Вся Библия
King James version (en)

Lamentations, Chapter 1

How doth the city sit solitary, that was full of people how is she become as a widow she that was was great among the nations, and princess among the provinces, how is she become tributary
She weepeth sore in the night, and her tears are on her cheeks: among all her lovers she hath none to comfort her: all her friends have dealt treacherously with her, they are become her enemies.
Judah is gone into captivity because of affliction, and because of great servitude: she dwelleth among the heathen, she findeth no rest: all her persecutors overtook her between the straits.
The ways of Zion do mourn, because none come to the solemn feasts: all her gates are desolate: her priests sigh, her virgins are afflicted, and she is in bitterness.
Her adversaries are the chief, her enemies prosper; for the LORD hath afflicted her for the multitude of her transgressions: her children are gone into captivity before the enemy.
And from the daughter of Zion all her beauty is departed: her princes are become like harts that find no pasture, and they are gone without strength before the pursuer.
Jerusalem remembered in the days of her affliction and of her miseries all her pleasant things that she had in the days of old, when her people fell into the hand of the enemy, and none did help her: the adversaries saw her, and did mock at her sabbaths.
Jerusalem hath grievously sinned; therefore she is removed: all that honoured her despise her, because they have seen her nakedness: yea, she sigheth, and turneth backward.
Her filthiness is in her skirts; she remembereth not her last end; therefore she came down wonderfully: she had no comforter. O LORD, behold my affliction: for the enemy hath magnified himself.
10 The adversary hath spread out his hand upon all her pleasant things: for she hath seen that the heathen entered into her sanctuary, whom thou didst command that they should not enter into thy congregation.
11 All her people sigh, they seek bread; they have given their pleasant things for meat to relieve the soul: see, O LORD, and consider; for I am become vile.
12 Is it nothing to you, all ye that pass by? behold, and see if there be any sorrow like unto my sorrow, which is done unto me, wherewith the LORD hath afflicted me in the day of his fierce anger.
13 From above hath he sent fire into my bones, and it prevaileth against them: he hath spread a net for my feet, he hath turned me back: he hath made me desolate and faint all the day.
14 The yoke of my transgressions is bound by his hand: they are wreathed, and come up upon my neck: he hath made my strength to fall, the Lord hath delivered me into their hands, from whom I am not able to rise up.
15 The Lord hath trodden under foot all my mighty men in the midst of me: he hath called an assembly against me to crush my young men: the Lord hath trodden the virgin, the daughter of Judah, as in a winepress.
16 For these things I weep; mine eye, mine eye runneth down with water, because the comforter that should relieve my soul is far from me: my children are desolate, because the enemy prevailed.
17 Zion spreadeth forth her hands, and there is none to comfort her: the LORD hath commanded concerning Jacob, that his adversaries should be round about him: Jerusalem is as a menstruous woman among them.
18 The LORD is righteous; for I have rebelled against his commandment: hear, I pray you, all people, and behold my sorrow: my virgins and my young men are gone into captivity.
19 I called for my lovers, but they deceived me: my priests and mine elders gave up the ghost in the city, while they sought their meat to relieve their souls.
20 Behold, O LORD; for I am in distress: my bowels are troubled; mine heart is turned within me; for I have grievously rebelled: abroad the sword bereaveth, at home there is as death.
21 They have heard that I sigh: there is none to comfort me: all mine enemies have heard of my trouble; they are glad that thou hast done it: thou wilt bring the day that thou hast called, and they shall be like unto me.
22 Let all their wickedness come before thee; and do unto them, as thou hast done unto me for all my transgressions: for my sighs are many, and my heart is faint.
Читать далее:Lamentations, Chapter 2
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1  Jeremiah laments the former excellency and present misery of Jerusalem for her sin, Lam 1:1-11.
She complains of her grief, Lam 1:12-17.
Confesses God's judgments to be righteous: and prays to him, Lam 1:18-22.

1:1 A widow - She that had a king, or rather a God, that was an husband to her, now was forsaken of God, and her king taken from her.

1:3 Because - Because of the servitude and oppression exercised among them: oppression by their rulers, and servitude more generally; keeping their servants beyond the year of jubilee, when they ought to be set at liberty. The straits - Those that pursued them overtook them in places where they could not escape.

1:4 She - Persons of all ages and ranks are in bitterness.

1:10 Pleasant things - Has laid violent hands on them. The things of the sanctuary were always pleasant things to those that feared God.

1:11 Bread - Even in a land that ordinarily flowed with milk and honey, they were at a loss for bread to eat. Given - And gave any thing for something to satisfy their hunger. Vile - Miserable or contemptible.

1:12 Is it nothing - The prophet speaks in the name of the Jewish church.

1:13 Fire - A judgment as consuming, and afflictive as fire.

1:14 Is bound - Put upon my neck on account of my transgressions.Wreathed - My punishments are twisted as cords; I have a complication of judgments upon me, sword, famine, pestilence, captivity.

1:15 An assembly - God had called an assembly of Chaldeans against the city, to crush the inhabitants of it. Trodden - God had trodden upon the Jews as men use to stamp grapes in a wine - press.

1:16 The comforter - God.

1:17 Jerusalem - Is become loathsome and filthy.

1:19 Deceived - They did not answer my expectation.

1:20 Death - By famine and pestilence.

1:21 They - The neighbouring nations. Like me - But thou hast foretold their destruction also, and hast by me proclaimed it: and thou shalt in that day bring them into as sad a condition as I am in now.

Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1 Свящ. писатель в поэтической форме описывает бедственное положение Иерусалима. Персонифицированный Сион возвышает голос (стт Плач 1:8и Плач 1:11), жалобно изливает свою скорбь (стт Плач 1:12-19) и возносит Богу мольбу, в которой исповедание грехов перемежается проблесками надежды на помощь Ягве и просьбами об отмщении врагам Израиля.

Эта небольшая книга помещена в третьей части евр. Библии вместе с агиографами (кетубим). В греч. Библии и в Вульг она озаглавлена «Плач Иеремии» и помещена после книги этого пророка. Предание о том, что ее написал сам Иеремия, основывалось на указании 2 Пар 35:25 и подтверждалось содержанием поэмы, действительно отражающим его эпоху. Современные же экзегеты полагают, что Плач написал человек, изощренный в поэтическом искусстве, в то время как Иеремия выражал свой религиозный опыт более непосредственно. Данная книга отличается сложностью построения: она состоит из четырех т. н. алфавитных стихотворений, а пятое, заключительное, содержит ровно двадцать два стиха по числу букв евр алфавита. Плач 1, Плач 2 и Плач 4 относятся к жанру погребальных плачей; Плач 3 представляет собой индивидуальное сетование, Плач 5 — сетование коллективное. Написаны они были в Палестине после разрушения Иерусалима в 587 г., и, вероятно, исполнялись на богослужениях, которые, согл. Иер 41:5, продолжали совершаться на месте разрушенного храма. В душераздирающих выражениях автор описывает горестное состояние города и его жителей, но в этих скорбных жалобах слышится непоколебимое упование на Бога и глубокое раскаяние, что и составляет непреходящую ценность книги. Евреи читают ее во время большого поста, установленного в память событий 587 г., а Западная Церковь на Страстной неделе, в воспоминание о Голгофской драме.

