Библия-Центр
РУ

Мысли вслух на Авв 1:2-3

ἕως τίνος κύριε κεκράξομαι καὶ οὐ μὴ εἰσακούση̨ς βοήσομαι πρὸς σὲ ἀδικούμενος καὶ οὐ σώσεις
ἵνα τί μοι ἔδειξας κόπους καὶ πόνους ἐπιβλέπειν ταλαιπωρίαν καὶ ἀσέβειαν ἐξ ἐναντίας μου γέγονεν κρίσις καὶ ὁ κριτὴς λαμβάνει
Свернуть

Возникало ли у вас хоть раз чувство, что мир к вам несправедлив? Что несправедливость эта исходит от людей, которые вас не ценят, не любят и, как следствие, могут устроить вам неприятности просто потому, что вы для них ничего не значите? Наверное, подобное испытывают все хоть раз в жизни. И первой реакцией становится жажда мести и такого наказания обидчику, чтоб он все понял, чтоб он все осознал. Не личной мести, конечно, а со стороны, сочетания жизненных обстоятельств. Что отвечает нам Бог на крик о справедливом мире и возмездии? Почти всегда так, как пророку Аввакуму: будешь душа надменная - не успокоишься, праведный живет верой. Тогда мы просим умножить веру в нас, мы ведь верим. Но, оказывается, что то, что мы считаем верой, для Него просто ноль. Простые законы арифметики говорят: умножишь ноль хоть на 100, все равно ноль в результате. Тогда, следуя тексту, необходимо просить веры, начинать работу по киданию смоковницы в море, выращиванию в себе горчичного зерна. Такая вера двигает горами, выполняя заповеди Любви. И если представить себе на минутку, что это кому-то удастся, то тогда требования справедливости умирают сами собой. Потому что даже тот, кто сделал все, — это слуга ничего не стоящий. Какой же справедливости просить, если и десятой части не сделал от нужного?

Другие мысли вслух

 
На Авв 1:3
ἵνα τί μοι ἔδειξας κόπους καὶ πόνους ἐπιβλέπειν ταλαιπωρίαν καὶ ἀσέβειαν ἐξ ἐναντίας μου γέγονεν κρίσις καὶ ὁ κριτὴς λαμβάνει
Свернуть
Пророк Аввакум задает этот вопрос по конкретному поводу и получает на него соответствующий ответ — дальше в этой же первой главе. Но ведь этот вопрос миллионы людей задают по миллиардам поводов, так что он уже давно стал общим вопросом...  Читать далее

Пророк Аввакум задает этот вопрос по конкретному поводу и получает на него соответствующий ответ — дальше в этой же первой главе. Но ведь этот вопрос миллионы людей задают по миллиардам поводов, так что он уже давно стал общим вопросом. Как может Бог терпеть вражду и насилие, властвующие на этой земле, почему Он не вмешается и не прекратит злодейство?

Давно уже стало общим местом говорить, что проблема зла не решается логическим образом. Просто потому, что если ее решить абсолютно логически, то придется уничтожить все человечество — ведь зло совершается всеми людьми. В этом смысле Бог нелогичен, Он не хочет смерти грешника, но чтобы тот обратился и жил (см. Иез. 33:11). А зло, бушующее в человечестве, само оказывается тем наказанием, которое способно подвигнуть кого-то к обращению. Бог не делает зла и не терпит его — Бог дал людям свободу и ждет, когда они отвратятся от злоупотребления этой свободой.

Но ведь зло ведет к страданию, где же Божие милосердие? А вот здесь по-другому. Бога нет в злодействе, но Он присутствует в страдании, Он сам принял на Себя страдание и тем самым вошел в наше страдание. Его милосердие именно в том, что Он разделяет с нами нашу боль и делает ее преходящей и осмысленной.

Свернуть
 
На Авв 2:4
ἐὰν ὑποστείληται οὐκ εὐδοκει̃ ἡ ψυχή μου ἐν αὐτω̨̃ ὁ δὲ δίκαιος ἐκ πίστεώς μου ζήσεται
Свернуть
Как всякий афоризм, эта короткая фраза очень глубока. Что такое «душа надменная», к чему приводит надменность в человеке? Пожалуй, надменность — это очень жесткая форма гордыни (бывают тонкие формы), когда человек внутренне обособляется от всего остального в мире, считая себя «выше всего этого». Как может успокоиться такая душа?...  Читать далее

Как всякий афоризм, эта короткая фраза очень глубока. Что такое «душа надменная», к чему приводит надменность в человеке? Пожалуй, надменность — это очень жесткая форма гордыни (бывают тонкие формы), когда человек внутренне обособляется от всего остального в мире, считая себя «выше всего этого». Как может успокоиться такая душа? Только если она убедится, что все так и есть, что все действительно ниже ее и ее «не достает». Но ведь в реальности так не происходит. Во-первых, все мы обитаем в мире, который «достает» нас каждую секунду, нет никакой практической возможности закрыться от мира в «башне из слоновой кости». А во-вторых, есть Бог, Который, хотим мы этого или не хотим, но выше нас, и все человеческие претензии на главенство, все попытки удовлетворить свою надменность — безнадежны. Поэтому всякое столкновение с реальным миром и с Богом лишает надменного человека покоя.

