Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Greek/Septuagint (gr)
Поделиться

ΚΡΙΤΑΙ, κεφαλίς 19

καὶ ἐγένετο ἐν ται̃ς ἡμέραις ἐκείναις καὶ οὐκ ἠ̃ν βασιλεὺς ἐν Ισραηλ καὶ ἐγένετο ἀνὴρ Λευίτης παροικω̃ν ἐν μηροι̃ς ὄρους Εφραιμ καὶ ἔλαβεν αὐτω̨̃ γυναι̃κα παλλακὴν ἀπὸ Βηθλεεμ Ιουδα
καὶ ἐπορεύθη ἀπ' αὐτου̃ ἡ παλλακὴ αὐτου̃ καὶ ἀπη̃λθεν παρ' αὐτου̃ εἰς οἰ̃κον πατρὸς αὐτη̃ς εἰς Βηθλεεμ Ιουδα καὶ ἠ̃ν ἐκει̃ ἡμέρας τεσσάρων μηνω̃ν
καὶ ἀνέστη ὁ ἀνὴρ αὐτη̃ς καὶ ἐπορεύθη ὀπίσω αὐτη̃ς του̃ λαλη̃σαι ἐπὶ καρδίαν αὐτη̃ς του̃ ἐπιστρέψαι αὐτὴν αὐτω̨̃ καὶ νεανίας αὐτου̃ μετ' αὐτου̃ καὶ ζευ̃γος ὄνων καὶ ἥδε εἰσήνεγκεν αὐτὸν εἰς οἰ̃κον πατρὸς αὐτη̃ς καὶ εἰ̃δεν αὐτὸν ὁ πατὴρ τη̃ς νεάνιδος καὶ ηὐφράνθη εἰς συνάντησιν αὐτου̃
καὶ κατέσχεν αὐτὸν ὁ γαμβρὸς αὐτου̃ ὁ πατὴρ τη̃ς νεάνιδος καὶ ἐκάθισεν μετ' αὐτου̃ ἐπὶ τρει̃ς ἡμέρας καὶ ἔφαγον καὶ ἔπιον καὶ ηὐλίσθησαν ἐκει̃
καὶ ἐγένετο τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ τετάρτη̨ καὶ ὤρθρισαν τὸ πρωί καὶ ἀνέστη του̃ πορευθη̃ναι καὶ εἰ̃πεν ὁ πατὴρ τη̃ς νεάνιδος πρὸς τὸν νυμφίον αὐτου̃ στήρισόν σου τὴν καρδίαν ψωμω̨̃ ἄρτου καὶ μετὰ του̃το πορεύσεσθε
καὶ ἐκάθισεν καὶ ἔφαγον οἱ δύο ἐπὶ τὸ αὐτὸ καὶ ἔπιον καὶ εἰ̃πεν ὁ πατὴρ τη̃ς νεάνιδος πρὸς τὸν ἄνδρα ἄγε δὴ αὐλίσθητι καὶ ἀγαθυνθήσεται ἡ καρδία σου
καὶ ἀνέστη ὁ ἀνὴρ του̃ πορεύεσθαι καὶ ἐβιάσατο αὐτὸν ὁ γαμβρὸς αὐτου̃ καὶ ἐκάθισεν καὶ ηὐλίσθη ἐκει̃
καὶ ὤρθρισεν τὸ πρωὶ τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ πέμπτη̨ του̃ πορευθη̃ναι καὶ εἰ̃πεν ὁ πατὴρ τη̃ς νεάνιδος στήρισον δὴ τὴν καρδίαν σου καὶ στράτευσον ἕως κλι̃ναι τὴν ἡμέραν καὶ ἔφαγον οἱ δύο
καὶ ἀνέστη ὁ ἀνὴρ του̃ πορευθη̃ναι αὐτὸς καὶ ἡ παλλακὴ αὐτου̃ καὶ ὁ νεανίας αὐτου̃ καὶ εἰ̃πεν αὐτω̨̃ ὁ γαμβρὸς αὐτου̃ ὁ πατὴρ τη̃ς νεάνιδος ἰδοὺ δὴ ἠσθένησεν ἡ ἡμέρα εἰς τὴν ἑσπέραν αὐλίσθητι ὡ̃δε καὶ ἀγαθυνθήσεται ἡ καρδία σου καὶ ὀρθριει̃τε αὔριον εἰς ὁδὸν ὑμω̃ν καὶ πορεύση̨ εἰς τὸ σκήνωμά σου
10 καὶ οὐκ εὐδόκησεν ὁ ἀνὴρ αὐλισθη̃ναι καὶ ἀνέστη καὶ ἀπη̃λθεν καὶ ἠ̃λθεν ἕως ἀπέναντι Ιεβους αὕτη ἐστὶν Ιερουσαλημ καὶ μετ' αὐτου̃ ζευ̃γος ὄνων ἐπισεσαγμένων καὶ ἡ παλλακὴ αὐτου̃ μετ' αὐτου̃
11 καὶ ἤλθοσαν ἕως Ιεβους καὶ ἡ ἡμέρα προβεβήκει σφόδρα καὶ εἰ̃πεν ὁ νεανίας πρὸς τὸν κύριον αὐτου̃ δευ̃ρο δὴ καὶ ἐκκλίνωμεν εἰς πόλιν του̃ Ιεβουσι ταύτην καὶ αὐλισθω̃μεν ἐν αὐτη̨̃
12 καὶ εἰ̃πεν πρὸς αὐτὸν ὁ κύριος αὐτου̃ οὐκ ἐκκλινου̃μεν εἰς πόλιν ἀλλοτρίαν ἐν ἡ̨̃ οὐκ ἔστιν ἀπὸ υἱω̃ν Ισραηλ ὡ̃δε καὶ παρελευσόμεθα ἕως Γαβαα
13 καὶ εἰ̃πεν τω̨̃ νεανία̨ αὐτου̃ δευ̃ρο καὶ ἐγγίσωμεν ἑνὶ τω̃ν τόπων καὶ αὐλισθησόμεθα ἐν Γαβαα ἢ ἐν Ραμα
14 καὶ παρη̃λθον καὶ ἐπορεύθησαν καὶ ἔδυ ὁ ἥλιος αὐτοι̃ς ἐχόμενα τη̃ς Γαβαα ἥ ἐστιν τω̨̃ Βενιαμιν
15 καὶ ἐξέκλιναν ἐκει̃ του̃ εἰσελθει̃ν αὐλισθη̃ναι ἐν Γαβαα καὶ εἰση̃λθον καὶ ἐκάθισαν ἐν τη̨̃ πλατεία̨ τη̃ς πόλεως καὶ οὐκ ἠ̃ν ἀνὴρ συνάγων αὐτοὺς εἰς οἰκίαν αὐλισθη̃ναι
16 καὶ ἰδοὺ ἀνὴρ πρεσβύτης ἤρχετο ἐξ ἔργων αὐτου̃ ἐξ ἀγρου̃ ἐν ἑσπέρα̨ καὶ ὁ ἀνὴρ ἠ̃ν ἐξ ὄρους Εφραιμ καὶ αὐτὸς παρώ̨κει ἐν Γαβαα καὶ οἱ ἄνδρες του̃ τόπου υἱοὶ Βενιαμιν
17 καὶ ἠ̃ρεν τοὺς ὀφθαλμοὺς αὐτου̃ καὶ εἰ̃δεν τὸν ὁδοιπόρον ἄνδρα ἐν τη̨̃ πλατεία̨ τη̃ς πόλεως καὶ εἰ̃πεν ὁ ἀνὴρ ὁ πρεσβύτης που̃ πορεύη̨ καὶ πόθεν ἔρχη̨
18 καὶ εἰ̃πεν πρὸς αὐτόν παραπορευόμεθα ἡμει̃ς ἀπὸ Βηθλεεμ Ιουδα ἕως μηρω̃ν ὄρους Εφραιμ ἐκει̃θεν ἐγώ εἰμι καὶ ἐπορεύθην ἕως Βηθλεεμ Ιουδα καὶ εἰς τὸν οἰ̃κόν μου ἐγὼ πορεύομαι καὶ οὐκ ἔστιν ἀνὴρ συνάγων με εἰς τὴν οἰκίαν
19 καί γε ἄχυρα καὶ χορτάσματά ἐστιν τοι̃ς ὄνοις ἡμω̃ν καὶ ἄρτοι καὶ οἰ̃νός ἐστιν ἐμοὶ καὶ τη̨̃ παιδίσκη̨ καὶ τω̨̃ νεανίσκω̨ μετὰ τω̃ν παιδίων σου οὐκ ἔστιν ὑστέρημα παντὸς πράγματος
20 καὶ εἰ̃πεν ὁ ἀνὴρ ὁ πρεσβύτης εἰρήνη σοι πλὴν πα̃ν ὑστέρημά σου ἐπ' ἐμέ πλὴν ἐν τη̨̃ πλατεία̨ οὐ μὴ αὐλισθήση̨
21 καὶ εἰσήνεγκεν αὐτὸν εἰς τὸν οἰ̃κον αὐτου̃ καὶ τόπον ἐποίησεν τοι̃ς ὄνοις καὶ αὐτοὶ ἐνίψαντο τοὺς πόδας αὐτω̃ν καὶ ἔφαγον καὶ ἔπιον
22 αὐτοὶ δ' ἀγαθύνοντες καρδίαν αὐτω̃ν καὶ ἰδοὺ ἄνδρες τη̃ς πόλεως υἱοὶ παρανόμων ἐκύκλωσαν τὴν οἰκίαν κρούοντες ἐπὶ τὴν θύραν καὶ εἰ̃πον πρὸς τὸν ἄνδρα τὸν κύριον του̃ οἴκου τὸν πρεσβύτην λέγοντες ἐξένεγκε τὸν ἄνδρα ὃς εἰση̃λθεν εἰς τὴν οἰκίαν σου ἵνα γνω̃μεν αὐτόν
23 καὶ ἐξη̃λθεν πρὸς αὐτοὺς ὁ ἀνὴρ ὁ κύριος του̃ οἴκου καὶ εἰ̃πεν μή ἀδελφοί μὴ κακοποιήσητε δή μετὰ τὸ εἰσελθει̃ν τὸν ἄνδρα του̃τον εἰς τὴν οἰκίαν μου μὴ ποιήσητε τὴν ἀφροσύνην ταύτην
24 ἰδὲ ἡ θυγάτηρ μου ἡ παρθένος καὶ ἡ παλλακὴ αὐτου̃ ἐξάξω αὐτάς καὶ ταπεινώσατε αὐτὰς καὶ ποιήσατε αὐται̃ς τὸ ἀγαθὸν ἐν ὀφθαλμοι̃ς ὑμω̃ν καὶ τω̨̃ ἀνδρὶ τούτω̨ οὐ ποιήσετε τὸ ῥη̃μα τη̃ς ἀφροσύνης ταύτης
25 καὶ οὐκ εὐδόκησαν οἱ ἄνδρες του̃ εἰσακου̃σαι αὐτου̃ καὶ ἐπελάβετο ὁ ἀνὴρ τη̃ς παλλακη̃ς αὐτου̃ καὶ ἐξήγαγεν αὐτὴν πρὸς αὐτοὺς ἔξω καὶ ἔγνωσαν αὐτὴν καὶ ἐνέπαιζον ἐν αὐτη̨̃ ὅλην τὴν νύκτα ἕως πρωί καὶ ἐξαπέστειλαν αὐτήν ὡς ἀνέβη τὸ πρωί
26 καὶ ἠ̃λθεν ἡ γυνὴ πρὸς τὸν ὄρθρον καὶ ἔπεσεν παρὰ τὴν θύραν του̃ οἴκου οὑ̃ ἠ̃ν αὐτη̃ς ἐκει̃ ὁ ἀνήρ ἕως του̃ διαφω̃σαι
27 καὶ ἀνέστη ὁ ἀνὴρ αὐτη̃ς τὸ πρωὶ καὶ ἤνοιξεν τὰς θύρας του̃ οἴκου καὶ ἐξη̃λθεν του̃ πορευθη̃ναι τὴν ὁδὸν αὐτου̃ καὶ ἰδοὺ ἡ γυνὴ ἡ παλλακὴ αὐτου̃ πεπτωκυι̃α παρὰ τὰς θύρας του̃ οἴκου καὶ αἱ χει̃ρες αὐτη̃ς ἐπὶ τὸ πρόθυρον
28 καὶ εἰ̃πεν πρὸς αὐτήν ἀνάστα καὶ ἀπέλθωμεν καὶ οὐκ ἀπεκρίθη ὅτι ἠ̃ν νεκρά καὶ ἔλαβεν αὐτὴν ἐπὶ τὸν ὄνον καὶ ἐπορεύθη εἰς τὸν τόπον αὐτου̃
29 καὶ ἔλαβεν τὴν ῥομφαίαν καὶ ἐκράτησεν τὴν παλλακὴν αὐτου̃ καὶ ἐμέλισεν αὐτὴν εἰς δώδεκα μέλη καὶ ἀπέστειλεν αὐτὰ ἐν παντὶ ὁρίω̨ Ισραηλ
30 καὶ ἐγένετο πα̃ς ὁ βλέπων ἔλεγεν οὐκ ἐγένετο καὶ οὐχ ἑόραται ὡς αὕτη ἀπὸ ἡμέρας ἀναβάσεως υἱω̃ν Ισραηλ ἐκ γη̃ς Αἰγύπτου καὶ ἕως τη̃ς ἡμέρας ταύτης θέσθε ὑμι̃ν αὐτοὶ ἐπ' αὐτὴν βουλὴν καὶ λαλήσατε

