Библия-Центр
РУ
Вся Библия
King James version (en)
Поделиться

Judges, Chapter 19

And it came to pass in those days, when there was no king in Israel, that there was a certain Levite sojourning on the side of mount Ephraim, who took to him a concubine out of Bethlehemjudah.
And his concubine played the whore against him, and went away from him unto her father's house to Bethlehemjudah, and was there four whole months.
And her husband arose, and went after her, to speak friendly unto her, and to bring her again, having his servant with him, and a couple of asses: and she brought him into her father's house: and when the father of the damsel saw him, he rejoiced to meet him.
And his father in law, the damsel's father, retained him; and he abode with him three days: so they did eat and drink, and lodged there.
And it came to pass on the fourth day, when they arose early in the morning, that he rose up to depart: and the damsel's father said unto his son in law, Comfort thine heart with a morsel of bread, and afterward go your way.
And they sat down, and did eat and drink both of them together: for the damsel's father had said unto the man, Be content, I pray thee, and tarry all night, and let thine heart be merry.
And when the man rose up to depart, his father in law urged him: therefore he lodged there again.
And he arose early in the morning on the fifth day to depart: and the damsel's father said, Comfort thine heart, I pray thee. And they tarried until afternoon, and they did eat both of them.
And when the man rose up to depart, he, and his concubine, and his servant, his father in law, the damsel's father, said unto him, Behold, now the day draweth toward evening, I pray you tarry all night: behold, the day groweth to an end, lodge here, that thine heart may be merry; and to morrow get you early on your way, that thou mayest go home.
10 But the man would not tarry that night, but he rose up and departed, and came over against Jebus, which is Jerusalem; and there were with him two asses saddled, his concubine also was with him.
11 And when they were by Jebus, the day was far spent; and the servant said unto his master, Come, I pray thee, and let us turn in into this city of the Jebusites, and lodge in it.
12 And his master said unto him, We will not turn aside hither into the city of a stranger, that is not of the children of Israel; we will pass over to Gibeah.
13 And he said unto his servant, Come, and let us draw near to one of these places to lodge all night, in Gibeah, or in Ramah.
14 And they passed on and went their way; and the sun went down upon them when they were by Gibeah, which belongeth to Benjamin.
15 And they turned aside thither, to go in and to lodge in Gibeah: and when he went in, he sat him down in a street of the city: for there was no man that took them into his house to lodging.
16 And, behold, there came an old man from his work out of the field at even, which was also of mount Ephraim; and he sojourned in Gibeah: but the men of the place were Benjamites.
17 And when he had lifted up his eyes, he saw a wayfaring man in the street of the city: and the old man said, Whither goest thou? and whence comest thou?
18 And he said unto him, We are passing from Bethlehemjudah toward the side of mount Ephraim; from thence am I: and I went to Bethlehemjudah, but I am now going to the house of the LORD; and there is no man that receiveth me to house.
19 Yet there is both straw and provender for our asses; and there is bread and wine also for me, and for thy handmaid, and for the young man which is with thy servants: there is no want of any thing.
20 And the old man said, Peace be with thee; howsoever let all thy wants lie upon me; only lodge not in the street.
21 So he brought him into his house, and gave provender unto the asses: and they washed their feet, and did eat and drink.
22 Now as they were making their hearts merry, behold, the men of the city, certain sons of Belial, beset the house round about, and beat at the door, and spake to the master of the house, the old man, saying, Bring forth the man that came into thine house, that we may know him.
23 And the man, the master of the house, went out unto them, Nay, my brethren, nay, I pray you, do not so wickedly; seeing that this man is come into mine house, do not this folly.
24 Behold, here is my daughter a maiden, and his concubine; them I will bring out now, and humble ye them, and do with them what seemeth good unto you: but unto this man do not so vile a thing.
25 But the men would not hearken to him: so the man took his concubine, and brought her forth unto them; and they knew her, and abused her all the night until the morning: and when the day began to spring, they let her go.
26 Then came the woman in the dawning of the day, and fell down at the door of the man's house where her lord was, till it was light.
27 And her lord rose up in the morning, and opened the doors of the house, and went out to go his way: and, behold, the woman his concubine was fallen down at the door of the house, and her hands were upon the threshold.
28 And he said unto her, Up, and let us be going. But none answered. Then the man took her up upon an ass, and the man rose up, and gat him unto his place.
29 And when he was come into his house, he took a knife, and laid hold on his concubine, and divided her, together with her bones, into twelve pieces, and sent her into all the coasts of Israel.
30 And it was so, that all that saw it said, There was no such deed done nor seen from the day that the children of Israel came up out of the land of Egypt unto this day: consider of it, take advice, and speak your minds.
Читать далее:Judges, Chapter 20
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

19  The adultery of the Levite's concubine, Jdg 19:1-2.
The reconciliation to her, and entertainment at her father's, Jdg 19:3-9.
His journey homeward as far as Gibeah, Jdg 19:10-15.
An Ephraimite takes him in, Jdg 19:16-21.
The men of Gibeah assault the house, Jdg 19:22-24.
They force his concubine to death, Jdg 19:25-28.
He sends notice of it to all the tribes of Israel, Jdg 19:29-30.


19:1 A. concubine - Heb. a wife, a concubine, that is, such a concubine as was also his wife: called a concubine, only because she was not endowed. Perhaps he had nothing to endow her with, being himself only a sojourner.


19:2 Against him - That is, against her faith given to him. Went away - Either for fear of punishment; or, because her heart was alienated from him; wherein not only she sinned, but her father by connivance at her sin, and neglect of just endeavours for her reconciliation to her husband.


19:3 Friendly - To offer her pardon and reconciliation.


19:12 A stranger - That is, of a strange nation: which the Canaanites possess; for though the city Jerusalem had been taken by Caleb, chap.Jdg 1:8, yet the strong fort of Zion was still in their hands, whence it is likely they did much molest, and afterwards by God's permission, drive out the Israelites who dwelt there.


19:15 To lodge - Though they were soft and effeminate in other respects, yet they were hard - hearted to strangers, and at that time there were no public - houses in that country.


19:16 Ephraim - Whence also the Levite was, which enclined him to shew the more kindness to his country - man. Benjamites - This was indeed one of the cities belonging to the priests; but the cities which were given to the priests, and whereof they were owners, were not inhabited by the priests or Levites only, especially at this time when they were but few in number, but by many other persons of different professions.


19:18 House of the Lord - Which was in Shiloh. Thither he went, either because he lived there, for that was in the tribe of Ephraim; or, rather, because he would there offer prayers and praises, and sacrifices to God, for his mercy in reconciling him and his wife.


19:20 Let all, etc - It matters not whether thou wantest nothing or everything, I will take care to supply all thy wants.


19:21 Washed - As they used to do to travellers in those hot countries.


19:22 Merry - That is, refreshing themselves with the provisions set before them. Sons of belial - Children of the devil, wicked and licentious men.


19:23 Into my house - And therefore I am obliged to protect him by the laws of hospitality.


19:26 Fell down - Namely, dead; killed partly with grief of heart, and partly with excessive abuse. Thus the sin she formerly chose, ver. Jdg 19:2, is now her destruction; and though her husband pardoned her, God would punish her, at least as to this life.


19:29 Sent - By several messengers, with a relation of the fact.


19:30 Speak - Let us meet together, and seriously consider, and every one freely speak what is to be done in this case.


Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

19 В этом рассказе соединяются несколько преданий: одно из них связано со святилищем Массифы, другие со святилищем Вефиля. Преступление в Гиве является тяжким нарушением предписаний о святости избранного народа (Втор 7:6; ср Втор 9:9; Втор 10:9). Нарушение заповеди о чистоте усугубляется нарушением свящ. долга гостеприимства. Колено Вениаминово несет заслуженную кару, но после его наказания обетование сохраняется в целости для всех двенадцати колен народа Божия (Суд 21:6сл) и колено Вениаминово возрождается.


Книга Судей содержит: 1) введение (Iudicum 1:1-2:5); 2) главную часть (Iudicum 2:6-16:31); 3) два добавления, повествующих о переселении колена Данова и основании нового святилища (Iudicum 17-18) и о войне против колена Вениаминова, в наказание за преступления в Гиве (Iudicum 19-21). Введение не принадлежит непосредственно к кн Судей, чем и объясняется повторение (Iudicum 2:6-10) сведений о смерти и погребении Иисуса Навина, уже данных в предыдущей книге (Iosue 24:29-31) — в нем дается картина завоевания Земли Обетованной и его последствий с иудейской точки зрения. История собственно Судей начинается в центральной части книги (Iudicum 2:6-16:31).

Современные экзегеты различают «великих» и «малых» судей, хотя в библейском тексте нет этих эпитетов. К первым относятся: Гофониил, Аод, Варак (и Девора), Гедеон, Иеффай и Самсон. Их происхождение, черты характера и деяния весьма различны, но все они были избраны Богом для осуществления какой-либо спасительной миссии. Рассказы о них сначала передавались устно в различной форме, обогащаясь добавочными элементами. Затем они были собраны в т. н. «Книге Освободителей», составленной в Северном царстве в первый период эпохи царей. В нее входили рассказы об Аоде, Вараке и Деворе, о Гедеоне-Иероваале (к которому был добавлен эпизод о царствовании Авимелеха), Иеффае и его дочери. В книгу было вставлено также два древних поэтических фрагмента: песнь Деворы (Iudicum 5), дублирующая прозаический рассказ (Iudicum 4), и притча Иофама (Iudicum 9:7-15), направленная против избрания на царство Авимелеха. В этой книге герои отдельных колен уже представлены героями общенациональными, ведущими войны Ягве за весь Израиль. Рассказы о «малых судьях», имена которых: Самегар (Iudicum 3:31), Фола, Иаир, Есевон, Елон и Авдон (Iudicum 12:8-13), — происходят от иного предания. Им не приписывается никаких спасительных деяний, но сообщается об их происхождении, семье, месте погребения и точно указываются периоды, в течение которых они «судили» Израиль. Глагол «шафат» в западносемитских языках, родственных еврейскому, в Мари в 18 в до Р.Х. и в Угарите в 13 в, вплоть до финикийских и пунических текстов греко-римской эпохи (напр, «суффеты» в Карфагене), значит не только «отправлять правосудие», но и «управлять». Компетенция этих «судей» не распространялась за пределы их города или района. Институт судей был как бы переходной ступенью между родоплеменным и монархическим строем. Первые редакторы несомненно располагали подлинными сведениями об этих судьях, но приписали им власть над всем Израилем и произвольно распределили периоды их служения, отчасти совпадавшие во времени, в хронологически последовательном порядке. Они применили название «судей Израилевых» также к героям «Книги Освободителей». Иеффай послужил в этом смысле переходным звеном: он действительно был и освободителем и судьей. Рассказ о нем включается в историю «малых судей», и о нем дается информация такого же рода, как и о них (Iudicum 11:1-2; Iudicum 12:7). Сюда же включили фигуру, первоначально не имевшую ничего общего ни с одной из этих двух категорий лиц, — Самсона из колена Данова — своеобразного героя, рассказы о подвигах которого в борьбе с филистимлянами были весьма популярны в Иудее (Iudicum 13-16). К судьям причислили и Гофониила (Iudicum 3:9-11), деятельность которого относилась к эпохе завоевания (ср Iosue 15:17; Iudicum 1:12-15), и позже Самегара, не бывшего даже израильтянином (ср Iudicum 5:6). Таким образом число судей было доведено до двенадцати — числа, символизирующего весь Израиль.

Исходя из подлинных данных о «малых судьях», редакторы построили чисто условную хронологию, в которой преобладает число 40, соответствующее жизни одного поколения или его кратное 80, или его половина — 20. Целью такого исчисления было — получить сумму лет, которая в комбинации с другими библейскими данными соответствовала бы 480 годам, протекшим, согласно второзаконнической установке, между исходом из Египта и построением Храма (1 Regum 6:1). Повествования о судьях заполняют без перерывов период между смертью Иисуса Навина и началом служения Самуила. Главной целью редакторов было выявить религиозный смысл событий. Он выражается в общем введении (Iudicum 2:6-3:6), в особом введении к истории Иеффая (Iudicum 10:6-16) и в систематически повторяющихся формулах, заполняющих почти весь рассказ о Гофонииле. Все это служит обрамлением эпизодов, происходящих неизменно по следующей схеме: Сыны Израилевы сделали злое перед очами Ягве — Он предал их угнетателям — Они возопили к Нему — Он послал им спасителя-судью. Первоначально в кн Судей не были включены приложения (Iudicum 17-21). В них воспроизводятся древние предания, подвергшиеся литературной обработке. В основе гл. 17—18 лежит предание о переселении колена Данова и основании им своего собственного святилища, но это событие представлено в отрицательном освещении. В гл. 19—21 комбинируются два предания, связанные со святилищами Массифы и Вефиля: возможно, что они возникли в колене Вениаминовом, но распространились в Иудее, приобретя звучание, враждебное царю Саулу, происходившему из Гивы.

Кн Судей можно считать почти единственным источником описываемой в ней эпохи, хотя у нас недостаточно материала для последовательной исторической реконструкции. Как уже было сказано, предлагаемая в ней хронология искусственна. В ней следуют в строго линейном порядке периоды, которые на самом деле частично совпадали, ибо смена периодов угнетения периодами свободы в действительности происходила всегда только на какой-либо части территории Израиля.

Главные события, происходившие в течение этого периода, можно датировать лишь приблизительно. Например, победу в Фанаахе при Деворе и Бараке (Iudicum 4-5) следует отнести к середине 12 в, поскольку она произошла раньше нашествия мадианитян (при Гедеоне), и распространения филистимлян за пределы их собственной территории (при Самсоне). Во всяком случае можно утверждать, что в течение этого смутного периода израильтянам приходилось бороться не только против первых владельцев страны — хананеев, какими были обитатели Изреельской равнины, разбитые Деворой и Бараком, но и против соседних народов: моавитян (Аод), аммонитян (Иеффай), мадианитян (Гедеон), а также против новых пришельцев — филистимлян (Самсон). В этой борьбе каждое колено защищает свою территорию. Иногда происходит объединение с соседними коленами. В песне Деворы (Iudicum 5) слышится упрек коленам, не ответившим на ее призыв; примечательно, что Иуда и Симеон в этом тексте даже не названы.

Эти два колена жили на юге, отделенные от остальных колен барьером: Газер, гаваонские города, Иерусалим. Их обособленность содействовала развитию зачатков будущего раскола. Напротив, победа при Фаанахе, благодаря которой израильтяне утвердились на Изреельской равнине, позволила северным коленам объединиться с домом Иосифовым. Основное же единство между различными коленами обеспечивалось причастностью к одной вере: все судьи были убежденными ягвистами, и святилище ковчега в Силоме стало центром, где встречались все колена. Кроме того, в этой борьбе выковалось национальное самосознание и подготовлено было то окончательное объединение перед лицом общей опасности, которое произошло при Самуиле.

