Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Синодальный перевод (ru)
Поделиться

Книга пророка Иеремии, Глава 5,  стих 22

ПРОРОЧЕСТВА О ИУДЕ> Во дни Иосии> 1 Причины возмездия Божия
22 
Меня ли вы не боитесь, говорит Господь,
  предо Мною ли не трепещете?
Я положил песок границею морю,
  вечным пределом, которого не перейдет;
и хотя волны его устремляются, но превозмочь не могут;
  хотя они бушуют, но переступить его не могут.
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

Иеремия жил приблизительно через сто лет после Исаии, во второй половине 7 в. Родился он в семье священника, в селении Анафофе, к СВ от Иерусалима. Мы знаем о его жизни и характере больше, чем об остальных пророках, благодаря биографическим повествованиям от третьего лица, часто встречающимся в его книге (в хронологическом порядке: Иер 19:1-20:6; Иер 26 Иер 36 Иер 45 Иер 28-29 Иер 51:9-64 Иер 34:8-22; Иер 37-44). По мнению интерпретаторов название «Исповедь Иеремии» (Иер 11:18-12:6; Иер 15:10-21; Иер 17:14-18; Иер 18:18-23; Иер 20:7-18) принадлежит ему самому, но представляет собою не изложение автобиографических данных в собственном смысле слова, а патетическое выражение в форме «плачей» переживаемых им душевных кризисов. Призванный Богом служить Ему еще в ранней молодости, в 626 году, тринадцатом году правления Иосии (Иер 1:2), он жил в ту трагическую эпоху, когда приближалось и совершилось падение иудейского царства. Религиозная реформа и национальное возрождение при Иосии пробудили было некоторые надежды, но они исчезли со смертью царя в битве при Мегиддо в 609 г. и вследствие событий, потрясших восточный мир: падения Ниневии в 612 г. и расширения халдейской державы. В 605 г. Навуходоносор покорил Палестину. Иудея, подстрекаемая Египтом, восстала; тогда Навуходоносор в 597 г. осадил Иерусалим и увел в плен часть его жителей. Затем вспыхнуло новое восстание; халдейские войска снова подавили его и в 587 г. Иерусалим был взят, храм сожжен и в плен уведена оставшаяся часть жителей города. Иеремия пережил эту трагедию своего народа, проповедуя, угрожая, предсказывая крушение, тщетно предупреждая бездарных царей, чередовавшихся на престоле Давида. Военные круги обвиняли его в пораженчестве, пророка преследовали, сажали в тюрьму. После разорения Иерусалима Иеремия, хотя и видел надежду будущего в пленниках, уведенных в Вавилон, предпочел остаться в Палестине при Годолии, которого халдеи назначили управлять страной. Но Годолия был убит, и группа иудеев, боясь репрессий, бежала в Египет, уведя с собой Иеремию.

Драма жизни пророка порождена не только внешними событиями, в которых он принимал участие; она происходила прежде всего в его душе, нежной, созданной для любви, тогда как он был послан « искоренять и разорять, губить и разрушать» (Иер 1:10). Предсказывать ему пришлось главным образом бедствия (Иер 20:8). Он желал мира, но вынужден был все время бороться против своих: против царей, священников, лжепророков, против всего народа — становясь « человеком, который спорит и ссорится со всей землей» (15 10). Одно из его сетований своею щемящею болью уже предвосхищает жалобы Иова: « Проклят день, в который я родился...» (Иер 20:14 и др.). Но благодаря этим страданиям душа его очистилась и приблизилась к Богу. Глубокая религиозность, которой была проникнута вся его жизнь, позволила ему углубить традиционное учение о Боге Сердцеведце (Иер 11:20), о личной ответственности каждого человека (Иер 31:29-30), об узах любви, связующих его с Богом (Иер 2:2) и разрываемых грехом, исходящим из злого сердца (Иер 4:4; Иер 17:9; Иер 18:2). Так он стал провозвестником грядущего Нового Завета (Иер 31:31, Иер 31:34). Иеремия близок к Осии, оказавшему на него некоторое влияние; внутреннее же восприятие Закона и осознание значения человеческой личности сближают его учение с Второзаконием. Пророк не мог не встретить с одобрением реформу Иосии, вдохновленную Второзаконием, но был горько разочарован тем, что она не оказала влияния на нравственную и религиозную жизнь народа.

Миссия Иеремии, можно сказать, потерпела неудачу при его жизни, но после его смерти образ пророка приобретал все больший ореол в глазах потомков. Своим учением о Новом Завете, основанной на религии сердца, он положил начало наиболее возвышенному направлению в иудействе: его влияние заметно в кн. Иезекииля, во 2-й части кн Исаии и в ряде псалмов. В Маккавейскую эпоху его причисляют к покровителям народа (2 Макк 2:1-8). Поборник духовных ценностей, Иеремия учил о внутренней связи души с Богом: тем самым он подготовил сердца к восприятию Нового Завета. Самоотверженный служитель Бога, перенесший много страданий во исполнение Его воли, он является прообразом Христа.

Книга Иеремии много читалась, обдумывалась и комментировалась. В ее композиции отражается деятельность целого духовного направления, что в известной мере объясняет наблюдающиеся в ней повторения и некоторую хронологическую непоследовательность в изложении. Все этапы ее редактирования в настоящее время трудно проследить. В гл. 36 содержатся все же некоторые указания: в 605 г. Иеремия продиктовал Варуху все пророчества, произнесенные с начала его служения (Иер 36:2), т.е. с 626 г. Этот свиток был сожжен царем Иоакимом, но текст его был впоследствии восстановлен и дополнен.

Книгу можно разделить на четыре части. Первая содержит грозные предупреждения Иудее и Иерусалиму (Иер 1:1-25:13), вторая — пророчества, направленные против языческих народов (Иер 25:13-38 и Иер 46-51). В третьей части (26—35) собраны в довольно произвольном порядке тексты, почти все написанные прозой и более оптимистические по своему духу. Они взяты большею частью из биографии Иеремии, составление которой приписывается Варуху. Следует выделить гл. Иер 30-31, представляющие собой образец утешительной поэзии. В четвертой части (Иер 36-44) продолжается биография Иеремии и описываются его страдания во время и после осады Иерусалима. Она заканчивается гл. Иер 45, содержащей указание, что эту книгу написал Варух со слов Иеремии.

В евр Библии под общим заглавием «Поздние пророки» объединены книги: Исаии, Иеремии, Иезекииля и двенадцати т. н. малых пророков. Они следуют за группой книг, называющихся книгами «ранних пророков» (от кн Ис Нав до кн Царств включительно). В греч же Библии книги пророков помещаются после учительных книг и расположены в ином порядке. К ним присоединены кн Плач и кн Даниила (которые в евр Библии отнесены к последней части канона), а также книги, ненаписанные или не сохранившиеся на евр языке: кн Варуха (после кн Иеремии), Послание Иеремии (после Плача) и, наконец, добавления к кн Даниила. В Вульг в основном сохранилось то же распределение, однако мы видим в ней возвращение к евр. порядку в том отношении, что Двенадцать «малых» пророков помещены после четырех «великих», и Послание Иеремии присоединено к книге Варуха, помещенной вслед за Плачем.

Пророческое служение

Для всех великих религий древности характерно появление вдохновенных людей, утверждавших, что они говорят от имени Бога. В частности, у соседей Израиля засвидетельствованы случаи пророческого экстаза в Библосе (текстом 11 столетия до Р.Х.), наличие прорицателей и пророков в Хаме на Оронте в 8 веке и в еще большей мере — в Мари на Евфрате в 18 в. до Р.Х. Обращение этих пророков к царям напоминает по форме и содержанию обращения древнейших израильских пророков, о которых говорится в Библии. В ней упоминается и о прорицателе Валааме, вызванном из Месопотамии Валаком, царем Моавитским (Числ 22-24) и о 450 пророках Ваала, вызванных уроженкой Тира Иезавелью и посрамленных Илией на Кармиле (3 Цар 18:19-40). В той же книге идет речь и о 400 пророках, к которым обратился за советом Ахав (3 Цар 22:5-12). Они представляли, подобно первым, большую группу исступленных зкстатиков, но прорицали от имени Ягве. Хотя в данном случае их претензия говорить от лица Ягве оказалась несостоятельной, не подлежит сомнению, что в древний период истории пророческое движение в Израиле носило групповой характер и представляло собой явление религиозно-социального характера.

Самуил предрекает Саулу, что он встретит «сонм пророков» (1 Цар 10:5, ср 1 Цар 19:20), Авдий укрывает группу пророков от Иезавели (3 Цар 18:4), группы сынов пророческих находятся в связи с Елисеем (4 Цар 2:3-18; 4 Цар 4:38 сл, 4 Цар 6:1 сл, 4 Цар 9:1),но затем больше не появляются; косвенное упоминание о них мы встречаем еще только у пророка Амоса (Ам 7:14). Часто они приводили себя в исступление игрой на музыкальных инструментах (1 Цар 10:5), и это состояние передавалось присутствующим (1 Цар 10:5-10), иногда же пророчество выражалось в символических действиях (3 Цар 22:11).

К музыке прибег однажды, перед тем как пророчествовать, и пророк Елисей (4 Цар 3:15). Чаще совершали символические действия пророки Ахия Силомлянин (3 Цар 11:29 сл), Исаия (Ис 20:2-4), Иеремия (Иер 13:1 сл, Иер 19:1 сл, Иер 27:2 сл) и особенно Иезекииль (Иез 4:1-5:4, Иез 12:1-7, Иез 12:18; Иез 21:18-23 сл, Иез 37:15 сл). Во время совершения этих действий, или помимо их, они иногда ведут себя необычным образом, но не эти состояния представляют собой самое главное в жизни и деятельности тех пророков, слова и действия которых запечатлены Библией. Этим последние отличаются от исступленных членов пророческих групп.

В Библии всех пророков называют наби. Производный от этого слова глагол означает говорить или вещать, иногда бредить (1 Цар 18:10); появлению последнего смыслового оттенка могло способствовать поведение некоторых пророков. По всей вероятности, этот глагол связан с корнем, означающим «звать, возвещать». Таким образом, наби является либо тем, кто призван, либо тем, кто возвещает; и тот и другой смысл этого понятия приводит нас к пониманию сущности ВЗ-ного пророчества. Пророк — вестник или истолкователь божественного слова. Это ясно выражено в двух параллельных местах кн Исход: Аарон будет истолкователем Моисея, как если бы он был его «устами», а Моисей будет его вдохновителем «вместо Бога» (Исх 4:15-16); для фараона Моисей будет «Богом», а Аарон будет его «пророком», наби (Исх 7:1). Этому созвучны слова Ягве к Иеремии: «Я вложил слова Мои в уста твои» (Иер 1:9). Пророки, сознавая божественное происхождение своей проповеди, начинают ее словами: «Так говорит Ягве», «слово Ягве», «открыл мне Ягве». Обращенное к ним слово подчиняет их себе, и они не могут о нем молчать: «Господь Ягве сказал, — кто не будет пророчествовать?» — восклицает Амос (Ам 3:8), и Иеремия тщетно борется с овладевшей им силой (Иер 20:7-9).