ΚΡΙΤΑΙ, κεφαλίς 20

καὶ ἐξη̃λθον πάντες οἱ υἱοὶ Ισραηλ καὶ ἐξεκκλησιάσθη ἡ συναγωγὴ ὡς ἀνὴρ εἱ̃ς ἀπὸ Δαν καὶ ἕως Βηρσαβεε καὶ γη̃ του̃ Γαλααδ πρὸς κύριον εἰς Μασσηφα
καὶ ἐστάθησαν κατὰ πρόσωπον κυρίου πα̃σαι αἱ φυλαὶ του̃ Ισραηλ ἐν ἐκκλησία̨ του̃ λαου̃ του̃ θεου̃ τετρακόσιαι χιλιάδες ἀνδρω̃ν πεζω̃ν ἕλκοντες ῥομφαίαν
καὶ ἤκουσαν οἱ υἱοὶ Βενιαμιν ὅτι ἀνέβησαν οἱ υἱοὶ Ισραηλ εἰς Μασσηφα καὶ ἐλθόντες εἰ̃παν οἱ υἱοὶ Ισραηλ λαλήσατε που̃ ἐγένετο ἡ πονηρία αὕτη
καὶ ἀπεκρίθη ὁ ἀνὴρ ὁ Λευίτης ὁ ἀνὴρ τη̃ς γυναικὸς τη̃ς φονευθείσης καὶ εἰ̃πεν εἰς Γαβαα τη̃ς Βενιαμιν ἠ̃λθον ἐγὼ καὶ ἡ παλλακή μου του̃ αὐλισθη̃ναι
καὶ ἀνέστησαν ἐπ' ἐμὲ οἱ ἄνδρες τη̃ς Γαβαα καὶ ἐκύκλωσαν ἐπ' ἐμὲ ἐπὶ τὴν οἰκίαν νυκτός ἐμὲ ἠθέλησαν φονευ̃σαι καὶ τὴν παλλακήν μου ἐταπείνωσαν καὶ ἀπέθανεν
καὶ ἐκράτησα τὴν παλλακήν μου καὶ ἐμέλισα αὐτὴν καὶ ἀπέστειλα ἐν παντὶ ὁρίω̨ κληρονομίας υἱω̃ν Ισραηλ ὅτι ἐποίησαν ζεμα καὶ ἀπόπτωμα ἐν Ισραηλ
ἰδοὺ πάντες ὑμει̃ς υἱοὶ Ισραηλ δότε ἑαυτοι̃ς λόγον καὶ βουλὴν ἐκει̃
καὶ ἀνέστη πα̃ς ὁ λαὸς ὡς ἀνὴρ εἱ̃ς λέγοντες οὐκ ἀπελευσόμεθα ἀνὴρ εἰς σκήνωμα αὐτου̃ καὶ οὐκ ἐπιστρέψομεν ἀνὴρ εἰς οἰ̃κον αὐτου̃
καὶ νυ̃ν του̃το τὸ ῥη̃μα ὃ ποιηθήσεται τη̨̃ Γαβαα ἀναβησόμεθα ἐπ' αὐτὴν ἐν κλήρω̨
10 πλὴν λημψόμεθα δέκα ἄνδρας τοι̃ς ἑκατὸν εἰς πάσας φυλὰς Ισραηλ καὶ ἑκατὸν τοι̃ς χιλίοις καὶ χιλίους τοι̃ς μυρίοις λαβει̃ν ἐπισιτισμὸν του̃ ποιη̃σαι ἐλθει̃ν αὐτοὺς εἰς Γαβαα Βενιαμιν ποιη̃σαι αὐτη̨̃ κατὰ πα̃ν τὸ ἀπόπτωμα ὃ ἐποίησεν ἐν Ισραηλ
11 καὶ συνήχθη πα̃ς ἀνὴρ Ισραηλ εἰς τὴν πόλιν ὡς ἀνὴρ εἱ̃ς
12 καὶ ἀπέστειλαν αἱ φυλαὶ Ισραηλ ἄνδρας ἐν πάση̨ φυλη̨̃ Βενιαμιν λέγοντες τίς ἡ πονηρία αὕτη ἡ γενομένη ἐν ὑμι̃ν
13 καὶ νυ̃ν δότε τοὺς ἄνδρας υἱοὺς παρανόμων τοὺς ἐν Γαβαα καὶ θανατώσομεν αὐτοὺς καὶ ἐκκαθαριου̃μεν πονηρίαν ἀπὸ Ισραηλ καὶ οὐκ εὐδόκησαν οἱ υἱοὶ Βενιαμιν ἀκου̃σαι τη̃ς φωνη̃ς τω̃ν ἀδελφω̃ν αὐτω̃ν υἱω̃ν Ισραηλ
14 καὶ συνήχθησαν οἱ υἱοὶ Βενιαμιν ἀπὸ τω̃ν πόλεων αὐτω̃ν εἰς Γαβαα ἐξελθει̃ν εἰς παράταξιν πρὸς υἱοὺς Ισραηλ
15 καὶ ἐπεσκέπησαν οἱ υἱοὶ Βενιαμιν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ἐκείνη̨ ἀπὸ τω̃ν πόλεων εἴκοσι τρει̃ς χιλιάδες ἀνὴρ ἕλκων ῥομφαίαν ἐκτὸς τω̃ν οἰκούντων τὴν Γαβαα οἳ ἐπεσκέπησαν ἑπτακόσιοι ἄνδρες ἐκλεκτοὶ
16 ἐκ παντὸς λαου̃ ἀμφοτεροδέξιοι πάντες οὑ̃τοι σφενδονη̃ται ἐν λίθοις πρὸς τρίχα καὶ οὐκ ἐξαμαρτάνοντες
17 καὶ ἀνὴρ Ισραηλ ἐπεσκέπησαν ἐκτὸς του̃ Βενιαμιν τετρακόσιαι χιλιάδες ἀνδρω̃ν ἑλκόντων ῥομφαίαν πάντες οὑ̃τοι ἄνδρες παρατάξεως
18 καὶ ἀνέστησαν καὶ ἀνέβησαν εἰς Βαιθηλ καὶ ἠρώτησαν ἐν τω̨̃ θεω̨̃ καὶ εἰ̃παν οἱ υἱοὶ Ισραηλ τίς ἀναβήσεται ἡμι̃ν ἐν ἀρχη̨̃ εἰς παράταξιν πρὸς υἱοὺς Βενιαμιν καὶ εἰ̃πεν κύριος Ιουδας ἐν ἀρχη̨̃ ἀναβήσεται ἀφηγούμενος
19 καὶ ἀνέστησαν οἱ υἱοὶ Ισραηλ τὸ πρωὶ καὶ παρενέβαλον ἐπὶ Γαβαα
20 καὶ ἐξη̃λθον πα̃ς ἀνὴρ Ισραηλ εἰς παράταξιν πρὸς Βενιαμιν καὶ συνη̃ψαν αὐτοι̃ς ἐπὶ Γαβαα
21 καὶ ἐξη̃λθον οἱ υἱοὶ Βενιαμιν ἀπὸ τη̃ς Γαβαα καὶ διέφθειραν ἐν Ισραηλ ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ἐκείνη̨ δύο καὶ εἴκοσι χιλιάδας ἀνδρω̃ν ἐπὶ τὴν γη̃ν
22 καὶ ἐνίσχυσαν ἀνὴρ Ισραηλ καὶ προσέθηκαν συνάψαι παράταξιν ἐν τω̨̃ τόπω̨ ὅπου συνη̃ψαν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ πρώτη̨
23 καὶ ἀνέβησαν οἱ υἱοὶ Ισραηλ καὶ ἔκλαυσαν ἐνώπιον κυρίου ἕως ἑσπέρας καὶ ἠρώτησαν ἐν κυρίω̨ λέγοντες εἰ προσθω̃μεν ἐγγίσαι εἰς παράταξιν πρὸς υἱοὺς Βενιαμιν ἀδελφοὺς ἡμω̃ν καὶ εἰ̃πεν κύριος ἀνάβητε πρὸς αὐτούς
24 καὶ προση̃λθον οἱ υἱοὶ Ισραηλ πρὸς υἱοὺς Βενιαμιν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ δευτέρα̨
25 καὶ ἐξη̃λθον οἱ υἱοὶ Βενιαμιν εἰς συνάντησιν αὐτοι̃ς ἀπὸ τη̃ς Γαβαα ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ δευτέρα̨ καὶ διέφθειραν ἀπὸ υἱω̃ν Ισραηλ ἔτι ὀκτωκαίδεκα χιλιάδας ἀνδρω̃ν ἐπὶ τὴν γη̃ν πάντες οὑ̃τοι ἕλκοντες ῥομφαίαν
26 καὶ ἀνέβησαν πάντες οἱ υἱοὶ Ισραηλ καὶ πα̃ς ὁ λαὸς καὶ ἠ̃λθον εἰς Βαιθηλ καὶ ἔκλαυσαν καὶ ἐκάθισαν ἐκει̃ ἐνώπιον κυρίου καὶ ἐνήστευσαν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ἐκείνη̨ ἕως ἑσπέρας καὶ ἀνήνεγκαν ὁλοκαυτώσεις καὶ τελείας ἐνώπιον κυρίου
27 ὅτι ἐκει̃ κιβωτὸς διαθήκης κυρίου του̃ θεου̃
28 καὶ Φινεες υἱὸς Ελεαζαρ υἱου̃ Ααρων παρεστηκὼς ἐνώπιον αὐτη̃ς ἐν ται̃ς ἡμέραις ἐκείναις καὶ ἐπηρώτησαν οἱ υἱοὶ Ισραηλ ἐν κυρίω̨ λέγοντες εἰ προσθω̃μεν ἔτι ἐξελθει̃ν εἰς παράταξιν πρὸς υἱοὺς Βενιαμιν ἀδελφοὺς ἡμω̃ν ἢ ἐπίσχωμεν καὶ εἰ̃πεν κύριος ἀνάβητε ὅτι αὔριον δώσω αὐτοὺς εἰς τὰς χει̃ρας ὑμω̃ν
29 καὶ ἔθηκαν οἱ υἱοὶ Ισραηλ ἔνεδρα τη̨̃ Γαβαα κύκλω̨
30 καὶ ἀνέβησαν οἱ υἱοὶ Ισραηλ πρὸς υἱοὺς Βενιαμιν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̨̃ τρίτη̨ καὶ συνη̃ψαν πρὸς τὴν Γαβαα ὡς ἅπαξ καὶ ἅπαξ
31 καὶ ἐξη̃λθον οἱ υἱοὶ Βενιαμιν εἰς συνάντησιν του̃ λαου̃ καὶ ἐξεκενώθησαν τη̃ς πόλεως καὶ ἤρξαντο πατάσσειν ἀπὸ του̃ λαου̃ τραυματίας ὡς ἅπαξ καὶ ἅπαξ ἐν ται̃ς ὁδοι̃ς ἥ ἐστιν μία ἀναβαίνουσα εἰς Βαιθηλ καὶ μία εἰς Γαβαα ἐν ἀγρω̨̃ ὡς τριάκοντα ἄνδρας ἐν Ισραηλ
32 καὶ εἰ̃παν οἱ υἱοὶ Βενιαμιν πίπτουσιν ἐνώπιον ἡμω̃ν ὡς τὸ πρω̃τον καὶ οἱ υἱοὶ Ισραηλ εἰ̃πον φύγωμεν καὶ ἐκκενώσωμεν αὐτοὺς ἀπὸ τη̃ς πόλεως εἰς τὰς ὁδούς καὶ ἐποίησαν οὕτως
33 καὶ πα̃ς ἀνὴρ ἀνέστη ἐκ του̃ τόπου αὐτου̃ καὶ συνη̃ψαν ἐν Βααλθαμαρ καὶ τὸ ἔνεδρον Ισραηλ ἐπήρχετο ἐκ του̃ τόπου αὐτου̃ ἀπὸ Μααραγαβε
34 καὶ ἠ̃λθον ἐξ ἐναντίας Γαβαα δέκα χιλιάδες ἀνδρω̃ν ἐκλεκτω̃ν ἐκ παντὸς Ισραηλ καὶ παράταξις βαρει̃α καὶ αὐτοὶ οὐκ ἔγνωσαν ὅτι φθάνει ἐπ' αὐτοὺς ἡ κακία
35 καὶ ἐπάταξεν κύριος τὸν Βενιαμιν ἐνώπιον υἱω̃ν Ισραηλ καὶ διέφθειραν οἱ υἱοὶ Ισραηλ ἐκ του̃ Βενιαμιν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ἐκείνη̨ εἴκοσι καὶ πέντε χιλιάδας καὶ ἑκατὸν ἄνδρας πάντες οὑ̃τοι εἱ̃λκον ῥομφαίαν
36 καὶ εἰ̃δον οἱ υἱοὶ Βενιαμιν ὅτι ἐπλήγησαν καὶ ἔδωκεν ἀνὴρ Ισραηλ τόπον τω̨̃ Βενιαμιν ὅτι ἤλπισαν πρὸς τὸ ἔνεδρον ὃ ἔθηκαν ἐπὶ τὴν Γαβαα
37 καὶ ἐν τω̨̃ αὐτοὺς ὑποχωρη̃σαι καὶ τὸ ἔνεδρον ἐκινήθη καὶ ἐξέτειναν ἐπὶ τὴν Γαβαα καὶ ἐξεχύθη τὸ ἔνεδρον καὶ ἐπάταξαν τὴν πόλιν ἐν στόματι ῥομφαίας
38 καὶ σημει̃ον ἠ̃ν τοι̃ς υἱοι̃ς Ισραηλ μετὰ του̃ ἐνέδρου τη̃ς μάχης ἀνενέγκαι αὐτοὺς σύσσημον καπνου̃ ἀπὸ τη̃ς πόλεως
39 καὶ εἰ̃δον οἱ υἱοὶ Ισραηλ ὅτι προκατελάβετο τὸ ἔνεδρον τὴν Γαβαα καὶ ἔστησαν ἐν τη̨̃ παρατάξει καὶ Βενιαμιν ἤρξατο πατάσσειν τραυματίας ἐν ἀνδράσιν Ισραηλ ὡς τριάκοντα ἄνδρας ὅτι εἰ̃παν πάλιν πτώσει πίπτουσιν ἐνώπιον ἡμω̃ν ὡς ἡ παράταξις ἡ πρώτη
40 καὶ τὸ σύσσημον ἀνέβη ἐπὶ πλει̃ον ἐπὶ τη̃ς πόλεως ὡς στυ̃λος καπνου̃ καὶ ἐπέβλεψεν Βενιαμιν ὀπίσω αὐτου̃ καὶ ἰδοὺ ἀνέβη ἡ συντέλεια τη̃ς πόλεως ἕως οὐρανου̃
41 καὶ ἀνὴρ Ισραηλ ἐπέστρεψεν καὶ ἔσπευσαν ἄνδρες Βενιαμιν ὅτι εἰ̃δον ὅτι συνήντησεν ἐπ' αὐτοὺς ἡ πονηρία
42 καὶ ἐπέβλεψαν ἐνώπιον υἱω̃ν Ισραηλ εἰς ὁδὸν τη̃ς ἐρήμου καὶ ἔφυγον καὶ ἡ παράταξις ἔφθασεν ἐπ' αὐτούς καὶ οἱ ἀπὸ τω̃ν πόλεων διέφθειρον αὐτοὺς ἐν μέσω̨ αὐτω̃ν
43 καὶ κατέκοπτον τὸν Βενιαμιν καὶ ἐδίωξαν αὐτὸν ἀπὸ Νουα κατὰ πόδα αὐτου̃ ἕως ἀπέναντι Γαβαα πρὸς ἀνατολὰς ἡλίου
44 καὶ ἔπεσαν ἀπὸ Βενιαμιν δέκα ὀκτὼ χιλιάδες ἀνδρω̃ν οἱ πάντες οὑ̃τοι ἄνδρες δυνάμεως
45 καὶ ἐπέβλεψαν οἱ λοιποὶ καὶ ἔφευγον εἰς τὴν ἔρημον πρὸς τὴν πέτραν του̃ Ρεμμων καὶ ἐκαλαμήσαντο ἐξ αὐτω̃ν οἱ υἱοὶ Ισραηλ πεντακισχιλίους ἄνδρας καὶ κατέβησαν ὀπίσω αὐτω̃ν οἱ υἱοὶ Ισραηλ ἕως Γεδαν καὶ ἐπάταξαν ἐξ αὐτω̃ν δισχιλίους ἄνδρας
46 καὶ ἐγένοντο πάντες οἱ πίπτοντες ἀπὸ Βενιαμιν εἴκοσι πέντε χιλιάδες ἀνδρω̃ν ἑλκόντων ῥομφαίαν ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ἐκείνη̨ οἱ πάντες οὑ̃τοι ἄνδρες δυνάμεως
47 καὶ ἐπέβλεψαν οἱ λοιποὶ καὶ ἔφυγον εἰς τὴν ἔρημον πρὸς τὴν πέτραν του̃ Ρεμμων ἑξακόσιοι ἄνδρες καὶ ἐκάθισαν ἐν πέτρα̨ Ρεμμων τέσσαρας μη̃νας
48 καὶ οἱ υἱοὶ Ισραηλ ἐπέστρεψαν πρὸς υἱοὺς Βενιαμιν καὶ ἐπάταξαν αὐτοὺς ἐν στόματι ῥομφαίας ἀπὸ πόλεως Μεθλα καὶ ἕως κτήνους καὶ ἕως παντὸς του̃ εὑρισκομένου εἰς πάσας τὰς πόλεις καὶ τὰς πόλεις τὰς εὑρεθείσας ἐνέπρησαν ἐν πυρί

