Библия-Центр
РУ
Вся Библия
La Bible de Jerusalem (fr)
Поделиться

Néhémie, Chapitre 1

Paroles de Néhémie, fils de Hakalya. Au mois de Kisleu, la vingtième année, comme je me trouvais dans la citadelle de Suse,
Hanani, l'un de mes frères, arriva avec des gens de Juda. Je les interrogeai sur les Juifs les rescapés restés de la captivité et sur Jérusalem.
Ils me répondirent : "Ceux qui sont restés de la captivité, là-bas dans la province, sont en grande détresse et dans la confusion, il y a des brèches dans le rempart de Jérusalem et ses portes ont été incendiées."
A ces mots, je m'assis et pleurai; je fus plusieurs jours dans le deuil, jeûnant et priant devant le Dieu du ciel.
Et je dis : "Ah! Yahvé, Dieu du ciel, toi, le Dieu grand et redoutable qui garde l'alliance et la grâce à ceux qui t'aiment et observent ses commandements,
que ton oreille soit attentive, et tes yeux ouverts, pour écouter la prière de ton serviteur. Je te l'adresse maintenant, jour et nuit, pour les Israélites, tes serviteurs, et je confesse les péchés des Israélites que nous avons commis contre toi : moi-même et la maison de mon père, nous avons péché!
Nous avons très mal agi envers toi, n'observant pas les commandements, lois et coutumes que tu avais prescrits à Moïse, ton serviteur.
Souviens-toi cependant de la parole que tu prescrivis à Moïse ton serviteur : Si vous êtes infidèles, je vous disperserai parmi les peuples;
mais si, revenant à moi, vous observez mes commandements et les pratiquez, vos bannis seraient-ils à l'extrémité des cieux, je les en rassemblerais et les ramènerais au Lieu que j'ai choisi pour y faire habiter mon Nom.
10  Ils sont tes serviteurs et ton peuple que tu as rachetés par ta grande puissance et à la force de ton bras!
11  Ah! Seigneur, que ton oreille soit attentive à la prière de ton serviteur, à la prière de tes serviteurs, qui se plaisent à craindre ton Nom. Je t'en supplie, accorde maintenant le succès à ton serviteur et obtiens-lui bon accueil devant cet homme." J'étais alors échanson du roi.

Néhémie, Chapitre 2

Au mois de Nisan, la vingtième année du roi Artaxerxès, comme j'étais chargé du vin, je pris le vin et l'offris au roi. Je n'avais, auparavant, jamais été triste.
Aussi le roi me dit-il : "Pourquoi ce triste visage? Tu n'es pourtant pas malade? Non, c'est assurément une affliction du cœur!" Je fus pris d'une vive appréhension
et dis au roi : "Que le roi vive à jamais! Comment mon visage ne serait-il pas triste quand la ville où sont les tombeaux de mes pères est en ruines et ses portes dévorées par le feu?"
Et le roi de me dire : "Quelle est donc ta requête?" J'invoquai le Dieu du ciel
et répondis au roi : "S'il plaît au roi et que tu sois satisfait de ton serviteur, laisse-moi aller en Juda, dans la ville des tombeaux de mes pères, que je la reconstruise."
Le roi me demanda la reine était alors assise à ses côtés : "Jusques à quand durera ton voyage? Quand reviendras-tu?" Je lui fixai une date, qui convint au roi, et il m'autorisa à partir.
Je dis encore au roi : "S'il plaît au roi, qu'on me donne des lettres pour les gouverneurs de Transeuphratène, afin qu'ils me laissent passer jusqu'à ce que j'arrive en Juda;
et aussi une lettre pour Asaph, l'inspecteur du parc royal, afin qu'il me fournisse du bois de construction pour les portes de la citadelle du Temple, le rempart de la ville et la maison où j'habiterai." Le roi me l'accorda, car la main bienveillante de mon Dieu était sur moi.
Je me rendis donc chez les gouverneurs de Transeuphratène et leur remis les lettres du roi. Le roi m'avait fait escorter par des officiers de l'armée et des cavaliers.
10  Quand Sânballat, le Horonite, et Tobiyya, le fonctionnaire ammonite, furent informés, ils se montrèrent fort contrariés qu'un homme fût venu travailler au bien des Israélites.
11  Arrivé à Jérusalem, j'y restai trois jours.
12  Puis je me levai, de nuit, accompagné de quelques hommes, sans avoir confié à personne ce que mon Dieu m'avait inspiré d'accomplir pour Jérusalem, et sans avoir avec moi d'autre animal que ma propre monture.
13  La nuit donc, sortant par la porte de la Vallée, je me rendis devant la fontaine du Dragon, puis à la porte du Fumier : je fis l'inspection du rempart de Jérusalem, où il y avait des brèches et dont les portes avaient été incendiées.
14  Je poursuivis mon chemin vers la porte de la Fontaine et l'étang du Roi, et ne trouvai plus de passage pour la bête que je chevauchais.
15  Je remontai donc de nuit par le ravin, inspectant toujours le rempart, et rentrai par la porte de la Vallée. Je m'en revins ainsi,
16  sans que les conseillers sachent où j'étais allé ni ce que je faisais. Jusqu'ici je n'avais rien communiqué aux Juifs : ni aux prêtres, ni aux grands, ni aux magistrats, ni aux autres responsables;
17  je leur dis alors : "Vous voyez la détresse où nous sommes Jérusalem est en ruines, ses portes sont incendiées. Venez! reconstruisons le rempart de Jérusalem, et nous ne serons plus insultés!"
18  Et je leur exposai comment la main bienveillante de mon Dieu avait été sur moi, leur rapportant aussi les paroles que le roi m'avait dites. "Levons-nous! s'écrièrent-ils, et construisons!" et ils affermirent leurs mains pour ce bel ouvrage.
19  A ces nouvelles, Sânballat, le Horonite, Tobiyya, le fonctionnaire ammonite, et Géshem, l'Arabe, se moquèrent de nous et nous regardèrent avec mépris en disant : "Que faites-vous là? Allez-vous vous révolter contre le roi?"
20  Mais je leur répliquai en ces termes : "C'est le Dieu du ciel qui nous fera réussir. Nous, ses serviteurs, nous allons nous mettre à construire. Quant à vous, vous n'avez ni part, ni droit, ni souvenir dans Jérusalem."

Néhémie, Chapitre 3

Elyashib, le grand prêtre, et ses frères les prêtres se levèrent et construisirent la porte des Brebis; ils en firent la charpente, fixèrent ses battants, verrous et barres, et continuèrent jusqu'à la tour des Cent et jusqu'à la tour de Hananéel.
A leur suite, construisirent les gens de Jéricho; à leur suite, construisit Zakkur, fils d'Imri.
Les fils de Ha-Senaa construisirent la porte des Poissons; ils en firent la charpente, fixèrent ses battants, verrous et barres.
A leur suite répara Merémot, fils d'Uriyya, fils d'Haqqoç; à sa suite répara Meshullam, fils de Bérékya, fils de Meshèzabéel; à sa suite répara Sadoq, fils de Baana.
A sa suite réparèrent les gens de Teqoa, mais leurs notables refusèrent de mettre leur nuque au service de leurs seigneurs.
Quant à la porte du Quartier neuf, Yoyada, fils de Paséah, et Meshullam, fils de Besodya, la réparèrent; ils en firent la charpente, fixèrent ses battants, verrous et barres.
A leur suite, réparèrent Melatya de Gabaôn et Yadôn de Méronot, ainsi que les gens de Gabaôn et de Miçpa, pour le compte du gouverneur de Transeuphratène.
A leur suite répara Uzziel, membre de la corporation des orfèvres, et à sa suite répara Hananya, de la corporation des parfumeurs : ils renforcèrent Jérusalem jusqu'à la muraille large.
A leur suite répara Rephaya, fils de Hur, chef de la moitié du district de Jérusalem.
10  A leur suite répara Yedaya, fils de Harumaph, devant sa maison; à sa suite répara Hattush, fils de Hashabnéya.
11  Malkiyya, fils de Harim, et Hashshub, fils de Pahat-Moab, réparèrent le secteur suivant jusqu'à la tour des Fours.
12  A leur suite répara Shallum, fils de Hallohesh, chef de la moitié du district de Jérusalem, lui et ses fils.
13  Quant à la porte de la Vallée, Hanûn et les habitants de Zanoah la réparèrent : ils la construisirent, fixèrent ses battants, verrous et barres et firent mille coudées de mur, jusqu'à la porte du Fumier.
14  Quant à la porte du Fumier, Malkiyya, fils de Rékab, chef du district de Bet-ha-Kérem, la répara, lui et ses fils : il fixa ses battants, verrous et barres.
15  Quant à la porte de la Fontaine, Shallum, fils de Kol-Hozé, chef du district de Miçpa, la répara : il la construisit, la couvrit, fixa ses battants, verrous et barres. Il refit aussi le mur de la citerne de Siloé, jouxtant le jardin du roi, jusqu'aux escaliers qui descendent de la Cité de David.
16  Après lui Néhèmya, fils d'Azbuq, chef de la moitié du district de Bet-Cur, répara jusqu'en face des tombeaux de David, jusqu'à la citerne construite et jusqu'à la Maison des Preux.
17  Après lui, les lévites réparèrent : Rehum, fils de Bani; à sa suite répara Hashabya, chef de la moitié du district de Qéïla, pour son district;
18  à sa suite réparèrent leurs frères : Binnuï, fils de Hénadad, chef de la moitié du district de Qéïla;
19  à sa suite Ezer, fils de Yéshua, chef de Miçpa, répara un autre secteur, en face de la montée de l'Arsenal, à l'Encoignure.
20  Après lui Baruk, fils de Zabbaï, répara un autre secteur, depuis l'Encoignure jusqu'à la porte de la maison d'Elyashib, le grand prêtre.
21  Après lui Merémot, fils d'Uriyya, fils d'Haqqoç, répara un autre secteur, depuis l'entrée de la maison d'Elyashib jusqu'à son extrémité.
22  Après lui les prêtres qui habitaient le district travaillèrent aux réparations.
23  Après eux Binyamîn et Hashshub réparèrent en face de leurs maisons. Après eux Azarya, fils de Maaséya, fils d'Ananya, répara à côté de sa maison.
24  Après lui Binnuï, fils de Hénadad, répara un autre secteur, depuis la maison d'Azarya jusqu'à l'Encoignure et à l'Angle.
25  Après lui Palal, fils d'Uzaï, répara vis-à-vis de l'Encoignure et de la tour qui fait saillie sur le Palais royal supérieur et est située dans la cour de la prison. Après lui Pedaya, fils de Paréosh, répara
26  jusque devant la porte des Eaux, vers l'orient et jusqu'à la tour saillante.
27  Après lui les gens de Teqoa réparèrent un autre secteur, vis-à-vis de la grande tour en saillie jusqu'au mur de l'Ophel.
28  A partir de la porte des Chevaux, les prêtres travaillèrent aux réparations, chacun en face de sa maison.
29  Après eux Sadoq, fils d'Immer, répara en face de sa maison. Après lui répara Shemaya, fils de Shekanya, gardien de la porte de l'Orient.
30  Après lui Hananya, fils de Shélémya, et Hanûn, sixième fils de Calaph, réparèrent un autre secteur. Après lui Meshullam, fils de Bérékya, répara vis-à-vis de son habitation.
31  Après lui Malkiyya, de la corporation des orfèvres, répara jusqu'à la demeure des "donnés" et des commerçants, en face de la porte de la Surveillance, jusqu'à la salle haute de l'Angle.
32  Et entre la salle haute de l'Angle et la porte des Brebis, les orfèvres et les commerçants réparèrent.
33  Lorsque Sânballat apprit que nous reconstruisions le rempart, il se mit en colère et se montra fort irrité. Il se moqua des Juifs,
34  et s'écria devant ses frères et devant l'aristocratie de Samarie : "Qu'entreprennent là ces misérables Juifs? ... Vont-ils y renoncer? Ou sacrifier? Ou en finir en un jour? Feront-ils revivre ces pierres, tirées de monceaux de décombres et même calcinées?"
35  Tobiyya l'Ammonite se tenait à ses côtés; il dit : "Pour ce qu'ils construisent, si un chacal y montait, il démolirait leur muraille de pierres!"
36  Ecoute, ô notre Dieu, comme nous voilà méprisés! Fais retomber leurs insultes sur leur tête. Livre-les au mépris en un pays de captivité!
37  Ne pardonne point leur iniquité et que leur péché ne soit pas effacé devant toi : car ils ont offensé les bâtisseurs!
38  Or nous rebâtissions le rempart qui fut réparé tout entier jusqu'à mi-hauteur. Le peuple avait le cœur à l'ouvrage.

