Новость дня на 27 Марта 2026

В описании того, как наступает Царство Божие, непривычно выглядит слово «оставится». Понятно, что жизнь человечества мало похожа на то, что мы знаем по словам Иисуса о свойствах и проявлениях Царства. Но выясняется, что выбор для нас будет именно таким: или идти в неизвестное, или оставаться здесь, но теперь уже навсегда. Вражда, войны, горе, болезни, смерть будут вечными, что мало кому понравится. И выбирать приходится одно из двух.

Кажется, только так можно понять сегодняшнее евангельское чтение. Но упоминание о жене Лота дает нам своего рода инструкцию и о том, как надо уходить. Почему она тогда оглянулась, несмотря на запрет? Возможно, это было простое любопытство: что же там происходит после того, как ты ушел, как они живут, как они умирают, что они кричат, когда на них обрушивается огненный дождь? Возможно, это был последний взгляд на город, где она прожила всю жизнь, с которым было так много связано: дом, семья, дети, - все было там, и всего, что там было хорошего, ей было жаль. Или это было обычное человеческое желание еще раз пережить прошлое, прокрутить в голове несколько раз все драки, после которых еще хочется махать кулаками и выйти победителем. Возможно, есть и другие причины, достаточные с нашей точки зрения для того, чтобы обернуться и посмотреть на то, что не увидишь больше никогда. Но идти, повернув голову назад, практически невозможно: если и не станешь соляным столбом, то сломаешь ноги, а то и шею свернешь.

Говоря о Царстве, Иисус не называет никаких дат и не указывает никаких мест. Он говорит: Царство внутри вас. Соответствующее греческое выражение допускает также перевод «среди вас», но это кардинально дела не меняет: всё равно такого Царства, какое надеялись увидеть задававшие Спасителю вопрос фарисеи, Он им не обещает.

Так что же: Царства не будет? Всё только внутри нас, в наших сердцах? Или среди нас, в наших собраниях? Нет, конечно. В новозаветных книгах сказано вполне достаточно такого, что заставляет посмотреть на Царство как на реальность вселенского масштаба. Но фарисеи-то спрашивали о другом. Они надеялись увидеть земное Царство. Ну, может быть, не совсем земное. Может быть, такое, где к земному добавится немного небесного — ровно столько, сколько надо, чтобы Царство открылось всем и каждому как именно Божье, как такое, которому невозможно противостоять потому, что не только человеческие, но и сверхчеловеческие силы, верные Богу, на его стороне.

Но всё же Царство это явится миру как нечто совершенно объективное. Как нечто такое, очевидность чего не зависит от отдельного человека. А человеку останется лишь принять эту очевидность — или противостать Царству и погибнуть. Царства ожидали как явления Божьей силы в первую очередь. Так, что человеку остаётся лишь подчиниться этой силе: ведь противостоять ей невозможно.

Иисус говорит о другом Царстве. О том, которое может войти в мир только через человека. Сделать сильным того, через кого входит. И своим дыханием преобразить мир, действуя изнутри него, через живых носителей Царства. Вначале — сердца людей, затем — собрания верных, а в конце пути и в конце времён — Царство во всей своей вселенской полноте. Царство, не просто побеждающее людей своей силой, но и преображающее их своим дыханием. Дыханием Божьей любви.

Сегодняшнее чтение продолжает тему Царства в его эсхатологическом аспекте. Речь в данном случае идёт не об описании конца времён как завершения (вернее, разрыва) исторического процесса, а о самом моменте возвращения Спасителя и окончательного торжества Царства, безотносительно к срокам и вообще к конкретной истории. Но становление Царства происходит в два этапа: на первом этапе оно оказывается ещё незаметным, так, что о нём знают немногие (ст. 20–21), а видимым каждому оно становится лишь впоследствии, и это видимое всем явление Царства составляет суть второго этапа (ст. 22–37).

Надо отметить, что на первом этапе Царство пребывает не только в сердцах тех, кто хранит ему верность, но и в их собраниях (соответствующее греческое выражение можно перевести не только как «внутри вас», но и как «среди вас»). Собственно, этот первый этап разворачивается на наших глазах, мы живём в эпоху наступления Царства, которое, однако, ещё не раскрылось во всей своей полноте. И сегодняшнее чтение раскрывает перед нами смысл существования Церкви, которую апостол Павел называет «телом Христовым»: он сводится к тому, чтобы нести Царство в мир. Христианство не новая религия и не новая мораль, а Иисус не религиозный реформатор и не учитель нравственности. Он не создал ни новой богословской школы, ни новой религиозной организации. Он оставил в мире лишь сообщество людей, которые будут жить одной с Ним жизнью Царства. Церковь была основана Им, как такое сообщество. Потому-то нести в мир Царство и оказывается главной задачей Церкви, а вся её остальная деятельность — лишь формы и способы решения этой главной задачи.

В конце же времён, когда невидимое станет для всех очевидным, Церковь становится духовным ядром нового, преображённого мира. И конец этот наступает не естественным образом, не как логическое завершение исторического процесса, а как его разрыв, как событие сверхъестественное и потому для всех неожиданное. Царство не может восторжествовать естественным путём в мире, испорченном грехопадением и лежащем во зле, оно может включить его в себя, лишь кардинально изменив и обновив, а такой процесс не может пройти гладко, никого не затрагивая и никому не причиняя неприятностей. Подобное было бы возможно лишь в том случае, если бы в мире Царство принял каждый. Но человек свободен в выборе, и Бог не предопределяет ничьих судеб. Потому мир и разделяется на тех, кто «берётся», и тех, кто «оставляется». Торжество Царства предопределено, но свою судьбу каждый выбирает сам.