Библия-Центр
РУ
Оглавление
Поделиться

Сын Человеческий

Свящ. Александр Мень

Глава десятая. Тайна сына человеческого

Лето — осень 29 г.

По-видимому, для того чтобы переждать, пока стихнет народное волнение, Иисус совсем покинул пределы земли Израильской. Он удалился в соседнюю Финикию, где жил некоторое время, стараясь остаться неузнанным. Проповедь Его умолкла в те дни: вокруг Него были одни язычники, час которых еще не наступил1 Мф 15:21-28; Мк 7:24-30. Близ Тира Христос исцелил дочь финикиянки, хотя вначале отказал ей в просьбе. Этот эпизод часто вызывал недоумение. В самом деле, почему Христос, без колебаний исцеливший слугу римского сотника и не отклонивший просьбы эллинов о беседе с Ним, проявил в данном случае такую суровость? В какой-то мере ответ дается тем, что известно о религии сирофиникиян. Это был наиболее изуверский вид язычества, стяжавший мрачную славу массовыми ритуальными убийствами, принесением в жертву детей, разнузданными чувственными обрядами. Для Израиля как ближайшего соседа финикиян их религия была синонимом предельного нечестия. Быть может, именно поэтому Христос произнес столь резкие слова, показывая, что не может быть равного отношения к исповедникам единого Бога и к последователям этой демонической религии. И лишь когда женщина смиренно согласилась с Ним, но продолжала молить Его, Он совершил исцеление ради ее великого доверия к Нему.
. Оттуда Он пошел на юго-восток, в Декаполис и лишь после этого возвратился наконец в тетрархию Филиппа. Но у Вифсаиды Его уже поджидала толпа, хоть и значительно поредевшая, и Иисус снова вынужден был скрыться. На этот раз Он ушел в Голан, а потом дальше, к верховьям Иордана.

Путь Его лежал близ увенчанной снегами Ермонской горы, через окрестности города Кесарии, названного так Филиппом в честь кесаря Августа.

Апостолы безропотно следовали за Учителем, недоумевая, однако, почему Он не воспользовался энтузиазмом галилеян. Впрочем, странствуя по дорогам Заиорданья, они получили возможность спокойно обдумать события минувших месяцев и утвердиться в своей решимости никогда не оставлять Господа. Они догадывались, что Наставник ждет от них откровенного разговора, что пришло время ясно определить свое отношение к Нему.

Однажды, после уединенной молитвы, Иисус обратился к Двенадцати с вопросом:

 — За Кого Меня почитают люди?
 — Одни за Иоанна Крестителя, — сказали они, — другие за Илию, а иные за Иеремию или одного из пророков.
 — А вы за кого Меня почитаете?

Раньше Учитель никогда не требовал от апостолов столь прямого исповедания. Но слова Его уже не застали их врасплох. От лица всех ответил Симон:

 — Ты — Мессия, Сын Бога Живого!
 — Блажен ты, Симон бар-Иона, — торжественно проговорил Иисус, — потому что не плоть и кровь открыли тебе это, а Отец Мой, Который на небесах. И Я говорю тебе: Ты — Скала* Или «Камень», по-арамейски Кифа, по-гречески Πετρος, Петр.
, и на этой скале Я построю Мою Церковь, и врата адовы не одолеют ее. Я дам тебе ключи Царства Небесного; и что ты свяжешь на земле, будет связано на небесах; и что разрешишь на земле, будет разрешено на небесах2 Мф 16:13-20; Мк 8:27-30; Лк 9:18-21. Обращение «бар-Иона» (сын Ионы) сохранилось в греческом тексте Евангелия от арамейского предания.
.

Эти слова о Церкви явились как бы ответом на поворот, происшедший в их сознании. Хотя и прежде некоторые апостолы называли своего Наставника Мессией, но тогда они были еще в плену ложных представлений. Иное дело теперь. Даже убедившись, что Иисус пренебрег земной властью и скитается, как изгнанник, на чужбине, они все же нашли в себе веру и мужество, чтобы признать Его Христом. И пусть Симон был пока не в состоянии полностью объять смысл слов, сказанных им самим, его исповедание станет отныне символом веры всей новозаветной Церкви.

Вопрос Иисуса: «За кого Меня почитают люди?» — звучит и сегодня; и сегодня, как две тысячи лет назад, многие готовы видеть в Нем только пророка или учителя нравственности. Они не могут объяснить, почему именно Иисуса Назарянина, а не Исайю и даже не Моисея миллионы людей признали «единосущным Отцу».

В чем же заключалась неповторимая притягательность Христа? Только ли в Его моральной доктрине? Ведь возвышенную этику предлагали и Будда, и Иеремия, и Сократ, и Сенека. Как же в таком случае могло христианство победить своих соперников? И, наконец, самое главное: Евангелие отнюдь не похоже на простую нравоучительную проповедь

Здесь мы вступаем в область наиболее таинственного и решающего во всем Новом Завете, здесь внезапно разверзается пропасть между Сыном Человеческим и всеми философами, моралистами, основателями религий.

Пусть Иисус жил и действовал подобно пророку, но то, что Он открыл о Себе, не позволяет ставить Его в один ряд с другими мировыми учителями. Любой из них сознавал себя лишь человеком, обретшим истину и призванным возвещать ее. Они ясно видели дистанцию, отделявшую их от Вечного3 Если мудрецы Индии и говорили иногда о своем слиянии с Божеством, то это проистекало из их богословия, которое рассматривало Бога как внутреннюю основу всего сущего (см.: Мень А. У врат Молчания).
. А Иисус? Когда Филипп робко попросил Его явить ученикам Отца, Он ответил так, как не мог ответить ни Моисей, ни Конфуций, ни Платон: «Столько времени Я с вами, и ты не знаешь Меня, Филипп? Видевший Меня видел Отца». Со спокойной уверенностью этот Учитель, чуждый фальши и экзальтации, провозглашает Себя единственным Сыном Божиим, Он говорит уже не как пророк — от имени Сущего, — но как Сам Сущий...

