Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Церковнославянский перевод (ru)
Поделиться

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 10

Сы1нъ премyдръ весели1тъ nтцA, сы1нъ же безyменъ печaль мaтери.
Не по1льзуютъ сокрHвища беззако1нныхъ, прaвда же и3збaвитъ t сме1рти.
Не ўбіе1тъ глaдомъ гDь дyшу првdную, живо1тъ же нечести1выхъ низврати1тъ.
НищетA мyжа смирsетъ: рyцэ же мyжественныхъ њбогащaютсz.
Сы1нъ накaзанъ премyдръ бyдетъ, безyмный же слуго1ю ўпотреби1тсz: спасе1тсz t зно1z сы1нъ разyмный, вэтротлёненъ же бывaетъ на жaтвэ сы1нъ беззако1нный.
Блгcве1ніе гDне на главЁ првdнагw: ўстa же нечести1выхъ покры1етъ плaчь безвре1менный.
Пaмzть првdныхъ съ похвалaми: и4мz же нечести1выхъ ўгасaетъ.
Премyдръ се1рдцемъ пріи1метъ зaпwвэди: непокрове1нный же ўстнaма њстроптэвaz запне1тсz.
И$же хо1дитъ про1стw, хо1дитъ надёzсz: развращaz же пути6 сво‰, познaнъ бyдетъ.
10 Намизazй џкомъ съ ле1стію собирaетъ мужє1мъ печ†ли: њбличazй же со дерзнове1ніемъ миротвори1тъ.
11 И#сто1чникъ жи1зни въ руцЁ првdнагw: ўстa же нечести1вагw покры1етъ пaгуба.
12 Не1нависть воздвизaетъ рaспрю: всёхъ же нелюбопри1тельныхъ покрывaетъ любо1вь.
13 И$же t ўсте1нъ произно1ситъ премyдрость, жезло1мъ біе1тъ мyжа безсерде1чна.
14 Премyдріи скры1ютъ чyвство, ўстa же проде1рзагw приближaютсz сокруше1нію.
15 Стzжaніе богaтыхъ грaдъ тве1рдъ, сокруше1ніе же нечести1выхъ нищетA.
16 ДэлA првdныхъ живо1тъ творsтъ, пло1дове же нечести1выхъ грэхи2.
17 Пути6 жи1зни храни1тъ наказaніе: наказaніемъ же не њбличе1ный заблуждaетъ.
18 Покрывaютъ враждY ўстнЁ пр†выz: и3зносsщіи же ўкори1зну безyмнэйшіи сyть.
19 T многосло1віz не и3збэжи1ши грэхA: щадs же ўстнЁ, разyменъ бyдеши.
20 Сребро2 разжже1ное љзы1къ првdнагw: се1рдце же нечести1вагw и3сче1знетъ.
21 ЎстнЁ првdныхъ вёдzтъ высHкаz: безyмніи же въ скyдости скончавaютсz.
22 Блгcве1ніе гDне на главЁ првdнагw, сіе2 њбогащaетъ, и3 не и4мать приложи1тисz є3мY печaль въ се1рдцы.
23 Смёхомъ безyмный твори1тъ ѕл†z: премyдрость же мyжеви раждaетъ рaзумъ.
24 Въ поги1бели нечести1вый њбно1ситсz: желaніе же првdнагw пріsтно.
25 Преходsщей бyри, нечести1вый и3счезaетъ, првdный же ўклони1всz спасaетсz во вёки.
26 Ћкоже гро1здіе зеле1ное вре1дъ зубHмъ и3 ды1мъ nчи1ма, тaкw законопреступле1ніе творsщымъ є5.
27 Стрaхъ гDень прилагaетъ дни6: лBта же нечести1выхъ ўмaлzтсz.
28 Пребывaетъ съ првdными весе1ліе, ўповaніе же нечести1выхъ погибaетъ.
29 Ўтвержде1ніе прпdбному стрaхъ гDень, сокруше1ніе же творsщымъ ѕл†z.
30 Првdникъ во вёки не поколе1блетсz: нечести1віи же не населsтъ земли2.
31 ЎстA првdнагw кaплютъ премyдрость, љзы1къ же непрaведнагw поги1бнетъ:
32 ўстнЁ муже1й првdныхъ кaплютъ бlгод†ти, ўстa же нечести1выхъ развращaютсz.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 11

МBрила льсти6ваz ме1рзость пред8 гDемъ, вёсъ же првdный пріsтенъ є3мY.
И#дёже ѓще вни1детъ досажде1ніе, тaмw и3 безче1стіе: ўстa же смире1нныхъ поучaютсz премyдрости.
Ўмирazй првdникъ њстaви раскazніе, ўдо1бна же бывaетъ и3 посмэsтельна нечести1выхъ поги1бель.
Соверше1нство прaвыхъ настaвитъ и5хъ, и3 поползнове1ніе tрицaющихсz плэни1тъ и5хъ. Не ўпо1льзуютъ и3мBніz въ де1нь ћрости: прaвда же и3збaвитъ t сме1рти.
Прaвда непоро1чнагw и3справлsетъ пути6, нече1стіе же впaдаетъ въ непрaвду.
Прaвда муже1й прaвыхъ и3збaвитъ и5хъ, безсовётіемъ же ўловлsютсz беззако1нніи.
Скончaвшусz мyжу првdну, не поги1бнетъ наде1жда: похвалa же нечести1выхъ поги1бнетъ.
Првdный t ло1ва ўбёгнетъ, въ негHже мёсто предае1тсz нечести1вый.
Во ўстёхъ нечести1выхъ сёть грaжданwмъ, чyвство же првdныхъ благопоспёшно.
10 Во бlги1хъ првdныхъ и3спрaвитсz грaдъ, и3 въ поги1бели нечести1выхъ рaдованіе.
11 Въ блгcве1ніи прaвыхъ возвы1ситсz грaдъ, ўсты6 же нечести1выхъ раскопaетсz.
12 Ругaетсz грaжданwмъ лише1нный рaзума, мyжъ же мyдръ безмо1лвіе во1дитъ.
13 Мyжъ двоzзы1ченъ tкрывaетъ совёты въ со1нмищи, вёрный же дyхомъ таи1тъ ве1щы.
14 И%мже и3 нёсть ўправле1ніz, пaдаютъ ѓки ли1ствіе, спасе1ніе же є4сть во мно1зэ совётэ.
15 Лукaвый ѕлодёйствуетъ, є3гдA сочетавaетсz съ првdнымъ, ненави1дитъ же глaса ўтвержде1ніz.
16 ЖенA благодaтна возно1ситъ мyжу слaву: престо1лъ же безче1стіz женA ненави1дzщаz прaвды. Богaтства лэни1віи скyдни бывaютъ, крёпцыи же ўтверждaютсz богaтствомъ.
17 Души2 свое1й благотвори1тъ мyжъ ми1лостивый, погублsетъ же тёло свое2 неми1лостивый.
18 Нечести1вый твори1тъ дэлA непрaвєднаz: сёмz же првdныхъ мздA и4стины.
19 Сы1нъ првdный раждaетсz въ живо1тъ: гоне1ніе же нечести1вагw въ сме1рть.
20 Ме1рзость гDеви путіе2 развраще1нни, пріsтни же є3мY вси2 непоро1чніи въ путе1хъ свои1хъ.
21 Въ рyку рyцэ вложи1въ непрaведнw, не без8 мyки бyдетъ ѕлы1хъ: сёzй же прaвду пріи1метъ мздY вёрну.
22 Ћкоже ўсерsзь златы1й въ но1здрехъ свиніи2, тaкw женЁ ѕлоyмнэй лёпота.
23 Желaніе првdныхъ все2 благо1е, наде1жда же нечести1выхъ поги1бнетъ.
24 Сyть, и5же сво‰ сёюще, мнHжайшаz творsтъ: сyть же и3 собирaюще чужд†z, ўмалsютсz.
25 ДушA блгcве1нна всsкаz простaz: мyжъ ћрый неблагоwбрaзенъ.
26 Ўдержавazй пшени1цу њстaвитъ ю5 kзы1кwмъ: продаsй пшени1цу скyпw, t наро1да про1клzтъ, блгcве1ніе же гDне на главЁ подавaющагw.
27 Творsй благ†z и4щетъ блгdти добры2: и4щущаго же ѕл†z пости1гнутъ є3го2.
28 Надёzйсz на богaтство свое2, се1й паде1тъ: заступazй же првdныхъ, то1й возсіsетъ.
29 Не сматрszй своегw2 до1му наслёдитъ вётры: порабо1таетъ же безyмный разyмному.
30 T плодA прaвды дре1во жи1зни прозzбaетъ: tе1млютсz же безвре1меннw дyши беззако1нныхъ.
31 Ѓще првdный є3двA спасaетсz, нечести1вый же и3 грёшный гдЁ kви1тсz;

