Библия-Центр
РУ

Мысли вслух на Есф 4:12-14

Поделиться
12 И пересказали Мардохею слова Есфири. 13 И сказал Мардохей в ответ Есфири: не думай, что ты одна спасешься в доме царском из всех Иудеев. 14 Если ты промолчишь в это время, то свобода и избавление придет для Иудеев из другого места, а ты и дом отца твоего погибнете. И кто знает, не для такого ли времени ты и достигла достоинства царского?
Свернуть

Жить, как известно, можно по-разному. И не только в том, что касается образа жизни или занятий. Одну и ту же жизнь, одни и те же события можно прожить и пережить как бы на разных уровнях осознания и осмысления. И тогда, в зависимости от уровня этого самого осознания, получаются иногда очень разные, очень непохожие одна на другую жизни. Вот, например, оказывается человек… допустим, в царском дворце. Что это означает? Благоволение судьбы? Может быть. Удачу, счастливый случай? Наверное, да. Хотя, конечно, в жизни бывает всякое, и царский дворец не всегда оказывается уютным и безопасным местом. Но что такое удача, благоволение судьбы? Что такое вообще судьба? Библия не знает такого понятия, как судьба, рок, фатум и им подобных. В мире ничто не предопределено заранее.

Но есть план Божий, и есть свобода человека следовать или не следовать этому плану. Большинство из нас, людей, живущих в падшем мире, не выбирает и половины тех ситуаций, в которых оказывается. Но в любой ситуации только от нас зависит ответ на вопрос о том, как мы поступим и какой выбор сделаем, когда придётся выбирать. А выбор наш будет зависеть от того, откуда мы смотрим на ситуацию, в которой оказались. Изнутри, оставаясь её неотъемлемой частью, так сказать, элементом ландшафта или интерьера? Или извне, там, где Бог, эту ситуацию создавший Своей волей или Своим невмешательством?

Если внутри — тогда удача, счастливый случай. Тогда — пользуйся этим случаем и не делай ничего, что может у тебя его отнять. Не будь дураком и не делай глупостей. Если извне, там, где Бог — тогда остаётся воля Божья как единственный внутренний императив. Императив абсолютный, вопреки которому не поступишь. Не потому, что нет выбора, а потому, что выбирать приходится между собой настоящим и тем, что тебя разрушит.

Мордехай и задаёт Есфири тот единственно значимый в их ситуации вопрос: какую жизнь ты выбираешь? Божью или свою? От ее ответа зависело будущее еврейской общины Вавилона. Но прежде всего — её собственное будущее. Будет ли оно связано с большим Божьим миром или с маленьким, отдельным от этого большого мира, человеческим мирком. С миром, где можно умереть физически, но нельзя погибнуть духовно, или с мирком, где теряешь даже ту жизнь, которую, как кажется, сумел сохранить.

Другие мысли вслух

 
На Есф 4:12-14
12 И пересказали Мардохею слова Есфири. 13 И сказал Мардохей в ответ Есфири: не думай, что ты одна спасешься в доме царском из всех Иудеев. 14 Если ты промолчишь в это время, то свобода и избавление придет для Иудеев из другого места, а ты и дом отца твоего погибнете. И кто знает, не для такого ли времени ты и достигла достоинства царского?
Свернуть
Судя по рассказу Книги Есфири, еврейская община играла в жизни, как сказали бы сегодня, страны своего пребывания...  Читать далее

Судя по рассказу Книги Есфири, еврейская община играла в жизни, как сказали бы сегодня, страны своего пребывания заметную роль, если её представители могли оказаться даже при дворе. Но за всё приходится платить: такая роль в общественной и государственной жизни несёт с собой и соответствующие риски, которые в условиях древней ближневосточной деспотии могли быть достаточно серьёзными. Так, придворные интриги, в которые оказались вовлечены (возможно, помимо своей воли) представители еврейской общины, ставшие жертвами большой политической игры, грозили гибелью не только им лично, но и всей общине в целом.

В такой ситуации перед каждым, к ней принадлежавшем, вставал вопрос выбора: остаться в стороне, попытаться отмежеваться от своих, ставших теперь опасными, или по мере сил попробовать изменить ситуацию, хотя бы и с риском для собственной жизни. Не во всякую, конечно, ситуацию можно и нужно вмешиваться. Если бы речь шла всего лишь о борьбе придворных партий, делом Божиим такое вмешательство можно было бы считать едва ли. Но в данном случае дело было не в политике и не в придворных интригах, а в той лжи, к которой прибегли враги еврейского народа. Эта ложь, открытое нарушение заповеди, и делало вмешательство на стороне еврейской придворной партии делом Божиим.