Неудивительно, что теперь многим Христос кажется неразрешимой загадкой. Можно даже понять тех, кто пытался рассматривать Его как миф, хотя эти попытки потерпели неудачу** См. приложение 1«Миф или действительность?».
. В самом деле, трудно предположить, что в Израиле был Человек, Который осмелился сказать: «Я и Отец — одно»; куда легче представить себе, каким образом греки или сирийцы соткали легенду о Сыне Божием из обрывков восточных поверий.

Язычники полагали, что боги иногда рождаются на земле и посещают смертных, но Иисус проповедовал в обществе, где подобные мифы никто не принимал всерьез, где знали, что Божество несоизмеримо с человеком. За эту истину ветхозаветная Церковь заплатила слишком дорогой ценой и слишком долго боролась с язычеством, чтобы измыслить Пророка, утверждавшего: «Я в Отце и Отец во Мне». Пытались объяснить все ссылкой на св.Павла, который якобы создал догмат Воплощения. Но «апостол народов» был иудей до мозга костей и сам по себе никогда не пришел бы к идее богочеловечества.

Парадокс явления Иисуса в том, что Он — невероятен и в то же время Он — историческая реальность. Тщетно бьется над Его загадкой плоский «эвклидов» рассудок. Когда прославленного знатока античности Т.Моммзена спросили, почему он не упомянул в своих трудах о Христе, он ответил: «Я не могу понять Его и поэтому предпочитаю молчать». Философ Спиноза, хотя и не был христианином, признавал, что божественная Мудрость «более всего проявилась через Иисуса Христа»4 Спиноза Б. Переписка. Письмо 73.
. Наполеон, много думавший в своем заточении о путях истории, к концу жизни говорил: «Христос хочет любви человека — это значит, Он хочет того, что с величайшим трудом можно получить от мира, чего напрасно требует мудрец от нескольких друзей, отец — от своих детей, супруга — от своего мужа, брат — от брата, словом, Христос хочет сердца; этого Он хочет для Себя и достигает этого совершенно беспредельно... Лишь одному Ему удалось возвысить человеческое сердце к невидимому до пожертвования временным, и при помощи этого средства Он связал небо и землю»5 Цит. по: Шафф Ф. Иисус Христос — чудо истории. Пер. с нем. М., 1906, с.252.
. «Язычник» Гете сравнивал Иисуса с Солнцем.

«Если меня спросят, — говорил он, — соответствует ли моей натуре благоговейное преклонение перед Ним? Я отвечу: конечно! Я склоняюсь перед Ним, как перед божественным откровением высшего принципа нравственности»6 Эккерман И. Разговоры с Гете, с.847.
. Индуист Махатма Ганди писал, что для него Иисус «мученик, воплощение жертвенности, божественный учитель»7 Ганди М. Моя жизнь. Пер. с англ. М., 1959, с.143.
.

Таковы суждения историка, философа, политика, поэта, мудреца, размышлявших о личности Христа. Но если Он не миф и не только реформатор, то кто же Он? Не следует ли в поисках ответа прислушаться к тем, кто ходил с Ним по городам и весям Галилеи, кто был всего ближе к Нему, с кем Он делился самым сокровенным? А они на вопрос: «За кого вы почитаете Меня?» отвечают словами Симона-Петра: «Ты — Христос, Сын Бога Живого»...

Чтобы лучше понять самую суть этого исповедания, мы должны еще раз вернуться к далекому прошлому.

Мессия: Царь и Спаситель

Моисеева религия зародилась вместе с идеей спасения. Первая заповедь Декалога напоминает, что Ягве освободил Свой народ, томившийся в неволе. Широкие массы чаще всего понимали спасение вполне конкретно, как избавление от врагов и стихийных бедствий. Пророки же одухотворили эту надежду, вложив в нее эсхатологическое содержание.

Согласно Библии, мир уже давно пребывает в состоянии упадка и нуждается в исцелении. Жизнь человеческая коротка, как сон, она проходит в бесплодной борьбе. Люди погружены в суету. «Рождаясь в грехе», они неизбежно влекутся к гибели8 См., напр., Иов 14:1-6.
. Как мало похоже это царство мрака и страданий на осуществление воли Божией!..

К подобным же выводам пришли и многие философы Запада и Востока. По их мнению, смертный — игрушка слепых страстей и обстоятельств; неумолимый рок господствует над всем, обрекая Вселенную биться в замкнутом круге.

Осознание несовершенства мира привело к развитию «учений о спасении».

Их можно свести к трем типам.

Для одних (Платон) выход заключался в лучшей организации общества, для других (Будда) — в мистическом созерцании и бегстве от жизни. Оба решения объединяла, однако, общая предпосылка: ни человек, ни Божество не в силах внести радикальных изменений в устройство мира. Можно лишь достигнуть частичного облегчения страданий или надеяться на упразднение самого бытия*** См.: «У врат Молчания» и «Дионис, Логос, Судьба».
. Третий тип сотериологии возник в Израиле и в Иране. Только там существовала уверенность, что зло одолимо, что в грядущем наступит преображение, которое есть высшая цель жизни человека. При этом персы считали, что Добро и Зло суть два равных полюса бытия, как бы два Бога-соперника, библейские же пророки отказались принять эту заманчивую теорию. Ягве явил им Себя как единый и единственный. Он «не сотворил смерти», Его воля — привести все мироздание к гармонической полноте.

Но откуда тогда несовершенство, идущее вразрез с божественным замыслом? Оно, по учению Ветхого Завета, — результат отпадения. Власть Божия непохожа на власть диктатора. Бог оставляет за тварью свободу в избрании пути.

