Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Louis Segond version (fr)
Поделиться

2 Livre des Rois, Chapitre 21

Manassé avait douze ans lorsqu'il devint roi, et il régna cinquante-cinq ans à Jérusalem. Sa mère s'appelait Hephtsiba.
Il fit ce qui est mal aux yeux de l'Éternel, selon les abominations des nations que l'Éternel avait chassées devant les enfants d'Israël.
Il rebâtit les hauts lieux qu'Ézéchias, son père, avait détruits, il éleva des autels à Baal, il fit une idole d'Astarté, comme avait fait Achab, roi d'Israël, et il se prosterna devant toute l'armée des cieux et la servit.
Il bâtit des autels dans la maison de l'Éternel, quoique l'Éternel eût dit: C'est dans Jérusalem que je placerai mon nom.
Il bâtit des autels à toute l'armée des cieux dans les deux parvis de la maison de l'Éternel.
Il fit passer son fils par le feu; il observait les nuages et les serpents pour en tirer des pronostics, et il établit des gens qui évoquaient les esprits et qui prédisaient l'avenir. Il fit de plus en plus ce qui est mal aux yeux de l'Éternel, afin de l'irriter.
Il mit l'idole d'Astarté, qu'il avait faite, dans la maison de laquelle l'Éternel avait dit à David et à Salomon, son fils: C'est dans cette maison, et c'est dans Jérusalem, que j'ai choisie parmi toutes les tribus d'Israël, que je veux à toujours placer mon nom.
Je ne ferai plus errer le pied d'Israël hors du pays que j'ai donné à ses pères, pourvu seulement qu'ils aient soin de mettre en pratique tout ce que je leur ai commandé et toute la loi que leur a prescrite mon serviteur Moïse.
Mais ils n'obéirent point; et Manassé fut cause qu'ils s'égarèrent et firent le mal plus que les nations que l'Éternel avait détruites devant les enfants d'Israël.
10 Alors l'Éternel parla en ces termes par ses serviteurs les prophètes:
11 Parce que Manassé, roi de Juda, a commis ces abominations, parce qu'il a fait pis que tout ce qu'avaient fait avant lui les Amoréens, et parce qu'il a aussi fait pécher Juda par ses idoles,
12 voici ce que dit l'Éternel, le Dieu d'Israël: Je vais faire venir sur Jérusalem et sur Juda des malheurs qui étourdiront les oreilles de quiconque en entendra parler.
13 J'étendrai sur Jérusalem le cordeau de Samarie et le niveau de la maison d'Achab; et je nettoierai Jérusalem comme un plat qu'on nettoie, et qu'on renverse sens dessus dessous après l'avoir nettoyé.
14 J'abandonnerai le reste de mon héritage, et je les livrerai entre les mains de leurs ennemis; et ils deviendront le butin et la proie de tous leurs ennemis,
15 parce qu'ils ont fait ce qui est mal à mes yeux et qu'ils m'ont irrité depuis le jour où leurs pères sont sortis d'Égypte jusqu'à ce jour.
16 Manassé répandit aussi beaucoup de sang innocent, jusqu'à en remplir Jérusalem d'un bout à l'autre, outre les péchés qu'il commit et qu'il fit commettre à Juda en faisant ce qui est mal aux yeux de l'Éternel.
17 Le reste des actions de Manassé, tout ce qu'il a fait, et les péchés auxquels il se livra, cela n'est-il pas écrit dans le livre des Chroniques des rois de Juda?
18 Manassé se coucha avec ses pères, et il fut enterré dans le jardin de sa maison, dans le jardin d'Uzza. Et Amon, son fils, régna à sa place.
19 Amon avait vingt-deux ans lorsqu'il devint roi, et il régna deux ans à Jérusalem. Sa mère s'appelait Meschullémeth, fille de Haruts, de Jotba.
20 Il fit ce qui est mal aux yeux de l'Éternel, comme avait fait Manassé, son père;
21 il marcha dans toute la voie où avait marché son père, il servit les idoles qu'avait servies son père, et il se prosterna devant elles;
22 il abandonna l'Éternel, le Dieu de ses pères, et il ne marcha point dans la voie de l'Éternel.
23 Les serviteurs d'Amon conspirèrent contre lui, et firent mourir le roi dans sa maison.
24 Mais le peuple du pays frappa tous ceux qui avaient conspiré contre le roi Amon; et le peuple du pays établit roi Josias, son fils, à sa place.
25 Le reste des actions d'Amon, et ce qu'il a fait, cela n'est-il pas écrit dans le livre des Chroniques des rois de Juda?
26 On l'enterra dans son sépulcre, dans le jardin d'Uzza. Et Josias, son fils, régna à sa place.

2 Livre des Rois, Chapitre 22

Josias avait huit ans lorsqu'il devint roi, et il régna trente et un ans à Jérusalem. Sa mère s'appelait Jedida, fille d'Adaja, de Botskath.
Il fit ce qui est droit aux yeux de l'Éternel, et il marcha dans toute la voie de David, son père; il ne s'en détourna ni à droite ni à gauche.
La dix-huitième année du roi Josias, le roi envoya dans la maison de l'Éternel Schaphan, le secrétaire, fils d'Atsalia, fils de Meschullam.
Il lui dit: Monte vers Hilkija, le souverain sacrificateur, et qu'il amasse l'argent qui a été apporté dans la maison de l'Éternel et que ceux qui ont la garde du seuil ont recueilli du peuple.
On remettra cet argent entre les mains de ceux qui sont chargés de faire exécuter l'ouvrage dans la maison de l'Éternel. Et ils l'emploieront pour ceux qui travaillent aux réparations de la maison de l'Éternel,
pour les charpentiers, les manoeuvres et les maçons, pour les achats de bois et de pierres de taille nécessaires aux réparations de la maison.
Mais on ne leur demandera pas de compte pour l'argent remis entre leurs mains, car ils agissent avec probité.
Alors Hilkija, le souverain sacrificateur, dit à Schaphan, le secrétaire: J'ai trouvé le livre de la loi dans la maison de l'Éternel. Et Hilkija donna le livre à Schaphan, et Schaphan le lut.
Puis Schaphan, le secrétaire, alla rendre compte au roi, et dit: Tes serviteurs ont amassé l'argent qui se trouvait dans la maison, et l'ont remis entre les mains de ceux qui sont chargés de faire exécuter l'ouvrage dans la maison de l'Éternel.
10 Schaphan, le secrétaire, dit encore au roi: Le sacrificateur Hilkija m'a donné un livre. Et Schaphan le lut devant le roi.
11 Lorsque le roi entendit les paroles du livre de la loi, il déchira ses vêtements.
12 Et le roi donna cet ordre au sacrificateur Hilkija, à Achikam, fils de Schaphan, à Acbor, fils de Michée, à Schaphan, le secrétaire, et à Asaja, serviteur du roi:
13 Allez, consultez l'Éternel pour moi, pour le peuple, et pour tout Juda, au sujet des paroles de ce livre qu'on a trouvé; car grande est la colère de l'Éternel, qui s'est enflammée contre nous, parce que nos pères n'ont point obéi aux paroles de ce livre et n'ont point mis en pratique tout ce qui nous y est prescrit.
14 Le sacrificateur Hilkija, Achikam, Acbor, Schaphan et Asaja, allèrent auprès de la prophétesse Hulda, femme de Schallum, fils de Thikva, fils de Harhas, gardien des vêtements. Elle habitait à Jérusalem, dans l'autre quartier de la ville.
15 Après qu'ils eurent parlé, elle leur dit: Ainsi parle l'Éternel, le Dieu d'Israël: Dites à l'homme qui vous a envoyés vers moi:
16 Ainsi parle l'Éternel: Voici, je vais faire venir des malheurs sur ce lieu et sur ses habitants, selon toutes les paroles du livre qu'a lu le roi de Juda.
17 Parce qu'ils m'ont abandonné et qu'ils ont offert des parfums à d'autres dieux, afin de m'irriter par tous les ouvrages de leurs mains, ma colère s'est enflammée contre ce lieu, et elle ne s'éteindra point.
18 Mais vous direz au roi de Juda, qui vous a envoyés pour consulter l'Éternel: Ainsi parle l'Éternel, le Dieu d'Israël, au sujet des paroles que tu as entendues:
19 Parce que ton coeur a été touché, parce que tu t'es humilié devant l'Éternel en entendant ce que j'ai prononcé contre ce lieu et contre ses habitants, qui seront un objet d'épouvante et de malédiction, et parce que tu as déchiré tes vêtements et que tu as pleuré devant moi, moi aussi, j'ai entendu, dit l'Éternel.
20 C'est pourquoi, voici, je te recueillerai auprès de tes pères, tu seras recueilli en paix dans ton sépulcre, et tes yeux ne verront pas tous les malheurs que je ferai venir sur ce lieu. Ils rapportèrent au roi cette réponse.

2 Livre des Rois, Chapitre 23

Le roi Josias fit assembler auprès de lui tous les anciens de Juda et de Jérusalem.
Puis il monta à la maison de l'Éternel, avec tous les hommes de Juda et tous les habitants de Jérusalem, les sacrificateurs, les prophètes, et tout le peuple, depuis le plus petit jusqu'au plus grand. Il lut devant eux toutes les paroles du livre de l'alliance, qu'on avait trouvé dans la maison de l'Éternel.
Le roi se tenait sur l'estrade, et il traita alliance devant l'Éternel, s'engageant à suivre l'Éternel, et à observer ses ordonnances, ses préceptes et ses lois, de tout son coeur et de toute son âme, afin de mettre en pratique les paroles de cette alliance, écrites dans ce livre. Et tout le peuple entra dans l'alliance.
Le roi ordonna à Hilkija, le souverain sacrificateur, aux sacrificateurs du second ordre, et à ceux qui gardaient le seuil, de sortir du temple de l'Éternel tous les ustensiles qui avaient été faits pour Baal, pour Astarté, et pour toute l'armée des cieux; et il les brûla hors de Jérusalem, dans les champs du Cédron, et en fit porter la poussière à Béthel.
Il chassa les prêtres des idoles, établis par les rois de Juda pour brûler des parfums sur les hauts lieux dans les villes de Juda et aux environs de Jérusalem, et ceux qui offraient des parfums à Baal, au soleil, à la lune, au zodiaque et à toute l'armée des cieux.
Il sortit de la maison de l'Éternel l'idole d'Astarté, qu'il transporta hors de Jérusalem vers le torrent de Cédron; il la brûla au torrent de Cédron et la réduisit en poussière, et il en jeta la poussière sur les sépulcres des enfants du peuple.
Il abattit les maisons des prostitués qui étaient dans la maison de l'Éternel, et où les femmes tissaient des tentes pour Astarté.
Il fit venir tous les prêtres des villes de Juda; il souilla les hauts lieux où les prêtres brûlaient des parfums, depuis Guéba jusqu'à Beer Schéba; et il renversa les hauts lieux des portes, celui qui était à l'entrée de la porte de Josué, chef de la ville, et celui qui était à gauche de la porte de la ville.
Toutefois les prêtres des hauts lieux ne montaient pas à l'autel de l'Éternel à Jérusalem, mais ils mangeaient des pains sans levain au milieu de leurs frères.
10 Le roi souilla Topheth dans la vallée des fils de Hinnom, afin que personne ne fît plus passer son fils ou sa fille par le feu en l'honneur de Moloc.
11 Il fit disparaître de l'entrée de la maison de l'Éternel les chevaux que les rois de Juda avaient consacrés au soleil, près de la chambre de l'eunuque Nethan Mélec, qui demeurait dans le faubourg; et il brûla au feu les chars du soleil.
12 Le roi démolit les autels qui étaient sur le toit de la chambre haute d'Achaz et que les rois de Juda avaient faits, et les autels qu'avait faits Manassé dans les deux parvis de la maison de l'Éternel; après les avoir brisés et enlevés de là, il en jeta la poussière dans le torrent de Cédron.
13 Le roi souilla les hauts lieux qui étaient en face de Jérusalem, sur la droite de la montagne de perdition, et que Salomon, roi d'Israël, avait bâtis à Astarté, l'abomination des Sidoniens, à Kemosch, l'abomination de Moab, et à Milcom, l'abomination des fils d'Ammon.
14 Il brisa les statues et abattit les idoles, et il remplit d'ossements d'hommes la place qu'elles occupaient.
15 Il renversa aussi l'autel qui était à Béthel, et le haut lieu qu'avait fait Jéroboam, fils de Nebath, qui avait fait pécher Israël; il brûla le haut lieu et le réduisit en poussière, et il brûla l'idole.
16 Josias, s'étant tourné et ayant vu les sépulcres qui étaient là dans la montagne, envoya prendre les ossements des sépulcres, et il les brûla sur l'autel et le souilla, selon la parole de l'Éternel prononcée par l'homme de Dieu qui avait annoncé ces choses.
17 Il dit: Quel est ce monument que je vois? Les gens de la ville lui répondirent: C'est le sépulcre de l'homme de Dieu, qui est venu de Juda, et qui a crié contre l'autel de Béthel ces choses que tu as accomplies.
18 Et il dit: Laissez-le; que personne ne remue ses os! On conserva ainsi ses os avec les os du prophète qui était venu de Samarie.
19 Josias fit encore disparaître toutes les maisons des hauts lieux, qui étaient dans les villes de Samarie, et qu'avaient faites les rois d'Israël pour irriter l'Éternel; il fit à leur égard entièrement comme il avait fait à Béthel.
20 Il immola sur les autels tous les prêtres des hauts lieux, qui étaient là, et il y brûla des ossements d'hommes. Puis il retourna à Jérusalem.
21 Le roi donna cet ordre à tout le peuple: Célébrez la Pâque en l'honneur de l'Éternel, votre Dieu, comme il est écrit dans ce livre de l'alliance.
22 Aucune Pâque pareille à celle-ci n'avait été célébrée depuis le temps où les juges jugeaient Israël et pendant tous les jours des rois d'Israël et des rois de Juda.
23 Ce fut la dix-huitième année du roi Josias qu'on célébra cette Pâque en l'honneur de l'Éternel à Jérusalem.
24 De plus, Josias fit disparaître ceux qui évoquaient les esprits et ceux qui prédisaient l'avenir, et les théraphim, et les idoles, et toutes les abominations qui se voyaient dans le pays de Juda et à Jérusalem, afin de mettre en pratique les paroles de la loi, écrites dans le livre que le sacrificateur Hilkija avait trouvé dans la maison de l'Éternel.
25 Avant Josias, il n'y eut point de roi qui, comme lui, revînt à l'Éternel de tout son coeur, de toute son âme et de toute sa force, selon toute la loi de Moïse; et après lui, il n'en a point paru de semblable.
26 Toutefois l'Éternel ne se désista point de l'ardeur de sa grande colère dont il était enflammé contre Juda, à cause de tout ce qu'avait fait Manassé pour l'irriter.
27 Et l'Éternel dit: J'ôterai aussi Juda de devant ma face comme j'ai ôté Israël, et je rejetterai cette ville de Jérusalem que j'avais choisie, et la maison de laquelle j'avais dit: Là sera mon nom.
28 Le reste des actions de Josias, et tout ce qu'il a fait, cela n'est-il pas écrit dans le livre des Chroniques des rois de Juda?
29 De son temps, Pharaon Néco, roi d'Égypte, monta contre le roi d'Assyrie, vers le fleuve de l'Euphrate. Le roi Josias marcha à sa rencontre; et Pharaon le tua à Meguiddo, dès qu'il le vit.
30 Ses serviteurs l'emportèrent mort sur un char; ils l'amenèrent de Meguiddo à Jérusalem, et ils l'enterrèrent dans son sépulcre. Et le peuple du pays prit Joachaz, fils de Josias; ils l'oignirent, et le firent roi à la place de son père.
31 Joachaz avait vingt-trois ans lorsqu'il devint roi, et il régna trois mois à Jérusalem. Sa mère s'appelait Hamuthal, fille de Jérémie, de Libna.
32 Il fit ce qui est mal aux yeux de l'Éternel, entièrement comme avaient fait ses pères.
33 Pharaon Néco l'enchaîna à Ribla, dans le pays de Hamath, pour qu'il ne régnât plus à Jérusalem; et il mit sur le pays une contribution de cent talents d'argent et d'un talent d'or.
34 Et Pharaon Néco établit roi Éliakim, fils de Josias, à la place de Josias, son père, et il changea son nom en celui de Jojakim. Il prit Joachaz, qui alla en Égypte et y mourut.
35 Jojakim donna à Pharaon l'argent et l'or; mais il taxa le pays pour fournir cet argent, d'après l'ordre de Pharaon; il détermina la part de chacun et exigea du peuple du pays l'argent et l'or qu'il devait livrer à Pharaon Néco.
36 Jojakim avait vingt-cinq ans lorsqu'il devint roi, et il régna onze ans à Jérusalem. Sa mère s'appelait Zebudda, fille de Pedaja, de Ruma.
37 Il fit ce qui est mal aux yeux de l'Éternel, entièrement comme avaient fait ses pères.
Читать далее:2 Livre des Rois, Chapitre 24
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

