Библия-Центр
РУ

Мысли вслух на Мк 12:28-37

Поделиться
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
Свернуть

«Слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всей душой твоей, и всем разумением твоим, и всей силой твоей…». Вот что говорит С.С. Аверинцев в своем комментарии к Евангелию от Марка. «Эти слова (Втор 6:4-5) составляют центральнейшую молитву ветхозаветной веры, которую благочестивый еврей произносил несколько раз на дню и которую ему рекомендуется читать перед смертью, в особенности перед смертью мученической. Чтение этой молитвы называется в еврейской традиции «принятием ига Царства Небесного»». Но вот оказывается, принимая это иго, мы не все еще приняли. А есть еще одно иго, которое мы должны на себя принять: «возлюби ближнего твоего, как самого себя». Как наверное странно было это слышать людям, которые привыкли, что первого достаточно, что первого и так очень много… «возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко» (Мф 11:29-30) Парадоксально: Он говорит, что бремя Его легко и иго благо, а на самом деле к тому игу, которое уже есть, добавляет еще едва ли не более тяжелое? Как же это понять? Но вот видимо ответ в словах о кротости и смирении. Ведь смирение – это что-то превышающее все наше, но только оно одно и дает нам возможность превысить все наше. Кротость и смирение – это и путь к Богу и путь к человеку. Смирение это не пассивность, это способность брать на себя иго, брать на себя поклажу и не падать под ней. Быть с Богом и быть с человеком это значит уметь слушать – это такое иго, это значит заставить замолчать всего себя и превратиться в слух. Мало, кто способен на это. Но мало того. Быть с Богом и быть с человеком – это и уметь ответить. То есть то, что ты только что в себе умертвил, когда превратился в слух, твою самость ты должен вдруг призвать обратно к жизни. На самом деле, быть с Богом и быть с человеком означает научиться умирать и воскресать, умирать и воскресать, умирать и воскресать… Но это умение когда-то должно нам пригодиться.

Другие мысли вслух

 
На Мк 12:28-37
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
Свернуть
Христос в разговоре с книжником спрашивает его о том, что тот знает по роду своих занятий. Книжник, отвечая Христу, говорит...  Читать далее

Христос в разговоре с книжником спрашивает его о том, что тот знает по роду своих занятий. Книжник, отвечая Христу, говорит о любви к Богу и ближнему, что они есть больше всех всесожжений и жертв. И ему Христос говорит: недалеко ты от Царствия Божия. У апостола Петра (1 Петр 4:1-11) мы находим призыв служить, т.е. исполнять свой долг и свои обязанности, по силе, какую дает Бог. Книжник в своем труде, в своих занятиях все равно видел самое главное. Он видел суть и смысл веры. Христос призывает нас все время искать смысл любого нашего шага и любой мысли. Смысл того, что здесь и сегодня мы можем сделать во славу Божью и по любви к Нему. Служить друг другу — это самое главное, что должно стать смыслом нашей жизни после любви к Богу. Служить можно по разному. Можно трудиться на заводе или воспитывать детей. Ученый и уборщица одинаково славят Бога своим трудом, если в этом труде они находят время и место Богу. Апостол призывает служить друг другу тем даром, который каждый получил. Дар, который мы получили, — это возможность встречи с Богом каждый миг жизни, это дар Его любви. Нашей жизнью мы можем подтверждать присутствие Его в этом мире, Его любовь к людям. И каждый день мы должны просить Бога дать нам сил служить друг другу. Через постоянную молитву и общение с Ним мы обретем радость Его присутствия и узнавания Его в каждом проявлении жизни.

Свернуть
 
На Мк 12:28-37
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
Свернуть
Говоря о двух заповедях, которые дал нам Господь в сегодняшнем чтении, хочется обратить внимание на слова...  Читать далее

Говоря о двух заповедях, которые дал нам Господь в сегодняшнем чтении, хочется обратить внимание на слова Христа об их подобии. Сначала они кажутся понятыми. Действительно, в обоих случаях речь идет о любви. Но задумаемся еще раз об этом. Любовь к Богу и любовь к человеку – насколько это разные вещи! Любовь к Богу мы выражаем в молитве. Любовь к человеку – в труде. Всякий мирянин (в смысле не монашествующий), который живет молитвенной жизнью, хорошо знает, что молитва отнимает время у труда, труд - у молитвы (особенно, если труд интеллектуальный). И значит, это два разных, противостоящих друг другу, начала. Почему же Господь говорит о подобии, что Он вкладывает в эти слова? Если посмотреть с этой стороны, эти слова перестают быть простой констатацией того, что в обоих случаях речь идет о любви. Вообще мы всегда должны быть предельно осторожными, когда что-то в слове Божием кажется нам простым. Скорее всего, это кажущаяся простота, связанная с тем, что мы не проникли в текст достаточно глубоко. Ведь у Господа было не много времени, и Он понимал это, так что Он не мог терять его на очевидные вещи. Так в чем же здесь смысл? Возможно, здесь именно утверждается идеал подобия, доходящего до неразличимости, между трудом и молитвой. Именно то, к чему мы должны стремиться, чтобы молитва была для нас трудом, тяжелым трудом, а труд был для нас молитвой. Но, конечно, ни в коем случае это не значит, как часто приходится слышать от людей светских, невоцерковленных, но привыкших много и напряженно работать, что труд – это молитва, каковым словом они пытаются себя оправдать перед Всевышним, смутно ощущаемым ими своей не наученной любить Бога душой. Именно когда мы живем в напряжении между этими двумя полюсами, трудом и молитвой, неслиянными, но и нераздельными, настолько нераздельными, что являют собой единство, мы выполняем заповедь Божию.