ΚΡΙΤΑΙ, κεφαλίς 21

καὶ οἱ υἱοὶ Ισραηλ ὤμοσαν ἐν Μασσηφα λέγοντες ἀνὴρ ἐξ ἡμω̃ν οὐ δώσει θυγατέρα αὐτου̃ τω̨̃ Βενιαμιν εἰς γυναι̃κα
καὶ ἠ̃λθεν ὁ λαὸς εἰς Βαιθηλ καὶ ἐκάθισαν ἐκει̃ ἕως ἑσπέρας ἐνώπιον του̃ θεου̃ καὶ ἠ̃ραν φωνὴν αὐτω̃ν καὶ ἔκλαυσαν κλαυθμὸν μέγαν
καὶ εἰ̃παν εἰς τί κύριε θεὲ Ισραηλ ἐγενήθη αὕτη του̃ ἐπισκεπη̃ναι σήμερον ἀπὸ Ισραηλ φυλὴν μίαν
καὶ ἐγένετο τη̨̃ ἐπαύριον καὶ ὤρθρισεν ὁ λαὸς καὶ ὠ̨κοδόμησαν ἐκει̃ θυσιαστήριον καὶ ἀνήνεγκαν ὁλοκαυτώσεις καὶ τελείας
καὶ εἰ̃πον οἱ υἱοὶ Ισραηλ τίς οὐκ ἀνέβη ἐν τη̨̃ ἐκκλησία̨ ἀπὸ πασω̃ν φυλω̃ν Ισραηλ πρὸς κύριον ὅτι ὁ ὅρκος μέγας ἠ̃ν τοι̃ς οὐκ ἀναβεβηκόσιν πρὸς κύριον εἰς Μασσηφα λέγοντες θανάτω̨ θανατωθήσεται
καὶ παρεκλήθησαν οἱ υἱοὶ Ισραηλ πρὸς Βενιαμιν ἀδελφὸν αὐτω̃ν καὶ εἰ̃παν ἐξεκόπη σήμερον φυλὴ μία ἀπὸ Ισραηλ
τί ποιήσωμεν αὐτοι̃ς τοι̃ς περισσοι̃ς τοι̃ς ὑπολειφθει̃σιν εἰς γυναι̃κας καὶ ἡμει̃ς ὠμόσαμεν ἐν κυρίω̨ του̃ μὴ δου̃ναι αὐτοι̃ς ἀπὸ τω̃ν θυγατέρων ἡμω̃ν εἰς γυναι̃κας
καὶ εἰ̃παν τίς εἱ̃ς ἀπὸ φυλω̃ν Ισραηλ ὃς οὐκ ἀνέβη πρὸς κύριον εἰς Μασσηφα καὶ ἰδοὺ οὐκ ἠ̃λθεν ἀνὴρ εἰς τὴν παρεμβολὴν ἀπὸ Ιαβις Γαλααδ εἰς τὴν ἐκκλησίαν
καὶ ἐπεσκέπη ὁ λαός καὶ οὐκ ἠ̃ν ἐκει̃ ἀνὴρ ἀπὸ οἰκούντων Ιαβις Γαλααδ
10 καὶ ἀπέστειλεν ἐκει̃ ἡ συναγωγὴ δώδεκα χιλιάδας ἀνδρω̃ν ἀπὸ υἱω̃ν τη̃ς δυνάμεως καὶ ἐνετείλαντο αὐτοι̃ς λέγοντες πορεύεσθε καὶ πατάξατε τοὺς οἰκου̃ντας Ιαβις Γαλααδ ἐν στόματι ῥομφαίας
11 καὶ του̃το ποιήσετε πα̃ν ἄρσεν καὶ πα̃σαν γυναι̃κα εἰδυι̃αν κοίτην ἄρσενος ἀναθεματιει̃τε τὰς δὲ παρθένους περιποιήσεσθε καὶ ἐποίησαν οὕτως
12 καὶ εὑ̃ρον ἀπὸ οἰκούντων Ιαβις Γαλααδ τετρακοσίας νεάνιδας παρθένους αἵτινες οὐκ ἔγνωσαν ἄνδρα εἰς κοίτην ἄρσενος καὶ ἤνεγκαν αὐτὰς εἰς τὴν παρεμβολὴν εἰς Σηλων τὴν ἐν γη̨̃ Χανααν
13 καὶ ἀπέστειλεν πα̃σα ἡ συναγωγὴ καὶ ἐλάλησαν πρὸς τοὺς υἱοὺς Βενιαμιν ἐν τη̨̃ πέτρα̨ Ρεμμων καὶ ἐκάλεσαν αὐτοὺς εἰς εἰρήνην
14 καὶ ἐπέστρεψεν Βενιαμιν πρὸς τοὺς υἱοὺς Ισραηλ ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ καὶ ἔδωκαν αὐτοι̃ς οἱ υἱοὶ Ισραηλ τὰς γυναι̃κας ἃς ἐζωοποίησαν ἀπὸ τω̃ν θυγατέρων Ιαβις Γαλααδ καὶ ἤρεσεν αὐτοι̃ς οὕτως
15 καὶ ὁ λαὸς παρεκλήθη ἐπὶ τω̨̃ Βενιαμιν ὅτι ἐποίησεν κύριος διακοπὴν ἐν ται̃ς φυλαι̃ς Ισραηλ
16 καὶ εἰ̃πον οἱ πρεσβύτεροι τη̃ς συναγωγη̃ς τί ποιήσωμεν τοι̃ς περισσοι̃ς εἰς γυναι̃κας ὅτι ἠφανίσθη ἀπὸ Βενιαμιν γυνή
17 καὶ εἰ̃παν κληρονομία διασω̨ζομένων τω̨̃ Βενιαμιν καὶ οὐκ ἐξαλειφθήσεται φυλὴ ἀπὸ Ισραηλ
18 ὅτι ἡμει̃ς οὐ δυνησόμεθα δου̃ναι αὐτοι̃ς γυναι̃κας ἀπὸ τω̃ν θυγατέρων ἡμω̃ν ὅτι ὠμόσαμεν ἐν υἱοι̃ς Ισραηλ λέγοντες ἐπικατάρατος ὁ διδοὺς γυναι̃κα τω̨̃ Βενιαμιν
19 καὶ εἰ̃παν ἰδοὺ δὴ ἑορτὴ κυρίου ἐν Σηλων ἀφ' ἡμερω̃ν εἰς ἡμέρας ἥ ἐστιν ἀπὸ βορρα̃ τη̃ς Βαιθηλ κατ' ἀνατολὰς ἡλίου ἐπὶ τη̃ς ὁδου̃ τη̃ς ἀναβαινούσης ἀπὸ Βαιθηλ εἰς Συχεμ καὶ ἀπὸ νότου τη̃ς Λεβωνα
20 καὶ ἐνετείλαντο τοι̃ς υἱοι̃ς Βενιαμιν λέγοντες πορεύεσθε ἐνεδρεύσατε ἐν τοι̃ς ἀμπελω̃σιν
21 καὶ ὄψεσθε καὶ ἰδοὺ ἐὰν ἐξέλθωσιν αἱ θυγατέρες τω̃ν οἰκούντων Σηλων χορεύειν ἐν τοι̃ς χοροι̃ς καὶ ἐξελεύσεσθε ἐκ τω̃ν ἀμπελώνων καὶ ἁρπάσατε ἑαυτοι̃ς ἀνὴρ γυναι̃κα ἀπὸ τω̃ν θυγατέρων Σηλων καὶ πορεύεσθε εἰς γη̃ν Βενιαμιν
22 καὶ ἔσται ὅταν ἔλθωσιν οἱ πατέρες αὐτω̃ν ἢ οἱ ἀδελφοὶ αὐτω̃ν κρίνεσθαι πρὸς ὑμα̃ς καὶ ἐρου̃μεν αὐτοι̃ς ἔλεος ποιήσατε ἡμι̃ν αὐτάς ὅτι οὐκ ἐλάβομεν ἀνὴρ γυναι̃κα αὐτου̃ ἐν τη̨̃ παρατάξει ὅτι οὐχ ὑμει̃ς ἐδώκατε αὐτοι̃ς ὡς καιρὸς πλημμελήσατε
23 καὶ ἐποίησαν οὕτως οἱ υἱοὶ Βενιαμιν καὶ ἔλαβον γυναι̃κας εἰς ἀριθμὸν αὐτω̃ν ἀπὸ τω̃ν χορευουσω̃ν ὡ̃ν ἥρπασαν καὶ ἐπορεύθησαν καὶ ὑπέστρεψαν εἰς τὴν κληρονομίαν αὐτω̃ν καὶ ὠ̨κοδόμησαν τὰς πόλεις καὶ ἐκάθισαν ἐν αὐται̃ς
24 καὶ περιεπάτησαν ἐκει̃θεν οἱ υἱοὶ Ισραηλ ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ ἀνὴρ εἰς φυλὴν αὐτου̃ καὶ εἰς συγγένειαν αὐτου̃ καὶ ἐξη̃λθον ἐκει̃θεν ἀνὴρ εἰς κληρονομίαν αὐτου̃
25 ἐν δὲ ται̃ς ἡμέραις ἐκείναις οὐκ ἠ̃ν βασιλεὺς ἐν Ισραηλ ἀνὴρ τὸ εὐθὲς ἐνώπιον αὐτου̃ ἐποίει
Для корректного отображения некириллических текстов желательно установить шрифты Lucida Sans Unicode (для текстов на греческом) и Hirmos (для текстов на церковнославянском). Если Ваш браузер поддерживает технологию CSS3, шрифты будут загружены автоматически.
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