В евр Библии под общим заглавием «Поздние пророки» объединены книги: Исаии, Иеремии, Иезекииля и двенадцати т. н. малых пророков. Они следуют за группой книг, называющихся книгами «ранних пророков» (от кн Ис Нав до кн Царств включительно). В греч же Библии книги пророков помещаются после учительных книг и расположены в ином порядке. К ним присоединены кн Плач и кн Даниила (которые в евр Библии отнесены к последней части канона), а также книги, ненаписанные или не сохранившиеся на евр языке: кн Варуха (после кн Иеремии), Послание Иеремии (после Плача) и, наконец, добавления к кн Даниила. В Вульг в основном сохранилось то же распределение, однако мы видим в ней возвращение к евр. порядку в том отношении, что Двенадцать «малых» пророков помещены после четырех «великих», и Послание Иеремии присоединено к книге Варуха, помещенной вслед за Плачем.

Пророческое служение

Для всех великих религий древности характерно появление вдохновенных людей, утверждавших, что они говорят от имени Бога. В частности, у соседей Израиля засвидетельствованы случаи пророческого экстаза в Библосе (текстом 11 столетия до Р.Х.), наличие прорицателей и пророков в Хаме на Оронте в 8 веке и в еще большей мере — в Мари на Евфрате в 18 в. до Р.Х. Обращение этих пророков к царям напоминает по форме и содержанию обращения древнейших израильских пророков, о которых говорится в Библии. В ней упоминается и о прорицателе Валааме, вызванном из Месопотамии Валаком, царем Моавитским (Num 22-24) и о 450 пророках Ваала, вызванных уроженкой Тира Иезавелью и посрамленных Илией на Кармиле (Ki1 18:19-40). В той же книге идет речь и о 400 пророках, к которым обратился за советом Ахав (Ki1 22:5-12). Они представляли, подобно первым, большую группу исступленных зкстатиков, но прорицали от имени Ягве. Хотя в данном случае их претензия говорить от лица Ягве оказалась несостоятельной, не подлежит сомнению, что в древний период истории пророческое движение в Израиле носило групповой характер и представляло собой явление религиозно-социального характера.

Самуил предрекает Саулу, что он встретит «сонм пророков» (Sa1 10:5, ср Sa1 19:20), Авдий укрывает группу пророков от Иезавели (Ki1 18:4), группы сынов пророческих находятся в связи с Елисеем (Ki2 2:3-18; Ki2 4:38 сл, Ki2 6:1 сл, Ki2 9:1),но затем больше не появляются; косвенное упоминание о них мы встречаем еще только у пророка Амоса (Amo 7:14). Часто они приводили себя в исступление игрой на музыкальных инструментах (Sa1 10:5), и это состояние передавалось присутствующим (Sa1 10:5-10), иногда же пророчество выражалось в символических действиях (Ki1 22:11).

К музыке прибег однажды, перед тем как пророчествовать, и пророк Елисей (Ki2 3:15). Чаще совершали символические действия пророки Ахия Силомлянин (Ki1 11:29 сл), Исаия (Isa 20:2-4), Иеремия (Jer 13:1 сл, Jer 19:1 сл, Jer 27:2 сл) и особенно Иезекииль (Eze 4:1-5:4, Eze 12:1-7, Eze 12:18; Eze 21:18-23 сл, Eze 37:15 сл). Во время совершения этих действий, или помимо их, они иногда ведут себя необычным образом, но не эти состояния представляют собой самое главное в жизни и деятельности тех пророков, слова и действия которых запечатлены Библией. Этим последние отличаются от исступленных членов пророческих групп.

В Библии всех пророков называют наби. Производный от этого слова глагол означает говорить или вещать, иногда бредить (Sa1 18:10); появлению последнего смыслового оттенка могло способствовать поведение некоторых пророков. По всей вероятности, этот глагол связан с корнем, означающим «звать, возвещать». Таким образом, наби является либо тем, кто призван, либо тем, кто возвещает; и тот и другой смысл этого понятия приводит нас к пониманию сущности ВЗ-ного пророчества. Пророк — вестник или истолкователь божественного слова. Это ясно выражено в двух параллельных местах кн Исход: Аарон будет истолкователем Моисея, как если бы он был его «устами», а Моисей будет его вдохновителем «вместо Бога» (Exo 4:15-16); для фараона Моисей будет «Богом», а Аарон будет его «пророком», наби (Exo 7:1). Этому созвучны слова Ягве к Иеремии: «Я вложил слова Мои в уста твои» (Jer 1:9). Пророки, сознавая божественное происхождение своей проповеди, начинают ее словами: «Так говорит Ягве», «слово Ягве», «открыл мне Ягве». Обращенное к ним слово подчиняет их себе, и они не могут о нем молчать: «Господь Ягве сказал, — кто не будет пророчествовать?» — восклицает Амос (Amo 3:8), и Иеремия тщетно борется с овладевшей им силой (Jer 20:7-9).

Однажды они услышали властный призыв Божий (Amo 7:15; Isa 6), Господь избрал их своими вестниками; начало повести об Ионе показывает, к чему приводит уклонение от этого призвания. Они посланы выражать волю Божию и сами должны быть ее «знамениями». Не только их слова, но и действия, вся их жизнь — пророчество. Несчастный брак Осии имеет символическое значение (Hos 1:1-3); Исаия должен ходить нагим (Isa 20:3), ибо он сам и его дети представляют собой «указание и предзнаменование» для Израиля (Isa 8:18); жизнь Иеремии есть подлинное выражение его проповеди (Jer 16), а когда Иезекииль выполняет кажущиеся странными повеления Божии, он становится «знамением дому Израилеву» ( Eze 4:3; Eze 12:6, Eze 12:11; Eze 24:24).

Божие призвание может сообщаться пророку по-разному — в видении (напр, у Isa 6, Eze 1:2, Eze 1:8 и др.; Dan 8-12; Zec 1-6), реже в ночном сновидении (напр, у Dan 7; Zec 1:8 сл; ср Num 12:6),через слуховое восприятие, но чаще всего через внутреннее вдохновение (соответственно этому часто повторяются выражения: «Было ко мне слово Ягве», «Слово Ягве к...»). Происходит это иногда внезапно, иногда в связи с каким-либо, казалось бы, незначительным обстоятельством, как вид ветки миндального дерева (Jer 1:11), двух корзин со смоквами (Jer 24), или посещение горшечника (Jer 18:1-4). Полученная весть передается пророком также различными способами: при помощи лирики, прозаического рассказа, в притчах или посредством кратких фраз наподобие прорицаний; нередко используются и литературные формы увещания, диатрибы, судебного диалога, проповеди, писаний мудрецов, богослужебных псалмов, гимнов любви, сатиры, надгробного плача...

Эти разнообразные виды восприятия и возвещения связаны с личностью пророка, но в основе их пророческой деятельности есть нечто общее: каждый истинный пророк проникнут сознанием того, что он только орудие, а произносимые им слова принадлежат одновременно и ему и не ему. Он непоколебимо убежден, что принял слово Божие и обязан его передать. Это убеждение основано на таинственном опыте непосредственного общения с Богом. Вступление Бога в душу пророка приводит его как бы в «сверхнормальное» психологическое состояние.