Свернуть
 
На Мк 12:28-37
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
Свернуть
Странно: почему Иисус так по-разному отвечает на задаваемые Ему вопросы? Только что, отвечая саддукеям, Он, в сущности...  Читать далее

Странно: почему Иисус так по-разному отвечает на задаваемые Ему вопросы? Только что, отвечая саддукеям, Он, в сущности, задал им загадку куда заковыристее той, которую они задали Ему; теперь же Он отвечает на вопрос прямо, хотя вопрос этот был куда проще той задачи, которую задали Иисусу саддукеи. Может быть, дело в том, кто и как спрашивает? А главное, для чего? Иисусу не раз за время Своего земного служения приходилось отвечать на вопросы тем, кто заранее готов был ни в чём с Ним не соглашаться, а вопросы задавал лишь для того, чтобы поставить Его в тупик. В данном же случае, похоже, ситуация была иной. Задавший Ему вопрос «книжник» (по-видимому, учёный раввин, преподававший Тору) действительно хотел удостовериться, совпадают ли их мнения о Торе и о том, что в ней главное. А когда увидел, что совпадают, обрадовался и поддержал единомышленника, быть может, так и не поняв до конца, с Кем имеет дело. И эта радость объясняет всё: ведь так может радоваться лишь тот, для кого поиск истины — цель и смысл жизни, а обретение единомышленника в этом поиске — подлинная радость. Отсюда действительно уже недалеко до Царства, даже если ищущий не сразу понимает, что перед ним и стоит Тот, Кто принёс Царство в мир.

Свернуть
 
На Мк 12:28-34
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
Свернуть
Это редкий отрывок в Евангелии, где книжник показан в выгодном свете. Задавая свой вопрос, он делает это без...  Читать далее

Это редкий отрывок в Евангелии, где книжник показан в выгодном свете. Задавая свой вопрос, он делает это без какого-либо подвоха, действительно желая получить ответ. Получив же его, этот человек сохраняет его в своем сердце и делает такой вывод, что сам Господь говорит ему: «недалеко ты от Царствия Божия». Этот книжник уловил благую весть Христа о том, что любовь больше всесожжений и жертв.

Похоже, что для евангельского книжника вопрос об иерархии заповедей перестал быть чисто теоретическим вопросом, на котором можно было бы оттачивать ум, а к тому же и поймать Иисуса. Для него он становится вопросом изменения всей жизни в соответствии с этой важностью этих заповедей.

Господь ждет от нас верности и любви к Нему и к тем, кого Он поставил рядом с нами, нашим ближним. Но как часто мы об этом забываем, особенно, если эти ближние порядком нам надоели. Проще соблюдать правила и нормы, не взирая на то, что этим мы нарушаем заповедь любви. Потому что проще принести жертву невидимому Богу, чем оказать милосердие плохо ведущему себя подростку или неприятно пахнущему бездомному.

Свернуть
 
На Мк 12:28-34
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
Свернуть
Иисус не ломает привычный мир, но Он радикально меняет его изнутри, наполняя устоявшиеся представления верным...  Читать далее

Иисус не ломает привычный мир, но Он радикально меняет его изнутри, наполняя устоявшиеся представления верным пониманием. Из множества заповедей, таких знакомых, Он выделяет две, и смысл отношения человека к Богу и к миру сразу чётко вырисовывается.
Правда, книжника интересует всего лишь одна заповедь, ведь по-человечески самым главным может быть что-то одно. Однако Христос неожиданно ставит рядом две заповеди. То, что первой названа заповедь о любви к Богу, закономерно и не могло быть иначе. Но то, что рядом с ней поставлена заповедь о любви к человеку, и что ни одна другая заповедь с этими двумя не может сравниться, явилось прорывом в постижение высшей Реальности. Высокое достоинство человека, его обожение — то, чего нет во внебиблейских религиях и во имя чего Бог стал человеком. Понимание этого — один из тех золотых талантов, данных нам Спасителем, которые надо бы не зарывать в землю, а почаще пускать в дело.
Книжник, понимающий это (очень современная фигура, кстати), недалёк от Царствия Божия. Находящийся недалеко ещё не находится внутри, ему ещё предстоит сделать шаг ко Христу, а его так трудно бывает сделать. Таким, как этот книжник, часто бывает трудно решиться на такой шаг, но им, приблизившимся, и легче было бы войти.

Свернуть
 
На Мк 12:28-34
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
Свернуть
Диалог между Иисусом и неким не названным по имени учителем Торы («книжником») замечателен тем, что, по крайней мере внешне, ничего особенного его участники не говорят...  Читать далее

Диалог между Иисусом и неким не названным по имени учителем Торы («книжником») замечателен тем, что, по крайней мере внешне, ничего особенного его участники не говорят. Учитель Торы задаёт Иисусу элементарный, школьный вопрос о смысле Торы, ответ на который был известен любому ученику ешивы: смысл Торы сводится к двум заповедям, к заповеди о любви к Богу («всем сердцем, всей душой и всеми силами», если вспомнить соответствующую строчку из Книги Второзакония) и о любви к ближнему как к самому себе (как о том говорится в Книге Левита). Такое понимание смысла Торы в евангельские времена было уже вполне традиционным, и учитель задаёт Иисусу свой вопрос с явным намерением проверить Его знание традиции.

