκα τη̃ς ἀκροβυστίας αὐτου̃
4
καὶ τριάκοντα ἡμέρας καὶ τρει̃ς καθήσεται ἐν αἵματι ἀκαθάρτω̨ αὐτη̃ς παντὸς ἁγίου οὐχ ἅψεται καὶ εἰς τὸ ἁγιαστήριον οὐκ εἰσελεύσεται ἕως ἂν πληρωθω̃σιν αἱ ἡμέραι καθάρσεως αὐτη̃ς
5
ἐὰν δὲ θη̃λυ τέκη̨ καὶ ἀκάθαρτος ἔσται δὶς ἑπτὰ ἡμέρας κατὰ τὴν ἄφεδρον καὶ ἑξήκοντα ἡμέρας καὶ ἓξ καθεσθήσεται ἐν αἵματι ἀκαθάρτω̨ αὐτη̃ς
6
καὶ ὅταν ἀναπληρωθω̃σιν αἱ ἡμέραι καθάρσεως αὐτη̃ς ἐφ' υἱω̨̃ ἢ ἐπὶ θυγατρί προσοίσει ἀμνὸν ἐνιαύσιον ἄμωμον εἰς ὁλοκαύτωμα καὶ νεοσσὸν περιστερα̃ς ἢ τρυγόνα περὶ ἁμαρτίας ἐπὶ τὴν θύραν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου πρὸς τὸν ἱερέα
7
καὶ προσοίσει ἔναντι κυρίου καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτη̃ς ὁ ἱερεὺς καὶ καθαριει̃ αὐτὴν ἀπὸ τη̃ς πηγη̃ς του̃ αἵματος αὐτη̃ς οὑ̃τος ὁ νόμος τη̃ς τικτούσης ἄρσεν ἢ θη̃λυ
8
ἐὰν δὲ μὴ εὑρίσκη̨ ἡ χεὶρ αὐτη̃ς τὸ ἱκανὸν εἰς ἀμνόν καὶ λήμψεται δύο τρυγόνας ἢ δύο νεοσσοὺς περιστερω̃ν μίαν εἰς ὁλοκαύτωμα καὶ μίαν περὶ ἁμαρτίας καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτη̃ς ὁ ἱερεύς καὶ καθαρισθήσεται
Скрыть
1
καὶ ἐλάλησεν κύριος πρὸς Μωυση̃ν καὶ Ααρων λέγων
2
λάλησον τοι̃ς υἱοι̃ς Ισραηλ καὶ ἐρει̃ς αὐτοι̃ς ἀνδρὶ ἀνδρί ὡ̨̃ ἐὰν γένηται ῥύσις ἐκ του̃ σώματος αὐτου̃ ἡ ῥύσις αὐτου̃ ἀκάθαρτός ἐστιν
3
καὶ οὑ̃τος ὁ νόμος τη̃ς ἀκαθαρσίας αὐτου̃ ῥέων γόνον ἐκ σώματος αὐτου̃ ἐκ τη̃ς ῥύσεως ἡ̃ς συνέστηκεν τὸ σω̃μα αὐτου̃ διὰ τη̃ς ῥύσεως αὕτη ἡ ἀκαθαρσία αὐτου̃ ἐν αὐτω̨̃ πα̃σαι αἱ ἡμέραι ῥύσεως σώματος αὐτου̃ ἡ̨̃ συνέστηκεν τὸ σω̃μα αὐτου̃ διὰ τη̃ς ῥύσεως ἀκαθαρσία αὐτου̃ ἐστιν
4
πα̃σα κοίτη ἐφ' ἡ̨̃ ἐὰν κοιμηθη̨̃ ἐπ' αὐτη̃ς ὁ γονορρυής ἀκάθαρτός ἐστιν καὶ πα̃ν σκευ̃ος ἐφ' ὃ ἐὰν καθίση̨ ἐπ' αὐτὸ ὁ γονορρυής ἀκάθαρτον ἔσται
5
καὶ ἄνθρωπος ὃς ἂν ἅψηται τη̃ς κοίτης αὐτου̃ πλυνει̃ τὰ ἱμάτια αὐτου̃ καὶ λούσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
6
καὶ ὁ καθήμενος ἐπὶ του̃ σκεύους ἐφ' ὃ ἐὰν καθίση̨ ὁ γονορρυής πλυνει̃ τὰ ἱμάτια αὐτου̃ καὶ λούσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
7
καὶ ὁ ἁπτόμενος του̃ χρωτὸς του̃ γονορρυου̃ς πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ λούσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
8