Пророческая весть редко обращена к отдельному человеку (Isa 22:15 сл) или же это происходит в более широком контексте (Jer 20:6; Amo 7:17). Когда же пророк обращается к царю или к первосвященнику, ставшему главой народной общины после возвращения из Плена (Zec 3), он видит в них лиц, ответственных за весь народ. За исключением этих случаев, великие пророки, писания которых дошли до нас, отличаются от своих предшественников в Израиле и от прорицателей восточного языч. мира тем, что их слово обращено ко всему народу. Во всех рассказах о призвании пророков они посылаются к народу Израильскому (Amo 7:15; Isa 6:9; Eze 2:3), даже ко всем народам, как, напр, Иеремия (Jer 1:10).

То, что пророк возвещает, касается и настоящего и будущего. Он послан к своим современникам и передает им Божии повеления. Но поскольку он Божий глашатай, он стоит над временем, и его предсказания как бы подтверждают и продолжают его наставления. Наби иногда возвещает предстоящее в близком будущем событие как знак, который подтвердит его слова и миссию (Sa1 10:1 сл; Isa 7:14; Jer 28:15 сл; Jer 44:29-30), он предвидит кару как наказание за проступки, которые обличает, и спасение как награду за обращение, которого требует. У более поздних пророков завеса приподнимается даже над последними временами, над эпохой конечного торжества Бога, но из этого всегда вытекает поучение и для настоящего. Поскольку пророк есть только Божие орудие, то, что он возвещает, может выходить за пределы его времени, даже за рамки сознания пророка, оставаясь окутанным тайной, пока не осуществится.

Иеремия послан «истреблять и разрушать, строить и насаждать». Возвещаемое пророками имеет две грани: обличительную и утешительную. Их слова нередко суровы, исполнены угроз и упреков, и эта беспощадность может служить свидетельством подлинности пророчества (Jer 28:8-9; ср Jer 26:16-19; Ki1 22:8), ибо грех, препятствующий следовать заповедям Божиим, неотступно занимает мысль пророка. Однако перспектива спасения народа никогда не исчезает. Кн Утешения (Isa 40-55) представляет собою одну из вершин пророчества, и нет оснований сомневаться в подлинности более древних текстов, содержащих возвещения радости, как напр, у Amo 9:8-15; Hos 2:14-23; Hos 11:8-11. В отношениях Бога к Его народу милость и справедливость сочетаются.

Пророк послан к народу Израильскому, но его пророчества относятся и к другим народам. У великих пророков имеется ряд пророчеств против языч. народов (Isa 13-23; Jer 46-51; Eze 25-32). Амос начинает свою пророческую деятельность с возвещения суда над соседями Израиля. Авдий излагает пророчество об Едоме, а кн Наума представляет собой одно только пророчество против Ниневии, куда Иона был послан проповедовать.

Пророк уверен, что говорит от имени Бога, но как могут его слушатели убедиться в том, что он подлинный пророк? Ведь встречаются и лжепророки, о которых нередко идет речь в Библии. Они могут заблуждаться искренно, могут быть и сознательными лжецами. Истинным пророкам приходится вступать с ними в спор (Ki1 22:8 сл; Jer 23:28; Eze 13). Как удостовериться, что возвещаемое исходит действительно от Бога? Согласно Библии, есть два критерия: первый — исполнение пророчества в будущем (Jer 28:9; Deu 18:21-22), второй и главный — согласованность пророческого учения с ягвистской доктриной (Jer 23:22; Deu 13:1-5).

Иногда пророки фигурируют рядом со священниками (Jer 8:1; Jer 23:11; Jer 26:7 сл и др.; Zec 7:3 и др.), напр, Иеремия говорит, что при иерусалимском храме имелась комната «человека Божия» — по всей вероятности пророка. Все это показывает, что деятельность некоторых пророков была связана с храмом.

Из всей совокупности фактов и текстов, относящихся к пророчеству, можно сделать следующее заключение: пророк — человек, имеющий непосредственный опыт богопознания, получивший откровение Божией святости и Божиих соизволений, судящий о настоящем и провидящий будущее в свете Откровения Божия. Он послан Богом напоминать людям о Его требованиях и возвращать их на путь Его любви и послушания Ему. Так понятое пророчество представляет собою явление, присущее только Израилю, свидетельствующее об особом действии Провидения Божия в истории избранного народа.

Пророческое движение

Первым и величайшим из пророков, согласно Библии, является Моисей (Deu 18:15, Deu 18:18; Deu 34:10-12; Num 12:6-8). О его преемнике Иисусе Навине говорится, что «в нем есть Дух» (Num 27:18, ср Deu 34:9). В эпоху Судей мы встречаем Девору пророчицу (Jdg 4-5) и безымянного пророка (Jdg 6:8), затем выступает великий образ Самуила, пророка и тайновидца (Sa1 3:20; Sa1 9:9; ср Ch2 35:8).

Пророческий дух развивается в это время в группах экзальтированных людей (ср Sa1 10:5; Sa1 19:20). Позднее мы встречаем общины более трезвые — «сынов пророческих» (Ki2 2 и др.), и даже еще в послепленную эпоху говорится о деятельности пророков как сословия (Zec 7:3). Но за пределами этих объединений, влияние которых на религиозную жизнь народа остается неясным, появляются отдельные выдающиеся личности: Гад (Sa1 22:5; Sa2 24:11) и Нафан при Давиде (Sa2 7:2 сл; Sa2 12:1 сл; Ki1 1:11 сл), Ахия при Иеровоаме (Ki1 11:29 сл; Ki1 14:2 сл), Иуй при Ваасе (3 Цар 16 7), Илия и Елисей при Ахаве и его преемниках (3 Цар 17 до 4 Цар 13 и др.), Иона при Иеровоаме II (4 Цар 14 25), пророчица Олдама при Иосии (Ki2 22:14 сл), Урия при Иоакиме (Jer 26:20). К этому списку кн. Паралипоменон добавляют Самея и Адду при Ровоаме (Ch2 12:5 сл, Ch2 12:15; Ch2 13:22), Азарию при Асе (Ch2 15:1 сл), Одеда при Ахазе (Ch2 28:9 сл) и несколько безымянных пророков.

Большинство пророков нам известно только по упоминанию о них в исторических или пророческих книгах. Некоторые образы выступают более четко. Нафан возвещает Давиду непоколебимость его «дома», на котором почиет благоволение Божие — это первое в ряду пророчеств, относящихся к Мессии, Сыну Давидову (Sa2 7:17). Тот же Нафан обличает Давида, впавшего в грех с Вирсавией, но, увидев его раскаяние, заверяет в Божием прощении (Sa2 12:1-25). Еще лучше мы осведомлены об Илии и Елисее. Когда наплыв чужеземных культов подвергает опасности религию Ягве, Илия выступает поборником веры в истинного Бога и одерживает на вершине горы Кормил блестящую победу над пророками Ваала (Ki1 18). Его встреча с Богом на Хориве, месте, где был установлен Союз-Завет, непосредственно связывает его с Моисеем (Ki1 19). Защищая истинную веру, Илия защищает и нравственность, он изрекает осуждение Божие на Ахава, убившего Навуфея, чтобы овладеть его виноградником (Ki1 21). Таинственный конец его жизни окружен ореолом, который в иудейском предании все возрастал. В противоположность Илии, Елисей принимает непосредственное участие в жизни своей эпохи. Он выступает в связи с войнами против моавитян (Ki2 3), сириян (Ki2 6-7), участвует в захвате власти Азаилом в Дамаске (Ki2 8:7-15) и Ииуем в Израиле (Ki2 9:1-3); к нему обращаются за советом вельможи, израильский царь Иоас (Ki2 13:14-19), дамасский Венадад (Ki2 8:7-8), Нееман Сириянин (Ki2 5). Он находится в связи и с группами «сынов пророческих», много рассказывающих о его дивных деяниях.