Однажды они услышали властный призыв Божий (Ам 7:15; Ис 6), Господь избрал их своими вестниками; начало повести об Ионе показывает, к чему приводит уклонение от этого призвания. Они посланы выражать волю Божию и сами должны быть ее «знамениями». Не только их слова, но и действия, вся их жизнь — пророчество. Несчастный брак Осии имеет символическое значение (Ос 1:1-3); Исаия должен ходить нагим (Ис 20:3), ибо он сам и его дети представляют собой «указание и предзнаменование» для Израиля (Ис 8:18); жизнь Иеремии есть подлинное выражение его проповеди (Иер 16), а когда Иезекииль выполняет кажущиеся странными повеления Божии, он становится «знамением дому Израилеву» ( Иез 4:3; Иез 12:6, Иез 12:11; Иез 24:24).

Божие призвание может сообщаться пророку по-разному — в видении (напр, у Ис 6, Иез 1:2, Иез 1:8 и др.; Дан 8-12; Зах 1-6), реже в ночном сновидении (напр, у Дан 7; Зах 1:8 сл; ср Числ 12:6),через слуховое восприятие, но чаще всего через внутреннее вдохновение (соответственно этому часто повторяются выражения: «Было ко мне слово Ягве», «Слово Ягве к...»). Происходит это иногда внезапно, иногда в связи с каким-либо, казалось бы, незначительным обстоятельством, как вид ветки миндального дерева (Иер 1:11), двух корзин со смоквами (Иер 24), или посещение горшечника (Иер 18:1-4). Полученная весть передается пророком также различными способами: при помощи лирики, прозаического рассказа, в притчах или посредством кратких фраз наподобие прорицаний; нередко используются и литературные формы увещания, диатрибы, судебного диалога, проповеди, писаний мудрецов, богослужебных псалмов, гимнов любви, сатиры, надгробного плача...

Эти разнообразные виды восприятия и возвещения связаны с личностью пророка, но в основе их пророческой деятельности есть нечто общее: каждый истинный пророк проникнут сознанием того, что он только орудие, а произносимые им слова принадлежат одновременно и ему и не ему. Он непоколебимо убежден, что принял слово Божие и обязан его передать. Это убеждение основано на таинственном опыте непосредственного общения с Богом. Вступление Бога в душу пророка приводит его как бы в «сверхнормальное» психологическое состояние.

Пророческая весть редко обращена к отдельному человеку (Ис 22:15 сл) или же это происходит в более широком контексте (Иер 20:6; Ам 7:17). Когда же пророк обращается к царю или к первосвященнику, ставшему главой народной общины после возвращения из Плена (Зах 3), он видит в них лиц, ответственных за весь народ. За исключением этих случаев, великие пророки, писания которых дошли до нас, отличаются от своих предшественников в Израиле и от прорицателей восточного языч. мира тем, что их слово обращено ко всему народу. Во всех рассказах о призвании пророков они посылаются к народу Израильскому (Ам 7:15; Ис 6:9; Иез 2:3), даже ко всем народам, как, напр, Иеремия (Иер 1:10).

То, что пророк возвещает, касается и настоящего и будущего. Он послан к своим современникам и передает им Божии повеления. Но поскольку он Божий глашатай, он стоит над временем, и его предсказания как бы подтверждают и продолжают его наставления. Наби иногда возвещает предстоящее в близком будущем событие как знак, который подтвердит его слова и миссию (1 Цар 10:1 сл; Ис 7:14; Иер 28:15 сл; Иер 44:29-30), он предвидит кару как наказание за проступки, которые обличает, и спасение как награду за обращение, которого требует. У более поздних пророков завеса приподнимается даже над последними временами, над эпохой конечного торжества Бога, но из этого всегда вытекает поучение и для настоящего. Поскольку пророк есть только Божие орудие, то, что он возвещает, может выходить за пределы его времени, даже за рамки сознания пророка, оставаясь окутанным тайной, пока не осуществится.

Иеремия послан «истреблять и разрушать, строить и насаждать». Возвещаемое пророками имеет две грани: обличительную и утешительную. Их слова нередко суровы, исполнены угроз и упреков, и эта беспощадность может служить свидетельством подлинности пророчества (Иер 28:8-9; ср Иер 26:16-19; 3 Цар 22:8), ибо грех, препятствующий следовать заповедям Божиим, неотступно занимает мысль пророка. Однако перспектива спасения народа никогда не исчезает. Кн Утешения (Ис 40-55) представляет собою одну из вершин пророчества, и нет оснований сомневаться в подлинности более древних текстов, содержащих возвещения радости, как напр, у Ам 9:8-15; Ос 2:14-23; Ос 11:8-11. В отношениях Бога к Его народу милость и справедливость сочетаются.

Пророк послан к народу Израильскому, но его пророчества относятся и к другим народам. У великих пророков имеется ряд пророчеств против языч. народов (Ис 13-23; Иер 46-51; Иез 25-32). Амос начинает свою пророческую деятельность с возвещения суда над соседями Израиля. Авдий излагает пророчество об Едоме, а кн Наума представляет собой одно только пророчество против Ниневии, куда Иона был послан проповедовать.

Пророк уверен, что говорит от имени Бога, но как могут его слушатели убедиться в том, что он подлинный пророк? Ведь встречаются и лжепророки, о которых нередко идет речь в Библии. Они могут заблуждаться искренно, могут быть и сознательными лжецами. Истинным пророкам приходится вступать с ними в спор (3 Цар 22:8 сл; Иер 23:28; Иез 13). Как удостовериться, что возвещаемое исходит действительно от Бога? Согласно Библии, есть два критерия: первый — исполнение пророчества в будущем (Иер 28:9; Втор 18:21-22), второй и главный — согласованность пророческого учения с ягвистской доктриной (Иер 23:22; Втор 13:1-5).

Иногда пророки фигурируют рядом со священниками (Иер 8:1; Иер 23:11; Иер 26:7 сл и др.; Зах 7:3 и др.), напр, Иеремия говорит, что при иерусалимском храме имелась комната «человека Божия» — по всей вероятности пророка. Все это показывает, что деятельность некоторых пророков была связана с храмом.

Из всей совокупности фактов и текстов, относящихся к пророчеству, можно сделать следующее заключение: пророк — человек, имеющий непосредственный опыт богопознания, получивший откровение Божией святости и Божиих соизволений, судящий о настоящем и провидящий будущее в свете Откровения Божия. Он послан Богом напоминать людям о Его требованиях и возвращать их на путь Его любви и послушания Ему. Так понятое пророчество представляет собою явление, присущее только Израилю, свидетельствующее об особом действии Провидения Божия в истории избранного народа.

Пророческое движение

Первым и величайшим из пророков, согласно Библии, является Моисей (Втор 18:15, Втор 18:18; Втор 34:10-12; Числ 12:6-8). О его преемнике Иисусе Навине говорится, что «в нем есть Дух» (Числ 27:18, ср Втор 34:9). В эпоху Судей мы встречаем Девору пророчицу (Суд 4-5) и безымянного пророка (Суд 6:8), затем выступает великий образ Самуила, пророка и тайновидца (1 Цар 3:20; 1 Цар 9:9; ср 2 Пар 35:8).

Пророческий дух развивается в это время в группах экзальтированных людей (ср 1 Цар 10:5; 1 Цар 19:20). Позднее мы встречаем общины более трезвые — «сынов пророческих» (4 Цар 2 и др.), и даже еще в послепленную эпоху говорится о деятельности пророков как сословия (Зах 7:3). Но за пределами этих объединений, влияние которых на религиозную жизнь народа остается неясным, появляются отдельные выдающиеся личности: Гад (1 Цар 22:5; 2 Цар 24:11) и Нафан при Давиде (2 Цар 7:2 сл; 2 Цар 12:1 сл; 3 Цар 1:11 сл), Ахия при Иеровоаме (3 Цар 11:29 сл; 3 Цар 14:2 сл), Иуй при Ваасе (3 Цар 16 7), Илия и Елисей при Ахаве и его преемниках (3 Цар 17 до 4 Цар 13 и др.), Иона при Иеровоаме II (4 Цар 14 25), пророчица Олдама при Иосии (4 Цар 22:14 сл), Урия при Иоакиме (Иер 26:20). К этому списку кн. Паралипоменон добавляют Самея и Адду при Ровоаме (2 Пар 12:5 сл, 2 Пар 12:15; 2 Пар 13:22), Азарию при Асе (2 Пар 15:1 сл), Одеда при Ахазе (2 Пар 28:9 сл) и несколько безымянных пророков.

Большинство пророков нам известно только по упоминанию о них в исторических или пророческих книгах. Некоторые образы выступают более четко. Нафан возвещает Давиду непоколебимость его «дома», на котором почиет благоволение Божие — это первое в ряду пророчеств, относящихся к Мессии, Сыну Давидову (2 Цар 7:17). Тот же Нафан обличает Давида, впавшего в грех с Вирсавией, но, увидев его раскаяние, заверяет в Божием прощении (2 Цар 12:1-25). Еще лучше мы осведомлены об Илии и Елисее. Когда наплыв чужеземных культов подвергает опасности религию Ягве, Илия выступает поборником веры в истинного Бога и одерживает на вершине горы Кормил блестящую победу над пророками Ваала (3 Цар 18). Его встреча с Богом на Хориве, месте, где был установлен Союз-Завет, непосредственно связывает его с Моисеем (3 Цар 19). Защищая истинную веру, Илия защищает и нравственность, он изрекает осуждение Божие на Ахава, убившего Навуфея, чтобы овладеть его виноградником (3 Цар 21). Таинственный конец его жизни окружен ореолом, который в иудейском предании все возрастал. В противоположность Илии, Елисей принимает непосредственное участие в жизни своей эпохи. Он выступает в связи с войнами против моавитян (4 Цар 3), сириян (4 Цар 6-7), участвует в захвате власти Азаилом в Дамаске (4 Цар 8:7-15) и Ииуем в Израиле (4 Цар 9:1-3); к нему обращаются за советом вельможи, израильский царь Иоас (4 Цар 13:14-19), дамасский Венадад (4 Цар 8:7-8), Нееман Сириянин (4 Цар 5). Он находится в связи и с группами «сынов пророческих», много рассказывающих о его дивных деяниях.

Более всего сведений до нас дошло о т. н. канонических пророках, писания которых вошли в Библию. О каждом из них мы будем говорить подробнее в связи с книгой, которая носит его имя. Пока укажем лишь на его место в пророческом движении. Первый из них, Амос, совершает свое служение в середине 8 века, примерно через 50 лет после смерти Елисея. Затем пророческое движение продолжается до Плена, в течение неполных двух веков, над которыми возвышаются гигантские фигуры Исаии и Иеремии. К тому же периоду принадлежат Осия, Михей, Наум, Софония и Аввакум. Последние годы деятельности Иеремии совпадают с началом служения Иезекииля. С появлением этого провидца, жившего в период Плена, окраска пророчеств меняется: у него меньше непосредственности и огня, видения грандиозны и сложны, описания тщательны, возрастает интерес к последним временам — все это предвещает апокалиптическую письменность. Однако великое течение, у истоков которого стоит Исаия, продолжается, о чем свидетельствует т. н. книга Утешения (Ис 40-55). Кругозор пророков послепленного периода — Аггея и Захарии — более ограничен: их интерес сосредоточен на восстановлении храма. После них Малахия обличает пороки новой народной общины, а в кн Ионы, использующей древние писания для нового учения, предвосхищается мидрашистская письменность. Апокалиптическое течение, начало которому положил Иезекииль, вновь появляется у Иоиля и во второй части кн. Захарии. Оно вливается в кн Даниила, где видения прошлого и будущего создают метаисторическую картину уничтожения зла и пришествия Царствия Божия. В эту эпоху великое пророческое вдохновение как будто иссякает, так что сынам Израилевым приходится обращаться к прежним пророкам (Дан 9:6-10, ср Зах 7:7-12). Захария (Зах 13:2-6) предвидит полное исчезновение института пророков, на который набросили тень лжепророки. Однако почти в те же годы Иоиль (Иоил 2:28) предрекает мессианскую эру, когда произойдет новое излияние Духа.