К тому же, речь шла о самом существовании еврейского народа: ведь, в случае торжества антиеврейской партии при дворе, его история могла бы закончиться. В таких ситуациях и раскрывается нередко смысл жизни конкретного человека и его пребывания в известном месте в известное время. Можно было бы сказать, что Есфири просто очень повезло в жизни, и по-человечески такое рассуждение было бы вполне справедливым.

Но в планах Божьих её пребывание при дворе, как оказалось, имеет другое значение и наполнено иным смыслом, который до времени был скрыт не только от окружающих, но и от самой Есфири. Теперь же, когда он выявился во всей полноте, ей оставалось сделать выбор: принимает ли она то поручение Божие, ради которого Бог дал ей возможность жить в царском дворце, или отказывается от него. Выбор, от которого зависело не только спасение её народа, но и ей собственное спасение, во всей полноте смысла этого слова.

Свернуть
 
На Есф 4
1 Когда Мардохей узнал все, что делалось, разодрал одежды свои и возложил на себя вретище и пепел, и вышел на средину города и взывал с воплем великим и горьким: (истребляется народ ни в чем не повинный!) 2 И дошел до царских ворот (и остановился,) так как нельзя было входить в царские ворота во вретище (и с пеплом). 3 Равно и во всякой области и месте, куда только доходило повеление царя и указ его, было большое сетование у Иудеев, и пост, и плач, и вопль; вретище и пепел служили постелью для многих.
4 И пришли служанки Есфири и евнухи ее и рассказали ей, и сильно встревожилась царица. И послала одежды, чтобы Мардохей надел их и снял с себя вретище свое. Но он не принял. 5 Тогда позвала Есфирь Гафаха, одного из евнухов царя, которого он приставил к ней, и послала его к Мардохею узнать: что это и отчего это? 6 И пошел Гафах к Мардохею на городскую площадь, которая пред царскими воротами. 7 И рассказал ему Мардохей обо всем, что с ним случилось, и об определенном числе серебра, которое обещал Аман отвесить в казну царскую за Иудеев, чтобы истребить их; 8 и вручил ему список с указа, обнародованного в Сузах, об истреблении их, чтобы показать Есфири и дать ей знать обо всем; притом наказывал ей, чтобы она пошла к царю и молила его о помиловании и просила его за народ свой, (вспомнив дни смирения своего, когда она воспитывалась под рукою моею, потому что Аман, второй по царе, осудил нас на смерть, и чтобы призвала Господа и сказала о нас царю, да избавит нас от смерти). 9 И пришел Гафах и пересказал Есфири слова Мардохея. 10 И сказала Есфирь Гафаху и послала его сказать Мардохею: 11 все служащие при царе и народы в областях царских знают, что всякому, и мужчине и женщине, кто войдет к царю во внутренний двор, не быв позван, один суд — смерть; только тот, к кому прострет царь свой золотой скипетр, останется жив. А я не звана к царю вот уже тридцать дней. 12 И пересказали Мардохею слова Есфири. 13 И сказал Мардохей в ответ Есфири: не думай, что ты одна спасешься в доме царском из всех Иудеев. 14 Если ты промолчишь в это время, то свобода и избавление придет для Иудеев из другого места, а ты и дом отца твоего погибнете. И кто знает, не для такого ли времени ты и достигла достоинства царского? 15 И сказала Есфирь в ответ Мардохею: 16 пойди, собери всех Иудеев, находящихся в Сузах, и поститесь ради меня, и не ешьте и не пейте три дня, ни днем, ни ночью, и я с служанками моими буду также поститься и потом пойду к царю, хотя это против закона, и если погибнуть — погибну. 17 И пошел Мардохей и сделал, как приказала ему Есфирь.
 (И молился он Господу, воспоминая все дела Господни, и говорил:
Господи, Господи, Царю, Вседержителю! Все в Твоей власти, и нет противящегося Тебе, когда Ты захочешь спасти Израиля; Ты сотворил небо и землю и все дивное в поднебесной; Ты — Господь всех, и нет такого, кто воспротивился бы Тебе, Господу. Ты знаешь всё; Ты знаешь, Господи, что не для обиды и не по гордости и не по тщеславию я делал это, что не поклонялся тщеславному Аману, ибо я охотно стал бы лобызать следы ног его для спасения Израиля; но я делал это для того, чтобы не воздать славы человеку выше славы Божией и не поклоняться никому, кроме Тебя, Господа моего, и я не стану делать этого по гордости.