21:14 После разрушения Северного царства Иуда представляет собой остаток избранного народа, наследия Ягве (ср Ис 4:3).


21:16 По евр преданию Исаия был одной из жертв этого гонения.


22:8 "Книга Закона", названная "Книгой завета" (4 Цар 23:2, 4 Цар 23:21), есть Второзаконие, по крайней мере его законодательная часть, предписания которой являются основанием последующей реформы. Это хартия Союза-Завета с Богом, быть может, отредактированная в связи с реформой Езекии (4 Цар 18:4) и забытая или потерянная или спрятанная во время царствования нечестивого Манассии.


22:20 Рассказ возник до трагической смерти царя Иосии 4 Цар 23:29-30.


23:8 Иосия принимает строгие меры для централизации в Иерусалиме культа всей иудейской страны, согласно закону о единстве святилища (Втор 12). "Высоты" (3 Цар 3:2) представляют собой святилища Ягве, осужденные только потому, что они противоречат этому закону.


23:14 Для окончательного осквернения этих мест (см стт 4 Цар 23:16и 4 Цар 23:20). Меры Иосии направлены с одной стороны против местных святилищ, в которых продолжался более или менее извращенный культ Ягве, с другой стороны - против явно языческих обычаев, богов и обрядов, заимствованных у хананеев или у ассирийцев (культ небесных светил). Данное представление о религиозном положении в Иудее подтверждено Иеремией, Софонией и Иезекиилем.


23:15 Воспользовавшись упадком Ассирии, Иосия не только вернул независимость Иудее, но распространил свою власть на часть бывшей Израильской территории.


23:29 "Против царя Ассирийского" - на самом деле Нехао (609-595) пошел в 609 г. на помощь последнему Ассирийскому царю, изгнанному из Вавилона, потом из Харана, мидянами и вавилонянами. Иосия хотел воспрепятствовать соединению войск египтян и ассириян, ибо считал, что окончательное падение Ассирии будет иметь благоприятные последствия для царства Иудина.


3 и 4 кн Царств, сначала составлявшие в евр Библии одну книгу, непосредственно продолжают 1 и 2 кн Царств: 3 Цар 1-2 содержит окончание обширного документа 2 Цар 9-20. В длинном повествовании о царствовании Соломона (3 Цар 3-11) прославляется его замечательная мудрость, богатство, великолепие его построек, в частности иерусалимского Храма. Это, несомненно, славная страница иудейской истории, хотя она и не отмечена новыми завоеваниями: ограничиваются сохранением и организацией государства. Антагонизм между Израилем и Иудой не только продолжается, но приводит после смерти Соломона в 931 г к разделению царства: политическое отделение десяти северных колен усугубляется религиозным расколом (3 Цар 12-13). Параллельная история обоих царств, Израиля и Иуды, излагается с 3 Цар 14 по 4 Цар 17: нередко эти братские царства ведут между собой жестокую борьбу, в то же время египтяне нападают на Иудею и арамеяне на Северное царство. Опасность возрастает с появлением в Палестине ассирийских войск сначала в 9 в. и в еще большем количестве в 8 в.

Самария гибнет под их ударами в 721 г, а Иудея признает себя вассалом Ассирии. Предметом дальнейшего повествования становится уже только история царства Иуды. Она продолжается до разрушения Иерусалима в 587 г (4 Цар 18-25). В 4 кн Царств подробно говорится только о царствовании Езекии (4 Цар 18-20) и Иосии (4 Цар 22-23), ознаменовавшихся пробуждением национального сознания и религиозной реформой. Важнейшие политические события того времени — нашествие Сеннахирима в 701 г, вслед за отказом платить дань ассирийцам, и при Иосии — крушение Ассирии и образование Халдейской империи. Иудее приходится подчиниться новым владыкам Востока, но вскоре она восстает. Тогда, в 597 г, войска Навуходоносора овладевают Иерусалимом и уводят в плен часть его жителей: спустя десять лет внезапный национальный подъем вызывает новое вмешательство Навуходоносора, завершившееся в 587 г разрушением столицы Израиля и вторичным уводом в плен его жителей. Кн Царств заключаются двумя краткими приложениеми (4 Цар 25:22-30).

В этом труде содержатся указания на три источника: Историю Соломона, Летопись царей Израиля и Летопись царей Иуды. Были, однако, и другие источники, кроме документа, относящегося к Давиду (3 Цар 1-2) — описание храма, может быть осно-вывающеся на храмовых записях (3 Цар 6-7), история Илии, написанная в конце 9 в., и история Елисея немного более позднего происхождения; они лежат в основе цикла рассказов об Илии (3 Цар 174 Цар 1) и Елисее (4 Цар 2-13). Авторами рассказов о царствовании Езекии, в которых выступает Исайя (4 Цар 18:17-20:19), являются ученики этого пророка.

Когда источники не содержат различных версий, события вставляются в единообразную рамку: каждое царствование описывается отдельно и полностью, начало и конец каждого из них отмечаются более или менее одинаковыми словесными формулами, в которых всегда содержится оценка религиозного поведения данного царя. Все израильские цари осуждаются вследствие «первородного греха» этого царства — основания святилища в Вефиле: из царей Иуды только восемь получают похвалу за свою верность предписаниям Ягве, но эта похвала шесть раз сопровождается замечанием, что «высоты не были отменены», только Езекии и Иосии (3 Цар 22:43; 4 Цар 12:3, 4 Цар 14:4, 4 Цар 15:4-35) выражено безоговорочное одобрение.

Эти суждения безусловно проникнуты духом Второзакония, предписывающего единство святилища. Более того, религиозная реформа, вдохновленная найденной в Иерусалимском храме книгой Закона, составляет кульминационную точку этого повествования, и все произведение подтверждает основной тезис Втор (ср 3 Цар 8 и 4 Цар 17): если народ соблюдает заключенный с Богом Союз-Завет, он будет благословен, если же нарушает — будет наказан.

3 и 4 кн Царств следует понимать как описание периодов истории спасения. Неблагодарность избранного народа приводит к падению обоих царств, что казалось бы противоречит Божию предначертанию, но для исполнения замысла Божия в будущем всегда находится группа верных, «не склонивших колена перед Ваалом», — остаток Сиона, который хранит Союз-Завет. Непрерывность рода Давидова, носителя мессианских обетовании, свидетельствует о непреложности Божиих решений. В своем окончательном виде книга завершается помилованием Иехонии как зарей грядущего искупления.

В еврейской Библии исторические книги (Иисуса Навина, Судей и Царств) называются «Небиии ришоним». т.е. «Ранние пророки», в противоположность «Поздним пророкам»: Исайе, Иеремии, Иезёкиилю, Даниилу и двенадцати «малым пророкам». Предание приписывало их составление пророкам: Иисусу Навину, Самуилу и Иеремии. Уже само название этих книг свидетельствует о том, что составители не являются историками в древнем и, тем более, современном смысле слова. Они — глашатаи Слова Божия, избравшие главной темой своих книг отношение Израиля с Ягве, его верность или неверность — неверность в особенности — Богу Завета. Приводя примеры из прошлого, они излагают религиозное учение, выступают как пророки и наставники народа. Их интересуют не столько минувшие события, сколько уроки, которые можно из них извлечь.

Однако назидательный характер «Ранних пророков» не лишает их повествование исторической ценности. Составители этих книг опираются на обширный материал первостепенной важности и значения. Это не только устные рассказы и древний эпос, но и биографии великих людей Израиля, написанные вскоре после их кончины, а также государственные летописи Израильского и Иудейского царств, на которые свящ. писатели часто ссылаются (2Sam 1:18; 1Rois 11:41; 1Rois 14:19; ср 2Chron 27:7).

Исторические книги составляют одно целое, завершенное не ранее 562 г до Р.Х. (2Rois 25:27). В Библии они следуют непосредственно за Пятикнижием: в конце кн Втор Иисус Навин указан как преемник Моисея, а события кн Ис Нав начинаются как раз на другой день после смерти законодателя Израиля.

Духовный смысл сборника можно кратко сформулировать следующим образом: Ягве, положив начало существованию Своего народа, ведет его по пути восхождения к тому времени, когда Он окончательно воцарится в мире (Царство Божие). Для этого Он отдает Израилю Землю Обетованную, поставляет Давида монархом и обещает его потомку вечную власть в эсхатологическом Царстве. Но в то же время составители исторических книг сурово и беспощадно обличают народ Божий за его неверность Завету. Эта неверность является прямой причиной тех бедствий, которые обрушиваются на Израиль. Таким образом история превращается в урок и предупреждение. Она содержит призыв к покаянию, который с особой силой прозвучал в эпоху плена Вавилонского.

Второзаконие исторически обосновало учение об избранности Израиля и определило вытекающее отсюда его теократическое устройство; вслед затем кн Ис Нав рассказывает о поселении избранного народа в Обетованной Земле, кн Судей излагает чередование отступничеств и помилований, 1 и 2 кн Царств повествуют о кризисе, приведшем к установлению царской власти и подвергшем опасности теократический идеал, который затем осуществляется при Давиде; 3 и 4 кн Царств описывают упадок, начавшийся при Соломоне: несмотря на благочестие некоторых царей, произошел целый ряд отступничеств, за которые Бог покарал Свой народ.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

21:1-9 По смерти Езекии на иерусалимский престол вступил 12-летний сын его Манассия (о том, что он мог быть не старшим сыном Езекии, см. прим. к 20:2-3) и царствовал 55 лет — по принятой в библейской науке хронологии, с 698 г. по 643, и теперь из Библии «мы почти за целое столетие ничего не знаем из внешней истории Иудеи. Манассия был послушным ленником великого царя, и это было предусмотрительно, так как во время его пятидесятилетнего правления Ассирия достигла вершины своего политического могущества. Асаргаддон, сын Сеннахирима, и Ассурбанипал, сын Ассаргаддона, безраздельно господствовали над всем пространством от глубины Тигра до глубины Египта, и ни в Иерусалиме, ни где-нибудь в другом месте не могло и мысли возникнуть о восстании. Но эта верность ассириянам сопровождалась роковыми последствиями для внутренней жизни Иудеи и особенно для богослужения. За благоприятным подъемом религиозного чувства при Езекии наступили времена ослабления этого чувства» (История израильского народа. Москва, 1902, с. 101-102). При недостатке ясных библейских свидетельств о внешних отношениях Иудеи при Манассии (исключая свидетельства 2 Пар 33:11-13, о котором скажем ниже) одинаковую гипотетичную ценность с сейчас приведенным мнением о полной лояльности Манассии в отношении ассирийского царя, и даже преимущество пред этим мнением, имеет другое предположение, что Манассия примкнул к организованному египетским фараоном Тиргакою союзу западноазиатских государств против Ассирии (проф. И. С. Якимов. Толкование на книгу пророка Исаии. Христ. Чтен. 1884, кн. 7, с. 303-304; еп. Платон. Цит. соч., с. 259), последствием чего и могло быть временное пленение его (2 Пар 33:11 и сл.). Не касаясь политической стороны более чем полувекового царствования Манассии, священный писатель 4 Цар останавливается исключительно на глубоком религиозно-нравственном падении иудейской жизни при Манассии: по этому изображению (ст. 2-16) царствование Манассии является самой мрачной эпохой в истории южного Иудейского царства. Манассия не только восстановил все отмененные Езекием (18:4) высоты; не только, подобно Ахаву (ср. 3 Цар 16:32 и сл.), допустил и поощрял отправление хананейских культов в стране (ср. 3 Цар 14:24; 4 Цар 17:8), но и насаждал в Иерусалиме и Иудее ассиро-вавилонские культы светил небесных (ст. 2-3), как очень распространивший теперь культ «царице неба» (см. Иер 7:18, 44:15, Соф 1:5 и др.). Чистое язычество вторглось даже в самый храм Иеговы, где поставлены были жертвенники «всему воинству небесному», т. е. светилам (сн. Втор 4:19; 17:3; 4 Цар 17:16. «Силой небесной писатель называет солнце, луну и звезды» (блаж. Феодорит, вопр. 53). Кроме жертвенников ассирийским божествам (светилам), к культу последних принадлежали также поставленные теперь у входа в храм кони в честь солнца (23:10-11). Подобно Ахазу (16:3), Манассия совершал также омерзительный и ужасный культ Молоха (ст. 6), а равно не уступал Ахазу и в склонности к волшебству, прорицаниям (ст. 6, сн. Ис 8:19, 29:4). Всем этим, особенно водворением отправлений языческих культов в самом храме Иеговы (ст. 7, сн. 3 Цар 8:15, 9:3), фактически уничтожалось самое избрание народа иудейского в народ Божий, терялось и его право на защиту и покровительство Божие (ст. 8, сн. 2 Цар 7:10). Иудеи при Манассии поступали даже хуже истребленных некогда Иеговой ради народа своего народов хананейских (ст. 9): глубокий религиозный синкретизм, заявивший себя теперь с большей силой, чем при Ахазе (ср. прим. к 16:10), по суду священного писателя, оказывается худшим чистого язычества (ср. 2 Пар 33:2-9).