Иисус даёт правильный ответ, учитель одобряет Его ответ — «хорошо сказано» — и в свою очередь получает оценку Спасителя: недалеко ты от Царствия Божия. Что так понравилось Спасителю в реакции учителя Торы на Его слова? Быть может, то, что тот прямо говорит: любовь к Богу и ближнему больше всех жертвоприношений? Очевидно, да: ведь Иисус всё время напоминает о том, что в Царстве и для Царства главное — отношения, что вопрос пребывания в Царстве связан с духовным состоянием человека, а не с его активностью, пусть даже религиозной.

Для духовного же состояния как раз и важно, чтобы Бог был в центре всей жизни человека, в его сердце, в его душе, чтобы Он был центром всех его усилий, какие делает человек в своей жизни. Речь, разумеется, идёт не о каком-то умозрительном идеале и даже не о вере как о системе убеждений, вокруг которой религиозные люди нередко строят свою жизнь, а именно о реальном Божьем присутствии в самой глубине человеческой личности, в том её центре, который на библейском языке и называется сердцем.

Судя по ответу Иисуса, Он увидел, что для обратившегося к Нему учителя Торы это была не просто теория, что смысл Торы стал для него реальностью, что он живёт так, как учит — насколько это возможно ему как человеку. Человек тут ограничен своей падшей природой, но если он делает всё возможное и живёт по максимуму, полностью реализуя свой духовный потенциал, то от Царства он действительно недалёк. Остаётся лишь последний шаг, который может помочь ему сделать Тот, Кто принёс Царство в мир.

Свернуть
 
На Мк 12:28-34
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
Свернуть
В духовной жизни нередко разум занимает не самое почетное место. Мы следим за тем, чтобы поступать хорошо, следовать заповедям, не причинять зла ни ближним, ни самому себе – и это...  Читать далее

В духовной жизни нередко разум занимает не самое почетное место. Мы следим за тем, чтобы поступать хорошо, следовать заповедям, не причинять зла ни ближним, ни самому себе – и это замечательно – об этом говорит притча о Суде (Мф 14).

Мы внимательны к сердечным движениям, чувствам: стремимся сострадать, сорадоваться, любить Бога и ближнего. Чаще всего мы обращаемся к своему разуму, когда читаем Писание: тут тоже, конечно, важно сверять свою жизнь со Словом Божиим, важно слушать и слышать его, как слушала Мария у яслей, «сохраняя все слова сии, слагая в сердце своем» (Лк 2:19), но и стремиться понять, вчитываться в смысл – важно.

И мы это делаем. Но часто ли мы обращаем внимание на то, как мы думаем? Считаем ли мы это важным? Да, конечно, за каждой службой мы провозглашаем свою веру, перечисляем догматы, на которых строится вера нашей Церкви. Часто ли мы в этот момент вдумываемся в каждое слово, стремясь понять, почему отцы того или иного Вселенского собора утвердили именно эти слова как фундамент, на котором стоит наша вера?

Бывает, что мы говорим: все это можно предоставить богословам, а я верю, как велит мне сердце, основа веры – молитва, Встреча, чтение Слова Божьего. Конечно, все это так. Но из беседы Иисуса с книжником можно увидеть, что наш Господь ценит разум не меньше, чем чувства, волю, направленную на добро, поступки, совершаемые из любви. Книжник говорит Ему: «Истину сказал Ты». Истина – это о разуме, о том, как мы думаем, с чем мы соглашаемся. Эти слова уже приближают книжника к Богу, ведь у них с Богом – одна, общая истина. Книжник произносит слова, утверждающие его веру. Мы ничего не знаем о его поступках. Мы ничего не знаем о том, как он молился, насколько искренне беседовал с Богом. Мы даже не знаем о том, насколько он был внимателен, изучая Писание, хотя о том, что он много времени уделял толкованию Писания говорит уже то, что он книжник.

Мы точно знаем только одно: он понимал суть Писания так же, как Иисус, он разумом соглашался со словами Иисуса. И Иисус, «видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия». Не только молитва, не только поступки, но и точность мысли приближают нас к Царству.

Свернуть
 
На Мк 12:29-31
29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет.
Свернуть
Ответ Христа на вопрос книжника о наибольшей заповеди в законе имеет принципиальное значение для Нового завета. Сам вопрос отражает бурные споры, происходившие среди иудеев во времена земной жизни Спасителя...  Читать далее

Ответ Христа на вопрос книжника о наибольшей заповеди в законе имеет принципиальное значение для Нового завета. Сам вопрос отражает бурные споры, происходившие среди иудеев во времена земной жизни Спасителя. Одни из них полагали, что в законе определяющее значение имеют все без исключения заповеди, и среди них нет более и менее важных. Погрешающий против одной заповеди становится, с этой точки зрения, нарушителем всего закона в целом. Этот взгляд нашел, в частности, отражение в послании апостола Павла к Римлянам. Придерживающиеся этой позиции полагали, что закон как таковой дан Богом и потому является святыней. Однако трудно считать одинаково важными с одной стороны, заповеди «Я Господь, Бог твой, да не будет у тебя иных богов» и «не убивай» и, с другой стороны, заповеди «не порть края бороды твоей» и заповедь о необходимости справлять нужду за пределами стана.