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 12

Любsй наказaніе лю1битъ чyвство: ненави1дzй же њбличе1ніz безyменъ.
Лyчше њбрэты1й блгdть t гDа бг7а: мyжъ же законопрестyпенъ премолчaнъ бyдетъ.
Не и3спрaвитсz человёкъ t беззако1ннагw: корє1ніz же првdныхъ не tи1мутсz.
ЖенA мyжественнаz вэне1цъ мyжу своемY: ћкоже въ дре1вэ че1рвь, тaкw мyжа погублsетъ женA ѕлотво1рнаz.
Мы6сли првdныхъ судьбы6: ўправлsютъ же нечести1віи лє1сти.
СловесA нечести1выхъ льсти6ва въ кро1вь, ўстa же прaвыхъ и3збaвzтъ и5хъ.
Ѓможе њбрати1тсz нечести1вый, и3счезaетъ: хр†мины же првdныхъ пребывaютъ.
ЎстA разyмнагw хвали6ма бывaютъ t мyжа: слабосе1рдъ же поругaемь бывaетъ.
Лyчше мyжъ въ безче1стіи рабо1таzй себЁ, не1жели че1сть себЁ њбложи1въ и3 лишazйсz хлёба.
10 Првdникъ ми1луетъ дyшы скотHвъ свои1хъ: ўтрHбы же нечести1выхъ неми1лwстивны.
11 Дёлаzй свою2 зе1млю и3спо1лнитсz хлёбwвъ: гонsщіи же сyєтнаz лише1ни рaзума. И$же є4сть слaдостенъ въ вjннэмъ пребывaніи, во свои1хъ тверды1нехъ њстaвитъ безче1стіе.
12 Жел†ніz нечести1выхъ ѕл†: коре1ніе же бlгочести1выхъ въ тве1рдостехъ.
13 За грёхъ ўсте1нъ впaдаетъ въ сBти грёшникъ: и3збэгaетъ же t ни1хъ првdникъ. Сматрszй кро1ткw поми1лованъ бyдетъ, ґ срэтazй во вратёхъ њскорби1тъ дyшы.
14 T плодHвъ ќстъ душA мyжа напо1лнитсz бlги1хъ, воздаsніе же ўсте1нъ є3гw2 воздaстсz є3мY.
15 Путіе2 безyмныхъ прaви пред8 ни1ми: послyшаетъ совётwвъ мyдрый.
16 Безyмный ѓбіе и3сповёсть гнёвъ сво1й: кры1етъ же свое2 безче1стіе хи1трый.
17 Kвле1нную вёру возвэщaетъ првdный: свидётель же непрaведныхъ льсти1въ.
18 Сyть, и5же глаго1люще ўzзвлsютъ ѓки мечи6: љзы1цы же премyдрыхъ и3сцэлsютъ.
19 ЎстнЁ и4стинны и3справлsютъ свидётельство: свидётель же ско1ръ љзы1къ и4мать непрaведенъ.
20 Ле1сть въ се1рдцы кую1щагw ѕл†z: хотsщіи же ми1ра возвеселsтсz.
21 Ничто1же непрaведное ўго1дно є4сть првdному: нечести1віи же и3спо1лнzтсz ѕлы1хъ.
22 Ме1рзость гDеви ўстнЁ лжи6вы: творsй же вёрнw пріsтенъ є3мY.
23 Мyжъ разуми1вый престо1лъ чyвствіz: се1рдце же безyмныхъ срsщетъ кл‰твы.
24 РукA и3збрaнныхъ њдержи1тъ ўдо1бь: льсти1віи же бyдутъ во плэне1ніи.
25 Стрaшное сло1во се1рдце мyжа првdна смущaетъ, вёсть же бlгaz весели1тъ є3го2.
26 Разуми1въ првdникъ себЁ дрyгъ бyдетъ: мы6сли же нечести1выхъ некрHтки: согрэшaющихъ пости1гнутъ ѕл†z, пyть же нечести1выхъ прельсти1тъ |.
27 Не ўлучи1тъ льсти1вый лови1твы: стzжaніе же честно1е мyжъ чи1стый.
28 Въ путе1хъ прaвды живо1тъ, путіе1 же ѕлопо1мнzщихъ въ сме1рть.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 13

Сы1нъ бlгоразyмный послушли1въ nтцY, сы1нъ же непокорли1вый въ поги1бель.
T плодHвъ прaвды снёсть бlгjй: дyшы же беззако1нныхъ погибaютъ безвре1меннw.
И$же храни1тъ сво‰ ўстA, соблюдaетъ свою2 дyшу: проде1рзивый же ўстнaма ўстраши1тъ себе2.
Въ по1хотехъ є4сть всsкъ прaздный: рyки же мyжественныхъ въ прилэжaніи.
Словесе2 непрaведна ненави1дитъ првdникъ: нечести1вый же стыди1тсz и3 не воз8имётъ дерзнове1ніz.
Прaвда храни1тъ неѕлHбивыz: нечести6выz же ѕлы6 твори1тъ грёхъ.
Сyть богатsще себе2, ничесHже и3мyще: и3 сyть смирsющесz во мно1зэ богaтствэ.
И#збавле1ніе мyжа души2 свое2 є3мY богaтство: ни1щій же не терпи1тъ преще1ніz.
Свётъ првdнымъ всегдA, свётъ же нечести1выхъ ўгасaетъ: дyши льсти6выz заблуждaютъ во грэсёхъ, првdніи же ще1дрzтъ и3 ми1луютъ.
10 Ѕлы1й съ досажде1ніемъ твори1тъ ѕл†z: себе1 же знaющіи премyдри (сyть).
11 И#мёніе поспэшaемо со беззако1ніемъ ўмaлено бывaетъ, собирazй же себЁ со бlгоче1стіемъ и3з8wби1льствовати бyдетъ: првdный ще1дритъ и3 дае1тъ.
12 Лyчше начинazй помогaти се1рдцемъ њбэщaющагw и3 въ наде1жду ведyщагw: дре1во бо жи1зни желaніе до1брое.
13 И$же презирaетъ ве1щь, презрёнъ бyдетъ t неS: ґ боsйсz зaповэди, се1й здрaвствуетъ.
14 Сы1ну лукaвому ничто1же є4сть блaго: рабy же мyдру благопоспBшна бyдутъ дэлA, и3 и3спрaвитсz пyть є3гw2.
15 Зако1нъ мyдрому и3сто1чникъ жи1зни: безyмный же t сёти ќмретъ.
16 Рaзумъ бlгъ дае1тъ блгdть: разумёти же зако1нъ, мы1сли є4сть благjz: путіе1 же презирaющихъ въ поги1бели.
17 Всsкъ хи1трый твори1тъ съ рaзумомъ, безyмный же простре1тъ свою2 ѕло1бу.
18 Цaрь де1рзостенъ впаде1тъ во ѕл†z, вёстникъ же мyдръ и3збaвитъ є3го2.
19 НищетY и3 безче1стіе tе1млетъ наказaніе: хранsй же њбличє1ніz прослaвитсz.
20 Жел†ніz бlгочести1выхъ наслаждaютъ дyшу, дэлa же нечести1выхъ дале1че t рaзума.
21 Ходsй съ премyдрыми премyдръ бyдетъ, ходsй же съ безyмными познaнъ бyдетъ.
22 Согрэшaющихъ пости1гнутъ ѕл†z, првdныхъ же пости1гнутъ бlг†z.
23 Бlгъ мyжъ наслёдитъ сы1ны сынHвъ: сокро1вищствуетсz же првdнымъ богaтство нечести1выхъ.
24 Првdніи насладsтсz въ богaтствэ лBта мнHга: непрaведніи же поги1бнутъ вско1рэ.
25 И$же щади1тъ же1злъ (сво1й), ненави1дитъ сы1на своего2: любsй же наказyетъ прилёжнw.
26 Првdный kды1й насыщaетъ дyшу свою2: дyшы же нечести1выхъ ск{дны.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 14

М{дрыz жєны2 создaша до1мы: безyмнаz же раскопA рукaма свои1ма.
Ходsй прaвw бои1тсz гDа: развращazй же пути6 сво‰ њбезче1ститсz.
И#з8 ќстъ безyмныхъ же1злъ досажде1ніz: ўстнё же мyдрыхъ хранsтъ |.
И#дёже нёсть волHвъ, ћсли чи6сты: ґ и3дёже жи6та мнHга, ћвна волY крёпость.
Свидётель вёренъ не лже1тъ: разжизaетъ же лHжнаz свидётель непрaведенъ.
Взы1щеши премyдрости ў ѕлы1хъ, и3 не њбрsщеши: чyвство же ў мyдрыхъ ўдо1бно.
Вс‰ проти6вна (сyть) мyжеви безyмну: nрyжіе же чyвствіz ўстнЁ прем{дры.
Премyдрость ковaрныхъ ўразумёетъ пути6 и4хъ: бyйство же безyмныхъ въ заблужде1ніи.
До1мове беззако1нныхъ тре1буютъ њчище1ніz, до1мове же првdныхъ пріsтни.
10 Се1рдце мyжа чyвственно печaль души2 є3гw2: є3гдa же весели1тсz, не примэшaетсz досажде1нію.
11 До1мове нечести1выхъ и3сче1знутъ, селє1ніz же прaвw творsщихъ пребyдутъ.
12 є4сть пyть, и4же мни1тсz человёкwмъ прaвъ бы1ти, послBднzz же є3гw2 прихо1дzтъ во дно2 ѓда.
13 Ко весе1ліємъ не примэшавaетсz печaль: послBднzz же рaдости въ плaчь прихо1дzтъ.
14 Путjй свои1хъ насы1титсz дерзосе1рдый, t размышле1ній же свои1хъ мyжъ блaгъ.
15 Неѕло1бивый вёру є4млетъ всsкому словеси2, ковaрный же прихо1дитъ въ раскazніе.
16 Премyдръ ўбоsвсz ўклони1тсz t ѕлA, безyмный же на себе2 надёzвсz смэшавaетсz со беззако1ннымъ.
17 Nстроsростный без8 совёта твори1тъ, мyжъ же мyдрый мнHгаz терпи1тъ.
18 Раздэлsютъ безyмніи ѕло1бу, ковaрніи же ўдержaтъ чyвство.
19 Попо1лзнутсz ѕлjи пред8 бlги1ми, и3 нечести1віи послyжатъ пред8 две1рьми првdныхъ.
20 Дрyзіе возненави1дzтъ другHвъ ўбо1гихъ: дрyзіе же богaтыхъ мно1зи.
21 Безче1стzй ўбHгіz согрэшaетъ, ми1луzй же ни1щыz бlже1нъ.
22 Заблуждaющіи (непрaвєдницы) дёлаютъ ѕл†z, млcть же и3 и4стину дёлаютъ бlгjи. Не вёдzтъ млcти и3 вёры дёлателіе ѕлы1хъ: ми1лwстыни же и3 вBры ў дёлателей бlги1хъ.
23 Во всsцэмъ пекyщемсz є4сть и3з8oби1ліе: любослaстный же и3 безпечaльный въ скyдости бyдетъ.
24 Вэне1цъ премyдрыхъ богaтство и4хъ, житіе1 же безyмныхъ ѕло2.
25 И#збaвитъ t ѕлы1хъ дyшу свидётель вёренъ, разжизaетъ же лжи6ваz ле1стный.
26 Во стрaсэ гDни ўповaніе крёпости, чaдwмъ же свои6мъ њстaвитъ ўтвержде1ніе (ми1ра).
27 Стрaхъ гDень и3сто1чникъ жи1зни, твори1тъ же ўкланsтисz t сёти сме1ртныz.
28 Во мно1зэ kзы1цэ слaва царю2: во њскудёніи же лю1дстэ сокруше1ніе си1льному.
29 Долготерпэли1въ мyжъ мно1гъ въ рaзумэ, малодyшный же крёпкw безyменъ.
30 Кро1ткій мyжъ се1рдцу врaчь: мо1ль же косте1мъ се1рдце чyвственно.
31 Њклеветazй ўбо1гаго раздражaетъ сотво1ршаго и5, почитazй же є3го2 ми1луетъ ни1щаго.
32 Во ѕло1бэ свое1й tри1нетсz нечести1вый: надёzйжесz на гDа свои1мъ преподо1біемъ прaведенъ.
33 Въ се1рдцы блaзэ мyжа почjетъ премyдрость, въ се1рдцы же безyмныхъ не познавaетсz.
34 Прaвда возвышaетъ kзы1къ: ўмалsютъ же племенA грэси2.
35 Пріsтенъ царе1ви слугA разyмный, свои1мъ же благоwбраще1ніемъ tе1млетъ безче1стіе.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 15