Néhémie, Chapitre 4

Lorsque Sânballat, Tobiyya, les Arabes, les Ammonites et les Ashdodites apprirent que les réparations du rempart de Jérusalem avançaient que les brèches commençaient à être comblées , ils se mirent fort en colère;
ils se jurèrent tous mutuellement de venir attaquer Jérusalem et de me confondre.
Nous invoquâmes alors notre Dieu et, pour protéger la ville, nous établîmes contre eux une garde de jour et de nuit.
Juda disait néanmoins : "Les forces des porteurs fléchissent, il y a trop de décombres : nous n'arriverons jamais à relever le rempart!"
Et nos ennemis déclaraient "Avant qu'ils ne sachent et ne voient rien, nous surgirons au milieu d'eux : alors nous les massacrerons et mettrons fin à l'entreprise!"
Or il arrivait des Juifs qui habitaient près d'eux et qui dix fois nous avertirent : "Ils montent contre nous de toutes les localités qu'ils habitent!"
On se posta donc en contrebas, dans l'espace derrière le rempart, aux endroits découverts; je disposai le peuple par familles, avec ses épées, ses lances et ses arcs.
Voyant leur peur, je me levai et fis aux grands, aux magistrats et au reste du peuple cette déclaration : "Ne craignez pas ces gens! Pensez au Seigneur, grand et redoutable, et combattez pour vos frères, vos fils, vos filles, vos femmes et vos maisons!
Quand nos ennemis apprirent que nous étions renseignés et que Dieu avait déjoué plan, ils se retirèrent et nous retournâmes tous au rempart, chacun à son travail.
10  Mais, à partir de ce jour, la moitié seulement de mes hommes participaient au travail, les autres, munis de lances, de boucliers, d'arcs et de cuirasses, se tenaient derrière toute la maison de Juda
11  qui bâtissait le rempart. Les porteurs aussi étaient armés d'une main chacun assurait son travail, l'autre main serrant un javelot.
12  Chacun des bâtisseurs, tandis qu'il travaillait, portait son épée attachée aux reins. Un sonneur de cor se tenait à mon côté.
13  Je dis aux grands, aux magistrats et au reste du peuple : "Le chantier est important et étendu et nous sommes dispersés sur le rempart, loin les uns des autres
14  rassemblez-vous autour de nous à l'endroit d'où vous entendrez le son du cor, et notre Dieu combattra pour nous."
15  Ainsi menions-nous le travail depuis le lever de l'aurore jusqu'à l'apparition des étoiles.
16  En ce temps-là, je dis encore au peuple : "Chacun, avec son serviteur, devra passer la nuit à Jérusalem : de la sorte, nous utiliserons la nuit pour la surveillance et le jour pour le travail."
17  Mais ni moi, ni mes frères, ni mes gens, ni les hommes de garde qui me suivaient ne quittions nos vêtements; chacun gardait son javelot à sa droite.

Néhémie, Chapitre 5

Une grande plainte s'éleva parmi les gens du peuple et leurs femmes contre leurs frères juifs.
Les uns disaient : "Nous devons donner en gage nos fils et nos filles pour recevoir du blé, manger et vivre."
D'autres disaient : "Nous devons engager nos champs, nos vignes et nos maisons pour recevoir du blé pendant la famine."
D'autres encore disaient : "Pour acquitter l'impôt roi, nous avons dû emprunter de l'argent sur nos champs et nos vignes;
et alors que nous avons la même chair que nos frères, que nos enfants valent les leurs, nous devons livrer en esclavage nos fils et nos filles; il en est, parmi nos filles, qui sont asservies! Nous n'y pouvons rien, puisque nos champs et nos vignes sont déjà à d'autres."
Je me mis fort en colère quand j'entendis leur plainte et ces paroles.
Ayant délibéré en moi-même, je tançai les grands et les magistrats en ces termes : "Quel fardeau chacun de vous impose à son frère!" Et convoquant contre eux une grande assemblée,
je leur dis : "Nous avons, dans la mesure de nos moyens, racheté nos frères juifs qui s'étaient vendus aux nations. Et c'est vous maintenant qui vendez vos frères pour que nous les rachetions!" Ils gardèrent le silence et ne trouvèrent rien à répliquer.
Je poursuivis : "Ce que vous faites là n'est pas bien. Ne voulez-vous pas marcher dans la crainte de notre Dieu, pour éviter les insultes des nations, nos ennemies?
10  Moi aussi, mes frères et mes gens, nous leur avons prêté de l'argent et du blé. Eh bien! faisons abandon de cette dette.
11  Restituez-leur sans délai leurs champs, leurs vignes, leurs oliviers et leurs maisons, et remettez-leur la dette de l'argent, du blé, du vin et de l'huile que vous leur avez prêtés."
12  Ils répondirent : "Nous restituerons; nous n'exigerons plus rien d'eux; nous agirons comme tu l'as dit."
13  Puis je secouai le pli de mon vêtement en disant : "Que Dieu secoue de la sorte, hors de sa maison et de son bien, tout homme qui ne tiendra pas cette parole : qu'il soit ainsi secoué et vidé!" Et toute l'assemblée répondit : "Amen!" et loua Yahvé. Et le peuple agit suivant cet engagement.
14  Bien plus, depuis le jour où le roi m'institua gouverneur au pays de Juda, de la vingtième à la trente-deuxième année du roi Artaxerxès, pendant douze ans, moi et mes frères n'avons jamais mangé la provende du gouverneur.
15  Or les anciens gouverneurs, qui m'ont précédé, pressuraient le peuple : ils lui prenaient chaque jour, pour la provende, 40
16  Je me suis également appliqué au travail de ce rempart, bien que je ne fusse propriétaire d'aucun champ! Tous mes gens étaient là, réunis à la tâche.
17  A ma table mangeaient les grands et les magistrats, au nombre de 150, sans compter ceux qui nous venaient des nations environnantes.
18  Quotidiennement on apprêtait à mes frais un bœuf, six moutons de choix et des volailles; tous les dix jours, on apportait quantité d'outres de vin. Malgré cela, je n'ai jamais réclamé la provende du gouverneur, car sur ce peuple pesait un lourd service.
19  Souviens-toi, mon Dieu, en ma faveur, de tout ce que j'ai fait pour ce peuple!

Néhémie, Chapitre 6

Quand Sânballat, Tobiyya, Géshem l'Arabe et nos autres ennemis eurent appris que j'avais reconstruit le rempart et qu'il n'y restait plus une brèche à cette date toutefois je n'avais pas encore fixé les battants aux portes ,
Sânballat et Géshem m'expédièrent ce message : "Viens, rencontrons-nous à Ha-Kephirim, dans la vallée d'Ono." Mais ils méditaient de me faire du mal.
Je leur envoyai donc des messagers avec cette réponse : "Je suis occupé à un grand travail et ne puis descendre : pourquoi le travail s'arrêterait-il, quand je le quitterais pour descendre vers vous?"
Quatre fois ils m'adressèrent la même invitation et je leur retournai la même réponse.
Alors, une cinquième fois, Sânballat m'envoya son serviteur, porteur d'une lettre ouverte
où il était écrit : "On entend dire parmi les nations et Gashmu confirme que toi et les Juifs songeriez à un soulèvement; c'est pourquoi tu construirais le rempart; et c'est toi qui deviendrais leur roi;
tu aurais même mis en place des prophètes pour proclamer à ton profit dans Jérusalem : Il y a un roi en Juda! Maintenant ces bruits-là vont parvenir aux oreilles du roi : aussi, viens, que nous tenions conseil ensemble."
Mais je lui fis répondre : "Rien n'est arrivé de semblable à ce que tu affirmes et ce n'est qu'une invention de ton cœur!"
Car ils voulaient tous nous effrayer, se disant : "Leurs mains se lasseront de l'entreprise et elle ne sera jamais exécutée." Or, au contraire je fortifiais mes mains!
10  Un jour j'étais allé chez Shemaya, fils de Delaya, fils de Mehétabéel, qui se trouvait empêché. Il prononça "Rendons-nous au Temple de Dieu, à l'intérieur du sanctuaire fermons bien les portes du sanctuaire, car on va venir pour te tuer, oui, cette nuit, on viendra te tuer!"
11  Mais je répondis : "Un homme comme moi, prendre la fuite? Et quel est l'homme de mon état qui pénétrerait dans le sanctuaire pour sauver sa vie? Non, je n'irai pas!"
12  Je reconnus que ce n'était pas Dieu qui l'avait envoyé, mais il avait prononcé sur moi cet oracle parce que Tobiyya l'avait acheté,
13  pour que, pris de frayeur, j'agisse de la sorte et en vienne à pécher; cela leur servirait à me faire une mauvaise réputation et ils pourraient m'outrager!
14  Souviens-toi, mon Dieu, de Tobiyya, pour ce qu'il a commis; et aussi de Noadya, la prophétesse, et des autres prophètes qui voulurent m'effrayer.
15  Le rempart fut achevé le 25 Elul, en 52 jours.
16  Quand tous nos ennemis l'apprirent et que toutes les nations autour de nous l'eurent vu, ce fut une grande merveille à leurs yeux et ils reconnurent que ce travail avait été accompli grâce à notre Dieu.
17  A cette même époque, les grands de Juda multipliaient leurs lettres à l'adresse de Tobiyya et celles de Tobiyya leur parvenaient;
18  car il avait en Juda beaucoup d'alliés, étant le gendre de Shekanya, fils d'Ara, et son fils Yohanân ayant pris pour femme la fille de Meshullam, fils de Bérékya.
19  Ils vantaient même, en ma présence, ses bonnes actions et lui rapportaient mes paroles. Et Tobiyya envoyait des lettres pour m'effrayer.

Néhémie, Chapitre 7,  vers 1-70

Quand le rempart fut reconstruit et que j'eus fixé les battants, les portiers les chantres et les lévites furent installés.
Je confiai l'administration de Jérusalem à Hanani, mon frère, et à Hananya, commandant de la citadelle, car c'était un homme de confiance et qui craignait Dieu plus que beaucoup d'autres;
je leur dis : "Les portes de Jérusalem ne seront ouvertes que lorsque le soleil commencera à chauffer; et il sera encore haut quand on devra clore et verrouiller les battants; on établira des piquets de garde pris parmi les habitants de Jérusalem, chacun à son poste, et chacun devant sa maison."
La ville était spacieuse et grande, mais ne comptait qu'une faible population et il n'y avait pas de familles constituées.
Aussi mon Dieu m'inspira-t-il de rassembler les grands, les magistrats et le peuple pour en faire le recensement généalogique. Je mis la main sur le registre généalogique de ceux qui étaient revenus au début, et j'y trouvai consigné
Voici les gens de la province qui revinrent de la captivité et de l'exil. Après avoir été déportés par Nabuchodonosor, roi de Babylone, ils retournèrent à Jérusalem et en Juda, chacun dans sa ville.
Ils arrivèrent avec Zorobabel, Josué, Néhémie, Azarya, Raamya, Nahamani, Mordokaï, Bilshân, Mispérèt, Bigvaï, Nehum, Baana. Nombre des hommes du peuple d'Israël
les fils de Paréosh : 2.172;
les fils de Shephatya : 372;
10  les fils d'Arah : 652;
11  les fils de Pahat-Moab, c'est-à-dire les fils de Josué et de Yoab : 2.818;
12  les fils de Elam : 1.254;
13  les fils de Zattu : 845;
14  les fils de Zakkaï : 760;
15  les fils de Binnuï : 648;
16  les fils de Bébaï : 628;
17  les fils de Azgad : 2.322;
18  les fils d'Adoniqam : 667;
19  les fils de Bigvaï : 2.067;
20  les fils de Adîn : 655;
21  les fils d'Ater, c'est-à-dire de Hizqiyya : 98;
22  les fils de Hashum : 328;
23  les fils de Béçaï : 324;
24  les fils de Hariph : 112;
25  les fils de Gabaôn : 95;
26  les hommes de Bethléem et de Netopha : 188;
27  les hommes d'Anatot : 128;
28  les hommes de Bet-Azmavèt : 42;
29  les hommes de Qiryat-Yéarim, Kephira et Béérot : 743;
30  les hommes de Rama et Géba : 621;
31  les hommes de Mikmas : 122;
32  les hommes de Béthel et de Aï : 123;
33  les hommes de l'autre Nebo : 52;
34  les fils de l'autre Elam : 1.254;
35  les fils de Harim : 320;
36  les fils de Jéricho : 345;
37  les fils de Lod, Hadid et Ono : 721;
38  les fils de Senaa : 3.930.
39  Les prêtres : les fils de Yedaya, c'est-à-dire la maison de Josué : 973;
40  les fils d'Immer : 1.052;
41  les fils de Pashehur : 1.247;
42  les fils de Harim : 1.017.
43  Les lévites : les fils de Josué, c'est-à-dire Qadmiel, les fils de Hodva : 74.
44  Les chantres : les fils d'Asaph : 148.
45  Les portiers : les fils de Shallum, les fils d'Ater, les fils de Talmôn, les fils de Aqqub, les fils de Hatita, les fils de Shobaï : 138.
46  Les "donnés" : les fils de Ciha, les fils de Hasupha, les fils de Tabbaot,
47  les fils de Qéros, les fils de Sia, les fils de Padôn,
48  les fils de Lebana, les fils de Hagaba, les fils de Shalmaï,
49  les fils de Hanân, les fils de Giddel, les fils de Gahar,
50  les fils de Reaya, les fils de Reçîn, les fils de Neqoda,
51  les fils de Gazzam, les fils d'Uzza, les fils de Paséah,
52  les fils de Bésaï, les fils des Méûnites, les fils des Nephusites,
53  les fils de Baqbuq, les fils de Haqupha, les fils de Harhur,
54  les fils de Baçlit, les fils de Mehida, les fils de Harsha,
55  les fils de Barqos, les fils de Sisra, les fils de Témah,
56  les fils de Neçiah, les fils de Hatipha.
57  Les fils des esclaves de Salomon : les fils de Sotaï, les fils de Sophérèt, les fils de Perida,
58  les fils de Yaala, les fils de Darqôn, les fils de Giddel,
59  les fils de Shephatya, les fils de Hattil, les fils de Pokérèt-ha-Cebayim, les fils d'Amôn.
60  Total des "donnés" et des fils des esclaves de Salomon : 392.
61  Les gens suivants, qui venaient de Tel-Mélah, Tel-Harsha, Kerub, Addôn et Immer, ne purent faire connaître si leur famille et leur race étaient d'origine israélite
62  les fils de Delaya, les fils de Tobiyya, les fils de Neqoda 642.
63  Et parmi les prêtres, les fils de Hobayya, les fils d'Haqqoç, les fils de Barzillaï celui-ci avait pris pour femme l'une des filles de Barzillaï, le Galaadite, dont il adopta le nom.
64  Ceux-là recherchèrent leur registre généalogique mais on ne le trouva pas : on les écarta donc du sacerdoce comme impurs,
65  et Son Excellence leur interdit de manger des aliments sacrés jusqu'à ce qu'un prêtre se levât pour l'Urim et le Tummim.
66  L'assemblée tout entière se montait à 42.360 individus,
67  sans compter leurs esclaves et servantes au nombre de 7.337. Ils avaient aussi 245 chanteurs et chanteuses.
68  On comptait 435 chameaux et 6.720 ânes.
69  Un certain nombre de chefs de famille firent des dons pour les travaux. Son Excellence versa au trésor mille drachmes d'or, 50 coupes et 30 tuniques sacerdotales.
70  Des chefs de famille versèrent au trésor des travaux 20.000
Читать далее:Néhémie, Chapitre 7
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1:3 Забота о восстановлении стен Иерусалима стала проявляться в период Плена (Ис 54:11-12и позже Ис 60:10-17: Зах 2:5сл) очевидно в царствование Ахашвероша (Ксеркса - Езд 4:6); она не ослабевает при Артаксерксе (Езд 4:12-13). В этой инициативе иудеев самаряне увидели стремление к независимости и ущемление приобретенных ими прав. Этим объясняется противодействие самарян, которым удалось получить от персидских властей указ о прекращении работ (Езд 4:23). Ханани намекает именно на это недавнее событие.