Как понять, чем объяснить тот факт, что у благочестивого, истинно теократического царя оказался столь резко противоположного направления сын и преемник, что все благодетельные реформы первого были уничтожены и низложены реакцией последнего? Прежние толкователи в объяснение этого считали достаточным указать на злую волю самого Манассии и на развращающее влияние на него придворной партии, сохранившейся еще от времени Ахаза. Блаж. Феодорит говорит: «что в существах одушевленных преобладает не природа, но воля, свидетель тому Манассия, оставивший благочестивый образ отца и пошедший противоположным путем» (вопр. 53). Другие толкователи полагают, что, вступив на престол, Манассия (как некогда Иоас по смерти Иодая, 2 Пар 24:17-18) поддался влиянию нечестивой придворной партии, даже при Езекии противодействовавшей авторитету пророков (Ис 28:7; 30:9-10), а после его смерти решившейся находить в Иерусалиме и Иудее чистое язычество. (Keil [Кейль]. Die Bьcher der Kцnige. 1865, s. 348; Kleinert. Richm Handwцrterb. d. bibl. Alterth. Bd. II, s. 962.) В новое время библеисты — теоретики развития объясняют введенный Манассией религиозный синкретизм политическим положением Иудеи в его время — всецело вассальной зависимостью, совершенно изгладившей у Манассии и его народа впечатление силы Иеговы и победы его над ассирийскими богами (в неудачном походе Сеннахирима) и повлекшей за собой культурное, духовное и религиозное влияние Ассирии на Иудею; при этом Манассия не только старательно обеляется от пятен, будто бы незаслуженно лежащих на его памяти, но ему приписываются и положительные заслуги пред историей израильского народа, напр., по части заимствований евреями космогонических и иных представлений из религии, мифологии, законодательства Ассиро-Вавилонии (Stade. Gesch. Isr. I, s. 625-640. Ср. проф. А. П. Смирнов. Новое построение истории израильского народа и новые суждения об исторических лицах его. Прибавлен к твор. св. Отцов. 1887, ч. 40, с. 198 и далее). Крайность этого взгляда и противоречие его Библии очевидны сами собой.


21:10-16 Манассия заявил себя не только ревностным язычником, но и жестоким тираном, царствование которого впервые в библейско-еврейской истории ознаменовалось мученичеством за религию Иеговы. Стражи дома Израиля — пророки не молчали и в это мрачное время упадка религии просвещения, развития народа Божия: несмотря на противодействие ложных пророков (Ис 30:10; 56:10; 57:1-4; Мих 3:3-4): они возвещали грозные определения суда Божия на царство Иудейское, в которых судьба последнего совершенно приравнивалась (ср. блаж. Феодорит, вопр. 54) постигшей уже царство Израильское, ст. 12-13 (ср. 1 Цар 3:11; Иер 19:3; Ам 7:7,17): «веревка и отвес орудия, употребляемые для правильности размера. Угрожая измерять Иерусалим тою же веревкою и отвесом, каким измерен Шомерон, Иегова открывает, что Иерусалим подвергнется таким же бедствиям, как и Шомерон» (проф. Гуляев, с. 369). Остаток удела Иеговы (ст. 14), т. е. Иудейское царство, состоящее только из двух колен, будет оставлен Иеговой, и как такой подвергнется расхищению и разграблению со стороны других народов (сн. Ис 42:22). Ответом на пророческие обличения со стороны Манассии явился кровавый террор: Иерусалим от края до края залит был потоками невинной, мученической крови (ст. 16; сн. Иосиф Флавий. Иуд. древн. X, 3, §1). По иудейской традиции (Гемара, Иевамот 4, 13; Санхедрин, f. 103), усвоенной некоторыми церковными учителями (Tertullian. De patiente. 14; Augustin. De civitate Dei. 18, 24), при Манассии, умер мученической смертью и великий пророк Исаия, будучи перепилен деревянной пилой (ср. Евр 11:37; блаж. Феодорит, вопр. 54). Из Библии, правда, неизвестно, проходил ли Исаия пророческое служение и при Манассии (ср. Ис 1:1, где последним царем иудейским назван Езекия, а Манассия не упомянут); но древность традиции несомненна, ей принадлежит и внутренняя идеальная достоверность.


21:17-18  2 Пар 33:11-20 дает сведения, существенно восполняющие повествование 4 Цар о Манассии, именно сообщает, что Иегова наказал Манассию за грехи его нашествием военачальников царя ассирийского, которые пленили Манассию и в цепях (вероятно, с продетым через губу кольцом, сн. 4 Цар 19:28: таковы изображения пленных царей на ассирийских памятниках) отвели его в Вавилон; в плену Манассия раскаялся и спросил прощение у Бога и был возвращен в Иудею, где старался загладить последствия тяжких заблуждений своих: отменил разные виды идолослужения, а равно реставрировал Иерусалим и другие укрепленные города. Сообщение это, долго подвергавшееся в науке сомнению и оспариваний (со стороны, напр., Винера, Гитцига и др.), ныне признается (Эвальдом и др.) вполне историческим, как оправдываемое данными ассириологами (Shrader. Keilinschr. и Α. Τ. S. 366 ff.; Vigouroux. Bibel und die neueren Entdeckunogen. B. IV, s. 232 ff.). По этим данным, Манассия, бывший исправным данником Ассирии при Асаргаддоне (681-669), при преемнике его Асурбанипале вместе с другими мелкими царьками соединился с братом Асурбанипала Салиугом, который захватил подчиненный в то время ассирийцам Вавилон и восстал там против брата. Событие это обыкновенно относится на 647 год до Р. Х., следовательно за 4 года до смерти Манассии. При этом вероятно, что Асурбанипал велел привести пленного Манассию не в Ниневию, а в Вавилон (ср. Ис 39:6; 4 Цар 20:18), где он сам находился в то время после покорения города и победы над братом (ср. еп. Платон. Цит. соч., стр. 260-262). Памятником покаяния и обращения Манассии служит неканоническая молитва этого царя (не имеющаяся в еврейской Библии, а лишь в греческой и переводах более поздних, в славяно-русской Библии имеющая место в конце книги 2 Пар, в греческом тексте Библии посещаемая после псалтыря в числе 14 песней, извлеченных из разных мест Священного Писания (ср. проф. Гуляев, с. 578). С царем покаялся, как видно, и народ (2 Пар 33:17), хотя покаяние это было кратковременное. В политической деятельности Манассии по возвращении его из плена свящ. писатель 2 Пар 33:14 отмечает постройку внешней стены города Давидова на западной стороне Геона, по лощине и до входа в Рыбные ворота и проведением ее вокруг Офела. Это так называемая вторая стена Иерусалима, традиционно связываемая с именами Езекии (ср. 2 Пар 32:5) и Манассии. Как видно из упомянутых в сейчас приведенном месте 2 Пар пунктов — Геон (ср. 3 Цар 1:39; 2 Пар 32:30), Рыбные ворота (Неем 3:3; 12:39; Соф 1:10) и Офел (2 Пар 27:3; Неем 3:26) видно, что стена эта начиналась у западной (Геон) или северо-западной части Иерусалима, огибала затем весь север города до Рыбных ворот на северо-востоке и, поворачивая затем к югу, захватывала юго-восточный отрог горы Мориа — так наз. Офел (ср. Иосиф Флавий. Иуд. древн. X, 3, §2).


Кроме летописей царей израильских (в 4 Цар 20:17 — «царей иудейских») свящ. писатель 2 Пар, цитирует в качестве источника для истории Манассии записи некоего Хозая (дибре-Хозай), вероятно, одного из современных этому царю пророков. Погребен был при доме своем, в саду некоего Уззы (ст. 18); 2 Пар 33:20. Иосиф Флавий, цит. м.), которого некоторые (Бенцингер, Киттель) отожествляют с известным царем Озиею-Азариею (4 Цар 15:1 и сл.), другие (Кейль, Бер) видят здесь имя неизвестного лица, прежнего владельца сада, в котором после был построен дворец; предположительно помещается в долине Тиропеон (Ономастикон, 700) у подошвы Офела.


21:19-26 (2 Пар 33:21-25) 15-й царь иудейский Амон, сын и преемник Манассии, был во все короткое свое царствование, 643-641 гг., ревнителем нечестия отца в первую и большую его часть, но не подражал его покаянию. Указание на его языческий образ мыслей и настроение некоторые видели в самом имени Амона (у Иосифа Флавия «Амос»), сближая его (Эвальд и др.) с именем известного египетского божества Амона; вероятнее, впрочем, что это — еврейское имя (сн. 3 Цар 22:26; Неем 7:59) Ятба (ст. 19 у LXX-ти ’Ιετέβα, Вульгата: Jeteba, у Иосифа Флавия Иовата, слав.: Иетева; Ономастикон, 547) — неизвестное селение, вероятно, в Иудином колене. Нечестие царя, несомненно, находило отклик и сочувствие в народе. Заговор придворных («слуги», ст. 23) против Амона и убийство его произошло, конечно, не из борьбы на почве религиозных верований, так как эти придворные были, вероятно, столь же чужды религии Иеговы, как и сам царь (против Иосифа Флавия. Иуд. древн. X, 4, §1). Народ земли (евр. ам-гаарец, ср. 4 Цар 11:14; 16:15, впоследствии у раввинов и талмудистов — «простой народ», ср. Ин 7:49) не сочувственно отнесся к этому преступлению (как и к убийству Амасии 3 Цар 14:19), и взвел на царство малолетнего сына его Иосию (ст. 24). Погребен был Амон, как и Манассия, в саду Уззы (26).


22:1-2 Последний благочестивый царь иудейский (по счету 16-й), Иосия, «направивший к Господу сердце свое и во дни беззаконных утвердивший благочестие» и прославляемый наряду с Давидом и Езекиею за праведность и ревность по законе (Сир 49:3-5), вступил на царство восьмилетним отроком (LXX: υἱὸς ὀκτὼ ἐτω̃ν, слав.: «сын осьми лет» — буквальная передача евр. бен, имеющего в соединении с числительным лет значение возраста) в 641 или 640 году. Отец его Амон, умерший в 24-летнем возрасте, имел сына 16 лет, равно и Иосия, умерший после 31-летнего царствования — 39-ти лет, оставил старшего сына Иоакима 25-ти лет (23:36), следовательно, имел сына на 15-м году жизни: при ранней половой зрелости на Востоке эти цифры не должны удивлять нас. Мать его происходила из Боцкафы, LXX: Βαβηδώθ, Вульгата: Baschath, слав.: Васуроф (Ономастикон, 199, 225) — города в Иудином колене близ Лахиса (Нав 15:39). Общая характеристика царствования Иосии (ст. 2), в которой поставляется на вид идеальная верность этого царя закону (сн. 23:25), превосходит отзывы о всех других царях: только Иосии усвояется «неуклонение ни направо, ни налево» (сн. Втор 5:32; 17:11,20; 28:14) от пути Давида. Эта характеристика служит вместе и переходом к изображению теократической деятельности Иосии. Для сравнения повествования 4 Цар 22-23 гл. — о царствовании Иосии с параллельным повествованием о том же книги 2 Пар 34-35 гл., открывается то различие между ними, что 4 Цар рассматривает деятельность Иосии с теократически прагматической точки зрения и соответственно с тем отводит более всего места, 23:4-20, изображению искоренения Иосиею идолопоклоннических культов и незаконного служения Иегове и вообще представляет Иосию единственным по религиозной ревности и строгому проведению теократических принципов царем (23:24,25), между тем священный писатель 2 Пар смотрит на царствование и деятельность Иосии преимущественно с ритуальной точки зрения и потому преимущественное внимание обращает на совершение при Иосии (в 18-й год его царствования) праздника Пасхи при исключительно точном соблюдении всех обрядовых предписаний закона, при исключительной торжественности, 2 Пар 35:1-19. В связи с этим стоит неодинаковый хронологический порядок событий и той и другой редакции священного повествования, причем 4 Цар берет исходным пунктом факт открытия книги закона в храме в 18-й год царствования Иосии и затем последовательно переходит к вызванным этим фактом мероприятиям Иосии, каковы: возобновление всенародного завета с Богом, искоренение противозаконных культов, совершение Пасхи и др., а 2 Пар излагает эти же события, по-видимому, не в столь естественной последовательности. В целом оба повествования не только подтверждают, но и восполняют одно другое.