Теперь про праведного. Праведный — это тот, кто в жизни все делает правильно, по Божьему закону (предположим, что такие люди есть). Но ведь и такого человека достают волны житейского зла, и он очень остро воспринимает несправедливость этого (см. книгу Иова). Всякая беда в его жизни — это незаслуженное наказание, которое ранит сердце и лишает жизнь смысла. И только вера может принести подлинный и смысл свет в такую жизнь, вера в благость Божию, вера в то, что беды не имеют ничего общего с наказанием, а страдание — это место особой встречи с Тем, Кто принял страдание и смерть за грехи наши.

Свернуть
 
На Авв 1:3-4
ἵνα τί μοι ἔδειξας κόπους καὶ πόνους ἐπιβλέπειν ταλαιπωρίαν καὶ ἀσέβειαν ἐξ ἐναντίας μου γέγονεν κρίσις καὶ ὁ κριτὴς λαμβάνει
διὰ του̃το διεσκέδασται νόμος καὶ οὐ διεξάγεται εἰς τέλος κρίμα ὅτι ὁ ἀσεβὴς καταδυναστεύει τὸν δίκαιον ἕνεκεν τούτου ἐξελεύσεται τὸ κρίμα διεστραμμένον
Свернуть
Слова Аввакума о Торе (законе), которая теряет силу, и о неверных (букв. извращённых) судебных решениях, разумеется, имеют и вполне конкретный, юридический смысл, понятный во все времена потому, что и описываемые пророком реалии во все времена одинаковы...  Читать далее

Слова Аввакума о Торе (законе), которая теряет силу, и о неверных (букв. извращённых) судебных решениях, разумеется, имеют и вполне конкретный, юридический смысл, понятный во все времена потому, что и описываемые пророком реалии во все времена одинаковы. Но есть в словах пророка нечто большее, выходящее за сугубо юридические рамки.

Тора практически никогда не воспринималась ни яхвистской, ни иудейской традицией как только законодательство, она всегда предполагала также и образ жизни, законодательству соответствующий, и духовное состояние, для такой жизни необходимое. Конечно, традиционное иудейское учение о внутренней Торе появилось не сразу, но отдельные элементы того духовного и аскетического опыта, из которых оно выросло, должны были существовать довольно рано, уже в допленную эпоху, во времена поздних пророков.

Тора потеряла силу, говорит пророк, и судебные определения (то, что переводится обычно просто, как «суд») не достигают цели (в Синодальном переводе говорится «суд происходит превратный»). А происходит так, судя по словам Аввакума, из-за того, что в обществе потеряны все духовные и нравственные ориентиры, в нём царят всеобщая вражда и тотальный эгоизм. И связь тут не только внешняя, формально-юридическая, но и духовная тоже. Ведь духовный хаос, потеря всех нравственных ориентиров — не причина ослабления Торы, а её следствие, если, конечно, иметь в виду не внешнее, юридическое, а внутреннее, духовное измерение Торы. И тогда оказывается, что социальная проблема оказывается лишь внешним проявлением проблемы духовной, что те грабежи и насилия, та война всех против всех, которую видит пророк, — не болезнь собственно, а только симптом болезни.

Тора была дана не только отдельному человеку, но и всему народу в целом, как неудивительно и то, что пророки никогда не смотрели на общественную жизнь, как на нечто «низменное» и «недуховное»: ведь речь идёт об одной и той же Торе и об одной и той же жизни. Не может человек (если только он не шизофреник) жить у алтаря или у себя в комнате одной жизнью, а на улице другой. И Аввакум, как и другие пророки, прекрасно это понимает. Если Тора, данный Богом закон и заповедь для человека реальность, у него не может быть двух жизней. Как не может быть их и у народа, если только речь идёт о народе Божием, о народе-общине.