5 Эти злоупотребления не являются исключительно результатом работ по воздвижению стен. Они и раньше имели место в истории Израиля (ср 4 Цар 4:1; Ам 2:6; Ам 8:6; Ис 50:1).


6:10-11 Шемаия очевидно советует Неемии воспользоваться правом убежища в храме, чтобы остаться живым (3 Цар 1:50сл); право сначала ограничивалось скинией, но затем было распространено на весь храм Пс 26:5; 1 Макк 10:43). Уточняя - "внутрь Храма", куда мирянин не имел права проникнуть, он предлагает Неемии совершить тяжкое нарушение Закона (см стт Неем 6:11и Неем 6:13и Числ 18:7).


7 Заселение Иерусалима под руководством Неемии (Неем 7:4-73; Неем 11:1-2, Неем 11:20, Неем 11:25) аналогично подобным же мерам, принимавшимся и в других центрах греч. мира, где sunoikisiV(заселение) обозначает либо концентрацию в одном месте жителей нескольких рассеянных населенных пунктов, либо сосредоточение в одном городе административных и культурных кадров известной области.


Кн. Ездры и Неемии в евр Библии и у LXX составляли одну книгу — книгу Ездры; LXX считают ее 2 Езд, ибо они отводят первое место греч апокрифической кн Езд. В христианскую эпоху 2 Езд была разделена на две книги. Это деление перешло и в Вульг. В ней 1 кн Ездры названа кн Ездры, а 2 кн Ездры — кн Неемии, тогда как греч апокрифическая кн Ездры называется в Вульг, как и в славяно-русской Библии, 3 кн Ездры.

Кн Ездры и Неемии представляют собой продолжение кн Пар. Обойдя молчанием пятидесятилетний плен, автор начинает повествование с 538 г. до Р.Х., когда, согласно указу Кира, иудеи получили возможность вернуться в Иерусалим и восстановить Храм. Часть из них возвратилась сразу же, но работы по восстановлению Храма были прерваны вследствие противодействия Самарян и возобновились только при Дарии; Храм был достроен в 515 г. В течение следующей половины столетия самаряне снова препятствуют восстановлению укреплений Иерусалима (Esdra 1-6). При Артаксерксе в Иерусалим с новым караваном прибывает Ездра, книжник, которому было поручено вести иудейские дела при персидском дворе. Он получил грамоту, дающую ему право подчинить общину Закону Моисееву, признанному уже Киром в качестве государственного закона для иудеев. Ездра принимает суровые меры против тех иудеев, которые вступили в брак с чужеземками (Esdra 7-10). Затем Неемия, виночерпий Артаксеркса, добивается от царя поручения отправиться в Иерусалим для восстановления городских укреплений. Эти работы быстро заканчиваются, несмотря на противодействие врагов, и город снова заселяется (Neemia 1:1-7:72), а Неемия назначается правителем края. Ездра совершает торжественное чтение Закона, празднуется праздник Кущей, народ исповедует свои грехи и обязуется соблюдать Закон (Neemia 7:73-10:39).

В следующих главах даются списки жителей Иерусалима и сведения о дополнительных мероприятиях и освящении укреплений (Neemia 11:1-13:3). Вернувшийся в Персию Неемия вскоре снова прибывает в Иерусалим со вторым поручением, исполняя которое он карает виновников непорядков, появившихся в общине (Neemia 13:4-31).

Этот краткий перечень показывает, насколько эти книги важны для истории восстановления иудейства после плена. В первых главах Езд содержатся дополнения к сведениям, данным в книгах пророков Аггея, Захарии и Малахии. Обе книги представляют единственный имеющийся у нас источник о деятельности Ездры и Неемии. Написаны они были раньше книг Пар. В них приводятся современные событиям документы: списки вернувшихся из плена и населения Иерусалима, акты персидских царей, переписка с персидским двором и, что важнее всего, доклад Ездры, дающий отчет об его миссии, и оправдательный меморандум Неемии.

Итак, благодаря либеральной религиозной политике Ахменидов, иудеи возвращаются в Обетованную Землю, восстанавливают культ, отстраивают Храм, снова возводят стены Иерусалима и живут общиной, управляемой их соплеменниками, согласно Закону Моисееву. За это они платят только лойяльностью, которую легко соблюдать по отношению к центральной власти, уважающей их обычаи. Такое значительное событие, как рождение иудаизма, было подготовлено долгими размышлениями над судьбами Израиля во время плена, совершилось оно с помощью людей, посланных Провидением Божиим.

Ездра — поистине отец иудаизма, три опорные точки которого — избранное племя, Храм и Закон. Его горячей верой и убеждением в необходимости охранять возрождающуюся общину объясняется чрезвычайная строгость его реформ. Он, можно сказать, является прототипом книжника, и авторитет его в иудейском предании все время возрастает. Неемия вдохновлялся теми же идеями, но действовал на другом поприще: в Иерусалиме, им восстановленном и вновь заселенном, он помогает своему народу возродить национальную жизнь. Его меморандум носит более личный характер, чем доклад Ездры, и показывает его человеком отзывчивым, не щадящим своих сил, и в то же время осторожным и рассудительным — благочестивым и уповающим на Бога. Он оставил по себе славную память, и сын Сирахов воспевает хвалу тому, «который воздвиг нам павшие стены» (Siracide 49:15).

Не удивительно, что в объединении общины вокруг Храма под эгидой Закона свящ. писатель увидел осуществление того идеала теократии, который он проповедовал в кн Пар. Он пишет в середине плохо нам известного периода (4-3 вв до Р.Х.), когда Иерусалимская община ведет сосредоточенную жизнь и углубляется духовно.

ВЗ содержит также вторую группу исторических книг, которые в значительной части дублируют и затем продолжают историческое повествование, простирающееся от кн. Иисуса Навина до конца кн. Царств; две кн. Паралипоменон, кн. Ездры и Неемии. Первоначально две книги Паралипоменон составляли одну, а кн. Ездры и Неемии входили в состав того же цикла, принадлежащего перу одного автора, что подтверждается как наличием одних и тех же основных идей и единством стиля, так и повторением в начале Esd 1 стихов, заканчивающих 2Ch 36.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1 Предварительные сведения о кн. Неемии см. «Книги Ездры и Неемии».


1:1  Слова Неемии, сына Ахалиина. Еврейское debarim слова в надписании произведений исторических, имеет смысл широкий (ср. 1 Пар 29:29 dibru David; 3 Цар 11:41; 2 Пар 9:29), означает слова и дела, т. е. историю вообще. Слова Неемии — история Неемии. Имя Неемии было у иудеев употребительным. В послепленное время лица, носящие это имя, упоминаются еще 1 Езд 2:2; Неем 7:7; 3:16. Происхождение Неемии точно неизвестно. Сообщение Евсевия и блаж. Иеронима, что Неемия принадлежал к колену Иудину, может считаться весьма вероятным, так как большинство возвратившихся из плена иудеев принадлежало к этому колену. Но нет никаких оснований считать Неемию потомком Давида, потому только, что он занимал в Иудее положение, аналогичное с положением происходившего из рода Давидова Зоровавеля.


Ошибочно также наименование Неемии иереем в тексте Вульгаты (2 Макк 1:2). Отец Неемии Ахалия упоминается еще 10:2.


В месяце Кислеве. По еврейскому счислению кислев — девятый месяц, соответствующий нашему ноябрю-декабрю. Название месяца заимствовано у вавилонян и вошло в употребление после возвращения из плена (ср. Шрадер. Keilinschr. und А. Т. 2 Aufl. S. 379).


В двадцатом году. Из 2:1 той же книги видно, что в данном месте имеется в виду 20-й год царствования Артаксеркса и именно Артаксеркса Лонгимана (462-427), т. е. 445 г. до Р. Х. Я находился в Сузах, престольном городе. Сузы (евр. Schuschan и в клиноп. текстах Susaan) — город, служивший осенней резиденцией персидских царей (Есф 1:2b; Дан 8:2). Здесь Неемия находился, конечно, по должности царского виночерпия.


1:2  И пришел Ханани, один из братьев моих. Хотя Ханани мог быть назван братом Неемии и в широком смысле, как его соплеменник, однако ввиду 7:2 следует считать его братом в собственном смысле. Отсюда путешествие Ханани в Иерусалим и затем возвращение в Сузы является свидетельством того, что любовью к священному городу и участием к судьбам народа иудейского была проникнута вся семья Неемии. Неемия стал расспрашивать возвратившегося брата об уцелевших иудеях, которые остались от плена, т. е. о членах восстановленной общины, о потомках тех, которые пережили плен.


1:3 Ханания и прибывшие с ним сообщили Неемии, что община иудейская находится в великом бедствии и в уничижении и стена Иерусалима разрушена и ворота сожжены огнем. Очевидно, в ст. 3 речь идет не о разрушении Иерусалима халдеями, как думает, например, Розенцвейг, потому что в таком случае было бы непонятно, зачем сообщают Неемии о событии, которое ему известно; затем, такое старое известие не могло столь сильно потрясти Неемию, как это сообщается далее. Относить вместе с Эвальдом приведенные слова к предполагаемому разрушению стен при Зоровавеле также нельзя, как потому, что и о построении их мы не имеем известия, так и потому, что от этого события прошло бы уже 70 лет, и о нем Неемия не имел бы нужды спрашивать. По-видимому, в рассматриваемом стихе речь идет о событии недавнем, о том разрушении стены Иерусалима, которое, вероятно, сделано было наместником Самарии Рехумом на основании полученного им царского повеления остановить постройку стен (1 Езд 4:23).


1:4-11 Известие о бедствиях Иерусалима сильно опечалило Неемию. Он заплакал, печален был несколько дней, постился и молился «пред небесным Богом» (4 ст.)


1:5-11 Излагается и содержание молитвы. Особенность этой молитвы в том, что содержание ее и отдельные выражения заимствуются из Второзакония (ср. Втор 7:9; 20:5; 9:26). Молитва обращается к Богу небесному. Наименование Бога небесным вошло в употребление со времени плена, когда в сознании народа, разорвавшего окончательно связь с идолопоклонством, особенно ярко стала выступать идея премирности Бога, превосходство Его над всем земным.


1:11 В заключение молитвы о народе Неемия (ст. 11) просит о том, чтобы Господь ввел его в милость у царя («у человека сего»), так как судьбы народа иудейского ближайшим образом были в руках персидского царя.


2:1-6 Рассказываемое в ст. 1-6 событие произошло в том же году, но на месяц позднее того, о чем говорится в 1-й гл. По церковному счислению кислев был девятым месяцем, а нисан первым; по гражданскому же — кислев был третий месяц, а нисан — седьмой. Очевидно, Неемия пользуется счислением гражданским. Из библейского рассказа не видно, почему, собственно, Неемия обратился с просьбой к царю только через четыре месяца после получения известия о печальном положении дел в Иерусалиме. Возможно, что обязанность виночерпия он исполнял не постоянно, а по очереди с другими, и потому должен был ждать времени, когда ему можно было увидеть царя. С просьбой к царю Неемия обратился во время пира («было перед ним вино»; LXX и Сир. читают: «было вино предо мною», ἐνώπιον ἐμου̃), подавая царю чашу с вином. Разговор был начат самим царем, обратившим внимание на то, что Неемия, вопреки обычаям двора (Есф 4:2), имел печальный вид, хотя и старался скрыть свою печаль. У LXX вместо еврейского и казалось не был печален перед ним, καὶ οὐκ ἠ̃ν ἕτερος ἐνώπιον αὐτου̃, слав.: и не бе ин пред ним.


2:2 Несмотря на участливый вопрос царя, Неемия, по его словам, сильно испугался, — может быть, за исход своей просьбы, которая могла разгневать царя. В параллель ст. 2 можно поставить сообщение историка Геродота о Дарии и Ксерксе, что они предавали смерти придворных, заподозренных в нежелании сопутствовать во время походов и в стремлении уйти от двора.


2:3 Слова да живет царь во веки составляли обычное выражение благожелания, которым начинали обыкновенно обращение к царю (ср. Дан 2:4; 3:9; 3 Цар 1:31). В ответ на вопрос царя Неемия указывает причину своей скорби — запустение Иерусалима. Домом гробов отцов называет он именно Иерусалим, желая обозначить этим близость судеб города своему сердцу. Более высокого, религиозного значения города Неемия не указывает, может быть, потому, что царю-язычнику оно не вполне было понятно. Слово beith, «дом» употреблено в выражении вместо יא «город» в смысле широком, в каком оно употребляется в названиях городов Бет-Галчал, Бет-Нимра и подобных.


2:4-6 На вопрос царя о желании Неемии последний, вознесши мысленно молитву к Богу, обращается с просьбой послать его в Иудею обстроить Иерусалим. После того, как он указал время, потребное для путешествия, царь изъявил согласие на исполнение просьбы. Какое именно время было назначено Неемией, в повествовании не сообщается. Но по ходу речи можно заключать, что Неемия назначил время непродолжительное, и если он пробыл в Иерусалиме 12 лет (5:14; 13:6), то, вероятно, в силу последующих просьб о продлении срока путешествия.


