Новость дня на 9 Апреля 2026

Петру не приходило в голову, что он способен отречься от Христа. Рассуждая по-человечески, Пётр вёл себя достойно и смело — ведь он, сопровождая Учителя до дома первосвященника, пошёл на риск. А то, что он стал отрицать знакомство с Ним, так ведь это обычная конспиративная уловка, за которую осуждать невозможно... Трудно возражать на такие стройные рассуждения, тем более что в обстановке преследований многим людям не раз доводилось поступать именно так. Но вот мы читаем, что Пётр, почувствовав себя виноватым, горько заплакал, и, значит, чем-то его поведение не соответствует допустимым правилам осторожности. Нельзя осуждать тех, кто испытывает страх перед лицом гонителей, ведь и Сам Иисус не осуждал Своих тайных учеников за то, что они не выступали открыто. Но всему своё время, как есть время и для собирания камней, и для разбрасывания их. Бывают минуты, когда необходимо отбросить всякий страх и свидетельствовать о Том, Кого мы знаем.

Суд синедриона предваряется издевательствами и избиениями — а по сути, с них и начинается. Судьи не собираются доискиваться до истины: приговор уже готов. Но то, как проходил суд, зримо показывает нам, как происходит выбор: свидетельство Христа о Себе можно или принять, или отвергнуть. Каждый решает сам, но отвергающим присутствие Христа мешает — они хотели бы, чтобы Его просто не было. Поэтому отвержение рождает желание уничтожить, смешать с грязью, не признавать самой реальности Его существования. Желание убить Христа возникло не в тот день, а задолго до суда и до сих пор не прекратилось. Но до конца времён оно останется обречённым на провал.

Произошло то, что и должно было произойти, как неоднократно предсказывал ученикам Иисус. Мир, находящийся под властью сатаны не мог вынести встречи с Праведником. Он должен был либо сам умереть для греха, кардинально измениться, переродиться, либо вынести Этому Человеку смертный приговор.

Став учениками Иисуса, мы не должны забывать об этой несовместимости Христа и греха, не только в Нем Самом, не только в наших сердцах, но и в мире. Если мы действительно обрели веру во Христа, то перед нами неизбежно встает выбор: умереть для себя и жить с Ним, или присоединиться к тем, что две тысячи лет назад осудили Его на смерть. Отречение Петра показывает, что этот выбор не изменяет человека автоматически, что с ним остаются его страхи, слабость и малодушие. Но все же есть огромная разница между Петром, который горько заплакал о своем отречении, и членами синедриона.

Все так хорошо складывалось. И суд собрался, и приговор готов... Ведь всем же все ясно: не место этому Сыну Человеческому на земле. И хорошее обвинение подобрали (это как потом Аль Капоне за уклонение от уплаты налогов посадили!), и свидетели нашлись, а — не выходит, разваливается обвинение, все как-то неудобно получается. Ну, тогда ва-банк: «Ты Сын Божий?» Или сломается и отречется, или скажет «да», а мы это объявим богохульством.

Ответ Иисуса восхищает. С одной стороны — это вежливая форма утвердительного ответа, но с другой — как всегда у Него, возврат вопроса к задающему: «сам подумай и прими ответственное решение». То, что говорят «судьи», показывает: услышали, но на заранее принятое решение это не влияет.

Интересно, что, когда наши «неверующие» сомневаются в том, Кто такой Иисус, они тем не менее называют Его Христом, то есть Помазанником Божиим. Так что Он как бы неслышно им отвечает: «Вы говорите, Кто Я». И — оставляет им свободу принятия решения.