Свернуть
 
На Авв 1:1-17
τὸ λη̃μμα ὃ εἰ̃δεν Αμβακουμ ὁ προφήτης
ἕως τίνος κύριε κεκράξομαι καὶ οὐ μὴ εἰσακούση̨ς βοήσομαι πρὸς σὲ ἀδικούμενος καὶ οὐ σώσεις
ἵνα τί μοι ἔδειξας κόπους καὶ πόνους ἐπιβλέπειν ταλαιπωρίαν καὶ ἀσέβειαν ἐξ ἐναντίας μου γέγονεν κρίσις καὶ ὁ κριτὴς λαμβάνει
διὰ του̃το διεσκέδασται νόμος καὶ οὐ διεξάγεται εἰς τέλος κρίμα ὅτι ὁ ἀσεβὴς καταδυναστεύει τὸν δίκαιον ἕνεκεν τούτου ἐξελεύσεται τὸ κρίμα διεστραμμένον
ἴδετε οἱ καταφρονηταί καὶ ἐπιβλέψατε καὶ θαυμάσατε θαυμάσια καὶ ἀφανίσθητε διότι ἔργον ἐγὼ ἐργάζομαι ἐν ται̃ς ἡμέραις ὑμω̃ν ὃ οὐ μὴ πιστεύσητε ἐάν τις ἐκδιηγη̃ται
διότι ἰδοὺ ἐγὼ ἐξεγείρω ἐφ' ὑμα̃ς τοὺς Χαλδαίους τοὺς μαχητάς τὸ ἔθνος τὸ πικρὸν καὶ τὸ ταχινὸν τὸ πορευόμενον ἐπὶ τὰ πλάτη τη̃ς γη̃ς του̃ κατακληρονομη̃σαι σκηνώματα οὐκ αὐτου̃
φοβερὸς καὶ ἐπιφανής ἐστιν ἐξ αὐτου̃ τὸ κρίμα αὐτου̃ ἔσται καὶ τὸ λη̃μμα αὐτου̃ ἐξ αὐτου̃ ἐξελεύσεται
καὶ ἐξαλου̃νται ὑπὲρ παρδάλεις οἱ ἵπποι αὐτου̃ καὶ ὀξύτεροι ὑπὲρ τοὺς λύκους τη̃ς 'Αραβίας καὶ ἐξιππάσονται οἱ ἱππει̃ς αὐτου̃ καὶ ὁρμήσουσιν μακρόθεν καὶ πετασθήσονται ὡς ἀετὸς πρόθυμος εἰς τὸ φαγει̃ν
συντέλεια εἰς ἀσεβει̃ς ἥξει ἀνθεστηκότας προσώποις αὐτω̃ν ἐξ ἐναντίας καὶ συνάξει ὡς ἄμμον αἰχμαλωσίαν
10 καὶ αὐτὸς ἐν βασιλευ̃σιν ἐντρυφήσει καὶ τύραννοι παίγνια αὐτου̃ καὶ αὐτὸς εἰς πα̃ν ὀχύρωμα ἐμπαίξεται καὶ βαλει̃ χω̃μα καὶ κρατήσει αὐτου̃
11 τότε μεταβαλει̃ τὸ πνευ̃μα καὶ διελεύσεται καὶ ἐξιλάσεται αὕτη ἡ ἰσχὺς τω̨̃ θεω̨̃ μου
12 οὐχὶ σὺ ἀπ' ἀρχη̃ς κύριε ὁ θεὸς ὁ ἅγιός μου καὶ οὐ μὴ ἀποθάνωμεν κύριε εἰς κρίμα τέταχας αὐτόν καὶ ἔπλασέν με του̃ ἐλέγχειν παιδείαν αὐτου̃
13 καθαρὸς ὀφθαλμὸς του̃ μὴ ὁρα̃ν πονηρά καὶ ἐπιβλέπειν ἐπὶ πόνους οὐ δυνήση̨ ἵνα τί ἐπιβλέπεις ἐπὶ καταφρονου̃ντας παρασιωπήση̨ ἐν τω̨̃ καταπίνειν ἀσεβη̃ τὸν δίκαιον
14 καὶ ποιήσεις τοὺς ἀνθρώπους ὡς τοὺς ἰχθύας τη̃ς θαλάσσης καὶ ὡς τὰ ἑρπετὰ τὰ οὐκ ἔχοντα ἡγούμενον
15 συντέλειαν ἐν ἀγκίστρω̨ ἀνέσπασεν καὶ εἵλκυσεν αὐτὸν ἐν ἀμφιβλήστρω̨ καὶ συνήγαγεν αὐτὸν ἐν ται̃ς σαγήναις αὐτου̃ ἕνεκεν τούτου εὐφρανθήσεται καὶ χαρήσεται ἡ καρδία αὐτου̃
16 ἕνεκεν τούτου θύσει τη̨̃ σαγήνη̨ αὐτου̃ καὶ θυμιάσει τω̨̃ ἀμφιβλήστρω̨ αὐτου̃ ὅτι ἐν αὐτοι̃ς ἐλίπανεν μερίδα αὐτου̃ καὶ τὰ βρώματα αὐτου̃ ἐκλεκτά
17 διὰ του̃το ἀμφιβαλει̃ τὸ ἀμφίβληστρον αὐτου̃ καὶ διὰ παντὸς ἀποκτέννειν ἔθνη οὐ φείσεται
Свернуть
Страх Божий, как видим, не исключает дерзновения, с которым Аввакум задаёт Творцу свои вопросы. Кому-то они могли бы показаться неблагочестивыми...  Читать далее

