Мысли вслух на Числ 27:1-23

История с дочерями Салпаада может показаться типичным примером торжества рода над отдельным человеком, над личностью. В самом деле: главный смысл этой истории, по крайней мере на первый взгляд, заключается именно в том, что род должен сохраняться несмотря ни на что, невзирая ни на какие перипетии, и если не осталось в роду мужчин, которые могли бы унаследовать имя и родовой надел, значит, надо сохранить его по женской линии, пусть такое сохранение и выглядит несколько искусственно. Известная доля истины в таком взгляде есть: ведь в те времена еврейство было племенным союзом, а племя состояло из больших патриархальных родов, так, что исчезновение рода во всех отношениях ослабляло то племя, к которому исчезнувший род принадлежал. Было, однако, и кое-что еще.

Бог создаёт Свой народ именно как народ, как единое целое, не только этническое, но и духовное. Он создаёт народ-общину, где важен каждый, а не коллектив, где незаменимых нет. Человек — не просто функция, но и род — не просто структурная единица. Не случайно в рассказе речь идёт о сохранении имени. Тут, конечно, имеется в виду родовое имя, которое отождествляется с родом как таковым, с его идентичностью внутри племени, а значит, и внутри народа.

Вместе с тем для Бога каждый род уникален так же, как всякий человек, и для Него уникальность — будь то отдельного человека или целого рода — тоже связана с именем, соответственно личным или родовым. Для Бога, разумеется, имя не имеет определяющего значения — Он просто знает каждого в отдельности и всех вместе непосредственно, во всей полноте и глубине их существования. И всё же Бог даже для Себя находит имя и открывает его людям — Он знает, что значит имя для нас, людей, насколько оно связано для нас с личностью, его носящей.

Разумеется, имя есть имя, оно не содержит в себе ничего магического или сверхъестественного само по себе, но с именем связана интенция, которую мы обращаем к другим или которую другие обращают к нам. Интенция принимает форму имени, с которым ассоциирует себя его носитель, и это облегчает встречу, контакт, взаимопонимание. Вот эта уникальность каждой личности, каждого сообщества перед Богом и людьми и заставляет сохранять имя рода в племени и в народе — чтобы народ духовно не оскудел.

Земля, обещанная Богом Израилю, — залог принадлежности её обладателей к Божьему народу. Поэтому родовой удел не должен переходить в чужие руки. Однако именно эта земля, к которой все эти сорок лет стремился Моисей, оказывается для него недоступной — он не войдёт в неё и должен поставить себе преемника. Этот печальный факт ещё раз напоминает нам о несовместимости Царства Божьего и непослушания Богу, Который требует от нас плода нашей жизни, взамен даруя Самого Себя.