Библия-Центр
РУ

Мысли вслух на 2 Тим 3:14-15

Поделиться
14 А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен. 15 Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса.
Свернуть

Во все времена в Церкви шли дискуссии о том, что такое Традиция. Для многих само понятие Традиции связывается с седой древностью, с чем-то таким, чьи корни уходят в глубины истории. Молодым церквям и общинам в традиционности при этом, как правило, отказывают: ведь тут речь идёт обычно отнюдь не о многовековой истории. Однако слова Павла, обращённые им к Тимофею, говорят о том, что вопрос о Традиции является отнюдь не вопросом древности тех элементов, из которых она складывается. Ведь Павел призывает Тимофея как раз именно держаться Традиции, при том, что история Церкви насчитывала тогда всего лишь несколько десятилетий. Что же составляет её основу? И в чём её отличительные особенности? Прежде всего, в основе традиции лежит верность, верность тому, «чему научен». Без такой верности, само собой понятно, ни о какой Традиции речи быть не может: ведь носитель любой традиции является таковым лишь до тех пор, пока она остаётся для него естественной и органичной формой собственного существования, как духовного, так и экзистенциального. Человек, для которого декларируемая им традиция остаётся чем-то внешним, носителем её не является, даже если знает её достаточно хорошо, так же, как не является носителем языка тот, кто изучил его, как иностранный, даже если изучивший владеет иностранным языком свободно. Но когда дело касается языка, вопрос решается просто: речь идёт о языке, усвоенном в детстве, как усваивает каждый свой родной язык. Есть, конечно, и традиции, усвоенные в детстве, опирающиеся на тогда же, в детстве, воспринятый племенной или национальный миф. Такой язык и такой миф собственно и формируют то, что называют обычно племенным или национальным самоощущением. Но ведь Традицию невозможно усвоить с детства: христианами не рождаются, ими становятся. Здесь в основе всего лежит личный духовный опыт, подкреплённый опытом священного Писания. Почему же именно Писание играет здесь столь важную роль? Разумеется, не потому, что Библия содержит готовые ответы на все вопросы. Дело в другом: она отражает типичный, характерный для всех времён опыт богообщения. Конечно, если не всё, то очень многое из описанного в библейских книгах описано теми или со слов тех, с кем описанное произошло впервые в истории человечества. Но «впервые» не означает «никогда больше»: описанное первопроходцами духа затем становится частью опыта многих и многих (хотя, конечно, о массовости тут говорить не приходится: «малое стадо» остаётся малым). И эти многие всегда могут обратиться к опыту предшественников с тем, чтобы соотнести их опыт со своим. Так и рождается настоящая Традиция: не из древности, а из сущностного, духовного единства, связывающего всех идущих путём праведности и ищущих Царства. Ведь и Бог, и путь праведности, и Царство одинаковы во все времена. В отличие от переменчивой человеческой моды, они не меняются с годами. А Царство объединяет всех, кто стал его жителем. Независимо от эпохи, языка и религии.

Другие мысли вслух

 
На 2 Тим 3:14-15
14 А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен. 15 Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса.
Свернуть
Во все времена в Церкви шли дискуссии о том, что такое Традиция. Для многих само понятие Традиции связывается с седой древностью, с чем-то таким, чьи корни уходят...  Читать далее