Гнёвъ губи1тъ и3 раз{мныz: tвётъ же смире1нъ tвращaетъ ћрость, ґ сло1во же1стоко возвизaетъ гнёвы.
Љзы1къ мyдрыхъ дHбраz свёсть: ўстa же безyмныхъ возвэщaютъ ѕл†z.
На всsцэмъ мёстэ џчи гDни сматрsютъ ѕлы6z же и3 благ‡z.
И#сцэле1ніе љзы1ка дре1во жи1зни: хранsй же є3го2 и3спо1лнитсz дyха.
Безyмный ругaетсz наказaнію џтчу: хранsй же зaпwвэди хитрёйшій. Во мно1зэ прaвдэ крёпость мно1га: нечести1віи же t земли2 и3скоренsтсz.
Въ домёхъ првdныхъ крёпость мно1га: плоды1 же нечести1выхъ погибaютъ.
ЎстнЁ мyдрыхъ свzзyютсz чyвствомъ, сердцa же безyмныхъ не твє1рда.
Жє~ртвы нечести1выхъ ме1рзость гDеви, њбёты же правоходsщихъ пріsтни є3мY.
Ме1рзость гDеви путіе2 нечести1выхъ: гонsщыz же прaвду лю1битъ.
10 Наказaніе неѕло1бивагw познавaетсz t мимоходsщихъ: ненави1дzщіи же њбличє1ніz скончавaютсz срaмнw.
11 Ѓдъ и3 пaгуба ћвна пред8 гDемъ, кaкw не и3 сердцA человёкwвъ;
12 Не возлю1битъ ненакaзанный њбличaющихъ є3го2, съ мyдрыми же не побесёдуетъ.
13 Се1рдцу веселsщусz, лице2 цвэте1тъ: въ печaлехъ же сyщу, сётуетъ.
14 Се1рдце прaвое и4щетъ чyвства: ўстa же ненакaзанныхъ ўразумёютъ ѕл†z.
15 На всsко вре1мz џчи ѕлы1хъ пріе1млютъ ѕл†z: до1бріи же безмо1лвствуютъ пrнw.
16 Лyчше части1ца мaлаz со стрaхомъ гDнимъ, не1жели сокрHвища вє1ліz без8 боsзни.
17 Лyчше ўчрежде1ніе t ѕе1лій съ любо1вію и3 благодaтію, не1жели представле1ніе тельцє1въ со враждо1ю.
18 Мyжъ ћрый ўстроsетъ бр†ни, долготерпэли1вый же и3 бyдущую ўкрощaетъ. Терпэли1вый мyжъ ўгаси1тъ суды2, нечести1вый же воздвизaетъ пaче.
19 Путіе2 прaздныхъ по1стлани те1рніемъ, мyжественныхъ же ўглaждени.
20 Сы1нъ премyдръ весели1тъ nтцA, сы1нъ же безyменъ раздражaетъ мaтерь свою2.
21 Несмы1сленнагw стєзи2 ск{дны ўмA: мyжъ же разyменъ и3справлsz хо1дитъ.
22 Tлагaютъ помышлє1ніz не чтyщіи со1нмищъ: въ сердцaхъ же совётныхъ пребывaетъ совётъ.
23 Не послyшаетъ ѕлы1й є3гw2, ниже2 рече1тъ поле1зно что2 и3 добро2 џбщему.
24 Путіе2 животA помышлє1ніz разyмнагw, да ўклони1всz t ѓда спасе1тсz.
25 До1мы досади1телей разорsетъ гDь, ўтверди1 же предёлъ вдови1цы.
26 Ме1рзость гDеви по1мыслъ непрaведный, чи1стыхъ же глаго1лы чє1стны.
27 Губи1тъ себе2 мздои1мецъ, ненави1дzй же дарHвъ пріsтіz спасе1тсz: ми1лостынzми и3 вёрами њчищaютсz грэси2, стрaхомъ же гDнимъ ўклонsетсz всsкъ t ѕлA.
28 СердцA првdныхъ поучaютсz вёрэ, ўстa же нечести1выхъ tвэщaютъ ѕл†z: пріsтни пред8 гDемъ путіе2 муже1й првdныхъ, и4миже и3 врази2 дрyзіе бывaютъ.
29 Дале1че tстои1тъ бг7ъ t нечести1выхъ, моли1твы же првdныхъ послyшаетъ: лyчше мaлое пріsтіе со прaвдою, не1жели мнHга жи6та съ непрaвдою: се1рдце мyжа да мы1слитъ првdнаz, да t бг7а и3спрaвzтсz стwпы2 є3гw2.
30 Ви1дzщее џко дHбраz весели1тъ се1рдце, слaва же благaz ўтучнsетъ кHсти.
31 Слyшаzй њбличе1ній животA посредЁ премyдрыхъ водвори1тсz.
32 И$же tметaетъ наказaніе, ненави1дитъ себе2: соблюдazй же њбличє1ніz лю1битъ свою2 дyшу.
33 Стрaхъ гDень наказaніе и3 премyдрость, и3 начaло слaвы tвэщaетъ є4й (,*пред8и1детъ же смирє1ннымъ слaва).

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 16

Человёку предложе1ніе се1рдца: и3 t гDа tвётъ љзы1ка.
Вс‰ дэлA смире1ннагw kвлє1нна пред8 бг7омъ, и3 ўкрэплszй дyхи гDь.
Прибли1жи ко гDу дэлA тво‰, и3 ўтвердsтсz помышлє1ніz тво‰.
Вс‰ содёла гDь себє2 рaди: нечести1віи же въ де1нь ѕо1лъ поги1бнутъ.
Нечи1стъ пред8 бг7омъ всsкъ высокосе1рдый: въ рyку же рyцэ влагazй непрaведнw не њбезвини1тсz.
Начaло пути2 блaга, є4же твори1ти првdнаz, прі‰тна же пред8 бг7омъ пaче, не1жели жре1ти жє1ртвы.
И#щaй гDа њбрsщетъ рaзумъ со прaвдою:
прaвэ же и4щущіи є3го2 њбрsщутъ ми1ръ.
Вс‰ дэлA гDнz со прaвдою: храни1тсz же нечести1вый на де1нь ѕо1лъ.
10 Прbро1чество во ўстнёхъ царе1выхъ, въ суди1щи же не погрэшaтъ ўстA є3гw2.
11 Превёса мёрила прaвда ў гDа: дэлa же є3гw2 мBрила првdнаz.
12 Ме1рзость царе1ви творsй ѕл†z: со прaвдою бо ўготовлsетсz престо1лъ начaльства.
13 Прі‰тны царю2 ўстнЁ првdны, словесa же пр†ваz лю1битъ гDь.
14 Ћрость царе1ва вёстникъ сме1рти: мyжъ же премyдръ ўтоли1тъ є3го2.
15 Во свётэ жи1зни сы1нъ царе1въ: пріsтніи же є3мY ћкw њ1блакъ по1зденъ.
16 Ўгнэждє1ніz премyдрости и3збрaннэе злaта: вселє1ніz же рaзума дражaйши сребрA.
17 Путіе2 жи1зни ўкланsютсz t ѕлы1хъ: долготa же житіS путіе2 првdни. Пріе1млzй наказaніе во бlги1хъ бyдетъ, хранsй же њбличє1ніz ўмудри1тсz. И$же храни1тъ сво‰ пути6, соблюдaетъ свою2 дyшу: любsй же живо1тъ сво1й щади1тъ сво‰ ўстA.
18 Пре1жде сокруше1ніz предварsетъ досажде1ніе, пре1жде же паде1ніz ѕлопомышле1ніе.
19 Лyчше кроткодyшенъ со смире1ніемъ, не1жели и4же раздэлsетъ коры6сти съ досади1тельми.
20 Разyмный въ ве1щехъ њбрэтaтель бlги1хъ, надёzйсz же на гDа бlже1нъ.
21 Прем{дрыz и3 раз{мныz ѕлы1ми нари1чутъ, слaдціи же въ словеси2 мно1жае ўслы1шани бyдутъ.
22 И#сто1чникъ живо1тенъ рaзумъ стzжaвшымъ, наказaніе же безyмныхъ ѕло2.
23 Се1рдце премyдрагw ўразумёетъ ±же t свои1хъ є3мY ќстъ, во ўстнaхъ же но1ситъ рaзумъ.
24 Со1тове медо1вніи словесA дHбраz, слaдость же и4хъ и3сцэле1ніе души2.
25 Сyть путіе2 мнsщіисz прaви бы1ти мyжу, nбaче послBднzz и4хъ зрsтъ во дно2 ѓдово.
26 Мyжъ въ трудёхъ труждaетсz себЁ и3 и3знуждaетъ поги1бель свою2: стропти1вый во свои1хъ ўстaхъ но1ситъ поги1бель.
27 Мyжъ безyменъ копaетъ себЁ ѕл†z и3 во ўстнaхъ свои1хъ сокро1вищствуетъ џгнь.
28 Мyжъ стропти1вый разсылaетъ ѕл†z, и3 свэти1льникъ льсти2 вжигaетъ ѕлы6мъ, и3 разлучaетъ дрyги.
29 Мyжъ законопрестyпенъ прельщaетъ дрyги и3 tво1дитъ и5хъ въ пути6 не бл†ги.
30 Ўтверждazй џчи свои2 мы1слитъ развращє1ннаz, грызы1й же ўстнЁ свои2 њпредэлsетъ вс‰ ѕл†z: се1й пе1щь є4сть ѕло1бы.
31 Вэне1цъ хвалы2 стaрость, на путе1хъ же прaвды њбрэтaетсz.
32 Лyчше мyжъ долготерпэли1въ пaче крёпкагw, (*и3 мyжъ рaзумъ и3мёzй пaче земледёльца вели1кагw:) ўдержавazй же гнёвъ пaче взе1млющагw грaдъ.
33 Въ нBдра вхо1дzтъ вс‰ непрaвєднымъ: t гDа же вс‰ првdнаz.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 17