Кн Судей напоминали израильтянам, что угнетение есть кара за нечестие, а победа следует за возвратом к Богу. Иисус сын Сирахов восхваляет судей за их верность (Ecclesiasticus 46:13-15), а в посл, к Евреям их успехи представлены как награда за веру; они принадлежат к тому «облаку свидетелей», которые поддерживают христианина в его решимости бороться с грехом и быть твердым в предстоящих испытаниях (Hebraeos 11:32-34; Hebraeos 12:1).

В еврейской Библии исторические книги (Иисуса Навина, Судей и Царств) называются «Небиии ришоним». т.е. «Ранние пророки», в противоположность «Поздним пророкам»: Исайе, Иеремии, Иезёкиилю, Даниилу и двенадцати «малым пророкам». Предание приписывало их составление пророкам: Иисусу Навину, Самуилу и Иеремии. Уже само название этих книг свидетельствует о том, что составители не являются историками в древнем и, тем более, современном смысле слова. Они — глашатаи Слова Божия, избравшие главной темой своих книг отношение Израиля с Ягве, его верность или неверность — неверность в особенности — Богу Завета. Приводя примеры из прошлого, они излагают религиозное учение, выступают как пророки и наставники народа. Их интересуют не столько минувшие события, сколько уроки, которые можно из них извлечь.

Однако назидательный характер «Ранних пророков» не лишает их повествование исторической ценности. Составители этих книг опираются на обширный материал первостепенной важности и значения. Это не только устные рассказы и древний эпос, но и биографии великих людей Израиля, написанные вскоре после их кончины, а также государственные летописи Израильского и Иудейского царств, на которые свящ. писатели часто ссылаются (Sa2 1:18; Ki1 11:41; Ki1 14:19; ср Ch2 27:7).

Исторические книги составляют одно целое, завершенное не ранее 562 г до Р.Х. (Ki2 25:27). В Библии они следуют непосредственно за Пятикнижием: в конце кн Втор Иисус Навин указан как преемник Моисея, а события кн Ис Нав начинаются как раз на другой день после смерти законодателя Израиля.

Духовный смысл сборника можно кратко сформулировать следующим образом: Ягве, положив начало существованию Своего народа, ведет его по пути восхождения к тому времени, когда Он окончательно воцарится в мире (Царство Божие). Для этого Он отдает Израилю Землю Обетованную, поставляет Давида монархом и обещает его потомку вечную власть в эсхатологическом Царстве. Но в то же время составители исторических книг сурово и беспощадно обличают народ Божий за его неверность Завету. Эта неверность является прямой причиной тех бедствий, которые обрушиваются на Израиль. Таким образом история превращается в урок и предупреждение. Она содержит призыв к покаянию, который с особой силой прозвучал в эпоху плена Вавилонского.

Второзаконие исторически обосновало учение об избранности Израиля и определило вытекающее отсюда его теократическое устройство; вслед затем кн Ис Нав рассказывает о поселении избранного народа в Обетованной Земле, кн Судей излагает чередование отступничеств и помилований, 1 и 2 кн Царств повествуют о кризисе, приведшем к установлению царской власти и подвергшем опасности теократический идеал, который затем осуществляется при Давиде; 3 и 4 кн Царств описывают упадок, начавшийся при Соломоне: несмотря на благочестие некоторых царей, произошел целый ряд отступничеств, за которые Бог покарал Свой народ.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1-14 Один левит, возвращаясь со своей наложницей из дома ее отца, жившего, вероятно, в колене Иудовом и не желая переночевать в Иерусалиме, как городе, принадлежащем тогда иевусеям, пришел для ночлега в Гиву вениаминову, ныне Телль-эль-Фулль, на расстоянии часа пути севернее Иерусалима.


15-21 После того как жители города Гивы не желали дать путнику-левиту ночлега, его принял к себе в дом один старец, происходивший из местности колена Ефремова, откуда происходил и левит.


22-28 Гивитяне, подобно мужам Содома ( Быт 19:4-5 ), соединявшие с жестокостью любострастие и мужеложство, требовали от старца, оказавшего левиту гостеприимство, выдать левита для мужеложства с ним. Но когда старцу удалось охранить самого левита, последний сам выдал им свою наложницу, над которой они издевались в течение всей ночи, так что она, дошедши на заре до дверей дома, где находился левит, умерла здесь вследствие изнеможения.


29-30 Привезши труп ее в свой дом, левит разрезал его на 12 частей и послал по части в каждое колено Израилево, с тем, чтобы обратить внимание израильтян на жестокость и безнравственность гивитян.


Название книги. Книга Судей (Sefer schofetim, Κριταὶ, liber Judicum, sefar daione) получила свое название от имени тех лиц, т. е. Судей израильских, о деятельности которых она преимущественно повествует.

Состав книги и деление на части. Книга Судей заключает двадцать одну главу и по своему построению делится на три части: а) Iudicum 1:1-3:6; б) Iudicum 3:7-16:31 и в) Iudicum 17:1-21:25. Первая часть представляет вступление в книгу и содержит общую характеристику времени Судей. Вторая представляет самый корпус книги и содержит историю многократного уклонения израильтян от веры в истинного Бога, угнетения их соседними племенами, раскаяния и спасения от угнетателей через посылавшихся Богом Судей и, кроме того, историю жизни и деятельности самих Судей. Наконец, третья часть представляет добавление к корпусу книги Судей и содержит рассказ о двух происшествиях, по своему значению особенно ясно характеризующих время Судей со стороны господствовавшего тогда в народе безначалия.