2:7-8 В видах более успешного достижения своих целей Неемия просит у царя письма к заречным, т. е. заевфратским областеначальникам и к хранителю царских лесов Асафу. Эти письма, данные Неемии, содержали, очевидно, подробные объяснения задуманного Неемией дела. Хранителю царских лесов (pardes, ср. Песн 4:13 и Еккл 2:5). О каких именно лесах здесь говорится, неизвестно. По мнению древних толкователей, здесь имеется в виду regio a Libano ad Antilibanum protensa et arboribus amoenissimis consita, — северная оконечность Келесирии. Но это едва ли справедливо, так как лес, о котором идет речь в рассматриваемом месте, должен был находиться вблизи Иерусалима. Кейль полагает, что в Неем 2:7 имеется в виду упоминаемый в 1 Пар 27:28 лес из маслин и сикомор в долине, принадлежавший Давиду и потом, вероятно, перешедший в собственность царей завоевателей. Но едва ли может разуметься в 7 ст. и этот лес, так как для предпринимавшейся Неемией постройки он не мог дать материала. Иосиф Флавий (Иудейские древности VIII, 7, §3) говорит о прекрасных садах Соломона в Эфаме, недалеко от Иерусалима на юг. Возможно, что в рассматриваемом месте кн. Неемии разумеются именно эти сады, принадлежавшие некогда царскому дому. Вероятно, вся страна от Эфама до так называемой горы франков или Джебель ель-Фердис (pardes) была покрыта некогда лесом. Хранитель царских лесов должен был доставлять Неемии материал 1) для ворот крепости (birah), которая была при доме Божием, 2) для городской стены и 3) для построения его собственного дома. Упоминаемая в ст. 8 крепость храма, birah, или по греч. произношению βα̃ρις, вероятно, была построена там, где впоследствии построили крепость цари и первосвященники из фамилии Маккавеев (Иудейские древности XV, 11, §4) и которая позже, при восстановлении храма Иродом, была названа Антонией. О положении Антонии, которая представляла собой большое четырехугольное укрепление с башнями, дворами и широкими площадями для воинов, точно известно только то, что она находилась к северу от площади храма. Равнялось ли birah времени Неемии — βα̃ρις маккавейских князей и Антонии, мы не знаем. Из рассматриваемого нами места видно только, что в нее вело много ворот и что стены ее окружали, следовательно, значительное пространство. 2) Речь идет только об одной стене города. Дерево употреблялось не для стены, а для ворот в стене (3:3,6). Просьба о материале для постройки дома для Неемии объясняется, вероятно, тем, что Неемия прибыл в Иерусалим в качестве наместника (pechah, 5:14).


2:9  И пришел я к заречным областеначальникам. Иосиф Флавий (Иудейские древности XI, 5, §6-7) сообщает, что тогдашним начальником областей — Сирии, Финикии и Самарии был Адаиос. Как лицо официальное и занимающее высокий пост, Неемию сопровождал отряд всадников, которые потом, без сомнения, остались при нем и в Иерусалиме.


2:10 Приход Неемии с намерением устроить дела иудейские встревожил врагов иудеев и в особенности тех лиц, которые стояли во главе их. Санаваллат — имя ассиро-вавилонского происхождения («Син дарует жизнь»). Прозвание Хоронит дано ему от имени Бет-Хорона. С этим именем известны два города, лежавшие на пути из Иерусалима в Лидду, принадлежавшие некогда колену Ефремову (Нав 16:3,5; 18:13; 21:12), а во время Неемии входившие в состав самаринской области (3:34). Товия, «Аммонитский раб» был, вероятно, чиновник, поставленный персидским царем над аммонитянами. Он был, по-видимому, любимцем Санаваллата и главным его советником. Причиной недовольства названных лиц фактом прибытия Неемии было опасение, что возвысившаяся после падения Иерусалима Самария потеряет значение с восстановлением Иерусалима.


2:11-15 После трехдневного отдыха Неемия, намереваясь приступить к осуществлению своих планов относительно восстановления стен Иерусалима, сделал прежде всего осмотр их. Опасаясь козней со стороны врагов, Неемия произвел осмотр стен тайно, — ночью и без спутников. Ворота долины, упоминаемые еще в 2 Пар 26:9; Неем 3:13, получили свое название от того, что они вели в долину Генномскую (2:20), огибавшую Иерусалим с запада и юга. Ворота эти большинство археологов указывают на западе, на месте Яффских ворот, другие же полагают на юге, на месте так наз. ворот Ессеев. Ворота Долины соответствуют, вероятно, нынешним Яффским воротам на западной стороне. Упоминание о Драконовом источнике (LXX πρὸς στόμα πηγη̃ς τω̃ν συκω̃ν, слав.: ко устию источника смоковичного) встречается только здесь. Место этого источника точно неизвестно. Разные авторы указывали его в разных местах и отождествляли с теперешним Birket Hammam Sitti Mariam, или с упоминаемым в 3 Цар 1:9 источником Рогель, с источником Девы, или с источником Силоамским, или с верхним прудом (Birket Mamilla), или с прудом нижним (Birket es-Sultan). Навозные ворота лежали на западной стороне города. Таким образом, Неемия прежде всего обратил внимание на западную стену, так как она имела, в силу свойства местности, особенно важное значение.


2:14  И подъехал я к воротам Источника и царскому водоему. «Ворота Источника» находились на юго-восточной стороне города. Под «царским водоемом» имеется в виду, вероятно, тот пруд, который Иосиф Флавий (Иудейская война V, 4, §2) называет прудом Соломона и который лежал, по его свидетельству, к востоку от Силоамского источника. По Тениусу, это нынешний «источник Девы», который находится там, где долина Кедрона образует ущелье. Здесь, вследствие этого обломки стен и домов легко могли загородить путь, так что проезд был невозможен.


2:15  И я поднялся (vachi oleh) назад по лощине. По смыслу евр. текста, Неемия поднялся или встал на ноги, чтобы осмотреть часть стены (слав.: и взыдох на стену). Стоящее в данном месте евр. текста причастие (поднялся — oleh) указывает на продолжительное время, употребленное Неемией для осмотра части стены. Вероятно, Неемия прошел всю долину Кедрона или долину Иосафатову до северной оконечности города и затем, осмотрев северную стену, возвратился теми же «воротами Долины», которыми он вышел.


2:16-18 Осмотр стены, сделанный во избежание преждевременной огласки дела тайно от всех, убедил Неемию в возможности восстановления стены, и вот он, очевидно, созвал собрание из представителей народа и предложил им приступить к постройке. Для возбуждения энергии своих будущих сотрудников Неемия указал им на божественное благоволение, проявившееся в отношении к предпринимаемому делу со стороны царя. После этого собравшиеся изъявили согласие на начатие постройки и, по выражению писателя, укрепили руки свои на благое дело, т. е. твердо решились довести его до конца.


2:19-20 Слух о намерении иудеев дошел до врагов их — Санаваллата, Товии и Гешема. Последний (по 6:1,2,6 — Гашму) был, вероятно, начальником какого-либо арабского племени, жившего на юге Палестины недалеко от Иерусалима. Враги отнеслись к предприятию Неемии с насмешкой и презрением, но в то же время постарались набросить на него тень, как на предприятие, направленное против царя. Таким освещением дела враги обнаружили желание создать в будущем большие препятствия делу. И вот Неемия исповедует свою надежду на Бога.


3 3-я гл. кн. Неемии, описывающая построение так наз. второй стены Иерусалима и называющая много мест в нем, имеет чрезвычайно важное значение для изучения топографии священного города в период библейский. Но, к сожалению, указания рассматриваемой главы не везде определенны. Равным образом, не во всех пунктах тверды и те представления о топографии древнего Иерусалима, которые составлены на основании других свидетельств и в особенности на основании раскопок. Исследованиями Вильсона на юго-зап. холме, раскопками Уоррена вблизи площади храма, Гутэ — на Офеле, Русского палестинского общества на северо-зап. стороне древнего города, трудами Английского палестинского общества и многолетними работами архитектора Шика выяснено немало спорных вопросов, связанных с местоположением Иерусалима. Но все-таки и доселе в этой области остается много проблематического. Вследствие этого, а также по причине неполноты текста 3-й гл. Неемии и вероятной поврежденности его, топографические указания главы не всеми исследователями понимаются одинаково и некоторые отдельные пункты стены Неемии, названные в рассматриваемом месте, могут быть указаны только предположительно.


3 Описание стены в 3-й гл. начинается с Овечьих ворот, лежавших на северной стороне, недалеко от сев.-вост. угла храмовой площади. Далее отмечаются в западном направлении отдельные пункты стены (башни Меа и Хананела, ворота Рыбные, Старые), которые все находились на северной стороне. Поворачивая к юго-зап., стена, как видно из последующего описания, приближалась к старой (Соломоновой) северной стене, с которой она соприкасалась, вероятно, вблизи теперешней башни Давида, отождествляемой с упоминаемой у Неемии Печной башней. Отсюда стена шла прямо к югу до юго-зал, оконечности юго-зап. холма и направлялась по краям его. Вблизи названной оконечности были ворота Долины, а на востоке от них, на юго-вост. углу упомянутого холма — ворота Навозные. На южной стороне города, пересекая долину Тиропеон, стена подходила к юго-вост. холму, на южной оконечности которого, вероятно, были ворота Источника. С этого пункта поворачивала к северу и шла параллельно Кедронской долине. В этой (восточной) части стены, на юго-восток от храма, находились, по-видимому, Конские ворота. Достигнув сев.-вост. угла храмовой площади около угольного жилья (ст. 31), стена загибала на запад и подходила к недалеко отстоявшим от угла Овечьим воротам.


3 Для производства работ пространство стены, как видно, было разделено на 42 участка, которые не были одинаковой величины и, очевидно, были сообразованы с количеством работы над стеной. Участки были разобраны частными лицами, родами, товариществами и землячествами (жителями одной местности). По мнению Шика, в некоторых местах строилась двойная стена. Отсюда встречающиеся в ст. 11,19,24 замечания на втором участке Шик понимает как указания на внешнюю стену.


3 Для уяснения 3-й гл. важна обширная литература по топографии Иерусалима. См. Богословская Энциклопедия, т. VI, с. 443-484 (Иерусалим); проф. А. А. Олесницкий. Иерусалим и его окрестности (Св. Земля, ч. 1), Киев 1875; Он же, по вопросу о раскопках 1883 г. на русск. месте в Иерусалиме. Сжатый, но обстоятельный обзор результатов новейших исследований в применении к указаниям 3-й гл. Неемии представл. в комментарии Рисселя.


3:1 Упоминаемый в ст. 1 первосвященник Елиашив был сыном Иоакима и внук современника Зоровавеля Иисуса (ср. 12:10). Уже из того обстоятельства, что первосвященник и братья его строили Овечьи ворота (schaar hazzon), можно заключать, что эти ворота находились вблизи храма Такое заключение подтверждается местом 12:39. Название дано было воротам или потому, что через них прогонялись в город стада овец, потребных для пищи и для жертвоприношений, или потому, что недалеко от них находился рынок для овец. По многим указаниям, Овечьи ворота находились приблизительно на месте ворот, которые теперь называются у христиан воротами Стефана (так как, по преданию, недалеко от них был побит камнями первомученик Стефан), или воротами Марии (как ведущие в долину Кедронскую или долину Марии), а у других жителей Драконовыми воротами.


И от башни Меа освятили их до башни Хананела. Мысль, выраженная в тексте не вполне ясно, по-видимому, такая: они построили стену до башни Меа, которую освятили, и потом строили от башни Меа до башни Хананела. Об освящении последней не говорится, вероятно, потому, что построение ее не лежало на обязанности священников. Название башни Меа, упоминаемой еще в 12:39, произошло, вероятно, от того, что она имела какое-то отношение к числу 100, — может быть была 100 локтей высоты, или вмещала 100 человек. О башне Хананела упоминается еще в Неем 12:39; Иер 31:38 и Зах 14:10. По этим указаниям, башня образовывала угольный пункт города, противоположный так наз. «угольным воротам», и была выдающимся пунктом именно в северо-вост. части стены. Название свое башня получила, можно думать, от имени строителя.


3:3  Ворота Рыбные строили уроженцы Сенаи. Свое название ворота получили или от близости к рыбному рынку, на котором вели торговлю морской рыбой тиряне (ср. 12:39; 13:16; 2 Пар 33:14; Соф 1:10), или от того, что в находившемся недалеко от них пруду водилась рыба. Ворота находились на северной стороне стены, к западу от башни Хананела, на расстоянии двух участков, построенных по ст. 2 иерихонцами и Закхуром.


3:4 Упоминаемый в ст. 4 Маремоф, сын Гаккоца, как видно из ст. 21, работал еще и на другом участке стены.


Мешуллам, сын Берехии, по 6:18, принадлежал к очень видной фамилии в Иерусалиме и, по мнению Герцфельда (Geschichte Isr. I, 384), был тогдашним главой потомков Давида (ср. 1 Пар 3:19).


3:5 Уклонение заречных фекойцев от работы «для Господа», может быть, зависело от того, что южные местности Иудеи были подчинены правителям соседних племен (как Товия аммонитянин и Гашму аравитянин) и ими были удержаны от участия в восстановлении стен Иерусалима.


3:6  Старые ворота чинили Иоиада, сын Пасеаха, и Мешуллам, сын Бесодии. Название ворот «старыми» произошло, вероятно, от того, что они вели в старую часть города или в часть, расположенную к западу от храма. По 12:39 эти ворота лежали между воротами Ефрема и между Рыбными воротами, т. е. на северной стороне города.


3:7 Упоминаемые в ст. 7 строители были из мест, недалеко отстоявших от Иерусалима, в области колена Вениаминова. Гаваон, нынешний Ед-Джиб, в 2Ѕ час. пути к северо-западу от Иерусалима. Мицфа — нынешний Неби-Самуил в расстоянии 34 миль к северу. Что касается Меронова, то положение его неизвестно. Вероятно, это было какое-либо маленькое местечко вблизи Мицфы, почему и часть жителей последней работали под начальством меронофитянина.