22:3-7  В восемнадцатый год царя Иосии. LXX точнее определяют время важного события открытия книги закона, добавляя: ἐν τω̨̃ μηνὶ τω̨̃ ὀγδόω̨, или по кодд. 52, 64, 72, 92, 106, 119, 121, 123, 134, 144, 236, 242, 245, 247 и др. — ἐν μηνὶ τω̨̃ ἐβδόμω̨, слав.: в седмый месяц. Книга закона найдена была при реставрации храма, последовавшей теперь, спустя около 230 лет, после бывшей при царе Иоасе (12:5 и сл.), необходимо вызванной теперь нуждой очистить храм от языческих нечистот, введенных в него при Манассии и Амоне. Упоминание об этой новой реставрации храма близко напоминает рассказ 12-й гл. о прежней и в 22-й главе более кратко, — только предполагая то, что в 12-й гл. прямо высказывается; притом речь о реставрации храма здесь является лишь поводом к рассказу о найденной при этом книге закона. Реставрация храма началась, вероятно, не в 18-м только году царствования Иосии, а гораздо прежде, так как по 2 Пар 34:3 Иосия уже на 8-м, а еще более на 12-м году царствования своего начал проявлять особенную ревность по Боге. О должности писца, евр.: софер, LXXγραμματεύς, Вульгата: Scriba, см. прим. к 3 Цар 4:3. По 2 Пар 34:8, кроме Шафана, царь посылает в храм еще градоначальника Маасею и дееписателя Иоаха. Хелкия — первосвященник (ср. ст. 8, 23:4) из рода Садока (1 Пар 5:39). По почину Климента Александрийского, некоторые толкователи отожествляли его со священником Хелкиею, Иер 1:1, отцом Иеремии (Эйхгорн, Боген и др.), но против этого говорит как полное неупоминание книги пророка Иеремии о первосвященническом достоинстве отца пророка, так и то, что в Анафофе, родном городе пророка, жили священники не из линии Елеазара и Садока, а из линии Ифамара и Авиафара (сн. 3 Цар 2:26).


22:8-16 Что за «книга закона» ([гас] сефер [гат]) тора, у LXX-ти βιβλίον του̃ νόμου, Вульгата: liber legis), найдена была Хелкией в храме, и каким образом она могла быть здесь скрытой или потерянной? чем объяснить потрясающее впечатление ее на Иосию (ст. 11). «Это место в высшей степени замечательно. Если бы была возможность совершенно удовлетворительно объяснить, что значит эта находка, то многое бы объяснилось в истории евреев. Новейшие неправославные ученые любят утверждать, что книги из глубокой древности, известные под именем Моше, явились в свет и сделались известны евреям гораздо позже Моше; по мнению некоторых, именно после того, как Хилкия нашел древний список в храме» (проф. Гуляев, с. 371). Последнему предположению так называемых теоретиков развития о происхождении некоторой части Пятикнижия, именно Второзакония, в данное время (см. напр. Stade. Geschirhe Isr. I, s. 650 ff.) противостоит уже то, что найденная книга закона в библейском тексте представляется не вновь появившеюся книгою, а издавна вполне известной (отсюда — определенный член: (гас) сефер — (гат) тора), а в параллельном месте 2 Пар 34:14 она прямо называется «книгой закона Господня (данною) рукою Моисея» (сефер — торат — Иегова бейяд Моше). Выражение же «книга закона» было, бесспорно, техническим термином для всей совокупности писаний Моисея, которые все под общим именем «книги закона» Моисей повелел левитам (священству во главе с первосвященником) хранить в самом ковчеге завета (Втор 31:24-26). Если найденная Хелкией книга далее называется «книгою завета» сефер — габберит, 23:2,3,21; 2 Пар 34:30-31, то и это название, как и предыдущее, гораздо более приложимо ко всему Пятикнижию, чем к какой-либо отдельной части его, напр., к Второзаконию. Если против признания найденной книги целым Пятикнижием указывают, между прочим, на краткость времени, в какое Шафан (22:8,10) и после Иосия (23:2) могли прочитать ее, то в 2 Пар 34:18 сказано, что Шафан читал «в ней (бо), т. е., нет надобности думать, что прочитана была вся книга; если же, далее, говорят, что прощения Божий, очевидно, содержащиеся в книге и столь поразившие царя (ст. 11,16) и народ (23:2-3), более всего напоминают о прощениях Втор 28 и далее, то прощения этого рода находятся и в других частях Пятикнижия, напр., Лев 26; важнее же всего то, что как завет народа с Иеговою был заключен и мог быть заключен только на основании целого закона (23:2-3), а не отдельной его части, так и последующая реформа культа (23:4-20) и заключительное к ней законное совершение Пасхи (ст. 21-24) могли быть осуществлены только на основании законов всего Пятикнижия (23:24-25), в частности праздник Пасхи — на основании Исх 12 гл. (23:15; 34:18), Лев 23:5-8; Чис 28:18-24.


Действительная причина, побуждающая многих новых библеистов видеть в найденной при Иосии книге закона не все Пятикнижие, а лишь некоторую часть его (преимущественно — произведение, напоминавшее теперешнее Второзаконие, но не тождественное с ним1В упомянутой уже «Истории израильского народа» (Москва, 1902), вообще популяризирующей новейшие воззрения библейской критики на Библию Ветхого Завета и на историю библейского Израиля, говорится о найденной при Иосии книге: «Эта книга Закона составляла главную часть теперешней пятой книги Моисеевой ( Втор 21-26, 28 ). Вот все, что можно сказать по этому поводу на основании изысканий о Ветхом Завете» (с. 105)., одна: предположение о несуществовании Пятикнижия в нынешней его редакции до времен Иосии и даже до плена вавилонского (по предположению этих ученых, Пятикнижие получило тот вид и состав, какой теперь имеет, не ранее времен Ездры, ок. 444 г. до Р. Х., см. проф. А. П. Смирнов. Новое построение истории еврейского народа. С. 197; ср. проф. Ф. Я. Покровский. По поводу возражений современной критики против существования Моисеева закона ранее древнейших пророков-писателей. Киев, 1890). Конечно, точный объем найденной книги закона с непререкаемой точностью установить нельзя (св. Златоуст и блаж. Феодорит почитали ее Второзаконием). Но несомненно, что ни о каком обнародовании вновь составленной «книги закона» усилиями будто бы объединившихся теперь священнической и пророческой партии (в доказательство участия, напр., пророка Иеремии в этом деле, указывают на гл. 11 и 34 его книги) Библия не знает, и самое предположение о разновременном происхождении отдельных частей Пятикнижия, и в частности — Второзакония при Иосии — чистая гипотеза, а отнюдь не постулат научной истины.


Допуская, что Хелкией найдено было все Пятикнижие, мы не видим, однако, необходимости считать найденную книгу, опираясь на узком буквальном понимании 2 Пар 34:14 («рукою Моисея», бейяд — Моше, может обозначать и простое посредническое участие Моисея в даровании закона Божия, ср. Иер 37:2), автографом самого Моисея. Клерик правильно замечает: «Satis est, exemplar quoddam Legis antiquum fuisse idque anthenticum». Найденный в храме экземпляр был, очевидно, официальным храмовым (может быть, отличавшимся от употребительных у частных евреев качеством, письмом, материалом и под.), который по предписанию Моисея должен был храниться в ковчеге завета и в каждый субботний год прочитываться, в праздник Кущей, народу (Втор 31:10-12,24-26), но, очевидно, по небрежности священников и под влиянием тяжелых условий для религии Иеговы при нечестивых царях Манассии и Амоне утерянный или намеренно скрытый от Манассии, который, по иудейской традиции, повелел отбирать и сжигать все экземпляры Торы. «Впрочем, хотя царь (Иосия), рожденный от отца нечистого, и не знал предсказаний, содержавшихся в Св. Книгах, однако посему нельзя думать, что списков с них не было в руках иных благочестивых иудеев» (Филарет, с. 270-271 прим.). Богослужебная же практика совершалась священниками в это время, очевидно, по неписанному и по всегда верному закону преданию. Тем сильнее должно было быть впечатление от книги, поражавшей, быть может, самым архаическим видом. Впечатление чтения ее, в частности, на царя был потрясающим: подобно Езекии, 19:1-2, в ужасе за судьбы своего народа Иосия разодрал одежды свои. Явное и постоянное нарушение народом предписанных в книге законов само собою наводило на мысль о близости тех кар и бедствий, которыми угрожал Бог народу за нарушение тех законов. Современные же политические обстоятельства и международные отношения внушали Иосии еще больший страх за будущность Иудеи. Страшная некогда Ассирия падала теперь под ударами вновь образовавшихся самостоятельных государств: Новохалдейского царства, имевшего решить судьбы Иудейского царства, Мидийского царства, Египта и особенно со стороны диких бродячих орд скифов, опустошительным ураганом пронесшихся (ок. 630 г.) от севера Месопотамии и Каспийского моря до самого Египта и на возвратном пути разграбившим страну Филистимскую (Иер 5:15-17; Соф 2:4,5; Геродот I, 105; Duncker. Geschichte des Alterthums. Bd. I, 1863, 5, 750 ff.; Stade. Gesch. I, 643 ff.; Еп. Платон, цит. соч. 266 и далее; История израильского народа. М., 1902, 104-105). Все эти симптомы новых политических катастроф в связи с покаянным чувством Иосии могли глубоко потрясти его благочестивое чувство, хотя слабость Ассирии могла и благоприятствовать свободному осуществлению религиозной реформы не только собственно в Иудее, но и в пределах бывшего Израильского царства (ср. 23:15).


22:12-14 Потрясенный всем выслушанным из закона, Иосия (подобно Езекии, 19:2-4) желает «вопросить Господа», т. е. слышать пророческое слово о том, можно ли и каким путем отвратить грядущие на Иудею кары и бедствия суда Божия за нарушение закона Божия. Депутация, во главе с первосвященником обращается за этим не к современным пророкам — Иеремии (Иер 1:1) и Софонии (Соф 1:1), может быть, в то время не бывшим в Иерусалиме, а к некой, очевидно достаточно известной и уважаемой в народе пророчице Олдаме, евр.: Гулда, у LXX-ти ’Όλδαν, Вульгата: Holda (один из четырех женщин пророчиц в Ветхом Завете, по суждению иудейской традиции — вместе с Мариам, Исх 15:20, Деворою, Суд 4:4 и Анною, 1 Цар 2:1 и сл.), жене хранителя одежд — царских или храмовых (ср. 10:22); «жила же она в Иерусалиме, во второй части», евр.: бемишне, Вульгата: in secunda, у LXX-ти оставляют последнее слово без перевода: ἐν τη̨̃ μασενα̃, слав.: в масене; вероятно, как и в Соф 1:10, имеется в виду северная часть Иерусалима со включением так называемой Акры, между первою (Давида — Соломона) и второю (Езекии — Манассии) стенами города (ἄλλη πόλις Иосифа Флавия).


22:15-20 «Первоначальный ответ, данный царю, говорят, до нас не сохранился; тот ответ, какой изложен в 4 Цар 22:15-20 , ученые относят к более позднему времени» (История израильского народа. С. 105; ср. Benzinger, s. 191; Kittel, s. 300), на том основании, что если Олдама возвестила гибель Иудее и жителям ее во исполнение проклятий закона (ст. 16-17), а благочестивому, случившемуся пред Богом и покаявшемуся царю обещается мирная кончина до наступления ожидающих страну его бедствий (19-20), то предпринятая Иосиею религиозная реформа (гл. 23) не имела смысла: «после такого ответа (22:15-20) можно было ожидать все что угодно, только не решительной реформы государства: стоило ли трудиться, если погибель ее была неотвратима? Скорее можно было бы ожидать, что Иосия лишь возблагодарит Бога за милость к себе, как Езекия, 20:19». (Stade. Gesch. Isr. I, 651-652). Сам собою очевиден здесь крайний субъективизм новых библейских критиков. С точки же зрения нормальной религиозной психологии вполне понятно, что благочестивый царь, и узнав о неотвратимом жребии своего царства, однако, считает своим долгом и решается сделать все возможное для того, чтобы поставить жизнь своего народа в соответствие с требованиями закона и для того первое всего восстановит истинно заветные отношения народа Божия с Иеговою (23:1-3). «Царь благочестивый столько же благодетельствует подданным, сколько злочестивые делают им вреда» (блаж. Феодорит, вопр. 54).


23:1-3 Первым делом царя по возвращении депутации от Олданы было собрать в храм по возможности все классы народа («пророки» ст. 2 — быть может, и Иеремия. Софония, Варух, но, вероятнее, — в общем смысле: учителя народные; по 2 Пар 34:30 — левиты) для выслушания всех обративших внимание царя мест найденной «книги завета». Затем, подражая прежним теократическим вождям народа Божия, как-то: Иисусу Навину (Нав 24:25), пророку Самуилу (1 Цар 6:3-4) и благочестивому прадеду своему Езекии (2 Пар 29:10), Иосия торжественно заключил, точнее возобновил теократический завет иудейского народа с Богом, причем сам лично, стоя на особом царском месте в храме (гааммуд, ср. 12:14, см. проф. Гуляев, с. 374), произносил все существенные требования и обязательства завета, а народ утверждал их актом согласия и принятия (ср. 2 Пар 34:31-32).


23:4 Как некогда при Иоасе по заключении завета немедленно последовало искоренение языческого культа (11:17-18), так то же повторилось и теперь: по словам И. Сираха (Сир 49:3), Иосия «успешно действовал в обращении народа и истребил мерзости беззакония», хотя, конечно, реформа, произведенная насильственными и чисто внешними мерами, без приемов убеждения и духовного перевоспитания массы, не могла быть ни глубокой, ни прочной. Очищение начинается с храма и возлагается на Хилкию — первосвященника ([гак] коген — [гаг] гадал, в 4 Цар 25:18; Иер 52:24 первосвященник, по евр. коген — [га] рош, = главенствующий священник), «вторых священников» (когане — [гам] мишне, ср. 25:18), т. е. подчиненными первосвященнику), и «стоящим на страже у порога» (ср. 22:4; 1 Пар 23:5) — из левитов. Вынесена была из храма вся утварь, посвященная Ваалу, всей силе небесной (см. 21:3 и прим. к 21:3) и Ашере-Астарте (ср. 3 Цар 14:23; 15:13), и, по предписанию Втор 7:25; 12:3, все это было сожжено, как нечистое, вне Иерусалима в долине (евр.: шадмот, поля, LXX-ти и слав. оставляют без перевода: ἐν σαδημωθ, в садимофе) Кедрон, где уничтожены были предметы идолослужения при Асе (3 Цар 15:13) и Езекии (2 Пар 29:16). Но пепел сожженных идолов не должен был оставаться в долине Кедрон, по близости к Иерусалиму: он отнесен был в Вефиль — для выражения решительного презрения и омерзения к этому средоточию противозаконного культа тельцов (3 Цар 12:29-33), послужившему началом и источником всех последующих отпадений Израиля в язычество.