ἐὰν δὲ προσσιελίση̨ ὁ γονορρυὴς ἐπὶ τὸν καθαρόν πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ λούσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
9
καὶ πα̃ν ἐπίσαγμα ὄνου ἐφ' ὃ ἂν ἐπιβη̨̃ ἐπ' αὐτὸ ὁ γονορρυής ἀκάθαρτον ἔσται ἕως ἑσπέρας
10
καὶ πα̃ς ὁ ἁπτόμενος ὅσα ἐὰν ἠ̨̃ ὑποκάτω αὐτου̃ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας καὶ ὁ αἴρων αὐτὰ πλυνει̃ τὰ ἱμάτια αὐτου̃ καὶ λούσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
11
καὶ ὅσων ἐὰν ἅψηται ὁ γονορρυὴς καὶ τὰς χει̃ρας οὐ νένιπται πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ λούσεται τὸ σω̃μα ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
12
καὶ σκευ̃ος ὀστράκινον οὑ̃ ἂν ἅψηται ὁ γονορρυής συντριβήσεται καὶ σκευ̃ος ξύλινον νιφήσεται ὕδατι καὶ καθαρὸν ἔσται
13
ἐὰν δὲ καθαρισθη̨̃ ὁ γονορρυὴς ἐκ τη̃ς ῥύσεως αὐτου̃ καὶ ἐξαριθμήσεται αὐτω̨̃ ἑπτὰ ἡμέρας εἰς τὸν καθαρισμὸν καὶ πλυνει̃ τὰ ἱμάτια αὐτου̃ καὶ λούσεται τὸ σω̃μα ὕδατι καὶ καθαρὸς ἔσται
14
καὶ τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ ὀγδόη̨ λήμψεται ἑαυτω̨̃ δύο τρυγόνας ἢ δύο νεοσσοὺς περιστερω̃ν καὶ οἴσει αὐτὰ ἔναντι κυρίου ἐπὶ τὰς θύρας τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου καὶ δώσει αὐτὰ τω̨̃ ἱερει̃
15
καὶ ποιήσει αὐτὰ ὁ ἱερεύς μίαν περὶ ἁμαρτίας καὶ μίαν εἰς ὁλοκαύτωμα καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτου̃ ὁ ἱερεὺς ἔναντι κυρίου ἀπὸ τη̃ς ῥύσεως αὐτου̃
16
καὶ ἄνθρωπος ὡ̨̃ ἐὰν ἐξέλθη̨ ἐξ αὐτου̃ κοίτη σπέρματος καὶ λούσεται ὕδατι πα̃ν τὸ σω̃μα αὐτου̃ καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
17
καὶ πα̃ν ἱμάτιον καὶ πα̃ν δέρμα ἐφ' ὃ ἐὰν ἠ̨̃ ἐπ' αὐτὸ κοίτη σπέρματος καὶ πλυθήσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτον ἔσται ἕως ἑσπέρας
18
καὶ γυνή ἐὰν κοιμηθη̨̃ ἀνὴρ μετ' αὐτη̃ς κοίτην σπέρματος καὶ λούσονται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτοι ἔσονται ἕως ἑσπέρας
19
καὶ γυνή ἥτις ἐὰν ἠ̨̃ ῥέουσα αἵματι ἔσται ἡ ῥύσις αὐτη̃ς ἐν τω̨̃ σώματι αὐτη̃ς ἑπτὰ ἡμέρας ἔσται ἐν τη̨̃ ἀφέδρω̨ αὐτη̃ς πα̃ς ὁ ἁπτόμενος αὐτη̃ς ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
20
καὶ πα̃ν ἐφ' ὃ ἂν κοιτάζηται ἐπ' αὐτὸ ἐν τη̨̃ ἀφέδρω̨ αὐτη̃ς ἀκάθαρτον ἔσται καὶ πα̃ν ἐφ' ὃ ἂν ἐπικαθίση̨ ἐπ' αὐτό ἀκάθαρτον ἔσται
21