С жителями Гаваона и Мицфы, подвластными (Lekisse) заречному областеначальнику. Конец стиха в русском тексте переведен предположительно, так как смысл подлинника неясен. По мнению Осиандера, Клерика, Рисселя, выражение указывает на то, что названные участники работ принадлежали не к подвластной Неемии области Иудеи, а к Сирии, и потому их участие в работах было совершенно добровольным. Другие экзегеты (Эвальд, Кейль, Гутэ), основываясь на свидетельстве древних переводов, евр. kisse (в русском тексте «подвластными») понимают в смысле названия официального жилища или места присутствия сирского сатрапа (ср. LXX: ἕως θρόνου του̃ ἄρχοντος, сир. престол, слав.: даже до престола князя (иже бысть об он пол реки) — и потому видят в рассматриваемом выражении указание пункта стены, до которого продолжались работы гаваонитян и жителей Мицфы. Шик полагает даже, что он открыл этот пункт иерусалимской стены (Zeif. D. Pal. Ver. 1885. 279). По мнению проф. А. А. Олесницкого, в рассматриваемом ст. идет речь о древнем судебном престоле Иерусалима у старых ворот, служившем и местом суда для персидских сатрапов и их чиновников. Место «престола» А. А. Олесницкий указывает там, где находится русская постройка (Раскопки 27-29). По мнению Шульца, спорные слова евр. текста должны быть переданы: «от имени представителя власти заречного областеначальника» и содержат указание на то, что жители Гаваона и Мицфы были присланы областеначальником во исполнение привезенного Неемией царского повеления о содействии иудеям. Ввиду трудности истолкования места Зигфрид полагает, что текст его поврежден.


3:8 Уззиил и Ханания называются, конечно, как представители группы, работавшей под их руководством. И восстановили (vajzasbu) Иерусалим до стены широкой. Смысл евр. vajzasbu (рус. «восстановили») неясен, так как значение глагола неизвестно. У LXX он передается καὶ κατέλιπον, в Вульгате: dimiserunt Ier., «и оставили» Иерусалим (ср. Ис 6:12). Этот перевод принимают некоторые экзегеты и понимают выражение («оставили Иер.»), как указание на то, что строители стены, ввиду малочисленности населения города, не захватили всей прежней площади, именно не оградили стеной часть города, простиравшуюся до «широкой стены» (Риссель). По мнению Шульца, выражение оставили Иерусалим означает, что строители, воздвигавшие стену около домов, в данном пункте отступили от них и повели стену в направлении «широкой стены», хорошо сохранившейся. Но принятое понимание глагола asab в смысле восстановлять, починять имеет более защитников среди экзегетов. В родственных языках глагол действительно употребляется в смысле строительного термина (Бертолет, s. 54).


До стены широкой, т. е. до остатка стены допленной (Соломоновой), которая называется широкой или потому, что имела большее протяжение, чем стена послепленная, или ввиду ее особенной толщины. Полагают, что в ст. 8 имеется в виду собственно та часть стены, которая находится между теперешней башней Давида и древними воротами Ефрема (ср. 12:38). Это та самая часть стены, которая, по свидетельству 4 Цар 14:13; 2 Пар 25:23, была разрушена на протяжении 400 локтей израильским царем Иоасом и затем была восстановлена Озией (2 Пар 26:9; Иудейские древности IX, 10, §3).


3:9  Начальник полуокруга Иерусалимского, т. е. области, принадлежавшей, по введенному же делению страны, к Иерусалиму.


3:10 Упоминаемое в ст. 10 имя Хаттуша встречается еще в 1 Пар 3:22 (ср. 1 Езд 8:2) и Неем 10:5.


3:11  На втором участке, евр. midda schenith, слав.: и близ их. Неясно, что называет писатель «вторым участком». Берто понимает schenith в смысле другой и видит указание на то, что названные в ст. 11 лица работали на двух участках (ср. ст. 19,21,24,27,30). Кейль считает приведенные слова указанием на второй участок названной выше части стены. Последнее понимание, по-видимому, более естественно. Упоминаемая в ст. 11 Печная башня, как видно из Неем 12:38, находилась между Ефремовыми воротами и воротами Долины. Можно предполагать, что Печная башня образовывала северо-зап. ворота или была очень близко от них (2 Пар 26:9). Шик отождествляет ее с нынешней башней Давида.


3:12  Подле них чинил Шаллум... и дочери его (ubenotha). Слова и дочери его многими исследователями (Шульц, Риссель) понимаются, как образное указание на жителей деревень, входивших в состав иерусалимского полуокруга, во главе которого стоял Шаллум. Но ничто не препятствует понимать приведенные слова и в прямом смысле.


3:13 Ворота Долины чинил Ханун и жители Заноаха, под которым можно разуметь нынешний Зануа, в вади Исмаил, на расстоянии трех нем. миль от Иерусалима. И еще чинили они тысячу локтей стены до ворот Навозных. Слов еще чинили в подлиннике нет, и они представляют догадку переводчиков. Из текста не видно, указывается ли в данном месте протяжение построенной жителями Заноаха стены (каковое было бы слишком велико), или же обозначается часть стены (между воротами Долины и Навозными), не потребовавшая починки (Риссель), — или наконец, сумм проломов, которые нужно было заделать в существовавшей стене (Шик). Навозные ворота, или гнойные, отстоявшие на 1000 локтей к югу от ворот Долины, вели к нынешнему Нижнему пруду, Биркет ес-Султан. Свое название ворота, вероятно, получили от того, что через них вывозился городской навоз. По мнению Шика, название дано было воротам потому, что они вели к местности Тофет, почитавшейся нечистой.


3:14 Навозные ворота чинил Малхия, сын Рехава, может быть, рехавит. Хотя, по Иер 35:7, рехавитам запрещено было строить дома, но, конечно, только для себя.


Беф-Карем (ср. Иер 6:1), начальником округа которого был Малхия, отожествляют с горой Франков, к юго-востоку от Вифлеема.


3:15 Ворота Источника получили свое название, вероятно, от близости к Силоамскому источнику и потому их ищут на ю.-в. оконечности холма города. Работавший над этими воротами Шаллум чинил также, по ст. 15, стену у водоема Селах против царского сада и до ступеней, спускающихся из города Давидова. Водоем Селах обыкновенно отожествляют с Силоамским прудом (ср. Ис 8:6; Ин 9:7), хотя это отожествление не бесспорно (Гутэ). О ступенях или о лестнице, которая спускалась из города Давидова, упоминается еще в 12:37. Шик и Гутэ следы их указывают на том месте, где доныне сохранилась тогдашняя поверхность скалы, недалеко от стены (Zeit. D. Pal. Ver. 1882, 315).


3:16 Неемия, сын Азбука (ср. 1:1), был начальником Беф-цурского полуокруга. Беф-цур (Нав 15:58; 2 Пар 11:7), часто упоминаемый в Маккавейских книгах, тождествен с нынешним Beit-Sur, отстоящим на 3 нем. мили к югу от Иерусалима, на запад от Хевронской дороги. Здесь и доныне сохранились остатки древней башни.


Неемия чинил участок стены до гробниц Давидовых и до выкопанного пруда и до дома храбрых. Гробницы Давидовы или гробницы царского дома Давида находились к востоку от горы Сион. В нынешнем Иерусалиме место их указывается различно (см. примеч. к 3 Цар 2:10). Под выкопанным прудом в ст. 16 имеется в виду, вероятно, какой-либо пруд, выкопанный в недавнее время, незадолго до Неемии, и потому хорошо всем известный. Домом храбрых называлась, можно думать, какая-либо казарма (ср. 2 Цар 16:6; 23:8) или дом, в котором помещались стражи храмовых ворот (ср. 1 Пар 9:26 и 26:6). Гутэ указывает это место к юго-з. от источника Марии (Zeit. D. Р. V. 1882, 332).


3:17 Упоминаемая в ст. 17 Кеила (полуокруга Кеильского) тожественна с нынешней деревней Кила, лежащей к востоку от Беф-Джибрина (Елевферополиса), в 4 нем. милях к ю.-в. от Иерусалима (ср. Нав 15:44; 1 Цар 23:1; 1 Пар 4:19).


3:18  Братья их, т. е. жители другого полуокруга Кеильского.


3:19  На втором участке. Вероятно, не сам Езер чинил второй участок, а стоявшие под его руководством жители Мицфы (ср. ст. 7).


Насупротив всхода к оружейне на углу (слав.: меру вторую столба восхода, касающегося углу). Neschek — оружейня или цейхгауз. Место этой оружейни на углу трудно определить.


3:20  За ним ревностно (hecherah) чинил Варух. Евр. hecherah, пропущенное у LXX, передано в рус. тексте предположительно, так как трудно дать слову в данном месте определенный смысл. У Лукиана оно передается εἰς τὸ ὄρος, также в Вульгате: in monte, на горе; у некоторых толкователей: гневаясь (на медленность постройки). Риссель предпочитает чтение Вульгаты: in monte, как соответствующее положению части стены, над которой работал Варух. В таком случае Варух чинил на том месте, где стена, загибая на восток и поднимаясь в гору, образовала угол.


На втором участке. Первый участок, однако, не указан.


3:20-21 Упоминаемый в ст. 20 и 21 дом первосвященника Елиашива находился, по-видимому, за юго-запад, углом площади храма, не слишком далеко от стены, которая поднималась на западной стороне Офела в восточном направлении. Как видно, дом первосвященника занимал значительное пространство.


3:22  За ним чинили священники из окрестностей (hakikkar). Вместо неопределенного hakikkar, употребляющегося в Библии обыкновенно в качестве наименования долины Иордана (Быт 13:12; 19:17,25,28,29; Втор 34:3; 2 Цар 18:23), в Вульгате читается: viri de campestribus Jordanis, слав.: мужие от поля (Иорданска).


3:23 Вениамин и Хашув, вероятно, были священники, так как в местности на юге от площади храма были, как видно, дома священников.


3:25  Против угла и башни, выступающей от верхнего дома царского. С подлинника, согласно с LXX, где читается: ὁ πύργος ὁἀνώτερος, переводят и иначе: против угла и более высотой башни, выступающей от дома царского. Дом царский — не дворец царский, который лежал в Давидовом городе, но какое-либо правительственное здание около храмовой площади, с темничным двором при нем. По-видимому, это тот темничный двор, о котором упоминает Иеремия Иер 32:2,8,12; 33:1; 37:21 и далее). Судя по 12:38, можно полагать, что темничный двор находился на южной стороне храмовой площади, и именно в восточной половине этой стороны. Угол, упоминаемый в ст. 25, образовывался восточной стороной темничного двора и южной стороной храмовой площади.


3:26 Русск. переводчики вставили в данном ст. слово починили. В подлиннике речь идет только о месте жительства нефинеев, которое указывается в Офеле против Водяных ворот к востоку до выступающей башни.


Водяные ворота, по талмудическому преданию, получили свое название от того, что через них в день Кущей проносилась в храм вода, взятая из источника. Местоположение их некоторые указывают недалеко от источника Марии (Шульц). Бертолет, однако, предполагает, что это были не городские ворота, а ворота царского дворца. До выступающей башни — см. примеч. к ст. 25.


3:27  За ними чинили: с подлин. за ним, — по-видимому, за Федаией (ст. 25), — на втором участке. О первом участке фекойцев упоминается в ст. 5. Выступающая башня, против которой начинался участок фекойцев, полагают (Робинсон, Риссель), находилась на юго-вост. углу храмовой площади, где и теперь еще видны остатки сооружения.


3:28  Далее (точнее: выше) ворот Конских чинили священники. Название ворот Конскими некоторые объясняют тем, что они находились недалеко от стоянки посвященных солнцу коней (4 Цар 23:4). По Иосифу Флавию, ворота назывались Конскими потому, что через них шел кратчайший путь в царские конюшни (Иудейские древности IX, 7, §3). По Иер 31:40; 4 Цар 11:16; 2 Пар 23:15, ворота имели отношение к царскому дворцу и, следовательно, их нужно искать на ю.-востоке храмовой площади, откуда они вели в Кедронскую долину.


3:29 Шемаия, сын Шехании, сторож восточных ворот, т. е. названных в ст. 26 Водяных ворот. Участок Шемаии не указан. Вероятно, как сторож восточных ворот, он чинил эти ворота и прилегающую к ним часть стены.


3:30 Слова шестой сын Цалафа возбуждают недоумение, так как в других местах главы подобных указаний не делается. Возможно, что в текст вкралась погрешность.


О Мешулламе, сыне Берехии, сообщается (ср. 3:4; 6:18), что он чинил против комнаты своей (слав.: противу сокровищницы своей). Вероятно, это была комната, служившая целям богослужения.


3:31  Малхия, сын Гацорфия (hazzorphi). Последнее слово Гутэ читает hazzarphi и понимает как указание на происхождение Малхия из Сарепты («сарептянин»); но обычно слово понимается в смысле нарицательного, и как указание на то, что Малхия принадлежал к цеху мастеров золотых дел.


До дома нефинеев и торговцев. По ст. 26, нефинеи жили на Офеле. В ст. 31, нужно думать, идет речь не о жилище их, а о месте службы, которое находилось, по-видимому, на сев.-вост. от храма. Поставленные в связь с нефинеянами торговцы были, конечно, продавцами предметов, нужных для богослужения (ср. Мф 21:12; Ин 2:14). Им, очевидно, было предоставлено около храма здание, в котором имели пребывание и нефинеи.


Против ворот Гаммифкад и до угольного жилья. Ворота Гаммифкад (слав.: врат судных) не принадлежали к городской стене, потому что, как замечено, строили стену против них. Вероятно, образовывали вход в упоминаемый у Иез 43:21 mipkad habait (слав.: во отлученнем храме), — место сожжения жертвы за грех (с евр.: «возвышение угла»).