19 В этом рассказе соединяются несколько преданий: одно из них связано со святилищем Массифы, другие со святилищем Вефиля. Преступление в Гиве является тяжким нарушением предписаний о святости избранного народа (Втор 7:6; ср Втор 9:9; Втор 10:9). Нарушение заповеди о чистоте усугубляется нарушением свящ. долга гостеприимства. Колено Вениаминово несет заслуженную кару, но после его наказания обетование сохраняется в целости для всех двенадцати колен народа Божия (Суд 21:6сл) и колено Вениаминово возрождается.


20:18-28 Три раза израильтяне "вопрошают Бога" перед сражением. Два раза они терпят поражение - что напоминает им о чистоте, необходимой для совершения дела Божия - и только на третий раз одерживают победу.


21:21-25 В заключение рассказа (Суд 19:1-21:25) повторяется то же замечание об отсутствии царя в Израиле, которое служило введением к рассказу (то же и в Суд 17:6и Суд 18:1).


"Каждый делал то, что ему казалось справедливым" (букв - что ему хотелось) - здесь содержится косвенное порицание анархии той эпохи, в которую совершились такие преступления, и предвозвещается период царей.



Книга Судей содержит: 1) введение (Jg 1:1-2:5); 2) главную часть (Jg 2:6-16:31); 3) два добавления, повествующих о переселении колена Данова и основании нового святилища (Jg 17-18) и о войне против колена Вениаминова, в наказание за преступления в Гиве (Jg 19-21). Введение не принадлежит непосредственно к кн Судей, чем и объясняется повторение (Jg 2:6-10) сведений о смерти и погребении Иисуса Навина, уже данных в предыдущей книге (Jos 24:29-31) — в нем дается картина завоевания Земли Обетованной и его последствий с иудейской точки зрения. История собственно Судей начинается в центральной части книги (Jg 2:6-16:31).

Современные экзегеты различают «великих» и «малых» судей, хотя в библейском тексте нет этих эпитетов. К первым относятся: Гофониил, Аод, Варак (и Девора), Гедеон, Иеффай и Самсон. Их происхождение, черты характера и деяния весьма различны, но все они были избраны Богом для осуществления какой-либо спасительной миссии. Рассказы о них сначала передавались устно в различной форме, обогащаясь добавочными элементами. Затем они были собраны в т. н. «Книге Освободителей», составленной в Северном царстве в первый период эпохи царей. В нее входили рассказы об Аоде, Вараке и Деворе, о Гедеоне-Иероваале (к которому был добавлен эпизод о царствовании Авимелеха), Иеффае и его дочери. В книгу было вставлено также два древних поэтических фрагмента: песнь Деворы (Jg 5), дублирующая прозаический рассказ (Jg 4), и притча Иофама (Jg 9:7-15), направленная против избрания на царство Авимелеха. В этой книге герои отдельных колен уже представлены героями общенациональными, ведущими войны Ягве за весь Израиль. Рассказы о «малых судьях», имена которых: Самегар (Jg 3:31), Фола, Иаир, Есевон, Елон и Авдон (Jg 12:8-13), — происходят от иного предания. Им не приписывается никаких спасительных деяний, но сообщается об их происхождении, семье, месте погребения и точно указываются периоды, в течение которых они «судили» Израиль. Глагол «шафат» в западносемитских языках, родственных еврейскому, в Мари в 18 в до Р.Х. и в Угарите в 13 в, вплоть до финикийских и пунических текстов греко-римской эпохи (напр, «суффеты» в Карфагене), значит не только «отправлять правосудие», но и «управлять». Компетенция этих «судей» не распространялась за пределы их города или района. Институт судей был как бы переходной ступенью между родоплеменным и монархическим строем. Первые редакторы несомненно располагали подлинными сведениями об этих судьях, но приписали им власть над всем Израилем и произвольно распределили периоды их служения, отчасти совпадавшие во времени, в хронологически последовательном порядке. Они применили название «судей Израилевых» также к героям «Книги Освободителей». Иеффай послужил в этом смысле переходным звеном: он действительно был и освободителем и судьей. Рассказ о нем включается в историю «малых судей», и о нем дается информация такого же рода, как и о них (Jg 11:1-2; Jg 12:7). Сюда же включили фигуру, первоначально не имевшую ничего общего ни с одной из этих двух категорий лиц, — Самсона из колена Данова — своеобразного героя, рассказы о подвигах которого в борьбе с филистимлянами были весьма популярны в Иудее (Jg 13-16). К судьям причислили и Гофониила (Jg 3:9-11), деятельность которого относилась к эпохе завоевания (ср Jos 15:17; Jg 1:12-15), и позже Самегара, не бывшего даже израильтянином (ср Jg 5:6). Таким образом число судей было доведено до двенадцати — числа, символизирующего весь Израиль.

Исходя из подлинных данных о «малых судьях», редакторы построили чисто условную хронологию, в которой преобладает число 40, соответствующее жизни одного поколения или его кратное 80, или его половина — 20. Целью такого исчисления было — получить сумму лет, которая в комбинации с другими библейскими данными соответствовала бы 480 годам, протекшим, согласно второзаконнической установке, между исходом из Египта и построением Храма (1R 6:1). Повествования о судьях заполняют без перерывов период между смертью Иисуса Навина и началом служения Самуила. Главной целью редакторов было выявить религиозный смысл событий. Он выражается в общем введении (Jg 2:6-3:6), в особом введении к истории Иеффая (Jg 10:6-16) и в систематически повторяющихся формулах, заполняющих почти весь рассказ о Гофонииле. Все это служит обрамлением эпизодов, происходящих неизменно по следующей схеме: Сыны Израилевы сделали злое перед очами Ягве — Он предал их угнетателям — Они возопили к Нему — Он послал им спасителя-судью. Первоначально в кн Судей не были включены приложения (Jg 17-21). В них воспроизводятся древние предания, подвергшиеся литературной обработке. В основе гл. 17—18 лежит предание о переселении колена Данова и основании им своего собственного святилища, но это событие представлено в отрицательном освещении. В гл. 19—21 комбинируются два предания, связанные со святилищами Массифы и Вефиля: возможно, что они возникли в колене Вениаминовом, но распространились в Иудее, приобретя звучание, враждебное царю Саулу, происходившему из Гивы.

Кн Судей можно считать почти единственным источником описываемой в ней эпохи, хотя у нас недостаточно материала для последовательной исторической реконструкции. Как уже было сказано, предлагаемая в ней хронология искусственна. В ней следуют в строго линейном порядке периоды, которые на самом деле частично совпадали, ибо смена периодов угнетения периодами свободы в действительности происходила всегда только на какой-либо части территории Израиля.

Главные события, происходившие в течение этого периода, можно датировать лишь приблизительно. Например, победу в Фанаахе при Деворе и Бараке (Jg 4-5) следует отнести к середине 12 в, поскольку она произошла раньше нашествия мадианитян (при Гедеоне), и распространения филистимлян за пределы их собственной территории (при Самсоне). Во всяком случае можно утверждать, что в течение этого смутного периода израильтянам приходилось бороться не только против первых владельцев страны — хананеев, какими были обитатели Изреельской равнины, разбитые Деворой и Бараком, но и против соседних народов: моавитян (Аод), аммонитян (Иеффай), мадианитян (Гедеон), а также против новых пришельцев — филистимлян (Самсон). В этой борьбе каждое колено защищает свою территорию. Иногда происходит объединение с соседними коленами. В песне Деворы (Jg 5) слышится упрек коленам, не ответившим на ее призыв; примечательно, что Иуда и Симеон в этом тексте даже не названы.

Эти два колена жили на юге, отделенные от остальных колен барьером: Газер, гаваонские города, Иерусалим. Их обособленность содействовала развитию зачатков будущего раскола. Напротив, победа при Фаанахе, благодаря которой израильтяне утвердились на Изреельской равнине, позволила северным коленам объединиться с домом Иосифовым. Основное же единство между различными коленами обеспечивалось причастностью к одной вере: все судьи были убежденными ягвистами, и святилище ковчега в Силоме стало центром, где встречались все колена. Кроме того, в этой борьбе выковалось национальное самосознание и подготовлено было то окончательное объединение перед лицом общей опасности, которое произошло при Самуиле.

Кн Судей напоминали израильтянам, что угнетение есть кара за нечестие, а победа следует за возвратом к Богу. Иисус сын Сирахов восхваляет судей за их верность (Si 46:13-15), а в посл, к Евреям их успехи представлены как награда за веру; они принадлежат к тому «облаку свидетелей», которые поддерживают христианина в его решимости бороться с грехом и быть твердым в предстоящих испытаниях (He 11:32-34; He 12:1).