καὶ πα̃ς ὃς ἐὰν ἅψηται τη̃ς κοίτης αὐτη̃ς πλυνει̃ τὰ ἱμάτια αὐτου̃ καὶ λούσεται τὸ σω̃μα αὐτου̃ ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
22
καὶ πα̃ς ὁ ἁπτόμενος παντὸς σκεύους οὑ̃ ἐὰν καθίση̨ ἐπ' αὐτό πλυνει̃ τὰ ἱμάτια αὐτου̃ καὶ λούσεται ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
23
ἐὰν δὲ ἐν τη̨̃ κοίτη̨ αὐτη̃ς οὔσης ἢ ἐπὶ του̃ σκεύους οὑ̃ ἐὰν καθίση̨ ἐπ' αὐτω̨̃ ἐν τω̨̃ ἅπτεσθαι αὐτὸν αὐτη̃ς ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
24
ἐὰν δὲ κοίτη̨ τις κοιμηθη̨̃ μετ' αὐτη̃ς καὶ γένηται ἡ ἀκαθαρσία αὐτη̃ς ἐπ' αὐτω̨̃ καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἑπτὰ ἡμέρας καὶ πα̃σα κοίτη ἐφ' ἡ̨̃ ἂν κοιμηθη̨̃ ἐπ' αὐτη̃ς ἀκάθαρτος ἔσται
25
καὶ γυνή ἐὰν ῥέη̨ ῥύσει αἵματος ἡμέρας πλείους οὐκ ἐν καιρω̨̃ τη̃ς ἀφέδρου αὐτη̃ς ἐὰν καὶ ῥέη̨ μετὰ τὴν ἄφεδρον αὐτη̃ς πα̃σαι αἱ ἡμέραι ῥύσεως ἀκαθαρσίας αὐτη̃ς καθάπερ αἱ ἡμέραι τη̃ς ἀφέδρου ἀκάθαρτος ἔσται
26
καὶ πα̃σαν κοίτην ἐφ' ἣν ἂν κοιμηθη̨̃ ἐπ' αὐτη̃ς πάσας τὰς ἡμέρας τη̃ς ῥύσεως κατὰ τὴν κοίτην τη̃ς ἀφέδρου ἔσται αὐτη̨̃ καὶ πα̃ν σκευ̃ος ἐφ' ὃ ἐὰν καθίση̨ ἐπ' αὐτό ἀκάθαρτον ἔσται κατὰ τὴν ἀκαθαρσίαν τη̃ς ἀφέδρου
27
πα̃ς ὁ ἁπτόμενος αὐτη̃ς ἀκάθαρτος ἔσται καὶ πλυνει̃ τὰ ἱμάτια καὶ λούσεται τὸ σω̃μα ὕδατι καὶ ἀκάθαρτος ἔσται ἕως ἑσπέρας
28
ἐὰν δὲ καθαρισθη̨̃ ἀπὸ τη̃ς ῥύσεως καὶ ἐξαριθμήσεται αὐτη̨̃ ἑπτὰ ἡμέρας καὶ μετὰ ταυ̃τα καθαρισθήσεται
29
καὶ τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ ὀγδόη̨ λήμψεται αὐτη̨̃ δύο τρυγόνας ἢ δύο νεοσσοὺς περιστερω̃ν καὶ οἴσει αὐτὰ πρὸς τὸν ἱερέα ἐπὶ τὴν θύραν τη̃ς σκηνη̃ς του̃ μαρτυρίου
30
καὶ ποιήσει ὁ ἱερεὺς τὴν μίαν περὶ ἁμαρτίας καὶ τὴν μίαν εἰς ὁλοκαύτωμα καὶ ἐξιλάσεται περὶ αὐτη̃ς ὁ ἱερεὺς ἔναντι κυρίου ἀπὸ ῥύσεως ἀκαθαρσίας αὐτη̃ς
31
καὶ εὐλαβει̃ς ποιήσετε τοὺς υἱοὺς Ισραηλ ἀπὸ τω̃ν ἀκαθαρσιω̃ν αὐτω̃ν καὶ οὐκ ἀποθανου̃νται διὰ τὴν ἀκαθαρσίαν αὐτω̃ν ἐν τω̨̃ μιαίνειν αὐτοὺς τὴν σκηνήν μου τὴν ἐν αὐτοι̃ς
32
οὑ̃τος ὁ νόμος του̃ γονορρυου̃ς καὶ ἐάν τινι ἐξέλθη̨ ἐξ αὐτου̃ κοίτη σπέρματος ὥστε μιανθη̃ναι ἐν αὐτη̨̃
33
καὶ τη̨̃ αἱμορροούση̨ ἐν τη̨̃ ἀφέδρω̨ αὐτη̃ς καὶ ὁ γονορρυὴς ἐν τη̨̃ ῥύσει αὐτου̃ τω̨̃ ἄρσενι ἢ τη̨̃ θηλεία̨ καὶ τω̨̃ ἀνδρί ὃς ἂν κοιμηθη̨̃ μετὰ ἀποκαθημένης
Скрыть
Оглавление
Поделиться

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).