Учение пророков

Роль пророков в религиозном развитии Израиля чрезвычайно велика. Они преподавали народу подлинный ягвизм и были теми посредниками между Богом и народом, через которых раскрывалось Откровение. Каждый из них внес вклад в созидание учения, в котором можно различить три основных элемента, характеризующие ВЗ-ную религию: монотеизм, морализм, ожидание спасения.

Монотеизм. В течение длительного периода израильтяне допускали, что другие народы могут иметь своих «иных» богов. Это их не смущало: они признавали только Ягве, самого могущественного из богов, требующего поклонения Ему одному. От практического генотеизма к полностью осознанному строгому монотеизму Израиль перешел под влиянием проповеди пророков. Когда самый ранний из них, Амос, представляет Ягве единым Богом, повелевающим силами природы, безраздельно властвующим над людьми и историей, он обращается к древним истинам Откровения, подтверждающим его грозные предупреждения. Содержание этой древней веры и проистекающие из нее правила жизни утверждаются в сознании Израиля со все большей ясностью. Синайское Откровение единого Бога было связано с избранием народа и с установлением Союза-Завета, и поэтому Ягве представлялся Богом собственно Израильским, связанным с израильской землей и святилищами. Пророки же, напоминая о связи Ягве с Его народом, показывают вместе с тем, что Он управляет судьбами и других народов (Ам 9:7). Он судит малые государства и великие империи (Ам 1-2), дает им могущество и отнимает его (Иер 27:5-8); они служат орудием Его кар (Ам 6:11; Ис 7:18-20; Ис 10:6; Иер 5:15-17), но Он же и останавливает их, когда это Ему угодно (Ис 10:12). Объявляя Израиль землею Ягве (Иер 7:7), пророки в то же время предсказывают разрушение святилища (Мих 3:12; Иер 7:12-14), и Иезекииль видит, как слава Ягве покидает Иерусалим (Иез 10:18-22; Иез 11:22-23).

Борясь с влиянием языческих культов и с тенденциями к синкретизму, угрожавшими вере Израиля, пророки показывают бессилие ложных богов и идолов (Ос 2:7-15; Иер 2:5-13, Иер 2:27-28; Иер 5:7; Иер 16:20). Во время Плена, когда крушение национальных надежд могло вызвать сомнения во всемогуществе Ягве, критика идолопоклонства становится более острой и рациональной ( Ис 40:19-20; Ис 41:6-7, Ис 41:21-24; Ис 44:9-20; Ис 46:1-7; ср Иер 10:1-16; По. Иер 1:6; Дан 14) и сопровождается торжественным исповеданием единобожия (Ис 44:6-8; Ис 46:1-7 Ис 46:9). Единый Бог есть Бог трансцендентный, надмирный. О тайне Его трансцендентности свидетельствуют пророки, называя Его «святым». Это одна из их излюбленных тем, особенно развитая у Исаии (Ис 1:4; Ис 5:19, Ис 5:24; Ис 6; Ис 10:17, Ис 10:20; Ис 40:25; Ис 41:14, Ис 41:16, Ис 41:20и т.д.; Ос 11:9; Иер 50:29; Иер 51:5; Авв 1:12; Авв 3:3). Бог окружен тайной (Ис 6; Иез 1), Он неизмеримо выше «сынов человеческих», о чем постоянно напоминает Иезекииль. И в то же время Он близок к Своему народу и проявляет к нему Свою благость (см у Осии и Иеремии аллегорию брака Ягве с Израилем — Ос 2; Иер 2:2-7; Иер 3:6-8, пространно развитую затем Иезекиилем — Иез 16 и Иез 23).

Морализм. Святости Бога противостоит скверна человека, и, видя этот контраст, пророк с особой остротой осознает человеческую греховность. Этот морализм, как и монотеизм, не является чем-то новым: он уже был присущ десяти заповедям, звучал в обличениях Давида Нафаном (2 Цар 12) и Ахава Илией (3 Цар 21). В книгах пророков тема греха становится одной из основных: грех отделяет человека от Бога (Ис 59:2), оскорбляет Бога праведного (Амос), многомилостивого (Осия) и святого (Исаия). Проблема греха стоит в центре проповеднической деятельности Иеремии (напр Иер 13:23). Именно разгул зла и вызывает Божию кару, которая окончательно свершится в грядущий «День Ягве» (Ис 2:6-22; Ис 5:18-20; Ос 5:9-14; Иоил 2:1-2; Соф 1:14-18). Поскольку грех совершается всем народом, он требует и коллективного наказания, но у Иеремии (Иер 31:29-30) уже появляется представление об индивидуальном возмездии. Оно ясно утверждается у Иезекииля (Иез 18 ср Иез 33:10-20).

Однако, т. н. «этический монотеизм» пророков не противополагается Закону. Морализм пророков основан на Синайском законодательстве, провозглашенном Самим Богом. И в своих проповедях пророки обличают прежде всего нарушение этого законодательства или пренебрежение им (см напр речь Иеремии — Иер 7:5-10 — основанную на Десятисловии).

Одновременно с этим углубляется и понимание религиозной жизни. Надо «искать Бога», «исполнять Его законы» (Ам 5:4; Иер 50:4; Соф 2:3; ср Ис 1:17; Ам 5:24; Ос 10:12, Мих 6:8). Бог требует внутренней праведности. Вся религиозная жизнь должна быть проникнута этим духом, и пророки осуждают обрядность, не связанную с заботой о нравственности (Ис 1:11-17;Иер 6:20; Ос 6:6; Мих 6:6-8). Но это не дает основания видеть в них противников культа; напротив, культ и храм находятся в центре внимания Иезекииля, Аггея, Захарии.

Ожидание спасения. Несмотря на отступничество народа, Бог не желает его гибели, продолжает исполнять Свои обетования и заботится о сохранении «Остатка» (Ис 4:3 и др.). Представление о нем впервые появляется у Амоса (Ам 5:15), развивается и уточняется его преемниками. В сознании пророков как бы переплетаются два видения: немедленной кары и последнего суда Божия; под «Остатком» можно понимать как тех, кто выживет среди испытаний данной эпохи, так и тех, кто достигнет конечного спасения (Ис 11:10; Ис 37:31; Мих 4:7; Мих 5:7-8; Иез 37:12-24; Зах 8:11-13).

Пророки предсказывают эру великого счастья: изгнанники Израиля и рассеянные иудеи (Ис 11:12-13) вернутся в святую Землю и наступит период благоденствия (Ис 30 23-26; Ис 32:15-17). Но главное заключается не в материальном благополучии и могуществе: они только будут сопровождать пришествие Царствия Божия, Царства правды и святости (Ис 29:19-24), которому должны предшествовать внутреннее обращение, Божие прощение (Иер 31:31-34) и богопознание (Ис 2:3; Ис 11:9; Иер 31:34), приносящие мир и радость (Ис 2:4; Ис 9:6; Ис 11:6-8; Ис 29:19).

Для установления Своего царства на земле Царь-Ягве пошлет Своего представителя, Своего «Помазанника», по евр. «Мессию». Первым выразителем этого царского мессианства, отзвуки которого слышатся в псалмах, был пророк Нафан, обещавший Давиду непоколебимость его династии. Однако неуспехи и недостойное поведение некоторых преемников Давида как будто противоречат «династическому» мессианизму, и надежда сосредоточивается на царе, облик которого постепенно проступает в пророческих писаниях и пришествие которого ожидается в неопределенном будущем. Этого спасителя провидит прежде всех Исаия, а затем и Михей и Иеремия. Мессия будет потомком Давида (Ис 11:1; Иер 23:5; Иер 33:15), Он произойдет из Вифлеема (Мих 5:2).

Дух Ягве почиет на Нем во всей полноте Его даров (Ис 11:1-5). Наименования, которые Ему дают пророки: Еммануил (Ис 7:14), т.е. «С нами Бог» (см Мф 1:23), Ягве Цидкену, т.е. «Ягве — оправдание наше», — выражают их мессианские чаяния.

Несмотря на надежды, которые одно время возлагались на потомка Давида Зоровавеля, царский мессианизм шел на убыль; ни один представитель дома Давидова не занимал царского престола, и Израиль продолжал находиться под иноземным игом. Правда, Иезекииль все еще ожидает прихода нового Давида, но именует его не царем, а князем и представляет не столько могущественным властителем, сколько посредником и пастырем (Иез 34:23-24; Иез 37:24-25). Во второй части Исаии помазанником Ягве назван не потомок Давида, а персидский царь Кир (Ис 45:1), поскольку Бог избрал его орудием для освобождения Своего народа. Но в этой же книге появляется другой спасительный образ — Отрока Ягве, учителя Своего народа и светоча всех народов, с великой кротостью проповедующего правду Божию. Он будет обезображен, отвергнут своими, но принесет им спасение ценой своей собственной жизни (Ис 42:1-7; Ис 49:1-9; Ис 50:4-9 и в особенности Ис 52:13-53:12). Наконец, Даниил видит «как бы Сына Человеческого», грядущего на «облаках небесных» и получающего от Бога власть над всеми народами, царство, которое не прейдет никогда (Дан 7 13-14). Однако, накануне нашей эры заметно возрождение раннего мессианства: широко распространяется ожидание Мессии-Царя, но в некоторых кругах ждут Мессию-первосвященника, в других — Мессию трансцендентного.

Первохристианская община относила к Иисусу Христу эти различные пророчества, которые органически сочетались в Его личности. Он — Иисус, т.е. Спаситель, Христос, т.е. Помазанник, потомок Давида, рожденный в Вифлееме, Царь мирный, согласно Захарии, страждущий Отрок Ягве, согласно кн Исаии, младенец Еммануил, возвещенный Исаией, нисходящий с неба Сын Человеческий, которого видел Даниил. Но ссылки на древние пророчества не должны умалять самобытности христианского мессианизма. Иисус Христос, исполнив пророчества, превзошел их, и Сам отверг традиционный царский мессианизм в его политическом понимании.

КНИГИ ПРОРОКОВ

Пророков, которым, согласно библейскому канону, принадлежит какая-нибудь книга, принято называть пророками-писателями. Однако, сказанное выше о пророческом служении показывает неточность этого выражения: пророк — по существу оратор, проповедник, а не писатель. Пророческое слово прежде всего произносится, но следует объяснить, как происходил переход от этого устного слова к письменному.

В книгах пророков можно различить три основных элемента: 1) собственно пророчества, т.е. слова Самого Бога, или поэтические картины, выражающие их поучение, возвещение, грозное предупреждение или обетование... 2) повествования в первом лице, в которых сам пророк .рассказывает о своем опыте и в частности о своем призвании; 3) повествования в третьем лице, воспроизводящие события из жизни пророка или обстановку, в которой осуществлялось его служение. Все эти три элемента могут сочетаться, напр, когда отдельные изречения или речи включаются в повествование.