И ныне, Господи Боже, Царю, Боже Авраамов, пощади народ Твой; ибо замышляют нам погибель и хотят истребить изначальное наследие Твое; не презри достояния Твоего, которое Ты избавил для Себя из земли Египетской; услышь молитву мою и умилосердись над наследием Твоим и обрати сетование наше в веселие, дабы мы, живя, воспевали имя Твое, Господи, и не погуби уст, прославляющих Тебя, Господи.
И все Израильтяне взывали всеми силами своими, потому что смерть их была пред глазами их.
И царица Есфирь прибегла к Господу, объятая смертною горестью, и, сняв одежды славы своей, облеклась в одежды скорби и сетования, и, вместо многоценных мастей, пеплом и прахом посыпала голову свою, и весьма изнурила тело свое, и всякое место, украшаемое в веселии ее, покрыла распущенными волосами своими, и молилась Господу Богу Израилеву, говоря:
Господи мой! Ты один Царь наш; помоги мне, одинокой и не имеющей помощника, кроме Тебя; ибо беда моя близ меня. Я слышала, Господи, от отца моего, в родном колене моем, что Ты, Господи, избрал себе Израиля из всех народов и отцов наших из всех предков их в наследие вечное, и сделал для них то, о чем говорил им. И ныне мы согрешили пред Тобою, и предал Ты нас в руки врагов наших за то, что мы славили богов их: праведен Ты, Господи! А ныне они не удовольствовались горьким рабством нашим, но положили руки свои в руки идолов своих, чтобы ниспровергнуть заповедь уст Твоих, и истребить наследие Твое, и заградить уста воспевающих Тебя, и погасить славу храма Твоего и жертвенника Твоего, и отверзть уста народов на прославление тщетных богов, и царю плотскому величаться вовек.
Не предай, Господи, скипетра Твоего богам несуществующим, и пусть не радуются падению нашему, но обрати замысел их на них самих: наветника же против нас предай позору. Помяни, Господи, яви Себя нам во время скорби нашей и дай мне мужество. Царь богов и Владыка всякого начальства! даруй устам моим слово благоприятное пред этим львом и исполни сердце его ненавистью к преследующему нас, на погибель ему и единомышленникам его.
Нас же избавь рукою Твоею и помоги мне, одинокой и не имеющей помощника, кроме Тебя, Господи. Ты имеешь ведение всего и знаешь, что я ненавижу славу беззаконных и гнушаюсь ложа необрезанных и всякого иноплеменника; Ты знаешь необходимость мою, что я гнушаюсь знака гордости моей, который бывает на голове моей во дни появления моего, гнушаюсь его, как одежды, оскверненной кровью, и не ношу его во дни уединения моего. И не вкушала раба Твоя от трапезы Амана и не дорожила пиром царским, и не пила вина идоложертвенного, и не веселилась раба Твоя со дня перемены судьбы моей доныне, кроме как о Тебе, Господи Боже Авраамов. Боже, имеющий силу над всеми! услышь голос безнадежных, и спаси нас от руки злоумышляющих, и избавь меня от страха моего.)
Свернуть
История Есфири замечательна тем, что это история победы тех, кто, казалось, был обречён на гибель. По человеческой логике сделать было нельзя ничего...  Читать далее

История Есфири замечательна тем, что это история победы тех, кто, казалось, был обречён на гибель. По человеческой логике сделать было нельзя ничего, оставалось лишь смириться с ситуацией и спасаться каждому, кто как может. В этом случае у Есфири, само собой разумеется, шансов было куда больше, чем у всех остальных, хотя Мордехай и утверждает обратное.

Разумеется, при такой массовой антиеврейской кампании спастись еврейке было непросто, но у жены царя положение при любом развитии событий было всё же особое. Есфири было чем рисковать, и, в отличие от всех своих соплеменников, у неё был выбор, хотя никто не мог утверждать наверное, насколько он был реальным. Для того же, чтобы спасти остальных, или хотя бы попытаться это сделать, от выбора, пусть и не вполне реального, пришлось бы отказаться.

Надо было не просто открыться мужу — надо было поставить его перед выбором как именно царя, как главу государства, уже принявшего решение, которое теперь он, если захочет пойти навстречу Есфири, должен будет изменить. Могла ли Есфирь быть уверенной, что ей удастся изменить ситуацию? Разумеется, нет. Она даже не была уверена, что царь обратит на неё внимание, а если не обратит — её ждёт казнь.