Страх Божий, как видим, не исключает дерзновения, с которым Аввакум задаёт Творцу свои вопросы. Кому-то они могли бы показаться неблагочестивыми, ведь можно расценить и так, что Аввакум, требуя у Господа ответа, вроде бы бросает Ему вызов. А между тем Он не отвергает вопросы Аввакума и отвечает на них. И здесь мы неожиданно открываем для себя, что Господь не закрывается от нас, Он готов дать ответы на любые наши трудные вопросы, если мы готовы услышать и понять их. Мало того, Он не только хочет, чтобы мы постигали и принимали Его волю, но и не отвергает наше желание вести диалог с Ним. В конце концов, это Он наделил человека разумом, а Его дары даны нам не для того, чтобы мы гноили их в дальнем углу кладовки.

Другое дело, что одного лишь человеческого разума для постижения высшей мудрости недостаточно, необходимо доверие к Тому, Чей разум неизмеримо выше. Ведь то, что Господь нам открывает, нашему сознанию часто трудно усвоить.

Доверие Богу тем более необходимо, что закон, на который до сих пор опирались благочестивые, назван потерявшим силу. Закон, конечно же, не стал от этого несостоятельным, но его постоянное нарушение значительно ослабило возможность его полноценного действия. За это придётся расплачиваться: на смену прежнему злу, ставшему привычным, новое зло принесут халдеи. В их лице нарушители ослабленного закона столкнутся с поклоняющимися понятным земным вещам “стихийными материалистами”. Их богом названа сила, они поклоняются тому, что служит усилению их могущества. Язычники-халдеи сравниваются с рыболовами, сетью ловящими людей и отправляющими в рабство, и нам парадоксально вспоминается призыв Христа быть ловцами человеков, обращённый к галилейским рыбакам. Но те, кто согласился быть уловленным сетями апостолов, избавляются от сетей греховного рабства.