Мир призван сам в своем опыте познать, что подлинная жизнь лишь с Тем, Кто дарует ее; отход от Него влечет к провалу в бездну небытия. Только добровольно следуя призыву Творца, создание будет достойно Создателя.

Авторы Библии, пользуясь языком священной поэзии Востока, изображали дух разрушения, противящийся Божией Премудрости, в виде Змея, или Дракона, неукротимого и мятежного, как морские волны. А впоследствии Писание дало этому черному демоническому потоку, возникшему в творении, имя Сатаны, то есть Противника. Через него «вошла в мир смерть»9 См.: Прем 2:24. Образ чудовища Хаоса (Левиафан, Раав, Дракон) появляется в библейской письменности раньше образа Сатаны. См.: Ис 51:9-10; Пс 73:13-14; Пс 88:11; Иов 9:13 (в этом стихе имя дракона «Раав» синодальный перевод заменяет словом «гордыня») (ср.:Откр 12:9; Откр 20:2; Ин 8:44; 1Ин 3:8); см.Магизм и Единобожие, приложение 8.
.

Природа, какой ее мы видим сейчас, не является всецело соответствующей высшему предначертанию. Поэтому в ней буйствуют пожирание, борьба, смерть и распад. Именно среди такого двуликого, искаженного мира и оказался первозданный человек, которого Библия олицетворяет в образе Адама**** См.: «Истоки религии», «Магизм и Единобожие».
.

Он стал отображением Бога в природе, «подобием» Самого Сущего.

Древний псалмопевец, потрясенный величием ночного неба, не мог скрыть своего изумления: что есть человек, что Ты помнишь его? Почему поставлен он столь высоко?10 Пс 8.
. В Книге Бытия говорится о царственной роли Адама, о его «владычестве» над тварями. По словам Библии, он пребывал в «саду Эдема», то есть был огражден близостью Божией от природного зла. Однако, наделенный свободой и могуществом, Адам поддался искушению поставить свою волю выше воли Творца.

Писание изображает эту духовную катастрофу в рассказе о Грехопадении людей, которые вняли голосу Змея и пожелали властвовать над миром независимо от Создавшего их, иными словами, «быть как боги»11 Быт 3.
.

Тем самым разрушился первоначальный Завет между ними и Сущим.

Грех уничтожил или ослабил многие дарования человека, он распространялся как эпидемия, он пускал всюду свои ядовитые корни. «Возделыватель и хранитель» природы, Адам стал ее врагом и насильником. Над самим же человеческим родом приобрели власть темные стихии, подчиняя его себе и превращая землю в ад...

И все же — как Сатана не смог полностью извратить облик мира, так и семя греха не уничтожило порывов человека к высшему и тоски об утраченном.

Центральное благовестие Библии заключено в том, что Бог не покинул падшего мира. Он призывал праведников, которые среди тьмы и безумия сохраняли верность Ему, и возобновлял через них священный Завет. Они-то и дали начало избранному народу, ставшему орудием при достижении целей Промысла.

Сущность этих целей лишь постепенно прояснялась в сознании Израиля. Сначала он должен был просто довериться Господу, отдать себя Его водительству. Из поколения в поколение вожди, пророки и мудрецы укрепляли веру в грядущее, углубляли понимание Царства. Они знали, что наступит день, когда чудовище Хаоса будет повержено и падет преграда, отделившая мир от Бога12 Ис 27:1; ср.Ин 12:31.
. Предварит же вселенский переворот явление Мессии-Христа. Он будет потомком Давида, сына Иессеева, но родится тогда, когда царский дом лишится земной славы.

И вырастет Ветвь из срубленного древа Иессеева, и Побег — из корня его. И дух Господень почиет на Нем, дух Премудрости и дух Разума13 Ис 11:1 сл.
.

В сердце Божием Мессия пребывал «от века», а в грядущем Царству Его не будет конца14 Об этом говорится в Книге Еноха (48,3,6,7; 70,1,4).
. Явление Его восстановит согласие между людьми и природой, между миром и Творцом.

Однако эсхатология пророков не исчерпывалась ожиданием Христа. «День Господень», говорили они, будет днем величайшего Богоявления15 См., напр., Аввакум 3.
. Сам Запредельный войдет в мир, Сам Сокровенный станет явным и близким для сынов человеческих.

Но не дерзость ли, не безумие надеяться на это? Ведь Бог бесконечно выше всего созданного! «Видевший Его не может остаться жив». Мудрецы ветхозаветной Церкви отвечали и на этот вопрос. По их учению, есть лики Неисповедимого, которые как бы обращены к природе и человеку. Употребляя земные понятия-символы, их можно называть Духом, Премудростью и Словом Господним16 В русской литературе этот аспект библейского богословия наиболее обстоятельно рассмотрен С.Трубецким в его книге «Учение о Логосе».
. В них заключена та мера божественности, которая соотносима с тварью. Ими даруется существование Вселенной, и через них Сущий открывает Себя человеку.

Но когда пророки пытались описать явление Слова или Духа, они представляли его в виде мирового катаклизма, потрясающего небо и землю. Точно так же и Мессия рисовался большинству из них в облике могучего триумфатора, окруженного силами небесными. Лишь немногие пророки, например, Исайя Второй, изображали Его без ореола внешнего блеска.

Вот Служитель Мой, Которого воздвиг Я, Избранник Мой, желанный души Моей! Даровал Я Ему Дух Мой, Он принесет справедливость народам. Не станет кричать и не возвысит голоса, не даст его услышать на улицах; Надломленный тростинки не сломит, теплящегося огонька не потушит17 Ис 42:1-3.
.

Вплоть до евангельских времен вера в Мессию-воина говорила народу куда больше, чем идеи мистического мессианизма. В римскую эпоху боевой революционный дух получил явное преобладание. Мечта о Спасителе стала земной утопией, вдохновлявшей партизан Гавлонита.