Есфирь не могла не понимать, что не просто рискует жизнью, а рискует ею с очень небольшим шансом на успех. Шанс на успех был в данном случае куда меньше того шанса на собственное спасение, который оставался у Есфири, если бы она отказалась от всяких активных действий в надежде просто переждать опасное время, не привлекая к себе внимания. Не случайно Есфирь просит всю общину поститься и молиться: она понимает, что спасти от смерти и её саму, и всех остальных может лишь чудо, лишь прямое Божье вмешательство.

Всё решалось уже в тот момент, когда царь должен был заметить её на дворе. Протянет ли он ей свой скипетр или нет? Если да, значит, первый шаг к успеху сделан. Но не только это: поданный скипетр означает чудо, Божье вмешательство. Если так, то можно надеяться, что Он не оставит Есфирь и дальше: ведь Бог всегда доводит начатое до конца. Потому-то и готовилась Есфирь к выходу на царский двор, как к смерти: именно при такой готовности шансы на вмешательство Бога в ситуацию особенно велики. А значит, особенно велики в этом случае и шансы на спасение.

Свернуть
 
На Есф 4:1-17
1 Когда Мардохей узнал все, что делалось, разодрал одежды свои и возложил на себя вретище и пепел, и вышел на средину города и взывал с воплем великим и горьким: (истребляется народ ни в чем не повинный!) 2 И дошел до царских ворот (и остановился,) так как нельзя было входить в царские ворота во вретище (и с пеплом). 3 Равно и во всякой области и месте, куда только доходило повеление царя и указ его, было большое сетование у Иудеев, и пост, и плач, и вопль; вретище и пепел служили постелью для многих.
4 И пришли служанки Есфири и евнухи ее и рассказали ей, и сильно встревожилась царица. И послала одежды, чтобы Мардохей надел их и снял с себя вретище свое. Но он не принял. 5 Тогда позвала Есфирь Гафаха, одного из евнухов царя, которого он приставил к ней, и послала его к Мардохею узнать: что это и отчего это? 6 И пошел Гафах к Мардохею на городскую площадь, которая пред царскими воротами. 7 И рассказал ему Мардохей обо всем, что с ним случилось, и об определенном числе серебра, которое обещал Аман отвесить в казну царскую за Иудеев, чтобы истребить их; 8 и вручил ему список с указа, обнародованного в Сузах, об истреблении их, чтобы показать Есфири и дать ей знать обо всем; притом наказывал ей, чтобы она пошла к царю и молила его о помиловании и просила его за народ свой, (вспомнив дни смирения своего, когда она воспитывалась под рукою моею, потому что Аман, второй по царе, осудил нас на смерть, и чтобы призвала Господа и сказала о нас царю, да избавит нас от смерти). 9 И пришел Гафах и пересказал Есфири слова Мардохея. 10 И сказала Есфирь Гафаху и послала его сказать Мардохею: 11 все служащие при царе и народы в областях царских знают, что всякому, и мужчине и женщине, кто войдет к царю во внутренний двор, не быв позван, один суд — смерть; только тот, к кому прострет царь свой золотой скипетр, останется жив. А я не звана к царю вот уже тридцать дней. 12 И пересказали Мардохею слова Есфири. 13 И сказал Мардохей в ответ Есфири: не думай, что ты одна спасешься в доме царском из всех Иудеев. 14 Если ты промолчишь в это время, то свобода и избавление придет для Иудеев из другого места, а ты и дом отца твоего погибнете. И кто знает, не для такого ли времени ты и достигла достоинства царского? 15 И сказала Есфирь в ответ Мардохею: 16 пойди, собери всех Иудеев, находящихся в Сузах, и поститесь ради меня, и не ешьте и не пейте три дня, ни днем, ни ночью, и я с служанками моими буду также поститься и потом пойду к царю, хотя это против закона, и если погибнуть — погибну. 17 И пошел Мардохей и сделал, как приказала ему Есфирь.
 (И молился он Господу, воспоминая все дела Господни, и говорил:
Господи, Господи, Царю, Вседержителю! Все в Твоей власти, и нет противящегося Тебе, когда Ты захочешь спасти Израиля; Ты сотворил небо и землю и все дивное в поднебесной; Ты — Господь всех, и нет такого, кто воспротивился бы Тебе, Господу. Ты знаешь всё; Ты знаешь, Господи, что не для обиды и не по гордости и не по тщеславию я делал это, что не поклонялся тщеславному Аману, ибо я охотно стал бы лобызать следы ног его для спасения Израиля; но я делал это для того, чтобы не воздать славы человеку выше славы Божией и не поклоняться никому, кроме Тебя, Господа моего, и я не стану делать этого по гордости.