23:5-7 Устраняется служебный персонал противозаконных культов. Царь отставил (евр.: гишбит, отстранил — не «сжег», как у LXX-ти и слав.: κατέκυασε, сожже, в Александрийском кодексе: κατέπαυσε, Вульгата не точно: delevit) жрецов, евр. кемарим, у LXX-ти: Χωμαρίμ (кодексы 19, 82, 93, 108 у Гольмеса: τοὺς ἱερει̃ς), Вульгата: aruspices, слав.: Хамаримы (жрецы чародеи) — жрецов — ставленников царей иудейских и израильских (ср. Пс 10:5; Соф 1:4), т. е. священников нелевитских, какими, напр., были священники культа тельцов (3 Цар 12:31,32; 2 Пар 11:15) и которые отличаются от жрецов идолов, или жрецов Ваала, солнца, луны, созвездий и всего воинства небесного (4 Цар 23:5), с другой — от священников высот, которые, хотя отправляли служение на высотах, однако были из рода Левия (4 Цар 23:8) (см. проф. Бродович. Книга пророка Осии. С. 350).


Созвездия, маззалот, LXX: μαζουρώθ, слав.: планеты, блаж. Феодорит (вопр. 54): звезды; по толкованию раввинов (Levy. Neuhebrдisches und chaldдisches Wцrterbuch. Bd. III, s. 65), маззалот, как и ассирийск. manzaltu, означает 12 знаков зодиака. Вульгата: duodecim signa. Астарта, евр.: ашера, у LXX-ти ἄλσος, слав.: кумир (ст. 6), означает здесь в ст. 6 собственно идола, а не саму богиню (ст. 4), пепел сожженной статуи этой богини повергается также в долине Кедрон, но именно на кладбище общенародное (кебер-бене-гаам, ср. Иер 26:23), наиболее открытое всякому попранию (гробницы богатых устроялись особо, в садах или пещерах, и эти гробы были не так доступны для диких зверей, как простонародные, ср. проф. Гуляев, с. 375, вроде и доселе сохраняющегося в долине Кедронской или Иосафатовой еврейского кладбища (со стороны Елеонской горы). Уничтожены были притоны и принадлежности культа кедешим — гиеродулов, мужских (Втор 23:18) и женских (ср. 3 Цар 14:24 и прим. к 3 Цар 14:24), у LXX-ти καδησίμ, слав.: кадисимов, Вульгата: ef feminatorum. По блаж. Феодориту, вопр. 55: «святыми (потому что слово кадис переводится: святой) не в прямом значении слова назвал здесь писатель демонов».


23:7 7b говорит о том, что служительницы Астарты совершали тканье и вышиванье в честь ее (для устройства шатров ее служителям) в помещениях при самом храме; здесь же совершался и омерзительный культ богини.


23:8-9 По примеру благочестивого прадеда своего — Езекии (4 Цар 18:4) Иосия отменяет и издревле чтимые «высоты» истинному Богу, терпимые многими и благочестивыми царями — на всем протяжении Иудейского царства «от Гевы (город, вероятно, тождественный с Гевой, укрепленной Асой из камней Рамы, 3 Цар 15:22, в Вениаминовом колене, ср. Ономастикон, 293; Прав. Палест. Сборн. Вып. 37, с. 204) до Вирсавии» (о положении ее см. прим. к 3 Цар 19:3), в том числе некоторые известные высоты в Иерусалиме — у дома градоначальника и у ворот городских (может быть, упомянута в Неем 2:13 «ворот Долины» на западной (главной входной) стороне Иерусалима, приблизительно на месте нынешних Яффских ворот). Судьба священников этих высот — священников, происходивших из колена Левиина, была иною, чем жрецов идолослужения (ст. 5): Иосия заставил этих левитских священников оставить места своего прежнего служения и переселиться в Иерусалим, но здесь при храме был уже определенный штат священников, и для новых могло не оказаться ни священнических занятий, ни священнического содержания, и, таким образом, естественно, произошло их низведение на положение левитов (ст. 9; ср. Иез 44:10-14): подобно последним, они не могли самостоятельно приносить жертвы в Иерусалимском храме, но ядение опресноков и, вероятно, других приношений алтарю им было предоставлено наравне с членами священнического сословия, устранявшимися от фактического священнослужения вследствие тех или иных физических недостатков (Лев 21:21-23).


23:10-14  Долина сыновей Еннома, LXX: λάραγξ ’Εννόμ, Вульгата: convallis filii Ennom, слав.: дебрь сынов Енномлих, ср. Нав 15:8, — долина, начинавшаяся на западе Иерусалима, близ Яффских ворот и направляющаяся сначала к югу, а затем к востоку до соединения с долиною кедрскою, — ныне вадиер-Рабаби (Ономастикон, 313). От совершавшихся здесь при Ахазе (4 Цар 16:3) и Манассии (21:6) кровавых и огненных жертв Молоху (ср. Иер 7:31; 19:2) долина Енномова впоследствии сделалась образом вечных мучений под именем γεὲννα του̃ πυρός, геенны огненной.


Тофет, у LXX-ти Ταφέυ, Вульгата: Topheth, слав.: Тафеф — специальное название места тех жертвоприношений Молоху в долине Енномовой (Ономастикон, 508). Прежние толкователи производили слово «Тофет» — от евр. тоф, тимпан (музыкальный инструмент вроде бубна), имея в виду ту характерную, по раввинским сказаниям, черту идолослужения Молоху, что крики сжигаемых жертв заглушались игрой жрецов на тимпанах (Филарет, стр. 271; имя Тофет, по обыкновенному изъяснению, означает тимпанное место). В новое время Тофет производят или от ассирийско-персидского корня со значением (родственным с греч. θάπτειν) погребать, в частности, через трупосжигание, или еврейскому глаголу туф — в значении «плевать», так что Тофет — предмет отвращения (Гезений. Thesaur. P. 1497), или в значении: сжигать (fьrst), следовательно, Тофет — место сожжения, в пользу последнего говорит Ис 30:31, где Тифта означает место сожжения (ср. проф. Гуляев, с. 376).


Кони, в своем беге как бы отображающие кажущееся движение солнца, у многих языческих народов почитались посвященными солнцу. Во многих местах при храмах были кони изваянные, но при храме Иерусалимском (ст. 11) во времена язычествующих царей содержались и живые кони, почему Иосия их только «отменил», тогда как колесницы солнца сжег (ср. проф. Гуляев, с. 376). Евнух Нефан-Мелех, вероятно, был надсмотрщиком за теми священными конями, Фарурим, евр. Парварим, раввины и некоторые прежние толкователи (см. проф. Гуляев, с. 377) считали названием городского предместья, но ввиду очевидной тождественности этого названия с парбар 1 Пар 26:18) именем притвора на западной стене храма, скорее надо иметь в Ф. некоторые пристройки-комнатки для должностных лиц (Иер 41:12) с задней, западной стороны Соломонова храма.


23:12-14 Ст. 12-14 продолжают речь (ст. 4,6) об очищении Иерусалимского храма, а также Елеонской горы от мерзостей идолослужения. Жертвенники на кровле горницы Ахазовой на кровле не дворца царского, а храма, в верхнем ярусе пристроек его (ср. 35:4); жертвенники этих горниц посвящались воинству небесному (Иер 19:13; Соф 1:5). Уничтожены были Иосиею и древние высоты, воздвигнутые еще Соломоном на горе Масличной или Елеонской (3 Цар 11:7), названной здесь (ср. 13) евр. машхит (слово, представляющее созвучие к мишха, масличная), пагубною горою, вероятно, ввиду воздвигнутых здесь капищ идольских; Вульгата: mons Offensionis; у LXX-ти без перевода: Μοσθάθ, слав.: Мосфаф. Название «пагубная», mons offensionis, усвоена была впоследствии собственно южному отрогу Елеонской горы (северный известен под именем virigalilaei); теперешнее название Елеонской горы — Джебель-Эттур (Ономастикон, 716). Разрушенные Езекиею (2 Пар 31:1) идольские высоты Соломона и др. могли быть восстановлены Манасиею и Амоном. Иосия оскверняет их мертвенными остатками (ст. 14, ср. ст. 6,8,20).


23:15-20 Окончив очищение Иудейского царства от всех остатков незаконного культа и чистого идолослужения, Иосия совершает подобное же очищение и в пределах прежнего израильского культа, прежде всего и главным образом в центре культа тельцов — в Вефиле (ср. 3 Цар 12:29 и сл.), причем во всей точности и даже подробностях оправдалось предсказание известного иудейского пророка о судьбе вефильского культа и жрецов его (3 Цар 13:1 и далее), предсказание, произнесенное за три слишком века.


Слова 16b, поставленные в русском переводе в скобках, — позднейшая глосса LXX-ти.


Казнь жрецов вефильских (сообразно закону, Втор 13:5; 17:2-5), как и вся реформаторская деятельность Иосии в пределах бывшего Израильского царства, предполагает, что власти Ассирии над этой страной в данное время почти вовсе не существовало, и это давало возможность царям иудейским (Езекии, 2 Пар 30:1, и Иосии, 2 Пар 34:6) действовать на израильской территории, хотя и населенной, наряду с израильтянами, и многими пришлыми племенами (17:21 и сл.), как на части своего государства. По Талмуду, пророк Иеремия содействовал возвращению к Богу многих из населения десятиколенного царства (Мегилла, 14b).


23:21-23 Выполнив с такой беспощадной строгостью все запрещения и кары книги закона, Иосия столь же строго потребовал самого точного совершения главного праздника, указанного в законе, праздника Пасхи (ср. 2 Пар 35:1-18), причем предварительно был поставлен на прежнее место ковчег завета (2 Пар 35:3), может быть, вынесенный из Святого Святых в одно из зданий при храме во время гонений на религию Иеговы со стороны Манассии или Амона. По 2 Пар 35, Пасха совершена была 14-го нисана.


23:24-25 Резюме ко всему повествованию о реформе Иосии, указывающее на полное ее соответствие с требованиями закона Моисеева.


О вызывателях мертвых и волшебниках см. в книге: А. Глаголев. Ветхозаветное библейское учение об ангелах. С. 600-610.


О терафимах — толк. Быт 31:19b (ср. проф. Гуляев, с. 378). Под идолами — евр. гилулим (от гл. гадал — вертеться), быть может, имеются в виду разной формы камешки, которые из глубокой древности, прежде чем стали делать искусственные изображения разных мнимых богов, были у народов, стоявших на низкой ступени развития, символами божества, как это и теперь встречается у диких обитателей островов Тихого океана (проф. Гуляев, с. 379).


23:26-27 «Обращение здесь к Богу не столько было внутреннее и постоянное, сколько внешнее и временное, почему Он не оставил Своего гнева на них» (Филарет); близок был суд Божий и на Иудею, постигший уже свыше ста лет раньше царства Израильское (4 Цар 17), — соответственно многократным предвещаниям пророков Божиих (напр. 1-9 гл.; Соф 1:2-6; 3:1-4), повторявших древние угрозы закона (Лев 26; Втор 28 и др.) народу Божию.


23:29-30 Сказанное здесь подробнее и полнее повторено в 2 Пар 35:20-25. Нехао, евр. Нехо, у LXX-ти и Иосифа Флавия Νεκαώ, по Геродоту (II, 158), который называет его Νεκώς (по египетским памятникам Neku), сын Псамметиха I, 6-й царь XXVI Саиской династии в Египте (царств. в 609-594 гг.), известный постройкой большого флота как на Средиземном, так и на Красном море. Ассирийская монархия тогда была накануне падения1 Иосиф Флавий считает это падение Ассирии уже в данное время совершившимся фактом: по нему, Нехао двинулся к Ефрату с намерением «вступить в войну с мидянами и вавилонянами, которые разрушили Ассирийское царство» (Иуд. древн. X, 5, §1). Ср. еп. Платон. Древний Восток при свете божественного откровения. С. 274-275). (в 606 г. Набополассал Халдейский и Киаксар Мидийский соединенными силами разрушили Ниневию и положили конец существованию Ассирии), и Нехао, вероятно, желал воспользоваться слабостью прежде грозной соседней монархии и присоединить к владениям Египта некоторую часть Ассирии, напр., Сирию, почему предпринимает поход за Евфрат, к городу Кархемису (2 Пар 35:20), у LXX-ти χερμείς, у Иосифа Флавия καρχαμησά, Вульгата: Charcamis, на клинообразных надписях Гаргамис — при впадении Хавораса в Евфрат, теперь Киркесья Иерабл или Джирба (Ономастикон, 954); здесь Нехао потерпел поражение от Навуходоносора (Иер 46:2). Когда Нехао на флоте прибыл к берегам Палестины и высадился у приморского города Акко (по известию Геродота II, 16) — Птолемаиды (Ономастикон, 64). Иосия или в качестве вассала ассирийского царя, или из-за опасений за целость своих владений счел нужным, несмотря на успокоительные разъяснения Нехао (2 Пар 35:21), выйти с войском навстречу ему и сразиться, и в битве при Мегиддо (ср. 3 Цар 4:12 и прим.), у Геродота Μάγδωλος, на поле или урочище Гададриммон (Зах 12:11), египетские стрелки смертельно ранили Иосию, и он умер в Иерусалиме, оплаканный всей Иудеей и Иерусалимом; оплакивали благочестивого царя и пророк Иеремия в своей элегии, а равно и другие певцы и певицы в плачевных песнях, кинот (2 Пар 35:24-25). Этот плач выражал, что дни политического существования Иудеи отселе были сочтены: по смерти Иосии царство Иудейское просуществовало еще два десятилетия, но это было жалкое существованием данницы Вавилона. Преемником Иосии народ помазал почему-то не старшего сына его (ср. ст. 36), а младшего Иоахаза или, по Иер 22:11 и сл. Саллума (ср. 1 Пар 3:31), быть может, считая его более достойным, но он нимало не оправдал этих надежд (Иер 22:11 и далее).


