Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Nova Vulgata (lat)
Поделиться

Liber Ecclesiasticus, Глава 36

Miserere nostri, Deus omnium, et respice nos
et ostende nobis lucem miserationum tuarum;
et immitte timorem tuum super gentes,
quae non exquisierunt te,
ut cognoscant quia non est Deus nisi tu,
et enarrent magnalia tua.
Alleva manum tuam super gentes alienas,
ut videant potentiam tuam.
Sicut enim in conspectu eorum sanctificatus es in nobis,
sic in conspectu nostro magnificaberis in eis,
ut cognoscant, sicut et nos cognovimus,
quoniam non est Deus praeter te, Domine.
Innova signa et itera mirabilia,
glorifica manum et firma brachium dextrum,
excita furorem et effunde iram,
tolle adversarium et afflige inimicum.
10 Festina tempus et memento praefinitionis,
et enarrentur mirabilia tua.
11 In ira flammae devoretur, qui salvatur;
et, qui pessimant plebem tuam, inveniant perditionem.
12 Contere caput principum inimicorum
dicentium: “ Non est alius praeter nos!”.
13 Congrega omnes tribus Iacob
et hereditabis eos sicut ab initio.
14 Miserere plebi tuae, super quam invocatum est nomen tuum,
et Israel, quem coaequasti primogenito tuo.
15 Miserere civitati sanctificationis tuae,
Ierusalem, loco requiei tuae.
16 Reple Sion maiestate tua
et gloria tua templum tuum.
17 Da testimonium his, qui ab initio creaturae tuae sunt,
et suscita praedicationes, quas locuti sunt in nomine tuo.
18 Da mercedem sustinentibus te,
ut prophetae tui fideles inveniantur.
Et exaudi orationes servorum tuorum,
19 secundum beneplacitum super populo tuo,
et dirige nos in viam iustitiae,
et sciant omnes, qui habitant terram,
quia tu es Deus saeculorum.
20 Omnem escam manducabit venter,
et est cibus cibo melior;
21 fauces percipiunt cibum ferae,
et cor sensatum verba mendacia.
22 Cor pravum dabit tristitiam,
et homo peritus retribuet illi.
23 Omnem masculum excipiet mulier,
est autem filia melior filia.
24 Species mulieris exhilarat faciem viri sui,
et super omnem concupiscentiam hominis superducit desiderium.
25 Insuper, si est super lingua eius curatio
et mitigatio et misericordia,
non est vir illius secundum filios hominum.
26 Qui possidet mulierem bonam, inchoat possessionem,
adiutorium secundum illum est et columna requiei.
27 Ubi non est saepes, diripietur vinea,
et ubi non est mulier, ingemiscet errans.
28 Quis credit ei, qui non habet nidum
et deflectens ubicumque obscuraverit,
quasi succinctus latro exsiliens de civitate in civitatem?

Liber Ecclesiasticus, Глава 37

Omnis amicus dicet: “ Et ego amicitiam copulavi! ”;
sed est amicus solo nomine amicus.
Nonne tristitia appropinquans usque ad mortem:
sodalis et amicus ad inimicitiam conversus?
O praesumptio nequissima, unde creata es
cooperire aridam malitia et dolositate illius?
Sodalis amico coniucundatur in oblectationibus
et in tempore tribulationis adversarius erit;
sodalis amico condolet causa ventris
et contra hostem accipiet scutum.
Non obliviscaris amici tui in animo tuo
et non immemor sis illius in opibus tuis.
Noli consiliari cum eo, qui tibi insidiatur,
et a zelantibus te absconde consilium.
Omnis consiliarius prodit consilium,
sed est consiliarius pro semetipso.
A consiliario serva animam tuam
et prius scito quae sit illius necessitas
et ipse enim animo suo cogitabit
10 ne forte mittat super te sortem
et dicat tibi:
11 “ Bona est via tua ”
et stet e contrario videre quid tibi eveniat.
12 Noli consiliari cum invido
et a zelante te consilium absconde;
nec cum muliere de ea, quae ei aemulatur,
cum timido de bello,
cum negotiatore de traiecticio,
cum emptore de venditione,
cum viro livido de gratiis agendis,
13 cum impio de pietate,
cum inhonesto de honestate,
cum operario otioso de omni opere,
14 cum mercennario annuali de consummatione anni,
cum servo pigro de multa operatione:
non attendas his in omni consilio.
15 Sed cum viro timorato assiduus esto,
quemcumque cognoveris observantem mandata,
16 cuius anima est secundum animam tuam,
et qui, cum titubaveris in tenebris, condolebit tibi.
17 Et consilium cordis statue tecum;
non est enim tibi aliud fidelius illo.
18 Anima viri enuntiat aliquando vera
quam septem circumspectores sedentes in excelso ad speculandum.
19 Et in his omnibus deprecare Altissimum,
ut dirigat in veritate viam tuam.
20 Ante omnia opera verbum verax praecedat te,
et ante omnem actum consilium stabile.
21 Radix consiliorum cor,
ex quo partes quattuor oriuntur:
bonum et malum, vita et mors;
et dominatrix illorum est assidua lingua.
22 Est vir peritus multorum eruditor
et animae suae inutilis est.
23 Est qui sophistice loquitur et odibilis est;
in omni cibo voluptatis defraudabitur.
24 Non est illi data a Domino gratia:
omni enim sapientia defraudatus est.
25 Est sapiens animae suae sapiens,
et fructus sensus illius super corpus suum.
26 Vir sapiens plebem suam erudit,
et fructus sensus illius fideles sunt.
27 Vir sapiens implebitur benedictionibus,
et omnes videntes illum beatum dicent.
28 Vita viri in numero dierum;
dies autem Israel innumerabiles sunt.
29 Sapiens in populo hereditabit honorem,
et nomen illius erit vivens in aeternum.
30 Fili, in vita tua tenta animam tuam
et vide si quid obnoxium ei est: non des illi.
31 Non enim omnia omnibus expediunt,
et non omni animae omne genus placet.
32 Noli avidus esse in omni epulatione
et non te effundas super omnem escam.
33 In multis enim escis erit infirmitas,
et aviditas appropinquabit usque ad choleram.
34 Propter crapulam multi obierunt;
qui autem abstinens est, adiciet vitam.