Лyчше ўкрyхъ хлёба со слaстію въ ми1рэ, не1жели до1мъ и3спо1лненъ мно1гихъ благи1хъ и3 непрaведныхъ же1ртвъ со брaнію.
Рaбъ смы1сленъ њбладaетъ влады6ки безyмными, въ брaтіихъ же раздэли1тъ (и3мёніе) на ч†сти.
Ћкоже и3скушaетсz въ пещи2 сребро2 и3 злaто, тaкw и3збр†ннаz сердцA ў гDа.
Ѕлы1й послyшаетъ љзы1ка законопрестyпныхъ, првdный же не внимaетъ ўстнaмъ лжи6вымъ.
Ругaйсz ўбо1гому раздражaетъ сотво1ршаго є3го2, рaдуzйсz же њ погибaющемъ не њбезвини1тсz: ми1луzй же поми1лованъ бyдетъ.
Вэне1цъ стaрыхъ ч†да ч†дъ: похвалa же чaдомъ nтцы2 и4хъ. Вёрному ве1сь мjръ богaтство, невёрному же ниже2 пёнzзь.
Неприли6чны сyть безyмному ўстнЁ вBрны, ниже2 првdному ўстнЁ лжи6вы.
МздA благодaтей наказaніе ўпотреблsющымъ: и3 ѓможе ѓще њбрати1тсz, ўспёетъ.
И$же таи1тъ њби6ды, и4щетъ любве2: ґ и4же ненави1дитъ скрывaти, разлучaетъ дрyги и3 дом†шніz.
10 Сокрушaетъ преще1ніе се1рдце мyдрагw: безyмный же біе1мь не чyвствуетъ (рaнъ).
11 ПрекослHвіz воздви1жетъ всsкъ ѕлы1й: гDь же ѓгг7ла неми1лостива по1слетъ нaнь.
12 Впаде1тъ попече1ніе мyжу смы1сленну: безyмніи же размышлsютъ ѕл†z.
13 И$же воздае1тъ ѕл†z за бlг†z, не подви1гнутсz ѕл†z и3з8 до1му є3гw2.
14 Влaсть дае1тъ словесє1мъ начaло прaвды: предводи1тельствуетъ же скyдости прS и3 брaнь.
15 И$же сyдитъ првdнаго непрaведнымъ, непрaведнаго же првdнымъ, нечи1стъ и3 ме1рзокъ ў гDа.
16 Вскyю бsше и3мёніе безyмному; стzжaти бо премyдрости безсе1рдый не мо1жетъ. И$же высо1къ твори1тъ сво1й до1мъ, и4щетъ сокруше1ніz: њстроптэвazй же ўчи1тисz впаде1тъ во ѕл†z.
17 На всsко вре1мz дрyгъ да бyдетъ тебЁ, брaтіz же въ нyждахъ поле1зни да бyдутъ: сегH бо рaди раждaютсz.
18 Мyжъ безyменъ пле1щетъ и3 рaдуетсz себЁ, ћкоже поручazйсz и3спорyчитъ дрyга своего2, на свои1хъ же ўстнaхъ џгнь сокро1вищствуетъ.
19 Грэхолю1бецъ рaдуетсz свaрwмъ, ґ жестокосе1рдый не ўсрsщетъ благи1хъ.
20 Мyжъ ўдобопрело1жный љзы1комъ впаде1тъ во ѕл†z: се1рдце же безyмнагw болёзнь стzжaвшему є5.
21 Не весели1тсz nте1цъ њ сы1нэ ненакaзаннэмъ: сы1нъ же мyдръ весели1тъ мaтерь свою2.
22 Се1рдце веселsщесz бlгоимётисz твори1тъ: мyжу же печaльну засы1шутъ кHсти.
23 Пріе1млющему дaры непрaведнw въ нBдра не пред8успэвaютъ путіе2: нечести1вый же ўкланsетъ пути6 прaвды.
24 Лице2 разyмно мyжа премyдра, џчи же безyмнагw на концёхъ земли2.
25 Гнёвъ nтцY сы1нъ безyменъ, и3 болёзнь ро1ждшей є3го2.
26 Тщєты2 твори1ти мyжу првdну не добро2, ниже2 преподо1бно навётовати власте1мъ прaвєднымъ.
27 И$же щади1тъ глаго1лъ произнести2 же1стокъ, разyменъ: долготерпэли1вый же мyжъ премyдръ, лyчше и4щущагw наyки.
28 Несмы1сленному вопроси1вшу њ мyдрости, мyдрость вмэни1тсz: нёма же кто2 себе2 твори1тъ, возмни1тсz разyменъ бы1ти.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 18

Вины6 и4щетъ мyжъ хотS tлучи1тисz t другHвъ, на всsко же вре1мz поноси1мь бyдетъ.
Не тре1буетъ премyдрости мyжъ скудоyменъ, зане2 пaче во1дитсz безyміемъ.
є3гдA пріи1детъ нечести1вый во глубинY ѕHлъ, неради1тъ: нахо1дитъ же є3мY безче1стіе и3 поноше1ніе.
ВодA глубокA сло1во въ се1рдцы мyжа, рэкa же и3зскaчущи и3 и3сто1чникъ жи1зни.
Чуди1тисz лицY нечести1вагw не добро2, ниже2 преподо1бно ўкланsти првdное на судЁ.
ЎстнЁ безyмнагw приво1дzтъ є3го2 на ѕло2, ўстa же є3гw2 де1рзwстнаz призывaютъ сме1рть.
ЎстA безyмнагw сокруше1ніе є3мY, ўстнё же є3гw2 сёть души2 є3гw2.
Лэни6выz низлагaетъ стрaхъ: дyши же муже1й женaмъ подо1бныхъ взaлчутъ.
Не и3сцэлszй себе2 во свои1хъ дёлэхъ брaтъ є4сть погублsющему себе2 самaго.
10 И#з8 вели1чества крёпости и4мz гDне, къ немyже притекaюще првdницы возно1сzтсz.
11 И#мёніе богaту мyжу грaдъ тве1рдъ, слaва же є3гw2 вельми2 присэнsетъ.
12 Пре1жде сокруше1ніz возно1ситсz се1рдце мyжу и3 пре1жде слaвы смирsетсz.
13 И$же tвэщaетъ сло1во пре1жде слы1шаніz, безyміе є3мY є4сть и3 поноше1ніе.
14 Гнёвъ мyжа ўкрощaетъ рaбъ разyмный: малодyшна же человёка кто2 стерпи1тъ;
15 Се1рдце разyмнагw стsжетъ чyвствіе, ўшесa же мyдрыхъ и4щутъ смы1сла.
16 Даsніе человёка распространsетъ є3го2 и3 съ си1льными посаждaетъ є3го2.
17 Првdный себє2 самaгw њглаго1льникъ во первосло1віи: є3гдa же приложи1тъ супостaтъ, њбличaетсz.
18 ПрекослHвіz ўтолsетъ молчали1вый и3 во власте1хъ њпредэлsетъ.
19 Брaтъ t брaта помогaемь, ћкw грaдъ тве1рдъ и3 высо1къ, ўкрэплsетсz же ћкоже њсновaное цaрство.
20 T плодHвъ ќстъ мyжъ насыщaетъ чре1во свое2, и3 t плодHвъ ўсте1нъ свои1хъ насы1титсz.
21 Сме1рть и3 живо1тъ въ руцЁ љзы1ка: ўдержавaющіи же є3го2 снэдsтъ плоды2 є3гw2.
22 И$же њбрёте женY добрY, њбрёте благодaть, пріsлъ же є4сть t гDа тишинY.
23 И$же и3згонsетъ женY до1брую, и3згонsетъ благ†z: держaй же прелюбодёйцу безyменъ и3 нечести1въ.
24 Съ молє1ніи глаго1летъ ўбо1гій, богaтый же tвэщaетъ же1стокw.
25 Мyжъ любо1венъ къ дрyжбэ, и3 є4сть дрyгъ прилэпи1выйсz пaче брaта.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 19