23:31-35 О Ливне см. замеч. к 19:8. Ривла, у LXX-ти Βήλα, ‘Ρεβαάμι, Вульгата: Rebia, слав.: Ревлаам.


Вила (Ономастикон, 274) — город на северо-восточной границе земли обетованной (Чис 34:11), на Оронте, теперь Рибле, между Хамсом (Емеса) и Баальбеком. Сюда Нехао заключает лишенного им царства (после 3-месячного царствования) Иоахаза (ст. 33), здесь же после Навуходоносор ослепил Седекию (25:6), затем уморил вельмож Иудиных (25:21). По-видимому, Ривла была главной квартирой Нехао, а после Навуходоносора. Вместо Иоахаза Нехао ставит царем Иудеи старшего сына Иосии Елиакима, переменив ему имя на Иоаким — в знак (ср. Быт 41:45; Дан 1:7) его вассальной зависимости от себя (так после поступил Навуходоносор в отношении Матфании-Седекии, 24:17). Возложенная египетским фараоном дань на Иудею разложена была (как некогда в Израильском царстве при Менаиме, 4 Цар 15:19) на собственников земельных участков, даже и бедных (ам-гаарец).


23:36 Рума, у LXX-ти ’Αρημά, Вульгата: Ruma, вероятно, тождественна с Арума, близ Сихема (Суд 9:41. Иосиф Флавий. Иудейская война III, 7, §21), теперь Хирбет Рума к югу от равнины Асохис (Ономастикон, 798). Иоаким царствовал 11 лет, с 609 по 598 гг. (ст. 36; 2 Пар 35:5). Нечестивое царствование его, полное измены истинной религии и обильное всякими неправдами (Иер 7:9 сл.; 17:2; 19:4 и сл.; 22:13-17; Иез 8:9-17; Авв 2:9-14), было истинным бедствием для Иудеи, роковым образом увлекавшим его к гибели.


3-я и 4-я книги Царств в еврейской Библии первоначально составляли одну книгу «Цари», евр. Melachim, и только с начала XVI в. по Р. Х. эта книга является разделенной на две — начиная с Бомбергского издания еврейской Библии 1517 года, две части неразделенной прежде книги называются особыми титлами: Melachim I и Melachim II, — несомненно, под влиянием греческой Библии LXX-ти, в которой с самого начала были две книги, в связи с книгами Самуила (или 1 и 2 Царств) именовавшиеся: βασιλείων τρίτη, βασιλείων τετάρτη. Однако в этой греческой версии, с одной стороны, не вполне точной является самая терминология — передача melachim (цари) через βασιλειαί (царства). Блаженный Иероним говорит: «Melachim, id est Regum, qui tertio et quarto Regum (Regnorum) volumine continetur... Metiusque multo Melachim id est Regum, quam Mamlachoth id est Regnorum dicere. Non enim multarum gentium regna describit, sed unius israelitici populi». Действительно, 3-я и 4-я книги Царств содержат в себе историю собственно царской власти и царей (не теократии вообще) у одного и того же еврейского народа, почему название «Цари» более отвечает их содержанию, чем «Царства». С другой стороны, не имеет реального основания разделение единой в себе истории на две книги: последняя глава 3-й кн. Царств, 3 Цар 22, и 4 Цар 1, излагающие одну историю царя израильского Охозии, только искусственно могли быть разделены по двум книгам. В действительности же обе книги и по форме, и по содержанию представляют единое неделимое целое, имея в отношении единства и законченности даже преимущество пред другими библейскими ветхозаветными книгами. Начинаются они историей славнейшего из еврейских царей Соломона, которому промыслом Божиим назначено было построить единственный по закону храм Иегове; а заканчиваются изображением гибели Иудейского царства, прекращением династии Давида и сожжения храма Иерусалимского, и таким образом содержат историю целого, вполне законченного периода библейско-еврейской истории (ср. 3 Цар 6:1): если период от исхода евреев из Египта до Соломона был переходным временем странствования и войн, и еще Давид был «человеком войны» (1 Пар 28:3), а в религиозном отношении означенное время было периодом подвижного святилища — скинии (2 Цар 7:6-7), то с Соломона, «мужа мира» (1 Пар 22:9), для Израиля наступило время всецелого, покойного, прочного владения обетованной землей (2 Цар 7:10-11; 3 Цар 5:3-4), соответственно чему именно Соломон построил неподвижный «дом» имени Иеговы (2 Цар 7:13; 3 Цар 5:5; 3 Цар 6:12.38; 3 Цар 7:51).

Единство обеих книг простирается также на форму изложения, стиля и писательских приемов священного автора. Через всю книгу проходит одна, строго выдержанная точка зрения — теократическое воззрение о зависимости исторических судеб Израиля от искренности и чистоты его веры; всюду здесь встречаются замечания поучительного, религиозно-нравственного свойства, так что истории «царей» еврейских есть, можно сказать, церковно-историческое произведение на ветхозаветной почве. Форма и метод историографии 3-й и 4-й книг Царств строго определенны и одинаковы на всем их протяжении: о каждом царе сообщается время вступления его на царство, определяется общая продолжительность его царствования, делается характеристика и более или менее подробное описание его деятельности; наконец, дата смерти и указание источника сведений о данном царе. Период времени, обнимаемый содержанием 3-й и 4-й книг Царств равняется приблизительно четыремстам пятидесяти лет: с воцарения Соломона — около 1015 года до Р. Х. до освобождения в Вавилоне из темницы царя Иехонии (4 Цар 25:27-30) в 37 году по его переселении в плен, т. е. (599 г. — 37 лет =) в 562 году до Р. Х. По Иосифу Флавию (Иудейские древности X, 8, §4), цари из рода Давидова царствовали 514 лет, следовательно без Давида, царствование которого описано в 2 Цар, — 474 года; сожжение храма, по мнению названного историка (там же, §5), произошло спустя 476 лет после его сооружения1По вычислениям И. Спасского (впоследствии † Сергия, архиепископа владимирского), от заложения храма до его разрушения прошло 407 лет. Исследование библейской хронологии. Киев, 1857, с. 131. . Этот период истории Израиля сам собой распадается на три меньших периода или эпохи, соответственно которым могут быть разделены на три части и 3-й и 4-й книг Царств: 1) период царствования Соломона, 3 Цар 1:11; 2) период синхронистической истории обоих царств Еврейских, Иудейского и Израильского, от разделения до падения северного — Израильского царства, 3 Цар 124 Цар 17:3) период одиночного существования южного — Иудейского царства с момента разрушения Израильского царства до падения Иерусалима и Иудеи под оружием халдеев, 4 Цар 18-25. Для каждой из этих эпох священный писатель имел у себя свой особый источник: а) для истории Соломона таким источником была «Книга дел Соломоновых», евр.: Sepher dibre — Schelomoh, LXX: βιβλίον τω̃ν ῥημάτων Σαλομών, Вульгата: Liber verborum dierum Salomonis, слав.: «Книга словес Соломоних» (3 Цар 11:41); б) для истории царей южного царства, от Ровоама до Иоакима включительно, — «Летопись царей иудейских», Sepher dibre — hajiamimlemalche Iehudah, βιβλίον λόγων τω̃ν ἡμερω̃ν τοι̃ς βασιλευ̃σιν ’Ιου̃δα, Liber verborum dierum regum Juda, Книга словес царей Иудиных (3 Цар 14:29; 3 Цар 15:7; 3 Цар 22:46; 4 Цар 8:23; 4 Цар 12:20; 4 Цар 14:18; 4 Цар 15:6.15.36; 4 Цар 24:5 и др.) и в) для истории царей северного царства — «Летопись царей Израильских» (3 Цар 14:19; 3 Цар 15:31; 3 Цар 16:5.14.20.27; 3 Цар 22:39; 4 Цар 1:18; 4 Цар 10:34; 4 Цар 13:8.12 и др.). Содержание и характер цитируемых источников остаются неизвестными; однако не подлежит сомнению, что они были отдельными, самостоятельными произведениями (для каждой из трех указанных эпох священный писатель пользуется каким-либо одним источником, не упоминая о двух других); что они содержали более того, что заимствовал из них писатель (обычная его формула: «прочие дела писаны в книге») и что при написании 3-й и 4-й книг Царств означенные источники не только существовали, но и были в весьма большой известности у народа. Из снесения рассматриваемых цитат из книг Царств с параллельными им местами из книги 2 Паралипоменон можно видеть, что все три упомянутых источника были писаниями пророков, которые вообще были единственными историографами в библейской древности (ср. 3 Цар 11:41 с 2 Пар 9:29; 3 Цар 14:21 с 2 Пар 12:15; 3 Цар 15:1-8 с 2 Пар 13:22; ср. также 4 Цар 18:13-20:19 с Ис 36-39; Иер 52 с 4 Цар 24-25). Напротив, мнение (Делича и др.) о светском происхождении летописей царей, послуживших источниками для 3-й и 4-й книг Царств, — о составлении их упомянутыми в 2 Цар 8:16; 3 Цар 4:3 mazkir’ами (LXX: ὑπομνηματόγραφος, слав.: памятописец, русск.: дееписатель), не может найти себе подтверждения в библейском тексте. По словам блаженного Феодорита, «каждый пророк имел обычай описывать события, в его время совершавшиеся, ему современные. Другие же, совокупив это воедино, составили книги Царств» (Толкование на книги Царств, предисловие, см. вопр. 4 на 2 Цар и 49 на 4 Цар). Боговдохновенное достоинство книг Царств этим само собою предполагается.

Время написания 3-й и 4-й книг Царств может быть с вероятностью определено — из упоминания об освобождении Иехонии (562 г.) и отсутствия в книгах указания о конце плена и указе Кира (536 г.) — второй половиной вавилонского плена, около половины VI столетия до Р. Х. Писатель книг неизвестен: определенных указаний на автора в книгах нет. Талмудическое предание (Бава-Батра, 15a) считает писателем 3-й и 4-й книг Царств пророка Иеремию. Но если в пользу этого предположения могло бы говорить сходство некоторых мест из книг Царств с книгами пророка Иеремии (ср. 4 Цар 25 с Иер 52), то прямо против него говорят: а) время и б) место написания 3-й и 4-й книг Царств, поскольку это время и место могут быть определены с вероятностью. Мы видели, что 3-й и 4-й книг Царств могли быть написаны не ранее второй половины плена вавилонского; в таком случае пророк Иеремия был бы тогда уже столетним старцем; но известно, что пророк Иеремия в первые же годы пленения уведен был иудеями в Египет (Иер 43:6), где вскоре принял мученическую смерть от соплеменников (ср. Четьи-Минеи, под 1 мая). Невероятно также, чтобы Египет был местом написания 3-й и 4-й книг Царств: не для малой группы египетских беглецов из иудеев требовалось составление такого произведения, а для основной части народа Божия, т. е. плененной в Вавилоне. Последний и является вероятным местом происхождения обеих книг (указание на это видели, между прочим, в 3 Цар 4:24, Евр 5:4), и если указаний на жизнь Египта в наших книгах почти нет, то вавилонская жизнь и события из истории Ново-Халдейского царства многоразлично отразились в этих книгах. Но если пророк Иеремия не был писателем 3-й и 4-й книг Царств, то он все же влиял своей книгой на священного писателя 3-й и 4-й книг Царств (ср. Иер 52 и 4 Цар 25). Принятие книг в канон (в раздел «nebiim rischonim» — «пророки первые, раннейшие») во всяком случае говорит о высоком достоинстве и авторитете их в иудейской церкви. Цель книг нравоучительная — показать, что «пока Израиль умел пользоваться божественным промышлением, он жил в мире и тишине, и все ему были покорны; но когда он терял помощь Божию, он подвергался неприятным нападениям» (Блаж. Феодорит. Толк. на 4 Цар, вопр. 31).

Исторические книги


По принятому в греко-славянской и латинской Библиях делению ветхозаветных книг по содержанию, историческими (каноническими) книгами считаются в них книги Иисуса Навина, Судей, Руфь, четыре книги Царств, две Паралипоменон, 1-я книга Ездры, Неемии и Есфирь. Подобное исчисление встречается уже в 85-м апостольском правиле 1, четвертом огласительном поучении Кирилла Иерусалимского, Синайском списке перевода LXX и отчасти в 60-м правиле Лаодикийского собора 350 г.: Есфирь поставлена в нем между книгами Руфь и Царств 2. Равным образом и термин «исторические книги» известен из того же четвертого огласительного поучения Кирилла Иерусалимского и сочинения Григория Богослова «О том, какие подобает чести кн. Ветхого и Нового Завета» (книга Правил, с. 372–373). У названных отцов церкви он имеет, впрочем, несколько иной, чем теперь, смысл: название «исторические книги» дается ими не только «историческим книгам» греко-славянского и латинского перевода, но и всему Пятикнижию. «Исторических книг древнейших еврейских премудростей, – говорит Григорий Богослов, – двенадцать. Первая – Бытие, потом Исход, Левит, потом Числа, Второзаконие, потом Иисус и Судии, восьмая Руфь. Девятая и десятая книги – Деяния Царств, Паралипоменон и последнею имееши Ездру». «Читай, – отвечает Кирилл Иерусалимский, – божественных писаний Ветхого завета 22 книги, переведенных LXX толковниками, и не смешивай их с апокрифами… Это двадцать две книги суть: закона Моисеева первые пять книг: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие. Затем Иисуса сына Навина, Судей с Руфью составляют одну седьмую книгу. Прочих исторических книг первая и вторая Царств, у евреев составляющая одну книгу, также третья и четвертая, составляющие одну же книгу. Подобно этому, у них и Паралипоменон первая и вторая считаются за одну книгу, и Ездры первая и вторая (по нашему Неемии) считаются за одну книгу. Двенадцатая книга – Есфирь. Таковы исторические книги».

