Мысли вслух на Мф 14:1-13
Когда молитвенно размышляешь об образе Иоанна Крестителя, словно бы сосредоточиваешь взор на его иконе, то понимаешь, что это какой-то совсем особый человек. Ведь в Евангелии встречается много замечательных людей, добрых и искренно любивших Господа… Но в Иоанне есть нечто такое, что словно бы отделяет его от всех, ставит немножко в стороне. «Из рождённых жёнами не восставал больший Иоанна Крестителя…» (Мф 11:11) — наверное, именно здесь кроется причина этого чувства недосягаемости, отдалённости.
Но всё-таки он был только человеком. Есть ещё один человек, перед которым у нас возникает подобное чувство недосягаемости, — Мария. Она просто женщина, но в то же время Она гораздо больше любой женщины, ибо носила в Своей утробе Сына Самого Бога. Вот что роднит этих двух людей, помимо родства по крови. Но не только это; оба они стали теми, через кого осуществилось рождение Христа: во плоти — через Марию, а в Духе — через Иоанна. И оба они при этом ощущали себя смиренными, недостойными свидетелями чуда, совершающегося на их глазах.
Наверное, именно поэтому в центре деисусного чина располагаются эти три иконы: Мария, Спаситель, Иоанн. И становятся как-то особенно понятными слова молитвословия: «Якоже сродством естественным и молитвенным согласием, едино вы суще, Мати всех Царя и Божественный Предтече, мольбу сотворите вкупе о рабе, зело прогневавшем Благомилостиваго, яко да ущедрит и спасет, вашими преклонься ходатайствы и огненнаго родства изменит мя.»