Вся Библия
King James version (en)

Joshua, Chapter 3,  verses 7-17

And the LORD said unto Joshua, This day will I begin to magnify thee in the sight of all Israel, that they may know that, as I was with Moses, so I will be with thee.
And thou shalt command the priests that bear the ark of the covenant, saying, When ye are come to the brink of the water of Jordan, ye shall stand still in Jordan.
And Joshua said unto the children of Israel, Come hither, and hear the words of the LORD your God.
10 And Joshua said, Hereby ye shall know that the living God is among you, and that he will without fail drive out from before you the Canaanites, and the Hittites, and the Hivites, and the Perizzites, and the Girgashites, and the Amorites, and the Jebusites.
11 Behold, the ark of the covenant of the Lord of all the earth passeth over before you into Jordan.
12 Now therefore take you twelve men out of the tribes of Israel, out of every tribe a man.
13 And it shall come to pass, as soon as the soles of the feet of the priests that bear the ark of the LORD, the Lord of all the earth, shall rest in the waters of Jordan, that the waters of Jordan shall be cut off from the waters that come down from above; and they shall stand upon an heap.
14 And it came to pass, when the people removed from their tents, to pass over Jordan, and the priests bearing the ark of the covenant before the people;
15 And as they that bare the ark were come unto Jordan, and the feet of the priests that bare the ark were dipped in the brim of the water, (for Jordan overfloweth all his banks all the time of harvest,)
16 That the waters which came down from above stood and rose up upon an heap very far from the city Adam, that is beside Zaretan: and those that came down toward the sea of the plain, even the salt sea, failed, and were cut off: and the people passed over right against Jericho.
17 And the priests that bare the ark of the covenant of the LORD stood firm on dry ground in the midst of Jordan, and all the Israelites passed over on dry ground, until all the people were passed clean over Jordan.
Читать далее:Joshua, Chapter 4
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

3  The people decamp from Shittim, and are directed to follow the ark, and sanctify themselves, Jos 3:1-5.
The priests are ordered to go first, Jos 3:6.
Joshua being encouraged and directed as God, tells the people what God is about to do, Jos 3:7-13.
Jordan is divided, and Israel marches through, Jos 3:14-17.

3:7 Magnify thee - That is, to gain thee authority among them, as the person whom I have set in Moses's stead, and by whom I will conduct them to the possession of the promised land.

3:8 The brink - Heb. to the extremity, so far as the river then spread itself, which was now more than ordinary, Jos 3:15.In Jordan - Within the waters of Jordan, in the first entrance into the river; Where they stood for a season, 'till the river was divided, and then they went into the midst of it, and there abode 'till all the people were passed over.

3:9 Come hither - To the ark or tabernacle, the place of public assemblies. The Lord your God - Who is now about to give a proof that he is both the Lord, the omnipotent governor of heaven and earth, and all creatures; and your God, in covenant with you, having a tender care and affection for you.

3:10 Ye shall know - By experience and sensible evidence.The living God - Not a dull, dead, senseless God, such as the gods of the nations are; but a God of life, and power, and activity to watch over you, and work for you. Among you - Is present with you to strengthen and help you.

3:12 Twelve men - For the work described, Jos 4:2-3.

3:13 The ark of the Lord - That so it may appear this is the Lord's doing, and that in pursuance of his covenant made with Israel. Of all the earth - The Lord of all this globe of earth and water, who therefore can dispose of this river and the adjoining land as he pleaseth.Cut off - The waters which now are united now shall be divided, and part shall flow down the channel towards the dead sea, and the other part that is nearer the spring of the river, and flows down from it, shall stand still.An heap - Being as it were congealed, as the Red - Sea was, Exo 15:8, and so kept from overflowing the country.

3:15 All the time of harvest - This is meant not of wheat - harvest, but of the barley - harvest, as is manifest from their keeping the passover at their first entrance, Jos 5:10, which was kept on the fourteenth day of the first month, when they were to bring a sheaf of their first - fruits, which were of barley. So that this harvest in those hot countries fell very early in the spring, when rivers used to swell most; partly because of the rains which have fallen all the winter, partly because of the snows which melt and come into the rivers. And this time God chose that the miracle might be more glorious, more amazing and terrible to the Canaanites; and that the Israelites might be entertained at their first entrance with plentiful and comfortable provisions.

3:16 Adam - The city Adam being more obscure, is described by its nearness to a more known place, then eminent, but now unknown. The meaning is, that the waters were stopped in their course at that place, and so kept at a distance from the Israelites whilst they passed over.Against Jericho - Here God carried them over, because this part was,

  1. The strongest, as having in its neighbourhood an eminent city, a potentking, and a stout and war - like people.
  2. The most pleasant and fruitful, and therefore more convenient both forthe refreshment of the Israelites after their long and tedious marches, and for their encouragement.

3:17 Stood firm - That is, in one and the same place and posture; their feet neither moved by any waters moving in upon them, nor sinking into any mire, which one might think was at the bottom of the river. And this may be opposed to their standing on the bank of the water when they came to it, commanded, Jos 3:8, which was but for a while, 'till the waters were divided and gone away; and then they were to go farther, even into the midst of Jordan, where they are to stand constantly and fixedly, as this Hebrew word signifies, until all were passed over.The midst of Jordan - In the middle and deepest part of the river.

Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

3 Переход через Иордан и вступление в землю Ханаанскую являются событиями, как бы частично завершающими начавшееся со времени выхода из Египта становление народа Божия. Исполнение обетовании Божиих сопровождается знамениями как при Исходе, так и при вступлении в Землю Обетованную. Их параллелизм подчеркнут свящ. писателем (Ис Нав 3:7; Ис Нав 4:14, Ис Нав 4:23): Бог останавливает течение Иордана (Jos 3:7-4:18), как Он осушил Чермное море (Исх 14:5-31); как прежде в пустыне евреев вел огненный и облачный столп (Исх 13:21-22; Исх 14:10-20; Ис Нав 3:7), так теперь они следуют за ковчегом Божиим (Ис Нав 3:6-17; Ис Нав 4:10-11); обрезание, которое в кн Ис Нав приписывается народу Исхода, возобновляется для его потомков, родившихся в пустыне (Ис Нав 5:2-9); манна, служившая пищей в пустыне (Исх 16), перестает падать с момента вступления в Ханаан (Ис Нав 5:12) и Пасха празднуется в Галгале после второго "перехода" (Ис Нав 5:10), как она праздновалась в Египте перед первым (Исх 12:1-23; Исх 13:3-10). Полностью же свершатся обетования Божии в Страстях и Воскресении Христа (ср 1 Кор 10:1-3), а затем в крещении и вступлении верующих в Церковь, новый Израиль и истинную Землю Обетованную. Иисус Навин рассматривается святыми Отцами как прообраз Иисуса Христа, имя которого он носит: он был первым "спасителем" в эпоху земных исполнений Обетования.

3:10-13 Присутствие ковчега означало, что сила Господня пребывает в стане Израиля. Таким образом Сам Господь как бы вступает в Свою землю, обещанную Аврааму.

3:16 Сама природа открывает путь ковчегу. Это знамение нужно было, чтобы укрепить веру израильтян в то, что их брань согласна с волей Господней. Подобные перекрытия русла Иордана имели место и впоследствии. Так - согласно одному арабскому летописцу - в 1267 г. в результате колебания почвы произошел завал, задержавший течение Иордана на десять часов. Аналогичное явление имело место и в 1924 г. и в 1927 г. Этот естественный ход событий не лишает их провиденциального значения.

Кн Иисуса Навина в евр. тексте называется книгой «Иошуа», по имени центральной фигуры повествования. Иошуа (греч. ‘Ιησου̃ς) означает Ягве-спасение. Это имя, родственное по смыслу именам «Осия» и «Исайя», носило несколько ВЗ-ных лиц. По повелению Божию оно было дано и Тому, Кто явился истинным Спасителем мира (Лк 1:31).

При чтении кн Ис Нав следует иметь в виду три важнейших ее аспекта.

1. Книга была написана, по мнению многих западных библеистов, в эпоху плена — эпоху покаяния. В ней утверждается, что контакты с язычниками и измена вере были главной причиной всех бедствий народа и его изгнания. Поэтому сказания о переселении в Ханаан даны в рамках определенной богословской схемы, но историческая достоверность главных описываемых в ней событий подтверждается данными археологии. Израильтяне представлены непримиримыми врагами язычества. Они не вступают в союзы с хананеями, а изгоняют их из городов, другие же города предают заклятию. Они шествуют по стране под покровительством Ягве, Который предрешил участь нечестивых хананеев. Завоевав Землю Обетованную, Иисус Новин разделяет ее на уделы по числу колен Израилевых. Одноко все это не столько отражение действительной истории, сколько идеальная картина, назначение которой — показать далеким потомкам завоевателей, что Бог был с ними, пока они строго блюли свою веру и не вступали в связь с язычниками.

В действительности же переселение в Ханаан происходило постепенно и не имело характера единой военной кампании. Иисус покорил несколько областей и городов, но распределение территории осуществлялось уже не им. В целом, Ханаан остался страной со смешанным израильско-ханаанским населением. Достаточно сказать, что Иерусалим находился в руках хананеев вплоть до времен Давида. Частые отпадения израильтян в язычество едва были бы возможны, если бы они являлись единственными обитателями Палестины. А отпадения эти происходили постоянно до самого плена (6 в. до Р.Х.). В свете Писаний пророков и НЗ грозная непримиримость Иисуса Навина к иноверцам получает чисто духовный смысл. Нравственный уровень людей того времени нельзя отождествлять с пророческой и тем более НЗ-ной этикой. Поэтому многие рассказы книг отражают представления полудиких кочевников, в сознании которых едва лишь забрезжили простейшие нравственные и религиозные понятия.