Liber Ecclesiasticus, Глава 38

Honora medicum propter necessitatem;
etenim illum creavit Altissimus.
A Deo est enim illi sapientia,
et a rege accipiet donationem.
Disciplina medici exaltabit caput illius,
et in conspectu magnatorum collaudabitur.
Altissimus creavit de terra medicamenta,
et vir prudens non abhorrebit illa.
Nonne a ligno indulcata est aqua amara,
ut agnoscerent homines virtutem illius?
Et dedit hominibus scientiam Altissimus,
ut honoraretur in mirabilibus suis.
In his curans mitigabit dolorem,
et unguentarius faciet pigmenta suavitatis,
ut non consumantur opera eius:
et salus super faciem terrae.
Fili, in tua infirmitate ne despicias teipsum,
sed ora Dominum, et ipse curabit te.
10 Averte a delicto et dirige manus
et ab omni peccato munda cor tuum;
11 da suavitatem et memoriam similaginis
et impingua oblationem pro opibus tuis.
Et da locum medico,
12 etenim illum Dominus creavit;
et non discedat a te, quia opera eius sunt necessaria.
13 Est enim tempus, quando per manus illorum est solacium.
14 Ipsi vero Dominum deprecabuntur,
ut dirigat ad rectam cognitionem
et prosperet curationem.
15 Qui delinquit in conspectu eius, qui fecit eum,
incidet in manus medici.
16 Fili, in mortuum produc lacrimas
et, quasi dira passus, incipe lamentationem
et secundum iudicium contege corpus illius
et non despicias sepulturam illius.
17 Amare fer fletum et perfice lamentum
18 et fac luctum secundum meritum eius,
uno die vel duobus propter detractionem,
et consolare propter tristitiam.
19 A tristitia enim festinat mors,
et tristitia cordis flectit virtutem.
20 In abductione permanet tristitia,
et vita inopis maledictio cordis.
21 Ne dederis in tristitia cor tuum,
sed repelle eam a te et memento novissimorum.
22 Ne ultra memineris: neque enim est conversio;
et huic nihil proderis et teipsum pessimabis.
23 Memor esto iudicii eius, sic enim erit et tuum:
mihi heri, et tibi hodie.
24 In requie mortui requiescere fac memoriam eius
et consolare in illo in exitu spiritus sui.
25 Sapientia scribae in opportunitate vacationis;
et, qui minoratur operatione, ipse sapientia replebitur.
Qua sapientia replebitur,
26 qui tenet aratrum
et qui gloriatur in iaculo stimuli?
Boves agitat et conversatur in operibus eorum,
et enarratio eius in filiis taurorum.
27 Cor suum dabit ad versandos sulcos,
et vigilia eius in sagina vaccarum.
28 Sic omnis faber et architectus,
qui noctem tamquam diem transigit,
qui sculpit signacula sculptilia,
et assiduitas eius variare picturam;
cor suum dabit in similitudinem picturae,
et vigilia sua perficere opus.
29 Sic faber ferrarius sedens iuxta incudem
et considerans opus ferri;
vapor ignis uret carnes eius,
et in calore fornacis concertatur.
30 Vox mallei exsurdat aurem eius,
et contra similitudinem vasis oculus eius.
31 Cor suum dabit in consummationem operum
et vigilia sua ornare in perfectionem.
32 Sic figulus sedens ad opus suum,
convertens pedibus suis rotam,
qui in sollicitudine positus est semper propter opus suum,
et in numero est omnis operatio eius;
33 in brachio suo formabit lutum
et ante canos suos curvabit virtutem suam:
34 cor suum dabit, ut consummet linitionem,
et vigilia sua mundare fornacem.
35 Omnes hi in manibus suis speraverunt,
et unusquisque in arte sua sapiens est.
36 Sine his omnibus non aedificabitur civitas,
37 et non inhabitabunt nec inambulabunt.
Verumtamen in consilium populi non requirentur
et in ecclesiam non transilient;
38 super sellam iudicis non sedebunt
et decretum iudicii non intellegent
neque palam facient disciplinam et iudicium
et in parabolis non invenientur;
39 sed creaturam laboris confirmabunt,
et sollicitudo illorum in operatione artis.
Читать далее:Liber Ecclesiasticus, Глава 39
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

36:1-19 Эта молитва проливает свет на умонастроение благочестивых иудеев в конце 2 в. до Р.Х., накануне восстания Маккавеев. В глазах языч. народов (ст Сир 36:4) святость Бога проявилась в том, что Он наказал Израиль за Его грехи; таким же образом Он явит Свое величие, карая языч. народы, угнетающие Израиль ( Иез 28:20-26; Иез 38:16, Иез 38:23; Иез 39:27). Заметим, что молитва проникнута мессианским упованием, как и Пс 50:12. В кн. Сир нет других отголосков этого течения, нашедшего себе выражение в Завете, затем в учении пророков и вдохновившего Маккавеев на восстание.