Угольное жилье — может быть, нечто вроде башни, находилось в сев.-вост. углу храмовой площади, на месте теперешнего «трона Соломона». Должно заметить, что текст ст. 31 передается не всеми одинаково. Вместо чтения нашего перевода некоторые (Берт, Риссель, Кауг) читают: «За ним чинил Малхия, до дома нефинеев и [за ним чинили] торговцы». Текст греч. и слав. также дают мысль, отличную от чтения русского перевода.


3:32  Серебряники — по Perles. Anolekt. 78, меновщики.


3:33-35 Первые 6 ст. 4 гл. во многих изданиях Библии составляют окончание гл. 3-й.


Начало постройки стены вызвало у враждебных иудеям соседей чувство злобы и желание препятствовать постройке. Санаваллат, имея в виду ослабить энергию иудеев, в кругу самарийской знати насмехался над их предприятием, представляя его несбыточной мечтой. Слова Санаваллата: неужели им это дозволять (hajaazbu lachem) не ясны, так как подлежащее при глаголе hajaazbu (дозволять) не указано. По контексту речи и соответственно значение глагола алав в других местах (Ис 10:14), в словах Санаваллата нужно видеть насмешку над верой иудеев в помощь Божию: «неужели они (иудеи) предоставляют себя (в деле постройки) Богу», т. е. неужели надеются, что Бог совершит за них непосильное для них предприятие? Неужели они думают помочь себе жертвами?


3:35 Подобно Санаваллату, и Товия указывает на несбыточность задуманного иудеями предприятия.


3:36-37 Подобным же образом историческое повествование прерывается молитвой в 5:19; 6:9,14; 13:14,22,29,31.


3:38 Насмешки врагов, таким образом, не оказывали действия, и стена скоро была сложена до половины ее, т. е. до половины высоты ее.


4:1-2 Успешный ход постройки побудил врагов иудеев действовать силой, и они задумали неожиданно (ст. 11) напасть на иудеев, занимающихся постройкой, перебить их и разрушить Иерусалим. В ст. 7 в качестве врагов иудеев названы аравитяне, аммонитяне и азотяне. Ролинсон полагает, что писатель имеет в виду не целые племена, а собственно тех отдельных людей из этих племен, которые входили в отряд Санаваллата, так как вооруженное нападение на Иерусалим целых племен, при хорошей организации Персидской монархии, трудно допустить. Но едва ли есть основание отрицать возможность подобного нападения.


4:6  Когда приходили Иудеи, жившие подле них, т. е. в местах, соседних с Самарийской областью и др. Приходили, очевидно, те, которые сами не участвовали в работах, а заботились о своих родственниках и друзьях, бывших на работе. Конец стиха в евр. тексте не ясен, и наш русск. перевод в данном случае дает собственное толкование («со всех мест, что они нападут на нас»).


4:7 Точный смысл подлинника не ясен, и русские переводчики опять дают толкование, вставляя слово города и переводя глагол amad вместо двух раз однажды. Предполагая погрешность в тексте и исправляя его, Риссель передает стих так: «тогда поставил я метательные машины на месте за стеной в защищенных пунктах и выставил людей» и пр.


4:9 Постройка стены остановилась на время. Но зато враги иудеев, увидев, что их замысел неожиданного нападения открыт, оставили его, и дело постройки могло продолжаться. Однако для предупреждения неожиданного нападения Неемия все-таки счел нужным принять ряд мер, о которых идет речь в ст. 16.


4:10  С того дня половина молодых людей (nearim) у меня, т. е. половина свиты Неемии, того отряда, который находился в распоряжении его для полицейских обязанностей (ср. 5:10,16; 13:19).


4:15  Так производили мы работу, т. е. Неемия и его свита, несшие особенные труды.


4:16 В дополнение к прочим мерам предосторожности Неемия сделал распоряжение, чтобы народ не расходился по окончании дневных работ, а оставался на ночлег в Иерусалиме, выставляя стражу. Этим распоряжением имелось в виду не только охранить город, но и дать отдых людям, несшим наибольшие труды, т. е. Неемии и его свите.


4:17  Не снимали с себя одеяния своего, у каждого были под рукою меч и вода. Последнее предложение опущено у LXX и неодинаково передается в других переводах. В сирском тексте выражение передается в том смысле, что защитники Иерусалима не снимали с себя одежды в течение месяца. У Лукиана καὶ ἄνδρα, ον ἀπέστελον ἐπὶ τὸ ὕδωρ, ἀνὴρ καὶ ὅπλον αὐτου̃ εἰς τὸ ὕδωρ. В Вульгате: unusquisque tantum nudabatur ad baptismum, каждый снимал одежду только для омовения. Экзегеты также толкуют приведенное выражение различно: «каждый имел свое оружие и воду при себе, чтобы не покидать поста» (Клерик); «каждый имел свой лук в правой руке» и каждый обнажал тело только для ночных потребностей (maim — вода).


5:1  И сделался большой ропот в народе и у жен его. Обстоятельства, о которых говорится в начале 5-й гл., случились, по-видимому, в период постройки стен. Ропот возник в среде низших классов народа. Причиной ропота, как видно из дальнейшего, служило тяжкое положение, созданное, с одной стороны, обязательством бесплатной работы над стенами города, с другой — эксплуатация со стороны «знатнейших и начальствующих» (ст. 7). Против последних именно и поднялся ропот («на братьев своих иудеев»).


5:2 Во 2 ст. речь идет о пролетариях, которые не имели собственных полей и, в то же время, занятые бесплатной общественной работой, не могли заработать себе хлеба. Они поэтому просили дать им хлеба.


5:3 Но и владельцы полей и виноградников терпели нужду вследствие начавшейся дороговизны хлеба, причиной которой, очевидно, было а) скопление народа в Иерусалиме, б) недостаток подвоза от соседей, с которыми были враждебные отношения, и в) невозможность заняться надлежащей обработкой полей и виноградников. Боясь отдать в залог всю собственность, мелкие владельцы также обращались с просьбой о хлебе.


5:4-5 Еще тяжелее было положение тех, которые, заложив уже поля и виноградники, вынуждены были продавать сыновей и дочерей в рабы для того, чтобы достать хлеба (ср. Лев 25:14-17; Исх 21:7;2 Цар 4:1; Лев 25:39; Иер 34:8-22).


5:6  Я очень рассердился — имеется в виду, на богатых и знатных, нарушивших закон.


5:7 Неемия тотчас же обратился к знатным и богатым с упреком за то, что они берут лихву с братьев. Закон Моисея запрещает брать проценты с соплеменника (Исх 22:24; Лев 25:36; Втор 23:10). Поэтому поступок иерусалимских богачей был нарушением закона.


5:8-9 Обличая нарушителей закона, Неемия, в качестве примера, указывает себя и близких ему людей. Мы выкупали, т. е. Неемия и близкие ему люди, — выкупали, очевидно, в Вавилоне. Вместе с этим Неемия напоминает о необходимости соблюдения закона, как условии, при котором прекратится уничижение народа и могут быть ниспосланы ему блага от Господа.


5:10-11 Из ст. 10 видно, что Неемия упрекает заимодавцев в том, что они брали залоги, чего не делал он сам и близкие ему люди. В заключение он приглашает заимодавцев простить долги (слав.: оставим лихоимство сие), возвратить залоги и взятые проценты.


5:12-13 Обличаемые изъявили согласие подчиниться внушению Неемии, и, чтобы сделать это решение обязательным на будущее время, Неемия взял с них торжественную клятву.


И позвал я священников и велел им дать клятву: им — не священникам, а заимодавцам. После клятвы решение знатных и богатых было закреплено символическим действием (ср. Деян 18:6) и произнесением утверждающего все сказанное аминь.


И прославили Бога — за то, что, с одной стороны, облегчено было положение бедных, с другой — восстановлены мир и единение в общине.


5:14 Ссылка на свой пример, сделанная в речи к нарушителям закона (ст. 8), дает повод Неемии охарактеризовать и вообще свою деятельность на пользу народа. (Еще, т. е. в дополнение к сказанному в ст. 10.) Здесь же отмечается и продолжительность деятельности Неемии.


Не ел хлеба областеначальнического, т. е. не брал той суммы, которая полагается на стол областеначальника.


5:15 Бескорыстие Неемии тем более замечательно, что бывшие до него областеначальники, не известные нам, отягощали народ поборами, и это, очевидно, как бы сделалось признаваемым всеми обычаем. Брали с них хлеб и вино, кроме (achar) сорока сиклей серебра. Последние слова не ясны, и значение евр. achar, переданного в русском тексте кроме, в других текстах передается различно, именно у LXX ἔσχατον (последнее), в Вульгате qnotidie (ежедневно), а в сир. опускается совсем. Слав. текст, соединяя чтение LXX и Вульгаты, переводит: по сих сребра (на всяк день) дидрахм четыредесят. Соответственно этому, и у экзегетов смысл выражения определяется различно. По-видимому, мысль выражения та, что областеначальники требовали более 40 сиклей, назначенных им на стол. 40 сиклей составляют на наши деньги 46-48 рублей.


5:16  И полей мы не закупали. Смысл слов не вполне ясен. Мысль или такая, что Неемия не воспользовался тяжелым временем и не скупил себе полей (Риссель), или такая, что хотя Неемия и ближайшие сотрудники его не были собственниками, владельцами полей, однако они принимали участие в устроении стены.


5:17  Кроме приходивших к нам из окрестных народов. Разумеются иудеи, жившие за пределами занятой возвратившейся общиной небольшой области.


5:18  И в десять дней издерживалось множество всякого вина. Указание на десять дней без обозначения определенного количества вина является непонятным. Мысль выражения, может быть, та, что запасы вина возобновлялись через каждые десять дней.


6:1 О названных в ст. 1 лицах см. примеч. к 2:19 и 2:10. И прочих неприятелей наших — вероятно, азотян и других жителей филистимского побережья.


6:2 Может быть, с целью разъяснения слухов Санаваллат и Гешем приглашают Неемию сойтись в одном из сел (bakephirim) на равнине Оно. Kephirim, стоящее с членом, принимается некоторыми экзегетами за собственное имя и отождествляется с упоминаемой в 1 Езд 2:25 Кефира, служившей пограничным пунктом тогдашней иудейской области. Развалины Кефиры Робинсон (N. bibl. Forsch. 190) указывает в расстоянии 3-х часов пути от Гаваона. По 1 Пар 8:12; Неем 11:35 равнина. Она лежала в близи Лидды и потому может быть отождествляема с нынешней Кефр-Ана (или К.-Анди), находящейся на расстоянии двух часов пути от Лидды и в 40 вер. к сев.-зап. от Иерусалима.


6:3-4 Причиной отказа Неемии последовать повторявшемуся четыре раза приглашению врагов было не только нежелание замедлить своим отсутствием постройку, как указывается в ст. 3, но и опасение коварных замыслов со стороны врагов.


6:5 В пятый раз Санаваллат прислал в Иерусалим слугу с открытым письмом в руках. Очевидно, Санаваллат желал, чтобы обвинения, содержавшиеся в письме, были известны всем в Иерусалиме и чтобы эти обвинения, — или, устрашив, заставили прекратить постройку стены (ст. 9), или же побудили Неемию отправиться на равнину Оно для объяснений.


6:6-7  Слух носится у народов, — конечно, у народов соседних. И Гешем говорит: в евр. тексте вместо Гешем читается Гашму, что, без сомнения, тожественно с Гешем. Очевидно, Гешем выставляется в качестве особенно авторитетного лица.


6:8-9 Замыслы Санаваллата, как видно из ст. 8-9, не только не достигли своей цели — остановить постройку стен, но наоборот, придали более энергии Неемии («я тем более укрепил руки мои»).


6:10 После неудачных попыток погубить Неемию Санаваллат задумал путем хитрости побудить его к нарушению закона и этим подорвать его авторитет в народе. Он воспользовался для этого содействием пророка Шемаии, который, по-видимому, был одним из самых сильных (ст. 14) противников Неемии. Когда Неемия зашел в дом Шемаии, последний от имени Иеговы возвестил Неемии, что этою ночью враги намерены убить Неемию. Для избежания опасности Шемаия предлагал Неемии пойти вместе с ним в храм и там запереться. Согласившись на это предложение, Неемия, с одной стороны, обнаружил бы страх перед врагами, а с другой, нарушил бы предписания закона, так как, будучи мирянином, он не имел права входить в храм. То и другое унизило бы авторитет Неемии в глазах народа. И он заперся, евр. vehu azur, «и он был заключен», — замечание, точный смысл которого установить трудно. Берто понимает это замечание в том смысле, что Шемаия находился в состоянии вдохновения; Эвальд и Ролинсон — что Шемаия был в состоянии нечистоты. По Кейлю, заключение Шемаии имело символическое значение — указывало на то, что должен был сделать Неемия. Но проще понимать выражение vehu azar в том смысле, что Шемаия уклонялся от общественной деятельности, и посещение Неемии было вызвано желанием узнать причину этого уклонения.


6:11-13 Неемия, как видно из ст. 11, понял скрытую цель предложения Шемаии и потому ответил ему отказом, убедившись, что Шемаия подкуплен врагами.


6:14 Как видно из сопоставления ст. 7 и 14, в среде пророков, как и во всем народе, было два направления: одни из пророков содействовали Неемии, другие же, в том числе Шемаия и пророчица Ноадия, были против обособления от соседей и реформирования в строго законном духе. Эти два направления в иудействе, начавшись со времени Неемии, сохранились и в дальнейшей истории (см. об этом М. Поснов. Иудейство. К характеристике внутренней жизни иудейского народа в послепленное время. Киев, 1906. С. 5-104).


6:15 Год окончания стены Иерусалима не называется, вероятно, потому, что предполагается известным из ранних указаний (ср. 1:1; 2:1; 5:14; 13:6). Это был 20-й год Артаксеркса, и именно, вероятно, Артаксеркса Лонгимана (ср. прим. к 1 Езд 7:1) или 445 (444) г. до Р. Х. Элул был 12-м месяцем года.