Происхождение книги. Язык книги Судей заключает признаки о принадлежности ее одному автору. О происхождении ее от одного автора свидетельствует также изложение книги, в котором замечается единый целостный план 1Ср. Scholz [Шольц]. Einleitung in die Heiligen Schriften. (1845), 2-ter Th., s. 281-287; Glaire. Introduction à l'Ecriture sainte. (1843), t. 3-me, p. 155-156. Keil [Кейль]. Lehrbuch der historisch-kritischen Einleitung in die kanonischen und apokryphischen schriften des alt Testamentes. (1859), s. 155-158. Keil [Кейль]. Biblisch. Commentar über die prophetischen Geschichtsbücher des aft Testamentes. 1-ter B. (1863), s. 184-186. F. Vigourout. Manuel biblique. (1901), t. 2, p. 55-56. 2 Убальди по данному поводу говорит: Alii enim Esdram, alii Ezechiam, alii Samuelem ejus auctorem fuisse opinantur, alii demum non uni, sed pluribus auctoribus eum tribuunt, existimantes singulos judices aliqua scripsisse, quae postea in unum volumen conflata fuerint. Ubaldi. Introductia. 1, p. 396. Cp. P. М. = J. L'agrange. Le livre des juges. (1903), pp. XXI-XXII. 3 Hengstenberg [Генгстенберг]. Beiträge. II, s. 153; Hävernick. Einleitung etc. II, 1, s. 109; Scholz [Шольц]. Einleitung etc. Th. II, s. 298-299; Glaire. Introduction etc. T. 3-me, p. 158-159; L'agrange. Op. c. P. 288-290. Нужно заметить, что, как предполагают некоторые толковники (Губиганг, Блек, Einleit. S. 349) и как читается в одной древнееврейской рукописи, хранящейся в Санкт-Петербугской Императорской публичной библиотеке, первоначально в еврейском тексте здесь могли читать не geloth haarez (= пленения земли), а geloth haaron (= пленения ковчега). 4Ян так говорит о происхождении книги Судей: Itaque liber prime mox annis regis Sauli, forte, ut Talmudici asserunt, ab ipso Samuele, cujus monita spirat, exaratus fuit. (Iniroductio in libros sacres U. T. §34, ср. также Glaire. Introduction à l'ecriture sainte. T. 3, p. 157; A Commentary upon the holy Bible from Henry and Scott, Joschua to Esther, p. 60, the book of Judges. Vigourout, Man. bibl, p. 57). Убальди, упомянув о трех мнениях относительно происхождения книги Судей, говорит: ex tribus autem superioribus sententiis vecosimilior videtur tertia, quae librum Samueli adscribit: hic enim et postremus fuit inter judices, el prophetico spiritu afflatus, et inter Agiographos computatus (Ubaldi. Ibid.; у Лагранжа. Op. c. P. XXII). Проф. Юнгеров П. А. Единство, систематичность и исторический характер книги Судей (Прав. Соб. 1905, апрель, с. 567-574). . Вопрос о времени жизни автора книги может быть разрешен только с большей или меньшей степенью вероятности. Решению этого вопроса способствуют некоторые данные, представляемые содержанием самой книги. К таковым принадлежат: а) встречающееся несколько раз в третьей части книги (Iudicum 17:6; Iudicum 21:25, ср. Iudicum 18:1; Iudicum 19:1) замечание: «в те дни не было царя у Израиля; каждый делал то, что ему казалось справедливым». Это замечание дает основание предполагать, что лицо, писавшее приведенные слова, жило в то время, когда у евреев уже существовала царская власть и когда обнаружились благодетельные последствия этого учреждения; б) встречающееся в первой части книги (Iudicum 1:21) замечание: «но иевусеев, которые жили в Иерусалиме, не изгнали сыны Вениаминовы, и живут (буквально с еврейского и масоретского «и жили») иевусеи с сынами Вениамина в Иерусалиме до сего дня». Из этого замечания ясно, что автор книги жил прежде полного завоевания Иерусалима израильтянами, что случилось уже при царе Давиде, который пошел против Иерусалима, взял крепость Сион и, назвав его городом Давидовым, сделал своей резиденцией и главным городом царства (2 Samuelis 5:6-9; ср. 1 Paralipomenon 11:4-9); замечание Iudicum 18:30: «и поставили у себя сыны Дановы истукан; Ионафан же, сын Гирсона, сына Манассии, сам и сыновья его были священниками в колене Дановом до дня переселения (жителей той) земли». Последние слова этого стиха (ad jom geloth haarez = буквально «до дня пленения земли»), имеющие характер хронологической даты и различно толкуемые у комментаторов, по более вероятному объяснению, принятому со времени Давида Кимхи у многих толковников, указывают на пленение ковчега завета филистимлянами (1 Samuelis 4:21), каковое пленение было как бы равносильным пленению самой земли (ср. Psalmorum 77:59-64); г) замечание Iudicum 18:31: «и имели у себя истукан, сделанный Михою, во все то время, когда дом Божий находился в Силоме». Как ясно из этих слов, писатель книги смотрел на факт пребывания скинии в Силоме, как уже на прошедший, и мог написать их уже после пребывания скинии в Силоме. Скиния же в последний раз является в Силоме во время Илия и Самуила (1 Samuelis 1:3-28; 1 Samuelis 3:21; 1 Samuelis 4:3); при Сауле она является в Номве (1 Samuelis 21), а при Давиде в Гаваоне (1 Paralipomenon 16:39; 1 Paralipomenon 21:29). Таким образом «дом Божий», или скиния, находился в Силоме только до царствования Саула, позднее же он сюда более не переносился. Из сопоставления всех этих данных явствует, что автор книги Судей, которому принадлежат приведенные свидетельства, жил после пленения кивота завета филистимлянами и после пребывания скинии в Силоме, — жил в то время, когда у евреев уже установилось царское правление и когда обнаружилась благостность такого правления, но еще раньше завоевания Иерусалима царем Давидом. Сообразно этим данным, еврейское предание считает автором книги Судей пророка Самуила, как говорится в Талмуде: «Самуил написал свою книгу, Судей и Руфь» (Бава-Батра, 14b), и как признают Кимхи, Абарбанель и большая часть раввинов. Большая часть христианских экзегетов точно также на основании указанных данных считают автором книги Судей пророка Самуила. Позднейшие писатели других с щенных книг, несомненно, были знакомы с книгой Судей. Так, писатель 4 Цар прагматическим освещением ассирийского плена (2 Regum 17:7-23), точно также Неемия своей покаянной молитвой (Nehemiae 9:26-38, ср. Psalmorum 105:34-48) указывают Iudicum 2:11-23. Пророк Осия (Osee 9:9; Iudicum 10:9) упоминает о грехе жителей Гивы (Iudicum 19). Пророк Исаия (Isaiae 9:4; Isaiae 10:26) упоминает о дне Мадиама (Iudicum 6-7). Псалмопевец в Psalmorum 68:8-13 (по еврейскому тексту) приводит почти буквально несколько стихов из песни Деворы (Iudicum 5:4-5; Iudicum 5:28-30), а в Psalmorum 82:7-12 упоминает о событиях во время Деворы и Гедеона. В пророчестве Захарии о времени Мессии (Zachariae 9) описание царя, едущего на ослице и молодом осле, напоминает выражение книги Судей о сыновьях Иаира (Iudicum 10:4) и сыновьях Авдона (Iudicum 12:14), а также выражение Деворы (Iudicum 5:10) о всех вообще начальниках израилевых, как ездящих на белых ослицах. Кроме этого, св. Василий Великий под упоминаемыми в Isaiae 1:26 судьями находит возможным разуметь судей из времени Судей израильских.

Каноническое достоинство книги. Каноническое достоинство книги Судей никогда не подвергалось сомнению ни в иудейской, ни в христианской церкви. Она находится во всех переводах и перечнях канонических книг Ветхого Завета, в частности у Мелитона Сардийского, Оригена, в 85 правиле апостольском, в 60 правиле Лаодикийского собора, в синопсисах св. Афанасия Александрийского, и св. Иоанна Златоуста, и св. Кирилла Иерусалимского, у Епифания Кипрского, св. Ефрема Сирина, у блаж. Феодорита, блаж. Августина, в переводе блаж. Иеронима и др., и везде занимает место непосредственно после книги Иисуса Навина.

Общее понятие о Библии и Пятикнижии см. «Понятие о Библии».

