Библия-Центр
РУ

Мысли вслух на Дан 12:1-4

In tempore autem illo con surget Michael, princeps magnus, qui stat pro filiis populi tui, et erit tempus angustiae, quale non fuit ab eo, quo gentes esse coeperunt, usque ad tempus illud. Et in tempore illo salvabitur populus tuus, omnis, qui inventus fuerit scriptus in libro.
Et multi de his, qui dormiunt in terra pulveris, evigilabunt: alii in vitam aeternam, et alii in opprobrium sempiternum.
Qui autem docti fuerint, fulgebunt quasi splendor firmamenti; et, qui ad iustitiam erudierint multos, quasi stellae in perpetuas aeternitates.
Tu autem, Daniel, claude sermones et signa librum usque ad tempus finis; pertransibunt plurimi, et multiplex erit scientia ”.
Свернуть

В этом коротком тексте мы получаем ветхозаветное свидетельство того, что воскресение мертвых обязательно произойдет. Иисус, отвечая по сути на вопрос о возможности воскресения мертвых, говорил «Бог не есть Бог мертвых, но Бог живых». И здесь мы видим данное Богом обещание того, что все предстанут перед Ним после смерти.

Надо заметить, что, опираясь на не очень удачное слово «запечатать» из четвертого стиха, часто можно услышать мнение о том, что все, написанное в этом отрывке, должно быть скрыто от людей. Но если обратиться к оригиналу или греческому и латинскому тексту, то можно увидеть, что речь идет о совершенно иных вещах. Ангел призывает пророка сохранить книгу от повреждений, чтобы сохранившийся текст стал для людей источником знания о Боге. И, возвращаясь к основной теме этого текста, чтобы каждый знал, что воскресение мертвых будет и после смерти, каждый предстанет перед лицом Бога. А это знание очень многое меняет для человека.

Темы:

Другие мысли вслух

 
На Дан 12:1-4
In tempore autem illo con surget Michael, princeps magnus, qui stat pro filiis populi tui, et erit tempus angustiae, quale non fuit ab eo, quo gentes esse coeperunt, usque ad tempus illud. Et in tempore illo salvabitur populus tuus, omnis, qui inventus fuerit scriptus in libro.
Et multi de his, qui dormiunt in terra pulveris, evigilabunt: alii in vitam aeternam, et alii in opprobrium sempiternum.
Qui autem docti fuerint, fulgebunt quasi splendor firmamenti; et, qui ad iustitiam erudierint multos, quasi stellae in perpetuas aeternitates.
Tu autem, Daniel, claude sermones et signa librum usque ad tempus finis; pertransibunt plurimi, et multiplex erit scientia ”.
Свернуть
Приведённое в Книге Даниила видение неизвестного нам по имени визионера-апокалиптика завершается картиной всеобщего...  Читать далее

Приведённое в Книге Даниила видение неизвестного нам по имени визионера-апокалиптика завершается картиной всеобщего воскресения и последнего Суда (ст. 1 – 4). Сейчас уже невозможно сказать точно, когда сложились в Синагоге те представления о воскресении и о Суде, которые отражены в Книге Даниила. По-видимому, их формирование начинается ещё в допленный период, во времена поздних пророков и под влиянием их проповеди, а завершается и принимает более-менее законченный вид уже после походов Александра Македонского, в эллинистическую эпоху. Как бы то ни было, в середине II в. до н.э., когда записывались тексты, вошедшие впоследствии в Книгу Даниила, оно уже было в Синагоге общепринятым. И Бог открывает безымянному визионеру, что Суд — не выдумка, не аллегория и не символ, он абсолютно реален, так же, как реально и воскресение из мёртвых, та полная победа над смертью, без которой торжество Царства немыслимо.

Но всеобщее воскресение — не только торжество Бога над Своими врагами и торжество жизни Царства над смертью, безраздельно правящей в непреображённом мире. Это ещё и шанс, данный каждому, последний шанс встретиться с Богом лицом к лицу, получить ответ на все вопросы, разрешить все недоумения, попросить прощения за всё, в чём не успели или не сочли нужным раскаяться за время земного пути. И окончательный выбор: быть ли с теми, кто готов разделить с Богом Его жизнь и Его Царство, или лишиться всего, теперь уже навсегда (ст. 2). Тогда-то и открывается всем и каждому то, что сделали упомянутые в откровении о гонимых праведниках «благоразумные»: не случайно они сравниваются со звёздами на небе, чей свет виден всем. В древности многие считали, что звёзды, как и Луна, светят тем же светом, что и Солнце, только в Луне этого света меньше, чем в Солнце, а в звёздах — меньше, чем в Луне. И праведники в день Суда и торжества Божия светят Божиим светом, но разумеется, их свет не может затмить Божия сияния. Так завершается в день Суда и торжества Божия путь праведников, до конца сохранивших верность Богу.

Свернуть
 
На Дан 12:1-4
In tempore autem illo con surget Michael, princeps magnus, qui stat pro filiis populi tui, et erit tempus angustiae, quale non fuit ab eo, quo gentes esse coeperunt, usque ad tempus illud. Et in tempore illo salvabitur populus tuus, omnis, qui inventus fuerit scriptus in libro.
Et multi de his, qui dormiunt in terra pulveris, evigilabunt: alii in vitam aeternam, et alii in opprobrium sempiternum.
Qui autem docti fuerint, fulgebunt quasi splendor firmamenti; et, qui ad iustitiam erudierint multos, quasi stellae in perpetuas aeternitates.
Tu autem, Daniel, claude sermones et signa librum usque ad tempus finis; pertransibunt plurimi, et multiplex erit scientia ”.
Свернуть
Описанное в Книге Даниила видение само по себе принадлежит как бы двум разным эпохам. Не случайно в иудейском каноне она в число пророческих не включена, а в христианском оказалась его неотъемлемой частью...  Читать далее

Описанное в Книге Даниила видение само по себе принадлежит как бы двум разным эпохам. Не случайно в иудейском каноне она в число пророческих не включена, а в христианском оказалась его неотъемлемой частью. В самом деле: говоря строго и формально, Книгу Даниила никак нельзя назвать пророческой. Её предполагаемый автор (вернее, тот, кому приписано авторство книги) в число пророков не входит. Видения книги являются апокалиптическими, а не пророческими в собственном смысле: они содержат описания событий уже известных на момент написания, представленных в контексте эсхатологической перспективы, но пророчеств как таковых в книге почти нет.

Однако если посмотреть на ту картину, которая открывается герою (и, очевидно, автору) книги с точки зрения этой самой эсхатологической перспективы, то станет очевидно, что она действительно является пророческой. И не только потому, что там появляется пророчество о Мессии, о Сыне Человеческом и о Его скором приходе, но и потому, что сама история плавно переходит там в метаисторию. Не случайно ведь завершается видение Даниила картиной всеобщего воскресения и Суда. Тут уже не история. Вернее, история, но история Царства, а не падшего мира. Самый край этой истории, видимый и нашему миру как бы издали.

И вот эта перспектива — очевидно пророческая. Тут уже не только пророчество о приходе Мессии — тут откровение Царства, которое приблизилось. Того самого, о котором свидетельствует Сам Мессия — ведь и проповедь Спасителя начинается как раз со свидетельства о Царстве, которое приблизилось. И с призыва к обращению — потому, что без обращения в это Царство не войти, даже когда оно рядом. А потому у христиан есть все основания для того, чтобы считать Книгу Даниила пророческой — ведь для христиан Царство и есть то главное, ради чего и вокруг чего существует всякое подлинное откровение.

Свернуть

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).