Продолжая тему Царства и духовной цельности человека, Павел обращает внимание на то, что Царство, хотя оно уже и вошло в мир, всё же ещё не раскрылось в нём до конца. А потому и верные ещё не знают Царства во всей его полноте, на которую пока им остаётся лишь надеяться (ст. 24 – 25). Казалось бы, они могут быть спокойны в том, что касается данных им Спасителем обещаний. Согласно общепринятым в те времена среди учёных раввинов представлениям, народ Божий (как и Сам Мессия) был задуман Богом ещё до сотворения Им мира. Павел переносит это представление на Церковь, видя в ней новый народ Божий, а всех принадлежащих к ней он рассматривает как тех, кто по милости Божией оказался частью того замысла, который гарантирует им обретение полноты Царства (ст. 28 – 30).
Если так, то все, кого Бог через Иисуса Христа привёл в Церковь, действительно могут быть спокойны: они вошли в число тех, чей путь был определён Богом уже в начале времён. Но, с другой стороны, пока Царство не раскрылось во всей своей полноте, зло ещё отчасти властвует в мире. Цельности ещё нет, её нет не только в человеческой природе, но и в мироздании вообще, так что до полного преображения мира не только человек, но и всё остальное творение обречено на страдание (ст. 18 – 21). Не случайно апостол, говоря о теле, вновь обращается к понятию «искупления», точнее, выкупа: как раб может обрести свободу лишь в том случае, если его выкупят на свободу, так и тело должно быть «выкуплено», освобождено от той рабской зависимости, в которой его держит грех (ст. 22 – 23).
При таком взгляде на грех он становится уже не только виной, но и бедой человека, который всем сердцем хотел бы обрести Царство во всей полноте, но не может сделать этого до тех пор, пока его не освободит Спаситель, так же, как раб при всём желании не может освободиться от рабства, если его не выкупят. Вошедшие в Церковь и приобщившиеся к Царству получают своего рода аванс, но получают они его не просто так: этот дар становится следствием сделанного ими выбора, после которого страдание оказывается неизбежным постольку, поскольку мир лежит во зле (ст. 17 – 18). Полученный аванс позволяет им приобщиться к Царству уже тогда, когда, казалось бы, они ещё не готовы ни к чему подобному, ведь грех всё ещё гнездится в их природе. Но теперь вся их жизнь в целом определяется уже волей Спасителя и протекает по законам Царства, так что противостояние греху, в котором лежит мир, одновременно становится для них и противостоянием собственному греху. Поэтому и Воскресший уже не осуждает Своих верных за их грехи (ст. 31 – 34). Как видно, отношения человека с Богом и с посланным Им Мессией определяет лишь его собственный выбор, и, если выбор сделан правильно, ничто уже не может оторвать его от Христа и от Царства (ст. 35 – 39). Даже собственный, ещё не до конца изжитый, грех.