По принятому в греко-славянской и латинской Библиях делению ветхозаветных книг по содержанию, историческими (каноническими) книгами считаются в них книги Иисуса Навина, Судей, Руфь, четыре книги Царств, две Паралипоменон, 1-я книга Ездры, Неемии и Есфирь. Подобное исчисление встречается уже в 85-м апостольском правиле, 1«Для всех вас, принадлежащих к клиру и мирянам, чтимыми и святыми да будут книги ветхого завета: Моисеевых пять (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие), Иисуса Навина едина, Судей едина, Руфь едина, Царств четыре, Паралипоменон две, Ездры две, Есфирь едина». 2«Читать подобает книги Ветхого Завета: Бытие мира, Исход из Египта, Левит, Числа, Второзаконие, Иисуса Навина, Судии и Руфь, Есфирь, Царств первая и вторая, Царств третья и четвертая, Паралипоменон первая и вторая, Ездры первая и вторая». четвертом огласительном поучении Кирилла Иерусалимского, Синайском списке перевода LXX и отчасти в 60-м правиле Лаодикийского собора 350 г.: Есфирь поставлена в нем между книгами Руфь и Царств. Равным образом и термин «исторические книги» известен из того же четвертого огласительного поучения Кирилла Иерусалимского и сочинения Григория Богослова «О том, какие подобает чести кн. Ветхого и Нового Завета» (книга Правил, с. 372-373). У названных отцов церкви он имеет, впрочем, несколько иной, чем теперь, смысл: название «исторические книги» дается ими не только «историческим книгам» греко-славянского и латинского перевода, но и всему Пятикнижию. «Исторических книг древнейших еврейских премудростей, — говорит Григорий Нисский, — двенадцать. Первая — Бытие, потом Исход, Левит, потом Числа, Второзаконие, потом Иисус и Судии, восьмая Руфь. Девятая и десятая книги — Деяния Царств, Паралипоменон и последнею имееши Ездру». «Читай, — отвечает Кирилл Иерусалимский, — божественных писаний Ветхого завета 22 книги, переведенных LXX толковниками, и не смешивай их с апокрифами... Это двадцать две книги суть: закона Моисеева первые пять книг: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие. Затем Иисуса сына Навина, Судей с Руфью составляют одну седьмую книгу. Прочих исторических книг первая и вторая Царств, у евреев составляющая одну книгу, также третья и четвертая, составляющие одну же книгу. Подобно этому, у них и Паралипоменон первая и вторая считаются за одну книгу, и Ездры первая и вторая (по нашему Неемии) считаются за одну книгу. Двенадцатая книга — Есфирь. Таковы исторические книги».

Что касается еврейской Библии, то ей чужд как самый раздел «исторических книг», так и греко-славянское и латинское их распределение. Книги Иисуса Навина, Судей и четыре книги Царств причисляются в ней к «пророкам», а Руфь, две книги Паралипоменон, Ездры — Неемии и Есфирь — к разделу «кетубим» — священным писаниям. Первые, т. е. кн. Иисуса Навина, Судей и Царств занимают начальное место среди пророческих, Руфь — пятое, Есфирь — восьмое и Ездры, Неемии и Паралипоменон — последние места среди «писаний». Гораздо ближе к делению LXX стоит распорядок книг у Иосифа Флавия. Его слова: «От смерти Моисея до правления Артаксеркса пророки после Моисея записали в 13 книгах совершившееся при них» (Против Аппиона I, 8), дают понять, что он считал кн. Иисуса Навина — Есфирь книгами характера исторического. Того же взгляда держался, по-видимому, и Иисус, сын Сирахов. В разделе «писаний» он различает «премудрые словеса и повести» (Sir 44:3-5), т. е. учительные и исторические книги. Последними же могли быть только Руфь, Паралипоменон, Ездры, Неемии и Есфирь. Принятое в еврейской Библии включение их в раздел «писаний» объясняется отчасти тем, что авторам некоторых из них, например Ездры — Неемии, не было усвоено в еврейском богословии наименования «пророк», отчасти их характером, в них виден историк учитель и проповедник. Сообразно с этим весь третий раздел и называется в некоторых талмудических трактатах «премудростью».

Относя одну часть наших исторических книг к разделу пророков, «узнавших по вдохновению от Бога раннейшее, а о бывшем при них писавших с мудростью» (Иосиф Флавий. Против Аппиона I, 7), и другую — к «писаниям», каковое название дается всему составу ветхозаветных канонических книг, иудейская церковь тем самым признала их за произведения богодухновенные. Вполне определенно и ясно высказан этот взгляд в словах Иосифа Флавия: «У иудеев не всякий человек может быть священным писателем, но только пророк, пишущий по божественному вдохновенно, почему все священные еврейские книги (числом 22) справедливо могут быть названы божественными» (Против Аппиона I, 8). Позднее, как видно из талмудического трактата Мегилла, поднимался спор о богодухновенности книг Руфь и Есфирь; но в результате его они признаны написанными Духом Святым. Одинакового с ветхозаветной церковью взгляда на богодухновенность исторических книг держится и церковь новозаветная (см. выше 85 Ап. правило).

Согласно со своим названием, исторические книги излагают историю религиозно-нравственной и гражданской жизни народа еврейского, начиная с завоевания Ханаана при Иисусе Навине (1480-1442 г. до Р. Х.) и кончая возвращением евреев из Вавилона во главе с Неемиею при Артаксерксе I (445 г. до Р. Х.), на время правления которого падают также события, описанные в книге Есфирь. Имевшие место в течение данного периода факты излагаются в исторических книгах или вполне объективно, или же рассматриваются с теократической точки зрения. Последняя устанавливала, с одной стороны, строгое различие между должными и недолжными явлениями в области религии, а с другой, признавала полную зависимость жизни гражданской и политической от веры в истинного Бога. В зависимости от этого излагаемая при свете идеи теократии история народа еврейского представляет ряд нормальных и ненормальных религиозных явлений, сопровождавшихся то возвышением, подъемом политической жизни, то полным ее упадком. Подобная точка зрения свойственна преимущественно 3-4 кн. Царств, кн. Паралипоменон и некоторым частям кн. Ездры и Неемии (Neh 9). Обнимаемый историческими книгами тысячелетний период жизни народа еврейского распадается в зависимости от внутренней, причинной связи явлений на несколько отдельных эпох. Из них время Иисуса Навина, ознаменованное завоеванием Палестины, представляет переходный момент от жизни кочевой к оседлой. Первые шаги ее в период Судей (1442-1094) были не особенно удачны. Лишившись со смертью Иисуса Навина политического вождя, евреи распались на двенадцать самостоятельных республик, утративших сознание национального единства. Оно сменилось племенной рознью, и притом настолько сильною, что колена не принимают участие в общей политической жизни страны, живут до того изолированно, замкнуто, что не желают помочь друг другу даже в дни несчастий (Jdg 5:5-17; Jdg 6:35; ср. Jdg 8:1). В таком же точно жалком состоянии находилась и религиозно-нравственная жизнь. Безнравственность сделалась настолько всеобщей, что прелюбодейное сожительство считалось обычным делом и как бы заменяло брак, а в некоторых городах развелись гнусные пороки времен Содома и Гоморры (Jdg 19). Одновременно с этим была забыта истинная религия, — ее место заняли суеверия, распространяемые бродячими левитами (Jdg 17). Отсутствие в период судей, сдерживающих начал в виде религии и постоянной светской власти, завершилось в конце концов полной разнузданностью: «каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Jdg 21:25). Но эти же отрицательные стороны и явления оказались благодетельными в том отношении, что подготовили установление царской власти: период судей оказался переходным временем к периоду царей. Племенная рознь и вызываемое ею бессилие говорили народу о необходимости постоянной, прочной власти, польза которой доказывалась деятельностью каждого судьи и особенно Самуила, успевшего объединить своей личностью всех израильтян (Sa1 7:16-17). И так как, с другой стороны, такой сдерживающей народ силой не могла быть религия, — он еще недоразвился до того, чтобы руководиться духовным началом, — то объединение могло исходить от земной власти, какова власть царская. И, действительно, воцарение Саула положило, хотя и не надолго, конец племенной розни евреев: по его призыву собираются на войну с Каасом Аммонитским «сыны Израилевы и мужи Иудины» (Sa1 11:8). Скорее военачальник, чем правитель, Саул оправдал народное желание видеть в царе сильного властью полководца (Sa1 8:20), он одержал целый ряд побед над окрестными народами (Sa1 14:47-48) и как герой погиб в битве на горах Гелвуйских (Sa1 31). С его смертью во всей силе сказалась племенная рознь периода Судей: колено Иудово, стоявшее прежде одиноко от других, признало теперь своим царем Давида (Sa1 2:4), а остальные подчинились сыну Саула Иевосфею (Sa2 2:8-9). Через семь с половиной лет после этого власть над Иудою и Израилем перешла в руки Давида (Sa2 5:1-3), и целью его правления становится уничтожение племенной розни, при посредстве чего он рассчитывает удержать престол за собой и своим домом. Ее достижение способствуют и постоянные войны, как общенародное дело, они поддерживают сознание национального единства и отвлекают внимание отдел внутренней жизни, всегда могущих подать повод к раздорами и целый ряд реформ, направленных к уравнению всех колен пред законом. Так, устройство постоянной армии, разделенной по числу колен на двенадцать частей, причем каждая несет ежемесячную службу в Иерусалиме (Ch1 27), уравнивает народ по отношению к военной службе. Превращение нейтрального города Иерусалима в религиозный и гражданский центр не возвышает никакое колено в религиозном и гражданском отношении. Назначение для всего народа одинаковых судей-левитов (Ch1 26:29-30) и сохранение за каждым коленом местного племенного самоуправления (Ch1 27:16-22) уравнивает всех пред судом. Поддерживая равенство колен и тем не давая повода к проявлению племенной розни, Давид остается в то же самое время в полном смысле самодержавным монархом. В его руках сосредоточивается власть военная и гражданская: первая через посредство подчиненного ему главнокомандующего армией Иоава (Ch1 27:34), вторая через посредство первосвященника Садока, начальника левитов-судей.