В ст. 15-м обращает на себя внимание то обстоятельство, что для возведения стены указывается слишком краткий срок (52 дня). Ввиду краткости срока, а также и свидетельства Иосифа Флавия (Иудейские древности XI, 5,7), что постройка стены продолжалась 2 года и 4 месяца, некоторые экзегеты склонны видеть в ст. 15-м порчу текста. Но с общим ходом рассказа о построении стены указание ст. 15-го на краткий срок вполне гармонирует. Рассказ отмечает, что постройка велась ускоренно, что строителей было много и работали они с ревностью. Кроме того, из рассказа видно, что стена собственно не вновь строилась, а только починялась, причем для некоторых частей стены (ср. 3:13-15) не потребовалось даже и починки. По вычислениям Рисселя, из 12 978 анг. футов протяжения стены починялось не более 8 тыс. Как видно из гл. 3, это пространство было разделено на 40 отделений, в среднем по 200 ф. на каждое. При значительном количестве работающих и при облегчении работы тем, что строительный материал находился под рукой, так как камни разрушенной стены не были увезены, — не удивительно, что стена была окончена в 52 дня. Еще быстрее были построены стены Афин при Фемистокле и стены Александрии при Александре Великом.


6:16 Впечатление, произведенное на соседей окончанием постройки стен, в греч. и слав. текстах значительно усилено: и убояшася вси языцы иже окрест нас, и нападе страх велик пред очи их. В первом предложении, по-видимому, вместо евр. raah (видеть) LXX читали jareh (бояться), а во втором вольно передали редкий оборот речи, имеющийся в подлиннике.


6:17-19 В последних стихах 6 гл. делается несколько замечаний об отношении Неемии к Товии. Вероятно, Товия, носивший, как и сын его Иоханан, чисто израильское имя, по своему происхождению принадлежал к одному из колен Израильского царства и, может быть, отстаивал именно интересы уцелевших в Палестине жителей этого царства. Он поддерживал частые сношения с Иерусалимом, так как многие в Иудее были в клятвенном союзе с ним (ст. 18). Из последнего замечания можно заключать, что при заключении браков родственники давали клятвенное обязательство поддерживать друг друга.


Имена Араха и Мешуллама, с домами которых состоял в родстве Товия, упоминаются еще в 1 Езд 2:5; 3:4,30). Предполагают, тесть Товии Шехания и тесть Иоханана Мешуллам принадлежали к потомкам Зоровавеля (ср. 1 Пар 3:20 и далее). Как видно из Неем 13:4, Товия был также родственником первосвященника Елиашива.


6:19  Даже о доброте его они говорили при мне, — по-видимому, с целью сблизить Неемию с Товией. Так как смысл ст. 19 не вполне ясен и параллелизм в нем не выдерживается, то, не без основания некоторые экзегеты (Гейн, Бертолет) подозревают в данном случае порчу в тексте.


7:1 Ввиду замыслов врагов Неемия принял строгие меры к охране города и храма. И поставлены на свое служение привратники, и певцы, и левиты. По древнему установлению привратники должны были охранять храм и следить за открытием и закрытием ворот, через которые был вход на храмовую площадь (1 Пар 9:17-27; 26:12-19). Исчисление пунктов, занятых привратниками в послепленное время, дается в трактате Мишны Миддот I, 1. Как видно, по случаю тревожного времени Неемия привлек к охране храма, кроме привратников, также певцов и прочих левитов, хотя охрана храма не входила в их обязанности, определенные законом. Вероятно, труды были разделены так, что привратникам поручена была охрана храмовых ворот, а певцы и другие левиты вместе с жителями Иерусалима наблюдали за безопасностью в городе.


7:2 Как можно заключать из ст. 2, брат Неемии Ханани и начальник иерусалимской крепости Ханания были поставлены во главе охраны. Ханания заведовал укреплением (birah), находившимся к северу от храма, и состоял, вероятно, на персидской службе, начальствуя над иерусалимским гарнизоном.


7:3 В то время как привратники, певцы и левиты охраняли город днем, ночью выставлялась стража из самих жителей. Замечание ст. 3 доколе они стоят (vead hem omdim) непонятно по своей цели, и потому некоторые экзегеты подозревают в нем порчу текста. Бертолет его читает: vead hachom omed, «и пока еще жар стоит» (до захода солнца), что будет хорошим дополнением к последующему — «пусть замыкают и запирают двери».


7:4-5 Малочисленность населения Иерусалима побудила Неемию созвать собрание, чтобы выяснить дело и принять меры к заселению города. Хотя с Зоровавелем возвратилось (по 1 Езд 2:64; Неем 7:66) 42 360 человек (не считая женщин и детей), а с Ездрой (по 1 Езд 8:1-20) еще 1500, но они расселились по всей стране, а в самом Иерусалиме остались немногие. Замечание ст. 4 о Иерусалиме и домы не были построены, по-видимому, имеет тот смысл, что город внутри не был еще достаточно застроен, и в нем оставалось много порожних мест.


7:5-71 Начинающийся со ст. 6-го список возвратившихся из плена и пожертвований на храм по существу тождествен со списком 1 Езд 2. Различие двух списков заключается в некоторых именах и в цифровых данных.


7:7 В 1 Езд 2:2 вместо названных в ст. 7 Азарии называется Сараия, вместо Раамии Ревелай, вместо Мисферефа Мисфар, вместо Нехума Рехум.


7:10 По 1 Езд 2:5 сыновей Араха было 775.


7:11 Вместо числа 2818 в 1 Езд 2:6 читается 2812.


7:13 Сыновей Заффу по 1 Езд 2:8 было 945.


7:15 Вместо Биннуя в 1 Езд 2:10 называется Вания и число потомков его определяется цифрой 642 (вместо 648 ст. 15-го).


7:16 В 1 Езд 2:11 указана цифра 623 (вместо 628).


7:17 По 1 Езд 2:12 — 1222.


7:18 По 1 Езд 2:13 — 666 (вместо 667).


7:19 По 1 Езд 2:14 — 2056 (вместо 2607).


7:20 По 1 Езд 2:15 — 454 (вместо 655).


7:22 По 1 Езд 2:19 — 223 (вместо 328).


7:24 Вместо Харифа в 1 Езд 2:18 назван Иора.


7:25  Уроженцев Гаваона. В 1 Езд 2:20: сыновей Гиббара.


7:26 По 1 Езд 2:21-22 жителей Вифлеема и Нетофы было 179 (вместо 188).


7:28 Жителей Беф-Азмавефа. По 1 Езд 2:24 Азмавефа.


7:32 По 1 Езд 2:28 жителей Вефиля и Гая было 223 (вместо 123).


7:36  Ст. 36 и 37 в 1 Езд 2 следуют в обратном порядке.


7:37 Вместо Лода в 1 Езд 2:33 читается Лидда и общее число жителей трех мест указывается 725 (вместо 721).


7:38 По 1 Езд 3630 (вместо 3930).


7:44 По 1 Езд 2:41 — 128 (вместо 148).


7:45 По 1 Езд 2:42 привратников было 139 (вместо 138).


7:47  Сыновья Сии. По 1 Езд 2:44 — сыновья Сиаги.


7:48 Вместо Салмая в 1 Езд 2:45 назван Аккув.


7:57 Вместо Фериды в 1 Езд 2:55 читается Феруды.


7:59  Сыновья Аммона. В 1 Езд 2:57 сыновья Амия.


7:62 По 1 Езд 2:60 — 652 (вместо 642).


7:69-71 См. примеч. к 1 Езд 2:69. Текст Неем 7:70-72 полнее, чем в параллельном месте 1 Езд 2:69. Сумма пожертвований золотом в кн. Неемии определяется в 41 тыс. (1+20+20) драхм, тогда как в 1 Езд 2:69 — в 61 т.


7:69  Пятьсот тридцать священнических одежд. Текст евр. дает основание предполагать, что священных одежд было только 30, а цифра 500 указывает на нечто другое, по-видимому, опущенное по ошибке переписчиков, — может быть, на мины серебра.


Книги Ездры и Неемии


Именем Ездры в наших текстах библии надписываются три книги, из которых одна (первая) считается канонической, а две (вторая и третья) принадлежат к разделу неканонических. Каноническая книга Ездры в древности соединялась с кн. Неемии. Об этом можно заключать из свидетельства Талмуда (Baba Bathra15-a), И. Флавия (Contra Ар. I, 8), Мелитона Сардийского (Евсевий, Церк. Истор. N, 26) и из списков библейских книг, приводимых церковными учителями и соборами. В пользу этого говорит и тот факт, что мазоретские примечания, имеющие место обыкновенно в конце книг, помещены после Неем 13.31, а во многих еврейских кодексах, также в греч. Ватиканском, начало кн. Неемии следует в одной строке с окончанием кн. Ездры (De Rossi, Variae lectiones V. T. IV, 157). В христианской церкви кн. Ездры рано была отделена от кн. Неемии, как это видно из свидетельств Оригена и Иеронима Ortig. in Ps. I, Hyer., Prol. galeat). Постепенно это разделение сделалось общепринятым и с 1525 г., со времени появления издания Бомберга, оно вошло и в еврейскую Библию. У католиков, однако, и доселе кн. Неемии рассматривается как вторая часть кн. Ездры. Равным образом, и в научных библиологических трудах обыкновенно обозреваются обе названные книга вместе, ввиду их несомненной тесной связи.

По своему содержанию кн. Ездры и Неемии представляют изложение истории восстановления иудейской общины после окончания вавилонского плена. В частности, кн. Ездры распадается на две части: I-VI и VII-Х. Книга начинается указом Кира об освобождении иудеев из плена и сообщением, что по этому указу партия пленников, состоящих из членов Иудина и Вениаминова колена и из священников и левитов, возвратилась в Иерусалим под предводительством Шешбацара (1 гл.). В гл. II приводится список возвратившихся пленников и пожертвований на храм. Затем, в III гл. повествуется о построении жертвенника, о восстановлении богослужения и об основании храма. B IV гл. писатель сообщает о препятствиях постройке храма со стороны самарян и их союзников, причем приводятся письма, с которыми обращались враги иудеев к персидским царям. В гл. V-VI идет речь о возобновлении прекратившейся по наветам врагов постройки храма, об окончании ее и освящении храма около 516 г. Вторая часть кн. Ездры описывает события времени Ездры. В частности, здесь сообщается о прибытии в 7-й год царя Артаксеркса в Иерусалим Ездры с колонией возвратившихся пленников, причем приводится царский указ, определявший полномочия Ездры (VII гл.); затем (гл. VIII), дается список возвратившихся с Ездрой пленников и, наконец, повествуется о деятельности Ездры в Иерусалиме (гл. IX и X).

Кн. Неемии, по своему содержанию являющаяся прямым продолжением повествования кн. Ездры, распадается на три части: I-VII, VIII-X, XI-ХVIII. В первой части идет речь об обстоятельствах прибытия в Иерусалим Неемии (I-VIII), о построении им стен (III-IV), о затруднениях, встреченных им от самарян и самих иудеев (IV-VI), и сообщается список возвратившихся из плена (VII). Во второй части описывается реформаторская деятельность Ездры, направлявшаяся к утверждению господства в жизни закона Моисеева (VI11-X). Наконец, в третьей части приводятся списки жителей Иерусалима, священников и левитов (Неем 11.1Неем 12.1–24), сообщается об освящении стен Иерусалима (Неем 12.27–47) и о деятельности Неемии по вторичном прибытии его в город после путешествия ко двору персидского царя (XIII).

Таким образом, кн. Ездры и Неемии излагают события, совершившиеся в период 537–432 г. до Р. X. Из содержания их видно, что в них говорится не о всем, совершившемся в указанное время. Особенно важно здесь отметить, что период истории иудеев от окончания постройки храма в 516 г., до прибытия Ездры в Иерусалим в седьмом году Артаксеркса ко или в 458 г. до Р. X. опущен совсем. Очевидно, подобно другим библейским авторам, писатели кн. Ездры и Неемии имеют в виду говорить главным образом о том, что важно с теократической точки зрения, в чем особенно ясно проявилось, по их воззрению, попечение Господне об избранном народе по окончании вавилонского плена.

Касательно формы кн. Ездры и Неемии должно заметить, что в 1Езд 7.1–11 и в заключение гл. 10 об Ездре идет речь в третьем лице, а в разделе 1Езд 7:27–9 в первом; равным образом, и о Неемии то говорится в первом лице (I-VII, XII-XIII). то в третьем (VIII-X). Кроме того, особенность кн. Ездры заключается в том, что отделы 1Езд 4.8–18 и 1Езд 7.12–26 написаны на арамейском (халдейском) языке, а остальная часть по-еврейски.

Вопрос о происхождении кн. Ездры и Неемии в настоящее время трудно решить с полной определенностью, как вследствие отсутствия ясных указаний на это в самих книгах, так и за неимением твердого руководства в предании. Относительно кн. Ездры предание, засвидетельствованное в Талмуде (Baba Bathra 15-а: «Ездра написал свою книгу»), в синопсисах св. И. Афанасия и И. Златоуста («сам Ездра бывший священником и чтецом, рассказывает и записывает в ней возвращение из плена и пр.), утверждает, по-видимому, что писателем книги был Ездра. В пользу этого предания может говорить отчасти название книги, а также установившееся представление об истории ветхозаветного канона Содержание кн. Ездры, и именно второй части ее (гл. 7–10) также подтверждает свидетельство предания. Речь здесь идет об Ездре, причем большею частью говорится прямо от его лица (1Езд 7.271Езд 9.1). Хотя в гл. Х и в начале XI говорится об Ездре в третьем лице, но и эти части могут считаться написанными Ездрой: смена лиц в одном итом же произведении допустима и для одного писателя, и примеры такого литературного приема можно указать как в библейской письменности (Дан. 1:7, 10:12; Иер 20:1, 7), так и в небиблейской. Притом X гл. теснейшим образом связана с IX, а раздел 1Езд 7.1–11, представляет естественное введение к дальнейшему, где повествуется об Ездре в третьем лице. Если в рассматриваемом разделе содержатся похвалы Ездре и его генеалогия, то едва ли в этом можно усматривать стремление к самовозвеличению и потому считать несовместимым с преданием о написании раздела самим Ездрой.