Что касается еврейской Библии, то ей чужд как самый раздел «исторических книг», так и греко-славянское и латинское их распределение. Книги Иисуса Навина, Судей и четыре книги Царств причисляются в ней к «пророкам», а Руфь, две книги Паралипоменон, Ездры – Неемии и Есфирь – к разделу «кегубим» – священным писаниям. Первые, т. е. кн. Иисуса Навина, Судей и Царств занимают начальное место среди пророческих, Руфь – пятое, Есфирь – восьмое и Ездры, Неемии и Паралипоменон – последние места среди «писаний». Гораздо ближе к делению LXX стоит распорядок книг у Иосифа Флавия. Его слова: «От смерти Моисея до правления Артаксеркса пророки после Моисея записали в 13 книгах совершившееся при них» (Против Аппиона, I, 8), дают понять, что он считал кн. Иисуса Навина – Есфирь книгами характера исторического. Того же взгляда держался, по-видимому, и Иисус сын Сирахов, В разделе «писаний» он различает «премудрые словеса́... и... повести» (Сир 44.3–5), т. е. учительные и исторические книги. Последними же могли быть только Руфь, Паралипоменон, Ездры, Неемии и Есфирь. Принятое в еврейской Библии включение их в раздел «писаний» объясняется отчасти тем, что авторам некоторых из них, например Ездры – Неемии, не было усвоено в еврейском богословии наименования «пророк», отчасти их характером, в них виден историк учитель и проповедник. Сообразно с этим весь третий раздел и называется в некоторых талмудических трактатах «премудростью».

Относя одну часть наших исторических книг к разделу пророков, «узнавших по вдохновенно от Бога раннейшее, а о бывшем при них писавших с мудростью» (Иосиф Флавий. Против Аппиона I, 7), и другую – к «писаниям», каковое название дается всему составу ветхозаветных канонических книг, иудейская церковь тем самым признала их за произведения богодухновенные. Вполне определенно и ясно высказан этот взгляд в словах Иосифа Флавия: «У иудеев не всякий человек может быть священным писателем, но только пророк, пишущий по Божественному вдохновенно, почему все священные еврейские книги (числом 22) справедливо могут быть названы Божественными» (Против Аппиона I, 8). Позднее, как видно из талмудического трактата Мегилла, поднимался спор о богодухновенности книг Руфь и Есфирь; но в результате его они признаны написанными Духом Святым. Одинакового с ветхозаветной церковью взгляда на богодухновенность исторических книг держится и церковь новозаветная (см. выше 85 Апостольское правило).

Согласно со своим названием, исторические книги налагают историю религиозно-нравственной и гражданской жизни народа еврейского, начиная с завоевания Ханаана при Иисусе Навине (1480–1442 г. до Р. X.) и кончая возвращением евреев из Вавилона во главе с Неемиею при Артаксерксе I (445 г. до Р. X.), на время правления которого падают также события, описанные в книге Есфирь. Имевшие место в течение данного периода факты излагаются в исторических книгах или вполне объективно, или же рассматриваются с теократической точки зрения. Последняя устанавливала, с одной стороны, строгое различие между должными и недолжными явлениями в области религии, а с другой, признавала полную зависимость жизни гражданской и политической от веры в истинного Бога. В зависимости от этого излагаемая при свете идеи теократии история народа еврейского представляет ряд нормальных и ненормальных религиозных явлений, сопровождавшихся то возвышением, подъемом политической жизни, то полным ее упадком. Подобная точка зрения свойственна преимущественно 3–4 кн. Царств, кн. Паралипоменон и некоторым частям кн. Ездры и Неемии (Неем 9.1). Обнимаемый историческими книгами тысячелетний период жизни народа еврейского распадается в зависимости от внутренней, причинной связи явлении на несколько отдельных эпох. Из них время Иисуса Навина, ознаменованное завоеванием Палестины, представляет переходный момент от жизни кочевой к оседлой. Первые шаги ее в период Судей (1442–1094) были не особенно удачны. Лишившись со смертью Иисуса Навина политического вождя, евреи распались на двенадцать самостоятельных республик, утративших сознание национального единства. Оно сменилось племенной рознью, и притом настолько сильною, что колена не принимают участие в обшей политической жизни страны, живут до того изолированно, замкнуто, что не желают помочь друг другу даже в дни несчастий (Суд.5.15–17, 6.35, 8.1). В таком же точно жалком состоянии находилась и религиозно-нравственная жизнь. Безнравственность сделалась настолько всеобщей, что прелюбодейное сожительство считалось обычным делом и как бы заменяло брак, а в некоторых городах развелись гнусные пороки времен Содома и Гоморры (Суд.19). Одновременно с этим была забыта истинная религия, – ее место заняли суеверия, распространяемые бродячими левитами (Суд.17). Отсутствие в период судей, сдерживающих начал в виде религии и постоянной светской власти, завершилось в конце концов полной разнузданностью: «каждый делал то, что ему казалось справедливым» (Суд.21.25). Но эти же отрицательные стороны и явления оказались благодетельными в том отношении, что подготовили установление царской власти; период судей оказался переходным временем к периоду царей. Племенная рознь и вызываемое ею бессилие говорили народу о необходимости постоянной, прочной власти, польза которой доказывалась деятельностью каждого судьи и особенно Самуила, успевшего объединить своей личностью всех израильтян (1Цар 7.15–17). И так как, с другой стороны, такой сдерживающей народ силой не могла быть религия, – он еще недоразвился до того, чтобы руководиться духовным началом, – то объединение могло исходить от земной власти, какова власть царская. И, действительно, воцарение Саула положило, хотя и не надолго, конец племенной розни евреев: по его призыву собираются на войну с Каасом Аммонитским «сыны Израилевы... и мужи Иудины» (1Цар 11.8). Скорее военачальник, чем правитель, Саул оправдал народное желание видеть в царе сильного властью полководца (1Цар 8.20), он одержал целый ряд побед над окрестными народами (1Цар 14.47–48) и как герой погиб в битве на горах Гелвуйских (1Цар 31). С его смертью во всей силе сказалась племенная рознь периода Судей: колено Иудово, стоявшее прежде одиноко от других, признало теперь своим царем Давида (2Цар 2.4), а остальные подчинились сыну Саула Иевосфею (2Цар 2.8–9). Через семь с половиной лет после этого власть над Иудою и Израилем перешла в руки Давида (2Цар 5.1–3), и целью его правления становится уничтожение племенной розни, при посредстве чего он рассчитывает удержать престол за собой и своим домом. Ее достижению способствуют и постоянные войны, как общенародное дело, они поддерживают сознание национального единства и отвлекают внимание от дел внутренней жизни, всегда могущих подать повод к раздорам, и целый ряд реформ, направленных к уравнению всех колен пред законом. Так, устройство постоянной армии, разделенной по числу колен на двенадцать частей, причем каждая несет ежемесячную службу в Иерусалиме (1Пар 27.1), уравнивает народ по отношению к военной службе. Превращение нейтрального города Иерусалима в религиозный и гражданский центр не возвышает никакое колено в религиозном и гражданском отношении. Назначение для всего народа одинаковых судей-левитов (1Пар 26.29–30) и сохранение за каждым коленом местного племенного самоуправления (1Пар 27.16–22) уравнивает всех пред судом. Поддерживая равенство колен и тем не давая повода к проявлению племенной розни, Давид остается в то же самое время в полном смысле самодержавным монархом. В его руках сосредоточивается власть военная и гражданская: первая через посредство подчиненного ему главнокомандующего армией Иоава (1Пар 27.34), вторая через посредство первосвященника Садока, начальника левитов-судей.

Правление сына и преемника Давидова Соломона обратило ни во что результат царствования его отца. Необыкновенная роскошь двора Соломона требовала громадных расходов и соответствующих налогов на народ. Его средства шли теперь не на общегосударственное дело, как при Давиде, а на удовлетворение личных нужд царя и его придворных. Одновременно с этим оказался извращенным правый суд времени Давида: исчезло равенство всех и каждого пред законом. На этой почве (3Цар 12.4) возникло народное недовольство, перешедшее затем в открытое возмущение (3Цар 11.26. Подавленное Соломоном, оно вновь заявило себя при Ровоаме (3Цар 12) и на этот раз разрешилось отделением от дома Давидова 10 колен (3Цар 12.20). Ближайшим поводом к нему служило недовольство Соломоном, наложившим на народ тяжелое иго (3Цар 12.4), и нежелание Ровоама облегчить его. Но судя по словам отделившихся колен: «нет нам доли в сыне Иессеевом» (3Цар 12.16), т. е. у нас нет с ним ничего общего; мы не принадлежим ему, как Иуда, по происхождению, причина разделения в той племенной, коленной розни, которая проходила через весь период Судей и на время стихает при Сауле, Давиде и Соломоне.

Разделением единого царства (980 г. до Р. Х.) на два – Иудейское и Израильское – было положено начало ослаблению могущества народа еврейского. Последствия этого рода сказались прежде всего в истории десятиколенного царства. Его силам наносят чувствительный удар войны с Иудою. Начатые Ровоамом (3Цар 12.21, 14.30; 2Пар 11.1, 12.15), они продолжаются при Авии, избившем 500 000 израильтян (2Пар 13.17) и отнявшем у Иеровоама целый ряд городов (2Пар 13.19), и на время заканчиваются при Асе, истребившем при помощи Венадада Сирийского население Аина, Дана, Авел-Беф-Моахи и всей земли Неффалимовой (3Цар 15.20). Обоюдный вред от этой почти 60-тилетней войны был сознан, наконец, в обоих государствах: Ахав и Иосафат вступают в союз, закрепляя его родством царствующих домов (2Пар 18.1), – женитьбою сына Иосафатова Иорама на дочери Ахава Гофолии (2Пар 21.6). Но не успели зажить нанесенные ею раны, как начинаются войны израильтян с сирийцами. С перерывами (3Цар 22.1) и переменным счастьем они проходят через царствование Ахава (3Цар 20), Иорама (4Цар 8.16–28), Ииуя (4Цар 10.5–36), Иоахаза (4Цар 13.1–9) и Иоаса (4Цар 13.10–13) и настолько ослабляют военную силу израильтян, что у Иохаза остается только 50 всадников, 10 колесниц и 10 000 пехоты (4Цар 13.7). Все остальное, как прах, развеял Азаил Сирийский, (Ibid: ср. 4Цар 8.12). Одновременно с сирийцами израильтяне ведут при Иоасе войну с иудеями (4Цар 14.9–14, 2Пар 25.17–24) и при Иеровоаме II возвращают, конечно, не без потерь в людях, пределы своих прежних владений от края Емафского до моря пустыни (4Цар 14.25). Обессиленные целым рядом этих войн, израильтяне оказываются, наконец, не в силах выдержать натиск своих последних врагов – ассириян, положивших конец существованию десятиколенного царства. В качестве самостоятельного государства десятиколенное царство просуществовало 259 лет (960–721). Оно пало, истощив свои силы в целом ряде непрерывных войн. В ином свете представляется за это время состояние двухколенного царства. Оно не только не слабеет, но скорее усиливается. Действительно, в начале своего существования двухколенное царство располагало лишь 120 000 или по счислению александрийского списка 180 000 воинов и потому, естественно, не могло отразить нашествия египетского фараона Сусакима. Он взял укрепленные города Иудеи, разграбил самый Иерусалим и сделал иудеев своими данниками (2Пар 12.4, 8–9). Впоследствии же число вооруженных и способных к войне было увеличено теми недовольными религиозной реформой Иеровоама I израильтянами (не считая левитов), которые перешли на сторону Ровоама, укрепили и поддерживали его царство (2Пар 11.17). Сравнительно благоприятно отозвались на двухколенном царстве и его войны с десятиколенным. По крайней мере, Авия отнимает у Иеровоама Вефиль, Иешон и Ефрон с зависящими от них городами (2Пар 13.19), а его преемник Аса в состоянии выставить против Зарая Эфиоплянина 580 000 воинов (2Пар 14.8). Относительная слабость двухколенного царства сказывается лишь в том, что тот же Аса не может один вести войну с Ваасою и приглашает на помощь Венадада сирийского (3Цар 15.18–19). При сыне и преемнике Асы Иосафате двухколенное царство крепнет еще более. Не увлекаясь жаждой завоеваний, он посвящает свою деятельность упорядочению внутренней жизни государства, предпринимает попытку исправить религиозно-нравственную жизнь народа, заботится о его просвещении (2Пар 17.7–10), об урегулировании суда и судебных учреждений (2Пар 19.5–11), строит новые крепости (2Пар 17.12) и т. п. Проведение в жизнь этих предначертаний требовало, конечно, мира с соседями. Из них филистимляне и идумеяне усмиряются силой оружия (2Пар 17.10–11), а с десятиколенным царством заключается политический и родственный союз (2Пар 18.1). Необходимый для Иосафата, как средство к выполнению вышеуказанных реформ, этот последний сделался с течением времени источником бедствий и несчастий для двухколенного царства. По представлению автора Паралипоменон (2Пар 21), они выразились в отложении Иудеи при Иораме покоренной Иосафатом Идумеи (2Пар.21.10), в счастливом набеге на Иудею и самый Иерусалим филистимлян и аравийских племен (2Пар.21.16–17), в возмущении жителей священнического города Ливны (2Пар.21.10) и в бесполезной войне с сирийцами (2Пар 22.5). Сказавшееся в этих фактах (см. еще 2Пар 21.2–4, 22.10) разложение двухколенного царства было остановлено деятельностью первосвященника Иоддая, воспитателя сына Охозии Иоаса, но с его смертью сказалось с новой силой. Не успевшее окрепнуть от бедствий и неурядиц прошлых царствований, оно подвергается теперь нападению соседей. Именно филистимляне захватывают в плен иудеев и ведут ими торговлю как рабами (Иоиль 3.6, Ам 1.9); идумеяне делают частые вторжения в пределы Иудеи и жестоко распоряжаются с пленниками (Ам 1.6, Иоиль 3.19); наконец, Азаил сирийский, отняв Геф, переносит оружие на самый Иерусалим, и снова царство Иудейское покупает себе свободу дорогой ценой сокровищ царского дома и храма (4Цар 12.18). Правлением сына Иоаса Амасии кончается время бедствий (несчастная война с десятиколенным царством – 4Цар 14.9–14,, 2Пар 25.17–24 и вторжение идумеев – Ам 9.12), а при его преемниках Озии прокаженном и Иоафаме двухколенное царство возвращает славу времен Давида и Соломона. Первый подчиняет на юге идумеев и овладевает гаванью Елафом, на западе сокрушает силу филистимлян, а на востоке ему платят дань аммонитяне (2Пар 26.6–8). Могущество Озии было настолько значительно, что, по свидетельству клинообразных надписей, он выдержал натиск Феглафелассара III. Обеспеченное извне двухколенное царство широко и свободно развивало теперь и свое внутреннее экономическое благосостояние, причем сам царь был первым и ревностным покровителем народного хозяйства (2Пар 26.10). С развитием внутреннего благосостояния широко развилась также торговля, послужившая источником народного обогащения (Ис 2.7). Славному предшественнику последовал не менее славный и достойный преемник Иоафам. За время их правления Иудейское царство как бы собирается с силами для предстоящей борьбы с ассириянами. Неизбежность последней становится ясной уже при Ахазе, пригласившем Феглафелассара для защиты от нападения Рецина, Факея, идумеян и филистимлян (2Пар 28.5–18). По выражению Вигуру, он, сам того не замечая, просил волка, чтобы тот поглотил его стадо, (Die Bibel und die neueren Entdeckungen. S. 98). И действительно, Феглафелассар освободил Ахаза от врагов, но в то же время наложил на него дань ((2Пар 28.21). Неизвестно, как бы сказалась зависимость от Ассирии на дальнейшей истории двухколенного царства, если бы не падение Самарии и отказ преемника Ахаза Езекии платить ассириянам дань и переход его, вопреки совету пророка Исаии, на сторону египтян (Ис 30.7, 15, 31.1–3). Первое событие лишало Иудейское царство последнего прикрытия со стороны Ассирии; теперь доступ в его пределы открыт, и путь к границам проложен. Второе окончательно предрешило судьбу Иудеи. Союз с Египтом, перешедший с течением времени в вассальную зависимость, заставил ее принять участие сперва в борьбе с Ассирией, а потом с Вавилоном. Из первой она вышла обессиленной, а вторая привела ее к окончательной гибели. В качестве союзницы Египта, с которым вели при Езекии борьбу Ассирияне, Иудея подверглась нашествию Сеннахерима. По свидетельству оставленной им надписи, он завоевал 46 городов, захватил множество припасов и военных материалов и отвел в плен 200 150 человек (Schrader jbid S. 302–4; 298). Кроме того, им была наложена на Иудею громадная дань (4Цар 18.14–16). Союз с Египтом и надежда на его помощь не принесли двухколенному царству пользы. И, тем не менее, преемник Езекии Манассия остается сторонником египтян. Как таковой, он во время похода Ассаргадона против Египта делается его данником, заковывается в оковы и отправляется в Вавилон (2Пар 33.11). Начавшееся при преемнике Ассаргадона Ассурбанипале ослабление Ассирии сделало для Иудеи ненужным союз с Египтом. Мало этого, современник данного события Иосия пытается остановить завоевательные стремления фараона египетского Нехао (2Пар 35.20), но погибает в битве при Мегиддоне (2Пар 35.23). С его смертью Иудея становится в вассальную зависимость от Египта (4Цар 23.33, 2Пар 36.1–4), а последнее обстоятельство вовлекает ее в борьбу с Вавилоном. Стремление Нехао утвердиться, пользуясь падением Ниневии, в приефратских областях встретило отпор со стороны сына Набополассара Навуходоноора. В 605 г. до Р. X. Нехао был разбит им в битве при Кархемыше. Через четыре года после этого Навуходоносор уже сам предпринял поход против Египта и в целях обезопасить себе тыл подчинил своей власти подвластных ему царей, в том числе и Иоакима иудейского (4Цар 24.1, 2Пар 36.5). От Египта Иудея перешла в руки вавилонян и под условием верности их могла бы сохранить свое существование. Но ее сгубила надежда на тот же Египет. Уверенный в его помощи, второй преемник Иоакима Седекия (Иер 37.5, Иез 17.15) отложился от Навуходоносора (4Цар 24.20, 2Пар 36.13), навлек нашествие вавилонян (4Цар 25.1, 2Пар 36.17) и, не получив поддержки от египетского фараона Офры (Иер 37.7), погиб сам и погубил страну.