Другие из иудеев, напротив, полагали заповеди Синайского завета далеко не равноценными. Известен ответ рабби Гиллеля язычнику, пожелавшему узнать суть иудейства вкратце, «стоя на одной ноге». Гиллель сказал ему «Что тебе неприятно, того не делай ближнему; вот весь закон, остальное есть лишь изъяснение его». Ответ Господа Иисуса, очевидно, поддерживает эту последнюю точку зрения. Однако между позициями Христа и его старшего современника Гиллеля есть чувствительная разница.

В отличие от ученого раввина, Сын Божий формулирует две главные заповеди, ставя на первое место заповедь о любви к Богу. Кроме того, обе главные заповеди Господь выражает в активной позитивной форме: вместо «не делай» Он говорит: «возлюби», то есть Его понимание закона направлено не на то, чего нельзя делать, а на то, что следует делать. Далее, принципиально, что Господь соединяет эти две заповеди. В сущности, Новый завет дает нам одну заповедь, призывающую возлюбить Бога и ближнего той любовью, которой Сын Божий возлюбил нас на Кресте. Наконец, Христос решительно отказывается сравнивать иные заповеди с этими двумя, подчеркивая их уникальность и исчерпывающий характер.

Задавший вопрос книжник обращает внимание именно на последний аспект: «истину сказал Ты...и любить Его... и любить ближнего... есть больше всех всесожжений и жертв». Господь одобрил это понимание, сказав книжнику, что тот недалек от Царства Божьего.

Свернуть
 
На Мк 12:32-33
32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв.
Свернуть
Соединение двух ветхозаветных заповедей в одну показывает, что это одно и то же. Невозможно любить Бога и не любить тех, кого любит Он - людей (см. Ин. 4:20). Невозможно любить человека, если не соединиться любовью с Богом, Который есть любовь (Ин. 4:16)...  Читать далее

Соединение двух ветхозаветных заповедей в одну показывает, что это одно и то же. Невозможно любить Бога и не любить тех, кого любит Он, людей (см. 1 Ин. 4:20). Невозможно любить человека, если не соединиться любовью с Богом, Который есть любовь (1 Ин. 4:16). И Иисус, явивший, что такое любовь к людям, положив «душу Свою за друзей Своих», являет и что такое любовь к Богу, сотворив все, что заповедал Ему Отец (Ин. 14:31). Любить, как любит Христос, и есть исполнение двуединой заповеди.

Свернуть
 
На Мк 12:35-37
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
Свернуть
Эта строчка, взятая Иисусом из псалма, кажется туманной и непонятной. Видимо, как и сегодня, в евангельские времена, она вызывала...  Читать далее

Эта строчка, взятая Иисусом из псалма, кажется туманной и непонятной. Видимо, как и сегодня, в евангельские времена она вызывала столько же вопросов. Быть может, поэтому Господь и приводит ее, желая положить конец спорам и провокационным расспросам фарисеев. Потому что на этот вопрос у них просто не могло быть ответа, кроме смущенного молчания.

Ответ же, как это часто бывает, скрыт в Самом Боге, ведь именно о Нем говорит псалмопевец. Фарисеи не могли знать о двойственной природе Иисуса. Для того, чтобы это понять, они должны были по-настоящему встретиться с Ним, а не только задавать Ему схоластические загадки. И тогда бы им открылось, что Христос был абсолютным Человеком, потомком Давида, и в то же самое время Богом, Который является подлинным Господином прославленного царя.

Свернуть
 
На Мк 12:35-44
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
38 И говорил им в учении Своем: остерегайтесь книжников, любящих ходить в длинных одеждах и принимать приветствия в народных собраниях, 39 сидеть впереди в синагогах и возлежать на первом месте на пиршествах, — 40 сии, поядающие домы вдов и напоказ долго молящиеся, примут тягчайшее осуждение.
41 И сел Иисус против сокровищницы и смотрел, как народ кладет деньги в сокровищницу. Многие богатые клали много. 42 Придя же, одна бедная вдова положила две лепты, что составляет кодрант. 43 Подозвав учеников Своих, Иисус сказал им: истинно говорю вам, что эта бедная вдова положила больше всех, клавших в сокровищницу, 44 ибо все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила всё, что имела, всё пропитание свое.
Свернуть
Слова Спасителя об учителях Торы («книжниках»), которые любят почёт и внимание к себе, оставаясь при этом, по сути, бесполезными тунеядцами, нередко понимают конкретно-исторически, относя их...  Читать далее

Слова Спасителя об учителях Торы («книжниках»), которые любят почёт и внимание к себе, оставаясь при этом, по сути, бесполезными тунеядцами, нередко понимают конкретно-исторически, относя их именно и только к тем людям, к кому они были обращены. Такой подход, разумеется, верен — если Иисус обличал кого-то, то делал Он это всегда вполне конкретно, обращаясь к тем людям, которые Его окружали. С другой стороны, однако, обличая кого-то, Иисус обычно имел в виду некую вполне определённую духовную проблему, которая всегда больше своего исторического контекста. Проблема же в данном случае заключалась в том, что, наряду с подлинными учителями, которых было, как всегда, немного, в Синагоге в те времена (как, впрочем, и во все другие) было немало тех, кто лишь считали себя учителями или даже были таковыми в глазах людей, но не Бога. Главная проблема тут сводилась к извечной дилемме духовной жизни, да и жизни вообще: быть или казаться?