Во все времена в Церкви шли дискуссии о том, что такое Традиция. Для многих само понятие Традиции связывается с седой древностью, с чем-то таким, чьи корни уходят в глубины истории. Молодым церквям и общинам в традиционности при этом, как правило, отказывают: ведь тут речь идёт обычно отнюдь не о многовековой истории. Однако слова Павла, обращённые им к Тимофею, говорят о том, что вопрос о Традиции является отнюдь не вопросом древности тех элементов, из которых она складывается. Ведь Павел призывает Тимофея как раз именно держаться Традиции, при том, что история Церкви насчитывала тогда всего лишь несколько десятилетий. Что же составляет её основу? И в чём её отличительные особенности? Прежде всего, в основе традиции лежит верность, верность тому, «чему научен». Без такой верности, само собой понятно, ни о какой Традиции речи быть не может: ведь носитель любой традиции является таковым лишь до тех пор, пока она остаётся для него естественной и органичной формой собственного существования, как духовного, так и экзистенциального. Человек, для которого декларируемая им традиция остаётся чем-то внешним, носителем её не является, даже если знает её достаточно хорошо, так же, как не является носителем языка тот, кто изучил его, как иностранный, даже если изучивший владеет иностранным языком свободно. Но когда дело касается языка, вопрос решается просто: речь идёт о языке, усвоенном в детстве, как усваивает каждый свой родной язык. Есть, конечно, и традиции, усвоенные в детстве, опирающиеся на тогда же, в детстве, воспринятый племенной или национальный миф. Такой язык и такой миф собственно и формируют то, что называют обычно племенным или национальным самоощущением. Но ведь Традицию невозможно усвоить с детства: христианами не рождаются, ими становятся. Здесь в основе всего лежит личный духовный опыт, подкреплённый опытом священного Писания. Почему же именно Писание играет здесь столь важную роль? Разумеется, не потому, что Библия содержит готовые ответы на все вопросы. Дело в другом: она отражает типичный, характерный для всех времён опыт богообщения. Конечно, если не всё, то очень многое из описанного в библейских книгах описано теми или со слов тех, с кем описанное произошло впервые в истории человечества. Но «впервые» не означает «никогда больше»: описанное первопроходцами духа затем становится частью опыта многих и многих (хотя, конечно, о массовости тут говорить не приходится: «малое стадо» остаётся малым). И эти многие всегда могут обратиться к опыту предшественников с тем, чтобы соотнести их опыт со своим. Так и рождается настоящая Традиция: не из древности, а из сущностного, духовного единства, связывающего всех идущих путём праведности и ищущих Царства. Ведь и Бог, и путь праведности, и Царство одинаковы во все времена. В отличие от переменчивой человеческой моды, они не меняются с годами. А Царство объединяет всех, кто стал его жителем. Независимо от эпохи, языка и религии.

Свернуть
 
На 2 Тим 3:14-4:5
14 А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен. 15 Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса. 16 Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, 17 да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен.
1 Итак заклинаю тебя пред Богом и Господом нашим Иисусом Христом, Который будет судить живых и мертвых в явление Его и Царствие Его: 2 проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со всяким долготерпением и назиданием. 3 Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; 4 и от истины отвратят слух и обратятся к басням. 5 Но ты будь бдителен во всем, переноси скорби, совершай дело благовестника, исполняй служение твое.
Свернуть
В завершение своего наставления Тимофею Павел снова и снова призывает его не отступать от вверенного ему служения...  Читать далее

В завершение своего наставления Тимофею Павел снова и снова призывает его не отступать от вверенного ему служения, смыслом которого является свидетельство и верность тому, что составляет основу жизни христианина (2Тим. 4 : 1 – 5). А помочь в этом Тимофею должно священное Писание, которое он, по свидетельству апостола, изучал с детства (2Тим. 3 : 14 – 17). Павел, как видно, не конкретизирует, о каких именно книгах идёт речь, но нетрудно догадаться, что прежде всего он имеет в виду ту часть иудейского канона, которая в иудаизме называется «поздними пророками». В основе её лежали записи проповедей великих пророков Израиля, свидетельствовавших, среди прочего, о грядущем Мессии и о наступлении мессианского Царства. Но апостол, оставаясь верным своему пониманию Торы, напоминает своему ученику, что для воспитания праведности полезно всё священное Писание (2Тим. 3 : 16; в Синодальном переводе «для наставления в праведности»). Священное писание для Павла — не источник идей для обоснования той или иной религиозной доктрины, а духовный компас, помогающий верным ориентироваться по дороге в Царство с тем, чтобы не сбиться с пути праведности.