36:13 "Собери все колена Иакова и соделай их наследием Твоим" - надежда на возвращение в Израиль и объединение всех колен, возникшая в период Плена, продолжала жить в сердцах иудеев и после возвращения из Плена: рассеяние среди языч. народов представлялось явлением временным и прискорбным; пришествие Мессии должно было положить ему конец.


38:1-8 Возможно, что некоторые благочестивые иудеи видели в обращении больного за помощью к врачу недостаток упования на Бога (ср 2 Пар 16:12). Сын Сир опровергает это мнение.


38:15 "Да впадет в руки врача", т.е. да заболеет. Судя по предыдущим стт, здесь отсутствует ирония по отношению к врачам. Ср букв евр текст: "Тот согрешает перед Господом, кто превозносится перед врачом".


38:16-24 У иудеев, как и у других народов Востока, погребальные обряды обычно отличались внешней выразительностью и совершались по определенным правилам. Их особенности описаны у Иер 9:17-18; Ам 5:16; Иез 24:15-24; Мф 9:23; Мк 5:38.


38:17-18 Плач об умершем, согласно Сир 22:11, должен продолжаться семь дней, но в зависимости от степени родства обряды могли быть разной продолжительности.


Эта второканоническая книга не включена в евр Библию, хотя была написана на евр языке. Ее оригинал был известен не только раввинам, но и бл. Иерониму. До нас она дошла только в греч переводе, который и признан Церковью каноническим. В Вульг эта книга называется «Ecclesiasticus (liber)», т.е. «церковная книга», согласно названию, данному ей в 3-м веке Церковью в отличие от Синагоги. В 1896 г. было найдено около двух третей евр текста Сир среди фрагментов различных средневековых рукописей, находившихся в древней синагоге города Каира. Недавно короткие отрывки ее были обнаружены в одной из Кумранских пещер, а в 1964 г. нашли в Массаде часть книги (Сир 39:27-44:17), написанную письмом 1-го в. до Р.Х. Расхождение этих рукописей как между собой, так и с греческим и сириакским переводами свидетельствует о том, что эта книга была уже давно распространена в нескольких рецензиях (редакциях).

С 198 г. Палестина находилась под владычеством Селевкидов. Некоторая часть евр населения, принадлежавшая главным образом к правящему классу, легко эллинизировалась, перенимая чужие нравы и идеи. Антиох Епифан (175-163 гг.) решил ускорить этот процесс и стал проводить эллинизацию насильственно. Сын Сирахов противопоставляет таким опасным новшествам весь авторитет ВЗ-ного предания. Перед нами книжник, соединивший любовь к Премудрости с любовью к Закону и преисполненный ревности к Храму и уважения к священству. Он вскормлен свящ. книгами, пророками и в особенности писаниями мудрых Израиля. Цель его — наставлять в Премудрости всех, кто ищет ее (Сир 33:17; Сир 50:29; ср предисловие к гл. 1).

По своей структуре книга напоминает предшествующие писания мудрых Израиля. Она представляет собою собрание кратких сентенций, афоризмов и небольших картин, довольно беспорядочно сгрупированных и иногда даже повторяющихся. Исключение составляют главы, в которых воспевается слава Божия в природе (Сир 42:15-43:36) и в истории (Сир 44:1-50:31), а также добавления: благодарственный гимн (Сир 51:1-17) и молитва о приобретении мудрости (Сир 51:18-38). Евр текст этого последнего отрывка был найден в одной из Кумранских пещер, в рукописи Псалтири. Эта находка подтверждает предположение, что данный отрывок до включения его в кн Сир существовал в виде отдельного произведения. В книге излагается традиционное учение; подобно его предшественникам, автор рассматривает Премудрость как персонифицированное откровение Бога. Судьба человека и проблема суда вызывает у него такую же тревожную неуверенность, какой охвачены и Иов, и Екклесиаст. Он верит в воздаяние, чувствует трагическую значительность смертного часа, но для него еще не вполне ясно, каким образом Бог воздаст каждому по делам его. Размышляя о сущности Премудрости Божией, он идет дальше прозрений кн Притч и Иова. Новизна учения сына Сирахова в том, что он отождествляет Премудрость с Законом, провозглашенным Моисеем (Сир 24:26-28), как впоследствии — автор поэмы о Премудрости (Вар 3:9-4:4). Тем самым, в отличие от своих предшественников, он вводит Премудрость в законническое течение. Более того, он видит соблюдение Закона в точном исполнении богослужебных предписаний (Сир 35:1-10). Он — ревностный ритуалист. В отличие от более древних мудрецов Израиля, Сын Сирахов много размышляет над историей (Сир 44:1-49:18), в которой особенно подчеркивает роль священства.

Сын Сирахов — последний свидетель учения о мудрости в Палестине, книга которого была принята в канон Писаний. Его можно считать достойным представителем хасидим, т.е. благочестивых (ср. 1 Макк 2:42), которым в скором времени предстояло восстать на защиту своей веры против гонения Антиоха Епифана. Благодаря им в Израиле сохранились те островки истинной веры, где нашла себе отклик проповедь Иисуса Христа. Хотя кн Сир не вошла в евр канон, на нее часто ссылаются авторы раввини-стических писаний. У НЗ-ных авторов — ев. Матфея и ап. Иакова — содержится немало восходящих к ней реминисценций.