Более всего сведений до нас дошло о т. н. канонических пророках, писания которых вошли в Библию. О каждом из них мы будем говорить подробнее в связи с книгой, которая носит его имя. Пока укажем лишь на его место в пророческом движении. Первый из них, Амос, совершает свое служение в середине 8 века, примерно через 50 лет после смерти Елисея. Затем пророческое движение продолжается до Плена, в течение неполных двух веков, над которыми возвышаются гигантские фигуры Исаии и Иеремии. К тому же периоду принадлежат Осия, Михей, Наум, Софония и Аввакум. Последние годы деятельности Иеремии совпадают с началом служения Иезекииля. С появлением этого провидца, жившего в период Плена, окраска пророчеств меняется: у него меньше непосредственности и огня, видения грандиозны и сложны, описания тщательны, возрастает интерес к последним временам — все это предвещает апокалиптическую письменность. Однако великое течение, у истоков которого стоит Исаия, продолжается, о чем свидетельствует т. н. книга Утешения (Isa 40-55). Кругозор пророков послепленного периода — Аггея и Захарии — более ограничен: их интерес сосредоточен на восстановлении храма. После них Малахия обличает пороки новой народной общины, а в кн Ионы, использующей древние писания для нового учения, предвосхищается мидрашистская письменность. Апокалиптическое течение, начало которому положил Иезекииль, вновь появляется у Иоиля и во второй части кн. Захарии. Оно вливается в кн Даниила, где видения прошлого и будущего создают метаисторическую картину уничтожения зла и пришествия Царствия Божия. В эту эпоху великое пророческое вдохновение как будто иссякает, так что сынам Израилевым приходится обращаться к прежним пророкам (Dan 9:6-10, ср Zec 7:7-12). Захария (Zec 13:2-6) предвидит полное исчезновение института пророков, на который набросили тень лжепророки. Однако почти в те же годы Иоиль (Joe 2:28) предрекает мессианскую эру, когда произойдет новое излияние Духа.

Учение пророков

Роль пророков в религиозном развитии Израиля чрезвычайно велика. Они преподавали народу подлинный ягвизм и были теми посредниками между Богом и народом, через которых раскрывалось Откровение. Каждый из них внес вклад в созидание учения, в котором можно различить три основных элемента, характеризующие ВЗ-ную религию: монотеизм, морализм, ожидание спасения.

Монотеизм. В течение длительного периода израильтяне допускали, что другие народы могут иметь своих «иных» богов. Это их не смущало: они признавали только Ягве, самого могущественного из богов, требующего поклонения Ему одному. От практического генотеизма к полностью осознанному строгому монотеизму Израиль перешел под влиянием проповеди пророков. Когда самый ранний из них, Амос, представляет Ягве единым Богом, повелевающим силами природы, безраздельно властвующим над людьми и историей, он обращается к древним истинам Откровения, подтверждающим его грозные предупреждения. Содержание этой древней веры и проистекающие из нее правила жизни утверждаются в сознании Израиля со все большей ясностью. Синайское Откровение единого Бога было связано с избранием народа и с установлением Союза-Завета, и поэтому Ягве представлялся Богом собственно Израильским, связанным с израильской землей и святилищами. Пророки же, напоминая о связи Ягве с Его народом, показывают вместе с тем, что Он управляет судьбами и других народов (Amo 9:7). Он судит малые государства и великие империи (Amo 1-2), дает им могущество и отнимает его (Jer 27:5-8); они служат орудием Его кар (Amo 6:11; Isa 7:18-20; Isa 10:6; Jer 5:15-17), но Он же и останавливает их, когда это Ему угодно (Isa 10:12). Объявляя Израиль землею Ягве (Jer 7:7), пророки в то же время предсказывают разрушение святилища (Mic 3:12; Jer 7:12-14), и Иезекииль видит, как слава Ягве покидает Иерусалим (Eze 10:18-22; Eze 11:22-23).

Борясь с влиянием языческих культов и с тенденциями к синкретизму, угрожавшими вере Израиля, пророки показывают бессилие ложных богов и идолов (Hos 2:7-15; Jer 2:5-13, Jer 2:27-28; Jer 5:7; Jer 16:20). Во время Плена, когда крушение национальных надежд могло вызвать сомнения во всемогуществе Ягве, критика идолопоклонства становится более острой и рациональной ( Isa 40:19-20; Isa 41:6-7, Isa 41:21-24; Isa 44:9-20; Isa 46:1-7; ср Jer 10:1-16; Ljr 1:6; Dan 14) и сопровождается торжественным исповеданием единобожия (Isa 44:6-8; Isa 46:1-7 Isa 46:9). Единый Бог есть Бог трансцендентный, надмирный. О тайне Его трансцендентности свидетельствуют пророки, называя Его «святым». Это одна из их излюбленных тем, особенно развитая у Исаии (Isa 1:4; Isa 5:19, Isa 5:24; Isa 6; Isa 10:17, Isa 10:20; Isa 40:25; Isa 41:14, Isa 41:16, Isa 41:20и т.д.; Hos 11:9; Jer 50:29; Jer 51:5; Hab 1:12; Hab 3:3). Бог окружен тайной (Isa 6; Eze 1), Он неизмеримо выше «сынов человеческих», о чем постоянно напоминает Иезекииль. И в то же время Он близок к Своему народу и проявляет к нему Свою благость (см у Осии и Иеремии аллегорию брака Ягве с Израилем — Hos 2; Jer 2:2-7; Jer 3:6-8, пространно развитую затем Иезекиилем — Eze 16 и Eze 23).

Морализм. Святости Бога противостоит скверна человека, и, видя этот контраст, пророк с особой остротой осознает человеческую греховность. Этот морализм, как и монотеизм, не является чем-то новым: он уже был присущ десяти заповедям, звучал в обличениях Давида Нафаном (Sa2 12) и Ахава Илией (Ki1 21). В книгах пророков тема греха становится одной из основных: грех отделяет человека от Бога (Isa 59:2), оскорбляет Бога праведного (Амос), многомилостивого (Осия) и святого (Исаия). Проблема греха стоит в центре проповеднической деятельности Иеремии (напр Jer 13:23). Именно разгул зла и вызывает Божию кару, которая окончательно свершится в грядущий «День Ягве» (Isa 2:6-22; Isa 5:18-20; Hos 5:9-14; Joe 2:1-2; Zep 1:14-18). Поскольку грех совершается всем народом, он требует и коллективного наказания, но у Иеремии (Jer 31:29-30) уже появляется представление об индивидуальном возмездии. Оно ясно утверждается у Иезекииля (Eze 18 ср Eze 33:10-20).

Однако, т. н. «этический монотеизм» пророков не противополагается Закону. Морализм пророков основан на Синайском законодательстве, провозглашенном Самим Богом. И в своих проповедях пророки обличают прежде всего нарушение этого законодательства или пренебрежение им (см напр речь Иеремии — Jer 7:5-10 — основанную на Десятисловии).