Свернуть
 
На Авв 1:1-17
τὸ λη̃μμα ὃ εἰ̃δεν Αμβακουμ ὁ προφήτης
ἕως τίνος κύριε κεκράξομαι καὶ οὐ μὴ εἰσακούση̨ς βοήσομαι πρὸς σὲ ἀδικούμενος καὶ οὐ σώσεις
ἵνα τί μοι ἔδειξας κόπους καὶ πόνους ἐπιβλέπειν ταλαιπωρίαν καὶ ἀσέβειαν ἐξ ἐναντίας μου γέγονεν κρίσις καὶ ὁ κριτὴς λαμβάνει
διὰ του̃το διεσκέδασται νόμος καὶ οὐ διεξάγεται εἰς τέλος κρίμα ὅτι ὁ ἀσεβὴς καταδυναστεύει τὸν δίκαιον ἕνεκεν τούτου ἐξελεύσεται τὸ κρίμα διεστραμμένον
ἴδετε οἱ καταφρονηταί καὶ ἐπιβλέψατε καὶ θαυμάσατε θαυμάσια καὶ ἀφανίσθητε διότι ἔργον ἐγὼ ἐργάζομαι ἐν ται̃ς ἡμέραις ὑμω̃ν ὃ οὐ μὴ πιστεύσητε ἐάν τις ἐκδιηγη̃ται
διότι ἰδοὺ ἐγὼ ἐξεγείρω ἐφ' ὑμα̃ς τοὺς Χαλδαίους τοὺς μαχητάς τὸ ἔθνος τὸ πικρὸν καὶ τὸ ταχινὸν τὸ πορευόμενον ἐπὶ τὰ πλάτη τη̃ς γη̃ς του̃ κατακληρονομη̃σαι σκηνώματα οὐκ αὐτου̃
φοβερὸς καὶ ἐπιφανής ἐστιν ἐξ αὐτου̃ τὸ κρίμα αὐτου̃ ἔσται καὶ τὸ λη̃μμα αὐτου̃ ἐξ αὐτου̃ ἐξελεύσεται
καὶ ἐξαλου̃νται ὑπὲρ παρδάλεις οἱ ἵπποι αὐτου̃ καὶ ὀξύτεροι ὑπὲρ τοὺς λύκους τη̃ς 'Αραβίας καὶ ἐξιππάσονται οἱ ἱππει̃ς αὐτου̃ καὶ ὁρμήσουσιν μακρόθεν καὶ πετασθήσονται ὡς ἀετὸς πρόθυμος εἰς τὸ φαγει̃ν
συντέλεια εἰς ἀσεβει̃ς ἥξει ἀνθεστηκότας προσώποις αὐτω̃ν ἐξ ἐναντίας καὶ συνάξει ὡς ἄμμον αἰχμαλωσίαν
10 καὶ αὐτὸς ἐν βασιλευ̃σιν ἐντρυφήσει καὶ τύραννοι παίγνια αὐτου̃ καὶ αὐτὸς εἰς πα̃ν ὀχύρωμα ἐμπαίξεται καὶ βαλει̃ χω̃μα καὶ κρατήσει αὐτου̃
11 τότε μεταβαλει̃ τὸ πνευ̃μα καὶ διελεύσεται καὶ ἐξιλάσεται αὕτη ἡ ἰσχὺς τω̨̃ θεω̨̃ μου
12 οὐχὶ σὺ ἀπ' ἀρχη̃ς κύριε ὁ θεὸς ὁ ἅγιός μου καὶ οὐ μὴ ἀποθάνωμεν κύριε εἰς κρίμα τέταχας αὐτόν καὶ ἔπλασέν με του̃ ἐλέγχειν παιδείαν αὐτου̃
13 καθαρὸς ὀφθαλμὸς του̃ μὴ ὁρα̃ν πονηρά καὶ ἐπιβλέπειν ἐπὶ πόνους οὐ δυνήση̨ ἵνα τί ἐπιβλέπεις ἐπὶ καταφρονου̃ντας παρασιωπήση̨ ἐν τω̨̃ καταπίνειν ἀσεβη̃ τὸν δίκαιον
14 καὶ ποιήσεις τοὺς ἀνθρώπους ὡς τοὺς ἰχθύας τη̃ς θαλάσσης καὶ ὡς τὰ ἑρπετὰ τὰ οὐκ ἔχοντα ἡγούμενον
15 συντέλειαν ἐν ἀγκίστρω̨ ἀνέσπασεν καὶ εἵλκυσεν αὐτὸν ἐν ἀμφιβλήστρω̨ καὶ συνήγαγεν αὐτὸν ἐν ται̃ς σαγήναις αὐτου̃ ἕνεκεν τούτου εὐφρανθήσεται καὶ χαρήσεται ἡ καρδία αὐτου̃
16 ἕνεκεν τούτου θύσει τη̨̃ σαγήνη̨ αὐτου̃ καὶ θυμιάσει τω̨̃ ἀμφιβλήστρω̨ αὐτου̃ ὅτι ἐν αὐτοι̃ς ἐλίπανεν μερίδα αὐτου̃ καὶ τὰ βρώματα αὐτου̃ ἐκλεκτά
17 διὰ του̃το ἀμφιβαλει̃ τὸ ἀμφίβληστρον αὐτου̃ καὶ διὰ παντὸς ἀποκτέννειν ἔθνη οὐ φείσεται
Свернуть
Книги малых пророков, которые мы читаем уже несколько дней, раскрывают духовную подоплеку событий истории Израиля...  Читать далее

Книги малых пророков, которые мы читаем уже несколько дней, раскрывают духовную подоплеку событий истории Израиля. Софония говорил о грядущем суде Божием над всеми народами. Наум — о том, что Ассирия, исполняющая Божий приговор Израилю, не избегнет суда над ней. Аввакум обнаруживает аналогичную роль Вавилона (Халдеи) — но уже по отношению к Южному Царству, Иудее. Замечательно, что Аввакум задает Богу вопросы и получает ответы.

Первый вопрос продиктован недоумением: почему злодейство глумится над праведностью? Ответ оказывается удивительным для самого пророка: Бог Сам воздвиг этот народ, халдеев, для совершения Божиего суда. Тогда Аввакум задает второй вопрос: разве это правильно, что языческий народ так возвышается над людьми, исповедующими Единого Бога? Как может Бог спокойно взирать на происходящее насилие? Подождем ответа до завтра...