ПРЕДИСЛОВИЕ (греч. переводчика)

Это предисловие не является составной частью книги и не входит в библейский канон. В нем говорится об евр Библии, разделенной на 3 части (ср 1 Макк 12:9): «закон, пророки и прочие писатели». Нет уверенности в том, что в ту эпоху (конец 2 в. до Р.Х.) содержание этих трех частей — особенно последней — было тождественно теперешнему. Переводчик прибыл в Египет в 38 г. царствования Евергета. Очевидно речь идет о Птолемее VII Евергете (170-117); 38-й г. его царствования соответствует 132 г. до Р.Х.

«Книгами Премудрости» или «мудрых» называют пять книг: Иова, Притчей, Екклесиаста, Иисуса сына Сирахова и Премудрости Соломоновой. К ним присоединили Псалтирь и Песнь Песней, в которых мы находим ту же направленность мысли, выраженной в поэтической форме. Произведения такого рода были распространены на всем древнем Востоке. В Египте на протяжении его вековой истории появилось немало книг мудрости. В Месопотамии, начиная с шумерийской эпохи, составлялись притчи, басни, поэмы о страдании, в какой-то мере напоминающие нам кн. Иова. Эта месопотамская мудрость проникла в Ханаан: в Рас-Шамре были найдены тексты о мудрости на аккадском языке. «Премудрость Ахиахара», появившаяся в Ассирии и распространившаяся в кругах, говоривших по-арамейски, была затем переведена на несколько древних языков. Этот род мудрости по существу международен и не является собственно религиозным. В центре внимания мудрых стоит жизненный путь человека, но их метод — не философская рефлексия, как у греков, а собирание плодов жизненного опыта. Они преподают искусство жить и находиться на интеллектуальном уровне своей среды и эпохи; учат человека сообразовываться с порядком мироздания и указывают, как достигать счастья и успеха. Однако их советы не всегда приводят к желанным результатам, и этот опыт служит исходной точкой пессимизма, которым проникнут ряд произведений мудрости как в Египте, так и в Месопотамии.

Такая мудрость процветала и у израильтян. Характерно, что израильские мудрецы признавали свою связь с мудростью «сынов Востока и Египта» и лучшей похвалой премудрости Соломона считали утверждение о ее превосходстве над мудростью языческой (1 Regum 4:29). Широкой известностью пользовались аравийские и едомские мудрецы (Ieremiae 49:7; Baruch 3:22-23; Abdiae 1:8). Иов и его три друга-мудреца жили в Едоме. Автор кн. Товита знал Премудрость Ахиахара, а Proverbiorum 22:17-23:11 напоминают египетские изречения Аменемопе. Некоторые псалмы приписаны Еману и Ефану, которые, согласно 1 Regum 4:31, были ханаанскими мудрецами. Притчи содержат Слова Агура (Proverbiorum 30:1-14) и Слова Лемуила (Proverbiorum 31:1-9), которые оба происходили из племени Масса, жившего в северной Аравии (Genesis 25:14).

Поэтому не удивительно, что первые израильские произведения мудрости во многом родственны произведениям соседних народов. Наиболее древние части кн. Притч содержат одни только предписания человеческой мудрости. Самые важные богословские темы Ветхого Завета: Закон, Союз-Завет, Избрание, Спасение — в этих книгах почти не затрагиваются. Исключение составляют кн. Иисуса сына Сирахова и Премудрости Соломоновой, написанные значительно позже. Израильские мудрецы как будто бы не интересуются историей и будущим своего народа. Подобно своим восточным собратьям, они больше заняты личной судьбой человека, но рассматривают ее в более высоком плане — в освещении религии Ягве. Таким образом, несмотря на общность происхождения, между мудростью языческой и израильской имеется существенное различие, усиливающееся по мере того, как постепенно раскрывается Откровение.

Противопоставление мудрости и безумия становится противопоставлением правды и неправды, благочестия и нечестия. Истинная премудрость — это страх Божий, а страх Божий — синоним благочестия. Если восточную мудрость можно определить как своего рода гуманизм, то премудрость израильскую можно назвать гуманизмом религиозным.

Однако эта религиозная ценность премудрости выявилась не сразу. Содержание евр. термина «хохма» весьма сложно. Он может обозначать ловкость движений или профессиональную сноровку, политическое чутье, проницательность, а также и хитрость, умение, искусство магии. Такая человеческая мудрость может служить как добру, так и злу, и эта двузначность в какой-то мере объясняет отрицательные суждения некоторых пророков о мудрецах (Isaiae 5:21; Isaiae 29:14; Ieremiae 8:9). Этим объясняется также, что в евр. письменности тема Премудрости Божией (евр. «хохмот» — множ. число, употребляемое в значении превосходной степени) появляется довольно поздно, хотя происхождение мудрости от Бога никогда не отрицалось, и уже в Угорите мудрость считалась свойством великого бога Эла. Только после Плена стали утверждать, что Бог мудр Премудростью надмирной, действие которой человек видит в творении, но которая в своей сущности недосягаема и «неисследима» (Iob 28; Iob 38-39; Ecclesiasticus 1:1-10; Ecclesiasticus 16:24 сл; Ecclesiasticus 39:12 сл; Ecclesiasticus 42:15-43:33 и т.д.). В большом прологе кн. Притч (Proverbiorum 1-9) Премудрость Божия говорит как некое лицо, она присуща Богу от вечности и действует с Ним в творении (гл. обр. Proverbiorum 8:22-31). В Ecclesiasticus 24 Премудрость сама свидетельствует, что она вышла из уст Всевышнего, обитает на небесах и послана Израилю от Бога. В Sapientiae 7:22-8:1 она определена как излияние славы Всемогущего, образ Его совершенства. Так Премудрость, являясь свойством Божиим, отделяется от Него и представляется как Личность. Для ветхозаветного человека эти выражения являются, по-видимому, яркими поэтическими сравнениями, но в них уже заложена тайна, подготавливающая откровение Св. Троицы. Подобно Логосу в евангелии от Иоанна, эта Премудрость одновременно и в Боге и вне Бога, и во всех этих текстах обосновывается наименование «Премудрость Божия», которое ап. Павел дает Христу (1 Corinthios 1:24).