Одновременно с этим углубляется и понимание религиозной жизни. Надо «искать Бога», «исполнять Его законы» (Amo 5:4; Jer 50:4; Zep 2:3; ср Isa 1:17; Amo 5:24; Hos 10:12, Mic 6:8). Бог требует внутренней праведности. Вся религиозная жизнь должна быть проникнута этим духом, и пророки осуждают обрядность, не связанную с заботой о нравственности (Isa 1:11-17;Jer 6:20; Hos 6:6; Mic 6:6-8). Но это не дает основания видеть в них противников культа; напротив, культ и храм находятся в центре внимания Иезекииля, Аггея, Захарии.

Ожидание спасения. Несмотря на отступничество народа, Бог не желает его гибели, продолжает исполнять Свои обетования и заботится о сохранении «Остатка» (Isa 4:3 и др.). Представление о нем впервые появляется у Амоса (Amo 5:15), развивается и уточняется его преемниками. В сознании пророков как бы переплетаются два видения: немедленной кары и последнего суда Божия; под «Остатком» можно понимать как тех, кто выживет среди испытаний данной эпохи, так и тех, кто достигнет конечного спасения (Isa 11:10; Isa 37:31; Mic 4:7; Mic 5:7-8; Eze 37:12-24; Zec 8:11-13).

Пророки предсказывают эру великого счастья: изгнанники Израиля и рассеянные иудеи (Isa 11:12-13) вернутся в святую Землю и наступит период благоденствия (Ис 30 23-26; Isa 32:15-17). Но главное заключается не в материальном благополучии и могуществе: они только будут сопровождать пришествие Царствия Божия, Царства правды и святости (Isa 29:19-24), которому должны предшествовать внутреннее обращение, Божие прощение (Jer 31:31-34) и богопознание (Isa 2:3; Isa 11:9; Jer 31:34), приносящие мир и радость (Isa 2:4; Isa 9:6; Isa 11:6-8; Isa 29:19).

Для установления Своего царства на земле Царь-Ягве пошлет Своего представителя, Своего «Помазанника», по евр. «Мессию». Первым выразителем этого царского мессианства, отзвуки которого слышатся в псалмах, был пророк Нафан, обещавший Давиду непоколебимость его династии. Однако неуспехи и недостойное поведение некоторых преемников Давида как будто противоречат «династическому» мессианизму, и надежда сосредоточивается на царе, облик которого постепенно проступает в пророческих писаниях и пришествие которого ожидается в неопределенном будущем. Этого спасителя провидит прежде всех Исаия, а затем и Михей и Иеремия. Мессия будет потомком Давида (Isa 11:1; Jer 23:5; Jer 33:15), Он произойдет из Вифлеема (Mic 5:2).

Дух Ягве почиет на Нем во всей полноте Его даров (Isa 11:1-5). Наименования, которые Ему дают пророки: Еммануил (Isa 7:14), т.е. «С нами Бог» (см Mat 1:23), Ягве Цидкену, т.е. «Ягве — оправдание наше», — выражают их мессианские чаяния.

Несмотря на надежды, которые одно время возлагались на потомка Давида Зоровавеля, царский мессианизм шел на убыль; ни один представитель дома Давидова не занимал царского престола, и Израиль продолжал находиться под иноземным игом. Правда, Иезекииль все еще ожидает прихода нового Давида, но именует его не царем, а князем и представляет не столько могущественным властителем, сколько посредником и пастырем (Eze 34:23-24; Eze 37:24-25). Во второй части Исаии помазанником Ягве назван не потомок Давида, а персидский царь Кир (Isa 45:1), поскольку Бог избрал его орудием для освобождения Своего народа. Но в этой же книге появляется другой спасительный образ — Отрока Ягве, учителя Своего народа и светоча всех народов, с великой кротостью проповедующего правду Божию. Он будет обезображен, отвергнут своими, но принесет им спасение ценой своей собственной жизни (Isa 42:1-7; Isa 49:1-9; Isa 50:4-9 и в особенности Isa 52:13-53:12). Наконец, Даниил видит «как бы Сына Человеческого», грядущего на «облаках небесных» и получающего от Бога власть над всеми народами, царство, которое не прейдет никогда (Дан 7 13-14). Однако, накануне нашей эры заметно возрождение раннего мессианства: широко распространяется ожидание Мессии-Царя, но в некоторых кругах ждут Мессию-первосвященника, в других — Мессию трансцендентного.

Первохристианская община относила к Иисусу Христу эти различные пророчества, которые органически сочетались в Его личности. Он — Иисус, т.е. Спаситель, Христос, т.е. Помазанник, потомок Давида, рожденный в Вифлееме, Царь мирный, согласно Захарии, страждущий Отрок Ягве, согласно кн Исаии, младенец Еммануил, возвещенный Исаией, нисходящий с неба Сын Человеческий, которого видел Даниил. Но ссылки на древние пророчества не должны умалять самобытности христианского мессианизма. Иисус Христос, исполнив пророчества, превзошел их, и Сам отверг традиционный царский мессианизм в его политическом понимании.


Пророков, которым, согласно библейскому канону, принадлежит какая-нибудь книга, принято называть пророками-писателями. Однако, сказанное выше о пророческом служении показывает неточность этого выражения: пророк — по существу оратор, проповедник, а не писатель. Пророческое слово прежде всего произносится, но следует объяснить, как происходил переход от этого устного слова к письменному.

В книгах пророков можно различить три основных элемента: 1) собственно пророчества, т.е. слова Самого Бога, или поэтические картины, выражающие их поучение, возвещение, грозное предупреждение или обетование... 2) повествования в первом лице, в которых сам пророк .рассказывает о своем опыте и в частности о своем призвании; 3) повествования в третьем лице, воспроизводящие события из жизни пророка или обстановку, в которой осуществлялось его служение. Все эти три элемента могут сочетаться, напр, когда отдельные изречения или речи включаются в повествование.

Повествования, ведущиеся от третьего лица, указывают, что не сам пророк является их автором. Свидетельство этому мы находим в кн Иеремии. Пророк продиктовал Варуху (Jer 36:4) все те слова, которые он произнес от имени Ягве за 23 года (ср Jer 25:3). Так как этот сборник был сожжен царем Иоакимом (Jer 36:23), тот же Варух написал новый свиток (Jer 36:32). Рассказать об этих фактах мог только сам Варух, которому приписываются также и следующее за этим биографическое повествование (Иер 37—44), заканчивающееся словами утешения, обращенными Иеремией к Варуху (Jer 45:1-5); во втором свитке (самим Варухом или другими) к прежнему тексту «еще прибавлено много подобных слов» (Jer 36:32).