Правление сына и преемника Давидова Соломона обратило ни во что результат царствования его отца. Необыкновенная роскошь двора Соломона требовала громадных расходов и соответствующих налогов на народ. Его средства шли теперь не на общегосударственное дело, как при Давиде, а на удовлетворение личных нужд царя и его придворных. Одновременно с этим оказался извращенным правый суд времени Давида; исчезло равенство всех и каждого пред законом. На этой почве (Ki1 12:4) возникло народное недовольство, перешедшее затем в открытое возмущение (Ki1 11:26). Подавленное Соломоном, оно вновь заявило себя при Ровоаме (Ki1 12) и на этот раз разрешилось отделением от дома Давидова 10 колен (Ki1 12:20-21). Ближайшим поводом к нему служило недовольство Соломоном, наложившим на народ тяжелое иго (Ki1 12:4), и нежелание Ровоама облегчить его. Но судя по словам отделившихся колен: «нет нам доли в сыне Иессеевом» (Ki1 12:16), т. е. у нас нет с ним ничего общего; мы не принадлежим ему, как Иуда, по происхождению, причина разделения в той племенной, коленной розни, которая проходит через весь период Судей и на время стихает при Сауле, Давиде и Соломоне.

Разделением единого царства (980 г. до Р. Х.) на два — Иудейское и Израильское — было положено начало ослаблению могущества народа еврейского. Последствия этого рода сказались прежде всего в истории десятиколенного царства. Его силам наносят чувствительный удар войны с Иудою. Начатые Ровоамом (Ki1 12:213 Цар 12:21; Ki1 14:30; Ch2 11:1; Ch2 12:15), они продолжаются при Авии, избившем 500 000 израильтян (Ch2 13:17) и отнявшем у Иеровоама целый ряд городов (Ch2 13:19), и на время заканчиваются при Асе, истребившем при помощи Венадада Сирийского население Аина, Дана, Авел-Беф-Маахи и всей земли Неффалимовой (Ki1 15:20). Обоюдный вред от этой почти 60-тилетней войны был сознан, наконец, в обоих государствах: Ахав и Иосафат вступают в союз, закрепляя его родством царствующих домов (Ch2 18:1), — женитьбою сына Иосафатова Иорама на дочери Ахава Гофолии (Ch2 21:6). Но не успели зажить нанесенные ею раны, как начинаются войны израильтян с сирийцами. С перерывами (Ki1 22:1) и переменным счастьем они проходят через царствование Ахава (Ki1 20), Иорама (Ki2 8:28-29), Ииуя (Ki2 10:32-33), Иоахаза (Ki2 13:1-7) и Иоаса (Ki2 13:22-25) и настолько ослабляют военную силу израильтян, что у Иохаза остается только 50 всадников, 10 колесниц и 10 000 пехоты (Ki2 13:7). Все остальное, как прах, развеял Азаил Сирийский (там же; ср. Ki2 8:12). Одновременно с сирийцами израильтяне ведут при Иоасе войну с иудеями (Ki2 14:9-14; Ch2 25:17-24) и при Иеровоаме II возвращают, конечно, не без потерь в людях, пределы своих прежних владений от края Емафского до моря пустыни (Ki2 14:25). Обессиленные целым рядом этих войн, израильтяне оказываются, наконец, не в силах выдержать натиск своих последних врагов — ассириян, положивших конец существованию десятиколенного царства. В качестве самостоятельного государства десятиколенное царство просуществовало 259 лет (980-721). Оно пало, истощив свои силы в целом ряде непрерывных войн. В ином свете представляется за это время состояние двухколенного царства. Оно не только не слабеет, но скорее усиливается. Действительно, в начале своего существования двухколенное царство располагало лишь 120 000 или по счисление Александрийского списка 180 000 воинов и потому, естественно, не могло отразить нашествия египетского фараона Сусакима. Он взял укрепленные города Иудеи, разграбил самый Иерусалим и сделал иудеев своими данниками (Ch2 12:4.8.9). Впоследствии же число вооруженных и способных к войне было увеличено теми недовольными религиозной реформой Иеровоама I израильтянами (не считая левитов), которые перешли на сторону Ровоама, укрепили и поддерживали его царство (Ch2 11:17). Сравнительно благоприятно отозвались на двухколенном царстве и его войны с десятиколенным. По крайней мере, Авия отнимает у Иеровоама Вефиль, Иешон и Ефрон с зависящими от них городами (Ch2 13:19), а его преемник Аса в состоянии выставить против Зарая Эфиоплянина 580 000 воинов (Ch2 14:8). Относительная слабость двухколенного царства сказывается лишь в том, что тот же Аса не может один вести войну с Ваасою и приглашает на помощь Венадада Сирийского (Ki1 15:18.19). При сыне и преемнике Асы Иосафате двухколенное царство крепнет еще более. Не увлекаясь жаждой завоеваний, он посвящает свою деятельность упорядочению внутренней жизни государства, предпринимает попытку исправить религиозно-нравственную жизнь народа, заботится о его просвещении (Ch2 17:7-10), об урегулировании суда и судебных учреждений (Ch2 19:5-11), строит новые крепости (Ch2 17:12) и т. п. Проведение в жизнь этих предначертаний требовало, конечно, мира с соседями. Из них филистимляне и идумеяне усмиряются силой оружия (Ch2 17:11), а с десятиколенным царством заключается политический и родственный союз (Ch2 18). Необходимый для Иосафата, как средство к выполнению вышеуказанных реформ, этот последний сделался с течением времени источником бедствий и несчастий для двухколенного царства. По представлению автора Паралипоменон (Ch2 21), они выразились в отложении Иудеи при Иораме покоренной Иосафатом Идумеи (Ch2 21:10), в счастливом набеге на Иудею и самый Иерусалим филистимлян и аравийских племен (Ch2 21:16.17), в возмущении жителей священнического города Ливны (Ch2 21:10) и в бесполезной войне с сирийцами (Ch2 22:5). Сказавшееся в этих фактах (см. еще Ch2 21:2-4; Ch2 22:10) разложение двухколенного царства было остановлено деятельностью первосвященника Иоддая, воспитателя сына Охозии Иоаса, но с его смертью сказалось с новой силой. Не успевшее окрепнуть от бедствий и неурядиц прошлых царствований, оно подвергается теперь нападению соседей. Именно филистимляне захватывают в плен иудеев и ведут ими торговлю как рабами (Joe 3:6; Amo 1:9Ам 1:9); идумеяне делают частые вторжения в пределы Иудеи и жестоко распоряжаются с пленниками (Amo 1:2; Joe 3:19); наконец, Азаил Сирийский, отняв Геф, переносит оружие на самый Иерусалим, и снова царство Иудейское покупает себе свободу дорогой ценой сокровищ царского дома и храма (Ki2 12:18). Правлением сына Иоаса Амасии кончается время бедствий (несчастная война с десятиколенным царством — Ki2 14:9-14; Ch2 25:17-24 и вторжение идумеев — Amo 9:12), а при его преемниках Озии прокаженном и Иоафаме двухколенное царство возвращает славу времен Давида и Соломона. Первый подчиняет на юге идумеев и овладевает гаванью Елафом, на западе сокрушает силу филистимлян, а на востоке ему платят дань аммонитяне (Ch2 26:6-8). Могущество Озии было настолько значительно, что, по свидетельству клинообразных надписей, он выдержал натиск Феглафелассара [Тиглатпаласара] III. Обеспеченное извне двухколенное царство широко и свободно развивало теперь и свое внутреннее экономическое благосостояние, причем сам царь был первым и ревностным покровителем народного хозяйства (Ch2 26:10). С развитием внутреннего благосостояния широко развилась также торговля, послужившая источником народного обогащения (Isa 2:7). Славному предшественнику последовал не менее славный и достойный преемник Иоафам. За время их правления Иудейское царство как бы собирается с силами для предстоящей борьбы с ассириянами. Неизбежность последней становится ясной уже при Ахазе, пригласившем Феглафелассара для защиты от нападения Рецина, Факея, идумеян и филистимлян (Ch2 28:5-18). По выражению Вигуру, он, сам того не замечая, просил волка, чтобы тот поглотил его стадо (Die Bibel und die neueren Entdeckungen. S. 98). И действительно, Феглафелассар освободил Ахаза от врагов, но в то же время наложил на него дань (Ch2 28:21). Неизвестно, как бы сказалась зависимость от Ассирии на дальнейшей истории двухколенного царства, если бы не падение Самарии и отказ преемника Ахаза Езекии платить ассириянам дань и переход его, вопреки совету пророка Исаии, на сторону египтян (Isa 30:7.15; Isa 31:1-3). Первое событие лишало Иудейское царство последнего прикрытия со стороны Ассирии; теперь доступ в его пределы открыт, и путь к границам проложен. Второе окончательно предрешило судьбу Иудеи. Союз с Египтом, перешедший с течением времени в вассальную зависимость, заставил ее принять участие сперва в борьбе с Ассирией, а потом с Вавилоном. Из первой она вышла обессиленной, а вторая привела ее к окончательной гибели. В качестве союзницы Египта, с которым вели при Езекии борьбу ассирияне, Иудея подверглась нашествию Сеннахирима. По свидетельству оставленной им надписи, он завоевал 46 городов, захватил множество припасов и военных материалов и отвел в плен 200 150 человек (Schrader. Ibid. S. 302-4; 293). Кроме того, им была наложена на Иудею громадная дань (Ki2 18:14-16). Союз с Египтом и надежда на его помощь не принесли двухколенному царству пользы. И тем не менее преемник Езекии Манассия остается сторонником египтян. Как таковой, он во время похода Ассаргадона против Египта делается его данником, заковывается в оковы и отправляется в Вавилон (Ch2 33:11). Начавшееся при преемнике Ассаргадона Ассурбанипале ослабление Ассирии сделало для Иудеи ненужным союз с Египтом. Мало этого, современник данного события Иосия пытается остановить завоевательные стремления фараона египетского Нехао (Ch2 35:20-22), но погибает в битве при Мегиддоне (Ch2 35:23). С его смертью Иудея становится в вассальную зависимость от Египта (Ki2 23:33-35; Ch2 36:1-4), а последнее обстоятельство вовлекает ее в борьбу с Вавилоном. Стремление Нехао утвердиться, пользуясь падением Ниневии, в приефратских областях встретило отпор со стороны сына Набополассара Навухудоносора. В 605 г. до Р. Х. Нехао был разбит им в битве при Кархемыше. Через четыре года после этого Навуходоносор уже сам предпринял поход против Египта и в целях обезопасить себе тыл подчинил своей власти подвластных ему царей, в том числе и Иоакима Иудейского (Ki2 24:1; Ch2 36:5). От Египта Иудея перешла в руки вавилонян и под условием верности их могла бы сохранить свое существование. Но ее сгубила надежда на тот же Египет. Уверенный в его помощи, второй преемник Иоакима Седекия (Jer 37:5; Eze 17:15) отложился от Навуходоносора (Ki2 24:20; Ch2 36:13), навлек нашествие вавилонян (Ki2 25:1; Ch2 36:17) и, не получив поддержки от египетского фараона Офры (Jer 37:7), погиб сам и погубил страну.

Если международные отношения Иудеи сводятся к непрерывным войнам, то внутренняя жизнь характеризуется борьбой с язычеством. Длившаяся на протяжении всей истории двухколенного царства, она не доставила торжества истинной религии. Языческим начало оно свое существование при Ровоаме (Ki1 14:22-24; Ch2 11:13-17), языческим и кончило свою политическую жизнь (Ki2 24:19; Ch2 36:12). Причины подобного явления заключались прежде всего в том, что борьба с язычеством велась чисто внешними средствами, сводилась к одному истреблению памятников язычества. Единственное исключение в данном отношении представляет деятельность Иосафата, Иосии и отчасти Езекии. Первый составляет особую комиссию из князей, священников и левитов, поручает ей проходить по всем городам иудиным и учить народ (Ch2 17:7-10); второй предпринимает публичное чтение закона (Ki2 23:1-2; Ch2 34:30), и третий устраивает торжественное празднование Пасхи (Ch2 30:26). Остальные же цари ограничиваются уничтожением идолов, вырубанием священных дубрав и т. п. И если даже деятельность Иосафата не принесла существенной пользы: «народ еще не обратил твердо сердца своего к Богу отцов своих» (Ch2 20:33), то само собой понятно, что одни внешние меры не могли уничтожить языческой настроенности народа, тяготения его сердца и ума к богам окрестных народов. Поэтому, как только умирал царь гонитель язычества, язычествующая нация восстановляла разрушенное и воздвигала новые капища для своих кумиров; ревнителям религии Иеговы вновь приходилось начинать дело своих благочестивых предшественников (Ch2 14:3; Ch2 15:8; Ch2 17:6 и т. п.). Благодаря подобным обстоятельствам, религия Иеговы и язычество оказывались далеко неравными силами. На стороне последнего было сочувствие народа; оно усвоялось евреем как бы с молоком матери, от юности входило в его плоть и кровь; первая имела за себя царей и насильно навязывалась ими нации. Неудивительно поэтому, что она не только была для нее совершенно чуждой, но и казалась прямо враждебной. Репрессивные меры только поддерживали данное чувство, сплачивали язычествующую массу, не приводили к покорности, а, наоборот, вызывали на борьбу с законом Иеговы. Таков, между прочим, результат реформ Езекии и Иоссии. При преемнике первого Манассии «пролилась невинная кровь, и Иерусалим наполнился ею от края до края» (Ki2 21:16), т. е. началось избиение служителей Иеговы усилившеюся языческой партией. Равным образом и реформа Иосии, проведенная с редкою решительностью, помогла сосредоточению сил язычников, и в начавшейся затем борьбе со сторонниками религии они подорвали все основы теократии, между прочим, пророчество и священство. В целях ослабления первого язычествующая партия избрала и выдвинула ложных пророков, обещавших мир и уверявших, что никакое зло не постигнет государство (Jer 23:6). Подорвано было ею и священство: оно выставило лишь одних недостойных представителей (Jer 23:3). Реформа Иосии была последним актом вековой борьбы благочестия с язычеством. После нее уж не было больше и попыток к поддержанию истинной религии; и в плен вавилонский евреи пошли настоящими язычниками.