В еврейской Библии исторические книги (Иисуса Навина, Судей и Царств) называются «Небиии ришоним». т.е. «Ранние пророки», в противоположность «Поздним пророкам»: Исайе, Иеремии, Иезёкиилю, Даниилу и двенадцати «малым пророкам». Предание приписывало их составление пророкам: Иисусу Навину, Самуилу и Иеремии. Уже само название этих книг свидетельствует о том, что составители не являются историками в древнем и, тем более, современном смысле слова. Они — глашатаи Слова Божия, избравшие главной темой своих книг отношение Израиля с Ягве, его верность или неверность — неверность в особенности — Богу Завета. Приводя примеры из прошлого, они излагают религиозное учение, выступают как пророки и наставники народа. Их интересуют не столько минувшие события, сколько уроки, которые можно из них извлечь.

Однако назидательный характер «Ранних пророков» не лишает их повествование исторической ценности. Составители этих книг опираются на обширный материал первостепенной важности и значения. Это не только устные рассказы и древний эпос, но и биографии великих людей Израиля, написанные вскоре после их кончины, а также государственные летописи Израильского и Иудейского царств, на которые свящ. писатели часто ссылаются (2 Цар 1:18; 3 Цар 11:41; 3 Цар 14:19; ср 2 Пар 27:7).

Исторические книги составляют одно целое, завершенное не ранее 562 г до Р.Х. (4 Цар 25:27). В Библии они следуют непосредственно за Пятикнижием: в конце кн Втор Иисус Навин указан как преемник Моисея, а события кн Ис Нав начинаются как раз на другой день после смерти законодателя Израиля.

Духовный смысл сборника можно кратко сформулировать следующим образом: Ягве, положив начало существованию Своего народа, ведет его по пути восхождения к тому времени, когда Он окончательно воцарится в мире (Царство Божие). Для этого Он отдает Израилю Землю Обетованную, поставляет Давида монархом и обещает его потомку вечную власть в эсхатологическом Царстве. Но в то же время составители исторических книг сурово и беспощадно обличают народ Божий за его неверность Завету. Эта неверность является прямой причиной тех бедствий, которые обрушиваются на Израиль. Таким образом история превращается в урок и предупреждение. Она содержит призыв к покаянию, который с особой силой прозвучал в эпоху плена Вавилонского.

Второзаконие исторически обосновало учение об избранности Израиля и определило вытекающее отсюда его теократическое устройство; вслед затем кн Ис Нав рассказывает о поселении избранного народа в Обетованной Земле, кн Судей излагает чередование отступничеств и помилований, 1 и 2 кн Царств повествуют о кризисе, приведшем к установлению царской власти и подвергшем опасности теократический идеал, который затем осуществляется при Давиде; 3 и 4 кн Царств описывают упадок, начавшийся при Соломоне: несмотря на благочестие некоторых царей, произошел целый ряд отступничеств, за которые Бог покарал Свой народ.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

19:1-14 Один левит, возвращаясь со своей наложницей из дома ее отца, жившего, вероятно, в колене Иудовом и не желая переночевать в Иерусалиме, как городе, принадлежащем тогда иевусеям, пришел для ночлега в Гиву вениаминову, ныне Телль-эль-Фулль, на расстоянии часа пути севернее Иерусалима.


19:15-21 После того как жители города Гивы не желали дать путнику-левиту ночлега, его принял к себе в дом один старец, происходивший из местности колена Ефремова, откуда происходил и левит.


19:22-28 Гивитяне, подобно мужам Содома ( Быт 19:4-5 ), соединявшие с жестокостью любострастие и мужеложство, требовали от старца, оказавшего левиту гостеприимство, выдать левита для мужеложства с ним. Но когда старцу удалось охранить самого левита, последний сам выдал им свою наложницу, над которой они издевались в течение всей ночи, так что она, дошедши на заре до дверей дома, где находился левит, умерла здесь вследствие изнеможения.


19:29-30 Привезши труп ее в свой дом, левит разрезал его на 12 частей и послал по части в каждое колено Израилево, с тем, чтобы обратить внимание израильтян на жестокость и безнравственность гивитян.


20:1-2 Возмущенные гнусным преступлением вениамитян, израильтяне всех колен, кроме Вениаминова, от крайнего севера Палестины (Дана) и до крайнего юга (Вирсавии), а также и Заиорданской области (колена Рувимиво, Гадово и половина Манассиина) собрались к Массифу (ср. Нав 18:26 , ныне Телль-Нацбе), откуда представлялось удобным оказать то или иное воздействие на жителей Гивы, лежавшей в том же Вениаминовом колене. Об этом собрании стало известно и вениамитянам.


20:3-7 Представители общества допросили пострадавшего левита о преступлении гивитян. Он рассказал им как об этом преступлении, так и о совершенной им самим отправке частей трупа наложницы по коленам, после чего просил их произнести приговор и решение по сему делу.


20:8-17 Общество израильтян по выслушании левита единодушно решило наказать гивитян. Но когда оно обратилось с таким предложением к представителям колена Вениаминова, то те отказались исполнить такое наказание.


20:18-25 Вместо должного наказания преступных гивитян, вениамитяне сами выступили на защиту их, вследствие чего возникла междуусобная война между вениамитянами и израильтянами остальных 11-ти колен. Вениамитяне уступали им в численности, но превосходили в искусстве стрелять, так что в первых двух сражениях одержали победу.


20:26-28 Смущенные двумя поражениями, израильтяне собрались в Вефиль, куда на время был принесен ковчег завета, совершили целодневный пост, принесли жертвы всесожжения и мирные, и через первосвященника Финееса (данное событие относится к началу Судей) вопросили Господа о том, продолжать ли им войну с вениамитянами. Господь через Урим и Тумим сказал им, чтобы они выступили против вениамитян и обещал предать их в руки израильтян.


20:29-48 Устроив засаду, израильтяне на этот раз победили вениамитян, истребив из них все мужское население, способное вести войну, за исключением 600 человек, спасшихся в пустыне, у скалы Риммон, находящейся близ Гивы (еще и ныне Риммун), самый город Гиву с находившимися в нем людьми и скотом сожгли. Упоминаемое в описании военных действий израильтян местечко Ваал-Фамар может быть отождествлено с называемым у Евсевия (Ономастикон, 238, 75) Ветамар, находившимся близ Гивы и богатым пальмами.


21:1-7 Под влиянием сильного гнева против вениамитян израильтяне остальных 11-ти колен, до начала войны с ними, в Массифе дали клятву не выдавать за них в замужество своих дочерей. Вследствие исполнения этой клятвы израильтянами, колену Вениаминову, ввиду того, что израильтяне не могли жениться на хананеянках ( Исх 34:16 ; Втор 7:3 ), угрожало полное искоренение. Сознавая это, израильтяне сожалели о таком печальном будущем одного из славных колен всего народа Израилева ( Быт 49:27 ; Втор 33:12 ) и, собравшись в г. Вефиле, где тогда находился ковчег завета, совершили по поводу сего жертвы Господу и в то же время спрашивали о тех израильтянах, которые не явились в собрание общества Израилева в Массифе и таким образом были как бы свободны от данной обществом клятвы.


21:8-14 После того как произведенное исследование, что в собрании общества Израилева в Массифе не явился никто из жителей Иависа галаадского, лежавшего по левую сторону Иордана, где ныне вади Иабис, впадающий в Иордан ниже Скифополя, общество Израилево отправило отряд воинов для поголовного истребления жителей Иависа, за исключением девиц, не познавших мужского ложа. Оставшиеся таким образом в живых 400 девиц были отданы в жены спасшимся в количестве 600 вениамитян.


21:15-24 Для предоставления жен остальным 200 вениамитянам им было дозволено старейшинами общества совершить похищение девиц израильских во время праздника кущей, когда девицы будут водить хороводы близ Силома (ныне Сейлунь), у дороги, ведущей из Вефиля в Сихем (Наплус) и с юга — по направлению к Левону (ныне Эль-Левон, близ Сейлуна). С фактом похищения вениамитянами себе жен имеет сходство факт подобного же похищения римлянами себе в жены сабинянок. После приобретения жен оставшиеся в живых вениамитяне вновь обзавелись семьями, соорудили города и стали жить в них. Таким образом, колено Вениаминово вновь приобрело возможность своего продолжения в роде.


21:25 В заключение книги Судей писатель вновь делает замечание о бывшем тогда безначалии в народе (ср. Суд 17:6 ; 18:1 ; 19:1 ), печальным последствием чего были, между прочим, описанные им в конце книги факты — культ Михи (данитян) и история гивитян ( Суд 17-21 ).


Название книги. Книга Судей (Sefer schofetim, Κριταὶ, liber Judicum, sefar daione) получила свое название от имени тех лиц, т. е. Судей израильских, о деятельности которых она преимущественно повествует.

Состав книги и деление на части. Книга Судей заключает двадцать одну главу и по своему построению делится на три части: а) Jg 1:1-3:6; б) Jg 3:7-16:31 и в) Jg 17:1-21:25. Первая часть представляет вступление в книгу и содержит общую характеристику времени Судей. Вторая представляет самый корпус книги и содержит историю многократного уклонения израильтян от веры в истинного Бога, угнетения их соседними племенами, раскаяния и спасения от угнетателей через посылавшихся Богом Судей и, кроме того, историю жизни и деятельности самих Судей. Наконец, третья часть представляет добавление к корпусу книги Судей и содержит рассказ о двух происшествиях, по своему значению особенно ясно характеризующих время Судей со стороны господствовавшего тогда в народе безначалия.