2. Некоторые элементы этой книги представляют собой, по всей вероятности, записи устных преданий героического эпоса (записаны они возможно еще между 11 и 10 вв). В них, несомненно, зафиксирован ряд верных воспоминаний об основных событиях времен Иисуса Навина, что подтверждают археологические раскопки в Палестине (название «Палестина» происходит от «пелесет», филистимлян, живших на западном побережьи страны).

3. Религиозный смысл книги сводится к следующему: дар Божий не легко получить, оставаясь пассивным. Чтобы овладеть Землей Обетованной, Израиль допжен был собрать все свои силы и одолеть стоящие на пути препятствия. Это призыв к активности, без которой дар Божий остается недосягаемым. То же самое мы видели в истории борьбы Иакова с ангелом (Быт 32). Знамения, явившиеся во время вступления в Ханаан, символизируют небесную помощь тем, кто борется. Овладение землей есть прообраз вхождения в Царство Божие, которое требует усилий (Мф 11:12).

Книга Иисуса Навина делится на три части: а) завоевание Земли Обетованной (Ис Нав 1-12); б) распределение территории между коленами (Ис Нав 13-21); в) конец жизненного пути Иисуса Навина, в частности его последняя речь и собрание в Сихеме (Ис Нав 22-24). Девтерономической традиции вероятно принадлежат ретушь некоторых подробностей: (Ис Нав 1, Ис Нав 8, Ис Нав 10-12, Ис Нав 22, Ис Нав 23) и новая редакция гл. 24. Сохранение этой ретушированной главы, наряду с главой 23-й, испытавшей ее влияние, но написанной другим лицом, указывает на две последовательные редакции книги.

Завоевание всей Земли Обетованной представлено как результат совместных действий колен. Кн Судей (Суд 1) рисует несколько другую картину: в ней показано, как каждое колено самостоятельно боролось за свою территорию и нередко терпело неудачи; это предание иудейского происхождения, некоторые элементы которого встречаются среди географических сведений, данных в кн Ис Нав (Ис Нав 13:1-6; Ис Нав 14:6-15; Ис Нав 15:13-19; Ис Нав 17:12-18). Исходными пунктами завоевания юга Палестины были, по-видимому, Кадес и Негев, и осуществлялось оно главным образом отдельными группами, которые только постепенно включались в колено Иудино: потомками Халева, Кенеянами и сынами колена Симеонова. Центральная Палестина была завоевана группами, перешедшими Иордан под руководством Иисуса Навина и состоявшими из членов колен Ефремова-Манассиина и Вениаминова, тогда как утверждение на севере происходило медленнее. Освоение различных областей осуществлялось посредством завоевания или мирного проникновения или заключения союзов с тогдашними владельцами страны. Историческая роль Иисуса Навина в занятии Палестины с момента перехода через Иордан до собрания в Сихеме не подвергается сомнению. Принимая 1250 г за приблизительную дату Исхода, можно наметить следующую хронологию: вступление южных групп около 1250 г, занятие центральной Палестины группами, пришедшими из-за Иордана — начиная с 1225 г, экспансия северных групп около 1200 г до Р.Х.

Отцы Церкви видели в Иисусе Навиие прообраз Иисуса Христа: он носит то же спасительное имя; он ведет народ Божий через Иордан в Землю Обетованную, подобно тому как Христос вводит крещеных во имя Его в Царствие Божие; завоевание же и распределение территории были для них прообразами побед и распространения Церкви.

В перспективе ВЗ центральной темой книги является сама земля ханаанская: народ, нашедший в пустыне Бога, теперь получает от него землю. За израильтян сражается Сам Ягве (Ис Нав 23:3-10 и Ис Нав 24:11-12) и дает им в наследие страну, которую обещал их отцам (Ис Нав 23:5-11).

В еврейской Библии исторические книги (Иисуса Навина, Судей и Царств) называются «Небиии ришоним». т.е. «Ранние пророки», в противоположность «Поздним пророкам»: Исайе, Иеремии, Иезёкиилю, Даниилу и двенадцати «малым пророкам». Предание приписывало их составление пророкам: Иисусу Навину, Самуилу и Иеремии. Уже само название этих книг свидетельствует о том, что составители не являются историками в древнем и, тем более, современном смысле слова. Они — глашатаи Слова Божия, избравшие главной темой своих книг отношение Израиля с Ягве, его верность или неверность — неверность в особенности — Богу Завета. Приводя примеры из прошлого, они излагают религиозное учение, выступают как пророки и наставники народа. Их интересуют не столько минувшие события, сколько уроки, которые можно из них извлечь.

Однако назидательный характер «Ранних пророков» не лишает их повествование исторической ценности. Составители этих книг опираются на обширный материал первостепенной важности и значения. Это не только устные рассказы и древний эпос, но и биографии великих людей Израиля, написанные вскоре после их кончины, а также государственные летописи Израильского и Иудейского царств, на которые свящ. писатели часто ссылаются (Sa2 1:18; Ki1 11:41; Ki1 14:19; ср Ch2 27:7).

Исторические книги составляют одно целое, завершенное не ранее 562 г до Р.Х. (Ki2 25:27). В Библии они следуют непосредственно за Пятикнижием: в конце кн Втор Иисус Навин указан как преемник Моисея, а события кн Ис Нав начинаются как раз на другой день после смерти законодателя Израиля.

Духовный смысл сборника можно кратко сформулировать следующим образом: Ягве, положив начало существованию Своего народа, ведет его по пути восхождения к тому времени, когда Он окончательно воцарится в мире (Царство Божие). Для этого Он отдает Израилю Землю Обетованную, поставляет Давида монархом и обещает его потомку вечную власть в эсхатологическом Царстве. Но в то же время составители исторических книг сурово и беспощадно обличают народ Божий за его неверность Завету. Эта неверность является прямой причиной тех бедствий, которые обрушиваются на Израиль. Таким образом история превращается в урок и предупреждение. Она содержит призыв к покаянию, который с особой силой прозвучал в эпоху плена Вавилонского.

Второзаконие исторически обосновало учение об избранности Израиля и определило вытекающее отсюда его теократическое устройство; вслед затем кн Ис Нав рассказывает о поселении избранного народа в Обетованной Земле, кн Судей излагает чередование отступничеств и помилований, 1 и 2 кн Царств повествуют о кризисе, приведшем к установлению царской власти и подвергшем опасности теократический идеал, который затем осуществляется при Давиде; 3 и 4 кн Царств описывают упадок, начавшийся при Соломоне: несмотря на благочестие некоторых царей, произошел целый ряд отступничеств, за которые Бог покарал Свой народ.

Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

3  Гл. 3-4. Они содержат изображение одного события, ознаменованного чудесным проявлением божественного всемогущества. Сообразно с важностью события, библейский повествователь излагает его с особенной обстоятельностью и по особому плану. После указания предварительных распоряжений, касавшихся всего народа и в частности священников (3:2-6), священный писатель последовательно изображает три особые явления, которыми ознаменовался переход израильтян через Иордан. Первое относится к началу события (3:7-17), второе совершилось после перехода через Иордан народа (4:1-14), третьим ознаменовался конец события (4:15-24). Изображение каждого из этих знаменательных явлений начинается изложением божественного повеления (3:7-8; 4:1-3,15-16), зачем следует передача последнего народу (3:9-13; 4:4-7,17) и его исполнение (3:14-17; 4:8-14; 18-20), служащее вместе с тем повествованием о том, как совершилось самое событие. Заключением всего повествования служит данное самим Иисусом Навином объяснение цели, с какой увековечивается это событие, как имеющее высокую важность и для израильского народа и всех народов земли (4:21-24). Вследствие такого раздельного изложения явлений, которыми ознаменован был переход через Иордан, библейское повествование об этом событии, как совершившемся именно при действии божественного всемогущества, отличается особенной полнотой, выразительностью и законченностью и в целом, и в частях. Но вместе с этим в нем находятся и некоторые повторения, происшедшие, можно думать, оттого, что, изображая явления одного события, библейский писатель, вследствие тесной связи одного явления с другим, при изложении предшествующего касается отчасти и того, что относится собственно к последующему (ср. 3:6 с 3:14; 3:12 с 4:2; 4:11 с 4:18).

3:7 В излагаемом здесь откровении объясняется значение имеющего совершиться чудесного события для Иисуса Навина. Им начнется возвышение его в глазах всего народа как избранного Богом вождя, подобно Моисею, близкого к Господу и пользующегося Его всесильной помощью. Как для Моисея данная ему Господом сила чудотворения (Исх 4:1-8), особенно проявившаяся при Чермном море (14:31), служила свидетельством о божественном его посланничестве, так и для Иисуса Навина осушение русла Иордана имело значение такого же свидетельства.

3:8 Повеление священникам, несущим ковчег завета, остановиться, когда они подойдут к краю Иордана, дано с той целью, чтобы из необычайного действия на иорданскую воду, которое последует за этой остановкой, со всею очевидностью открылась чудодейственная сила Божия, исходящая от ковчега завета. При Моисее символом чудодейственной силы Божией был данный ему жезл. При Иисусе Навине место жезла заступает ковчег завета, служивший престолом Господа (Исх 25:22). «Когда есть установленные благодатные средства, тогда Господь соединяет с ними благодатные действия, ибо Он есть Бог порядка, не действующий произвольно в выборе своих посредств» (Keil [Кейль]. Iosua, 27). Как только войдете в воды Иордана, в славянской Библии: егда выйдете на часть воды Иордана, что служит передачей чтения большей части списков греч. перевода: ἐπὶ μέρους του̃ ὕδατοςВатиканском и некоторых других вместо μέρους читается μέσου — «на средину»). Выражение на часть воды служит переводом еврейских слов «ад кецэ мей», что буквально значит «на конец или край воды», т. е. когда священники войдут в воду у края или берега Иордана, каковое представление с большей ясностью выражено далее в ст. 13 и 15.