Повествования, ведущиеся от третьего лица, указывают, что не сам пророк является их автором. Свидетельство этому мы находим в кн Иеремии. Пророк продиктовал Варуху (Иер 36:4) все те слова, которые он произнес от имени Ягве за 23 года (ср Иер 25:3). Так как этот сборник был сожжен царем Иоакимом (Иер 36:23), тот же Варух написал новый свиток (Иер 36:32). Рассказать об этих фактах мог только сам Варух, которому приписываются также и следующее за этим биографическое повествование (Иер 37—44), заканчивающееся словами утешения, обращенными Иеремией к Варуху (Иер 45:1-5); во втором свитке (самим Варухом или другими) к прежнему тексту «еще прибавлено много подобных слов» (Иер 36:32).

По-видимому, аналогичные обстоятельства обусловили возникновение и других пророческих книг. Вполне вероятно, что сами пророки записали или продиктовали часть своих пророчеств или рассказ о личном опыте (ср Ис 8:1; Ис 30:8; Иер 30:2; Иер 51:60; Иез 43:11; Авв 2:2). Это наследие могло быть отчасти сохранено устным преданием, напр, учениками Исаии (на которых очевидно указывается в Ис 8 16). В той же среде сохранились воспоминания о жизни пророка, в которые входили и слова пророческие, предания об Исаии, собранные в книгах Царств (4 Цар 18-20) и перешедшие оттуда в книгу Исаии (Ис 36-39), рассказ о столкновении Амоса с Амасией (Ам 7:10-17) и т.д. Из этих элементов образовались сборники, в которых соединялись воедино слова пророков, близкие по своему духу, или освещающие одну и ту же тему (напр слова против языческих народов у Исаии, Иеремии, Иезекииля), или же сочетающие предсказания бедствий с обетованиями спасения (напр у Михея). Эти писания читались и обдумывались поколениями, что содействовало сохранению духовных течений, восходящих к пророкам: современники Иеремии цитируют одно из пророчеств Михея (Иер 26:17-18), часто встречаются ссылки на древних пророков (Иер 28:8); упоминание о них повторяется как рефрен у Иер 7:25; Иер 25:4; Иер 26:5 и т.д., затем у Зах 1:4-6; Зах 7:7-12; Дан 9:6, Дан 9:10; Езд 9:11). В среде ревнителей голос пророков звучал как живой, поддерживая веру и благочестие. По вдохновению Божию к этим сборникам продолжали добавляться «еще подобные слова», как напр, в свитке Варуха (Иер 36:32), что приближало их к новым потребностям своего времени или обогащало их содержание. Эти дополнения могли быть довольно пространными, что мы видим в книгах Исаии и Захарии. Наследники пророков были уверены в том, что таким образом они сохраняют полученное ими сокровище и правильно применяют их учение в современной обстановке.

Книги четырех великих пророков — Исаии, Иеремии, Иезекииля и Даниила — стоят в каноне в хронологическом порядке, которому мы здесь и следуем.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

20-31 Объясняя, за что Иегова гневается на иудеев, пророк указывает на их нежелание видеть величие Божественного всемогущества и любви. Они не боятся Бога и обижают людей — вот причина их несчастий.


22 Как на чудо мудрости и всемогущества Иеговы пророк указывает на то, что море не заливает берегов своих далее положенного для прилива предела, несмотря на то, что по песку ему легко было бы катить свои волны.


1. Имя и происхождение пророка. Значение имени пророка Иеремии — Jrmijahu или, в сокращении, Jremjah, установить трудно. Если производить его от глагола ramа — бросать, то оно будет значить: Иегова отвергает. Но оно может быть производимо от глагола ramа, означающего: основывать, поднимать; и в таком случае имя пророка будет значить: Господь основывает. Имя это было не редким в Израиле (1 Пар 12:13; 4 Цар 23:31). Отцом Иеремии был Хелкия, из священников, живших в городе Анафофе (в колене Вениаминовом, в 7 верстах к северу от г. Иерусалима). В этом городе жили священники из рода Авиафара, который был до Соломона первосвященником, но при этом царе лишен был своего первосвященнического достоинства (3 Цар 2:26). Нет ничего удивительного, что отец-священник дал своему сыну Иеремии воспитание, вполне отвечавшее традициям доброго старого времени и этим подготовил его к пророческому служению.

2. Время и деятельность пророка. Иеремия пророчествовал с 13 года царствования Иосии (Иер 1:2; Иер 25:3), т. е. с 627-го г. до Р. Х. до разрушения Иерусалима в 588-м г., при последних иудейских царях: Иосии, Иоахазе, Иоакиме, Иехонии и Седекии, а потом еще некоторое время, по разрушении Иерусалима, в Египте — всего около 50 лет.

Иосия (640-609) был царь благочестивый. Уже на 16 году своей жизни и след. на 8-м году своего царствования он стал обнаруживать живой интерес к религии (2 Пар 34:3-7), а на 20-м году жизни, начал уничтожать в своей стране идолослужение. На 26-м г. жизни, когда найдена была в храме книга Завета, Иосия реформировал богослужение по руководству этой книги (4 Цар 22:1-23:30; 2 Пар 34:8-35:27).

Еще за пять лет до этой важной реформы Иеремия был призван к пророческому служению, но, очевидно, в первые годы своего служения он неизвестен был в Иерусалиме: иначе бы его совета спросили придворные, обращавшиеся за разъяснениями угроз книги Завета к пророчице Олдаме (4 Цар 22:4). Ко времени царя Иосии относятся первые речи Иеремии, содержащиеся в Иер 2-6 и Иер 17:13-27. Хотя Иеремия не принимал близкого и прямого участия в реформаторской деятельности Иосии, тем не менее он глубоко ей сочувствовал и оплакал гибель этого царя в плачевной песни, которая не дошла до нас (2 Пар 35:25). В это время Иеремия появляется в Иерусалиме и говорит свои обличительные речи главным образом в храме, где у него было больше всего слушателей.

Иоахаз, которого Иеремия называет Саллумом (Иер 22:10), царствовал только три месяца (4 Цар 23:33-37). Ему пророк предсказал только лишение престола навсегда.

Иоаким, старший брат Иоахаза, был посажен на престол фараоном Нехао и царствовал 11 лет (609-598). В противоположность своему отцу, этот царь покровительствовал идолослужению и нарушал теократические традиции (4 Цар 23:37), что начато, впрочем, было еще его братом (4 Цар 23:32). Его правление было несчастливо для народа, который немало терпел от его стремлений к роскоши и от его жестокости (Иер 22:13-30). Особенно повредил он своему государству своею вероломною политикой. Бывши посажен на престол фараоном, он на пятом году своего царствования стал вассалом Навуходоносора, но три года спустя он начал устраивать против него заговор и этим навлек на Иудею нашествие полчищ халдейских, сирийских, моавитских и аммонитских (4 Цар 24:1-20), пока сам Навуходоносор не явился в Иерусалим и взял в плен немалое число иудеев. Иеремия горько порицал царя за все это и предсказывал ему печальный конец (Иер 22:1-19). Кроме того при Иоакиме сказана, в самом начале его царствования (ср. Иер 26:1), большая храмовая речь, содержащаяся в Иер 7-11 и в Иер 10:17-25. Затем, когда Навуходоносор одержал, на 4-м г. царствования Иоакима, блестящую победу над египтянами при г. Кархамисе, во исполнение пророчества Иеремии (Иер 46:1-12), Иеремия в это время пророчески предвозвещает о последствиях этого события для государств Азии и Африки (Иер 25). К этому же году относятся отдельные речи о разных царствах (Иер 48-49). При Иоакиме же вероятно сказаны были речи, содержащиеся в Иер 11-20. К этому же времени относится событие, описываемое в Иер 35

Как и естественно было ожидать, неподкупный и неустрашимый пророк в эту эпоху подвергался серьезным опасностям со стороны правительства и частных лиц. Уже за свою храмовую речь пророк был осужден на смерть священниками и ложными пророками, которых он сильно обличал (ср. Иер 26). Но вельможи на этот раз были справедливы в отношении к Иеремии и защитили его, хотя пророк все-таки не избавился от ареста и побоев со стороны храмовой полиции (Иер 20). Сам царь крайне недоброжелательно относился к Иеремии и едва ли не уготовлял для него участь несчастного, казненного за пророчествования, Урии (Иер 26:20-24). Точно также обострились в это время отношения пророка с народом (Иер 16:1-21). Ему, кажется, был запрещен даже вход во храм и отнято право выступать с речами пред народом (Иер 36:5). Этим объясняется и то обстоятельство, что именно в 4-м г. Иоакима пророк получил от Бога повеление записать свои доселе сказанные им об иудеях и язычниках речи в книгу: таким способом народ, к которому прямо Иеремия не мог обращаться, мог, читая или слушая эту книгу, видеть, как начинают приходить в исполнение его пророчества, и раскаяться в своем неверии, какое он обнаруживал по отношению к пророчествам Иеремии (Иер 36). Варух, его верный ученик, служил ему в качестве писца, а потом читал пророчества Иеремии в храме народу. Когда он на 5-м году Иоакима в день покаяния читал эту книгу народу, книга была у него отобрана и передана царю, который велел схватить Иеремию и Варуха, а книгу уничтожил... Пророк и его ученик однако заранее успели уже скрыться и снова написали книгу пророчеств, еще больше увеличив ее содержание. Иеремия после этого долго не выступал пред народом.

Иехония, сын, и преемник Иоакима, правил только три месяца (4 Цар 24:8) и отведен был с лучшею частью своего народа в Вавилон Навуходоносором (Иер 24:1; Иер 29:2). Иеремия предсказал этому царю, державшемуся политики своего отца, его несчастную судьбу (Иер 22:20-30).

Седекия (597-586), который был возведен на престол Навуходоносором, был младшим сыном Иосии, дядею Иехонии. Почти 11-тилетнее его правление завершилось гибелью Иудейского государства (Иер 52:2-34). Вместо того чтобы искать помощи Иеговы и творить суд и правду, сокрушая языческие алтари, этот слабохарактерный государь возымел мысль сбросить с себя зависимость от Вавилона. Иеремия в это время чувствовал себя гораздо свободнее, чем при Иоакиме; его злейшие враги, особенно из числа священников, были переселены в плен; сам царь имел известное уважение к его слову. И пророк неустанно продолжал твердить царю и народу, что единственное их спасение — подчиниться воле Иеговы, требующего, чтобы царь и народ признали над собою власть царя вавилонского, конечно, на известный период времени. Но Седекия никак не мог согласиться с пророком и действовал как раз в противоположном духе. На 4-м году своего правления, в надежде на затруднения, какие имел тогда вавилонский царь, боровшийся с Еламом (Иер 49:34-39), Седекия задумал отложиться от Вавилона (Иер 27:1), против чего Иеремия вооружился со всею силою (Иер 27-28). Для наибольшего воздействия на слушателей пророк в это время носил на себе ярмо, означавшее будущее порабощение иудеев Навуходоносору. На тот же 4-й год Седекии падает путешествие этого царя в Вавилон, причем Иеремия переслал в Вавилон свои речи против этого великого государства, книгу с которыми друг Иеремии должен был опустить в р. Ефрат (Иер 51:59-64). Видение Иер 24 и письмо в Вавилон (Иер 29) относятся к первым годам царствования Седекии. Затем есть пророчества, относящиеся ко времени осады Иерусалима халдеями, пришедшими наказать Седекию за измену (Иер 21:1-10; Иер 34:1-7.8-22; Иер 37:1-10.17-21; Иер 38:14-28). Здесь Иеремия увещевал Седекию сдаться халдеям, указывая в этом единственно спасительный для царя исход.