Свернуть
 
На Авв 2:1-20
ἐπὶ τη̃ς φυλακη̃ς μου στήσομαι καὶ ἐπιβήσομαι ἐπὶ πέτραν καὶ ἀποσκοπεύσω του̃ ἰδει̃ν τί λαλήσει ἐν ἐμοὶ καὶ τί ἀποκριθω̃ ἐπὶ τὸν ἔλεγχόν μου
καὶ ἀπεκρίθη πρός με κύριος καὶ εἰ̃πεν γράψον ὅρασιν καὶ σαφω̃ς ἐπὶ πυξίον ὅπως διώκη̨ ὁ ἀναγινώσκων αὐτά
διότι ἔτι ὅρασις εἰς καιρὸν καὶ ἀνατελει̃ εἰς πέρας καὶ οὐκ εἰς κενόν ἐὰν ὑστερήση̨ ὑπόμεινον αὐτόν ὅτι ἐρχόμενος ἥξει καὶ οὐ μὴ χρονίση̨
ἐὰν ὑποστείληται οὐκ εὐδοκει̃ ἡ ψυχή μου ἐν αὐτω̨̃ ὁ δὲ δίκαιος ἐκ πίστεώς μου ζήσεται
ὁ δὲ κατοινωμένος καὶ καταφρονητὴς ἀνὴρ ἀλαζών οὐδὲν μὴ περάνη̨ ὃς ἐπλάτυνεν καθὼς ὁ ἅ̨δης τὴν ψυχὴν αὐτου̃ καὶ οὑ̃τος ὡς θάνατος οὐκ ἐμπιπλάμενος καὶ ἐπισυνάξει ἐπ' αὐτὸν πάντα τὰ ἔθνη καὶ εἰσδέξεται πρὸς αὐτὸν πάντας τοὺς λαούς
οὐχὶ ταυ̃τα πάντα παραβολὴν κατ' αὐτου̃ λήμψονται καὶ πρόβλημα εἰς διήγησιν αὐτου̃ καὶ ἐρου̃σιν οὐαὶ ὁ πληθύνων ἑαυτω̨̃ τὰ οὐκ ὄντα αὐτου̃ ἕως τίνος καὶ βαρύνων τὸν κλοιὸν αὐτου̃ στιβαρω̃ς
ὅτι ἐξαίφνης ἀναστήσονται δάκνοντες αὐτόν καὶ ἐκνήψουσιν οἱ ἐπίβουλοί σου καὶ ἔση̨ εἰς διαρπαγὴν αὐτοι̃ς
διότι σὺ ἐσκύλευσας ἔθνη πολλά σκυλεύσουσίν σε πάντες οἱ ὑπολελειμμένοι λαοὶ δι' αἵματα ἀνθρώπων καὶ ἀσεβείας γη̃ς καὶ πόλεως καὶ πάντων τω̃ν κατοικούντων αὐτήν
ὠ̃ ὁ πλεονεκτω̃ν πλεονεξίαν κακὴν τω̨̃ οἴκω̨ αὐτου̃ του̃ τάξαι εἰς ὕψος νοσσιὰν αὐτου̃ του̃ ἐκσπασθη̃ναι ἐκ χειρὸς κακω̃ν
10 ἐβουλεύσω αἰσχύνην τω̨̃ οἴκω̨ σου συνεπέρανας λαοὺς πολλούς καὶ ἐξήμαρτεν ἡ ψυχή σου
11 διότι λίθος ἐκ τοίχου βοήσεται καὶ κάνθαρος ἐκ ξύλου φθέγξεται αὐτά
12 οὐαὶ ὁ οἰκοδομω̃ν πόλιν ἐν αἵμασιν καὶ ἑτοιμάζων πόλιν ἐν ἀδικίαις
13 οὐ ταυ̃τά ἐστιν παρὰ κυρίου παντοκράτορος καὶ ἐξέλιπον λαοὶ ἱκανοὶ ἐν πυρί καὶ ἔθνη πολλὰ ὠλιγοψύχησαν
14 ὅτι πλησθήσεται ἡ γη̃ του̃ γνω̃ναι τὴν δόξαν κυρίου ὡς ὕδωρ κατακαλύψει αὐτούς
15 ὠ̃ ὁ ποτίζων τὸν πλησίον αὐτου̃ ἀνατροπη̨̃ θολερα̨̃ καὶ μεθύσκων ὅπως ἐπιβλέπη̨ ἐπὶ τὰ σπήλαια αὐτω̃ν
16 πλησμονὴν ἀτιμίας ἐκ δόξης πίε καὶ σὺ καὶ διασαλεύθητι καὶ σείσθητι ἐκύκλωσεν ἐπὶ σὲ ποτήριον δεξια̃ς κυρίου καὶ συνήχθη ἀτιμία ἐπὶ τὴν δόξαν σου
17 διότι ἀσέβεια του̃ Λιβάνου καλύψει σε καὶ ταλαιπωρία θηρίων πτοήσει σε διὰ αἵματα ἀνθρώπων καὶ ἀσεβείας γη̃ς καὶ πόλεως καὶ πάντων τω̃ν κατοικούντων αὐτήν
18 τί ὠφελει̃ γλυπτόν ὅτι ἔγλυψαν αὐτό ἔπλασαν αὐτὸ χώνευμα φαντασίαν ψευδη̃ ὅτι πέποιθεν ὁ πλάσας ἐπὶ τὸ πλάσμα αὐτου̃ του̃ ποιη̃σαι εἴδωλα κωφά
19 οὐαὶ ὁ λέγων τω̨̃ ξύλω̨ ἔκνηψον ἐξεγέρθητι καὶ τω̨̃ λίθω̨ ὑψώθητι καὶ αὐτό ἐστιν φαντασία του̃το δέ ἐστιν ἔλασμα χρυσίου καὶ ἀργυρίου καὶ πα̃ν πνευ̃μα οὐκ ἔστιν ἐν αὐτω̨̃
20 ὁ δὲ κύριος ἐν ναω̨̃ ἁγίω̨ αὐτου̃ εὐλαβείσθω ἀπὸ προσώπου αὐτου̃ πα̃σα ἡ γη̃
Свернуть
Ответ, полученный Аввакумом, можно отнести не только к событиям его дней, но и ко всем тем временам, когда люди...  Читать далее