3:9-13 Чтобы необычайное дело божественного всемогущества произвело на израильский народ полное свое действие, Иисус Навин наперед всенародно объявляет о нем и объясняет его значение. Последнее для израильского народа состоит в удостоверении его в том, что среди него присутствует Бог живый, т. е. Бог, проявляющий Свое бытие в Божеских действиях, которым ничто в мире не может противиться (Иер 10:10) и что Он поэтому совершенно прогонит от израильтян жившие в Ханаане народы. В истинности этого убедился сам народ, когда он, следуя за ковчегом завета, Владыкой всей земли, увидит, как при вступлении несущих его священников в воду Иордана дно последнего осушится и вода, текущая сверху, станет подобно стене. Мысль об изгнании ханаанских народов выражена в 10 ст. по еврейскому тексту и греко-славянскому переводу в усиленной форме, состоящей в двукратном употреблении здесь глагола «изгонять» в двух различных формах, согласно с чем в славянской Библии сказано: потребляяй потребит. Читаемое в словах к народу (ст. 11 и 13), при наименовании ковчега завета, божественное имя Владыки всей земли3По еврейскому тексту в обоих стихах употреблено одно и то же слово: адон = владыка, как и передано оно по-русски в 13 ст.; вместо этого в 11 ст. переведено оно словом Господь, согласно с греко-славянским переводом. употреблено с той целью, чтобы напоминанием об этом владычестве Бога Израилева возбудить и укрепить веру народа в то, что предвозвещается ему.

3:12 Вместе с тем Иисус Навин повелел народу взять или избрать по одному человеку от каждого из 12 колен, не указывая при этом самого дела, которое они должны исполнить. Хотя последнее относилось к окончанию перехода через Иордан (4:1-5), распоряжение об этом сделано было перед его началом, так как в это время для народа всего удобнее было произвести выбор, а самые избранные, оставаясь вблизи израильского вождя, без замедления могли исполнить то, что им будет указано.

3:14-17 Излагается самый переход через Иордан, который совершился согласно со сделанными распоряжениями. Помимо выполнения последних, библейский писатель в изложение этого события вносит некоторые относящиеся к нему весьма важные подробности. Таково сообщаемое им сведение о том, что Иордан выступает из всех берегов своих во все дни жатвы пшеницы. Скобки, в которые заключены эти слова, не значат, что они заимствованы из славянского или греческого перевода. Приведенные слова находятся в еврейском тексте, как и во всех переводах, и составляют весьма важную часть библейского текста, указывающую именно на сверхъестественный характер этого события. Так как в то время, когда оно совершилось, «Иордан был полон по всем берегам своим» (буквально с еврейского) или наполняшеся во вся краи своя (славянская Библия), то израильский народ, переправлявшийся в полном своем составе, не мог перейти через реку во время ее полноводья по одному из бродов, находящихся близ Иерихона; и если этот переход совершился, то единственно потому, что дно Иордана было осушено всемогущею силою Владыки всей земли. Выступление Иордана из берегов бывает весной, во время жатвы, в апреле и в начале мая, когда оканчивается период дождей и начинается таяние снегов на Ермоне. Прибыль воды в Иордане и в ближайшее к настоящему время настолько значительно, что она наполняет глубокую ложбину, служащую руслом реки, до самых краев и заливает нижний берег, покрытый густой растительностью. Кроме этого нижнего берега Иордан имеет еще другую, выше лежащую его, береговую линию, а в некоторых местах — и третью, до которых в настоящее время не доходит наводнение, но которые образовались, конечно, вследствие бывших в древние времена более сильных наводнений. О таком сильном наводнении и говорит библейский писатель, употребляя выражение Иордан выступил из всех берегов своих, т. е. наполнил до края не только обыкновенное свое русло, но и вышележащие его берега. И в настоящее время глубина воды достигает во время наводнения до полутора сажень (от 10 до 12 футов) при сильном течении4Сведения об этом заимствованы из Cook. Commentary. II, 24 и Keil. Iosua. 29-30.. При таком поднятии воды пользование бродами было совершенно немыслимо, и если соглядатаи и некоторые другие в последующее время иногда, конечно, вплавь переправлялись через Иордан в первом месяце, когда он выступает из берегов, то это было настолько замечательным, что писатель кн. Паралипоменон (1 Пар 12:15) упоминает об этом при изображении храбрости сподвижников Давида.

Во все дни жатвы пшеницы — согласно с греко-славянским переводом: ὡσεὶ ἡμέραι θερισμου̃ πυρω̃ν. В еврейском тексте последним двум словам соответствует одно: кацир, значащее «жатва», без обозначения вида хлебных растений, как в других местах переведено это у LXX-ти, например в Быт 8:22; Лев 19:9 и др. Когда разумеется жатва именно пшеницы, к слову кацир прибавляется хиттим — «пшеница», например в Быт 30:14; Руфь 2:23. В данном месте кн. Иисуса Навина нет этого дополнения, а вместе с тем нет и основания видеть здесь указание на жатву именно пшеницы. Представление о последней тем менее уместно здесь, что переход через Иордан совершился в 10-й день первого месяца (4:19), соответствующего вообще апрелю, а жатва пшеницы в Палестине начинается вообще позднее этого — в мае5 Tristram. The natural history of the Bible. 1880, с. 488: «Жатва пшеницы, — говорится здесь, — начинается спустя около месяца после жатвы ячменя, обыкновенно в мае, хотя она может начинаться и несколько ранее в Иорданской долине», благодаря тропическому климату последней. Также определяется время жатвы пшеницы и у других исследователей. См., например, Riehm. Handwörterbuch des Biblischen Altertums. I, 21., что вполне соответствует и библейским указаниям (см. выше, к 2:6), по которым эта жатва следовала после жатвы ячменя (например, Руфь 2:23: доколе не окончилась жатва ячменя и жатва пшеницы), а жатва ячменя была вообще началом жатвы (2 Цар 21:9: в первые дни жатвы, в начале жатвы ячменя). На основании этого под всеми днями жатвы нужно разуметь вообще все время жатвы.

3:16  Вода стала стеною на весьма большое расстояние до города Адама, который подле Цартана. В каком месте Иорданской долины, вверх по течению священной реки, находился город Адам или Адом по переводу Симмаха и блаж. Иеронима, несомненно отличный от соименного с ним города в Неффалимовом колене (19:36), с точностью неизвестно. Из библейских указаний относительно Цартана, близ которого находился г. Адам, видно, что первый был недалеко от известного Беф-сана (3 Цар 4:12: и во всем Беф-сане, что близ Цартана), лежавшего на западной стороне Иорданской долины, в 11/2 часах пути от Иордана.

Видно далее, что он находился в окрестностях Иордана, где между Сокхофом и Цартаном устроено было литейное заведение царя Соломона (3 Цар 7:46; 2 Пар 4:17). На основами этих указаний и особенностей местности явилось предположение, что Цартану соответствует гора Курн Сартабэ (Sartabeh), которая возвышается на западно-иорданской стороне в расстоянии верст 20 от Иерихона, доходит почти до самого Цартана и, по-видимому, имеет продолжение в противолежащих горах, на восточной стороне Иордана. Город Адам или Адом полагается при этом вблизи Сартабэ, вверх по течению Иордана на восточной его стороне около Дамиэ (Keil. Iosua. 30; Cook. Commentary. II, 24; Riehm. Handwörterbuch. 1786, с. 25). Основанием для этого предположения служит частью некоторое сходство названий (Цартан и Сартабэ), частью свойство местности: Сартабэ, подобно Цартану, находится в той же вообще местности, в которой лежит Беф-сан; Сартабэ отдален от Иерихона на 20 верст, что вообще соответствует библейскому указанию: на весьма большое расстояние или «очень далеко»; положение русла Иордана у Сартабэ, охватываемого с обеих сторон горами, наиболее соответствовало остановке в этом месте течения Иордана. Хотя эта остановка совершилась по сверхъестественному действию божественной воли, но это действие не исключает употребления при этом и естественных посредств. Как для осушения Чермного моря Господь употребил сильный восточный ветер, так и при остановке течения Иордана могло быть избрано такое место, особенности которого могли послужить средством к выполнению божественной воли. В греко-славянском переводе вместо Цартана читается Кариафиарим: от Адама града даже до страны Кариафиарима (славянская Библия), что служит передачей чтения Комплютенской Полиглотты: ἀπὸ ’Αδαμὶ τη̃ς πόλεως ἕως μέρους Καριαθιαρίμ6Этот греческий перевод не изначальный перевод LXX-ти: в древнейших греческих списках вместо приведенных слов читается: ἕως μέρους Καθιαριν по Ватиканскому списку = «до части Кафиэрина» или: ἕως μέρους Καριαθιαρίμ по Александрийскому списку; в других, позднейших: ἀπὸ ’Αδαμὶ (или: Δαμιν, Δαμμιμ) τη̃ς πόλεως ἡ ἔστιν ἕως μέρους Καριαθιαρίμ (Филд). Эти разночтения греческих списков показывают, как в позднейшее время исправляли первоначальный греческий перевод при помощи еврейского текста, под влиянием которого появились слова ’Δαμή или Δαμίν согласно с еврейским: до города Адама.. Названный в этих словах греко-славянского перевода город Кариафиарим, находившийся по их смыслу около Иордана, остается совершенно неизвестным; а известный Кириаф-Иарим находился вдали от этой долины к северо-западу от Иерусалима (см. 9:17). Поэтому, может быть, в некоторых из греческих списков это название города изменено под влиянием еврейского текста в Сарфан (Σαρθαν по сп. № 58). Во всяком случае чтение данного места по еврейскому тексту, несмотря на предположительный характер географического определения (города Адама и Цартана), дает более понятное представление относительно места остановки течения Иордана, чем греческий перевод в большей части его списков и согласующийся с ним славянский.