Вторая часть кн. Ездры (1Езд 7.1) начинается словами: «после сих происшествий». Этим указывается, по-видимому, на тесную связь второй части с первой (гл. I-VI) и, значит, на написание последней также Ездрой. Но Ездра не был очевидцем рассказанных в гл, I-VI событий и потому мог изложить их только на основании письменных документов. Эти документы можно представлять или в виде сырых материалов, которые самостоятельно были обработаны Ездрой, или же в виде обработанного уже сочинения, которое Ездра только издал, присоединив без изменений к составленной им самим части. В пользу последнего представления может говорить замечание 1Езд 5.4 («тогда мы сказали им имена тех людей»), которое едва ли бы было употреблено Ездрой, если бы он был составителем гл. I-VI; но и первое представление имеет в науке своих защитников, Книга Неемии, на основании надписания ее (Неем 1.1) и некоторых, – впрочем, не вполне ясных – указаний предания (2Мак 2.13; Baba bathra 15-а) считается весьма многими исследователями произведением Неемии. Главным доказательством принадлежности книги Неемии является то, что, рассказывая о событиях времени Неемии, книга в большей части своей (I-VII, ХII-ХIII) говорит о Неемии в первом лице. В качестве возражения против указанного мнения выставляют обыкновенно место Неем 12.1–11, где родословие первосвященника Иисуса продолжено до Иаддуя, и Неем 13.28, где сообщается об изгнании Неемией из Иерусалима зятя Санаваллата, правителя Самарии. По свидетельству И. Флавия (Иуд.Древн. 11:8, 5), Иаддуй был первосвященником во время Александра Македонского; к этому же времени И. Флавий (Иуд.Древн. 11:7, 2) относит и факт изгнания Манассии. Ввиду свидетельств И. Флавия места Неем 12.10–11 и Неем 13.28 (а следовательно, и весь раздел ХII-XIII), полагают, не могли быть написаны Неемией. Но дело в том, что известия И.Флавия, относящиеся к IV в., очень спутаны и ими нельзя проверять библейские указания. С другой стороны, в случае признания достоверности известий И, Флавия, указанные стихи могли бы считаться позднейшим добавлением. Относительно Неем 12.10–11, кроме того, возможно предположение, что здесь, в родословии Иисуса, указаны не четыре преемственно, в течение ста лет, проходившие служение первосвященники, а только члены одной и той же семьи, из которой последнего современника Александра Мак. – Неемия видел только дитятей.

Менее ясно происхождение гл. VIII-X. Ввиду того, что в названном разделе идет речь собственно о Ездре, а также принимая во внимание некоторые особенности раздела сравнительно с остальной частью книги, некоторые протестантские и католические экзегеты считают раздел составленным Ездрой, которому принадлежала последняя редакция книги. Но не без основания указывают, что слишком большого различия между гл. VIII-X и остальными не существует. Если в этом разделе идет речь главным образом о Ездре, то это потому, что раздел повествует о деятельности религиозной, первенствующая роль в которой принадлежала именно Ездре, а не Неемии, который был первым в делах гражданских. Этим можно объяснить и отличие раздела от других в выражениях, – именно то, что Неемии в разделе присваивается титул Тиршафа (Неем 8.9 и Неем 10.1), тогда как ранее (1Езд 1:8, 5:14; Неем 12.26) он назывался pechah (областеначальник).

К сказанному должно добавить, что и современная отрицательная критика признает в основе кн. Ездры и Неемии подлинные записи («мемуары») Ездры и Неемии, воспроизведенные в книгах отчасти буквально. Отличие воззрений критики от традиционных в данном случае то, что окончательная редакция книг отодвигается к более позднему времени, чем век Ездры, причем редактором обеих книг считается писатель кн. Паралипоменон и допускаются многочисленные интерполяции. Главным основанием для подобного воззрения служит обыкновенно предполагаемое многими исследователями единство книг Ездры и Неемии с кн. Паралипоменон. В доказательство этого единства ссылаются на: а) общий колорит языка книг, б) на сходство отдельных выражений и в) тождество конца 2Пар. и начала Ездры 1. Но сходство в языке и выражениях при одинаковости предмета повествования обеих книг вполне естественно и может свидетельствовать только о том, что рассматриваемые книги принадлежат одной эпохе и, может быть, составлены одним автором, но не о том, что они являются частями одного целого. Тождество же конца 2 Пaр. и начала Eзд. (указ Кира) легче понять при допущении самостоятельности обоих произведений. Что касается тех исторических погрешностей, которые побуждают представителей отрицательной критики отодвигать окончательную редакцию кн. Ездры и Неемии к очень позднему времени и допускать в них много интерполяций, то (как видно будет из комментария) ссылки на эти погрешности или несправедливы или весьма спорны.

Кн. Ездры и Неемии всегда пользовались в Церкви высоким уважением и имели богодуховенный авторитет, как произведение строго историческое. С тех пор как новейшими теориями происхождения Пятикнижия был передвинут в послепленную эпоху центр тяжести библейской истории и библейской письменности, кн. Ездры и Неемии, как важнейший источник для изучения послепленной эпохи, естественно стали предметом многочисленных исследований. При этом многими авторами была подвергнута сомнению историческая достоверность повествования книг в целом и в отдельных частях. Так, Шрадер отверг историческую достоверность свидетельства 1Езд 3.8 об основании храма во второй год Кира, отодвинув это событие ко второму году Дария Гистаспа. Гуанакер отверг точность хронологической последовательности повествования книг, сделав попытку доказать, что прибытие Неемии в Иерусалим совершилось прежде прибытия Ездры. Многие исследователи отвергли подлинность приводимых в книгах царских указов, арамейских документов 1Езд 4, а также список возвратившихся из плена, относя все это к числу измышлений хрониста, т.е. редактора книг, жившего долго спустя после описанных в книгах событий. Наконец, Костерс и Торрей отвергли факт возвращения иудеев при Кире, свидетельства о построении храма возвратившимися иудеями и многое другое. Новейшими работами, однако, особенно трудом Мейера (Meyer, Entstechung des Judenthums. Halle. 1896) весьма многие возражения против кн. Ездры и Неемии опровергнуты с достаточной убедительностью. Особенно важно в данном случае то, что параллелями из небиблейской литературы может считаться установленной достоверность тех документов, которые приводятся в кн. Ездры. Этим в значительной мере подтверждается точность свидетельств автора и в других частях. Недоумения возбуждает только хронология кн. Ездры и Неемии. Называя имена персидских царей (Артаксеркса, Дария), при которых совершались те или иные события, писатель не дает этим именам ближайших определений. А так как персидская история знает нескольких царей, носивших эти имена, то отсюда трудно сказать с уверенностью, о каком царе говорит в том или ином случае писатель. Хронологический распорядок событий, описанных в кн. Ездры и Неемии, поэтому указывается экзегетами различно и может быть указан только с вероятностью.

Литература: 1) Русская: Дорошкевич, Хронология кн. 1 Ездры и Неемии, Христ. Чт. 1886, июль – авг. Он же. Как составлены книги 1 Ездры и Неемии. Чтен. Общ, любит, дух. просвещ. 1891 декабрь; Яницкий, Происхождение и состав кн. Неемии. Орлов. Епарх. Вед. 1881; Юнгеров, Происхождение и историчность кн. Ездры и Неемии. Прав. Собесед. 1905,10; В. Попов, Возвращение иудеев из плена Вавилонского. Киев, 1905. 2) Иностранная: Из чрезвычайно обширной западной литературы о кн. Ездры и Неемии Наиболее ценны. Комментарии Ryssel'я Esra, Nehemia und Ester 1887, Bertholet'a Die Bücher Esra und Nehemia. 1902, Keil'я Bibl. Komment über Chronik, Esra, Nehemia und Ester. Подробный указатель иностр. литературы см. в назв. выше кн. Bertholet'a и В.Попова


* * *


1 Примеры см. Чтения в Общ. люб, дух. просв. 1891, 2, 553–559

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1:1 а) Букв.: слова.


1:1 б) Вероятная дата - ноябрь-декабрь 445 г. до Р.Х.


1:3 Букв.: и (находится) там, в области (иудейской).


1:7 Или: преступно / злонамеренно.


1:9 Букв.: чтобы там пребывало Мое имя.


2:1 а) Вероятная дата - март-апрель 445 г. до Р.Х.


2:1 б) Перевод по LXX. Масоретский текст: вино (было) перед ним - т. е. перед царем.


2:1 в) Букв.: вино.


2:1 г) Или: я не выглядел печальным.


2:12 Букв.: (другого) животного не было при мне, кроме животного; то же в ст. 14.


2:13 Или: Навозным.


3:1 Или: башни Меа.


3:4 Или: чинил / восстанавливал; букв.: укреплял; то же далее ниже в этой главе.


3:5 Букв.: не склонили шею для служения Владыке.


3:18 Так по друг. чтению. Масоретский текст: Бавваем.


3:20 а) Так в масоретском тексте. Слово «ревностно» отсутствует в LXX.


3:20 б) Друг. чтение: Заккая.


3:31 Или: до площадки на крыше; то же в ст. 32.


3:37 а) Букв.: не покрывай их вины / беззаконий.


3:37 б) Или: досаждали; букв.: сердили.


3:38 Букв.: всё сердце.


4:2 Или: и вызвать замешательство / учинить там беспорядки.


4:4 Букв.: говорить.


4:6 Здесь масоретский текст неясен. Друг. возм. пер.: и каждый раз, десять раз (это было), предупреждали о готовящемся на нас нападении.


4:8 Или: Владыке.


4:10 а) Или: юношей; то же в ст. 22, 23.


4:10 б) Букв.: дом Иудин.


4:17 Или: даже воды не пил без оружия в руке; или: каждый (ходил) со своим оружием (даже) за водой.


5:1 Букв.: великий вопль.


5:5 Бук.: мы бессильны.


5:7 а) Букв.: сердце мое правило мной.


5:7 б) Или: из-за них.


5:8 Или: мы прикладывали все силы; или: средства.


5:9 Или: не благоговея пред Богом.


5:10 Или: процентов.


5:13 Или: да будет так.


5:14 а) Тридцать второй год - с 1 апреля 433 г. до 19 апреля 432 г. до Р.Х. До этого времени Неемия служил 12 лет, после чего был возвращен ко двору (13:6), а затем был отправлен на второй срок (13:7), длительность которого не указана.


5:14 б) Букв.: не ели хлеба наместника; то же в ст. 18.


5:15 Около 0,5 кг.


5:19 Друг. возм. пер.: мне во благо за всё.


6:2 а) Или: в Кефириме.


6:2 б) Букв.: они затевали против меня зло.


6:3 а) Или: большим.


6:3 б) Букв.: почему должна быть остановлена работа, пока я буду отсутствовать, отправившись к вам.


6:4 Букв.: слово.


6:9 Букв.: потому ныне укрепи мои руки - в ряде переводов это выражение передано как молитва Неемии к Богу.


6:11 В Храм мог входить только священник или левит (Числ 18:7).


6:15 Вероятная дата - 2 октября 445 г. до Р.Х.


6:16 а) Или (перевод по друг. чтению): когда увидели это все окрестные народы.


6:16 б) Перевод по друг. чтению; масоретский текст: сильно упали в собственных глазах.


7:1 Или: поставлена была охрана у ворот.


7:3 а) Букв.: пока не пригреет солнце. Друг. возм. пер.: пусть не будут открыты ворота Иерусалима во время дневного зноя, т.е. в самое жаркое время дня.


7:3 б) Или: каждому на посту рядом с домом.


7:7 а) Этот список с некоторыми изменениями имен и количества переселенцев повторяет список в Эзр 2:2-70. Здесь в Эзр 2:2: Серая.


7:7 б) Эзр 2:2: Реэлая, после него нет имени Нахамани.


7:7 в)Эзр 2:2: Миспар.


7:7 г) Эзр 2:2: Рехум.


7:7 д) Букв.: народа Израиля.


7:15 Эзр 2:10: Вани.


7:24 Эзр 2:19: Йоры.


7:25 Эзр 2:20: Гиббара.


7:29 Эзр 2:25: Кирьят-Арима.


7:43 Эзр 2:40: Ходавьи.


7:47 Эзр 2:44: Сиахи.


7:48 В Эзр 2:45, 46 добавлено: род Аккува, род Хагава.


7:52 В Эзр 2:50 добавлено: род Асны.


7:54 Эзр 2:52: Бацлута.


7:57 Эзр 2:55: Феруды.


7:59 Эзр 2:57: Ами.


7:61 Эзр 2:59: Аддана.


7:64 Перевод по LXX и Вульгате; масоретский текст: исключены из (списка) священников, как нечистые.


7:65 Евр. тиршата - титул персидского правителя в Иудее, возм. пер.: его превосходительство; то же в ст. 70.


В масоретском тексте этого стиха нет, он встречается в некот. рукописях, ср. Эзр 2:66.


7:69 а) Букв.: главы отеческих (родов / домов); то же в ст. 71.


7:69 б) Около 8,5 кг (при весе 1 дарика в 8,5 г).


7:70 а) Около 170 кг.


7:70 б) Около 1,2 т.


7:71 Около 1,1 т.


Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Список работавших на восстановлении стен выглядит не просто как перечень имён, подобный тем, что уже не раз... 

 

При дворе персидского царя Неемия жил благополучно. Его придворная должность, виночерпий, позволяет нам вспомнить... 

 

Неемия вынужден отвлечься от строительных забот, чтобы ликвидировать несправедливость. В тот раз назревавший... 

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).