Ответ, полученный Аввакумом, можно отнести не только к событиям его дней, но и ко всем тем временам, когда люди будут пытаться повторять одно и то же. Тогда это были халдеи, оружием расширявшие пределы своих владений, но чуть позже и с ними произошло то же самое, что они несли другим, а далее одна за другой сменялись и рушились империи, основанные на насилии и завоеваниях. Так было до сих пор, и так будет, пока не прекратятся потуги на создание и расширение таких империй.

Но разве не продолжается в делах завоевателей то зло, что коренится в сердце “мирного” обывателя? Сильно ли отличается от желания завоевать ещё одну страну, скажем, желание хапнуть ещё одну комнату у соседа? Рассуждения типа “мы люди маленькие, это не про нас” не должны успокаивать. Нет, и большой грех, и не очень, как хотелось бы думать, великий — всё равно грех.

И вот посреди торжества беззакония, перед лицом утраты силы законом Господь раскрывает новые глубины своего Откровения. Слова «праведный своею верою жив будет», провозглающие первенство веры над законом, открывают человечеству возможность качественно новых шагов на духовном пути. Если сравнить, сколько раз слово вера упоминается в Ветхом и Новом завете, то мы увидим, что в Новом о вере говорится гораздо больше. Но оба завета взаимосвязаны, и надо видеть, что не на пустом месте прозвучала евангельская проповедь, она была подготовлена в ветхозаветные времена.

Среди обличений беззаконий неожиданно раздаётся пророчество о возмездии «за истребление устрашенных животных». Когда после потопа Господь отдал животный мир мир человеку для пропитания (Быт 9:2-4), Он провозгласил, что всё живущее должно страшиться человека, поставленного над природой. Но венцу творения оказалось мало наводить страх, он начал истреблять всё живое в количествах, неизмеримо превышающих необходимость поддержания его жизни.

Должно быть, во времена Аввакума не всем было легко понять смысл этого пророчества. Для нас же, современников экологического кризиса, свидетелей истребления целых видов, пророчество звучит особенно грозно.