По-видимому, аналогичные обстоятельства обусловили возникновение и других пророческих книг. Вполне вероятно, что сами пророки записали или продиктовали часть своих пророчеств или рассказ о личном опыте (ср Isa 8:1; Isa 30:8; Jer 30:2; Jer 51:60; Eze 43:11; Hab 2:2). Это наследие могло быть отчасти сохранено устным преданием, напр, учениками Исаии (на которых очевидно указывается в Ис 8 16). В той же среде сохранились воспоминания о жизни пророка, в которые входили и слова пророческие, предания об Исаии, собранные в книгах Царств (Ki2 18-20) и перешедшие оттуда в книгу Исаии (Isa 36-39), рассказ о столкновении Амоса с Амасией (Amo 7:10-17) и т.д. Из этих элементов образовались сборники, в которых соединялись воедино слова пророков, близкие по своему духу, или освещающие одну и ту же тему (напр слова против языческих народов у Исаии, Иеремии, Иезекииля), или же сочетающие предсказания бедствий с обетованиями спасения (напр у Михея). Эти писания читались и обдумывались поколениями, что содействовало сохранению духовных течений, восходящих к пророкам: современники Иеремии цитируют одно из пророчеств Михея (Jer 26:17-18), часто встречаются ссылки на древних пророков (Jer 28:8); упоминание о них повторяется как рефрен у Jer 7:25; Jer 25:4; Jer 26:5 и т.д., затем у Zec 1:4-6; Zec 7:7-12; Dan 9:6, Dan 9:10; Ezr 9:11). В среде ревнителей голос пророков звучал как живой, поддерживая веру и благочестие. По вдохновению Божию к этим сборникам продолжали добавляться «еще подобные слова», как напр, в свитке Варуха (Jer 36:32), что приближало их к новым потребностям своего времени или обогащало их содержание. Эти дополнения могли быть довольно пространными, что мы видим в книгах Исаии и Захарии. Наследники пророков были уверены в том, что таким образом они сохраняют полученное ими сокровище и правильно применяют их учение в современной обстановке.

Книги четырех великих пророков — Исаии, Иеремии, Иезекииля и Даниила — стоят в каноне в хронологическом порядке, которому мы здесь и следуем.

Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1-1 Положение Иерусалима возбуждает глубокую скорбь в душе пророка. Город, некогда имевший многочисленное население, сидит теперь как одинокая вдова. Город, некогда стоявший высоко над другими как князь, стал в положение рабыни. Позор и унижение его так велики, что он ни днем, ни ночью не перестает проливать слезы. У него нет друзей, которые бы помогли ему. Прошли уже те дни, когда тысячи иудеев спешили в город на великий праздник. Улицы пусты, у ворот никого нет. Священники воздыхают и девицы в печали. Но Иерусалим сам виноват в своем падении; торжествующие над ним враги его — только слепые орудия гнева Божия, карающего иудеев за их преступления. Издревле Иерусалим имел у себя много хорошего, но это не могло спасти его от грехов. Теперь еще большую печаль чувствует он, вспоминая об этих, утраченных им, благах в эти дни унижения. Поэтому он жалуется на свою судьбу пред Господом и просит у Него помощи.

1 Иерусалим теперь одинок как бездетная вдова. Раньше во дни Давида и Соломона он имел высокое значение в глазах окружающих Иудею народов моавитян, еламитян, арабов, филистимлян и др. и иногда становился в положение князя для разных областей языческих, какие подчиняли себя цари иудейские. Теперь он стал на степень раба, обязанного служить своим победителям, доставлять им дань хотя бы разными произведениями полей (натуральная повинность).

2 Народы, которые, по-видимому, любили иудеев, теперь показали свое вероломство и стали даже со своей стороны теснить несчастных иудеев (ср. Пс 136:7; Иез 25:3,6; Иер 40:14).

3  Иуда переселился — правильнее: «Иуда уведен в плен».

По причине бедствия и тяжкого рабства — правильнее: «от бедствия и страшной тяготы». Пророк говорит, что вслед за разными бедствиями, причиненными Иудейскому государству нашествиями то египтян, то халдеев, совершилось отведение иудеев в плен вавилонский.

Поселился — точнее: они (иудеи) живут теперь среди язычников.

И не нашел = и не находят покоя. Значит, и переселение в плен было еще не последним наказанием для иудеев; и в плену иудеи продолжают страдать как загнанные в теснину врагами, которые делают с ними что хотят. Пророк имеет здесь в виду отчасти иудеев, переселенных в Вавилон еще до разрушения Иерусалима, отчасти же тех, которые только что отправлены в плен.

4  Пути Сиона — правильнее: пути, ведущие к Сиону.

Нет идущих. По закону Моисееву, все мужское население обязано было являться на большие три праздника к Скинии сведения (Исх 23:17), и в силу этого в Иерусалим пред большими праздниками тянулись целые толпы богомольцев.

При воротах обыкновенно собирался народ для покупки разных товаров, привозимых в город. Здесь также происходили судебные разбирательства разных дел.

Священники и девицы. О первых пророк упоминает в связи с предыдущим. Раз нет богомольцев, которые являлись с жертвами и приношениями разного рода, священники остаются без дела и без доходов. Отсюда можно видеть, далее, что халдеи увели в плен не всех священников. Некоторые из них оставались в стране и приходили посмотреть на развалины храма. О девицах пророк говорит потому, что они нередко своим пением и игрою на музыкальных инструментах увеличивали радость и торжество праздника.

5  Впереди врага — т. е. враги подгоняли детей иудейских вперед, чтобы они не отстали от каравана.

6  Олени, не находящие пажити — олени, которые давно не ели и не пили, едва передвигают ноги.

7  Драгоценности, какие имел Иерусалим раньше, это прежде всего храм, затем царская власть, переходившая в Давидовом потомстве преемственно и т. д. Обо всем этом с горем припоминает Иерусалим именно теперь, когда он находится в унижении.

Над его субботами. У евреев были и субботние дни, и субботние годы, посвященные Иегове. Язычники теперь насмехаются над этими праздниками и вообще над религией иудейской, указывая на то, что все это не могло спасти Иудейское государство.

По пер. Вейцзеккера: «смеются над его низложением».

8  Сделался отвратительным — точнее: стал как женщина, имеющая на себе нечистоту.

Наготу его — т. е. его срам, его грехи и пороки, которые оскверняли его.

Отворачивается назад, т. е. ему стыдно глядеть на людей.

9  Воззри, Господи — впереди этого нужно бы прибавить: «и потому Иерусалим восклицает».

10 Язычникам было запрещено участвовать в богослужебных собраниях иудеев (Втор 23:3; Иез 44:7 и сл.), а они теперь входят даже в самое святилище храма!

11 И во время и после осады положение жителей Иерусалима было весьма тяжело. У них не было хлеба.

Подкрепить душу = подкрепить свои силы.

12-19 Воздыханием Сиона к Господу заканчивается первая часть первой главы. Этим пророк в то же время делает переход ко второй части, в которой выводится говорящим уже сам Сион. Он обращается ко всем проходящим мимо него и просит их самих убедиться в том, как велико его бедствие; как будто огонь проходит по костям его, а ноги его запутались в сеть. Таким образом Сион карается за грехи свои. Он предан на волю своих врагов, у него нет войска, и враги поступают с ним как работники, топчущие виноград. Как не плакать Сиону в такое тяжкое время? Пророк сам свидетельствует, что Сион не найдет себе ни у кого помощи, а потом Сион опять начинает говорить и исповедуется в своих преступлениях, но вместе указывает и на глубину своих страданий.

14  Ярмо беззаконий — правильнее с евр.: «тяжким сделал Ты иго грехов моих Своею рукою», т. е. грехи Иерусалима Бог возложил на него своею могучею рукою как тяжелое иго, какое надевают на быка.

Они сплетены — правильнее с евр.: «они привязаны друг к другу и взвалены мне на спину».

Господь отдал — правильнее: «Господь выдал меня тем, пред кем я не могу устоять».