Происхождение книги. Язык книги Судей заключает признаки о принадлежности ее одному автору. О происхождении ее от одного автора свидетельствует также изложение книги, в котором замечается единый целостный план1Ср. Scholz [Шольц]. Einleitung in die Heiligen Schriften. (1845), 2-ter Th., s. 281-287; Glaire. Introduction à l'Ecriture sainte. (1843), t. 3-me, p. 155-156. Keil [Кейль]. Lehrbuch der historisch-kritischen Einleitung in die kanonischen und apokryphischen schriften des alt Testamentes. (1859), s. 155-158. Keil [Кейль]. Biblisch. Commentar über die prophetischen Geschichtsbücher des aft Testamentes. 1-ter B. (1863), s. 184-186. F. Vigourout. Manuel biblique. (1901), t. 2, p. 55-56.2 Убальди по данному поводу говорит: Alii enim Esdram, alii Ezechiam, alii Samuelem ejus auctorem fuisse opinantur, alii demum non uni, sed pluribus auctoribus eum tribuunt, existimantes singulos judices aliqua scripsisse, quae postea in unum volumen conflata fuerint. Ubaldi. Introductia. 1, p. 396. Cp. P. М. = J. L'agrange. Le livre des juges. (1903), pp. XXI-XXII.3 Hengstenberg [Генгстенберг]. Beiträge. II, s. 153; Hävernick. Einleitung etc. II, 1, s. 109; Scholz [Шольц]. Einleitung etc. Th. II, s. 298-299; Glaire. Introduction etc. T. 3-me, p. 158-159; L'agrange. Op. c. P. 288-290. Нужно заметить, что, как предполагают некоторые толковники (Губиганг, Блек, Einleit. S. 349) и как читается в одной древнееврейской рукописи, хранящейся в Санкт-Петербугской Императорской публичной библиотеке, первоначально в еврейском тексте здесь могли читать не geloth haarez (= пленения земли), а geloth haaron (= пленения ковчега).4Ян так говорит о происхождении книги Судей: Itaque liber prime mox annis regis Sauli, forte, ut Talmudici asserunt, ab ipso Samuele, cujus monita spirat, exaratus fuit. (Iniroductio in libros sacres U. T. §34, ср. также Glaire. Introduction à l'ecriture sainte. T. 3, p. 157; A Commentary upon the holy Bible from Henry and Scott, Joschua to Esther, p. 60, the book of Judges. Vigourout, Man. bibl, p. 57). Убальди, упомянув о трех мнениях относительно происхождения книги Судей, говорит: ex tribus autem superioribus sententiis vecosimilior videtur tertia, quae librum Samueli adscribit: hic enim et postremus fuit inter judices, el prophetico spiritu afflatus, et inter Agiographos computatus (Ubaldi. Ibid.; у Лагранжа. Op. c. P. XXII). Проф. Юнгеров П. А. Единство, систематичность и исторический характер книги Судей (Прав. Соб. 1905, апрель, с. 567-574). . Вопрос о времени жизни автора книги может быть разрешен только с большей или меньшей степенью вероятности. Решению этого вопроса способствуют некоторые данные, представляемые содержанием самой книги. К таковым принадлежат: а) встречающееся несколько раз в третьей части книги (Jg 17:6; Jg 21:25, ср. Jg 18:1; Jg 19:1) замечание: «в те дни не было царя у Израиля; каждый делал то, что ему казалось справедливым». Это замечание дает основание предполагать, что лицо, писавшее приведенные слова, жило в то время, когда у евреев уже существовала царская власть и когда обнаружились благодетельные последствия этого учреждения; б) встречающееся в первой части книги (Jg 1:21) замечание: «но иевусеев, которые жили в Иерусалиме, не изгнали сыны Вениаминовы, и живут (буквально с еврейского и масоретского «и жили») иевусеи с сынами Вениамина в Иерусалиме до сего дня». Из этого замечания ясно, что автор книги жил прежде полного завоевания Иерусалима израильтянами, что случилось уже при царе Давиде, который пошел против Иерусалима, взял крепость Сион и, назвав его городом Давидовым, сделал своей резиденцией и главным городом царства (2S 5:6-9; ср. 1Ch 11:4-9); замечание Jg 18:30: «и поставили у себя сыны Дановы истукан; Ионафан же, сын Гирсона, сына Манассии, сам и сыновья его были священниками в колене Дановом до дня переселения (жителей той) земли». Последние слова этого стиха (ad jom geloth haarez = буквально «до дня пленения земли»), имеющие характер хронологической даты и различно толкуемые у комментаторов, по более вероятному объяснению, принятому со времени Давида Кимхи у многих толковников, указывают на пленение ковчега завета филистимлянами (1S 4:21), каковое пленение было как бы равносильным пленению самой земли (ср. Ps 77:59-64); г) замечание Jg 18:31: «и имели у себя истукан, сделанный Михою, во все то время, когда дом Божий находился в Силоме». Как ясно из этих слов, писатель книги смотрел на факт пребывания скинии в Силоме, как уже на прошедший, и мог написать их уже после пребывания скинии в Силоме. Скиния же в последний раз является в Силоме во время Илия и Самуила (1S 1:3-28; 1S 3:21; 1S 4:3); при Сауле она является в Номве (1S 21), а при Давиде в Гаваоне (1Ch 16:39; 1Ch 21:29). Таким образом «дом Божий», или скиния, находился в Силоме только до царствования Саула, позднее же он сюда более не переносился. Из сопоставления всех этих данных явствует, что автор книги Судей, которому принадлежат приведенные свидетельства, жил после пленения кивота завета филистимлянами и после пребывания скинии в Силоме, — жил в то время, когда у евреев уже установилось царское правление и когда обнаружилась благостность такого правления, но еще раньше завоевания Иерусалима царем Давидом. Сообразно этим данным, еврейское предание считает автором книги Судей пророка Самуила, как говорится в Талмуде: «Самуил написал свою книгу, Судей и Руфь» (Бава-Батра, 14b), и как признают Кимхи, Абарбанель и большая часть раввинов. Большая часть христианских экзегетов точно также на основании указанных данных считают автором книги Судей пророка Самуила. Позднейшие писатели других с щенных книг, несомненно, были знакомы с книгой Судей. Так, писатель 4 Цар прагматическим освещением ассирийского плена (2R 17:7-23), точно также Неемия своей покаянной молитвой (Ne 9:26-38, ср. Ps 105:34-48) указывают Jg 2:11-23. Пророк Осия (Os 9:9; Jg 10:9) упоминает о грехе жителей Гивы (Jg 19). Пророк Исаия (Is 9:4; Is 10:26) упоминает о дне Мадиама (Jg 6-7). Псалмопевец в Ps 68:8-13 (по еврейскому тексту) приводит почти буквально несколько стихов из песни Деворы (Jg 5:4-5; Jg 5:28-30), а в Ps 82:7-12 упоминает о событиях во время Деворы и Гедеона. В пророчестве Захарии о времени Мессии (Za 9) описание царя, едущего на ослице и молодом осле, напоминает выражение книги Судей о сыновьях Иаира (Jg 10:4) и сыновьях Авдона (Jg 12:14), а также выражение Деворы (Jg 5:10) о всех вообще начальниках израилевых, как ездящих на белых ослицах. Кроме этого, св. Василий Великий под упоминаемыми в Is 1:26 судьями находит возможным разуметь судей из времени Судей израильских.

Каноническое достоинство книги. Каноническое достоинство книги Судей никогда не подвергалось сомнению ни в иудейской, ни в христианской церкви. Она находится во всех переводах и перечнях канонических книг Ветхого Завета, в частности у Мелитона Сардийского, Оригена, в 85 правиле апостольском, в 60 правиле Лаодикийского собора, в синопсисах св. Афанасия Александрийского, и св. Иоанна Златоуста, и св. Кирилла Иерусалимского, у Епифания Кипрского, св. Ефрема Сирина, у блаж. Феодорита, блаж. Августина, в переводе блаж. Иеронима и др., и везде занимает место непосредственно после книги Иисуса Навина.

Исторические книги


По принятому в греко-славянской и латинской Библиях делению ветхозаветных книг по содержанию, историческими (каноническими) книгами считаются в них книги Иисуса Навина, Судей, Руфь, четыре книги Царств, две Паралипоменон, 1-я книга Ездры, Неемии и Есфирь. Подобное исчисление встречается уже в 85-м апостольском правиле 1, четвертом огласительном поучении Кирилла Иерусалимского, Синайском списке перевода LXX и отчасти в 60-м правиле Лаодикийского собора 350 г.: Есфирь поставлена в нем между книгами Руфь и Царств 2. Равным образом и термин «исторические книги» известен из того же четвертого огласительного поучения Кирилла Иерусалимского и сочинения Григория Богослова «О том, какие подобает чести кн. Ветхого и Нового Завета» (книга Правил, с. 372–373). У названных отцов церкви он имеет, впрочем, несколько иной, чем теперь, смысл: название «исторические книги» дается ими не только «историческим книгам» греко-славянского и латинского перевода, но и всему Пятикнижию. «Исторических книг древнейших еврейских премудростей, – говорит Григорий Богослов, – двенадцать. Первая – Бытие, потом Исход, Левит, потом Числа, Второзаконие, потом Иисус и Судии, восьмая Руфь. Девятая и десятая книги – Деяния Царств, Паралипоменон и последнею имееши Ездру». «Читай, – отвечает Кирилл Иерусалимский, – божественных писаний Ветхого завета 22 книги, переведенных LXX толковниками, и не смешивай их с апокрифами… Это двадцать две книги суть: закона Моисеева первые пять книг: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие. Затем Иисуса сына Навина, Судей с Руфью составляют одну седьмую книгу. Прочих исторических книг первая и вторая Царств, у евреев составляющая одну книгу, также третья и четвертая, составляющие одну же книгу. Подобно этому, у них и Паралипоменон первая и вторая считаются за одну книгу, и Ездры первая и вторая (по нашему Неемии) считаются за одну книгу. Двенадцатая книга – Есфирь. Таковы исторические книги».

Что касается еврейской Библии, то ей чужд как самый раздел «исторических книг», так и греко-славянское и латинское их распределение. Книги Иисуса Навина, Судей и четыре книги Царств причисляются в ней к «пророкам», а Руфь, две книги Паралипоменон, Ездры – Неемии и Есфирь – к разделу «кегубим» – священным писаниям. Первые, т. е. кн. Иисуса Навина, Судей и Царств занимают начальное место среди пророческих, Руфь – пятое, Есфирь – восьмое и Ездры, Неемии и Паралипоменон – последние места среди «писаний». Гораздо ближе к делению LXX стоит распорядок книг у Иосифа Флавия. Его слова: «От смерти Моисея до правления Артаксеркса пророки после Моисея записали в 13 книгах совершившееся при них» (Против Аппиона, I, 8), дают понять, что он считал кн. Иисуса Навина – Есфирь книгами характера исторического. Того же взгляда держался, по-видимому, и Иисус сын Сирахов, В разделе «писаний» он различает «премудрые словеса́... и... повести» (Сир 44.3–5), т. е. учительные и исторические книги. Последними же могли быть только Руфь, Паралипоменон, Ездры, Неемии и Есфирь. Принятое в еврейской Библии включение их в раздел «писаний» объясняется отчасти тем, что авторам некоторых из них, например Ездры – Неемии, не было усвоено в еврейском богословии наименования «пророк», отчасти их характером, в них виден историк учитель и проповедник. Сообразно с этим весь третий раздел и называется в некоторых талмудических трактатах «премудростью».

Относя одну часть наших исторических книг к разделу пророков, «узнавших по вдохновенно от Бога раннейшее, а о бывшем при них писавших с мудростью» (Иосиф Флавий. Против Аппиона I, 7), и другую – к «писаниям», каковое название дается всему составу ветхозаветных канонических книг, иудейская церковь тем самым признала их за произведения богодухновенные. Вполне определенно и ясно высказан этот взгляд в словах Иосифа Флавия: «У иудеев не всякий человек может быть священным писателем, но только пророк, пишущий по Божественному вдохновенно, почему все священные еврейские книги (числом 22) справедливо могут быть названы Божественными» (Против Аппиона I, 8). Позднее, как видно из талмудического трактата Мегилла, поднимался спор о богодухновенности книг Руфь и Есфирь; но в результате его они признаны написанными Духом Святым. Одинакового с ветхозаветной церковью взгляда на богодухновенность исторических книг держится и церковь новозаветная (см. выше 85 Апостольское правило).

Согласно со своим названием, исторические книги налагают историю религиозно-нравственной и гражданской жизни народа еврейского, начиная с завоевания Ханаана при Иисусе Навине (1480–1442 г. до Р. X.) и кончая возвращением евреев из Вавилона во главе с Неемиею при Артаксерксе I (445 г. до Р. X.), на время правления которого падают также события, описанные в книге Есфирь. Имевшие место в течение данного периода факты излагаются в исторических книгах или вполне объективно, или же рассматриваются с теократической точки зрения. Последняя устанавливала, с одной стороны, строгое различие между должными и недолжными явлениями в области религии, а с другой, признавала полную зависимость жизни гражданской и политической от веры в истинного Бога. В зависимости от этого излагаемая при свете идеи теократии история народа еврейского представляет ряд нормальных и ненормальных религиозных явлений, сопровождавшихся то возвышением, подъемом политической жизни, то полным ее упадком. Подобная точка зрения свойственна преимущественно 3–4 кн. Царств, кн. Паралипоменон и некоторым частям кн. Ездры и Неемии (Неем 9.1). Обнимаемый историческими книгами тысячелетний период жизни народа еврейского распадается в зависимости от внутренней, причинной связи явлении на несколько отдельных эпох. Из них время Иисуса Навина, ознаменованное завоеванием Палестины, представляет переходный момент от жизни кочевой к оседлой. Первые шаги ее в период Судей (1442–1094) были не особенно удачны. Лишившись со смертью Иисуса Навина политического вождя, евреи распались на двенадцать самостоятельных республик, утративших сознание национального единства. Оно сменилось племенной рознью, и притом настолько сильною, что колена не принимают участие в обшей политической жизни страны, живут до того изолированно, замкнуто, что не желают помочь друг другу даже в дни несчастий (Суд.5.15–17, 6.35, 8.1). В таком же точно жалком состоянии находилась и религиозно-нравственная жизнь. Безнравственность сделалась настолько всеобщей, что прелюбодейное сожительство считалось обычным делом и как бы заменяло брак, а в некоторых городах развелись гнусные пороки времен Содома и Гоморры (Суд.19). Одновременно с этим была забыта истинная религия, – ее место заняли суеверия, распространяемые бродячими левитами (Суд.17). Отсутствие в период судей, сдерживающих начал в виде религии и постоянной светской власти, завершилось в конце концов полной разнузданностью: «каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд.21.25). Но эти же отрицательные стороны и явления оказались благодетельными в том отношении, что подготовили установление царской власти; период судей оказался переходным временем к периоду царей. Племенная рознь и вызываемое ею бессилие говорили народу о необходимости постоянной, прочной власти, польза которой доказывалась деятельностью каждого судьи и особенно Самуила, успевшего объединить своей личностью всех израильтян (1Цар 7.15–17). И так как, с другой стороны, такой сдерживающей народ силой не могла быть религия, – он еще недоразвился до того, чтобы руководиться духовным началом, – то объединение могло исходить от земной власти, какова власть царская. И, действительно, воцарение Саула положило, хотя и не надолго, конец племенной розни евреев: по его призыву собираются на войну с Каасом Аммонитским «сыны Израилевы... и мужи Иудины» (1Цар 11.8). Скорее военачальник, чем правитель, Саул оправдал народное желание видеть в царе сильного властью полководца (1Цар 8.20), он одержал целый ряд побед над окрестными народами (1Цар 14.47–48) и как герой погиб в битве на горах Гелвуйских (1Цар 31). С его смертью во всей силе сказалась племенная рознь периода Судей: колено Иудово, стоявшее прежде одиноко от других, признало теперь своим царем Давида (2Цар 2.4), а остальные подчинились сыну Саула Иевосфею (2Цар 2.8–9). Через семь с половиной лет после этого власть над Иудою и Израилем перешла в руки Давида (2Цар 5.1–3), и целью его правления становится уничтожение племенной розни, при посредстве чего он рассчитывает удержать престол за собой и своим домом. Ее достижению способствуют и постоянные войны, как общенародное дело, они поддерживают сознание национального единства и отвлекают внимание от дел внутренней жизни, всегда могущих подать повод к раздорам, и целый ряд реформ, направленных к уравнению всех колен пред законом. Так, устройство постоянной армии, разделенной по числу колен на двенадцать частей, причем каждая несет ежемесячную службу в Иерусалиме (1Пар 27.1), уравнивает народ по отношению к военной службе. Превращение нейтрального города Иерусалима в религиозный и гражданский центр не возвышает никакое колено в религиозном и гражданском отношении. Назначение для всего народа одинаковых судей-левитов (1Пар 26.29–30) и сохранение за каждым коленом местного племенного самоуправления (1Пар 27.16–22) уравнивает всех пред судом. Поддерживая равенство колен и тем не давая повода к проявлению племенной розни, Давид остается в то же самое время в полном смысле самодержавным монархом. В его руках сосредоточивается власть военная и гражданская: первая через посредство подчиненного ему главнокомандующего армией Иоава (1Пар 27.34), вторая через посредство первосвященника Садока, начальника левитов-судей.