Лyчше є4сть ўбо1гъ ходsй въ простотЁ свое1й, не1же богaтый стропти1въ ўстны6 свои1ми и3 несмы1сленъ.
И#дёже нёсть ўче1ніz души2, нёсть добро2, и3 и4же ско1ръ є4сть ногaма, по1ткнетсz.
Неразyміе мyжа погублsетъ пути6 є3гw2, и3 бг7а вино1вна твори1тъ въ се1рдцы свое1мъ.
Богaтство прилагaетъ дрyги мнHги: ни1щій же и3 t сyщагw дрyга њставлsемь бывaетъ.
Свидётель лжи1въ без8 мyки не бyдетъ: њклеветazй же непрaведнw не ўбэжи1тъ є3S.
Мно1зи ўгождaютъ ли1цамъ ц†рскимъ: всsкъ же ѕо1лъ бывaетъ въ поноше1ніе мyжеви.
Всsкъ, и4же ўбо1гаго брaта ненави1дитъ, и3 t содрyжества дале1че бyдетъ. Мы1сль благaz вёдzщымъ ю5 приближaетсz, мyжъ же мyдръ њбрsщетъ ю5. Мно1гw творsй ѕлA совершaетъ ѕло1бу, ґ и4же раздражaетъ словесы2, не спасе1тсz.
Стzжaвый мyдрость лю1битъ себе2, ґ и4же сохранsетъ рaзумъ, њбрsщетъ благ†z.
Свидётель лжи1вый не без8 мyки бyдетъ, ґ и4же разжизaетъ ѕло1бу, поги1бнетъ t неS.
10 Не по1льзуетъ безyмному слaдость, и3 ѓще рaбъ нaчнетъ съ досажде1ніемъ њбладaти.
11 Ми1лостивъ мyжъ долготерпи1тъ, похвалa же є3гw2 превосхо1дитъ законопрестyпныхъ.
12 Царе1во преще1ніе подо1бно рыкaнію льво1ву, и3 ћкоже росA ѕлaку, тaкw ти1хость є3гw2.
13 Стyдъ є4сть nтцY сы1нъ безyменъ, и3 нечи6сты њбёты t мзды2 блудни1цы.
14 До1мъ и3 и3мёніе раздэлsютъ nтцы2 чaдwмъ: t гDа же сочетавaетсz женA мyжеви.
15 Стрaхъ содержи1тъ мyжа женонрaвна: душa же прaзднагw взaлчетъ.
16 И$же храни1тъ зaпwвэди, соблюдaетъ свою2 дyшу, ґ нерадsй њ свои1хъ путе1хъ поги1бнетъ.
17 Ми1луzй ни1ща взаи1мъ дае1тъ бг7ови, по даsнію же є3гw2 воздaстсz є3мY.
18 Наказyй сы1на твоего2, тaкw бо бyдетъ благонаде1женъ: въ досажде1ніе же не взе1млисz душе1ю твое1ю.
19 Ѕлоyменъ мyжъ мно1гw њтщети1тсz: ѓще же губи1тель є4сть, и3 дyшу свою2 приложи1тъ.
20 Слyшай, сы1не, nтцA твоегw2 наказaніz, да мyдръ бyдеши въ послBднzz тво‰.
21 МнHги мы6сли въ се1рдцы мyжа: совётъ же гDень во вёкъ пребывaетъ.
22 Пло1дъ мyжеви ми1лостынz: лyчше же ни1щь првdный, не1жели богaтъ лжи1въ.
23 Стрaхъ гDень въ живо1тъ мyжеви: ґ безстрaшный водвори1тсz на мёстэхъ, и3дёже не наблюдaетсz рaзумъ.
24 Скрывazй въ нёдрэхъ рyцэ свои2 непрaведнw ниже2 ко ўстHмъ свои6мъ принесе1тъ |.
25 Губи1телю р†ны пріе1млющу, безyмный ковaрнэе бyдетъ: ѓще же њбличaеши мyжа разyмна, ўразумёетъ чyвство.
26 Безче1ствуzй nтцA и3 tрэвazй мaтерь свою2 срамотY пріи1метъ и3 поноше1ніе.
27 Сы1нъ њставлszй храни1ти наказaніе џтчее поучи1тсz словесє1мъ ѕлы6мъ.
28 Выручazй џтрока несмы1слена досаждaетъ њправдaнію: ўстa же нечести1выхъ пожрyтъ сyдъ.
29 Ўготовлsютсz невоздє1ржнымъ р†ны, и3 мучє1ніz подо1бнэ нераз{мнымъ.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 20

Неви1нно віно2, ўкори1зненно же піsнство, и3 всsкъ пребывazй въ не1мъ не бyдетъ премyдръ.
Не рaзнствуетъ преще1ніе царе1во t ћрости льво1вы: раздражazй же є3го2 и3 примэшazйсz є3мY согрэшaетъ въ свою2 дyшу.
Слaва мyжу tвращaтисz t досажде1ніz: всsкъ же безyменъ си1ми соплетaетсz.
Поноси1мь лэни1вый не ўсрамлsетсz, тaкожде и3 зае1млzй пшени1цу въ жaтву.
ВодA глубокA совётъ въ се1рдцы мyжа: мyжъ же премyдръ и3сче1рплетъ ю5.
Вели1ка ве1щь человёкъ, и3 драгaz мyжъ творsй ми1лость: мyжа же вёрна (вели1ко) дёло њбрэсти2.
И$же без8 поро1ка живе1тъ въ прaвдэ, блажє1ны њстaвитъ дёти сво‰.
є3гдA цaрь прaведенъ на престо1лэ сsдетъ, не проти1витсz пред8 nчи1ма є3гw2 ничто1же лукaво.
Кто2 похвaлитсz чи1сто и3мёти се1рдце; и3ли2 кто2 де1рзнетъ рещи2 чи1ста себе2 бы1ти t грэхHвъ;
10 Вёсъ вели1къ и3 мaлъ, и3 мёра сугyба, нечи6ста пред8 гDемъ nбоS:
11 и3 творsй | въ начинaніихъ свои1хъ зaпнетсz: ю4нота съ преподо1бнымъ, и3 прaвый пyть є3гw2.
12 Ќхо слы1шитъ, и3 џко ви1дитъ: гDнz дэлA nбоS.
13 Не люби2 клеветaти, да не вознесе1шисz: tве1рзи џчи твои2 и3 насыщaйсz хлёба.
14 Ѕло2, ѕло2, рече1тъ стzжавazй, и3 tше1дъ тогдA похвaлитсz.
15 є4сть злaто и3 мно1жество кaменій драги1хъ, сосyдъ че1стенъ ўстнЁ раз{мны.
16 Возми2 ри1зу є3гw2, ћкw и3спорyчникъ бы1сть чужды1z, и3 за чуждyю возми2 зало1гъ t негw2.
17 Слaдокъ є4сть человёку хлёбъ лжи2, но пото1мъ и3спо1лнzтсz ўстA є3гw2 кaменіz.
18 Помышле1ніе въ совётэ ўгото1витсz, въ правле1ніи же твори1тъ брaнь.
19 Tкрывazй тaйну хо1дитъ ле1стію: и3 прельщaющему ўстнaми свои1ми не примэшaйсz.
20 Ѕлосло1вzщему nтцA и3ли2 мaтерь ўгaснетъ свэти1льникъ, зBницы же nче1съ є3гw2 ќзрzтъ тьмY.
21 Чaсть поспёшна въ начaлэ, въ послёднихъ не благослови1тсz.
22 Не рцы2: tмщY врагY: но потерпи2 гDа, да ти2 помо1жетъ.
23 Ме1рзость гDеви сугyбый вёсъ, и3 мёрило лжи1во не добро2 пред8 ни1мъ.
24 T гDа и3справлsютсz стwпы2 мyжу: сме1ртный же кaкw ўразумёетъ пути6 сво‰;
25 Сёть мyжеви ско1рw нёчто t свои1хъ њсвzщaти: по њбётэ бо раскazніе бывaетъ.
26 Вёzтель нечести1выхъ є4сть цaрь мyдръ и3 наложи1тъ на нS ко1ло.
27 Свётъ гDень дыхaніе человёкwмъ, и4же и3спытaетъ т†йнаz ўтро1бы.
28 Ми1лостынz и3 и4стина сохране1ніе царю2, и3 њб8и1дутъ престо1лъ є3гw2 въ прaвдэ.
29 Лёпота (є4сть) ю4нымъ премyдрость: слaва же ст†рымъ сэди6ны.
30 Р†ны и3 сокрушє1ніz срэтaютъ ѕлы1хъ, ћзвы же въ сокро1вищихъ чре1ва.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 21

Ћкоже ўстремле1ніе воды2, тaкw се1рдце царе1во въ руцЁ б9іей: ѓможе ѓще восхо1щетъ њбрати1ти, тaмw ўклони1тъ є5.
Всsкъ мyжъ kвлsетсz себЁ прaведенъ: ўправлsетъ же сердцA гDь.
Твори1ти првdнаz и3 и4стинствовати ўгHдна бг7у пaче, не1жели же1ртвъ кро1вь.
Велемyдрый во ўкори1знэ дерзосе1рдъ, свэти1ло же нечести1выхъ грэси2.
Помышлє1ніz тщали1вагw во и3з8oби1ліи, и3 всsкъ неради1вый въ лише1ніи.
Дёлаzй сокрHвища љзы1комъ лжи1вымъ сyетнаz го1нитъ въ сBти смє1ртныz.
Всегуби1тельство на нечєсти1выz ўстремлsетсz: не хотsтъ бо твори1ти првdнаz.
Къ стро1пwтнымъ стро1пwтныz пути6 посылaетъ бг7ъ: чи6ста бо и3 пр†ва дэлA є3гw2.
Лyчше жи1ти во ќглэ непокрове1ннэмъ, не1жели въ повaпленныхъ съ непрaвдою и3 въ хрaминэ џбщей.
10 ДушA нечести1вагw не поми1луетсz ни t є3ди1нагw t человёкwвъ.
11 ТщетY пріе1млющу невозде1ржному, ковaрнэйшій бyдетъ неѕло1бивый, разумэвazй же мyдрый пріи1метъ рaзумъ.
12 Разумэвaетъ првdный сердцA нечести1выхъ и3 ўничтожaетъ нечести6выz въ ѕлы1хъ.
13 И$же затыкaетъ ўшесA сво‰, є4же не послyшати немощнaгw, и3 то1й призове1тъ, и3 не бyдетъ послyшаzй є3гw2.
14 Даsніе тaйно tвращaетъ гнёвы, щадsй же дарHвъ воздвизaетъ ћрость крёпкую.
15 Весе1ліе првdныхъ твори1ти сyдъ: прпdбный же нечи1стъ ў ѕлодёєвъ.
16 Мyжъ заблуждazй t пути2 прaвды въ со1нмищи и3споли1нwвъ почjетъ.
17 Мyжъ скyденъ лю1битъ весе1ліе, любsй же віно2 и3 є3ле1й не њбогати1тсz.
18 Њтре1біе же првdнику беззако1нникъ.
19 Лyчше жи1ти въ земли2 пyстэ, не1же жи1ти съ жено1ю сварли1вою и3 љзы1чною и3 гнэвли1вою.
20 Сокро1вище вожделённо почjетъ во ўстёхъ мyдрагw: безyмніи же мyжіе пожирaютъ є5.
21 Пyть прaвды и3 ми1лостыни њбрsщетъ живо1тъ и3 слaву.
22 Во грaды крBпки вни1де премyдрый и3 разруши2 ўтвержде1ніе, на не1же надёzшасz нечести1віи.
23 И$же храни1тъ сво‰ ўстA и3 љзы1къ, соблюдaетъ t печaли дyшу свою2.
24 Проде1рзый и3 величaвый и3 гордели1вый губи1тель нарицaетсz: ґ и4же памzтоѕло1бствуетъ, беззако1ненъ.
25 По1хwти лэни1ваго ўбивaютъ: не произволsютъ бо рyцэ є3гw2 твори1ти что2.
26 Нечести1вый желaетъ ве1сь де1нь по1хwти ѕлы6z, првdный же ми1луетъ и3 ще1дритъ нещaднw.
27 Жє~ртвы нечести1выхъ ме1рзость гDеви: и4бо беззако1ннw прино1сzтъ |.
28 Свидётель ло1жный поги1бнетъ, мyжъ же послушли1въ сохранsемь возглаго1летъ.
29 Нечести1въ мyжъ безстyднw стои1тъ лице1мъ: прaвый же сaмъ разумэвaетъ пути6 сво‰.
30 Нёсть премyдрости, нёсть мyжества, нёсть совёта ў нечести1вагw.
31 Ко1нь ўготовлsетсz на де1нь брaни: t гDа же по1мощь.