Свернуть
 
На Авв 2:1-20
ἐπὶ τη̃ς φυλακη̃ς μου στήσομαι καὶ ἐπιβήσομαι ἐπὶ πέτραν καὶ ἀποσκοπεύσω του̃ ἰδει̃ν τί λαλήσει ἐν ἐμοὶ καὶ τί ἀποκριθω̃ ἐπὶ τὸν ἔλεγχόν μου
καὶ ἀπεκρίθη πρός με κύριος καὶ εἰ̃πεν γράψον ὅρασιν καὶ σαφω̃ς ἐπὶ πυξίον ὅπως διώκη̨ ὁ ἀναγινώσκων αὐτά
διότι ἔτι ὅρασις εἰς καιρὸν καὶ ἀνατελει̃ εἰς πέρας καὶ οὐκ εἰς κενόν ἐὰν ὑστερήση̨ ὑπόμεινον αὐτόν ὅτι ἐρχόμενος ἥξει καὶ οὐ μὴ χρονίση̨
ἐὰν ὑποστείληται οὐκ εὐδοκει̃ ἡ ψυχή μου ἐν αὐτω̨̃ ὁ δὲ δίκαιος ἐκ πίστεώς μου ζήσεται
ὁ δὲ κατοινωμένος καὶ καταφρονητὴς ἀνὴρ ἀλαζών οὐδὲν μὴ περάνη̨ ὃς ἐπλάτυνεν καθὼς ὁ ἅ̨δης τὴν ψυχὴν αὐτου̃ καὶ οὑ̃τος ὡς θάνατος οὐκ ἐμπιπλάμενος καὶ ἐπισυνάξει ἐπ' αὐτὸν πάντα τὰ ἔθνη καὶ εἰσδέξεται πρὸς αὐτὸν πάντας τοὺς λαούς
οὐχὶ ταυ̃τα πάντα παραβολὴν κατ' αὐτου̃ λήμψονται καὶ πρόβλημα εἰς διήγησιν αὐτου̃ καὶ ἐρου̃σιν οὐαὶ ὁ πληθύνων ἑαυτω̨̃ τὰ οὐκ ὄντα αὐτου̃ ἕως τίνος καὶ βαρύνων τὸν κλοιὸν αὐτου̃ στιβαρω̃ς
ὅτι ἐξαίφνης ἀναστήσονται δάκνοντες αὐτόν καὶ ἐκνήψουσιν οἱ ἐπίβουλοί σου καὶ ἔση̨ εἰς διαρπαγὴν αὐτοι̃ς
διότι σὺ ἐσκύλευσας ἔθνη πολλά σκυλεύσουσίν σε πάντες οἱ ὑπολελειμμένοι λαοὶ δι' αἵματα ἀνθρώπων καὶ ἀσεβείας γη̃ς καὶ πόλεως καὶ πάντων τω̃ν κατοικούντων αὐτήν
ὠ̃ ὁ πλεονεκτω̃ν πλεονεξίαν κακὴν τω̨̃ οἴκω̨ αὐτου̃ του̃ τάξαι εἰς ὕψος νοσσιὰν αὐτου̃ του̃ ἐκσπασθη̃ναι ἐκ χειρὸς κακω̃ν
10 ἐβουλεύσω αἰσχύνην τω̨̃ οἴκω̨ σου συνεπέρανας λαοὺς πολλούς καὶ ἐξήμαρτεν ἡ ψυχή σου
11 διότι λίθος ἐκ τοίχου βοήσεται καὶ κάνθαρος ἐκ ξύλου φθέγξεται αὐτά
12 οὐαὶ ὁ οἰκοδομω̃ν πόλιν ἐν αἵμασιν καὶ ἑτοιμάζων πόλιν ἐν ἀδικίαις
13 οὐ ταυ̃τά ἐστιν παρὰ κυρίου παντοκράτορος καὶ ἐξέλιπον λαοὶ ἱκανοὶ ἐν πυρί καὶ ἔθνη πολλὰ ὠλιγοψύχησαν
14 ὅτι πλησθήσεται ἡ γη̃ του̃ γνω̃ναι τὴν δόξαν κυρίου ὡς ὕδωρ κατακαλύψει αὐτούς
15 ὠ̃ ὁ ποτίζων τὸν πλησίον αὐτου̃ ἀνατροπη̨̃ θολερα̨̃ καὶ μεθύσκων ὅπως ἐπιβλέπη̨ ἐπὶ τὰ σπήλαια αὐτω̃ν
16 πλησμονὴν ἀτιμίας ἐκ δόξης πίε καὶ σὺ καὶ διασαλεύθητι καὶ σείσθητι ἐκύκλωσεν ἐπὶ σὲ ποτήριον δεξια̃ς κυρίου καὶ συνήχθη ἀτιμία ἐπὶ τὴν δόξαν σου
17 διότι ἀσέβεια του̃ Λιβάνου καλύψει σε καὶ ταλαιπωρία θηρίων πτοήσει σε διὰ αἵματα ἀνθρώπων καὶ ἀσεβείας γη̃ς καὶ πόλεως καὶ πάντων τω̃ν κατοικούντων αὐτήν
18 τί ὠφελει̃ γλυπτόν ὅτι ἔγλυψαν αὐτό ἔπλασαν αὐτὸ χώνευμα φαντασίαν ψευδη̃ ὅτι πέποιθεν ὁ πλάσας ἐπὶ τὸ πλάσμα αὐτου̃ του̃ ποιη̃σαι εἴδωλα κωφά
19 οὐαὶ ὁ λέγων τω̨̃ ξύλω̨ ἔκνηψον ἐξεγέρθητι καὶ τω̨̃ λίθω̨ ὑψώθητι καὶ αὐτό ἐστιν φαντασία του̃το δέ ἐστιν ἔλασμα χρυσίου καὶ ἀργυρίου καὶ πα̃ν πνευ̃μα οὐκ ἔστιν ἐν αὐτω̨̃
20 ὁ δὲ κύριος ἐν ναω̨̃ ἁγίω̨ αὐτου̃ εὐλαβείσθω ἀπὸ προσώπου αὐτου̃ πα̃σα ἡ γη̃
Свернуть
А вот и ответ на вчерашний вопрос, и опять неожиданный. Превозношение над другими уже несет в себе зародыш своего...  Читать далее

А вот и ответ на вчерашний вопрос, и опять неожиданный. Превозношение над другими уже несет в себе зародыш своего наказания, будущего падения. Потому что только Бог велик, только Он может быть превознесен, все остальные человеческие возвышения — узурпация, ни на чем не основанная гордыня. И это неизбежно рухнет. Город не может устоять на крови, счастье не может быть оплачено горем другого человека, в надменности нет мира душе, а вера несет в себе жизнь.

Свернуть

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).