3:17 По осушенному на большое протяжение руслу Иордана одновременно могли переходить многие, избирая лучшие для этого места. Главная масса народа переходила против Иерихона. Священники же, несшие ковчег завета Господня, стояли на суше среди Иордана твердою ногою. Среди Иордана (по-еврейски беток гайарден) не значит непременно, что место, на котором стояли священники, находилось в середине осушенного русла реки. Еврейский предлог беток употреблялся и в значении «в», например, в Быт 9:21: в [беток] дому или шатре своем; Быт 18:24: во граде и др. места7См. еврейские словари Гезения или Фюрста.. Что в этом именно значении употреблен этот предлог в данном месте кн. Иисуса Навина, равно как в 4:3,5,9,10, это ясно видно из того, что, по 3:8,13,15, священники должны были остановиться с ковчегом завета и действительно остановились, как только вошли в воду Иордана, т. е. они стояли у берега разлившегося Иордана. А так как в библейском тексте нет указания на то, что при последовавшем затем осушении дна Иордана священники с ковчегом завета двинулись далее на середину реки, то поэтому нужно представлять их остававшимися во все время перехода израильтян через Иордан на том месте, где они остановились при своем вступлении в воду Иордана, т. е. у берега разлившейся реки, а не на середине ее, а вместе с этими приведенное еврейское выражение переводить: «в Иордане»8Дальнейшее подтверждение правильности этого понимания см. в объяснении к 4:9.. Что они без движения оставались на этом месте до окончания перехода всего народа через Иордан, на это указывает, нужно думать, и читаемое вслед за приведенными словами выражение твердою ногою, по-еврейски гакен, что современными гебраистами переводится: «твердо», без колебания. В славянской Библии это слово еврейского текста оставлено без перевода, как и в древнейших списках перевода LXX-ти, за исключением Амвросианского, в котором оно переведено через ετοιμη или ἐτοίμως (Swete) = «в готовности»; в других списках, в том числе и в Лукиановских, также через ἐτοίμως; у Акилы и Симмаха — через ἔτοιμοι = «готовые», у блаж. Иеронима accincti = «опоясанные», или «готовые». Общий смысл, выражаемый этими древними переводами состоит в том, что священники стояли на осушенном дне Иордана, готовые исполнять то, что им было указано, т. е. стояли спокойно, а по нынешнему переводу с еврейского — стояли твердо, не колеблясь, с уверенностью в своей безопасности.

О трех днях в ст. 2-м. Какие разумеются три дня, те ли, которые назначены были народными надзирателями в 1:11, или другие, как предполагают некоторые толкователи, представляется неясным. Древнее и наиболее распространенное понимание состояло в том, что здесь говорится об окончании трех дней, указанных надзирателями. При этом возникает, однако, затруднение относительно того, как совместить в эти три дня время отсутствия из стана соглядатаев, которые помимо времени, употребленного или на путешествие в Иерихон, пребывание там и возвращение в израильский стан, пробыли еще на горе три дня. Затруднение это устраняется обыкновенно тем предположением, что в счислении трех дней, проведенных соглядатаями на горе, нужно принимать неполные дни за полные, а именно: остальная часть того дня, в который соглядатаи из Силима пришли в Иерихон, принимается за первый день на том основании, что они вышли, по этому предположению, из Иерихона до начала ночи; затем 2-й целый день провели они на горе, а 3-го только первую половину, во вторую же возвратились в Ситтим. (В отечественной литературе это высказано у прот. М. Хераскова в «Обозрении исторических книг Ветхого Завета».) Такое счисление времени представляется неправдоподобным вследствие несоответствия его с библейским текстом, который с достаточной ясностью дает понять, что соглядатаи оставили дом Раави ночью: присланные от иерихонского царя во 2:2 говорят о них как пришедших в эту ночь; Раавь говорит равным образом о них, как о вышедших из города в сумерки перед закрытием городских ворот (5); а так как на самом деле они удалились из дома Раави уже после сумерек, т. е. по наступлении ночи, то первый день, проведенный соглядатаями вне израильского стана, не может, очевидно, входить в счисление 3-х дней, проведенных ими в горах. Затем, если допустить, что в последний из дней они оставили гору и возвратились к вечеру в Ситтим, то и при этом отсутствие соглядатаев из стана должно было продолжаться около 4-х дней. Так действительно и определяют количество этого времени некоторые из протестантских библеистов и при этом объясняют несовпадение его с тремя днями в 1:11 тем, что надежда Иисуса Навина на более быстрое исполнение соглядатаями порученного им дела не оправдалась по причине непредусмотренных затруднений, какие они встретили в Иерихоне. А что касается 3-х дней, указанных в 3:2, то под ними они разумеют отличные от 3-х дней, названных в 1:11, именно — дни, проведенные израильтянами на берегу Иордана, в продолжение которых делались разные приготовления к переходу (Keil. Iosua. С. 17, 25). И это объяснение нельзя признать удовлетворительным вследствие шаткости его оснований. Если счисление времени, проведенного соглядатаями вне израильского стана, в 4 дня оказывается довольно правдоподобным, то этого нельзя сказать относительно предполагаемой надежды Иисуса Навина на скорое возвращение посланных. Если бы действительно существовала такая надежда и под ее влиянием назначен был трехдневный срок для приготовления народа к переходу за Иордан, а затем эта надежда не осуществилась, то писатель книги сказал бы о промедлении израильтян в Ситтиме более 3-х дней, а не излагал бы обстоятельств возвращения соглядатаев и выступления народа из Ситтима так, как изображаются события при правильном их ходе, чуждом неожиданных задержек. Указать на ошибочность предположения израильского вождя в данном случае было бы для писателя не более трудно, чем для писателя Пятикнижия, который не умолчал о грехе Моисея (Чис 20:12; Втор 1:37 и др. места). Понимание слов через три дня в смысле указания на особые три дня, проведенные израильтянами на берегу Иордана, неправдоподобно вследствие такой же недостаточности оснований. Оно мотивируется потребностью новых приготовлений к переходу через Иордан, как выступивший в то время из берегов. Но приготовления к этому уже сделаны были в Ситтиме, где половодье Иордана не могло быть неизвестным израильтянам. Кроме того, новая остановка израильтян на три дня является несоответствующей божественному повелению именно о переходе через Иордан, требовавшему быстрого исполнения: встань, перейди через Иордан сей (1:2). Если бы при всем том израильтяне остановились еще на три дня на берегу Иордана, библейский писатель ясно указал бы на это, а не употребил бы такого выражения (через три дня), которое предполагает известным читателю, об окончании каких 3-х дней здесь говорится. Бесспорно, наиболее простой и естественный смысл имеют эти слова, если под тремя днями, об окончании которых говорится здесь, разуметь именно дни, указанные в 1:11. К такому пониманию явно располагает и та особенность библейского повествования, что как в начале 3-дневного срока по 1:11, народные надзиратели объявляют распоряжение израильского вождя, так и здесь (3:2), по окончании 3-х дней, они же выступают с объявлением нового распоряжения.

Но если, таким образом, мнение о том, что в 3:2 разумеются особые три дня, оказывается неправдоподобным, если таким же нужно считать и мнение о трех — не более — днях отсутствия соглядатаев из стана в Ситтиме, то каким образом библейский писатель, не разноглася с собой, мог говорить в 1:11 и 3:2 о трех днях, в продолжение которых совершилось между тем событие, продолжавшееся более трех дней? Возможность этого заключается в том представлении, что соглядатаи посланы были не одновременно с распоряжением о трех днях для приготовления к переходу за Иордан, а ранее этого. Основанием для такого представления служит то, что посольство соглядатаев не было следствием божественного повеления о переходе за Иордан, а внушено было другими соображениями. Это повеление, соединенное с обетованием божественной помощи, должно было внушить Иисусу Навину полную уверенность в завоевании Ханаанской земли, несмотря на противодействие врага. Тайное посольство соглядатаев обнаруживает между тем другое настроение. В нем видна некоторая неуверенность в занятии страны, опасения за успешность дальнейшего движения. Если обетование божественной помощи при завоевании Ханаана не исключало усилий со стороны вождя и народа к достижению цели, то несомненно исключало сомнение в успехе предприятия, побудившее прибегнуть к тайному, без ведома народа, посольству соглядатаев для того, чтобы в случае неблагоприятных известий народ не пришел в уныние. Такое неуверенное, тревожное настроение могло быть у Иисуса Навина только до получения божественного повеления и соединенного с ним обетования, а не после. Ввиду этого представляется правдоподобным то довольно давнее9Оно высказано еще Буддеем в его «Historia Ecclesiastica». 1719, т. I, с. 810. мнение, что соглядатаи посланы были ранее получения божественного повеления (1:1-9), а вместе с этим — ранее и назначения трех дней для заготовления пищи. Если библейский повествователь сведения о посольстве соглядатаев изложил после этого божественного повеления и связанного с ним назначения трехдневного срока, то потому, что он при этом руководился не одним порядком следования их по времени, а их важностью и значением для связного, последовательного изложения событий. Во главе их он поставил божественное повеление, затем — вытекавшие из него два распоряжения и, наконец, сведение о посольстве соглядатаев, возвращение которых служило началом дальнейших событий, которые изложены вслед за сведением об этом посольстве10В отечественной литературе приведенное понимание порядка событий, изложенных в 1-2 гл., кратко высказано прот. М. Херасковым в «Обозрении исторических книг Ветхого Завета». 1879, с. 9.. А если последнее было отправлено ранее обнародования распоряжения о трех днях приготовления к переходу за Иордан, то четыре дня, употребленные соглядатаями на путешествие в Иерихон и пребывание в горах, не находятся в разногласии с трехдневным сроком, указанным в 1:11. Равным образом нет побуждений отказываться и от того древнего понимания, что в 3:2 имеется в виду окончание этого же трехдневного срока, а не новых трех дней, проведенных израильтянами на берегу Иордана.