15 Образ точила нередко встречается у пророков, ср. напр., Пс 63:1-6.

17 Голос плачущего Сиона на минуту стихает, и пророк теперь сам подтверждает факт крайнего бедственного состояния Сиона.

18-19 Мысли Сиона обращаются в другую сторону, и он начинает исповедывать свою виновность пред Богом. Он сознает и неосновательность своих прежних надежд на помощь союзников: никто не помогает иудеям, в даже священники и почтенные старцы остаются без пищи.

20-22 На основании такого признания Божественной справедливости и своей виновности, Иерусалим обращается теперь к Богу с молитвою о том, чтобы Он с высоты призрел на Свой город и наказал врагов Иерусалима, радующихся его падению.

20  Отвне обесчадил. Это выражение заимствовано из Втор 32:25, но выражение как — лишнее. Нужно читать просто: «внутри (домов) — смерть», т. е. чума.

1. Название книги. В еврейской Библии книга эта называется etcha = «как», т. е. частицей, какою начинается 1-й стих первой главы. Раввины назвали ее kinoth — рыдания, каковое название усвоили этой книги и греческие переводчики, назвавшие ее Θρη̃νοι — плач, рыдания. Это название вполне определяет собою содержание книги, которая представляет собою ряд плачевных песней о погибели Иерусалима, подобных тем песням, какие слагались по случаю смерти любимых и уважаемых лиц (напр., песнь Давида о погибели Саула и Иосмафана).

2. Писатель книги и время ее написания. LXX переводчиков (далее по тексту слово «переводчики» отсутствует) прямо приписывают книгу Плач пророку Иеремии, называя ее «Плач Иеремии». Кроме того у LXX имеется особое надписание к книге, помещенное и в нашей славянской Библии. Оно гласит следующее: «и бысть, повнегда отведен бе Израиль, и Иерусалим опустошен бяше, сяде Иеремиа пророк плачущ: и рыдаше рыданием сим над Иерусалимом и глаголаше». Отсюда с ясностью видно, что священное предание издревле считало автором книги Плач пророка Иеремию. Это же предание сохранилось и у иудеев.

Впечатление, получаемое от книги, вполне отвечает этому преданию. Во всех частях Плача ясно отражаются особенности характера Иеремии, его воззрения и даже речь книги несомненно свидетельствует о принадлежности этой книги пророку Иеремии. Затем, автор Плача, очевидно, только что пережил ужасы осады и взятия Иерусалима и пишет под свежим впечатлением совершившейся катастрофы. Ясно, что книга написана вскоре по разрушении Иерусалима, еще до того времени, когда Иеремия был увлечен своими единоплеменниками в Египет.

3. Предмет книги. Вся книга представляет собою изображение несчастной судьбы Иерусалима, прерываемое по временам то исповеданием грехов иудейского народа, то молитвами к Богу о помощи. Она разделяется на пять глав или песен, из которых первая, вся проникнута безутешной скорбью об отведении иудеев в плен и погибели Сиона, а равно посвящена изображению бедствий иудеев, оставшихся на развалинах разрушенного Иерусалима. Вторая песнь содержит новую и усиленную жалобу о погибели Иерусалима и царства Иудейского; эту погибель пророк признает заслуженною карою за преступления иудейского народа пред Богом. Третья песнь представляет собою проявление высшего напряжения скорби пророка. Если раньше в двух первых песнях слышны были только звуки приближающейся грозы, то здесь гроза разражается со всею силою. Но как гроза очищает воздух, так и великая скорбь просветляет душу, и после мучительных и горьких жалоб пророк раскрывает пред своими читателями горизонт светлых упований. Четвертая песнь представляет собою жалобу пророка в смягченном виде. Горечь скорби здесь умеряется ясным сознанием своей виновности пред Богом. Несчастье, постигшее Иерусалим, является здесь наказанием, какое жители Иерусалима навлекли на себя своими грехами. В пятой песни, наконец, община верующих, вместе с пророком, достигает полного успокоения относительно своей судьбы и если тут повторяются еще жалобы, то они высказываются спокойно; ими только констатируется известное положение иудеев.

4. Место книги в еврейской и греческой Библиях. Если в греческой Библии книга Плач следует непосредственно за книгой пророчеств Иеремии, то в еврейской она отнесена в отдел так называемых ketubim или агиографов и помещена вслед за книгою Песнь Песней. Основанием для собирателей еврейского канона в этом случае могло служить то обстоятельство, что в кн. Плач собственно прямых пророчеств не содержится, но выражаются чувства верующего сердца, и потому эта книга более походит на произведения лирического характера, каковыми по большей части и являются книги ketubim.

5. Особенности внешней формы книги. Каждая из пяти песней Плача имеет 22 стиха, по числу букв еврейского алфавита, и только в третьей песни каждый стих разделяется на три части, так что здесь оказывается 66 стихов. Четыре первые песни представляют собою акростихи, т. е. начальные буквы их стихов суть начальные буквы еврейского алфавита В третьей песне каждая из трех частей или членов стиха начинается одною и тою же буквою. Все это построение имеет глубокий смысл. Пророк как бы хочет этим сказать, что он выразил всю полноту страданий своего народа, что он не пропустил ничего, что может быть выражено обыкновенными человеческими словами, с каких бы букв они ни начинались. Только тогда, когда скорбь его утихает, именно к 5-й песне, он перестает соблюдать этот акростишный порядок и 5-я песнь сохранила только число букв еврейского алфавита, но не есть акростих.

Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1 В Плаче Иеремии используется прием алфавитного акростиха, когда первые буквы стихов следуют в алфавитном порядке. Этот прием применяется во всех главах кроме пятой, а в главе 3 с соответствующей буквы алфавита начинаются три стиха подряд. Этим объясняется количество стихов в каждой главе - в еврейском алфавите 22 буквы. Здесь мы просто обозначаем название букв, но не делаем попытки передать в переводе эту особенность текста.

1 а) Стих (также 2:1 и 4:1) начинается с евр. слова эхá , русск. буквально «как», горестное восклицание, характерное для жанра плачей. В LXX стиху предпослано следующее вступление: «И было, после того как был пленен Израиль и Иерусалим был разорен, сел Иеремия, рыдая, и оплакивал этим плачем Иерусалим, и сказал».

1 б) Столица - Иерусалим; слова «Иерусалим», «Иудея», «город» - в др.-евр. жен. р. и в тексте он символично представлен бездетной женщиной-вдовой, униженной, оскорбленной, оскверненной, уведенной в плен. Букв.: как одиноко сидит город.

1 в) Иудея была разбита на административные области или провинции, над которыми ставили правителя (сарим) (3 Цар 20:14, 17, 19). Здесь используется слово женского рода (сара - правительница, княгиня) - игра слов, указывающая на политический фон: персонифицированный Иерусалим правил провинциями Иудеи.

2 Слово «любовники» - образное выражение, сравнивающее лжебогов Иерусалима и ее политические союзы с сексуальной распущенностью любовников. Этот же образ использует Осия (Ос 2:5, 7, 10, 13).

3 а) Или: в изгнании теперь Иудея из-за несчастий и рабства.

3 б) Ср. Втор 28:65.

3 в) Точный смысл евр. текста неясен. Друг. возм. пер.: в трудное для нее время.

4 а) Букв.: дороги Сиона.