Положение пророка в это время значительно ухудшилось. Слабохарактерный Седекия, сначала было отнесшийся с полным доверием к словам пророка, скоро отступился от него, и Иеремия подвергся жесточайшим преследованиям со стороны вельмож при наступлении осады Иерусалима. Вельможи обвинили Иеремию в намерении уйти к халдеям и посадили его в мрачную темницу, где он и пробыл долгое время (Иер 37:11-21). Царь, однако, назначил ему более сносное помещение — в казармах при своем дворце, где Иеремия мог говорить с приходившими к нему иудеями. К этому времени относятся изреченные им утешительные пророчества Иер 30-33. В это же время он говорил и о судьбе языческих народов (Иер 46:13-28). Но это повлекло за собою для Иеремии весьма печальные последствия. Враги его сумели добиться от царя разрешения бросить Иеремию в грязный колодезь, где он должен бы умереть голодной смертью, если бы не евнух Авдемелех, который сумел со своей стороны убедить царя разрешить ему освободить Иеремию и перевести его на жительство опять в казармы, где он и оставался до взятия Иерусалима халдеями.

После взятия Иерусалима Навуходоносор, которому известна была деятельность Иеремии, предложил пророку через начальника своей гвардии или идти в Вавилон, или оставаться в Иудее. Пророк избрал последнее, надеясь, что назначенный халдеями наместник иудейский Годолия сумеет сплотить вокруг себя оставшихся в своей стране иудеев. Но Годолия, в резиденции которого, Массифе, стал жить Иеремия, скоро был изменнически умерщвлен одним иудейским офицером, Измаилом, хотевшим этим угодить царю аммонитскому. Когда злодей убежал к аммонитянам от мщения восставших против него иудеев, эти последние, боясь, что халдеи не простят убийство Годолии и на них выместят свой гнев, решили удалиться в Египет. Напрасно Иеремия убеждал их от имени Иеговы бросить это намерение (Иер 42), он сам был увлечен ими в Египет и пришел с ними в г. Тафнис (в Нижнем Египте).

Что и в Египте Господь продолжал говорить через Иеремию иудеям — это видно из Иер 43:8-44. Пророку, при его поселении в Египте, было уже около 70-ти лет, и вероятно, лет через десять он скончался. Есть предание, что он был побит камнями своим же народом за обличения свои, но это едва ли вероятно. Напротив, в народе иудейском сохранилась память о нем как о великом пророке, и с его именем были связаны даже ожидания Мессии (2 Макк 2:1-33; 2 Макк 15:12-16; Мф 16:14).

3. Личные особенности Иеремии. В книге пророка Иеремии отражаются с особенною рельефностью личные свойства ее автора. Мы видим в нем мягкую, уступчивую, любящую натуру, которая представляет удивительный контраст той неуклонной твердости, с какою он действовал в сфере своего пророческого призвания. В нем, можно сказать, было два человека: один, находившийся под действием немощной человеческой плоти, хотя и облагороженной в своих порывах, и другой — всецело стоявший под действием всемощного Духа Божия. Конечно, плоть покорялась духу, но пророк от этого страдал чрезмерно. Юношею пророк с охотою принял на себя свою высокую миссию, но потом, когда взятое им на себя дело изолировало его от других людей, превратило его во «врага народа», — его чувствительное сердце стало страдать очень сильно. Положение его можно было назвать в высокой степени трагическим: он должен был обращать отступившей от Иеговы народ к Богу, зная хорошо, что его призывы к покаянию останутся безрезультатными. Он должен был постоянно говорить о страшной опасности, угрожавшей Иудейскому государству, и оставаться непонятым никем, потому что его не хотели понять! Как он должен был страдать, видя непослушание народа, который он любил и которому однако не мог пособить... Как должно было его тяготить клеймо, наложенное на него общественным мнением как на государственного изменника... Делом великого мужества поэтому было то, что Иеремия, несмотря на такое обвинение, висевшее над его головою, по-прежнему продолжал говорить о необходимости подчиниться халдеям. То обстоятельство, что Господь не желал даже принимать его молитв за иудейский народ (Иер 7:16; Иер 11:14; Иер 14:11; Иер 18:20) и неприязненное отношение к нему всех иудеев, даже родных, — все это доводило пророка до отчаяния, и он думал только о том, как бы ему уйти в далекую пустыню, чтобы там оплакивать участь своего народа (Иер 9:1; Иер 13:17). Но слова Божии в его сердце горели как огонь и просились наружу — он не мог оставить своего служения (Иер 20:7-18) и Господь твердою рукою продолжал вести его по раз избранному трудному пути. Иеремия не оставлял борьбы с ложными пророками, стремившимися бессознательно погубить государство и оставался железным столпом и медною стеною, от которой отражались все нападения его врагов (Иер 1:18; Иер 15:20).

Конечно, выраженные пророком чувства недовольства и отчаяния его проклятия своим врагам ставят его несравненно ниже Того Сына Человеческого, Который страдал от Своих соплеменников, не издавая жалоб и никого не проклиная даже в момент Своей страдальческой кончины. Но во всяком случае среди пророков никто не был по своей жизни и страданиям более рельефным прообразом Христа, чем Иеремия. И уважение, какое питали к нему иудеи, проявлялось иногда вопреки их желанию. Так Седекия дважды советовался с ним, а иудеи, не послушавшие совета Иеремии относительно удаления в Египет, все-таки взяли туда его с собою как бы какой священный Палладиум.

4. Содержание пророчеств Иеремии. Как уже показывает история призвания Иеремии к пророческому служению (Иер 1), пророк должен был в особенности возвещать суд, почему его книга справедливо названа в Талмуде книга угроз. Этот суд вызывается чрезвычайной виновностью народа иудейского пред Иеговою. Первую вину народа составляет, по взгляду пророка, отступление от истинного Бога — Иеговы к другим богам, каковы, Ваал, Молох, царица неба и т. д., а потом и в собственном смысле служение идолам. За этот грех и обрушивается суд Божий на народ иудейский: см. Иер 1:16; Иер 2:5-8.11.13.20.23.27-37; Иер 3, Иер 3:6.9.13; Иер 5:7.19; Иер 7:18-34; Иер 9:14; Иер 10:2-25; Иер 11:10-23; Иер 11:17; Иер 12:16; Иер 13:10.27; Иер 15:4; Иер 16:11.19-21; Иер 17:2; Иер 18:15; Иер 19:4.13; Иер 32:29.34-44; Иер 44:8.15.17-30. Из этих мест становится ясно, что служение на высотах, т. е. на некоторых освященных древними воспоминаниями местах вне Иерусалима, увлекало народ к язычеству и должно бы быть подвергнуто полному, с точки зрения закона Моисеева, осуждение, так как этим служением не только нарушался закон о единстве места богослужения, но и в самое служение Богу вводились языческие обычаи. Но кроме этого двусмысленного культа, поблизости Иерусалима, в долине сынов Еннома, по крайней мере до реформы, произведенной царем Иосиею, существовал алтарь в честь Ваала-Молоха, где были приносимы в жертву дети (Иер 7:31; Иер 19:5; Иер 32:35), и, наконец, в самом храме стояли языческие идолы (Иер 32:34). Может быть, в последние годы существования Иудейского царства и не было в Иерусалиме прямого идолослужения, но во всяком случае склонность к нему в единоплеменниках Иеремии не была уничтожена, и иудеи должны были понести наказание не только за грехи отцов своих, но и за свое собственное поведение в отношении к Богу.

Но если, по убеждению пророка, все несчастье народа корень свой имеет в неверности народа Иегове, то эта неверность приводила за собою непосредственно всякую неправду и безнравственность, против которых пророк неустанно возвышал свой голос (Иер 5:1-31, Иер 5:7-31, Иер 5:26-31; Иер 6:7.13; Иер 7:5-34, Иер 7:9; Иер 9:2-6.8; Иер 17:6-end; Иер 21:12; Иер 22:13-30; Иер 23:10; Иер 29:23 и др. места). Видно, что в народе исчез страх пред истинным Богом и благоговение к Его святому закону сменилось языческою распущенностью. Основные заповеди о девстве, честности, справедливости были в пренебрежении как у знатных, так и у простонародья, даже у священников и пророков, которые, вместо того чтобы быть органами Божественного закона, скорее были рабами тогдашних веяний, преклонялись пред светской властью и служили мамоне, почему и неспособны были сколько-нибудь поднять уровень нравственности в народе.

Тот суд, который возвещал Иеремия, был по существу политическою катастрофою. Хотя он иногда и в стихийных бедствиях указывал карающую руку Иеговы (Иер 5:24; Иер 14:1-22), однако, главным образом, он угрожал своим единоплеменникам нашествием чуждых народов с севера, не называя сначала (до 25-й главы, относящейся к 4-му году Иоакима) точно орудие гнева Божия (Иер 1:13-19; Иер 3:18; Иер 4:6-31, Иер 4:13-31; Иер 6:22-30; Иер 8:16; Иер 10:22; Иер 13:20). Напротив, с Иер 25:9 совершителем этого суда выставляется ясно Навуходоносор, царь вавилонский.

Возвещая этот суд, Иеремия вступил в серьезные пререкания со священниками, которые считали невозможным, чтобы Иегова предал Свое святилище на поругание язычникам, и с пророками, которые обосновывали эту ложную надежду священников своими видениями и снами. Против этого пагубного оптимизма Иеремия боролся со всею силою (о священниках см.: Иер 2:8.26; Иер 5:31; Иер 6:13; Иер 8:1.10; Иер 13:13; Иер 14:18; Иер 18:18; Иер 19:1; Иер 20:1; Иер 23:11; Иер 26:7-24; Иер 31:14; Иер 32:32; Иер 33:21; Иер 34:19; о пророках: Иер 2:8.26; Иер 6:13-30; Иер 8:1.10; Иер 13:13; Иер 14:13-22, Иер 14:18; Иер 18:18; Иер 23:9-32, Иер 23:33-40; Иер 26:7-24, Иер 26:20; Иер 27:9.14.16; Иер 29:21-31; Иер 32:32; Иер 37:19).

В противоположность уверениям этих ложных пророков, Иеремия с самого своего выступления на служение предвозвещал совершенное разрушение Иудейского государства, подобно тому как было разрушено Израильское. Народ должен быть переселен в плен (Иер 3:18; Иер 5:19; Иер 9:15-26; Иер 12:14-17; Иер 13:1-27, Иер 13:19; Иер 15:2; Иер 17:3-27; Иер 20:4-18; Иер 21:7; Иер 22:26-30 и др. места). По указанно Иер 25:11 вавилонский плен должен продолжаться 70 лет (ср. Иер 29:10). После этого, сам Вавилон будет разрушен (Иер 50-51) и народ Божий вернется в свою страну. Хотя уже и в начале своего служения Иеремия по временам высказывал эти радостные обетования (Иер 3:14-25; Иер 12:14-17; Иер 16:14-21), но особенно живо он стал рисовать картины обновления жизни иудейского народа тогда, когда Иерусалим был уже осажден врагами и потом, после взятия города (Иер 23:1-40; Иер 24:6-10; и особенно Иер 30-33).