Написание книги и ее писатель. Ряд исторических книг Ветхого Завета начинается книгою Иисуса Навина.1См. «Основное содержание Библии. Ветхий завет».2Проф. А. А. Олесницкий. Руководственные о Священном Писании Ветхого и Нового Завета сведения из творений Святых Отцов и учителей церкви. 1894. С. 26-27.3Имеется в виду сказание, находящееся в талмудическом трактате «Барайта», не вошедшем в состав Мишны. Происхождение трактата относят ко II христианскому веку. Текст сказания вместе с латинским переводом и разбором его содержания изложил Marx в Traditio rabbinorum veterrima de librorum Veteris Testamenti ordine atque origine. 1884.4См. вышеуказанное сочинение г. Олесницкого, с. 29, где приведены следующие слова из названного «Синопсиса»: «Начиная с книги Навина даже до книги Ездры не все теми написаны суть, их же написание имут и о них же воспоминают, повествуется же, яко та написана суть от пророк, в коеждо время бывших».5Творения блаж. Феодорита, епископа Кирского. Москва, 1855, т. I, с. 281. Блаж. Иероним приписывал, однако, самому Иисусу Навину написание его книги. См. вышеназванное соч. А. А. Олесницкого, с. 29.6На вышеприведенные места из кн. Иисуса Навина, как свидетельствующие о том, «что не Иисус сию книгу писал», в нашей отечественной библейской литературе указано митрополитом Амвросием. См. его «Краткое руководство к чтению книг Ветхого и Нового Завета». Издание новое. В Москве, 1803, с. 43. В начертании церковно-библейской истории написание книги Иисуса Навина приписано ему самому: при этом внесение в состав ее рассказа о завоевании Лаиса признано за дополнение, сделанное в позднейшее время.7См., например: прот. М. Херасков. Обозрение исторических книг Ветхого Завета. Прот. П. А. Владимирский. Опыт краткого толкования на книги Иисуса Навина, Судей, Руфь и на 12 начальных глав I кн. Царств.8Библейская наука. Книга третья. Исторические книги Ветхого Завета. Академические чтения епископа Михаила. Изд. под ред. Н. И. Троицкого. Стр. 9. Подтверждением верности приведенных слов служат разнообразные исключения отдельных мест из ветхозаветных книг, какие делают сторонники отрицательной критики, устраняя из библейского текста все то, что не согласно с их взглядами на историю ветхозаветной религии.9Каковы: Ис Нав 13:2-3, об оставшихся незавоеванными филистимских округах и Гессурской земле, которые изображаются в таком же положении в Суд 3:3; Ис Нав 17:11-12, о хананеях в 5 городах Манассиина колена, о чем одинаково с этим сказано и в Суд 1:27-28.10См. вышеназванное «Краткое руководство» м. Амвросия, с. 43. В еврейском тексте книга Иисуса Навина надписывается: «Иегошуа», в греческом переводе LXX-ти толковников: «Иисус». Такое надписание дано ей «потому, что в ней содержится история и деяния Иисуса Навина, преемника Моисея». Так сказано в «Синопсисе священных книг», приписываемом св. Афанасию Александрийскому. Известное иудейское сказание о том, что «Иегошуа» написал свою книгу и восемь стихов в Законе (Втор 34:5-12), не было общепринятым у отцов и учителей христианской церкви и не соответствует содержанию некоторых мест книги. В самой книге говорится только, что Иисус Навин во время последнего при нем народного собрания, после заключения завета, вписал слова сии в книгу закона (Ис Нав 24:26), т. е. вписал изложенные в 24-й главе увещание к народу и обещание последнего служить Господу. Делаемый отсюда вывод, что сам Иисус Навин написал и прочие отделы, мог бы быть правильным, если бы содержание этой священной книги вполне соответствовало времени Иисуса Навина. Но на самом деле в ней находятся такие места, которые указывают на время, следовавшее за его смертью. Еще блаж. Феодорит остановил внимание на одном из таких мест и пришел к заключению, что Иисус Навин не был писателем книги, носящей его имя. Приведя слова: не сие ли есть писано в книге найденной (Ис Нав 10:13), блаж. Феодорит говорит: «писатель, сказав нам о такой силе пророка, что одним словом воспретил продолжать свое течение великим светилам... и опасаясь, что иный не поверит сему сказанию, говорит, что найдено это в древнем писании. Из сего явствует, что книгу сию написал кто-либо другой из живших позднее, почерпнув это из оной книги». Такое же представление о писателе этой книги внушают и другие изложенные в ней события, между которыми особенную важность в данном отношении имеют следующие. В Ис Нав 15:14-19 говорится о завоевании Халевом городов Хеврона и Давира. Это завоевание с такими же подробностями изложено в кн. Судей (Суд 1:10-15) между событиями, совершившимися по смерти Иисуса Навина (ст. 1). Слова, читаемые там же Ис Нав 15:63: «но Иевусеев, жителей Иерусалима, не могли изгнать сыны Иудины» — указывают также на время, следовавшее за смертью Иисуса Навина, так как завоевание Иерусалима сынами Иудиными, по Суд 1:1.8.21, произошло по смерти Иисуса Навина. Подробное приведенному замечание сделано и в Ис Нав 16:10, о ефремлянах, которые не изгнали Хананеев, живших в Газере. Это событие в Суд 1:29 отнесено также к тем, которые произошли или сделались ясными и обратили на себя внимание по смерти Иисуса Навина (Суд 1:1). Равным образом писателю книги Иисуса Навина известно было и завоевание Дановым коленом Лаиса, названного после того Даном (Ис Нав 19:47). Это событие, изложенное с обстоятельностью в кн. Судей (Суд 18) как завоевание Ласема, получившего тоже название «Дан», совершилось в то время, когда не было царя у Израиля (Суд 18:1), т. е. во время Судей (Суд 19:1; Суд 21:25). Высказываемая некоторыми из составителей учебных руководств по Священному Писанию мысль о том, что указанные места внесены впоследствии в виде дополнений, не может быть признана правдоподобной ввиду того, что места этого рода читаются без опущений в еврейском тексте и в древних переводах; да и сама по себе эта мысль о дополнениях в библейский текст не надежна, так как, по справедливому замечанию одного из отечественных библеистов, «может вести и ведет к печальным, ложным результатам». С устранением мысли о поздних вставках, которым будто обязаны своим происхождением вышеприведенные места кн. Иисуса Навина, последние вместе с некоторыми другими, сходными с ними по содержанию, должны иметь значение указаний на происхождение книги Иисуса Навина после его кончины, а в какое приблизительно время — это можно видеть из других мест этой книги. Так, она написана раньше первых годов царствования Соломона, потому что в Ис Нав 16:10 говорится о хананеях, живших в Газере до сегодня, между тем, во время царствования Соломона этот город был завоеван египетским фараоном и жившие в нем хананеи были истреблены (3 Цар 6:19). Написание ее — далее — нужно относить ко времени, которое предшествовало завоеванию Иерусалима Давидом, когда жившие в нем иевусеи (Ис Нав 15:63) были истреблены (2 Цар 5:6-8); раньше царствования Саула, когда жившие в Гаваоне хананеи подвергались избиению (2 Цар 21:1-2), между тем как в кн. Иисуса Навина (гл. 9) о них говорится как о пощаженных от истребления в силу заключенного с ними клятвенного договора с обязательством доставления воды и дров для жертвенника Господня на месте, какое бы ни избрал Господь (ст. 27). Такого рода указания книги приводят к концу правления Судей, как к такому времени, когда она получила, по всей вероятности, свое происхождение. При этом писателем ее в полном составе, в каком она существует в настоящее время, со включением последних стихов 24-й главы, мог быть Самуил или другой пророк из основанного им пророческого общества.

Предмет, разделение и исторический характер кн. Иисуса Навина. Как излагающая положение того, что делал Господь для основания Своего Царства на земле, кн. Иисуса Навина тесно связана с Пятикнижием, на что указывают начальные ее слова по греко-славянскому переводу, служащему буквальной передачей слов еврейского текста: И бысть по скончании Моисея раба Господня. Но как излагающая особые события из ветхозаветной истории царства Божия, она имеет отдельное, самостоятельное значение. Предметом ее служит совершившееся во дни Иисуса, сына Навина, и через его посредство исполнение божественных обетований о даровании избранному народу Ханаанской земли. Это исполнение состояло в завоевании этой земли и разделении ее между коленами, составлявшими израильский народ. Соответственно этому книга Иисуса Навина делится на две равные части. В первой части от 1 главы по 12 излагается завоевание, во 2-й — от 13-й главы по 22-ю — разделение земли. Последние две главы содержат изложение того, что сделал Иисус Навин по исполнении возложенного на него дела Божия для незыблемого дальнейшего его существования.