Правление сына и преемника Давидова Соломона обратило ни во что результат царствования его отца. Необыкновенная роскошь двора Соломона требовала громадных расходов и соответствующих налогов на народ. Его средства шли теперь не на общегосударственное дело, как при Давиде, а на удовлетворение личных нужд царя и его придворных. Одновременно с этим оказался извращенным правый суд времени Давида: исчезло равенство всех и каждого пред законом. На этой почве (3Цар 12.4) возникло народное недовольство, перешедшее затем в открытое возмущение (3Цар 11.26. Подавленное Соломоном, оно вновь заявило себя при Ровоаме (3Цар 12) и на этот раз разрешилось отделением от дома Давидова 10 колен (3Цар 12.20). Ближайшим поводом к нему служило недовольство Соломоном, наложившим на народ тяжелое иго (3Цар 12.4), и нежелание Ровоама облегчить его. Но судя по словам отделившихся колен: «нет нам доли в сыне Иессеевом» (3Цар 12.16), т. е. у нас нет с ним ничего общего; мы не принадлежим ему, как Иуда, по происхождению, причина разделения в той племенной, коленной розни, которая проходила через весь период Судей и на время стихает при Сауле, Давиде и Соломоне.

Разделением единого царства (980 г. до Р. Х.) на два – Иудейское и Израильское – было положено начало ослаблению могущества народа еврейского. Последствия этого рода сказались прежде всего в истории десятиколенного царства. Его силам наносят чувствительный удар войны с Иудою. Начатые Ровоамом (3Цар 12.21, 14.30; 2Пар 11.1, 12.15), они продолжаются при Авии, избившем 500 000 израильтян (2Пар 13.17) и отнявшем у Иеровоама целый ряд городов (2Пар 13.19), и на время заканчиваются при Асе, истребившем при помощи Венадада Сирийского население Аина, Дана, Авел-Беф-Моахи и всей земли Неффалимовой (3Цар 15.20). Обоюдный вред от этой почти 60-тилетней войны был сознан, наконец, в обоих государствах: Ахав и Иосафат вступают в союз, закрепляя его родством царствующих домов (2Пар 18.1), – женитьбою сына Иосафатова Иорама на дочери Ахава Гофолии (2Пар 21.6). Но не успели зажить нанесенные ею раны, как начинаются войны израильтян с сирийцами. С перерывами (3Цар 22.1) и переменным счастьем они проходят через царствование Ахава (3Цар 20), Иорама (4Цар 8.16–28), Ииуя (4Цар 10.5–36), Иоахаза (4Цар 13.1–9) и Иоаса (4Цар 13.10–13) и настолько ослабляют военную силу израильтян, что у Иохаза остается только 50 всадников, 10 колесниц и 10 000 пехоты (4Цар 13.7). Все остальное, как прах, развеял Азаил Сирийский, (Ibid: ср. 4Цар 8.12). Одновременно с сирийцами израильтяне ведут при Иоасе войну с иудеями (4Цар 14.9–14, 2Пар 25.17–24) и при Иеровоаме II возвращают, конечно, не без потерь в людях, пределы своих прежних владений от края Емафского до моря пустыни (4Цар 14.25). Обессиленные целым рядом этих войн, израильтяне оказываются, наконец, не в силах выдержать натиск своих последних врагов – ассириян, положивших конец существованию десятиколенного царства. В качестве самостоятельного государства десятиколенное царство просуществовало 259 лет (960–721). Оно пало, истощив свои силы в целом ряде непрерывных войн. В ином свете представляется за это время состояние двухколенного царства. Оно не только не слабеет, но скорее усиливается. Действительно, в начале своего существования двухколенное царство располагало лишь 120 000 или по счислению александрийского списка 180 000 воинов и потому, естественно, не могло отразить нашествия египетского фараона Сусакима. Он взял укрепленные города Иудеи, разграбил самый Иерусалим и сделал иудеев своими данниками (2Пар 12.4, 8–9). Впоследствии же число вооруженных и способных к войне было увеличено теми недовольными религиозной реформой Иеровоама I израильтянами (не считая левитов), которые перешли на сторону Ровоама, укрепили и поддерживали его царство (2Пар 11.17). Сравнительно благоприятно отозвались на двухколенном царстве и его войны с десятиколенным. По крайней мере, Авия отнимает у Иеровоама Вефиль, Иешон и Ефрон с зависящими от них городами (2Пар 13.19), а его преемник Аса в состоянии выставить против Зарая Эфиоплянина 580 000 воинов (2Пар 14.8). Относительная слабость двухколенного царства сказывается лишь в том, что тот же Аса не может один вести войну с Ваасою и приглашает на помощь Венадада сирийского (3Цар 15.18–19). При сыне и преемнике Асы Иосафате двухколенное царство крепнет еще более. Не увлекаясь жаждой завоеваний, он посвящает свою деятельность упорядочению внутренней жизни государства, предпринимает попытку исправить религиозно-нравственную жизнь народа, заботится о его просвещении (2Пар 17.7–10), об урегулировании суда и судебных учреждений (2Пар 19.5–11), строит новые крепости (2Пар 17.12) и т. п. Проведение в жизнь этих предначертаний требовало, конечно, мира с соседями. Из них филистимляне и идумеяне усмиряются силой оружия (2Пар 17.10–11), а с десятиколенным царством заключается политический и родственный союз (2Пар 18.1). Необходимый для Иосафата, как средство к выполнению вышеуказанных реформ, этот последний сделался с течением времени источником бедствий и несчастий для двухколенного царства. По представлению автора Паралипоменон (2Пар 21), они выразились в отложении Иудеи при Иораме покоренной Иосафатом Идумеи (2Пар.21.10), в счастливом набеге на Иудею и самый Иерусалим филистимлян и аравийских племен (2Пар.21.16–17), в возмущении жителей священнического города Ливны (2Пар.21.10) и в бесполезной войне с сирийцами (2Пар 22.5). Сказавшееся в этих фактах (см. еще 2Пар 21.2–4, 22.10) разложение двухколенного царства было остановлено деятельностью первосвященника Иоддая, воспитателя сына Охозии Иоаса, но с его смертью сказалось с новой силой. Не успевшее окрепнуть от бедствий и неурядиц прошлых царствований, оно подвергается теперь нападению соседей. Именно филистимляне захватывают в плен иудеев и ведут ими торговлю как рабами (Иоиль 3.6, Ам 1.9); идумеяне делают частые вторжения в пределы Иудеи и жестоко распоряжаются с пленниками (Ам 1.6, Иоиль 3.19); наконец, Азаил сирийский, отняв Геф, переносит оружие на самый Иерусалим, и снова царство Иудейское покупает себе свободу дорогой ценой сокровищ царского дома и храма (4Цар 12.18). Правлением сына Иоаса Амасии кончается время бедствий (несчастная война с десятиколенным царством – 4Цар 14.9–14,, 2Пар 25.17–24 и вторжение идумеев – Ам 9.12), а при его преемниках Озии прокаженном и Иоафаме двухколенное царство возвращает славу времен Давида и Соломона. Первый подчиняет на юге идумеев и овладевает гаванью Елафом, на западе сокрушает силу филистимлян, а на востоке ему платят дань аммонитяне (2Пар 26.6–8). Могущество Озии было настолько значительно, что, по свидетельству клинообразных надписей, он выдержал натиск Феглафелассара III. Обеспеченное извне двухколенное царство широко и свободно развивало теперь и свое внутреннее экономическое благосостояние, причем сам царь был первым и ревностным покровителем народного хозяйства (2Пар 26.10). С развитием внутреннего благосостояния широко развилась также торговля, послужившая источником народного обогащения (Ис 2.7). Славному предшественнику последовал не менее славный и достойный преемник Иоафам. За время их правления Иудейское царство как бы собирается с силами для предстоящей борьбы с ассириянами. Неизбежность последней становится ясной уже при Ахазе, пригласившем Феглафелассара для защиты от нападения Рецина, Факея, идумеян и филистимлян (2Пар 28.5–18). По выражению Вигуру, он, сам того не замечая, просил волка, чтобы тот поглотил его стадо, (Die Bibel und die neueren Entdeckungen. S. 98). И действительно, Феглафелассар освободил Ахаза от врагов, но в то же время наложил на него дань ((2Пар 28.21). Неизвестно, как бы сказалась зависимость от Ассирии на дальнейшей истории двухколенного царства, если бы не падение Самарии и отказ преемника Ахаза Езекии платить ассириянам дань и переход его, вопреки совету пророка Исаии, на сторону египтян (Ис 30.7, 15, 31.1–3). Первое событие лишало Иудейское царство последнего прикрытия со стороны Ассирии; теперь доступ в его пределы открыт, и путь к границам проложен. Второе окончательно предрешило судьбу Иудеи. Союз с Египтом, перешедший с течением времени в вассальную зависимость, заставил ее принять участие сперва в борьбе с Ассирией, а потом с Вавилоном. Из первой она вышла обессиленной, а вторая привела ее к окончательной гибели. В качестве союзницы Египта, с которым вели при Езекии борьбу Ассирияне, Иудея подверглась нашествию Сеннахерима. По свидетельству оставленной им надписи, он завоевал 46 городов, захватил множество припасов и военных материалов и отвел в плен 200 150 человек (Schrader jbid S. 302–4; 298). Кроме того, им была наложена на Иудею громадная дань (4Цар 18.14–16). Союз с Египтом и надежда на его помощь не принесли двухколенному царству пользы. И, тем не менее, преемник Езекии Манассия остается сторонником египтян. Как таковой, он во время похода Ассаргадона против Египта делается его данником, заковывается в оковы и отправляется в Вавилон (2Пар 33.11). Начавшееся при преемнике Ассаргадона Ассурбанипале ослабление Ассирии сделало для Иудеи ненужным союз с Египтом. Мало этого, современник данного события Иосия пытается остановить завоевательные стремления фараона египетского Нехао (2Пар 35.20), но погибает в битве при Мегиддоне (2Пар 35.23). С его смертью Иудея становится в вассальную зависимость от Египта (4Цар 23.33, 2Пар 36.1–4), а последнее обстоятельство вовлекает ее в борьбу с Вавилоном. Стремление Нехао утвердиться, пользуясь падением Ниневии, в приефратских областях встретило отпор со стороны сына Набополассара Навуходоноора. В 605 г. до Р. X. Нехао был разбит им в битве при Кархемыше. Через четыре года после этого Навуходоносор уже сам предпринял поход против Египта и в целях обезопасить себе тыл подчинил своей власти подвластных ему царей, в том числе и Иоакима иудейского (4Цар 24.1, 2Пар 36.5). От Египта Иудея перешла в руки вавилонян и под условием верности их могла бы сохранить свое существование. Но ее сгубила надежда на тот же Египет. Уверенный в его помощи, второй преемник Иоакима Седекия (Иер 37.5, Иез 17.15) отложился от Навуходоносора (4Цар 24.20, 2Пар 36.13), навлек нашествие вавилонян (4Цар 25.1, 2Пар 36.17) и, не получив поддержки от египетского фараона Офры (Иер 37.7), погиб сам и погубил страну.