Почему Иисус прямо не осудил это направление?

Скорее всего, причина здесь крылась в том, что оно черпало свои идеи из пророческих книг. Отделить же в них подлинное прозрение от традиционных метафор, в которые оно облекалось, люди были еще не готовы. Поэтому Христос, не затрагивая формы пророчеств, лишь стремился оттенить их духовный смысл, указать на то основное, что содержалось в библейской эсхатологии. Когда Он называл Себя Сыном Человеческим, когда говорил о Себе, как о благовестнике свободы и исцеления, когда давал понять, что пребывал в ином мире «прежде Авраама», — все это означало, что именно Он и есть Грядущий, Чей приход предрекали пророки.

Но Христос открыл и то, чего не предвидел ни один из них. Богоявление совершилось в Нем Самом, в обетованном Мессии. Безмерное и Всеобъемлющее обрело человеческий лик и голос в Плотнике из Назарета, «Сыне Бога Живого».

Сын Божий

В Библии мы нередко встречаемся с такими выражениями, как «сын благословения», «сын гнева», «сын пророческий». Они обозначают свойства, характер и призвание человека. Под «сынами Божиими» израильтяне обычно подразумевали духовные существа, ангелов, иногда же — праведников народа Господня или монархов, помазанных на престол. Поэтому наименование «Сын Божий» прилагалось естественно и к Мессии18 Втор 32:8; Ис 28:1; Иов 1:6; 2 Цар 7:14; Ис 2:7.
.

Христос постоянно называл Себя Сыном небесного Отца. Но из Его слов явствовало, что Его отношение к Богу непохоже на отношение других. «Никто не знает Сына, кроме Отца, и Отца не знает никто, кроме Сына». Когда Он говорил: «Мой Отец», то касался неповторимой тайны Своей внутренней жизни: «Во Мне Отец, и Я в Отце»19 Ин 10:38; Ин 14:11. Значительная часть подобных изречений Христа содержится в Ин. Это объясняется тем, что: а) эти слова обращены к духовным вождям Израиля, в то время как синоптики приводят слова, обращенные к народу; б) богословские интересы Ин сосредоточены на тайне Воплощения; в) само IV Евангелие адресовано к аудитории более подготовленной, чем адресат синоптиков. Тем не менее и в первых трех Евангелиях есть достаточно свидетельств Христа о Себе, близких по форме и по духу к Ин (напр., Мф 10:32Мф 10:37; 11:27-30; 24:35; 28:18). Мнение, согласно которому автор IV Евангелия был оторвавшийся от палестинской традиции греческий теолог, теперь можно считать опровергнутым. Были вскрыты арамейские корни текста, связь Ин с Ветхим Заветом и раввинистической традицией, а также с Кумраном. Все это доказывает, что автор вышел из иудейской среды первой половины I в. (см.: RFIB, II, p.658-661; Dodd Ch. The Interpretation of the Fourth Gospel. Cambridge. 1972, p.74ff; Brown R. The Gospel According to John. New York, 1966, p.LXII-LXIV). О раскопках, подтвердивших достоверность рассказов Ин, см. в приложение «Миф или действительность?».
. Однако это — не исступленное слияние мистика с божественной Глубиной, а нечто совсем иное.

Богосыновство становится во Христе Богочеловечеством...

Книга Царств повествует, как пророк Илия ожидал на Синае явления Славы Господней. Пылал огонь, ревел ураган, колебания почвы сотрясали все вокруг, но в этом не было Бога. И лишь когда в раскаленной пустыне внезапно повеял тихий прохладный ветер — пророк ощутил наконец присутствие Сущего. Нечто подобное произошло и в священной истории. Ждали катастроф и падающих звезд, а вместо этого на земле родилось Дитя, слабое, как любое из детей мира. Ждали небесного витязя, сокрушающего врагов, а пришел назаретский Плотник, Который призвал к Себе «всех труждающихся и обремененных». Ждали могущественного Мессию и грозного Богоявления, а земля увидела Богочеловека, умаленного, принявшего земную «плоть и кровь»...

Весть о Христе приводила в смятение и иудеев, и эллинов. Желая заключить Его в привычные для них мерки, одни утверждали, что Иисус был лишь обычным смертным, на которого сошел Дух Божий, а другие — что Он имел призрачное тело, оставаясь в действительности только божественным Существом20 См.: св.Лионский Ириней. Против ересей, I,7,25,26; Александрийский Климент. Строматы, VII,17.
. Между тем Евангелие говорит о Человеке, Который ел и пил, радовался и страдал, познал искушения и смерть, и в то же время Он, сам не ведая греха, прощал грешников, как прощает Бог, и не отделял Себя от Отца. Поэтому Церковь исповедует во Иисусе Сына Божия, Слово Сущего, Бога в действии, Который как бы проникает в самые недра творения.

В начале было Слово, и Слово было с Богом, и Слово было Бог. Оно было в начале с Богом. Все через Него возникло, что возникло. В Нем была жизнь, и жизнь была свет людям. И свет во тьме светит, и тьма его не объяла...

И Слово стало плотью, и обитало среди нас, и мы увидели Славу Его, Славу как Единородного от Отца, полного благодати и истины... Ибо Закон был дан через Моисея, благодать же и истина через Иисуса Христа.

Бога никто не видел никогда: Единородный Сын, сущий в лоне Отца, Он открыл21 Ин 1:1 сл. В последней фразе — отголосок арамейской аллитерации: «убба» (лоно) и «Абба» (отец).
.

Богочеловечество Христа есть откровение и о Боге, и о человеке.