Кни1га При1тчей соломHнихъ, ГлавA 22

Лyчше и4мz до1брое, не1же богaтство мно1го, пaче же сребрA и3 злaта блгdть бlгaz.
Богaтъ и3 ни1щь срэто1ста дрyгъ дрyга, nбои1хъ же гDь сотвори2.
Худо1гъ, ви1дэвъ лукaваго мyчима крёпкw, сaмъ наказyетсz: безyмніи же мимоше1дше њтщети1шасz.
Ро1дъ премyдрости стрaхъ гDень, и3 богaтство и3 слaва и3 живо1тъ.
Волчцы2 и3 сBти на путе1хъ стро1потныхъ, хранsй же свою2 дyшу и3збэжи1тъ и5хъ.
Богaтіи ўбо1гими и4мутъ њбладaти,
и3 раби2 свои6мъ господє1мъ взаи1мъ дадyтъ.
Сёzвый ѕл†z по1жнетъ ѕл†z, ћзву же дёлъ свои1хъ соверши1тъ.
Мyжа ти1ха и3 даsтелz лю1битъ гDь, суетy же дёлъ є3гw2 скончaетъ.
10 Ми1луzй ни1щаго сaмъ препитaетсz: t свои1хъ бо хлёбwвъ даде2 ўбо1гому. Побёду и3 че1сть ўстроsетъ даsй дaры, nбaче дyшу погублsетъ стzжaвшихъ.
11 И#зжени2 t со1нмища губи1телz, и3 и3зы1детъ съ ни1мъ прёніе: є3гдa бо сsдетъ въ со1нмищи, всёхъ безче1ститъ.
12 Лю1битъ гDь прпdбнаz сердцA, пріsтни же є3мY вси2 непоро1чніи въ путе1хъ свои1хъ: ўстнaма пасе1тъ цaрь (лю1ди сво‰).
13 Џчи гDни соблюдaютъ чyвство: презирaетъ словесA законопрестyпный.
14 Вины2 и4щетъ и3 глаго1летъ лэни1вый: ле1въ на стезsхъ, на путе1хъ же разбHйницы.
15 Ћма глубокA ўстA законопрестyпныхъ: возненави1дэный же t гDа впаде1тсz въ ню2. Сyть путіе2 ѕлjи пред8 мyжемъ, и3 не лю1битъ возврати1тисz t ни1хъ: возврати1тисz же подобaетъ t пути2 стро1потна и3 ѕлaгw.
16 Безyміе ви1ситъ на се1рдцы ю4нагw: же1злъ же и3 наказaніе дале1че (tго1нитъ) t негw2.
17 Њби1дzй ўбо1гаго мнHгаz себЁ ѕл† твори1тъ, дае1тъ же богaтому во њскудёніе (себЁ).
18 Ко словесє1мъ мyдрыхъ прилагaй твое2 ќхо, и3 ўслы1ши мо‰ словесA: свое1 же се1рдце ўтверди2 (къ ни6мъ), да разумёеши, ћкw дwбрA сyть.
19 И# ѓще вложи1ши | въ се1рдце твое2, возвеселsтъ тебе2 кyпнw во твои1хъ ўстнёхъ.
20 Да бyдетъ ти2 на гDа наде1жда, и3 покaжетъ ти2 пyть сво1й.
21 Ты1 же напиши2 | себЁ три1жды, на совётъ и3 смы1слъ и3 рaзумъ, на широтЁ се1рдца твоегw2: ўчy бо тS и4стинному словеси2, и3 рaзума благaгw слyшати на tвёты словесє1мъ и4стиннымъ предлагaємымъ тебЁ.
22 Не наси1льствуй ни1щаго, зане2 ўбо1гъ є4сть, и3 не досаждaй немощно1му во вратёхъ:
23 гDь бо и4мать суди1ти є3гw2 сyдъ, и3 и3збaвиши твою2 безбёдную дyшу.
24 Не бывaй дрyгъ мyжу гнэвли1ву и3 со дрyгомъ жестокосе1рдымъ не соводворsйсz:
25 да не когдA научи1шисz путє1мъ є3гw2 и3 пріи1меши тене1та души2 твое1й.
26 Не вдавaйсz въ поруче1ніе, стыдsсz лицA:
27 є3гдa бо не бyдеши и3мёти чи1мъ и3скупи1тисz, во1змутъ посте1лю, ћже под8 ре1бры твои1ми.
28 Не прелагaй предBлъ вёчныхъ, ±же положи1ша nтцы2 твои2.
29 Прозри1тельну человёку и3 џстрому въ дёлэхъ свои1хъ пред8 царьми2 подобaетъ стоsти, и3 не стоsти пред8 мужми2 просты1ми.
Для корректного отображения некириллических текстов желательно установить шрифты Lucida Sans Unicode (для текстов на греческом) и Hirmos (для текстов на церковнославянском). Если Ваш браузер поддерживает технологию CSS3, шрифты будут загружены автоматически.
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

11:31 "Праведнику воздается на земле, тем паче нечестивому" - воздаяние праведнику за добро и нечестивому за зло (ср 1 Петр 4:18); другое толкование: праведник страдает за неправедных (ср 1 Петр 3:18).


13:8 Эту же тему иллюстрирует басня Лафонтена и Крылова: "Башмачник и финансист".


13:23 Божественное Провидение заботится о нуждах человека, но несправедливость и беспорядок влекут за собой нищету.


14:5 О лжесвидетельстве ср Притч 6:19; Притч 12:17; Притч 14:25; Притч 19:5, Притч 19:9; Притч 21:28; Притч 24:28; Притч 25:18и т.д.; ср Исх 20:16; Исх 23:1; Втор 19:15-21.


14:31 Предвестие НЗ-ного учения.


16:1 Отсюда происходит пословица: "человек полагает, а Бог располагает".


16:4 В день бедствия в наказании нечестивого проявится справедливость Божия.


16:10 "Уста царя не должны погрешать на суде", ибо он вершит правосудие от имени Бога (ср 2 Цар 14:18-20; 3 Цар 3:4-28). Следующие притчи (за искл. ст Притч 16:11) являются царскими притчами.


16:33 Имеется в виду ефод, находящийся на груди первосвященника (Исх 28:6); он отождествляется здесь с ефодом, служащим для бросания жребия (1 Цар 2:28).


17:11 "Жестокий ангел" - может быть ангел губитель (ср Исх 12:23).


17:23 "Подарок из пазухи" - подарок судье неправедному или лжесвидетелю (ср Притч 17:8; Притч 18:16и Притч 21:14, где смысл более широкий).


17:24 " Глаза глупца - на конце земли" - глупец смотрит всюду и вмешивается во все.


21:3 Через весь ВЗ красной нитью проходит требование чистоты сердца, необходимого условия совершения религиозных обрядов (ср Ам 5:22сл; Ос 6:6; Ис 1:11; Иер 7:21-23).


21:18 Ср Притч 11:8. В этой притче, очевидно, подразумевается, что несчастье сопутствует жизни человека. Бог охраняет от него праведников и посылает бедствия нечестивым.


22:16 В этой притче говорится или о закономерности, согласно которой только трудность побуждает к усилию и приводит к успеху, или о вере в справедливость Бога, могущего коренным образом изменить положение.


Кн Притчей — характерный образец письменности мудрых Израиля. В ее состав вошли два сборника: «Притчи Соломона» — Притч 10-22 16 (375 изречений) и Притч 25-29, которые вводятся словами: «И это притчи Соломона, которые собрали мужи Езекии» (128 изречений). К этим двум основным частям добавлены приложения: к первой — «Слова мудрых» (Притч 22:17-24:22) и «Сказано также мудрыми» (Притч 24:23-24), ко второй — «Слова Агура» (Притч 30:1-14), за которыми следуют числовые притчи (Притч 30:15-33) и «Слово Лемуила» (Притч 31:1-9), в котором отец дает своему сыну заповеди мудрости, а в гл 8 держит речь сама персонифицированная Премудрость. Книга заканчивается т. наз. алфавитной поэмой, (в ней каждый стих начинается буквой евр. алфавита, данного в последовательном порядке), прославляющей добродетельную жену (Притч 31:10-31).

Порядок чередования указанных частей довольно случаен: в евр. и греч. Библии он не всегда совпадает и в самих сборниках изречения следуют одно за другим без всякого плана. Книга представляет собою как бы «сборник сборников», обрамленный прологом и эпилогом. Она отражает процесс богословского развития, происшедший в письменности мудрых Израиля. Два основных сборника представляют собой машапы, или «мудрые речения», в их первоначальной форме и содержат только краткие афоризмы — обычно двустишие. В приложениях формулы становятся более развернутыми: т. наз. числовые притчи (Притч 30:15-33 ср Притч 6:16-19) вносят элемент загадочности, обостряющий интерес читателя. Этот прием применялся уже в древности (ср Ам 1). Пролог (Притч 1-9) — ряд наставлений, в который включены две речи самой персонифицированной Премудрости, и эпилог (Притч 31:10-31) отличаются сложностью композиции.