При этом «казаться» вовсе не означает непременно откровенного лицемерия или цинизма, тут всё намного тоньше, так, что иногда обмануться может даже человек, изначально настроенный на поиск и обретение подлинной духовной жизни. Одной из главных проблем для такого человека становится неумение быть собой настоящим, чаще всего проистекающее от страха. Речь идёт не об обычном испуге, когда человека пугает что-то новое, необычное или неприемлемое в чьих-то глазах, а о том глубинном страхе, когда человек начинает бояться за себя, каким он себя хочет видеть, бояться настолько, что готов даже пожертвовать ради собственного образа собой настоящим.

Тут, конечно, огромную роль играет падшая природа человека, которую видеть такой, какая она есть, действительно как минимум неприятно, и картина самого себя, рисуемая себе человеком, становится и проектом, который человек надеется осуществить, и оправданием его в собственных глазах. Падший человек может прятаться за этой картинкой себя красивого даже от Бога — так во время падения в Эдемском саду человек объяснял Богу своё желание скрыться от Него своей наготой, как бы намекая, что ему надо лишь привести себя в порядок, чтобы показаться Богу во всей красе.

Такая позиция духовно опасна во всяком положении, но особенно в положении духовного учителя или наставника: тут ведь особенно важно быть, а не казаться. Быть, однако, очень непросто и далеко не всегда выгодно, а казаться проще и удобнее. При этом всегда можно оправдаться тем, что, дескать, все мы люди, а значит, все несовершенны, я же, мол, делаю, что могу и стараюсь ради тех, кого Бог вверил моему попечению.

То, что по сути никакого настоящего попечения, которого хочет Бог, тут нет, а есть лишь профанация, разрушающая духовную жизнь тех, кого Он поручил попечению такого «учителя», человек обычно тщательно от себя скрывает. Иисус же, наоборот, указывает на главную проблему и опасность такого «учительства», которое может даже нравиться ученикам, но которое духовно их разрушает — Он ведь пришёл спасать людей, а не смотреть, как они гибнут.

Свернуть
 
На Мк 12:35-44
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
38 И говорил им в учении Своем: остерегайтесь книжников, любящих ходить в длинных одеждах и принимать приветствия в народных собраниях, 39 сидеть впереди в синагогах и возлежать на первом месте на пиршествах, — 40 сии, поядающие домы вдов и напоказ долго молящиеся, примут тягчайшее осуждение.
41 И сел Иисус против сокровищницы и смотрел, как народ кладет деньги в сокровищницу. Многие богатые клали много. 42 Придя же, одна бедная вдова положила две лепты, что составляет кодрант. 43 Подозвав учеников Своих, Иисус сказал им: истинно говорю вам, что эта бедная вдова положила больше всех, клавших в сокровищницу, 44 ибо все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила всё, что имела, всё пропитание свое.
Свернуть
Сегодняшний отрывок предлагает нам два образа: образ книжников, привыкших к почёту и уважению, и образ бедной...  Читать далее

Сегодняшний отрывок предлагает нам два образа: образ книжников, привыкших к почёту и уважению, и образ бедной вдовы, пожертвовавшей на Храм последнее, что у неё было. На первый взгляд, перед нами две разные темы, мало связанные друг с другом. И всё же связь между ними есть, хотя она и не сразу бросается в глаза. Ведь, в сущности, речь здесь идёт о богатстве и о бедности. И дело не только в том, что «книжники», то есть богословы — преподаватели Закона, были, как правило, людьми обеспеченными, чего никак не скажешь о бедной вдове. В Евангелии, как и в Библии вообще, бедность рассматривается прежде всего не как имущественное, а как духовное состояние. Один из величайших пророков Ветхого Завета, Исайя Иерусалимский, тоже считал себя «бедняком», хотя принадлежал к одной из лучших иерусалимских аристократических фамилий и был далеко не нищим. Да и его последователи, которых в Ветхом Завете нередко называют «бедными», были, по-видимому, в большинстве своём людьми среднего достатка. А «бедняками» эти люди называли себя потому, что единственной опорой в своей жизни они считали не имущество и не социальный статус, а Бога, Которому вверяли себя полностью и без оглядки, так, как будто кроме Бога у них действительно не было больше ничего, на что можно было бы опереться или за что можно было бы ухватиться в трудную минуту. И бедная вдова, пожертвовав на Храм последнее, повела себя точно так же: её жертва показала, что Богу она доверяет абсолютно. Иное дело те, кто жертвовал лишь часть того, что имел: тут всё же остаётся другая часть сбережений, на которую всегда можно рассчитывать. Конечно, и такая жертва остаётся для Бога приемлемой, но полноты доверия тут ещё нет. Вдова же, отдав Богу всё, оказала Ему как раз такое полное доверие. Именно таких нищих называет Иисус «блаженными» в Нагорной проповеди. Но ведь богатство может выражаться не только в деньгах или имуществе. Знания, почёт, социальное положение — всё это тоже своего рода богатство. А подлинная, евангельская бедность невозможна до тех пор, пока хозяин наслаждается своим богатством, которое может принимать и такие формы, как у описанных в сегодняшнем рассказе книжников, упивающихся теми знаками почёта и уважения, которые оказывают им простые верующие. И дело тут, конечно, не в знаниях и не в статусе самом по себе, и даже не в тех грехах, которые могут оказаться с ним связанными (упоминание о «поедании домов вдов» в ст.40 вряд ли случайно, особенно если учесть, что посягательство на имущество вдовы или сироты представляет собой прямое нарушение Закона, которому эти люди обучали других). Дело в том, что знания и статус затмевают для их обладателей Бога, заставляя их поверить в то, чего на самом деле нет: в собственную праведность и значимость в глазах Божиих. И тогда уже едва ли можно говорить о полноте доверия к Богу, которая предполагается евангельской бедностью.