4 б) Букв.: ворота пусты - место у городских ворот было центром общественной жизни, торговли и суда.

4 в) Перевод предположителен. LXX: уведены.

5 Или: за множество ее преступлений.

6 Дочь Сиона - образное название Иерусалима.

7 Вульгата: над его субботами.

8 а) Букв.: Иерусалим - замена вызвана согласованием слова с жен. родом глагола; то же в ст. 17.

8 б) Букв.: качают головой - жест издевки (или сочувствия); другое чтение: из-за греха своего стала нечистой.

8 в) Букв.: отворачивается.

9 а) Скверна - имеется в виду ритуальная нечистота женщины при истечениях (Лев 12; 15:19-30), в данном случае речь идет о последствиях нечистоты в результате греховной жизни еврейского народа.

9 б) Или (ближе к букв.): пала - о диво!

10 См. Втор 23:3-6, а также примеч. к Втор 23:1.

11 Букв.: в каком я оказалась пренебрежении.

12 Друг. воз. пер.: о путники, да не случится подобного с вами! Или: пусть это вас не коснется - один из возможных переводов трудно понимаемого текста.

13 Букв.: Он.

15 а) Букв.: в среде моей; в LXX: из среды моей.

15 б) Как виноград в давильне - частый образ в библейских книгах: спелый виноград топтали в чанах ногами, выжимая сок для вина.

15 в) Дева, Иуды дочь - образное название Иерусалима.

17 Или (ближе к букв.): (ритуально) нечистой (вещи).

20 Букв.: перевернулось сердце во мне.

Выплакал я все глаза свои, всё горит у меня внутри. Сердце мое замирает, когда вижу я гибель дочери народа моего, детей и младенцев на городских площадях, изнемогающих от голода (2:11).

Плач Иеремии - это древняя библейская обрядовая песнь скорби, свидетельство об ужасах долгой осады Иерусалима (586 г. до Р.Х.) и о насилии и жестокостях, которые последовали за этим. В каждой строке слышится боль: «Опустела ныне гора Сион, и только лисицы рыщут по ней» (5:18); «земля и всё добро наше достались чужим, а дома наши - иноземцам» (5:2); «отцов мы лишились, сиротами стали, а матери наши - вдовами» (5:3). Попраны все святыни и уничтожены все символы богоизбранности: «Брошен во вражеский ров наш царь, помазанник Господень, дыхание жизни нашей» (4:20); «священники и пророки убиты в Святилище Владыки, Бога нашего» (2:20); «язычники входят во Святилище» (1:10). Разрушены стены святого города, о котором прежде пели: «В нем Бог: неколебим сей град» (Пс 45:6). На его площадях и улицах «старики и дети мертвые лежат …» (2:21); «женщины поедают плод свой, младенцев, вскормленных ими…» (2:20)

Эти песни скорби - не просто свидетельство чудовищного насилия и физических страданий людей, они открывают духовную перспективу на постигшее Иерусалим бедствие и были написаны, для того, чтобы дать возможность оставшимся в живых осмыслить пережитый ими ужас и выразить ту боль и скорбь, которую они испытывали. Последователи иудаизма и поныне читают свиток Плача Иеремии в синагогах после вечерней молитвы в национальный день траура по погибшим при уничтожении Первого Храма (в 586 г. до Р.Х.) и Второго (разрушенного в 70 г. по Р.Х.). Этот день, называемый согласно еврейскому календарю «девятым ава», отмечается в июле-августе. В Иерусалиме Плач Иеремии читают каждую неделю у Стены Плача. А в христианских церквах на востоке в V-VIII вв. текст этой книги читался за богослужением в дни пасхальных праздников.

Пережив насилие или тяжелую утрату, людям легче обрести душевное и духовное исцеление, когда они не замыкаются в себе и готовы попытаться осмыслить и выразить переполняющие их чувства, признать и принять случившееся. Подавление в себе боли и страдания разрушительно. В строках Плача слышится не только упрек Богу за суровость наказания (1:13-16), но и горькое признание гнетущего душу чувства вины: «Воистину справедлив Господь! А я (столица Иерусалим) противилась слову Его» (1:18); «тяжко согрешила столица, потому и смеются над ней» (1:8); «Господь обрек ее на страдание за ее неслыханное вероломство» (1:5); «к Владыке Господу взывайте всем сердцем своим» (2:18). Это исповедь жаждущих обрести мир с Богом, молитва покаяния и признания собственной меры ответственности за случившееся.

В иудейской и христианской традициях автором книги считается пророк Иеремия, хотя в самом тексте книги его имя не упоминается и по этому вопросу у ученых нет единого мнения. Книга написана техникой алфавитного акростиха, чем объясняется размер каждой главы этой книги - с двадцатью двумя буквами еврейского алфавита соотносятся двадцать два стиха каждой главы и шестьдесят шесть стихов главы третьей.

Перечитывая эти древние поэмы, мы осознаем, что перед нами не просто история о бедах, некогда постигших древний город, что Плач Иеремии имеет более широкое, универсальное значение, что в этих строках есть нечто непреходящее. Здесь нет имен погибших и частных подробностей, и потому каждое новое поколение словами этой скорбной песни-молитвы может выразить свою скорбь и свое чувство вины, искать прощения, черпать утешение и постигать содержащиеся в ней духовные уроки. И сам обрядовый характер этой песни, подразумевающий повторение, нацелен на то, чтобы сохранить память на протяжении тысячелетий, не допустить забвения случившегося и возродить надежду в сердцах отчаявшихся людей.

Ценность этой книги - в правдивом изображении духовного пути народа. В ней нет попытки умалить или сгладить всю тяжесть нынешних страданий и утрат. В Плаче Иеремии нет призывов к оставшимся в живых черпать утешение в славном прошлом израильского народа или в символах его богоизбранности. Напротив, в центральной, третьей, главе книги мы находим исповедь некоего безымянного человека, претерпевшего допущенные Богом страдания. В словах своей молитвы он не заостряет внимание на конкретных событиях осады Иерусалима (586 г. до Р.Х.), как бы говоря, что постигшие его беды могли выпасть на долю любого человека: «Вспомни, Господи, о бедствиях моих и бесприютности, жизнь моя, как полынь, горька и, как желчь, противна. Думы об этом постоянно терзают душу мою, и я падаю духом. Но вот что вспоминаю я, и оттого надежда оживает во мне: „Милости Господа бесконечны, милосердие Его вечно, каждое утро вновь изливается“» (3:19-23). Испытывая отчаяние, автор вспоминает о безграничном милосердии Божьем, о том, что «не навеки отвергает Владыка Господь» и «не по желанию сердца Своего посылает Он горе» (3:31, 33). К Нему возвращается надежда, и он, обращаясь к своим соплеменникам, зовет их вернуться к Господу и уповать на Его милосердие.


Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии


Сегодня мы начинаем читать книгу «Плач Иеремии». Предание о том, что ее написал сам Иеремия, основывалось на указании... 


Книга Плача Иеремии была написана во времена Вавилонского плена. Автором её вряд ли мог быть Иеремия — он никогда не бывал в Вавилоне, окончив свои дни в еврейской колонии Египта. Но не исключено, что автором книги стал кто-то... 


Имени автора Книги плача Иеремии история нам не сохранила. Традиция приписывает авторство пророку, который был... 

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).