Плен вавилонский, лишив евреев политической самостоятельности, произвел на них отрезвляющее действие в религиозном отношении. Его современники воочию убедились в истинности пророческих угроз и увещаний, — в справедливости того положения, что вся жизнь Израиля зависит от Бога, от верности Его закону. Как прямой и непосредственный результат подобного сознания, возникает желание возврата к древним и вечным истинам и силам, которые некогда создали общество, во все времена давали спасение и, хотя часто забывались и пренебрегались, однако всегда признавались могущими дать спасение. На этот-то путь и вступила прибывшая в Иудею община. В качестве подготовительного условия для проведения в жизнь религии Иеговы ею было выполнено требование закона Моисеева о полном и всецелом отделении евреев от окрестных народов (расторжение смешанных браков при Ездре и Неемии). В основу дальнейшей жизни и истории теперь полагается принцип обособления, изолированности.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

2 а) Так в LXX и Вульгате; масоретский текст: оказалась ему неверна.


2 б) Или: и пробыла там около четырех месяцев.


3 Букв.: мужа своей девочки (в знач. дочери).


18 Букв.: дом Господень. LXX перевод: домой.


19 Отвечая так и называя свою наложницу «служанкой» повстречавшегося ему человека, левит тем самым намекает старику, что он рассчитывает на его милость и гостеприимство, хотя формально и отказывается.


23 Или: постыдного дела; то же в ст. 24.


28 LXX добавляет: потому что она умерла.


И тогда Господь послал им на помощь судей, чтобы те избавляли их от грабителей. Но израильтяне и судей своих не слушали, блудили с чужими богами, поклоняясь им. Легко оставили они путь, которым шли их отцы: отцы повиновались заповедям Господним, а дети их преступали. Когда Господь посылал им судей, то пребывал Сам с этим судьей, и пока судья был жив, Господь спасал народ от врагов, миловал униженных и угнетенных, слыша стоны их. Но едва судья умирал, израильтяне снова впадали в разврат, хуже отцов своих поступали, шли вслед чужих богов и, служа и поклоняясь им непрестанно, безоглядно творили всё те же дела (2:16-19).

Именно так автор Книги судей кратко изложил ее суть и определил бытовую и духовную атмосферу шатких, переходных времен от судейства к монархии. Нам неизвестно ни имя этого автора, ни время написания книги. Предыдущая книга, Книга Иисуса Навина, завершилась тем, что Израиль обрел свою родину, поселился в обетованной земле. Казалось бы, теперь самое время для триумфального рассказа об успехах и достижениях, может быть - о трудностях и борьбе с врагами. Но эта книга на первое место ставит беззакония и пороки израильского народа. Разве об этом нужно говорить, воскликнут иные, ведь это не патриотично! - Да, если считать земное отечество главной ценностью.

Но для автора этой книги есть нечто более великое, чем национальное достоинство, - это верность народа Богу. Ему важно увидеть в истории собственного народа не просто повторение печальных или радостных событий, но то, как Бог творит историю, входит в нее, присутствует в ней, оставляя при этом за человеком право выбора. Оказывается, сама жизнь израильтян в Ханаане определяется понятием Завета, Союза с Богом: пока они верны Господу, Он с ними и охраняет их от врагов. Но как только они отступают от заповедей, Господь позволяет окружавшим их народам одержать победу над Израилем.

Именно в этот момент и вступают в действие судьи - яркие, способные увлечь за собой, исполненные огня вожди: они поднимают народ на борьбу, ведут его в бой на войне (Отниэль, Эхуд, Барак и другие) пророчествуют и творят суд (Девора).

Каждое из этих древних повествований (и песен) в Книге судей раскрывает некую новую грань богословского осмысления истории. Так, пророчица Девора вместе с Яэлью (женой Хевера-кенея, предводителя из колена Асира, гл. 4, 5) наглядно свидетельствуют, что и женщина способна возглавить народ в критический момент или нанести решающий удар врагу. Это, конечно, необычно для древнего Ближнего Востока, где женщина была вынуждена довольствоваться второстепенной ролью.

А история Гедеона (гл. 6-8) показывает, что для победы не обязательно нужно многочисленное войско или храбрый и умелый военачальник. Необходима прежде всего решимость - и, прежде чем выступить в поход на врага, Гедеон уничтожает предметы поклонения языческому идолу в собственном стане. Для этого, пожалуй, ему нужно не меньше мужества, чем для битвы с другими народами.

Особенно ярко и подробно рассказана трагическая история принявшего обет назорейства Самсона (гл. 13-16), некогда непобедимого героя, которого погубила женская хитрость. Избранный Богом на особое служение, он цинично пренебрегает этим благословением, подчиняясь своим страстям. Своеволие, гордыня и полная уверенность в собственных силах привели его к тупику, духовному кризису, за которым последовали роковые события. Автор Книги Судей одной строкой констатирует главную причину, приведшую Самсона к трагедии: «Он не знал, что Господь оставил его» (16:20).

Удержаться на высоте подвига бывает трудно, и судьи, которые шли впереди в том или ином конфликте или на жестокой войне, не всегда могли сохранять то же напряжение сил в мирной жизни, как показывает история Самсона. А главное, им подчинялся только тот, кто хотел. Израиль был призван стать народом Божьим, жить по заповедям, но в те смутные, переходные времена от нестабильности судейства к царской власти, это на практике нередко оборачивалось анархией и кровавыми междуусобицами: «Не было в то время царя в Израиле, всякий делал то, что считал правильным» (21:25). Книга Судей завершается конкретными примерами такого безвластия, насилия и произвола.

В главах 17, 18 рассказана история переселения колена Данова на новое место. При этом они захватили с собой левита, который прежде совершал служение Богу в частном доме, и устроили себе новое святилище. Принцип единства был уже забыт, нарушен, поклонение Богу становилось частным делом отдельных семей, родов или племен.

Все эти примеры - а их гораздо больше в Книге судей - свидетельствуют о том, что, Завет был дарован избранному народу «на вырост», и израильтяне, как не обладающие духовной зрелостью подростки, не справились со своей самостоятельностью. Им требовалась власть, которая могла бы обеспечить порядок, преемственность и не идеальную, но более стабильную форму управления. Об установлении царской власти и пойдет речь в следующей книге.

Не только отдельные эпизоды Книги Судей, но и вся она - история скорее поражений, чем побед. Но так часто бывает в жизни, что осознанное поражение становится источником духовного роста, и это мы видим в истории древнего Израиля.

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Нравственная деградация в народе продолжается, и вот одно из колен Израилевых, заключившее Завет верности с Господом... 

 

Происшествие с левитом, описанное в Книге Судей, совершенно очевидным образом напоминает другое: то, что произошло с вестниками Божьими в Содоме, в доме Лота. Только происходит всё... 

Библиотека

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).