Уже пророки знали, что Первопричина всего — не безликая Мощь или космический Порядок, равнодушный, как любая из сил мироздания, но — Бог Живой, говорящий с людьми, даровавший им Свой образ и подобие. Он ищет согласия с человеком, призывает его к высшей жизни. Но если в Ветхом Завете замысел Божий и лик Божий оставались прикровенными, то явление Иисуса приближает Творца к людям. Через Мессию мир должен познать, что Сущий «есть любовь», что Он может стать для каждого Отцом. Блудные дети земли призываются в дом Отчий, чтобы там обрести потерянное сыновство.

Ради этого в мир рождается Сын Человеческий и Сын Божий, Который в Самом Себе примиряет небо и землю. В Новом Завете стало реальностью то, что было лишь неясной надеждой Ветхого. Отныне духовное единение с Иисусом есть единение с Богом.

«Бог стал человеком, чтобы мы стали богами» — эти слова св.Афанасия передают самую суть таинства Воплощения.

Искупитель

«Сын Человеческий, — говорит Христос, — не для того пришел, чтобы Ему послужили, но чтобы послужить и дать душу Свою как выкуп за многих»22 Мф 20:28; Мк 10:45.
. Слова «выкуп», «искупление» были в Библии синонимом спасения, ибо само понятие выкупа связано с освобождением от рабства и с «приобретением для себя»23 См.: Исх 19:5; Ис 63:9.
. Как некогда Господь спас ветхозаветный Израиль и сделал его «своим народом», так и Церковь Нового Завета должна стать Его «уделом»24 1 Петр 2:9-10; ср.:Гал 1:4; Тит 2:14.
.

Искупление есть и нечто большее — возврат твари на пути, предначертанные свыше. Порабощенная злу, вся она, по словам ап.Павла, «стенает и мучается, ожидая откровения сынов Божиих»25 Рим 8:19 сл.
. Искупленный человек не изымается из остального творения, а идет впереди него к «новому небу и новой земле».

Пламя Логоса горит «во тьме», постепенно пронизывая мироздание. Царству вражды и разложения Бог несет животворную силу единства, гармонии и любви. И, подобно растению, которое тянется к солнцу, природа внемлет этому призыву и повинуется Слову.

Чем больше узнаем мы сегодня о процессе миротворения, тем яснее обрисовывается картина Вселенной, восходящей по ступеням ввысь. Сначала — упорядоченность структур, потом — жизнь, и наконец — человек. Борьба не стихает ни на миг. С каждым шагом Змей отступает во тьму, с каждым шагом все шире разливается сияние.

Когда же человек не выполнил своего предназначения, Само Слово явило Себя миру, воплотившись в «новом Адаме».

«Так возлюбил Бог мир, что дал Сына Единородного...»

Но самоотдача Иисуса не могла не стать трагедией. Тот, Кто соединяется с падшим миром, неизбежно становится причастным его страданию. Отныне боль любого существа — Его боль. Его Голгофа. Среди людей Иисуса ждет не торжество, а муки и смерть.

Безгрешный, Он берет на Себя все последствия греха. Поэтому и призывает Церковь всех идущих за Ним: «Будем с терпением проходить предлежащее нам поприще, взирая на Начальника и Свершителя веры Иисуса, Который, вместо предлежащей Ему радости, претерпел Крест»26 Евр 12:1-2.
.

Его предтечами были святые и ученики минувших веков, которых гнали и предавали смерти. Их лики слились в одном мессианском образе, представшем мистическому взору Исайи Второго. Цари и народы, полагаясь на земную силу, с презрением смотрели на истинного Служителя Господня. Но им пришлось убедиться, что именно этого отверженного Страдальца избрал Бог.

Кто поверит слышанному нами? и кому открылась сила Ягве? Перед Ним Он взошел, как росток, как побег из корня в земле сухой. Не было в Нем ни вида, ни величия, что к Нему нас влекли бы, Ни благолепия, что пленило бы нас. Презираем и отвергнут людьми был Он, Муж скорбей, изведавший мучения, И как человека отверженного мы ни во что ставили Его. Он же взял на Себя наши немощи и понес наши болезни. Думали мы, что Он поражен, наказан и унижен Богом, а Он изранен был за грехи наши и мучим за беззакония наши. Он принял на Себя кару для спасения нашего, и ранами Его мы исцелились. Все мы блуждали, как овцы, каждый своею дорогой, но Ягве возложил на Него грехи наши. Истязуемый, был Он покорен и в муках не отверз уст; как агнец, ведомый на заклание, и как овца перед стригущими ее — безгласна, так и Он не отверзал уст Своих27 Ис 53:1-7.
.

Мессия — страдалец!.. Казалось, этого нельзя было принять, понять, вместить. Мало кто из людей Ветхого Завета решался вслух говорить о возможности столь невероятной. Она представлялась кощунством. Но слово было сказано и запечатлено в Писании, оставляя людей в смущении и соблазне. Иудейские толкователи обходили это место, как бы стараясь забыть его. Иисус же, напротив, изъяснял Свою миссию, ссылаясь на пророчество о Слуге Господнем. «Ныне исполнилось Писание это перед нами...»

Он проходил по земле, не покоряя людей очевидностью Своего могущества. Он был умален в глазах «века сего», сохранив этим неприкосновенной человеческую свободу. Не рабов, а сынов искал Иисус, братьев, которые бескорыстно полюбят Его и пойдут за Ним, презираемым и отверженным. Если бы Мессия явился «во славе», если бы никто не смог отвернуться от Него, это было бы принуждением. Но Христос учил иному: «Вы познаете истину, и истина сделает вас свободными».

Ради свободы человека Он заключил Себя в границы тленного, Он стал в те дни «менее Отца», Он нуждался в пище и отдыхе, Он закрыл от Себя грядущее и на Себе Самом пережил всю скорбь мира.

Ремесленник из провинциального городка, окруженный людьми невежественными и зачастую носящими клеймо порока, Он проводил Свои дни среди бедняков, мытарей, блудниц и прокаженных. У Него не было ни вооруженных отрядов, ни влиятельных союзников. Это ли Мессия, о Котором веками грезили люди?