Свернуть
 
На Мк 12:35-44
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
38 И говорил им в учении Своем: остерегайтесь книжников, любящих ходить в длинных одеждах и принимать приветствия в народных собраниях, 39 сидеть впереди в синагогах и возлежать на первом месте на пиршествах, — 40 сии, поядающие домы вдов и напоказ долго молящиеся, примут тягчайшее осуждение.
41 И сел Иисус против сокровищницы и смотрел, как народ кладет деньги в сокровищницу. Многие богатые клали много. 42 Придя же, одна бедная вдова положила две лепты, что составляет кодрант. 43 Подозвав учеников Своих, Иисус сказал им: истинно говорю вам, что эта бедная вдова положила больше всех, клавших в сокровищницу, 44 ибо все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила всё, что имела, всё пропитание свое.
Свернуть
Самым большим и последним камнем преткновения для фарисеев была простота происхождения Иисуса. Как признать...  Читать далее

Самым большим и последним камнем преткновения для фарисеев была простота происхождения Иисуса. Как признать Его Христом, т.е. Мессией? Ведь всем известно, что Мессия — потомок Давида, а значит — царского рода. Фарисеи же видели перед собой лишь сына плотника. Иисус отодвигает вопрос о человеческом происхождении Мессии на второй план: главное — не столько в Его принадлежности к царскому дому, сколько в том, что Он пребывает одесную Отца и является Сыном Божиим, Владыкой мира. Следующие слова — предостережение против лицемерного благочестия, когда внешнее не соответствует внутреннему. При этом Христос не осуждает внешнее само по себе (ср. Мф. 23:2-3). Главная опасность — когда внешнее становится только показным. После того, что Христос сказал о книжниках, мы можем оценить значение лепты вдовицы. Не была ли она одной из тех вдов, которых обирали книжники, предававшиеся лицемерно-долгой молитве? С другой стороны, Христос только что, в ответ на вопрос книжника, выразил существо закона в двоякой заповеди любви. Вопрошавший Его книжник с Ним согласился и, в подтверждение согласия, тоже процитировал закон. И, однако, любовь к Богу, от которой неотделима и любовь к ближнему, явил не книжник, а бедная вдова: если принять во внимание, что прожиточный минимум был равен в то время одному динарию, а кодрант составлял 1/64 динария, то окажется, что вдова не имела для своего пропитания почти ничего, и это ничто, свою последнюю крупицу, она отдала на храм, принесла в жертву Богу. В этом эпизоде перед нами раскрывается все значение малых дел, которые измеряются не внешними исчислениями, а степенью отдачи себя Богу по вере и любви к Нему.

Свернуть
 
На Мк 12:35-44
35 Продолжая учить в храме, Иисус говорил: как говорят книжники, что Христос есть Сын Давидов? 36 Ибо сам Давид сказал Духом Святым:
"сказал Господь Господу моему:
седи одесную Меня,
  доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих".
 37 Итак, сам Давид называет Его Господом: как же Он Сын ему? И множество народа слушало Его с услаждением.
38 И говорил им в учении Своем: остерегайтесь книжников, любящих ходить в длинных одеждах и принимать приветствия в народных собраниях, 39 сидеть впереди в синагогах и возлежать на первом месте на пиршествах, — 40 сии, поядающие домы вдов и напоказ долго молящиеся, примут тягчайшее осуждение.
41 И сел Иисус против сокровищницы и смотрел, как народ кладет деньги в сокровищницу. Многие богатые клали много. 42 Придя же, одна бедная вдова положила две лепты, что составляет кодрант. 43 Подозвав учеников Своих, Иисус сказал им: истинно говорю вам, что эта бедная вдова положила больше всех, клавших в сокровищницу, 44 ибо все клали от избытка своего, а она от скудости своей положила всё, что имела, всё пропитание свое.
Свернуть
Вряд ли случайно проповедь Христа о Сыне Давидове и о том, что Христос — Господь, соседствуют с рассказом о...  Читать далее

Вряд ли случайно проповедь Христа о Сыне Давидове и о том, что Христос — Господь, соседствуют с рассказом о бедной вдове. Вдова пожертвовала храму совсем немногое, какую-то мелочь, но эта мелочь была всем её имуществом. Христос, умалившись, разделил участь всех страдающих и бедных, а среди них и таких, как эта вдова. Но именно в таком состоянии Он всего Себя отдал в жертву.
Совершенно закономерно в этом месте Евангелия звучит неодобрение поведения книжников: они объедают вдов, и они же отправят на смерть Сына Человеческого.
Слова Христа многие слушали, как отметил евангелист, с услаждением. Вроде бы это говорит впользу слущающих. Однако характер «услаждения» может быть разным, и нетрудно начать воспринимать слова эстетически, любуясь ораторским красноречием, но не следуя услышанному в повседневной жизни. Тут-то мы и становимся похожими на упомянутых книжников...