Если международные отношения Иудеи сводятся к непрерывным войнам, то внутренняя жизнь характеризуется борьбой с язычеством. Длившаяся на протяжении всей истории двухколенного царства, она не доставила торжества истинной религии. Языческим начало оно свое существование при Ровоаме (3Цар 14.22–24, 2Пар 11.13–17), языческим и кончило свою политическую жизнь (4Цар 24.19, 2Пар 36.12). Причины подобного явления заключались прежде всего в том, что борьба с язычеством велась чисто внешними средствами, сводилась к одному истреблению памятников язычества. Единственное исключение в данном отношении представляет деятельность Иосафата, Иосии и отчасти Езекии. Первый составляет особую комиссию из князей, священников и левитов, поручает ей проходить по всем городам иудиным и учить народ (2Пар 17.7–10); второй предпринимает публичное чтение закона (4Цар 23.1–2, 2Пар 34.30) и третий устраивает торжественное празднование Пасхи (2Пар 30.26). Остальные же цари ограничиваются уничтожением идолов, вырубанием священных дубрав и т. п. И если даже деятельность Иосафата не принесла существенной пользы: «народ еще не обратил твердо сердца своего к Богу отцов своих» (2Пар 20.33), то само собой понятно, что одни внешние меры не могли уничтожить языческой настроенности народа, тяготения его сердца и ума к богам окрестных народов. Поэтому, как только умирал царь гонитель язычества, язычествующая нация восстановляла разрушенное и воздвигала новые капища для своих кумиров; ревнителям религии Иеговы вновь приходилось начинать дело своих благочестивых предшественников (2Пар 14.3, 15.8, 17.6 и т. п.). Благодаря подобным обстоятельствам, религия Иеговы и язычество оказывались далеко неравными силами. На стороне последнего было сочувствие народа; оно усвоялось евреем как бы с молоком матери, от юности входило в его плоть и кровь; первая имела за себя царей и насильно навязывалась ими нации. Неудивительно поэтому, что она не только была для нее совершенно чуждой, но и казалась прямо враждебной. Репрессивные меры только поддерживали данное чувство, сплачивали язычествующую массу, не приводили к покорности, а, наоборот, вызывали на борьбу с законом Иеговы. Таков, между прочим, результат реформ Езекии и Иоссии. При преемнике первого Манассии «пролилась невинная кровь, и Иерусалим... наполнился ею... от края до края» (4Цар 21.16), т. е. началось избиение служителей Иеговы усилившеюся языческой партией. Равным образом и реформа Иосии, проведенная с редкою решительностью, помогла сосредоточению сил язычников, и в начавшейся затем борьбе со сторонниками религии они подорвали все основы теократии, между прочим, пророчество и священство, в целях ослабления первого язычествующая партия избрала и выдвинула ложных пророков, обещавших мир и уверявших, что никакое зло не постигнет государство (Иер 23.6). Подорвано было ею и священство: оно выставило лишь одних недостойных представителей (Иер 23.3). Реформа Иосии была последним актом вековой борьбы благочестия с язычеством. После нее уж не было больше и попыток к поддержанию истинной религии; и в плен Вавилонский евреи пошли настоящими язычниками.

Плен Вавилонский, лишив евреев политической самостоятельности, произвел на них отрезвляющее действие в религиозном отношении. Его современники воочию убедились в истинности пророческих угроз и увещаний, – в справедливости того положения, что вся жизнь Израиля зависит от Бога, от верности Его закону. Как прямой и непосредственный результат подобного сознания, возникает желание возврата к древним и вечным истинам и силам, которые некогда создали общество, во все времена давали спасение и, хотя часто забывались и пренебрегались, однако всегда признавались могущими дать спасение. На этот-то путь и вступила прибывшая в Иудею община. В качестве подготовительного условия для проведения в жизнь религии Иеговы ею было выполнено требование закона Моисеева о полном и всецелом отделении евреев от окрестных народов (расторжение смешанных браков при Ездре и Неемии). В основу дальнейшей жизни и истории теперь полагается принцип обособления, изолированности.


* * *


1 «Для всех вас, принадлежащих к клиру и мирянам, чтимыми и святыми да будут книги Ветхого Завета: Моисеевых пять (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие), Иисуса Навина едина, Судей едина, Руфь едина, Царств четыре, Паралипоменон две, Ездры две, Есфирь едина».

2 «Читать подобает книги Ветхого Завета: Бытие мира, Исход из Египта, Левит, Числа, Второзаконие, Иисуса Навина, Судии и Руфь, Есфирь, Царств первая и вторая, Царств третья и четвертая, Паралипоменон первая и вторая, Ездры первая и вторая».

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

19:2 а) Так в LXX и Вульгате; масоретский текст: оказалась ему неверна.


19:2 б) Или: и пробыла там около четырех месяцев.


19:3 Букв.: мужа своей девочки (в знач. дочери).


19:18 Букв.: дом Господень. LXX перевод: домой.


19:19 Отвечая так и называя свою наложницу «служанкой» повстречавшегося ему человека, левит тем самым намекает старику, что он рассчитывает на его милость и гостеприимство, хотя формально и отказывается.


19:23 Или: постыдного дела; то же в ст. 24.


19:28 LXX добавляет: потому что она умерла.


20:5 Букв.: хозяева / господа.


20:15 Или: …к жителям Гивы. (Среди них) насчитывалось


20:31 Или: …по двум дорогам: одна вела к Бет-Элю, а другая - к Гиве и (окрестным) полям.


20:32 Или: а израильтяне говорили: «Побежим прочь».


20:33 а) Букв.: все люди Израиля.


20:33 б) Так по друг. чтению, масоретский текст неясен. Друг. возм. пер.: в долине.


20:42 Букв.: из городов.


20:43 Или: окружили вениаминитян и гнали их, разя / попирая и не давая им оправиться; или: …гнали их, разя, от Нохи.


21:11 Букв.: познавших ложе мужское; то же в след. стихе. LXX добавляет: «…а девиц оставьте в живых». Так они и сделали.


И тогда Господь послал им на помощь судей, чтобы те избавляли их от грабителей. Но израильтяне и судей своих не слушали, блудили с чужими богами, поклоняясь им. Легко оставили они путь, которым шли их отцы: отцы повиновались заповедям Господним, а дети их преступали. Когда Господь посылал им судей, то пребывал Сам с этим судьей, и пока судья был жив, Господь спасал народ от врагов, миловал униженных и угнетенных, слыша стоны их. Но едва судья умирал, израильтяне снова впадали в разврат, хуже отцов своих поступали, шли вслед чужих богов и, служа и поклоняясь им непрестанно, безоглядно творили всё те же дела (2:16-19).

Именно так автор Книги судей кратко изложил ее суть и определил бытовую и духовную атмосферу шатких, переходных времен от судейства к монархии. Нам неизвестно ни имя этого автора, ни время написания книги. Предыдущая книга, Книга Иисуса Навина, завершилась тем, что Израиль обрел свою родину, поселился в обетованной земле. Казалось бы, теперь самое время для триумфального рассказа об успехах и достижениях, может быть - о трудностях и борьбе с врагами. Но эта книга на первое место ставит беззакония и пороки израильского народа. Разве об этом нужно говорить, воскликнут иные, ведь это не патриотично! - Да, если считать земное отечество главной ценностью.

Но для автора этой книги есть нечто более великое, чем национальное достоинство, - это верность народа Богу. Ему важно увидеть в истории собственного народа не просто повторение печальных или радостных событий, но то, как Бог творит историю, входит в нее, присутствует в ней, оставляя при этом за человеком право выбора. Оказывается, сама жизнь израильтян в Ханаане определяется понятием Завета, Союза с Богом: пока они верны Господу, Он с ними и охраняет их от врагов. Но как только они отступают от заповедей, Господь позволяет окружавшим их народам одержать победу над Израилем.

Именно в этот момент и вступают в действие судьи - яркие, способные увлечь за собой, исполненные огня вожди: они поднимают народ на борьбу, ведут его в бой на войне (Отниэль, Эхуд, Барак и другие) пророчествуют и творят суд (Девора).

Каждое из этих древних повествований (и песен) в Книге судей раскрывает некую новую грань богословского осмысления истории. Так, пророчица Девора вместе с Яэлью (женой Хевера-кенея, предводителя из колена Асира, гл. 4, 5) наглядно свидетельствуют, что и женщина способна возглавить народ в критический момент или нанести решающий удар врагу. Это, конечно, необычно для древнего Ближнего Востока, где женщина была вынуждена довольствоваться второстепенной ролью.

А история Гедеона (гл. 6-8) показывает, что для победы не обязательно нужно многочисленное войско или храбрый и умелый военачальник. Необходима прежде всего решимость - и, прежде чем выступить в поход на врага, Гедеон уничтожает предметы поклонения языческому идолу в собственном стане. Для этого, пожалуй, ему нужно не меньше мужества, чем для битвы с другими народами.

Особенно ярко и подробно рассказана трагическая история принявшего обет назорейства Самсона (гл. 13-16), некогда непобедимого героя, которого погубила женская хитрость. Избранный Богом на особое служение, он цинично пренебрегает этим благословением, подчиняясь своим страстям. Своеволие, гордыня и полная уверенность в собственных силах привели его к тупику, духовному кризису, за которым последовали роковые события. Автор Книги Судей одной строкой констатирует главную причину, приведшую Самсона к трагедии: «Он не знал, что Господь оставил его» (16:20).

Удержаться на высоте подвига бывает трудно, и судьи, которые шли впереди в том или ином конфликте или на жестокой войне, не всегда могли сохранять то же напряжение сил в мирной жизни, как показывает история Самсона. А главное, им подчинялся только тот, кто хотел. Израиль был призван стать народом Божьим, жить по заповедям, но в те смутные, переходные времена от нестабильности судейства к царской власти, это на практике нередко оборачивалось анархией и кровавыми междуусобицами: «Не было в то время царя в Израиле, всякий делал то, что считал правильным» (21:25). Книга Судей завершается конкретными примерами такого безвластия, насилия и произвола.

В главах 17, 18 рассказана история переселения колена Данова на новое место. При этом они захватили с собой левита, который прежде совершал служение Богу в частном доме, и устроили себе новое святилище. Принцип единства был уже забыт, нарушен, поклонение Богу становилось частным делом отдельных семей, родов или племен.

Все эти примеры - а их гораздо больше в Книге судей - свидетельствуют о том, что, Завет был дарован избранному народу «на вырост», и израильтяне, как не обладающие духовной зрелостью подростки, не справились со своей самостоятельностью. Им требовалась власть, которая могла бы обеспечить порядок, преемственность и не идеальную, но более стабильную форму управления. Об установлении царской власти и пойдет речь в следующей книге.

Не только отдельные эпизоды Книги Судей, но и вся она - история скорее поражений, чем побед. Но так часто бывает в жизни, что осознанное поражение становится источником духовного роста, и это мы видим в истории древнего Израиля.

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Происшествие с левитом, описанное в Книге Судей, совершенно очевидным образом напоминает другое: то, что произошло с вестниками Божьими в Содоме, в доме Лота. Только происходит всё... 

 

Нравственная деградация в народе продолжается, и вот одно из колен Израилевых, заключившее Завет верности с Господом... 

 

Война с племенем Биньямин приводит к тому, что оно оказывается на грани полного уничтожения. Такой итог закономерен: ведь тут налицо типичная племенная междоусобица. Конечно, на первый взгляд... 

Библиотека

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).