Камнем преткновения явилось и то, что проповедь Назарянина не была одобрена официальными церковными властями. Фарисеи упрекали Его за свидетельство о «Самом Себе». На это Он ответил: «Я Сам свидетельствую о Себе, и свидетельствует о Мне Отец, пославший Меня»28 Ин 8:13-18. Говоря о свидетельстве двух, Иисус, вероятно, намекал на старый принцип иудейского права, которое требовало минимум двух свидетелей при разбирательстве дела (см.:Втор 19:15; Талмуд, Песахим, 11в).
. Чтобы принять Сына Человеческого, нужен подвиг веры. Только чистые сердцем «узрят Бога». Он откроется им во Христе Иисусе, Которого «начальники» осудили как лжеучителя.

Наставники и иерархи ветхозаветной Церкви остались глухи к Его Евангелию — и в этом не было случайности. Они оказались в плену у традиции, данной, по их мнению, раз и навсегда. Они не допускали сомнений в своей непогрешимости, а в результате стали врагами дела Божия. Произошло это не только потому, что Анна и Кайафа были худшими из первосвященников. Самый факт приговора, вынесенного Христу иерархией, — величайшая трагедия религиозной истории мира, вечное предостережение. Страшная правда звучит в «легенде» Достоевского, где он изобразил Христа вновь пришедшим на землю и вновь осужденным «князьями» Своей же Церкви...

В мире Он был, и мир через Него возник, и мир Его не познал. К своим пришел, и свои Его не приняли, Всем же, кто принял Его, — дал Он власть стать детьми Божиими, верующими во имя Его29 Ин 1:10-12.
.

Ученики перед тайной

Но если люди церковные — книжники и богословы — не узнали Его, как случилось, что Иисус все же нашел Себе учеников? Человеческая логика, «плоть и кровь» были тут поистине бессильны. Это тайна веры, святая святых, где душа встречает своего Спасителя. Разум апостолов мучили сомнения, но просветленная любовь принесла победу вере, и они склонились перед гонимым Странником, как перед Мессией, Сыном Бога Живого.

Ответом на исповедание Петра было пророчество Христово о Церкви, которая устоит, даже если все силы зла ополчатся против нее30 «Врата ада» (Мф 16:18) означают могущество зла. В семитических языках слово «врата» было синонимом силы. Этот образ был взят из строительной терминологии; крепкие врата считались залогом неприступности города.
. А самого Симона Иисус назвал «Скалой», на которой она будет поставлена. Как бы ни понимать эти слова, трудно сомневаться в том, что Господь возложил на апостола какую-то исключительную миссию. Поэтому и в Церкви он был признан «первоверховным»31 Здесь не место обсуждать вопрос о «первенстве» ап.Петра, отметим только, что именно в этом смысле понимали его роль многие Отцы Церкви. Напр., у св.Исидора Пелусиота (Ирону, письмо, 142) он назван «первенствующим среди апостолов». «Господь избрал Петра быть началовождем Своих учеников» (Епифаний. Панарион, 51). Петр — «глава в лике апостольском» (св.Иоанн Златоуст. Творения. Т.VII, с.553). «Петр стал преемником Моисеевым, когда вверены ему были новая Церковь Христова и истинное священство» (св.Макарий Египетский. Беседа 26). «Из Двенадцати избирается один для того, чтобы, поставив главу, уничтожить повод к расколу» (бл.Иероним. Против Иовиниана. Кн.1).
. Иногда возражают против этого, ссылаясь на отсутствие у Петра абсолютного авторитета в первой общине. Действительно, ни диктатором, ни «князем» Церкви в земном смысле слова он не был. Но разве не отверг Сам Христос со всей определенностью любые претензии на такое господство? Пусть цари владычествуют над народами, говорит Иисус, а «между вами да не будет так». Поэтому не честолюбивому «лидеру», а скромному рыбаку было сказано: «Паси агнцев Моих». Только действие Духа Божия превратило его потом в пастыря Христова. Тогда же, во время беседы у Кесарии Филипповой, Петр отнюдь еще не стал скалой Церкви. Поэтому Иисус сразу же дал иное направление его мыслям. Запретив разглашать мессианскую тайну, Он завел речь о Своих страданиях и смерти32 Мф 16:21-23.
.

Услышав это, Петр опечалился. Он отозвал Иисуса в сторону и с присущей ему непосредственностью решил ободрить Его.

 — Бог милостив к Тебе, Господи! Не будет этого с Тобой!

Но слова ученика могли только ранить душу Иисуса. Разве и Сам Он не хотел бы, чтобы «чаша миновала Его»? Разве стремился к тому, чтобы люди оказались убийцами Мессии? Но Ему предстояло добровольно испить чашу искупления...

 — Отойди от Меня, сатана***** Арам.: противник, противящийся.
, — сказал Он, оглянувшись на учеников, — ты Мне соблазн, потому что думаешь не о Божием, а о человеческом.

Смущенный Петр умолк, а Иисус начал говорить, обращаясь уже ко всем Двенадцати. Они должны быть готовы ко всему. Приближается время испытаний. «Если кто хочет за Мной пойти, да отречется от самого себя, и возьмет крест свой, и следует за Мной». Путь к Царству лежит через победу над собой. Мессия станет жертвой, но и Его последователи должны учиться подражать Ему. Только тогда они смогут стать участниками мессианского торжества. «Истинно, истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, доколе не увидят Сына Человеческого, грядущего в Царстве Своем»33 Мф 15:24-28; Мк 8:34-38; Мк 9:1; Лк 9:23-27. Некоторые толкователи предполагают, что в действительности Христос сказал не «крест», а «иго». Однако иудеям той эпохи крест как символ страдания был уже хорошо известен. И местные, и римские власти много раз практиковали этот вид казни (см.: Флавий И. Арх. XVII, 10; Иудейская война, II,5).
.