И ныне, Господи Боже, Царю, Боже Авраамов, пощади народ Твой; ибо замышляют нам погибель и хотят истребить изначальное наследие Твое; не презри достояния Твоего, которое Ты избавил для Себя из земли Египетской; услышь молитву мою и умилосердись над наследием Твоим и обрати сетование наше в веселие, дабы мы, живя, воспевали имя Твое, Господи, и не погуби уст, прославляющих Тебя, Господи.
И все Израильтяне взывали всеми силами своими, потому что смерть их была пред глазами их.
И царица Есфирь прибегла к Господу, объятая смертною горестью, и, сняв одежды славы своей, облеклась в одежды скорби и сетования, и, вместо многоценных мастей, пеплом и прахом посыпала голову свою, и весьма изнурила тело свое, и всякое место, украшаемое в веселии ее, покрыла распущенными волосами своими, и молилась Господу Богу Израилеву, говоря:
Господи мой! Ты один Царь наш; помоги мне, одинокой и не имеющей помощника, кроме Тебя; ибо беда моя близ меня. Я слышала, Господи, от отца моего, в родном колене моем, что Ты, Господи, избрал себе Израиля из всех народов и отцов наших из всех предков их в наследие вечное, и сделал для них то, о чем говорил им. И ныне мы согрешили пред Тобою, и предал Ты нас в руки врагов наших за то, что мы славили богов их: праведен Ты, Господи! А ныне они не удовольствовались горьким рабством нашим, но положили руки свои в руки идолов своих, чтобы ниспровергнуть заповедь уст Твоих, и истребить наследие Твое, и заградить уста воспевающих Тебя, и погасить славу храма Твоего и жертвенника Твоего, и отверзть уста народов на прославление тщетных богов, и царю плотскому величаться вовек.
Не предай, Господи, скипетра Твоего богам несуществующим, и пусть не радуются падению нашему, но обрати замысел их на них самих: наветника же против нас предай позору. Помяни, Господи, яви Себя нам во время скорби нашей и дай мне мужество. Царь богов и Владыка всякого начальства! даруй устам моим слово благоприятное пред этим львом и исполни сердце его ненавистью к преследующему нас, на погибель ему и единомышленникам его.
Нас же избавь рукою Твоею и помоги мне, одинокой и не имеющей помощника, кроме Тебя, Господи. Ты имеешь ведение всего и знаешь, что я ненавижу славу беззаконных и гнушаюсь ложа необрезанных и всякого иноплеменника; Ты знаешь необходимость мою, что я гнушаюсь знака гордости моей, который бывает на голове моей во дни появления моего, гнушаюсь его, как одежды, оскверненной кровью, и не ношу его во дни уединения моего. И не вкушала раба Твоя от трапезы Амана и не дорожила пиром царским, и не пила вина идоложертвенного, и не веселилась раба Твоя со дня перемены судьбы моей доныне, кроме как о Тебе, Господи Боже Авраамов. Боже, имеющий силу над всеми! услышь голос безнадежных, и спаси нас от руки злоумышляющих, и избавь меня от страха моего.)
Свернуть
Самое существенное в четвертой главе книги Есфирь заключается в решении Есфири подвергнуть себя смертельной опасности ради...  Читать далее

Самое существенное в четвертой главе книги Есфирь заключается в решении Есфири подвергнуть себя смертельной опасности ради своих соплеменников. Есфирь принуждена была скрывать свое происхождение — и вот теперь она должна незваной войти к царю (уже одно это карается!) и просить за тех, кого царский указ назначил к истреблению. В сущности, для Есфири это означает принести себя в жертву ради спасения иудеев.

И не менее важно, что прежде, чем исполнить такое решение, Есфирь вручает себя в руки Божии, молится сама и просит молитв всех иудеев. Самые правильные, самые прекрасные решения, даже то, что Бог хотел бы видеть от нас, могут обратиться в прах и бездну, если мы не молимся о них. Это факт, засвидетельствованный многовековой практикой. И Есфирь знает это и следует этому в такой трагический момент. И в своей молитве она исповедует Бога единственным Царем и целиком отдает себя в Его власть.

Свернуть

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).