Между тем, желающих сбить их с этого пути, судя по словам апостола, будет много, тем более, что уже недалеко то время, когда многие и сами будут рады обмануться, прислушиваясь к учителям, говорящим то, что приятно слышать их последователям (2Тим. 4 : 3 – 4). Такая массовая духовная недобросовестность может на первый взгляд показаться странной, но она станет понятнее, если вспомнить об особенностях падшей человеческой природы, которой вообще свойственно избегать всего, что может причинить ей боль или дискомфорт, хотя бы и ради её исцеления. Между тем, Павлу уже не раз приходилось говорить и писать о том, что всякий, желающий не просто говорить о Торе, а всерьёз ей следовать, вынужден будет идти наперекор собственной греховности — процесс, который никому не покажется ни лёгким, ни приятным. Духовная жизнь — не интеллектуальные наслаждения и не религиозные восторги, а путь противостояния злу. И путь этот куда труднее пути теолога-теоретика или религиозного активиста: ведь и тот, и другой могут наслаждаться плодами своего труда уже в этом мире, а праведник увидит их лишь в конце долгой и трудной дороги. Неудивительно, что многие предпочитают пути праведности, ведущему в Царство, иные, более лёгкие пути, на которые и зовут их упоминаемые Павлом учителя. Но «басни», даже самые красочные и увлекательные, не заменят подлинной жизни, и апостол напоминает своему ученику о возложенном на него Церковью служении — служении свидетеля, указывающего ищущим путь в Царство.

Свернуть
 
На 2 Тим 3:14-4:5
14 А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен. 15 Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса. 16 Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, 17 да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен.
1 Итак заклинаю тебя пред Богом и Господом нашим Иисусом Христом, Который будет судить живых и мертвых в явление Его и Царствие Его: 2 проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со всяким долготерпением и назиданием. 3 Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; 4 и от истины отвратят слух и обратятся к басням. 5 Но ты будь бдителен во всем, переноси скорби, совершай дело благовестника, исполняй служение твое.
Свернуть
Апостол Павел говорит, что настанет время, когда люди будут выбирать себе учителей по принципу удобства...  Читать далее

Апостол Павел говорит, что настанет время, когда люди будут выбирать себе учителей по принципу удобства... Вот чья проповедь удобнее — тот мне и подходит. Причём на внешнем уровне может казаться, что предлагаемое учение совсем даже не удобно и очень многого требует от человека — но зато даёт определённый внутренний комфорт, соответствует внутреннему мироощущению... Не всегда такой поиск комфорта приводит к отпадению от Церкви — порой эти «прихоти» процветают в наших отношениях с пастырями: человек выбирает духовника по принципу удобства. И ничего страшного бы не было — но всегда остаётся опасность подмены: зачем мы приходим на исповедь? Чтобы получить прощение от Господа — или подтвердить своё мнение по какому-то вопросу? Что на первом месте — отношения с Богом или мой внутренний комфорт?

Свернуть
 
На 2 Тим 3:14-4:5
14 А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен. 15 Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса. 16 Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, 17 да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен.
1 Итак заклинаю тебя пред Богом и Господом нашим Иисусом Христом, Который будет судить живых и мертвых в явление Его и Царствие Его: 2 проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со всяким долготерпением и назиданием. 3 Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; 4 и от истины отвратят слух и обратятся к басням. 5 Но ты будь бдителен во всем, переноси скорби, совершай дело благовестника, исполняй служение твое.
Свернуть
Мы нередко сегодня жалуемся на то, что церковь, дескать, испортилась: прежде была и вера, и понимание основ духовной жизни, а теперь, мол, ничего такого не найти. Однако Павловы послания опровергают...  Читать далее

Мы нередко сегодня жалуемся на то, что церковь, дескать, испортилась: прежде была и вера, и понимание основ духовной жизни, а теперь, мол, ничего такого не найти. Однако Павловы послания опровергают этот весьма распространённый церковный миф. Ситуация в Церкви никогда не была идеальной, и в разных церквях она была неидеальной по-разному.

Но было и нечто общее, и у этого общего был единый духовный корень. Апостол определяет его ясно и коротко: поиск «учителей», «ласкающих слух», говорящих людям то, что они хотят услышать. И нередко (а в первохристианские времена чаще всего) речь шла о понимании Библии, священных книг. Павел не случайно говорит, что св. Писание боговдохновенно всё, целиком, а потому оно так же всё, целиком «полезно для научения».

Но научиться чему-то из Писания можно лишь тогда, когда воспринимаешь его таким, какое оно есть, и во всей доступной на данный момент полноте. Учитель-раввин тут мог оказать большую помощь: он не только разъяснял смысл того или иного текста, как это делают современные комментаторы, он также помогал человеку работать с текстом. Или, вернее, он помогал человеку так подойти к тесту, чтобы текст мог работать с ним, со своим читателем.