Значило ли это, что конец мира настанет уже при этом поколении? Многие ученики именно так и поняли Иисуса. Между тем Он говорил не столько о грядущем, сколько о том, что совершается ныне, что началось еще в первые дни Его проповеди. Посеянное Христом семя растет, зерно становится деревом, а тем временем Суд уже происходит, новая эра уже наступила.

Прошло несколько дней. Близился праздник Суккот, или Кущей, который по обычаю следовало проводить в шатрах, сделанных из ветвей. Богомольцы готовились идти в Иерусалим. Иисус же оставался за Иорданом. И там произошло еще одно необыкновенное явление. Трем апостолам — Петру, Иакову и Иоанну — дано было на миг увидеть завесу приоткрытой и созерцать сверхчеловеческую славу Христа34 Мф 17:1-13; Мк 9:2-13; Лк 9:28-36. Восточное предание считало горой преображения Фавор. В древнем «Евангелии евреев» говорилось, что Иисус был перенесен на эту гору Духом Святым (Ориген. На Иоанна, II,6). Однако современные экзегеты ставят это предание под сомнение. Фавор отнюдь не «высокая» гора (ок.300 м). В евангельские времена там был расположен укрепленный поселок, и поэтому Фавор не был удобным местом для уединения (Флавий И. Иудейская война, IV,1,8). Кроме того, гора расположена в Галилее, а не в области Филиппа. Полагают, что евангелисты имели в виду один из отрогов Ермона. . Быть может, в преддверии Страстей Он хотел духовно укрепить самых близких, зная, какие испытания ждут их впереди.

Однажды, взяв их с Собой, Иисус поднялся на высокую гору, в то время как остальные отдыхали внизу. Пока Он молился, Петр, Иаков и Иоанн, расположившись рядом с Ним, заснули. Когда же они пробудились, их поразила перемена, произошедшая с Учителем. Лицо Его после молитвы лучилось неземным светом; даже одежда Иисуса стала ослепительно белой. Две незнакомца вели с Ним беседу. Непостижимым образом апостолы поняли, что это явились к Нему из иного мира древние пророки. Страх уступил ощущению мира, счастья, близости Божией... Увидев, что те двое уходят, ученики затрепетали, боясь потерять невыразимое блаженство этой минуты. «Равви! — проговорил Петр. — Хорошо нам здесь быть. Сделаем три шатра: тебе один, и Моисею один, и Илии один». Он не знал, что сказать, ему почудилось, что наступил час совершения обряда Кущей...

Что произошло потом, никто из учеников отчетливо не помнил. Это была сама Слава Предвечного, светлое облако Богоприсутствия, и над всем звучали слова: «Это — Сын Мой возлюбленный; слушайте Его».

А в следующее мгновение сияние померкло; апостолы увидели Учителя прежним.

Он стоял один на вершине горы.

Петр, Иаков и Иоанн едва могли опомниться. Иисус же, подойдя к ним, сказал: «Встаньте, не бойтесь» — и начал спускаться вниз. Как во сне, они последовали за Ним. По дороге Иисус нарушил молчание и велел хранить виденное в тайне, «доколе Сын Человеческий не воскреснет из мертвых».

Не решаясь обратиться к Нему, ученики шепотом спрашивали друг у друга: «Что значит воскреснуть из мертвых?»