Изложенные в этой священной книге сведения о тех из отдельных событий, которые не выходят за пределы обычного хода жизни, не возбуждают сомнений в исторической достоверности. Сведения о таких событиях изложены с такими подробностями относительно мест, где они совершились, лиц, которые действовали в них, сказанных этими лицами отдельных замечательных слов (например, Ис Нав 10:12; Ис Нав 14:7 и др. места), с такою археологической точностью, которые показывают, что писатель книги имел подробные, точные, не только устные, но и письменные сведения о том, что совершалось в описываемое им время. Археологическая точность видна из того, что при изложении событий он оттеняет древние воззрения, когда, например, в Ис Нав 13:6, сидонян причисляет к тем племенам, которые были изгнаны из их владений, а эти последние причисляет к уделу Асирова колена (Ис Нав 19:28), между тем, как при первых израильских царях мысль об этом была уже оставлена и заменилась дружественными отношениями с финикийскими царями (2 Цар 5:11; 3 Цар 5:1 и др. места). Точное знание современной исторической обстановки писатель проявляет и в том, что называет Сидон великим (Ис Нав 11:8; Ис Нав 19:28), а Тир только укрепленным городом (Ис Нав 19:29) между тем, в последующее время первенство между финикийскими городами перешло к Тиру, ставшему «матерью Сидонян»; далее в том, что вместо обычного со времени Судей обозначения границ израильской земли словами: от Дана до Вирсавии (Суд 20:1; 2 Пар 30:5) избирает для обозначения протяжения завоеванной земли гору Халак на юге и Ваал-Гад на севере (Ис Нав 11:17; Ис Нав 12:7). Близкое знакомство с состоянием Ханаана во время завоевания писатель книги проявил и в том, что внес в изложение событий древние ханаанские названия некоторых из городов, в последующее время вышедшие из употребления, каковы Кириаф-Арба (Ис Нав 14:12), Кириаф-Сефер (Ис Нав 15:15), Кириаф-Санна (Ис Нав 15:49), Кириаф-Ваал, и Ваал (Ис Нав 15:9.60). Проявляющаяся во всем этом историческая точность писателя внушает естественное доверие и ко всем другим сообщаемым им в книге сведениям. Недоумения к сомнения вызывают у некоторых из комментаторов только сведения о тех событиях, которые изображены в книге как совершившиеся при действии божественного всемогущества. Внушаемая каноническим достоинством книги Иисуса Навина вера в то, что эти события совершились именно так, а не иначе, находит для себя подкрепление в уяснении целесообразности того, что и как совершилось во времена Иисуса Навина. При действиях его, как вождя израильского народа, особенная божественная помощь нужна была потому, что он, как и весь израильский народ, был только орудием для выполнения божественных обетований о наделении потомков Авраама землей, в которую он был призван и в которой он вместе с ближайшими своими потомками совершал странствования. Если бы израильский народ и его вождь были лишены этой помощи, они оказались бы бессильными выполнить то, что на них было возложено. Как ни ослабили себя ханаанские племена своими пороками и разъединенностью, они даже, при неполном соединении своих сил, могли оказать сильное сопротивление благодаря особенно своей воинственности, укрепленным городам (Числ 13:29; Втор 1:28) и военным колесницам (Ис Нав 11:4). Как недостаточна была сама по себе сила израильтян для завоевания Ханаана, видно из того, что они даже после того, как ханаанским племенам нанесено было поражение, чувствуют себя не в состоянии докончить завоевание (Ис Нав 17:16). Если бы израильский народ для вторжения в Ханаан был вынужден оставаться на восточной стороне Иордана до того времени, когда окончится наводнение, его встретили бы, конечно, ханаанские цари с многочисленным войском и загородили бы ему дальнейший путь. Если этого не произошло, то именно потому, что чудодейственно осушенное русло Иордана во время наводнения дало израильтянам возможность вторгнуться в Ханаан в такое время, когда не ожидали этого, а потому не приняли мер к отражению нападающих.

То, что водворение израильского народа в Ханаан было достигнуто не только его усилиями, но, главным образом, чудодейственной силой Божьей, имеет значение не для того только времени, но для будущего, не только частное, но и более широкое. Такой способ водворения израильтян в обетованной земле служит прообразом благодатного пути, который открыт Господом нашим Иисусом Христом. В этом отношении знаменательным для верующего является то, что, как в землю, обильную молоком и медом, ввел израильтян не кто иной, а именно носивший имя «Иисус» (так называется сын Нуна в Деян 7:45; Евр 4:8); так и путь в Царство Небесное открыт для всего человечества Иисусом Сыном Божиим (Творения блаж. Феодорита. I, 270).

Исторические книги

По принятому в греко-славянской и латинской Библиях делению ветхозаветных книг по содержанию, историческими (каноническими) книгами считаются в них книги Иисуса Навина, Судей, Руфь, четыре книги Царств, две Паралипоменон, 1-я книга Ездры, Неемии и Есфирь. Подобное исчисление встречается уже в 85-м апостольском правиле 1, четвертом огласительном поучении Кирилла Иерусалимского, Синайском списке перевода LXX и отчасти в 60-м правиле Лаодикийского собора 350 г.: Есфирь поставлена в нем между книгами Руфь и Царств 2. Равным образом и термин «исторические книги» известен из того же четвертого огласительного поучения Кирилла Иерусалимского и сочинения Григория Богослова «О том, какие подобает чести кн. Ветхого и Нового Завета» (книга Правил, с. 372–373). У названных отцов церкви он имеет, впрочем, несколько иной, чем теперь, смысл: название «исторические книги» дается ими не только «историческим книгам» греко-славянского и латинского перевода, но и всему Пятикнижию. «Исторических книг древнейших еврейских премудростей, – говорит Григорий Богослов, – двенадцать. Первая – Бытие, потом Исход, Левит, потом Числа, Второзаконие, потом Иисус и Судии, восьмая Руфь. Девятая и десятая книги – Деяния Царств, Паралипоменон и последнею имееши Ездру». «Читай, – отвечает Кирилл Иерусалимский, – божественных писаний Ветхого завета 22 книги, переведенных LXX толковниками, и не смешивай их с апокрифами… Это двадцать две книги суть: закона Моисеева первые пять книг: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие. Затем Иисуса сына Навина, Судей с Руфью составляют одну седьмую книгу. Прочих исторических книг первая и вторая Царств, у евреев составляющая одну книгу, также третья и четвертая, составляющие одну же книгу. Подобно этому, у них и Паралипоменон первая и вторая считаются за одну книгу, и Ездры первая и вторая (по нашему Неемии) считаются за одну книгу. Двенадцатая книга – Есфирь. Таковы исторические книги».

Что касается еврейской Библии, то ей чужд как самый раздел «исторических книг», так и греко-славянское и латинское их распределение. Книги Иисуса Навина, Судей и четыре книги Царств причисляются в ней к «пророкам», а Руфь, две книги Паралипоменон, Ездры – Неемии и Есфирь – к разделу «кегубим» – священным писаниям. Первые, т. е. кн. Иисуса Навина, Судей и Царств занимают начальное место среди пророческих, Руфь – пятое, Есфирь – восьмое и Ездры, Неемии и Паралипоменон – последние места среди «писаний». Гораздо ближе к делению LXX стоит распорядок книг у Иосифа Флавия. Его слова: «От смерти Моисея до правления Артаксеркса пророки после Моисея записали в 13 книгах совершившееся при них» (Против Аппиона, I, 8), дают понять, что он считал кн. Иисуса Навина – Есфирь книгами характера исторического. Того же взгляда держался, по-видимому, и Иисус сын Сирахов, В разделе «писаний» он различает «премудрые словеса́... и... повести» (Сир 44.3–5), т. е. учительные и исторические книги. Последними же могли быть только Руфь, Паралипоменон, Ездры, Неемии и Есфирь. Принятое в еврейской Библии включение их в раздел «писаний» объясняется отчасти тем, что авторам некоторых из них, например Ездры – Неемии, не было усвоено в еврейском богословии наименования «пророк», отчасти их характером, в них виден историк учитель и проповедник. Сообразно с этим весь третий раздел и называется в некоторых талмудических трактатах «премудростью».

Относя одну часть наших исторических книг к разделу пророков, «узнавших по вдохновенно от Бога раннейшее, а о бывшем при них писавших с мудростью» (Иосиф Флавий. Против Аппиона I, 7), и другую – к «писаниям», каковое название дается всему составу ветхозаветных канонических книг, иудейская церковь тем самым признала их за произведения богодухновенные. Вполне определенно и ясно высказан этот взгляд в словах Иосифа Флавия: «У иудеев не всякий человек может быть священным писателем, но только пророк, пишущий по Божественному вдохновенно, почему все священные еврейские книги (числом 22) справедливо могут быть названы Божественными» (Против Аппиона I, 8). Позднее, как видно из талмудического трактата Мегилла, поднимался спор о богодухновенности книг Руфь и Есфирь; но в результате его они признаны написанными Духом Святым. Одинакового с ветхозаветной церковью взгляда на богодухновенность исторических книг держится и церковь новозаветная (см. выше 85 Апостольское правило).