Ведь за всяким боговдохновенным текстом стоит Тот, Кто является его подлинным Автором, и смысл чтения Библии как именно священного Писания заключается в том, чтобы позволить Автору через этот (в каждом случае вполне конкретный текст) работать с собой. Такое чтение предполагало определённый навык, и меньше всего в этом навыке присутствовало то, что мы нередко так любим сегодня и что можно было бы назвать принципом «я и Библия» или даже «я в Библии»: мои мысли, мои чувства, мои эмоции, мои переживания по поводу того или иного отрывка.

Между тем, адекватное восприятие священного текста возможно лишь тогда, когда работает принцип «Библия во мне»: тут уже нет места моей рефлексии — неважно, интеллектуальной или эмоциональной, — а есть лишь внутренняя тишина, в которой звучит текст Писания, ставший Божьим словом, обращённым ко мне. Практика такого чтения была известна и Синагоге, и Церкви, хотя в Церкви она со временем практически полностью ушла в монастыри.

Вот такое чтение было бесценным духовным упражнением, которое, наряду с внутренней молитвой и осознанной жизнью, помогала человеку выращивать в себе тот духовный стержень, который назывался в те времена внутренней Торой. Но это была достаточно напряжённая и не всегда приятная духовная работа, заниматься которой хотел далеко не каждый. Кто не хотел, тот и искал себе «учителя», готового вместе с ним «размышлять» и «переживать», вертясь вместе со своим учеником перед внутренними зеркалами собственной рефлексии.

Ни о какой духовной работе, тут, конечно, говорить не приходилось, но подобного рода времяпрепровождение было (на любителя) приятным, и его легко можно было выдать (себе и другим) за «изучение Писания» и за «духовную жизнь». Вот от такой профанации подлинного познания священного Писания и предостерегает Павел своего ученика, для которого это было особенно актуально: Тимофей ведь, судя по всему, что мы знаем о нём из Павловых посланий, был как раз учителем-раввином, и соблазн стать «учителем, ласкающим слух» оказывался для него вполне реальным.

Свернуть
 
На 2 Тим 3:10-17
10 А ты последовал мне в учении, житии, расположении, вере, великодушии, любви, терпении, 11 в гонениях, страданиях, постигших меня в Антиохии, Иконии, Листрах; каковые гонения я перенес, и от всех избавил меня Господь. 12 Да и все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы. 13 Злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заблуждение и заблуждаясь.
14 А ты пребывай в том, чему научен и что тебе вверено, зная, кем ты научен. 15 Притом же ты из детства знаешь священные писания, которые могут умудрить тебя во спасение верою во Христа Иисуса. 16 Все Писание богодухновенно и полезно для научения, для обличения, для исправления, для наставления в праведности, 17 да будет совершен Божий человек, ко всякому доброму делу приготовлен.
Свернуть
Как часто ловим мы себя на мысли, когда что-то происходит, мягко говоря, нам не нравящееся: «За что это мне?»...  Читать далее

Как часто ловим мы себя на мысли, когда что-то происходит, мягко говоря, нам не нравящееся: «За что это мне?» За что это мне так Господь устроил или, если не устроил, то почему попустил этому случиться? Что это я такого наделал(а), что теперь такое произошло? И так далее… Но если и искать ответа на подобный вопрос, то по-другому его формулируя — начиная с вопросительных слов «для чего». А там и за ответом идти далеко не нужно: «Знаем, что любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8:28). Кроме того, как пишет Тимофею апостол Павел в сегодняшнем отрывке, «все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы» (2 Тим. 3:12). Вот так, казалось бы, и припечатали… Но ведь люди верят и стремятся ко Христу не для того, чтобы быть гонимыми. Люди ищут Бога и находят общение с Ним, что становится гораздо важнее каких-либо окружающих проблем. Гонения являются, по словам Павла, следствием желания благочестивой жизни в Иисусе. Ведь пока весь мир не принял весть о нашем Господе и Его Самого, будут оставаться люди, которые Его не признают. А соответственно, не признают и тех, кто Ему последует. Что дальше? Чуждое отвергается, а особенно то, что тебя «осуждает». Но это «осуждение» другого рода, нежели мы привыкли. «Суд же состоит в том, что свет пришел в мир; но люди более возлюбили тьму, нежели свет, потому что дела их были злы; ибо всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его» (Ин. 3:19-20).

Свернуть

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).