Вопрос об участи человека тесно связан у мудрецов с проблемой воздаяния. В древних частях Притч (Proverbiorum 3:33-35; Proverbiorum 9:6, Proverbiorum 9:18) Премудрость, т.е. праведность, непременно ведет к благополучию, а безумие, т.е. нечестие, приводит к разорению, ибо Богу свойственно награждать добрых и наказывать злых. Однако жизненный опыт зачастую как будто противоречит такому взгляду. Как объяснить бедствия, постигающие праведников? Этой проблеме посвящена кн. Иова. Те же вопросы, хотя и в несколько другом аспекте, тревожат Екклесиаста. Сын Сирахов в основном придерживается традиционных взглядов и хвалит счастье мудрого (Ecclesiasticus 14:21-15:10), но его преследует мысль о смерти. Он знает, что все зависит от этого последнего часа: «Легко для Господа в день смерти воздать человеку по делам его» (Ecclesiasticus 11:26, ср Ecclesiasticus 1:13; Ecclesiasticus 7:36; Ecclesiasticus 28:6; Ecclesiasticus 41:12). Он смутно предчувствует откровение о конечной участи человека. Вскоре после него пророк Даниил (Danielis 12:2) уже ясно выражает веру в загробное воздаяние, связанное с верой в воскресение мертвых, так как евр. мысль не представляет себе жизни духа, отделенного от плоти. Параллельное и вместе с тем более разработанное учение появляется в александрийском иудаизме. Учение Платона о бессмертии души помогло евр. мысли осознать, что «Бог создал человека для нетления» (Sapientiae 2:23) и после смерти праведники вкусят вечное блаженство у Бога, а нечестивые получат заслуженное наказание (Sapientiae 3:1-12).

Исходной формой письменности мудрых можно считать машал (в русском переводе — притча). Таково во множественном числе заглавие книги, которую мы называем кн. Притчей. Машал — это краткое, выразительное изречение, близкое к народной мудрости, сохранившейся в пословицах. Древние сборники притчей содержат лишь подобные краткие изречения, но со временем машал развивается, достигая размеров небольшой притчи или аллегорического повествования. Это развитие, ясно выраженное в дополнительных разделах и особенно в прологе кн. Притчей (Proverbiorum 1-9), ускоряется в последующих книгах мудрых: кн. Иова и Премудрости Соломоновой представляют собой крупные литературные произведения.

Первоначальное происхождение мудрости следует искать в жизни семьи или рода. Наблюдения над природой или людьми, накоплявшиеся из поколения в поколение, выражались в изречениях, в народных поговорках, в пословицах, имевших моральный характер и служивших правилами поведения. Аналогично происхождение первых формулировок обычного права, которые иногда близки не только по содержанию, но и по форме изречениям мудрости. Эта традиция народной мудрости продолжала существовать параллельно с возникновением письменных сборников мудрости. Ей обязаны своим происхождением, напр., притчи в 1 Samuelis 24:14; 1 Regum 20:11, басни в Iudicum 9:8-15, басня в 2 Regum 14:9. Даже пророки черпали из этого наследия (напр. Isaiae 28:24-28; Ieremiae 17:5-11).

Краткие изречения, запечатлевающиеся в памяти, предназначаются для устной передачи. Отец или мать учит им своего сына дома (Притч Proverbiorum 1:8; Proverbiorum 4:1; Proverbiorum 31:1; Ecclesiasticus 3:1), а затем мудрые продолжают преподавать их в своих школах (Ecclesiasticus 41:23; Ecclesiasticus 41:26; ср Proverbiorum 7:1 сл; Proverbiorum 9:1 сл). С течением времени мудрость становится привилегией образованного класса: мудрые и книжники фигурируют рядом в Ieremiae 8:8-9. Сын Сирахов Ecclesiasticus 38:24-39:11 восхваляет профессию книжника, дающую ему возможность приобретать мудрость в противоположность ручным ремеслам. Из книжников выходили царские чиновники, и учение мудрости культивировалось сначала при дворе. То же самое происходило и в других центрах восточной мудрости, в Египте и в Месопотамии. Один из сборников притчей Соломона был составлен «мужами Езекии, царя Иудейского», Proverbiorum 25:1. Эти мудрецы не только собирали древние изречения, но и сами писали. Два произведения, составленные, по всей вероятности, при дворе Соломона — история Иосифа и история преемства престола Давидова — можно тоже рассматривать как писания мудрых.

Таким образом, круги мудрых значительно отличаются от той среды, в которой появились священнические и пророческие писания. Ieremiae 18:18 перечисляет три различных класса — священников, мудрых и пророков. Мудрые не особенно интересуются культом, их как будто не волнуют несчастья их народа и не захватывает поддерживающая его великая надежда. Однако в эпоху Плена эти три течения сливаются. В прологе Притчей слышится тон пророческой проповеди, в кн. Сир (Ecclesiasticus 44-49) и Прем (Sapientiae 10-19) содержится много размышлений над Священной историей; сын Сирахов почитает священство, ревнует о культе и даже отождествляет Премудрость и Закон (Ecclesiasticus 24:23-34): перед нами уже союз книжника (или мудрого) с законоучителем, который можно видеть и в евр. среде евангельских времен.