Иеремия в своих созерцаниях является пророком, который глубоко проникает в сущность истинной теократии. По его убеждению, не внешнее обрезание дает человеку право на благоволение Божие, а обрезание сердца (Иер 4:4; Иер 6:10; Иер 9:26). Храм Иерусалимский не представляет сам по себе ручательства за целость Иерусалима, — напротив, этот храм, оскверненный грехами иудеев, навлекает сам на себя гнев Божий (Иер 7 и сл.; Иер 11:15; Иер 17:3; Иер 26:6.9.12; Иер 27:16). Суетна надежда и на внешнее богослужение — Иегова не благоволит к этим несоответствующим внутреннему настроению молящихся церемониям (Иер 6:20; Иер 7:21-34; Иер 11:15; Иер 14:12). Таким образом, Иеремия выставляет настоятельную нужду в установлении более внутреннего, более искреннего общения между Богом и народом. Тогда не будет нужды и в ковчеге завета, этом внешнем медиуме и символе духовного присутствия Божия (Иер 3:16); тогда закон Божий не будет чем-то только внешним, написанным на каменных скрижалях, — нет, он будет начертан в сердце человека (Иер 31:31-40). Таким образом Господь не уничтожит некогда заключенный им с Израилем и Давидом завет, но придаст ему более величественный вид (Иер 33:20-26). Этот Новый Завет, к которому Иеремия стремился всею душою своею, он имел мужество поставить выше Ветхого, хотя нужно сказать, что мессианское время у него очерчено только общими чертами.

5. Форма пророчеств Иеремии. Что касается формы пророчеств Иеремии, то мы находим между ними видения в тесном смысле этого слова, и именно видения символические (Иер 1:11.13; Иер 24:1-10), а потом особенно символические действия (Иер 13:1-27; Иер 19:1-15; Иер 27:2-end; Иер 28:10-17, Иер 28:12-17; Иер 43:8-13; Иер 51:63-64). Для того чтобы нагляднее представить свою мысль, пророк обращает внимание своих слушателей (в Иер 18:2-23) на горшечника и его работу. Другой раз пророк символически изображает гнев Божий как кубок с вином, подносимый для питья народам, не показывая самого кубка (Иер 26:15.28). Иеремия охотно прибегает к фигуральным выражениям, к игре слов, к живым примерам (Иер 19:1.7; Иер 35:1-19), но его образы просты, безыскусственны, равно как и символические действия в высшей степени просты. Вся сила его — в могучей, проникнутой духом живого убеждения и сердечностью, речи. Хотя стилю его не достает «смелости, прямолинейности, краткости и выразительности», хотя «в изложении своих мыслей Иеремия является весьма многоречивым и подробным», — периоды его длинны, изложение обильно словами, — хотя «вместо диалектического развития одной мысли из другой пророк представляет нам ряд картин, из которых почти в каждой встречаются одни и те же лица и предметы» (Богосл. энциклопедия. Т. 6, с. 284-285), тем не менее часто впечатление от речей Иеремии получается неотразимое. У Иеремии несомненно было высокое поэтическое дарование, которое отражается, главным образом, в его речах об иноземных народах, где он говорит особенно живым, огненным языком, тогда как в речах его к своему народу преобладает тон меланхолический. В речи Иеремии встречаются нередко арамеизмы.

6. Книга пророчеств Иеремии. О первоначальном происхождении книги Иеремии сообщается в Иер 36. В 4-й год Иоакима Господь повелел Иеремии записать все свои, сказанные доселе в течение 23-хлетней его деятельности, речи в один свиток или в одну книгу, и Иеремия продиктовал их своему ученику Варуху, который служил ему в качестве писца. На следующий год эта книга была сожжена царем, и Иеремия изготовил новый список своих речей, с присоединением некоторых новых. Речи, написанные под диктовку Иеремии Варухом, идут до 24-й главы, как это можно заключать из того, что здесь пророк говорит о себе в первом лице (я, ко мне). С 26-й главы, по всей вероятности, идут речи, записанные Варухом уже не под диктовку Иеремии (об Иеремии здесь говорится в 3-м лице). Все-таки в Египте Иеремия, конечно, сам просмотрел свою книгу в целом виде, так что она справедливо вся называется книгою Иеремии.

Каким планом руководился автор книги, размещая свои речи, сказать трудно. Можно полагать, что он хотел держаться не хронологического порядка, а систематического. Впрочем, в некоторых отделах сохраняется и хронологическая последовательность произнесения речей. Можно разделить всю книгу, за исключением первой и последней глав, на две части. Первая часть (Иер 2-45) содержит в себе речи, относящиеся к народу иудейскому, вторая (Иер 46-51) — речи об иноплеменных народах, причем первую часть можно подразделить на два отдела: Иер 1-35 — речи, обращенные к иудеям, и Иер 36-44 — повествования о некоторых событиях из жизни Иеремии и иудейского народа.

Подробнее содержание книги представить можно в таком виде:

Гл. 1. Призвание Иеремии.

2:1-3:5. Первая обличительная речь.

3:6-4:4. Призыв к покаянию.

4:5-6:30. Приближающийся суд.

Гл. 7-9. Храмовая речь.

10:1-16. Против идолов.

10:17-25. Наказание Израиля и его жалоба.

Гл. 11-12. Озлобление Израиля против Бога и чудесные пути Божии.

Гл. 13. Суд над упорными иудеями.

Гл. 14-15. По поводу угрожающего голода.

16:1-17:18. Судья и Спаситель.

17:19-27. Почитайте субботу!

Гл. 18. Речь о горшечнике и глине.

Гл. 19-20. Разбитие кувшина.

21:1-23:8. О царях.

23:9-40. Пророки и пророчества.

Гл. 24. Корзины со смоквами.

Гл. 25. Суд над народами.

Гл. 26. Преследование Иеремии за его храмовую речь при Иоакиме.

Гл. 27-29. Иеремия и ложные пророки.

Гл. 30-33. Обетования о восстановлении Израиля и о Новом Завете.

34:1-7. Жребий Седекии.

34:8-22. Дерзкое нарушение обета.

Гл. 35. Пример реховитов.

Гл. 36. Книга пророчеств Иеремии и ее судьба.

Гл. 37-39. Судьба Иеремии и речи его во время осады Иерусалима.

40:1-43:7. Речь пророка против удаления иудеев в Египет.

43:8-13. Навуходоносор в Египте.

Гл. 44. Последняя речь против идолопоклонников-иудеев в Египте.

Гл. 45. Утешение Варуху.

Гл. 46-51. Речи на иноплеменные народы.

Гл. 52. Разрушение Иерусалима.

О подлинности некоторых частей книги Иеремии сделаны замечания в конце глав.

7. Отношение еврейского текста к греческо-александрийскому. Греческо-александрийский текст книги Иеремии довольно значительно отличается от еврейско-масоретского текста. Различие состоит прежде всего в порядке глав. Именно гл. 46-51 в греческом переводе помещены после 13-го стиха 25-й главы (в славянском этого не сделано — там сохранен порядок масоретского текста). Кроме того греческий текст книги Иеремии вообще соответствует масоретскому гораздо менее, чем все остальные книги Ветхого Завета (исключая только книги Иова и Даниила). И по количеству стихов греческий текст меньше масоретского на 2700 слов, т. е. на 1/8 (см. особенно Иер 33:14-26 и Иер 39:4-13). На этом основании некоторые критики библейского текста полагают, что LXX — переводили книгу Иеремии не с того текста, какой принят у масоретов, что в древности существовала другая, более первоначальная, редакция книги Иеремии. Но если сравнить перевод LXX с масоретским текстом в таких местах, где не может подниматься речи о различных редакциях, то мы видим, как греческий переводчик при малейшей трудности еврейского текста сейчас же подвергается опасности не понять его, истолковать неправильно и нередко довольно неудачно переделывает его по-своему (см. напр., Иер 2:2.19.20.23; Иер 8:6.18; Иер 10:17-25 и др.). В Иер 29:24-32 переводчик ясно не понял смысла текста и пропустил трудные слова. Пропускает он также такие выражения, которые были непонятны для читателей из евреев-еллинистов или уже раз встречались в книге (см. напр., Иер 17:1-5). Но это, конечно, не исключает возможности находить у LXX нечто полезное для исправления масоретского текста (напр., Иер 11:15; Иер 23:33; Иер 8:3; Иер 9:21; Иер 14:4; Иер 17:19; Иер 41:9; Иер 42:1; Иер 46:17 и др.). Во всяком же случае нет достаточных оснований принимать предположение о существовании особого списка или особой редакции еврейского текста книги Иеремии. Несомненно, что книга Иеремии появилась в одном виде и перевод LXX представляет собою только довольно вольную переработку того же текста, какой приняли и масореты.

8. Литература. Наиболее ценными комментариями на книгу пророка Иеремии являются: а) католические: Corneliп Lapide [Корнелий Ляпид]. Commentaria in Scriptur. Sacram. Ed. Pйronne. 1863, t. 12; Migne [Минь]. Scripturae sacrae cursus completus. Ed. 1861, t. 19; Scholz. Komm. z. Buche d. Pr. Ieremias. 1880; Schneedorfer. Das Weissagungsbuch d. Pr. Ieremias. 1881; б) протестантские: Ewald [Эвальд]. Ieremia u. Hezekiel. 2 Auf. 1868; Graf. Der Pr. Ieremia. 1862; Nдgelsbach. Der Pr. Ieremia. 1872; Keil. Komm. ьb. d. Pr. Ieremia u. die Klagelied. 1872; Dдchsel. Bibelw. — Alt Test. В. 4 (D. Buch d. Ierem. u. Klagelieder). 1872; Cheyne [Шейне]. Ieremijah. 2 vol. (на англ. яз.), 1885; Giesebrecht. Das Buch Ieremia. 1894; Duhm [Дум]. Das Buch Ieremia. 1903; Orelli [Орелли]. Der Pr. Ieremia. 3-е Auft. 1905; Cornill [Корниль]. Das Buch Ieremia. 1905.

Из иностранных монографий о пророке Иеремии нужно отметить: Erbt. Ieremia u. seine Zeit. 1902; Bulmerincq. Das Zukunftsbild d. Pr. Ieremia. 1894; Lazarus. D. Pr. Ieremia. 1894; Marti [Марти]. Der P. Ieremia von Anatot. 1889; Mцller. Die Mession. Erwartung d. vorexilisch, Propheten. 1906 (s. 283-349); Iacoby. Zur Composition d. Buches Ieremja (Theol. Stud. u. Krit. 1906); и Stosch. Die Prophetie Israels. 1907 (s. 452-482). — В частности, об отношении текста LXX к еврейскому масоретскому есть исследования Kьhl. 1882 (на нем.); Workman. 1889; и Streane. 1896 (на англ.).

На русском языке следует отметить: толкования св. Ефрема Сирина, блаж. Феодорита и блаж. Иеронима (на первые 32 гл. книги), затем: проф. И. С. Якимов. Толкование на кн. св. пророка Иеремии. 1879; Его же. Отношение греческого перевода LXX еврейскому мазоретскому тексту в кн. пр. Иеремии. 1874; А. Бухарев. а) Св. пророк Иеремия. 1864; и б) О подлинности и целости св. книг пророков Исаии, Иеремии, Иезекииля и Даниила. 1864. Затем небесполезные сведения можно найти в книге Спасского. Толкование на пророческие книги Ветхого Завета. Вып. 1, 1893; и в «паремиях» преосв. Виссариона.