Различия в форме отдельных частей книги позволяют заключить, что они создавались в разные эпохи. Наиболее древние части — два вышеуказанных сборника (Притч 10-22 и Притч 25-29). Они приписываются Соломону, который, как утверждает 3 Цар 4:32, «изрек три тысячи притчей» и считался «мудрее всех людей» (3 Цар 4:31). Тон их, однако, так анонимен, что нельзя с достоверностью приписать царю какое-либо определенное изречение, хотя и нет оснований сомневаться в том, что они восходят к его эпохе. Изречения второго сборника — также древнего происхождения: они существовали уже задолго до 700 г, когда «мужи Езекии» собрали их. Соответственно заглавию этих двух сборников вся книга стала называться «Притчи Соломона», но в вводных стихах малых частей прямо указывается, что речь идет об изречениях других мудрецов (Притч 22:7-24:34), Агура и Лемуила (Притч 30:1-31:8). Даже если имена этих двух аравийских мудрецов легендарны, их наличие в кн Притчей интересно как свидетельство об уважении к чужеземной мудрости. О том же свидетельствует, очевидно, и отрывок Притч 22:17-23:11; по всей вероятности, его автор находился под влиянием египетского сборника «Поучения мудрости Аменемопе», составленного в начале первого тысячелетия до Р. Х.

Изречения в Притч 1-9 имеют явное сходство с «Наставлениями», характерными произведениями египетской мудрости, и с «Советами сыну», недавно найденными в аккадском тексте в Угорите. Даже персонификация Премудрости как бы намечается в образе египетской богини Маат, олицетворяющей Правду. Несмотря на подражательный характер этого литературного приема, самобытность израильского мыслителя, исповедующего ягвизм, вполне очевидна.

Можно с уверенностью датировать основную часть книги допленной эпохой (Притч 10-29). Дату написания глав Притч 30-31 трудно установить. Пролог же (Притч 1-9) безусловно более позднего происхождения: судя по его содержанию и литературной форме, напоминающей послепленные писания, его можно датировать 5 в. до Р.Х., когда кн Притчей, очевидно, приняла свой окончательный вид.

Так как в этой книге зафиксированы мысли мудрецов, живших в разное время, мы можем проследить по ней эволюцию темы о Премудрости. В двух древних сборниках притчи чисто религиозного характера, согласно подсчетам экзегетов, занимают не больше седьмой части текста, в остальных же притчах преобладает мирская бытовая мудрость. Наставления на религиозные темы являются здесь нравственными нормами практического поведения. Моральная направленность Притчей в некоторых отношениях отличается от морали древней эпохи. Эволюция заметна, в частности, в сфере отношения к женщине: блудодейство и связь с чужой женой резко порицаются, а в эпилоге женщина рассматривается как друг и хозяйка дома, заслуживающая всякого уважения. Более того, Премудрость Божия, пребывавшая искони и помогавшая Богу творить мир (Притч 8:22-31), персонифицируется в женском образе.

Учение кн Притч завершается в учении Христа, Премудрости Божией, но некоторые изречения мудрых уже предвозвещают возвышенную евангельскую мораль. Мудрые учат, что подлинная религиозность развивается лишь на основе нравственного поведения. Частое упоминание этой книги в НЗ поощряет христиан знакомиться с мыслями древних мудрецов Израиля.

«Книгами Премудрости» или «мудрых» называют пять книг: Иова, Притчей, Екклесиаста, Иисуса сына Сирахова и Премудрости Соломоновой. К ним присоединили Псалтирь и Песнь Песней, в которых мы находим ту же направленность мысли, выраженной в поэтической форме. Произведения такого рода были распространены на всем древнем Востоке. В Египте на протяжении его вековой истории появилось немало книг мудрости. В Месопотамии, начиная с шумерийской эпохи, составлялись притчи, басни, поэмы о страдании, в какой-то мере напоминающие нам кн. Иова. Эта месопотамская мудрость проникла в Ханаан: в Рас-Шамре были найдены тексты о мудрости на аккадском языке. «Премудрость Ахиахара», появившаяся в Ассирии и распространившаяся в кругах, говоривших по-арамейски, была затем переведена на несколько древних языков. Этот род мудрости по существу международен и не является собственно религиозным. В центре внимания мудрых стоит жизненный путь человека, но их метод — не философская рефлексия, как у греков, а собирание плодов жизненного опыта. Они преподают искусство жить и находиться на интеллектуальном уровне своей среды и эпохи; учат человека сообразовываться с порядком мироздания и указывают, как достигать счастья и успеха. Однако их советы не всегда приводят к желанным результатам, и этот опыт служит исходной точкой пессимизма, которым проникнут ряд произведений мудрости как в Египте, так и в Месопотамии.

Такая мудрость процветала и у израильтян. Характерно, что израильские мудрецы признавали свою связь с мудростью «сынов Востока и Египта» и лучшей похвалой премудрости Соломона считали утверждение о ее превосходстве над мудростью языческой (3 Цар 4:29). Широкой известностью пользовались аравийские и едомские мудрецы (Иер 49:7; Вар 3:22-23; Авд 1:8). Иов и его три друга-мудреца жили в Едоме. Автор кн. Товита знал Премудрость Ахиахара, а Притч 22:17-23:11 напоминают египетские изречения Аменемопе. Некоторые псалмы приписаны Еману и Ефану, которые, согласно 3 Цар 4:31, были ханаанскими мудрецами. Притчи содержат Слова Агура (Притч 30:1-14) и Слова Лемуила (Притч 31:1-9), которые оба происходили из племени Масса, жившего в северной Аравии (Быт 25:14).

Поэтому не удивительно, что первые израильские произведения мудрости во многом родственны произведениям соседних народов. Наиболее древние части кн. Притч содержат одни только предписания человеческой мудрости. Самые важные богословские темы Ветхого Завета: Закон, Союз-Завет, Избрание, Спасение — в этих книгах почти не затрагиваются. Исключение составляют кн. Иисуса сына Сирахова и Премудрости Соломоновой, написанные значительно позже. Израильские мудрецы как будто бы не интересуются историей и будущим своего народа. Подобно своим восточным собратьям, они больше заняты личной судьбой человека, но рассматривают ее в более высоком плане — в освещении религии Ягве. Таким образом, несмотря на общность происхождения, между мудростью языческой и израильской имеется существенное различие, усиливающееся по мере того, как постепенно раскрывается Откровение.

Противопоставление мудрости и безумия становится противопоставлением правды и неправды, благочестия и нечестия. Истинная премудрость — это страх Божий, а страх Божий — синоним благочестия. Если восточную мудрость можно определить как своего рода гуманизм, то премудрость израильскую можно назвать гуманизмом религиозным.

Однако эта религиозная ценность премудрости выявилась не сразу. Содержание евр. термина «хохма» весьма сложно. Он может обозначать ловкость движений или профессиональную сноровку, политическое чутье, проницательность, а также и хитрость, умение, искусство магии. Такая человеческая мудрость может служить как добру, так и злу, и эта двузначность в какой-то мере объясняет отрицательные суждения некоторых пророков о мудрецах (Ис 5:21; Ис 29:14; Иер 8:9). Этим объясняется также, что в евр. письменности тема Премудрости Божией (евр. «хохмот» — множ. число, употребляемое в значении превосходной степени) появляется довольно поздно, хотя происхождение мудрости от Бога никогда не отрицалось, и уже в Угорите мудрость считалась свойством великого бога Эла. Только после Плена стали утверждать, что Бог мудр Премудростью надмирной, действие которой человек видит в творении, но которая в своей сущности недосягаема и «неисследима» (Иов 28; Иов 38-39; Сир 1:1-10; Сир 16:24 сл; Сир 39:12 сл; Сир 42:15-43:33 и т.д.). В большом прологе кн. Притч (Притч 1-9) Премудрость Божия говорит как некое лицо, она присуща Богу от вечности и действует с Ним в творении (гл. обр. Притч 8:22-31). В Сир 24 Премудрость сама свидетельствует, что она вышла из уст Всевышнего, обитает на небесах и послана Израилю от Бога. В Прем 7:22-8:1 она определена как излияние славы Всемогущего, образ Его совершенства. Так Премудрость, являясь свойством Божиим, отделяется от Него и представляется как Личность. Для ветхозаветного человека эти выражения являются, по-видимому, яркими поэтическими сравнениями, но в них уже заложена тайна, подготавливающая откровение Св. Троицы. Подобно Логосу в евангелии от Иоанна, эта Премудрость одновременно и в Боге и вне Бога, и во всех этих текстах обосновывается наименование «Премудрость Божия», которое ап. Павел дает Христу (1 Кор 1:24).

Вопрос об участи человека тесно связан у мудрецов с проблемой воздаяния. В древних частях Притч (Притч 3:33-35; Притч 9:6, Притч 9:18) Премудрость, т.е. праведность, непременно ведет к благополучию, а безумие, т.е. нечестие, приводит к разорению, ибо Богу свойственно награждать добрых и наказывать злых. Однако жизненный опыт зачастую как будто противоречит такому взгляду. Как объяснить бедствия, постигающие праведников? Этой проблеме посвящена кн. Иова. Те же вопросы, хотя и в несколько другом аспекте, тревожат Екклесиаста. Сын Сирахов в основном придерживается традиционных взглядов и хвалит счастье мудрого (Сир 14:21-15:10), но его преследует мысль о смерти. Он знает, что все зависит от этого последнего часа: «Легко для Господа в день смерти воздать человеку по делам его» (Сир 11:26, ср Сир 1:13; Сир 7:36; Сир 28:6; Сир 41:12). Он смутно предчувствует откровение о конечной участи человека. Вскоре после него пророк Даниил (Дан 12:2) уже ясно выражает веру в загробное воздаяние, связанное с верой в воскресение мертвых, так как евр. мысль не представляет себе жизни духа, отделенного от плоти. Параллельное и вместе с тем более разработанное учение появляется в александрийском иудаизме. Учение Платона о бессмертии души помогло евр. мысли осознать, что «Бог создал человека для нетления» (Прем 2:23) и после смерти праведники вкусят вечное блаженство у Бога, а нечестивые получат заслуженное наказание (Прем 3:1-12).

Исходной формой письменности мудрых можно считать машал (в русском переводе — притча). Таково во множественном числе заглавие книги, которую мы называем кн. Притчей. Машал — это краткое, выразительное изречение, близкое к народной мудрости, сохранившейся в пословицах. Древние сборники притчей содержат лишь подобные краткие изречения, но со временем машал развивается, достигая размеров небольшой притчи или аллегорического повествования. Это развитие, ясно выраженное в дополнительных разделах и особенно в прологе кн. Притчей (Притч 1-9), ускоряется в последующих книгах мудрых: кн. Иова и Премудрости Соломоновой представляют собой крупные литературные произведения.