Так завершается долгий путь, начало которому в ВЗ положил Соломон. Все учение мудрых, постепенно преподававшееся избранному народу, подготавливало умы к восприятию нового откровения — откровения Воплощенной Премудрости, которая «больше Соломона» (Matthaeum 12:42).

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

36:2 Поясняется следующими стихами.


36:4  Как пред ними, язычниками, Ты явил святость Твою в нас, Твоем избранном народе, даровав нам свои святые законы и учреждения для святой и богоугодной жизни; так пред нами яви величие Твое в них, вразумив их грозными и славными знамениями божественного могущества Твоего.


36:10  Ускори время явления милости Твоей к нам, вспомни клятву отцам нашим, и да возвестят наказанные и вразумленные Тобою о великих делах правосудного могущества Твоего.


36:11-12 Имеются в виду иноземцы, притеснявшие народ еврейский после возвращения его из плена вавилонского.


36:14 Ср. Быт 32:24-32; Исх 4:22.


36:17  Даруй свидетельство Твоего милосердия тем, которые были от начала достоянием Твоим, т. е. Твоему избранному народу, и воздвигни, восстанови, пророчества от имени Твоего, прекратившиеся со смертью послепленных пророков Аггея, Захарии и Малахии.


36:20-28 Как для гортани не безразлично качество принимаемой пищи, для разумного сердца — качество слышимых слов, для благовоспитанной девицы — посторонний мужчина; так для мужа не безразличны качества его жены: умная, добрая, приветливая, красивая жена — радость, украшение и залог благоденствия для ее мужа.


37:5 Возьмется за щит против друга.


37:12-14 С годовым наемником — об окончании работы ранее договоренного срока.


37:18-19 Ср. 17:6-9.


37:21  Господствует всегда язык, т. е. язык является преимущественным средством к обнаружению душевного состояния человека.


37:22-29 Истинно-благотворная мудрость заключается не в многознайстве, многоглаголании и искусстве поучительства, а в умении дать и применить как в отношении себя, так и в отношении других действительный урок ведения и жизни.


38:5-6 См. Исх 15:23-26.


38:7  Ими, т. е. врачествами. Ср. 4 ст.


38:7-8  И занятия его не оканчиваются приготовлением смеси, т. е. одними научно-теоретическими опытами, но имеют и благотворное практическое значение, ибо через него, врача, бывает благо исцелений болезней человеческих на лице земли. Ср. 7 ст.


38:9-15 В случае болезни обратись к Господу Богу с молитвою о помиловании, принеси требуемые законом жертвы, но вместе с тем дай место и врачу ибо и его создал Господь во славу Свою и на пользу страждущему человечеству. Врач знающий и богобоязненный может послужить для болящего одним из орудий божественного милосердия о нем. Только упорный нечестивец не вправе надеяться на целебную силу богосозданных врачеваний.


38:21 Поясняется 21-22 ст. Вспоминая о конце, т. е. скоротечности своей жизни, не истощай свои силы безмерным сокрушением, бесполезным и для тебя, и для других. Закон смерти объемлет собою все живущее на земле, и действие его не может быть приостановлено сетованиями человека. Безмерные сетования могут лишь повредить человеку, ускорив в отношении его действие страшного закона (ср. 18 ст.).


38:28 Проводит ночь, как день, в размышлениях о том, чтобы оразнообразить форму своих построений.


Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова написана после заключения еврейского канона священных книг Ветхого Завета, принадлежит небогодухновенному лицу, и относится к числу неканонических книг Ветхого Завета.

В греческих списках библейского текста: александрийском, синайском, Ефрема Сирина она надписывается: «Премудрость Иисуса сына Сирахова», каковое наименование перешло и в наши славянский и русский переводы. В Ватиканском списке: «Премудрость Сираха». В Вульгате: «Екклезиастик». Наименования: «Премудрость Иисуса сына Сирахова» и «Премудрость Сираха» указывают на писателя книги (Сир 51:29; Сир 51:1), а «Екклезиастик» — на церковно-учительный характер ее.

В отличие от других неканонических книг, писатели которых остались неизвестными, писатель настоящей книги называет себя иерусалимлянином Иисусом, сыном некоего Сираха (Сир 50:29; Сир 51:1). Из текста книги видно, что это был человек, по тому времени очень образованный, — особенно богословски, — обладал практическим опытом, много путешествовал и изучал нравы людей.

Время происхождения книги не может быть установлено с непререкаемою точностью. На основании содержания 50-й главы можно догадываться, что писатель книги был современником иудейского первосвященника Симона Первого, названного Праведным и жившего при Птоломее Лаге, ок. 290 г. до Р. Х. Внук писателя и переводчик его книги с еврейского языка на греческий жил, — предполагают, — при Евергете I, правившем ок. 247 г. до Р. Х., и сделал свой перевод книги около 230 г. до Р. Х. (см. пролог книги пред греческим и славянским текстом).

Содержанием книги Премудрости Иисуса сына Сирахова служит учение о премудрости божественной в ее проявлениях в мире и человеке, и о богодарованной мудрости человеческой в применении к различным обстоятельствам и случаям жизни человека.