Пророки и пророчества



Имя. Пророки назывались у евреев nabi, т. е. «говорящий». Слово это имеет корнем глагол, сохранившийся и теперь в арабском языке, – nabaa ­ давать весть. За правильность такого понимания термина nаbi говорит и соответственное ассирийское выражение nabu ­ звать, а также эфиопское nababa ­ говорить. Но если этот эпитет «говорящие» (nebiim) придавался только некоторым лицам, то под ним разумелись, очевидно, особые люди, которые заслуживали своими речами исключительного внимания и уважения, словом, люди, посланные Богом для возвещения Его воли. Таким образом, слово nаbi должно обозначать вестника Божественного откровения. Такой же смысл имеет и термин греческой Библии – προφητης, которым LXX передают еврейское выражение nabi. Кроме того, евреи называли пророков roéh – видящий, chozéh – прозорливец. Эти оба названия указывают на то, что возвещаемое пророком получено им в состоянии видения или особенного восторга (см. Чис.24:3–4 и сл.). Но так как взор пророка направлялся и на внешнюю жизнь еврейского государства, даже на будущее его, то пророки иногда назывались zophim, т. е. стражи (Иер.6:17; Ис.56:10), которые должны предупреждать свой народ об угрожающей ему опасности. Назывались также пророки пастырями (Зах.10:2; Зах.11:3, 16), которые должны заботиться о порученных им овцах – израильтянах, мужами Божиими и др.

Сущность пророчества. Если пророки должны были возвещать людям получаемые ими от Бога откровения, то, очевидно, Бог входил с ними в тесное внутреннее общение. Он должен был говорить с ними и они – с Богом, и Бог, действительно, приходит к ним и говорит с ними, как со своими друзьями, о том, что Он намерен совершить, объясняет им свои планы. В этом и состоит настоящая сущность пророчества. Поэтому уже Авраам называется пророком и другом Божиим (Быт.20:7; Иак.2:23). «Могу ли Я, – спрашивает Бог, – скрыть от Авраама то, что Я намерен сделать?» (Быт.18:17).

И других патриархов Бог называет «Своими пророками» (Пс.104:14–15). Если пророки поэтому выступают как учители и руководители своего народа, то они высказывают не свои собственные убеждения и мысли, а то, что они слышали от Бога. Они и сами ясно сознавали, что через них говорит именно Бог. Поэтому-то у них часто встречается в их пророческих речах надписание: «Бог сказал». Бог влагал им в уста слова свои (Иер.15:19–20), и они с уверенностью говорят о своем послании Богом (2Цар.23:2; Дан.2:27). К себе преимущественно поэтому они относят и название roeh – видящий, которое гораздо сильнее обозначает божественное происхождение пророческого вдохновения, чем другое слово – chozeh, которое иногда потреблялось и для обозначения пророков не в собственном смысле этого слова, которые были, можно сказать, людьми самообольщенными, полагавшими, будто через них говорит Бог (Иез.13:2, 6). 1

Различные состояния вдохновения. Хотя все пророки свидетельствуют: «Господь говорил мне» или «так говорит Господь», однако между пророками было различие в отношении к пророческому самосознанию и в отношении Бога к ним.

а) Особое место среди ветхозаветных пророков принадлежит пророку Моисею, с которым «Бог говорил устами к устам» (Чис.12:8). Служение Моисея как законодателя, а также судии, священника, вождя и пророка также было необыкновенно высоко (Втор.34:10). Он в нормальном, бодрственном состоянии получал откровения от Бога. Господь говорил с ним как друг с другом, прямо высказывая свои веления. Самуил также слышал ясную речь Бога, но не видел при этом никакого образа (1Цар.3 и сл.). Однако неприкрытой ничем славы Божией не видел и Моисей (Исх.33:20, 23).

б) Гораздо низшую форму вдохновения представляет собою то, когда Бог говорил пророкам в видении или во сне (Чис.22:8–9). В состоянии видения, восхищения или экстаза дух человеческий возвышается над обыкновенными границами пространства и времени, над всей временной жизнью и живет душой в потустороннем мире или же переносится в даль будущего (Деян.22:17; Откр.1:10). То, что он видит или слышит в этом состоянии, он может потом сообщить и другим, приведя все им слышанное в известный порядок и давши ему более или менее стройную форму,

в) Иногда вдохновение отнимает у человека волю и он говорит не то, чтобы ему хотелось сказать, или же не понимает вполне сам своих пророчеств. Так Валаам благословлял евреев тогда, когда ему хотелось проклясть их. Он даже падал на землю в обмороке, когда на него сходил Дух Божий (Чис.24:3, 4). В таком же пассивном состоянии вдохновения находился однажды царь Саул (1Цар.19:24).

Совершенно другое бывало с Самуилом, Исаией и др. пророками. В них человеческий дух только незаметно повышал темп своей жизни и деятельности, под действием Духа Божия. Их духовная деятельность, благодаря этому действию Духа Божия, оживлялась, в душе их появлялись новые настроения, их уму открывались новые горизонты, причем они все-таки могли различать, что, собственно, привходило в их душу свыше и что было результатом их собственной духовной деятельности во время получения откровения (Ис.6:5; Иер.1:7; 2Пет.1:20, 21). Здесь Божественное воздействие опирается более на природные индивидуальные духовные способности человека – на полученное им образование (ср. Дан.9:2 и Иер.25:11), отчего у пророков иногда встречаются почти дословные повторения прежних, им, конечно, известных пророчеств (ср. Ис.2:2–4 и Мих.4:1). Однако образованность не была необходимым условием для получения Божественного откровения, как это доказывает пример пророка из простых пастухов – Амоса (Ам.7:14–15). Зато все пророки должны были сохранять полное послушание воле Божией (Мих.3:8) и всегда заботиться об обращении народа израильского на тот же путь послушания Всевышнему.



Особенности пророческого созерцания.


а) Пророки получали часто откровение в форме видений, образов, притч, символов, которые разгадать иногда довольно мудрено и для которых давались поэтому соответственные объяснения (Ам.7:7–8; Дан.8 и сл.; Зах.1:9). Поэтому и сами пророки говорят часто образами, совершают символические действия. При этом на их речах отражаются черты их личности и они сами принимают деятельное участие в придании откровению известной формы. Действия же символические иногда совершались ими в действительности, иногда же пророки рассказывают о них, как о событиях их внутренней жизни (Иер.19 и сл.; Ис.20 и сл.; Ос.1 и сл.; Иез.12 и сл.).

б) Пророки видели будущие события, которые они предвозвещали, как совершавшиеся при них или даже уже как прошедшие. Так, Исаия говорит о смерти Христа как будто бы он был свидетелем страданий Христовых (Ис.63 и сл.). От этого-то они в своих пророчествах нередко употребляют для обозначения будущих событий прошедшее время, которое поэтому и называется прошедшим пророческим (perfectum propheticum).

в) Пророки смотрят перспективно, т.е. все предметы в их созерцании представляются им расположенными на одной картине, в общих очертаниях, хотя бы это были предметы, относящиеся к различным эпохам; впрочем, все-таки они умеют различить, что находится на переднем плане открывающейся пред ними картины и что – позади, вдали. Хотя освобождение из плена Вавилонского и мессианское спасение часто соединяется в одной картине, но однако пророки не сливают одно с другим и первое представляют только как тень второго.

г) Каждый пророк видел только части великого будущего, которое ожидает людей, и потому пророческое созерцание имело характер отрывочности (1Кор.13:9) и один пророк пополняет другого.

Цель пророческого служения. Пророчество представляло собой самый жизненный элемент в общем плане божественного домостроительства и было наиболее рельефным выражением общения Бога с Его народом. В законе Моисеевом дано было твердое основоположение откровению Божественной воли, но если этот закон должен был войти в жизнь народа, то для этого необходимо было, чтобы Бог непрестанно свидетельствовал о Себе как о Царе Израиля. А для этого и были посылаемы Богом пророки. Они постоянно поддерживали в Израиле сознание того, что он представляет собой государство теократическое. Они должны были охранять закон, выяснять дух и силу его заповедей (Втор.10:16; Втор.30 и сл.), обсуждать явления общественной жизни в Израиле с точки зрения закона, наблюдать за поведением царей и священников, которые нередко отклонялись от начертанного для них в законе Моисея пути и, возвещая решения воли Божией касательно будущего состояния народа, вообще оживлять теократический дух. 2

Поэтому пророки были призываемы только из среды избранного народа (Втор.18:18). Главной же задачей их было утвердить в народе веру в пришествие Мессии и Его царство. Христос и Его царство представляют собой центральный пункт, на который обращено внимание пророков.

Содержание пророчеств. Пророки в своих пророчествах изображают историю царства Божия, как оно существовало и должно было существовать в Израиле и во всем человечестве, особенное внимание свое обращая при этом на завершение этого царства. Они не останавливаются в этом случае только на общих очерках будущего, но входят в подробное и обстоятельное описание частных обстоятельств, стоящих в существенной связи с историей царства Божия. Пророк в Вефиле называет имя царя Иосии за 300 лет до его рождения (3Цар.13:2), Иезекииль дает особые специальные указания на судьбу, ожидающую Иерусалим (Иез.24:2, 25–27), Даниил предвидит детали будущих событий, какие должны иметь место в жизни евреев (Дан.11:10–11).

Пророки и прорицатели. Из сказанного уже достаточно ясно, что истинные пророки были совсем не то, что известные и у язычников прорицатели. Между пророчеством и прорицанием существует двоякое существенное различие. Прежде всего, прорицание относится исключительно только к настоящему времени, пророчество же простирается до последнего предела истории, до конца дней, как выражались пророки. Каждый пророк и настоящее оценивает по его отношению к конечной цели. Благодаря этому, все пророчества составляют одно неразрывное целое. Прорицания языческих оракулов представляют собой ряд независимых одно от другого изречений; они похожи на слова, без логической связи следующие одно за другим на столбцах лексикона. Напротив, все израильские пророчества находятся в связи между собой и дополняют друг друга. Затем языческие оракулы говорили только об обстоятельствах или частной или национальной жизни, израильское же пророчество с самого начала охватывало своим взором все человечество.

Несомненность божественного призвания пророков. Пророки доказывали истинность своего призвания Богом посредством великих чудес, которые они совершали силой Божией. Кроме того, нужно принять в этом случае во внимание чистоту их учения и жизни (Втор.13:2, 5; 1Цар.10:6, 9; ср. Мф.24:24). Особенным даром чудотворения владели Моисей, Илия и Елисей. Сами пророки указывали на исполнение своих пророчеств как на доказательство истинности своего избрания Самим Богом. Пророк Иеремия говорит; «если какой пророк предсказывал мир, то тогда только он был признаваем... за пророка, которого истинно послал Бог, когда сбывалось слово того пророка» (Иер.28:9).

Язык пророков. Так как пророки не были безвольными и бессознательными органами Духа Божия, но сохраняли самоопределение и свои характерные индивидуальные свойства при изложении бывших им откровений, то понятно, что и язык пророков носит различные степени совершенства и от простой прозаической речи нередко достигает высоких ступеней ораторства и поэзии. Амос, пастух, заимствует свои образы и картины из сельской жизни, Даниил говорит как государственный муж. Ранние пророки говорят чистым еврейским языком, позднейшие более или менее пользуются халдейским или арамейским наречием. Особенным изяществом и чистотой речи отличается книга пророка Исаии, которого поэтому некоторые называли «царем пророков». Многие речи пророков имеют форму настоящих поэм, сохраняя при этом все свойства еврейской поэзии.