Отрывки к тексту:
Joh 6:66-71
Mat 16:13-28
Mat 15:24-28
Mar 8:34-38
Mat 17:1-13
Mar 9:2-13
Luk 9:18-36
66
From that time many of his disciples went back, and walked no more with him.
67
Then said Jesus unto the twelve, Will ye also go away?
68
Then Simon Peter answered him, Lord, to whom shall we go? thou hast the words of eternal life.
69
And we believe and are sure that thou art that Christ, the Son of the living God.
70
Jesus answered them, Have not I chosen you twelve, and one of you is a devil?
71
He spake of Judas Iscariot the son of Simon: for he it was that should betray him, being one of the twelve.
Скрыть
13
When Jesus came into the coasts of Caesarea Philippi, he asked his disciples, saying, Whom do men say that I the Son of man am?
14
And they said, Some say that thou art John the Baptist: some, Elias; and others, Jeremias, or one of the prophets.
15
He saith unto them, But whom say ye that I am?
16
And Simon Peter answered and said, Thou art the Christ, the Son of the living God.
17
And Jesus answered and said unto him, Blessed art thou, Simon Barjona: for flesh and blood hath not revealed it unto thee, but my Father which is in heaven.
18
And I say also unto thee, That thou art Peter, and upon this rock I will build my church; and the gates of hell shall not prevail against it.
19
And I will give unto thee the keys of the kingdom of heaven: and whatsoever thou shalt bind on earth shall be bound in heaven: and whatsoever thou shalt loose on earth shall be loosed in heaven.
20
Then charged he his disciples that they should tell no man that he was Jesus the Christ.
21
From that time forth began Jesus to shew unto his disciples, how that he must go unto Jerusalem, and suffer many things of the elders and chief priests and scribes, and be killed, and be raised again the third day.
22
Then Peter took him, and began to rebuke him, saying, Be it far from thee, Lord: this shall not be unto thee.
23
But he turned, and said unto Peter, Get thee behind me, Satan: thou art an offence unto me: for thou savourest not the things that be of God, but those that be of men.
24
Then said Jesus unto his disciples, If any man will come after me, let him deny himself, and take up his cross, and follow me.
25
For whosoever will save his life shall lose it: and whosoever will lose his life for my sake shall find it.
26
For what is a man profited, if he shall gain the whole world, and lose his own soul? or what shall a man give in exchange for his soul?
27
For the Son of man shall come in the glory of his Father with his angels; and then he shall reward every man according to his works.
28
Verily I say unto you, There be some standing here, which shall not taste of death, till they see the Son of man coming in his kingdom.
Скрыть
24
But he answered and said, I am not sent but unto the lost sheep of the house of Israel.
25
Then came she and worshipped him, saying, Lord, help me.
26
But he answered and said, It is not meet to take the children's bread, and to cast it to dogs.
27
And she said, Truth, Lord: yet the dogs eat of the crumbs which fall from their masters' table.
28
Then Jesus answered and said unto her, O woman, great is thy faith: be it unto thee even as thou wilt. And her daughter was made whole from that very hour.
Скрыть
34
And when he had called the people unto him with his disciples also, he said unto them, Whosoever will come after me, let him deny himself, and take up his cross, and follow me.
35
For whosoever will save his life shall lose it; but whosoever shall lose his life for my sake and the gospel's, the same shall save it.
36
For what shall it profit a man, if he shall gain the whole world, and lose his own soul?
37
Or what shall a man give in exchange for his soul?
38
Whosoever therefore shall be ashamed of me and of my words in this adulterous and sinful generation; of him also shall the Son of man be ashamed, when he cometh in the glory of his Father with the holy angels.
Скрыть
1
And after six days Jesus taketh Peter, James, and John his brother, and bringeth them up into an high mountain apart,
2
And was transfigured before them: and his face did shine as the sun, and his raiment was white as the light.
3
And, behold, there appeared unto them Moses and Elias talking with him.
4
Then answered Peter, and said unto Jesus, Lord, it is good for us to be here: if thou wilt, let us make here three tabernacles; one for thee, and one for Moses, and one for Elias.
5
While he yet spake, behold, a bright cloud overshadowed them: and behold a voice out of the cloud, which said, This is my beloved Son, in whom I am well pleased; hear ye him.
6
And when the disciples heard it, they fell on their face, and were sore afraid.
7
And Jesus came and touched them, and said, Arise, and be not afraid.
8
And when they had lifted up their eyes, they saw no man, save Jesus only.
9
And as they came down from the mountain, Jesus charged them, saying, Tell the vision to no man, until the Son of man be risen again from the dead.
10
And his disciples asked him, saying, Why then say the scribes that Elias must first come?
11
And Jesus answered and said unto them, Elias truly shall first come, and restore all things.
12
But I say unto you, That Elias is come already, and they knew him not, but have done unto him whatsoever they listed. Likewise shall also the Son of man suffer of them.
13
Then the disciples understood that he spake unto them of John the Baptist.
Скрыть
2
And after six days Jesus taketh with him Peter, and James, and John, and leadeth them up into an high mountain apart by themselves: and he was transfigured before them.
3
And his raiment became shining, exceeding white as snow; so as no fuller on earth can white them.
4
And there appeared unto them Elias with Moses: and they were talking with Jesus.
5
And Peter answered and said to Jesus, Master, it is good for us to be here: and let us make three tabernacles; one for thee, and one for Moses, and one for Elias.
6
For he wist not what to say; for they were sore afraid.
7
And there was a cloud that overshadowed them: and a voice came out of the cloud, saying, This is my beloved Son: hear him.
8
And suddenly, when they had looked round about, they saw no man any more, save Jesus only with themselves.
9
And as they came down from the mountain, he charged them that they should tell no man what things they had seen, till the Son of man were risen from the dead.
10
And they kept that saying with themselves, questioning one with another what the rising from the dead should mean.
11
And they asked him, saying, Why say the scribes that Elias must first come?
12
And he answered and told them, Elias verily cometh first, and restoreth all things; and how it is written of the Son of man, that he must suffer many things, and be set at nought.
13
But I say unto you, That Elias is indeed come, and they have done unto him whatsoever they listed, as it is written of him.
Скрыть
18
And it came to pass, as he was alone praying, his disciples were with him: and he asked them, saying, Whom say the people that I am?
19
They answering said, John the Baptist; but some say, Elias; and others say, that one of the old prophets is risen again.
20
He said unto them, But whom say ye that I am? Peter answering said, The Christ of God.
21
And he straitly charged them, and commanded them to tell no man that thing;
22
Saying, The Son of man must suffer many things, and be rejected of the elders and chief priests and scribes, and be slain, and be raised the third day.
23
And he said to them all, If any man will come after me, let him deny himself, and take up his cross daily, and follow me.
24
For whosoever will save his life shall lose it: but whosoever will lose his life for my sake, the same shall save it.
25
For what is a man advantaged, if he gain the whole world, and lose himself, or be cast away?
26
For whosoever shall be ashamed of me and of my words, of him shall the Son of man be ashamed, when he shall come in his own glory, and in his Father's, and of the holy angels.
27
But I tell you of a truth, there be some standing here, which shall not taste of death, till they see the kingdom of God.
28
And it came to pass about an eight days after these sayings, he took Peter and John and James, and went up into a mountain to pray.
29
And as he prayed, the fashion of his countenance was altered, and his raiment was white and glistering.
30
And, behold, there talked with him two men, which were Moses and Elias:
31
Who appeared in glory, and spake of his decease which he should accomplish at Jerusalem.
32
But Peter and they that were with him were heavy with sleep: and when they were awake, they saw his glory, and the two men that stood with him.
33
And it came to pass, as they departed from him, Peter said unto Jesus, Master, it is good for us to be here: and let us make three tabernacles; one for thee, and one for Moses, and one for Elias: not knowing what he said.
34
While he thus spake, there came a cloud, and overshadowed them: and they feared as they entered into the cloud.
35
And there came a voice out of the cloud, saying, This is my beloved Son: hear him.
36
And when the voice was past, Jesus was found alone. And they kept it close, and told no man in those days any of those things which they had seen.
Скрыть
Оглавление
Поделиться

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).