Свернуть
 
На Мк 12:13-34
13 И посылают к Нему некоторых из фарисеев и иродиан, чтобы уловить Его в слове. 14 Они же, придя, говорят Ему: Учитель! мы знаем, что Ты справедлив и не заботишься об угождении кому-либо, ибо не смотришь ни на какое лице, но истинно пути Божию учишь. Позволительно ли давать подать кесарю или нет? давать ли нам или не давать? 15 Но Он, зная их лицемерие, сказал им: что искушаете Меня? принесите Мне динарий, чтобы Мне видеть его. 16 Они принесли. Тогда говорит им: чье это изображение и надпись? Они сказали Ему: кесаревы. 17 Иисус сказал им в ответ: отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу. И дивились Ему.
18 Потом пришли к Нему саддукеи, которые говорят, что нет воскресения, и спросили Его, говоря: 19 Учитель! Моисей написал нам: "если у кого умрет брат и оставит жену, а детей не оставит, то брат его пусть возьмет жену его и восстановит семя брату своему". 20 Было семь братьев: первый взял жену и, умирая, не оставил детей. 21 Взял ее второй и умер, и он не оставил детей; также и третий. 22 Брали ее за себя семеро и не оставили детей. После всех умерла и жена. 23 Итак, в воскресении, когда воскреснут, которого из них будет она женою? Ибо семеро имели ее женою.
24 Иисус сказал им в ответ: этим ли приводитесь вы в заблуждение, не зная Писаний, ни силы Божией? 25 Ибо, когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах. 26 А о мертвых, что они воскреснут, разве не читали вы в книге Моисея, как Бог при купине сказал ему: "Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова"? 27 Бог не есть Бог мертвых, но Бог живых. Итак, вы весьма заблуждаетесь.
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
Свернуть
Может показаться странным: зачем Иисус, зная о приближающейся смерти, вступает в, казалось бы, ненужные споры, диспуты...  Читать далее

Может показаться странным: зачем Иисус, зная о приближающейся смерти, вступает в, казалось бы, ненужные споры, диспуты, позволяет провоцировать Себя? Ведь фарисеи и иродиане вовсе не были одержимы жаждой обретения истины. Равным образом и саддукеи, задав вопрос о том, каким образом так остроумно истолкованный ими закон о левирате (Втор. 25:5-6) отразится в будущей жизни, желали лишь посмеяться над Иисусом: ведь они не верили в воскресение. Мы не знаем, удовлетворили ли ответы Иисуса фарисеев и саддукеев, но они, несомненно, произвели впечатление на стоящего неподалеку книжника. Вопрос о наибольшей заповеди в законе, безусловно, волновал этого человека, и ответ Иисуса вызвал в нем сочувственную реакцию. Иисус сводит все заповеди закона (речь идет не только о десяти заповедях, но и обо всех остальных, которых в Ветхом Завете, по подсчетам книжников, было 613) к двум важнейшим: любви к Богу и к ближнему. Это одновременно ответ и на предыдущие вопрошания, и на все последующие в течение христианской истории: как правильно поступать в том или ином случае? Христос отвечает нам именно этими словами. И когда, читая Евангелие, мы видим, что здесь мы с Иисусом заодно, когда мы отвечаем словами книжника: «Хорошо, Учитель! истину сказал Ты», — это значит, что и к нам тоже применимы слова Иисуса: «Недалеко ты от Царства Божия».