Если международные отношения Иудеи сводятся к непрерывным войнам, то внутренняя жизнь характеризуется борьбой с язычеством. Длившаяся на протяжении всей истории двухколенного царства, она не доставила торжества истинной религии. Языческим начало оно свое существование при Ровоаме (3Цар 14.22–24, 2Пар 11.13–17), языческим и кончило свою политическую жизнь (4Цар 24.19, 2Пар 36.12). Причины подобного явления заключались прежде всего в том, что борьба с язычеством велась чисто внешними средствами, сводилась к одному истреблению памятников язычества. Единственное исключение в данном отношении представляет деятельность Иосафата, Иосии и отчасти Езекии. Первый составляет особую комиссию из князей, священников и левитов, поручает ей проходить по всем городам иудиным и учить народ (2Пар 17.7–10); второй предпринимает публичное чтение закона (4Цар 23.1–2, 2Пар 34.30) и третий устраивает торжественное празднование Пасхи (2Пар 30.26). Остальные же цари ограничиваются уничтожением идолов, вырубанием священных дубрав и т. п. И если даже деятельность Иосафата не принесла существенной пользы: «народ еще не обратил твердо сердца своего к Богу отцов своих» (2Пар 20.33), то само собой понятно, что одни внешние меры не могли уничтожить языческой настроенности народа, тяготения его сердца и ума к богам окрестных народов. Поэтому, как только умирал царь гонитель язычества, язычествующая нация восстановляла разрушенное и воздвигала новые капища для своих кумиров; ревнителям религии Иеговы вновь приходилось начинать дело своих благочестивых предшественников (2Пар 14.3, 15.8, 17.6 и т. п.). Благодаря подобным обстоятельствам, религия Иеговы и язычество оказывались далеко неравными силами. На стороне последнего было сочувствие народа; оно усвоялось евреем как бы с молоком матери, от юности входило в его плоть и кровь; первая имела за себя царей и насильно навязывалась ими нации. Неудивительно поэтому, что она не только была для нее совершенно чуждой, но и казалась прямо враждебной. Репрессивные меры только поддерживали данное чувство, сплачивали язычествующую массу, не приводили к покорности, а, наоборот, вызывали на борьбу с законом Иеговы. Таков, между прочим, результат реформ Езекии и Иоссии. При преемнике первого Манассии «пролилась невинная кровь, и Иерусалим... наполнился ею... от края до края» (4Цар 21.16), т. е. началось избиение служителей Иеговы усилившеюся языческой партией. Равным образом и реформа Иосии, проведенная с редкою решительностью, помогла сосредоточению сил язычников, и в начавшейся затем борьбе со сторонниками религии они подорвали все основы теократии, между прочим, пророчество и священство, в целях ослабления первого язычествующая партия избрала и выдвинула ложных пророков, обещавших мир и уверявших, что никакое зло не постигнет государство (Иер 23.6). Подорвано было ею и священство: оно выставило лишь одних недостойных представителей (Иер 23.3). Реформа Иосии была последним актом вековой борьбы благочестия с язычеством. После нее уж не было больше и попыток к поддержанию истинной религии; и в плен Вавилонский евреи пошли настоящими язычниками.

Плен Вавилонский, лишив евреев политической самостоятельности, произвел на них отрезвляющее действие в религиозном отношении. Его современники воочию убедились в истинности пророческих угроз и увещаний, – в справедливости того положения, что вся жизнь Израиля зависит от Бога, от верности Его закону. Как прямой и непосредственный результат подобного сознания, возникает желание возврата к древним и вечным истинам и силам, которые некогда создали общество, во все времена давали спасение и, хотя часто забывались и пренебрегались, однако всегда признавались могущими дать спасение. На этот-то путь и вступила прибывшая в Иудею община. В качестве подготовительного условия для проведения в жизнь религии Иеговы ею было выполнено требование закона Моисеева о полном и всецелом отделении евреев от окрестных народов (расторжение смешанных браков при Ездре и Неемии). В основу дальнейшей жизни и истории теперь полагается принцип обособления, изолированности.


* * *


1 «Для всех вас, принадлежащих к клиру и мирянам, чтимыми и святыми да будут книги Ветхого Завета: Моисеевых пять (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие), Иисуса Навина едина, Судей едина, Руфь едина, Царств четыре, Паралипоменон две, Ездры две, Есфирь едина».

2 «Читать подобает книги Ветхого Завета: Бытие мира, Исход из Египта, Левит, Числа, Второзаконие, Иисуса Навина, Судии и Руфь, Есфирь, Царств первая и вторая, Царств третья и четвертая, Паралипоменон первая и вторая, Ездры первая и вторая».

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

21:12 Зазвенит в ушах - устойчивое выражение, передающее необыкновенный ужас от надвигающегося бедствия.


21:13 Букв.: над Иерусалимом будет протянут тот же шнур, что и над Самарией - символический образ, указывающий на меру заслуженного возмездия.


22:4 Или: посчитать. Друг. возм. пер.: переплавить.


22:14 Или: во второй части города.


23:11 Или: евнуха.


23:21 Букв.: совершите Пасху. О Пасхе см. Исх 12:1-20.


23:24 Или: удалил.


23:33 а) Т.е. ок. 3,4 т.


23:33 б) Т.е. ок. 34 кг.


Царь Иосия повелел священнику Хилкии: …«Идите и вопросите Господа обо мне, о народе и обо всей Иудее - как понимать слова этой найденной книги? Ибо велик гнев Господень, возгорится он на нас за то, что не послушали наши праотцы слов этой книги, не исполняли всего написанного о нас!» (22:3-13)

Так спустя столетия после смерти Моисея была заново открыта Книга Закона - того самого Моисеева закона, по которому должен был жить Израиль. Если народу было дано Откровение, это еще не значит, что он всегда будет его хранить и уж тем более жить в соответствии с ним. Не единожды в мировой истории самые разные народы и люди с удивлением и горьким раскаянием заново открывали для себя те заветы, которые они когда-то не сберегли, о которых давно забыли!

Четвертая книга царств в иудейской традиции называется Второй книгой царей. Охватывая мрачный период в несколько столетий, она приводит историю жизни многих царей как Северного (Израильского), так и Южного (Иудейского) царств. Эта книга рассказывает об упадке и гибели, и потому так печальна. О большинстве из царей сказано кратко, одна и та же формула неизменно повторяется около десяти раз: «Он творил то, что было злом в глазах Господа». Неизменные нарушения Завета, отступление от Бога, восстановление во многих городах иноземного культа - всё это привело народ и страну к упадку: двери Храма были закрыты, светильники погашены, курения прекращены, всесожжения не приносились. Вопиющим святотатством было, например, установление истукана Астарты в самом Иерусалимском храме (21:7). Гнев Яхве был неотвратим.

И действительно, в результате этого всеобъемлющего кризиса веры и недоверия Богу (в конце VIII в. до Р. Х.) Северное царство пало под ударами ассирийцев, которые выселили множество израильтян в дальние области своей империи, а на их место привезли людей из других народов - так правители Ассирийской империи предотвращали восстания порабощенных народов.

Южное царство тоже подверглось ассирийскому нашествию, но Иерусалим смог выдержать осаду благодаря чуду (гл. 19). Но, возможно, еще и потому, что на общем унылом фоне в Иерусалиме всё же были и достойные цари. Среди них известные богобоязненные цари-реформаторы Езекия (гл. 18-20) и Иосия (гл. 21-23), которые решительно боролись с укоренившимся в народе идолопоклонством (23:4). С Иосией связана еще одна удивительная история: во время ремонта Храма была найдена «книга Закона» (22:8). Что именно это было за книга? Пятикнижие, каким мы знаем его сегодня, или, может быть, одна из его частей, где изложены только заповеди и предписания, быть может, книга Второзаконие?

Между тем духовное прозрение пришло к израильтянам слишком поздно, Иудея была уже на грани национальной катастрофы. В начале VIII в. Иерусалим был взят вавилонянами, которые разрушили и Храм, и город (гл. 24, 25), а жителей выселили в Вавилон - так начался Вавилонский плен.

Слабая надежда на возрождение появляется лишь в самом конце этой книги (25:27-30): царь Иехония, находившийся в вавилонском заточении, был выведен из темницы и посажен на почетное место при вавилонском дворе. Быть может, однажды возродится и разрушенное царство на его родине в Иудее?

Но есть в этой книге то, что намного важнее политики, интриг и царских ритуалов - служение пророков. С уходом великого пророка Илии, о котором рассказывала предыдущая книга, его служение не прервалось: Елисей - ученик и продолжатель дела Илии - совершил не меньше чудес и оставил не меньше наставлений для своего народа и всех нас (гл. 2-13).

Встречаем мы в этой книге и самого известного ветхозаветного пророка, Исайю (гл. 19, 20), хотя гораздо подробнее о его служении рассказано в книге, носящей его имя. Но именно Четвертая книга царств показывает нам исторический контекст одного из ключевых моментов его служения: царь Езекия в переломные для судеб страны моменты, в окаянные дни ассирийского нашествия, обращался к пророку Исайе за советом и неизменно стремился следовать воле Божьей, хоть и не всегда был тверд и последователен в этом своем желании. Историческая и пророческая книги сходятся в главном, дополняя друг друга и давая читателю глубину перспективы.

Царства не вечны, исчезают с лица земли города и рушатся храмы, но Слово Божие пребывает вовек, оно раскрывается новым поколениям, исполняется в новые времена - вот какой урок можно вынести из этой трагической книги.

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Получив в предыдущей главе подтверждение неотвратимости наказания для народа, Иосия поступил не совсем обычно... 

 

Вся эта глава посвящена тому, как плохая память, злая воля, глупость и другие столь же неприглядные человеческие... 

 

После смерти Аммона царем стал его сын. Одним из его первых самостоятельных дел был ремонт храма. Наведение внешнего... 

Библиотека

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).