Независимо от неканонического происхождения книги, общее содержание последней издревле считалось глубоко-поучительным для тех, кто ищет уроков мудрости и благочестия. Отцы Церкви нередко пользовались выражениями премудрого сына Сирахова как подтверждением своих учительных мыслей. В 85 апостольском правиле юношам советуется изучать «Премудрость многоученого Сираха». В 39 пасхальном послании св. Афанасия Александрийского книга Премудрости Иисуса сына Сирахова назначается для поучительного чтения оглашенным. Св. Иоанн Дамаскин называет ее «прекрасною и очень полезною» книгою.

Первое полное толкование книги Премудрости Иисуса сына Сирахова было составлено Рабаном Мавром. Затем, в XVI в., появляются труды Янсения; в XVII — Корнелия и Ляпиде. Из новейших ученых над истолкованием книги потрудились: Horowifz, Lesefre, Keel, Multon Knabenbauer, Levi. Над обработкой найденных отрывков еврейского текста книги: Halevy, Smend, Touzard, Kцnig, Strack, Peters. Из русских трудов можно указать: экзегетическую монографию неизвестного автора «Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова в русском переводе с краткими объяснениями». Спб. 1860 г. и статью проф. Рождественского «Вновь открытый еврейский текст книги Иисуса сына Сирахова и его значение для библейской науки». Спб. 1903 г.»

Подробные предварительные сведения о книге Премудрости Иисуса сына Сирахова имеются в соч. проф. Казанской Дух. Академии П. А. Юнгерова «Частное историко-критическое введение в священные ветхозаветные книги. Выпуск второй». Пророческие и неканонические книги. Казань, 1907 г., с. 227-239.

См. «Понятие о Библии».

Третий отдел ветхозаветных священных книг составляют в греко-славянской Библии книги «учительные», из которых пять — Иова, Псалтирь, Притчи, Екклезиаст и Песнь Песней признаются каноническими, а две — Премудрость Соломона и Премудрость Иисуса сына Сирахова1Современный распорядок учительных книг в греко-славянской Библии несколько отличается от древнего. Именно в Синайском кодексе они расположены в таком виде: Псалтирь, Притчи, Екклезиаст, Песнь Песней, Премудрость Соломона, Сирах, Иов; в Ватиканском списке за кн. Песнь Песней следует Иов и далее Премудрость Соломона и Сирах. неканоническими. В противоположность этому в еврейской Библии двух последних, как и всех вообще неканонических, совсем не имеется, первые же пять не носят названия «учительных», не образуют и особого отдела, а вместе с книгами: Руфь, Плач Иеремии, Есфирь, Даниил, Ездра, Неемия, первая и вторая Паралипоменон, причисляются к так называемым «кетубим», «агиографам», — «священным писаниям». Сделавшееся у раввинов-талмудистов техническим обозначением третьей части Писания название «кетубим» заменялось в древности другими, указывающими на учительный характер входящих в ее состав произведений. Так, у Иосифа Флавия современные учительные книги, кроме Иова, известны под именем «прочих книг, содержащих гимны Богу и правила жизни для людей» (Против Аппиона I, 4); Филон называет их «гимнами и другими книгами, которыми устрояется и совершенствуется знание и благочестие» (О созерцательной жизни), а автор 2-ой маккавейской книги — «τὰ του̃ Δαυιδ καὶ ἐπιστολὰς βασιλέων περὶ ἀναθεμάτων» — «книги Давида и письма царей о приношениях» (2:13). Наименование «τὰ του̃ Δαυιδ» тожественно с евангельским названием учительных книг псалмами» («подобает скончатися всем написанным в законе Моисееве и пророцех и псалмех о мне»; Lucam 24:44), а это последнее, по свидетельству Геферника, имело место и у раввинов. У отцов и учителей церкви, выделяющих, согласно переводу LXX, учительные книги в особый отдел, они также не носят современного названия, а известны под именем «поэтических». Так называют их Кирилл Иерусалимский (4-е огласительное слово), Григорий Богослов (Σύταγμα. Ράκκη, IV, с. 363), Амфилохий Иконийский (Ibid. С. 365), Епифаний Кипрский и Иоанн Дамаскин (Точное изложение православной веры. IV, 17). Впрочем, уже Леонтий Византийский (VI в.) именует их «учительными», — «παραινετικά» (De Sectis, actio II. Migne. Т. 86, с. 1204).

При дидактическом характере всего Священного Писания усвоение только некоторым книгам названия «учительных» указывает на то, что они написаны с специальной целью научить, вразумить, показать, как должно мыслить об известном предмете, как его следует понимать. Данную цель в применении к религиозно-нравственным истинам и преследуют, действительно, учительные книги. Их взгляд, основная точка зрения на учение веры и благочестия — та же, что и в законе; особенность ее заключается в стремлении приблизить богооткровенную истину к пониманию человека, довести его при помощи различных соображений до сознания, что ее должно представлять именно так, а не иначе, Благодаря этому, предложенная в законе в форме заповеди и запрещения, она является в учительных книгах живым убеждением того, кому дана, кто о ней думал и размышлял, выражается как истина не потому только, что открыта в законе, как истина, но и потому, что вполне согласна с думой человека, стала уже как бы собственным его достоянием, собственной его мыслью. Приближая богооткровенные истины к человеческому пониманию, учительные книги, действительно, «совершенствуют сознание и благочестие». И что касается примеров такого освещения их, то они прежде всего наблюдаются в кн. Иова. Ее главное положение, вопрос об отношении правды Божией к правде человеческой, трактуется автором с точки зрения его приемлемости для человеческого сознания. Первоначально сомневавшийся в божественном правосудии, Иов оказывается в результате разговоров уверовавшим в непреклонность божественной правды. Объективное положение: «Бог правосуден» возводится на степень личного субъективного убеждения. Подобным же характером отличается и кн. Екклезиаст. Ее цель заключается в том, чтобы внушить человеку страх Божий (Iob 12:13), побудить соблюдать заповеди Божии. Средством к этому является, с одной стороны, разъяснение того положения, что все отвлекающее человека от Бога, приводящее к Его забвению, — различные житейские блага не составляют для человека истинного счастья, и потому предаваться им не следует, и с другой — раскрытие той истины, что хранение заповедей дает ему настоящее благо, так как приводит к даруемому за добрую жизнь блаженству по смерти, — этому вечно пребывающему благу. Равным образом и кн. Притчей содержит размышления о началах откровенной религии, законе и теократии и влиянии их на образование умственной, нравственной и гражданской жизни Израиля. Результатом этого размышления является положение, что только страх Господень и познание Святейшего составляют истинную, успокаивающую ум и сердце, мудрость. И так как выражением подобного рода мудрости служат разнообразные правила религиозно-нравственной деятельности, то в основе их лежит убеждение в согласии откровенной истины с требованиями человеческого духа.