История пророчества. Если уже допотопные патриархи были, в общем смысле, пророками (напр., Енох – см. Иуд.1:14–15:)), если уже во время Моисея пророчество имело своих представителей (Мариам и 70 старейшин – Чис.11:16), если и в смутное время Судей то там, то здесь мерцал огонь пророческого вдохновения (Суд.2:1; Суд.5:1; 1Цар.2:27), то с Самуила (это, после Моисеева периода, уже второй период в развитии пророчества) пророчество вступает в период настоящего процветания и пророки появляются среди Израиля в очень большом числе. Благодаря энергии Самуила, теократическая жизнь в Израиле оживилась, а вместе с тем обнаружилось во всей силе своей и пророческое вдохновение и пророки или ученики пророческие составляют из себя целые корпорации под управлением великого пророка Самуила. Пророки, начиная с Самуила, оказывали огромное влияние на весь ход жизни израильского народа и цари израильские, в общем, были послушны их внушениям. Со времени разделения Еврейского царства на два (третий период), во главе пророков становится энергичный пророк Ахия из Силома и пророки, особенно в Израильском царстве, где не было ни законной царской династии, ни законного священства, приобретают огромное значение. Немало усилий положено было ими также в борьбе с ложными пророками, появление которых падает на время царя израильского Ахава и которые вели царство к гибели своими льстивыми советами. Пророки, как Илия и Елисей, а также пророки-писатели этого периода всячески старались пробудить теократическое сознание в народе еврейском, но пророки следующего, четвертого периода, напротив, начинают говорить о скором падении теократического царства и о его будущем преобразовании в мессианское царство, чем с одной стороны доказывают, что Бог справедливо карает нарушителей Его закона, а с другой стороны утешают верующих в тех тяжких испытаниях, каким они подвергались в те времена. Наконец, в последний, пятый – послепленный период пророки с одной стороны действуют в видах восстановления внутренней и внешней жизни теократии, с другой – обращают свои взоры к будущему преображению этой жизни.

Значение пророческих книг. Писания пророков важны уже по обилию содержащегося в них учительного материала. В них находим мы величественные изображения существа и свойств Божиих, Его могущества, святости, всеведения, благости и пр. Они дают нам возможность проникнуть взором в невидимый мир и в таинственные глубины человеческого сердца. Изображая нечестие и ожесточение Израиля, пророки как бы этим показывают пред нами зеркало, в котором мы можем видеть отражение и своей жизни. Но особенно важны книги пророков для нас, христиан, потому что в них мы находим исполнившиеся с совершенной точностью пророчества об иудеях и других народах, а главным образом предсказания о Христе. Господь Иисус Христос Сам указывал на пророчества, как на самое верное свидетельство о Нем и Его деятельности (Ин.5:39). Наконец, пророчества важны для нас и потому, что часто в них обстоятельно раскрывается то, на что в Новом Завете указывается только намеками, краткими заметками. Так, напр., 53-я глава кн. Исаии выясняет пред нами истинную причину и цель страданий Христовых, а также дает объяснение к словам Иоанна Крестителя о Христе: «се, агнец Божий!» (Ин.1:29)

Распределение пророческих книг в Библии. Всех пророков, записавших свои речи в книги, было 16. Первые четыре – Исаия, Иеремия, Иезекииль и Даниил, называются великими, а прочие 12 – Осия, Иоиль, Амос, Авдий, Иона, Михей, Наум, Аввакум, Софония, Аггей, Захария и Малахия – малыми, конечно, по сравнительно малому объему их книг. Впрочем, книга Даниила в еврейской Библии отнесена была в число этнографов (кетубим), а книги 12-ти малых пророков составляли одну книгу. Книги пророческие в нашей Библии распределены не по порядку времени их происхождения, а, вероятно, по объему. Хронологический же порядок пророческих книг можно установить такой. Самым древним пророком был Авдий, пророчествовавший около 885-го г. до Р. Х., за ним следуют Иоиль, Амос, Иона, Осия, Исаия, Михей, Наум, Аввакум и Софония. Это так называемые, допленные пророки. Затем идут пророки периода плена – Иеремия, Иезекииль и Даниил и, наконец, пророки послепленные – Аггей, Захария и Малахия (около 427 г.). 3


* * *


1 См. Konig Das Prophetenthum в Beweis d. Glaubens. 1907. 2, 1–3.

2 Социально-политическая деятельность пророков прекрасно очерчена в книге Walter'а: Die Propheten in ihrem socialem Beruf. Freiburg 1900. 1–288 с.

3 О пророчествах вообще более обстоятельные сведения дает еп. Михаил в своих очерках «Библейская наука» (Ветхий Завет, вып. 4). Об исполнении же пророчеств можно читать у Кейта в его книге: «Доказательства истины христианской веры, основанные на буквальном исполнении пророчеств, истории евреев и открытиях новейших путешественников». СПб. 1870 г. С. 1–530.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

«Придет время, - говорит Господь, - когда Я заключу с родом Израиля и с родом Иудеи новый Союз. Не такой, что Я заключал с их отцами в день, когда, держа их за руку, выводил из Египта, - тот Мой Союз они сами нарушили, хотя Я был Владыкой их, - говорит Господь. - Вот какой Союз Я заключу тогда с родом Израиля, - говорит Господь, - вложу Я в них закон Мой и на сердцах напишу его, - и Я буду их Богом, и они будут Моим народом» (31:31-33).

Пророка Иеремию по праву называют одним из предтечей Мессии, призванным на служение во времена тяжелых потрясений. Книга Иеремии - это надежнейший «духовный путеводитель» для тех, кто ищет опоры и руководства в смутные времена социально-политических перемен, когда прежние устои рушатся и одну историческую эпоху сменяет другая. Иеремия - провозвестник Нового Завета, Союза между Богом и Его народом, основанного на искупительной жертве Иисуса Христа и внутреннем, духовном преобразовании самой природы человека (1 Кор 11:25; Евр 8:6-13). Иеремия указал на важность глубоко личных отношений между Богом и человеком и личной ответственности каждого перед Богом (31:29, 30).

О пророке Иеремии известно гораздо больше, чем о любом другом вестнике Священного Писания. Это второй из четырех великих пророков Ветхого Завета. Жил он сто лет спустя после пророка Исайи, происходил из левитского Анатота (пригорода Иерусалима), был сыном священника Хелкии. Иеремия был призван Богом на служение в ранней юности - это произошло, как отмечает его ученик Варух, записавший проповеди учителя, «в тринадцатый год царствования Иосии в Иудее» (627 г. до Р.Х. - Иер 1:2; 25:3), а продолжал он свою миссию при последних царях Иудеи - Иоахазе, Иоакиме, Иехонии, Седекии.

Сорокалетнее пророческое служение Иеремии приходится на самый драматичный период истории Иудейского царства (627-586 гг. до Р.Х.). Иеремия был свидетелем распада некогда могущественной Ассирийской империи, всплеска религиозного национализма внутри пытавшейся сохранить независимость Иудеи, ожесточенной борьбы за влияние между Египтом и Вавилоном. Во времена Иеремии небольшая Иудея стояла перед угрозой поглощения одной из самых мощных древних держав - Вавилонской империей. В духовном, социальном и политическом отношении это был период кризисов и потрясений: с одной стороны, униженная, мятежная Иудея и ее народ, духовно ослабевший и впавший в разврат, предавшись идолопоклонству, с другой - страх, ожидание неминуемой беды, которая, по вещим словам пророка, вот-вот обрушится на страну в лице великого Вавилона.

Как проницательный и осененный свыше человек, Иеремия осознает трагическую дилемму, стоящую перед страной и всем народом Божьим: или попытаться сохранить царство, вступив в неравное сражение с армиями Навуходоносора, или, покорившись ему, потерять царство, но сохранить при этом Храм, Иерусалим, жертвоприношения и возможность жить по заповедям Божьим. Иеремия видит не только беспечность и бездуховность простого народа и политическую близорукость и духовную слепоту пророков: «пророки изрекают ложь» (5:31), но и порочность сбившихся с пути священников, ведущих народ к гибели. Именно в это время, услышав о возможном подступе врага к столице, правивший Иудеей царь Седекия (597 г. до Р.Х.) велел разыскать Иеремию, желая получить совет, как ему поступить. В своем ответе царю Иеремия странен и непреклонен: «Подставьте шею под ярмо царя вавилонского, покоритесь ему и его народу - и будете живы. Зачем тебе обрекать себя и свой народ на смерть от меча, голода и морового поветрия, ведь Господь предостерегал, что ни один народ не избежит гибели, если откажется служить царю вавилонскому?» (27:12)

Спустя некоторое время царь Седекия, не желая смириться с вассальной участью и поддавшись влиянию националистически настроенных вождей Израиля, поднял народ на вавилонян, однако этот мятеж и последовавший за ним сговор с Египтом привели к поражению и общенациональной трагедии: Иерусалим был захвачен и разорен, Седекия пленен, сыновья его убиты, народ уведен в плен. Случилось именно то, что предрекал Иеремия. За это на пророка ополчаются и народ, и священники, его ненавидят, считают предателем; круг замыкается, и Иеремия оказывается в заключении.

Трагедия Иеремии заключается в том, что ему предначертано волей Божьей возвещать грядущие разрушения, плен и уничтожение собственного народа, отказавшегося вернуться к Богу, в то время как душа его полна любви и сострадания к своему народу. Проходя огненные испытания, Иеремия не утратил веры. В конце жизни он был насильно угнан в Египет, но и там, пребывая в единении с Богом, остался непреклонен.

Книга Иеремии - это богатое собрание текстов, разнообразных по жанру и тематике. Бог - Создатель и Владыка всего (27:5; 5:22,24; 10:12), видящий сердца людей (17:5-10) и любящий народ Свой «любовью вечной» (31:1-3); губительные последствия идолопоклонства и неверности Богу (32:33-36), нравственное разложение как результат утраты благоговения перед Ним (5:24-28), отвержения Его закона (16:10-12); неизбежность суда Божьего (24:8-10); проблема лжепророчеств (6:13; 18:18; 23:9-40; 29:25-32; 8:10-17); бесстрашное возвещение народу горькой правды о надвигающейся гибели (главы 26 и 27; 34:1-7; 37:1-9,17; 38:14-23), обетование о грядущем восстановлении (12:14-16; главы 30, 31) - вот основные темы Книги пророка Иеремии.

Пророческие вести первых двадцати пяти глав обращены к народу Иудеи и жителям ее столицы Иерусалима. Следующий раздел (главы 26-45) повествует о пророческом служении Иеремии, событиях его жизни и падении Иерусалима (см. также главу 52). В этот раздел входит так называемая «Книга утешения» (главы 30-33), содержащая пророчества о восстановлении Израиля. Заключительная часть (главы 46-51) посвящена пророчествам о народах, окружавших Иудею.

С первых глав своей книги Иеремия предстает перед читателем не только глашатаем воли Господа Бога, но и поэтом, мироощущению которого открыты и метафизические выси, и эмпирические земные реалии. Язык его текста необычайно образен и ярок. Как считают библеисты, «его поэзия по лиричности, драматизму, проникновенности, страстности не имеет себе равных в семитской литературе». Это поистине поэт-метафизик, для которого исторический процесс, как и всякое явление многоликой природы, немыслимы без Бога. Созерцая цветущий весной миндаль, наблюдая за полетом горлицы, аиста, журавля и ласточки, он постигает их таинственную жизнь в контексте того, что происходит с народом. Перелетные птицы «точно в срок возвращаются с юга, а народ мой не знает предписаний Господних», - с горечью замечает ветхозаветный поэт. Во всем он видит промысел Создателя: земной мир, человек, Бог осмысляются им в системе отношений любви, доверия или, напротив, отпадения, предательства, измены.

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Сегодняшнее чтение позволяет нам лучше понять, что имеют в виду библейские авторы, говоря о «наказании Божием»... 

 

Чтобы предотвратить катастрофу, нужно так мало... 

 

Как некогда в Содоме, Господь готов помиловать Иерусалим, если в нём найдётся хотя бы один праведник. Но если в... 

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).