Согласно со своим названием, исторические книги налагают историю религиозно-нравственной и гражданской жизни народа еврейского, начиная с завоевания Ханаана при Иисусе Навине (1480–1442 г. до Р. X.) и кончая возвращением евреев из Вавилона во главе с Неемиею при Артаксерксе I (445 г. до Р. X.), на время правления которого падают также события, описанные в книге Есфирь. Имевшие место в течение данного периода факты излагаются в исторических книгах или вполне объективно, или же рассматриваются с теократической точки зрения. Последняя устанавливала, с одной стороны, строгое различие между должными и недолжными явлениями в области религии, а с другой, признавала полную зависимость жизни гражданской и политической от веры в истинного Бога. В зависимости от этого излагаемая при свете идеи теократии история народа еврейского представляет ряд нормальных и ненормальных религиозных явлений, сопровождавшихся то возвышением, подъемом политической жизни, то полным ее упадком. Подобная точка зрения свойственна преимущественно 3–4 кн. Царств, кн. Паралипоменон и некоторым частям кн. Ездры и Неемии (Неем 9.1). Обнимаемый историческими книгами тысячелетний период жизни народа еврейского распадается в зависимости от внутренней, причинной связи явлении на несколько отдельных эпох. Из них время Иисуса Навина, ознаменованное завоеванием Палестины, представляет переходный момент от жизни кочевой к оседлой. Первые шаги ее в период Судей (1442–1094) были не особенно удачны. Лишившись со смертью Иисуса Навина политического вождя, евреи распались на двенадцать самостоятельных республик, утративших сознание национального единства. Оно сменилось племенной рознью, и притом настолько сильною, что колена не принимают участие в обшей политической жизни страны, живут до того изолированно, замкнуто, что не желают помочь друг другу даже в дни несчастий (Суд.5.15–17, 6.35, 8.1). В таком же точно жалком состоянии находилась и религиозно-нравственная жизнь. Безнравственность сделалась настолько всеобщей, что прелюбодейное сожительство считалось обычным делом и как бы заменяло брак, а в некоторых городах развелись гнусные пороки времен Содома и Гоморры (Суд.19). Одновременно с этим была забыта истинная религия, – ее место заняли суеверия, распространяемые бродячими левитами (Суд.17). Отсутствие в период судей, сдерживающих начал в виде религии и постоянной светской власти, завершилось в конце концов полной разнузданностью: «каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд.21.25). Но эти же отрицательные стороны и явления оказались благодетельными в том отношении, что подготовили установление царской власти; период судей оказался переходным временем к периоду царей. Племенная рознь и вызываемое ею бессилие говорили народу о необходимости постоянной, прочной власти, польза которой доказывалась деятельностью каждого судьи и особенно Самуила, успевшего объединить своей личностью всех израильтян (1Цар 7.15–17). И так как, с другой стороны, такой сдерживающей народ силой не могла быть религия, – он еще недоразвился до того, чтобы руководиться духовным началом, – то объединение могло исходить от земной власти, какова власть царская. И, действительно, воцарение Саула положило, хотя и не надолго, конец племенной розни евреев: по его призыву собираются на войну с Каасом Аммонитским «сыны Израилевы... и мужи Иудины» (1Цар 11.8). Скорее военачальник, чем правитель, Саул оправдал народное желание видеть в царе сильного властью полководца (1Цар 8.20), он одержал целый ряд побед над окрестными народами (1Цар 14.47–48) и как герой погиб в битве на горах Гелвуйских (1Цар 31). С его смертью во всей силе сказалась племенная рознь периода Судей: колено Иудово, стоявшее прежде одиноко от других, признало теперь своим царем Давида (2Цар 2.4), а остальные подчинились сыну Саула Иевосфею (2Цар 2.8–9). Через семь с половиной лет после этого власть над Иудою и Израилем перешла в руки Давида (2Цар 5.1–3), и целью его правления становится уничтожение племенной розни, при посредстве чего он рассчитывает удержать престол за собой и своим домом. Ее достижению способствуют и постоянные войны, как общенародное дело, они поддерживают сознание национального единства и отвлекают внимание от дел внутренней жизни, всегда могущих подать повод к раздорам, и целый ряд реформ, направленных к уравнению всех колен пред законом. Так, устройство постоянной армии, разделенной по числу колен на двенадцать частей, причем каждая несет ежемесячную службу в Иерусалиме (1Пар 27.1), уравнивает народ по отношению к военной службе. Превращение нейтрального города Иерусалима в религиозный и гражданский центр не возвышает никакое колено в религиозном и гражданском отношении. Назначение для всего народа одинаковых судей-левитов (1Пар 26.29–30) и сохранение за каждым коленом местного племенного самоуправления (1Пар 27.16–22) уравнивает всех пред судом. Поддерживая равенство колен и тем не давая повода к проявлению племенной розни, Давид остается в то же самое время в полном смысле самодержавным монархом. В его руках сосредоточивается власть военная и гражданская: первая через посредство подчиненного ему главнокомандующего армией Иоава (1Пар 27.34), вторая через посредство первосвященника Садока, начальника левитов-судей.

Правление сына и преемника Давидова Соломона обратило ни во что результат царствования его отца. Необыкновенная роскошь двора Соломона требовала громадных расходов и соответствующих налогов на народ. Его средства шли теперь не на общегосударственное дело, как при Давиде, а на удовлетворение личных нужд царя и его придворных. Одновременно с этим оказался извращенным правый суд времени Давида: исчезло равенство всех и каждого пред законом. На этой почве (3Цар 12.4) возникло народное недовольство, перешедшее затем в открытое возмущение (3Цар 11.26. Подавленное Соломоном, оно вновь заявило себя при Ровоаме (3Цар 12) и на этот раз разрешилось отделением от дома Давидова 10 колен (3Цар 12.20). Ближайшим поводом к нему служило недовольство Соломоном, наложившим на народ тяжелое иго (3Цар 12.4), и нежелание Ровоама облегчить его. Но судя по словам отделившихся колен: «нет нам доли в сыне Иессеевом» (3Цар 12.16), т. е. у нас нет с ним ничего общего; мы не принадлежим ему, как Иуда, по происхождению, причина разделения в той племенной, коленной розни, которая проходила через весь период Судей и на время стихает при Сауле, Давиде и Соломоне.

Разделением единого царства (980 г. до Р. Х.) на два – Иудейское и Израильское – было положено начало ослаблению могущества народа еврейского. Последствия этого рода сказались прежде всего в истории десятиколенного царства. Его силам наносят чувствительный удар войны с Иудою. Начатые Ровоамом (3Цар 12.21, 14.30; 2Пар 11.1, 12.15), они продолжаются при Авии, избившем 500 000 израильтян (2Пар 13.17) и отнявшем у Иеровоама целый ряд городов (2Пар 13.19), и на время заканчиваются при Асе, истребившем при помощи Венадада Сирийского население Аина, Дана, Авел-Беф-Моахи и всей земли Неффалимовой (3Цар 15.20). Обоюдный вред от этой почти 60-тилетней войны был сознан, наконец, в обоих государствах: Ахав и Иосафат вступают в союз, закрепляя его родством царствующих домов (2Пар 18.1), – женитьбою сына Иосафатова Иорама на дочери Ахава Гофолии (2Пар 21.6). Но не успели зажить нанесенные ею раны, как начинаются войны израильтян с сирийцами. С перерывами (3Цар 22.1) и переменным счастьем они проходят через царствование Ахава (3Цар 20), Иорама (4Цар 8.16–28), Ииуя (4Цар 10.5–36), Иоахаза (4Цар 13.1–9) и Иоаса (4Цар 13.10–13) и настолько ослабляют военную силу израильтян, что у Иохаза остается только 50 всадников, 10 колесниц и 10 000 пехоты (4Цар 13.7). Все остальное, как прах, развеял Азаил Сирийский, (Ibid: ср. 4Цар 8.12). Одновременно с сирийцами израильтяне ведут при Иоасе войну с иудеями (4Цар 14.9–14, 2Пар 25.17–24) и при Иеровоаме II возвращают, конечно, не без потерь в людях, пределы своих прежних владений от края Емафского до моря пустыни (4Цар 14.25). Обессиленные целым рядом этих войн, израильтяне оказываются, наконец, не в силах выдержать натиск своих последних врагов – ассириян, положивших конец существованию десятиколенного царства. В качестве самостоятельного государства десятиколенное царство просуществовало 259 лет (960–721). Оно пало, истощив свои силы в целом ряде непрерывных войн. В ином свете представляется за это время состояние двухколенного царства. Оно не только не слабеет, но скорее усиливается. Действительно, в начале своего существования двухколенное царство располагало лишь 120 000 или по счислению александрийского списка 180 000 воинов и потому, естественно, не могло отразить нашествия египетского фараона Сусакима. Он взял укрепленные города Иудеи, разграбил самый Иерусалим и сделал иудеев своими данниками (2Пар 12.4, 8–9). Впоследствии же число вооруженных и способных к войне было увеличено теми недовольными религиозной реформой Иеровоама I израильтянами (не считая левитов), которые перешли на сторону Ровоама, укрепили и поддерживали его царство (2Пар 11.17). Сравнительно благоприятно отозвались на двухколенном царстве и его войны с десятиколенным. По крайней мере, Авия отнимает у Иеровоама Вефиль, Иешон и Ефрон с зависящими от них городами (2Пар 13.19), а его преемник Аса в состоянии выставить против Зарая Эфиоплянина 580 000 воинов (2Пар 14.8). Относительная слабость двухколенного царства сказывается лишь в том, что тот же Аса не может один вести войну с Ваасою и приглашает на помощь Венадада сирийского (3Цар 15.18–19). При сыне и преемнике Асы Иосафате двухколенное царство крепнет еще более. Не увлекаясь жаждой завоеваний, он посвящает свою деятельность упорядочению внутренней жизни государства, предпринимает попытку исправить религиозно-нравственную жизнь народа, заботится о его просвещении (2Пар 17.7–10), об урегулировании суда и судебных учреждений (2Пар 19.5–11), строит новые крепости (2Пар 17.12) и т. п. Проведение в жизнь этих предначертаний требовало, конечно, мира с соседями. Из них филистимляне и идумеяне усмиряются силой оружия (2Пар 17.10–11), а с десятиколенным царством заключается политический и родственный союз (2Пар 18.1). Необходимый для Иосафата, как средство к выполнению вышеуказанных реформ, этот последний сделался с течением времени источником бедствий и несчастий для двухколенного царства. По представлению автора Паралипоменон (2Пар 21), они выразились в отложении Иудеи при Иораме покоренной Иосафатом Идумеи (2Пар.21.10), в счастливом набеге на Иудею и самый Иерусалим филистимлян и аравийских племен (2Пар.21.16–17), в возмущении жителей священнического города Ливны (2Пар.21.10) и в бесполезной войне с сирийцами (2Пар 22.5). Сказавшееся в этих фактах (см. еще 2Пар 21.2–4, 22.10) разложение двухколенного царства было остановлено деятельностью первосвященника Иоддая, воспитателя сына Охозии Иоаса, но с его смертью сказалось с новой силой. Не успевшее окрепнуть от бедствий и неурядиц прошлых царствований, оно подвергается теперь нападению соседей. Именно филистимляне захватывают в плен иудеев и ведут ими торговлю как рабами (Иоиль 3.6, Ам 1.9); идумеяне делают частые вторжения в пределы Иудеи и жестоко распоряжаются с пленниками (Ам 1.6, Иоиль 3.19); наконец, Азаил сирийский, отняв Геф, переносит оружие на самый Иерусалим, и снова царство Иудейское покупает себе свободу дорогой ценой сокровищ царского дома и храма (4Цар 12.18). Правлением сына Иоаса Амасии кончается время бедствий (несчастная война с десятиколенным царством – 4Цар 14.9–14,, 2Пар 25.17–24 и вторжение идумеев – Ам 9.12), а при его преемниках Озии прокаженном и Иоафаме двухколенное царство возвращает славу времен Давида и Соломона. Первый подчиняет на юге идумеев и овладевает гаванью Елафом, на западе сокрушает силу филистимлян, а на востоке ему платят дань аммонитяне (2Пар 26.6–8). Могущество Озии было настолько значительно, что, по свидетельству клинообразных надписей, он выдержал натиск Феглафелассара III. Обеспеченное извне двухколенное царство широко и свободно развивало теперь и свое внутреннее экономическое благосостояние, причем сам царь был первым и ревностным покровителем народного хозяйства (2Пар 26.10). С развитием внутреннего благосостояния широко развилась также торговля, послужившая источником народного обогащения (Ис 2.7). Славному предшественнику последовал не менее славный и достойный преемник Иоафам. За время их правления Иудейское царство как бы собирается с силами для предстоящей борьбы с ассириянами. Неизбежность последней становится ясной уже при Ахазе, пригласившем Феглафелассара для защиты от нападения Рецина, Факея, идумеян и филистимлян (2Пар 28.5–18). По выражению Вигуру, он, сам того не замечая, просил волка, чтобы тот поглотил его стадо, (Die Bibel und die neueren Entdeckungen. S. 98). И действительно, Феглафелассар освободил Ахаза от врагов, но в то же время наложил на него дань ((2Пар 28.21). Неизвестно, как бы сказалась зависимость от Ассирии на дальнейшей истории двухколенного царства, если бы не падение Самарии и отказ преемника Ахаза Езекии платить ассириянам дань и переход его, вопреки совету пророка Исаии, на сторону египтян (Ис 30.7, 15, 31.1–3). Первое событие лишало Иудейское царство последнего прикрытия со стороны Ассирии; теперь доступ в его пределы открыт, и путь к границам проложен. Второе окончательно предрешило судьбу Иудеи. Союз с Египтом, перешедший с течением времени в вассальную зависимость, заставил ее принять участие сперва в борьбе с Ассирией, а потом с Вавилоном. Из первой она вышла обессиленной, а вторая привела ее к окончательной гибели. В качестве союзницы Египта, с которым вели при Езекии борьбу Ассирияне, Иудея подверглась нашествию Сеннахерима. По свидетельству оставленной им надписи, он завоевал 46 городов, захватил множество припасов и военных материалов и отвел в плен 200 150 человек (Schrader jbid S. 302–4; 298). Кроме того, им была наложена на Иудею громадная дань (4Цар 18.14–16). Союз с Египтом и надежда на его помощь не принесли двухколенному царству пользы. И, тем не менее, преемник Езекии Манассия остается сторонником египтян. Как таковой, он во время похода Ассаргадона против Египта делается его данником, заковывается в оковы и отправляется в Вавилон (2Пар 33.11). Начавшееся при преемнике Ассаргадона Ассурбанипале ослабление Ассирии сделало для Иудеи ненужным союз с Египтом. Мало этого, современник данного события Иосия пытается остановить завоевательные стремления фараона египетского Нехао (2Пар 35.20), но погибает в битве при Мегиддоне (2Пар 35.23). С его смертью Иудея становится в вассальную зависимость от Египта (4Цар 23.33, 2Пар 36.1–4), а последнее обстоятельство вовлекает ее в борьбу с Вавилоном. Стремление Нехао утвердиться, пользуясь падением Ниневии, в приефратских областях встретило отпор со стороны сына Набополассара Навуходоноора. В 605 г. до Р. X. Нехао был разбит им в битве при Кархемыше. Через четыре года после этого Навуходоносор уже сам предпринял поход против Египта и в целях обезопасить себе тыл подчинил своей власти подвластных ему царей, в том числе и Иоакима иудейского (4Цар 24.1, 2Пар 36.5). От Египта Иудея перешла в руки вавилонян и под условием верности их могла бы сохранить свое существование. Но ее сгубила надежда на тот же Египет. Уверенный в его помощи, второй преемник Иоакима Седекия (Иер 37.5, Иез 17.15) отложился от Навуходоносора (4Цар 24.20, 2Пар 36.13), навлек нашествие вавилонян (4Цар 25.1, 2Пар 36.17) и, не получив поддержки от египетского фараона Офры (Иер 37.7), погиб сам и погубил страну.