Свернуть
 
На Мк 12:13-34
13 И посылают к Нему некоторых из фарисеев и иродиан, чтобы уловить Его в слове. 14 Они же, придя, говорят Ему: Учитель! мы знаем, что Ты справедлив и не заботишься об угождении кому-либо, ибо не смотришь ни на какое лице, но истинно пути Божию учишь. Позволительно ли давать подать кесарю или нет? давать ли нам или не давать? 15 Но Он, зная их лицемерие, сказал им: что искушаете Меня? принесите Мне динарий, чтобы Мне видеть его. 16 Они принесли. Тогда говорит им: чье это изображение и надпись? Они сказали Ему: кесаревы. 17 Иисус сказал им в ответ: отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу. И дивились Ему.
18 Потом пришли к Нему саддукеи, которые говорят, что нет воскресения, и спросили Его, говоря: 19 Учитель! Моисей написал нам: "если у кого умрет брат и оставит жену, а детей не оставит, то брат его пусть возьмет жену его и восстановит семя брату своему". 20 Было семь братьев: первый взял жену и, умирая, не оставил детей. 21 Взял ее второй и умер, и он не оставил детей; также и третий. 22 Брали ее за себя семеро и не оставили детей. После всех умерла и жена. 23 Итак, в воскресении, когда воскреснут, которого из них будет она женою? Ибо семеро имели ее женою.
24 Иисус сказал им в ответ: этим ли приводитесь вы в заблуждение, не зная Писаний, ни силы Божией? 25 Ибо, когда из мертвых воскреснут, тогда не будут ни жениться, ни замуж выходить, но будут, как Ангелы на небесах. 26 А о мертвых, что они воскреснут, разве не читали вы в книге Моисея, как Бог при купине сказал ему: "Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова"? 27 Бог не есть Бог мертвых, но Бог живых. Итак, вы весьма заблуждаетесь.
28 Один из книжников, слыша их прения и видя, что Иисус хорошо им отвечал, подошел и спросил Его: какая первая из всех заповедей? 29 Иисус отвечал ему: первая из всех заповедей: "слушай, Израиль! Господь Бог наш есть Господь единый; 30 и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею": вот первая заповедь! 31 Вторая подобная ей: "возлюби ближнего твоего, как самого себя". Иной большей сих заповеди нет. 32 Книжник сказал Ему: хорошо, Учитель! истину сказал Ты, что один есть Бог и нет иного, кроме Его; 33 и любить Его всем сердцем и всем умом, и всею душею, и всею крепостью, и любить ближнего, как самого себя, есть больше всех всесожжений и жертв. 34 Иисус, видя, что он разумно отвечал, сказал ему: недалеко ты от Царствия Божия. После того никто уже не смел спрашивать Его.
Свернуть
Сегодняшний отрывок посвящён, как мы вскоре увидим, теме Традиции и тому, как по-разному могут ею воспользоваться...  Читать далее

Сегодняшний отрывок посвящён, как мы вскоре увидим, теме Традиции и тому, как по-разному могут ею воспользоваться разные люди в зависимости от своих намерений. Отрывок этот состоит из трёх диалогов, которые Спаситель ведёт с разными собеседниками. Первый из них (ст.13–17) носит очевидно провокационный характер. Вопрос о допустимости уплаты налогов римским властям, под управлением которых находилась тогда Палестина, ставился обычно представителями наиболее радикальной части Синагоги того времени, которых в Евангелии называют «зелотами» (то есть «ревнителями»). Эти люди придерживались взглядов на Царство Божие, не очень отличавшихся от тех, которые были общепринятыми во времена Иисуса Навина и Судей. Царство Божие и власть римлян в Палестине были для них вещами несовместимыми, вооружённую борьбу с римской властью они считали религиозной обязанностью каждого верующего еврея, а уплату налогов римской власти — нарушением Закона. Ко всему сказанному остаётся лишь добавить, что всех, кто смотрел на вещи менее радикально, хотя бы даже то были их единоверцы, зелоты считали отступниками и врагами веры, заслуживающими смерти. Вопрос о налогах, заданный Иисусу публично, в толпе, где наверняка присутствовали и зелоты, и тайные агенты римской власти, ставил Отвечающего в заведомо проигрышное положение: ответить «да» означало навлечь на себя гнев зелотов, ответить «нет» было равносильно государственному преступлению в глазах римлян, ведь по римским законам публичные призывы к отказу от уплаты налогов законной власти приравнивались к мятежу. Второй вопрос (ст.18–27) более всего напоминает задачу из учебника теологии или один из традиционных для своего времени так называемых «трудных вопросов», которые противники веры в воскресение использовали против верующих. Конечно, на этот вопрос, как и на все подобные вопросы во все времена, существовал ответ (а возможно, и не один), хорошо известный каждому, получившему соответствующее образование. Но об Иисусе как раз и было известно, что Он не учился богословию, и задающим вопрос было тем более интересно, что же ответит этот, как им казалось, невежда из Галилеи. Третий же диалог (ст.28–34) был вызван уже, очевидно, не желанием подловить Учителя на слове, а на самом деле понять, что Он думает о Законе. По-видимому, спрашивающий понимал, что этот удивительный Человек действительно должен понимать в Законе что-то важное и главное, и захотел узнать, что это такое. А Иисус в ответ отсылает его к тем традиционным ответам, которые были прекрасно известны самому спрашивающему. Интересно, что в этом ответе лишь первая часть, говорящая о любви к Богу, имеет прямое соответствие в тексте Закона (Втор 6:4–5). Вторая часть заповеди представляет собой формулу раввинистического предания, которая в евангельские времена была уже общепринятой. И Иисус в данном случае подтверждает Традицию Своим авторитетом. Ни в первом, ни во втором диалоге Он этого не делает. Конечно, и в этих случаях спрашивающие апеллируют к Традиции, но здесь речь, очевидно, приходится вести скорее о злоупотреблении Традицией, чем об опоре на неё. И неудивительно: ведь подлинная Традиция всегда отражает опыт реального, живого богообщения, сохранившийся в памяти общины. А если целью оказывается не богообщение, а что-то другое, например, желание поймать противника на слове или самоутвердиться за счёт собеседника, дух Традиции исчезает, и остаётся лишь её пустая, мёртвая форма, не дающая ничего, кроме опоры для такой же пустой, мёртвой религиозности и человеческой гордыни.

Свернуть

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).