Раскрывая богооткровенную истину со стороны ее согласия с пониманием человека, учительные книги являются показателями духовного развития народа еврейского под водительством закона. В лице лучших своих представителей он не был лишь страдательным существом по отношению к открываемым истинам, но более или менее вдумывался в них, усваивал их, т. е. приводил в согласие со своими внутренними убеждениями и верованиями. Погружаясь сердцем и мыслию в область откровения, он или представлял предметы своего созерцания в научение, для развития религиозного ведения и споспешествования требуемой законом чистоте нравственности, как это видим в кн. Иова, Екклезиаст, Притчей и некоторых псалмах (78, 104, 105 и т. п.), или же отмечал, выражал то впечатление, которое производило это созерцание на его сердце, в лирической форме религиозных чувствований и сердечных размышлений (Псалтирь). Плод богопросвещенной рефлексии о божественном откровении, данном еврейскому народу в закон, учительные книги носят по преимуществу субъективный характер в отличие от объективного изложения истин веры и благочестия в законе и объективного же описания жизни еврейского народа в книгах исторических. Другое отличие учительных книг — это их поэтическая форма с ее характерною особенностью — параллелизмом, определяемым исследователями еврейской поэзии как соотношение одного стиха с другим. Это — род рифмы мысли, симметрия идеи, выражаемой обыкновенно два или иногда три раза в различных терминах, то синонимических, то противоположных. Сообразно различному взаимоотношению стихов параллелизм бывает синонимический, антитический, синтетический и рифмический. Первый вид параллелизма бывает тогда, когда параллельные члены соответствуют друг другу, выражая равнозначащими терминами один и тот же смысл. Примеры подобного параллелизма представляет Psalmorum 113 — «когда Израиль вышел из Египта, дом Иакова (из среды) народа иноплеменного, Иуда сделался святынею Его, Израиль владением Его. Море это увидело и побежало, Иордан возвратился назад, горы прыгали, как овцы, и холмы, как агнцы». Параллелизм антитический состоит в соответствии двух членов друг другу через противоположность выражений или чувств. «Искренни укоризны от любящего, и лживы поцелуи ненавидящего. Сытая душа попирает и сот, а голодной душе все горькое сладко» (Proverbiorum 27:6-7). «Иные колесницами, иные конями, а мы именем Господа Бога нашего хвалимся. Они поколебались и пали, а мы встали и стоим прямо» (Psalmorum 19:8-9). Параллелизм бывает синтетическим, когда он состоит лишь в сходстве конструкции или меры: слова не соответствуют словам и члены фразы членам фразы, как равнозначащие или противоположные по смыслу, но оборот и форма тожественны; подлежащее соответствует подлежащему, глагол — глаголу, прилагательное — прилагательному, и размер один и тот же. «Закон Господа совершен, укрепляет душу; откровение Господа верно, умудряет простых; повеления Господа праведны, веселят сердце; страх Господа чист, просвещает очи» (Psalmorum 18). Параллелизм бывает, наконец, иногда просто кажущимся и состоит лишь в известной аналогии конструкции или в развитии мысли в двух стихах. В этих случаях он является чисто рифмическим и поддается бесконечным комбинациям. Каждый член параллелизма составляет в еврейской поэзии стих, состоящий из соединения ямбов и трохеев, причем самый употребительный стих евреев — гептасиллабический, или из семи слогов. Стихами этого типа написаны кн. Иова (Iob 3:1-42:6), вся книга Притчей и большинство псалмов. Встречаются также стихи из четырех, пяти, шести и девяти слогов, чередуясь иногда с стихами различного размера. Каждый стих является, в свою очередь, частью строфы, существенным свойством которой служит то, что она заключает в себе единую, или главную, мысль, полное раскрытие которой дается в совокупности составляющих ее стихов. Впрочем, в некоторых случаях то две различные мысли соединены в одной строфе, то одна и та же мысль развивается и продолжается далее этого предела.

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Превращение друга во врага, по слову мудреца, оказывается самым страшным для человека, «скорбью до смерти». Почему же так? Как и отчего друзья становятся врагами? Причины вражды могут быть самыми разными. Иногда речь идёт о... 

 

Парадоксальный, на первый взгляд, афоризм: с печалью и унынием, оказывается, можно бороться, вспоминая о смерти, которая ждёт каждого. Наверное, большинство наших современников мысль о смертном часе привела бы в такое уныние, по сравнению с которым все остальные... 

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).