Если международные отношения Иудеи сводятся к непрерывным войнам, то внутренняя жизнь характеризуется борьбой с язычеством. Длившаяся на протяжении всей истории двухколенного царства, она не доставила торжества истинной религии. Языческим начало оно свое существование при Ровоаме (3Цар 14.22–24, 2Пар 11.13–17), языческим и кончило свою политическую жизнь (4Цар 24.19, 2Пар 36.12). Причины подобного явления заключались прежде всего в том, что борьба с язычеством велась чисто внешними средствами, сводилась к одному истреблению памятников язычества. Единственное исключение в данном отношении представляет деятельность Иосафата, Иосии и отчасти Езекии. Первый составляет особую комиссию из князей, священников и левитов, поручает ей проходить по всем городам иудиным и учить народ (2Пар 17.7–10); второй предпринимает публичное чтение закона (4Цар 23.1–2, 2Пар 34.30) и третий устраивает торжественное празднование Пасхи (2Пар 30.26). Остальные же цари ограничиваются уничтожением идолов, вырубанием священных дубрав и т. п. И если даже деятельность Иосафата не принесла существенной пользы: «народ еще не обратил твердо сердца своего к Богу отцов своих» (2Пар 20.33), то само собой понятно, что одни внешние меры не могли уничтожить языческой настроенности народа, тяготения его сердца и ума к богам окрестных народов. Поэтому, как только умирал царь гонитель язычества, язычествующая нация восстановляла разрушенное и воздвигала новые капища для своих кумиров; ревнителям религии Иеговы вновь приходилось начинать дело своих благочестивых предшественников (2Пар 14.3, 15.8, 17.6 и т. п.). Благодаря подобным обстоятельствам, религия Иеговы и язычество оказывались далеко неравными силами. На стороне последнего было сочувствие народа; оно усвоялось евреем как бы с молоком матери, от юности входило в его плоть и кровь; первая имела за себя царей и насильно навязывалась ими нации. Неудивительно поэтому, что она не только была для нее совершенно чуждой, но и казалась прямо враждебной. Репрессивные меры только поддерживали данное чувство, сплачивали язычествующую массу, не приводили к покорности, а, наоборот, вызывали на борьбу с законом Иеговы. Таков, между прочим, результат реформ Езекии и Иоссии. При преемнике первого Манассии «пролилась невинная кровь, и Иерусалим... наполнился ею... от края до края» (4Цар 21.16), т. е. началось избиение служителей Иеговы усилившеюся языческой партией. Равным образом и реформа Иосии, проведенная с редкою решительностью, помогла сосредоточению сил язычников, и в начавшейся затем борьбе со сторонниками религии они подорвали все основы теократии, между прочим, пророчество и священство, в целях ослабления первого язычествующая партия избрала и выдвинула ложных пророков, обещавших мир и уверявших, что никакое зло не постигнет государство (Иер 23.6). Подорвано было ею и священство: оно выставило лишь одних недостойных представителей (Иер 23.3). Реформа Иосии была последним актом вековой борьбы благочестия с язычеством. После нее уж не было больше и попыток к поддержанию истинной религии; и в плен Вавилонский евреи пошли настоящими язычниками.

Плен Вавилонский, лишив евреев политической самостоятельности, произвел на них отрезвляющее действие в религиозном отношении. Его современники воочию убедились в истинности пророческих угроз и увещаний, – в справедливости того положения, что вся жизнь Израиля зависит от Бога, от верности Его закону. Как прямой и непосредственный результат подобного сознания, возникает желание возврата к древним и вечным истинам и силам, которые некогда создали общество, во все времена давали спасение и, хотя часто забывались и пренебрегались, однако всегда признавались могущими дать спасение. На этот-то путь и вступила прибывшая в Иудею община. В качестве подготовительного условия для проведения в жизнь религии Иеговы ею было выполнено требование закона Моисеева о полном и всецелом отделении евреев от окрестных народов (расторжение смешанных браков при Ездре и Неемии). В основу дальнейшей жизни и истории теперь полагается принцип обособления, изолированности.

* * *

1 «Для всех вас, принадлежащих к клиру и мирянам, чтимыми и святыми да будут книги Ветхого Завета: Моисеевых пять (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие), Иисуса Навина едина, Судей едина, Руфь едина, Царств четыре, Паралипоменон две, Ездры две, Есфирь едина».

2 «Читать подобает книги Ветхого Завета: Бытие мира, Исход из Египта, Левит, Числа, Второзаконие, Иисуса Навина, Судии и Руфь, Есфирь, Царств первая и вторая, Царств третья и четвертая, Паралипоменон первая и вторая, Ездры первая и вторая».

Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

10 Букв.: узнаете.

12 Cм. 4:2.

13 Букв.: будут отрезаны.

14 Букв.: народ.

15 Описываемый здесь переход через Иордан совершался ранней весной. В еврейском календаре месяц Нисан приблизительно соответствует марту-апрелю совр. календаря. Реку Иордан после зимних дождей перейти вброд невозможно. По свидетельству самого Иисуса Навина, переход через Иордан, при большой воде, был не меньшим чудом, чем переход через Красное море (см. 4:23).

16 а) Или: в море, (что подле) Аравы.

16 б) Букв.: Соленое.


Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии


Третья глава Книги Иисуса Навина достаточно очевидно свидетельствует, что когда-то она входила в состав той композиции, которую библеисты называют обычно Шестикнижием, завершая собой рассказ об... 


Снова Господь ведёт народ Свой. Спустя сорок лет продолжается исход из Египта и многие события исхода... 


Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).