Первоначальное происхождение мудрости следует искать в жизни семьи или рода. Наблюдения над природой или людьми, накоплявшиеся из поколения в поколение, выражались в изречениях, в народных поговорках, в пословицах, имевших моральный характер и служивших правилами поведения. Аналогично происхождение первых формулировок обычного права, которые иногда близки не только по содержанию, но и по форме изречениям мудрости. Эта традиция народной мудрости продолжала существовать параллельно с возникновением письменных сборников мудрости. Ей обязаны своим происхождением, напр., притчи в 1 Цар 24:14; 3 Цар 20:11, басни в Суд 9:8-15, басня в 4 Цар 14:9. Даже пророки черпали из этого наследия (напр. Ис 28:24-28; Иер 17:5-11).

Краткие изречения, запечатлевающиеся в памяти, предназначаются для устной передачи. Отец или мать учит им своего сына дома (Притч Притч 1:8; Притч 4:1; Притч 31:1; Сир 3:1), а затем мудрые продолжают преподавать их в своих школах (Сир 41:23; Сир 41:26; ср Притч 7:1 сл; Притч 9:1 сл). С течением времени мудрость становится привилегией образованного класса: мудрые и книжники фигурируют рядом в Иер 8:8-9. Сын Сирахов Сир 38:24-39:11 восхваляет профессию книжника, дающую ему возможность приобретать мудрость в противоположность ручным ремеслам. Из книжников выходили царские чиновники, и учение мудрости культивировалось сначала при дворе. То же самое происходило и в других центрах восточной мудрости, в Египте и в Месопотамии. Один из сборников притчей Соломона был составлен «мужами Езекии, царя Иудейского», Притч 25:1. Эти мудрецы не только собирали древние изречения, но и сами писали. Два произведения, составленные, по всей вероятности, при дворе Соломона — история Иосифа и история преемства престола Давидова — можно тоже рассматривать как писания мудрых.

Таким образом, круги мудрых значительно отличаются от той среды, в которой появились священнические и пророческие писания. Иер 18:18 перечисляет три различных класса — священников, мудрых и пророков. Мудрые не особенно интересуются культом, их как будто не волнуют несчастья их народа и не захватывает поддерживающая его великая надежда. Однако в эпоху Плена эти три течения сливаются. В прологе Притчей слышится тон пророческой проповеди, в кн. Сир (Сир 44-49) и Прем (Прем 10-19) содержится много размышлений над Священной историей; сын Сирахов почитает священство, ревнует о культе и даже отождествляет Премудрость и Закон (Сир 24:23-34): перед нами уже союз книжника (или мудрого) с законоучителем, который можно видеть и в евр. среде евангельских времен.

Так завершается долгий путь, начало которому в ВЗ положил Соломон. Все учение мудрых, постепенно преподававшееся избранному народу, подготавливало умы к восприятию нового откровения — откровения Воплощенной Премудрости, которая «больше Соломона» (Мф 12:42).

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

10 С гл. 10 начинаются «Притчи Соломона» (10:1), о характере, общем содержании, назначении и цели которых было сказано в начале книги Притчей (гл. 1 ст. 2-6). Если в гл. 1-9 развитие мысли о значении мудрости шло последовательными и связными периодами, то отселе с гл. 10 по 29 включительно идет ряд приточных изречений разнородного содержания, так что почти каждый стих есть самостоятельное целое, отдельная притча, не имеющая видимой связи ни с предыдущим, ни с последующим. По содержанию своему эти приточные изречения относятся ко всевозможным отношениям и условиям жизни. Пред взором читателя, в свойственном жизни человеческой разнообразии здесь проходят попарно: богатый и бедный, мудрый и глупый, прилежный и ленивый, благочестивый и нечестивый, отец и сын, муж и жена, господин и раб, царь и подданный и подобные. Относясь каждая к отдельным явлениям жизни, все притчи в совокупности, однако, выражают цельное воззрение на жизнь, законченное мировоззрение священного писателя. По форме своей притчи эти образуют двухстрочия, обе части которого находятся обыкновенно в отношении противоположности (в гл. 10-15 — исключительно или представляют собою так называемый антитетический параллелизм, в котором одно полустишие выражает обратную сторону истины выражаемой в другом (см., например, еще в Пс 2:6; Еккл 2:14)


10:1 Такую именно форму имеет уже этот первый стих, имеющий, очевидно, отношение ко всему последующему собранию притчей. Частный оттенок мысли в противоположении отца и матери: печаль неудачного сына особенно глубоко воспринимает материнское сердце (ср. 1:8; 15:20; 17:25).


10:2-7 При всей разнородности содержания этих шести стихов, они несколько объединяются общею всем им мыслью о неодинаковом земном жребии праведного и нечестивого, разумного и неразумного, прилежного и ленивого. Жизнь и смерть (ст. 2) — типическое обозначение блага и бедствия жизни, проходящее чрез всю книгу Притчей. «Сокровища неправедные» — нажитые неправдою, беззаконием, «не доставляют пользы» — бессильны спасти от смерти, а равно от всякого смертельного бедствия. Спасет от этого одна «правда» (евр. цедака), т. е. правота всех намерений и поступков человека, деятельное осуществление «мудрости», хокма (по традиционно-еврейскому толкованию, цедака, спасающая от смерти, есть милостыня). Мысль ст. 2 почти дословно повторяется в ст. 4 гл. 11. В ст. 3 противополагаются, во-первых, «душа» праведного, т. е. нормальное, уравновешенное психическое состояние (по LXX: ψυχὴ δικαία) праведника — и «стяжание» или алчность (евр. гавва, ср. Мих 3:7; по LXX ζωὴ, жизнь, в смысле средств к жизни) нечестивого; а во-вторых, противоположная судьба одного и другого: Господь не попускает праведнику голодать (ср. Пс 32:19; 36:25), напротив, злым и похотливым желанием нечестивца не дает осуществляться, тем более, что они часто бывают направлены ко злу ближних. Затем, в ст. 4-5, высказывается мысль, что благосостояние или материальная скудость стоят в зависимости и от собственной энергии или, напротив, бездействия, как уклонения от всеобщего закона труда (Быт 3:19). В Вульгате к ст. 4 добавлено: qui nititur mendaciis, hic pascit ventos: idem autem ipse sequitur aves volantes. LXX имеют прибавку в ст. 5, читаемую в славянской Библии так: спасется от зноя сын разумный, ветротленен же бывает на жатве сын беззаконный, т. е. благоразумный, вследствие своевременной уборки хлеба, не терпит вреда от знойного ветра, тогда как неразумный и беспорядочный человек пропускает время жатвы, и перезрелый хлеб в колосьях опустошает зной и ветер; общее, здесь как и в целых ст. 4-5. выражена мысль о необходимости благоразумного пользования временем для успеха в делах житейских и духовных. Ст. 6-7 говорят о добром имени, незапятнанной репутации праведного и — бесславии и гибели имени нечестивого, как при жизни их (ст. 6), так и по смерти того и другого (ст. 7) (ср. Пс 111:6; Сир 44:13; сн. Мф 26:13).


10:8-10 Противополагаются по характеру и последствиям действия мудрого и нечестивого в отношении к наставлениям мудрости (ст. 8), в поведении или жизненном пути, противоположном у одного и другого (ст. 9) и в самой манере речи — лукавой и криводушной у нечестивого, и прямой, хотя бы и резкой, у праведного (ст. 10). Последняя мысль рельефнее, чем в еврейском тексте, выражена в греч. переводе LXX второй половины ст. 10: ὁ δὲ ἐλέγχων μετὰ παρρησίας εἰρηνοποιει̃; слав.: обличаяй же с дерзновением миротворит.


10:11-14 Продолжается изображение доброго и злого, мудрого и глупого — в отношении их обращения с ближними и влияния на них, преимущественно со стороны речи или способности и манеры пользоваться словом. Если вообще речь человеческая сравнивается с волнами и потоками вод (Притч 18:4; 20:5), то речь праведного — по ее прямоте и назидательности — называется здесь (ст. 11) источником жизни, тогда как из уст нечестивого выходит только насилие. Этому насилию и пагубному влиянию его на общество способствует именно наполняющая его ненависть, напротив, «любовь покрывает все грехи» (ст. 12, ср. 1 Петр 4:8; Иак 5:20; 1 Кор 13:4), т. е. снисходит, к ошибкам ближнего, не распространяет о нем худой молвы (ср. 17:9), вообще всячески содействует миру. В ст. 13-14 новая противоположность мудрого и неразумного: первый восприимчив к простому наставлению мудрости, для второго требуется физическое воздействие (ст. 13); первый, уразумев истину, не спешит сообщать ее всем и каждому, напротив, соблюдает осторожность в речи, сообразуется с степенью восприимчивости слушателей; глупый, напротив, болтлив — к своей гибели (ст. 14).


10:15-21 В этих семи стихах говорится главным образом о земных благах, ценности их и способе приобретения и употребления. Возвышающее самочувствие и самонадеянность человека, значение богатства и принижающее на человека действие бедности (ст. 15) — факт опыта. Премудрый этим изречением предостерегает — богатого от самонадеянности, порождаемой богатством, а бедного от лености, приводящей к бедности и нищете. При этом как богатство, так и бедность рассматриваются главным образом с нравственной точки зрения: богатство, предполагается, должно быть приобретено жизненною мудростью и средствами нравственно-безукоризненными и в свою очередь должно быть употребляемо на дела мудрости, любви и благочестия; напротив, бедность, являющаяся следствием лености и других пороков, может, в свою очередь, приводить к новым порокам. Что Премудрый рассматривает богатство и бедность главным образом с моральной точки зрения, показывает следующий стих — 16-й, где прямо говорится, что прочны лишь приобретения праведника, а стяжания нечестивого ведут ко греху, — а равно и ст. 17-й, где уже со всею определенностью выступает нравоучительное направление и содержание речи: говорится о спасительности хранения учения мудрости и о гибельности пренебрежения обличением (ср. 12:1): не принимающий обличения не только сам гибнет, но, через пагубную силу примера, губит и других (Мф 15:14). В следующих ст. 18-21 говорится преимущественно о правильном, спасительном и неправильном, гибельном пользовании даром слова: осуждается злоречие по адресу ближнего (ст. 18), вообще празднословие, неизбежно приводящее ко греху (ст. 19, ср. 13:3; 21:23; Еккл 10:14; Сир 20:7; 22:31; 28:25; Мф 12:35), похваляется, напротив, обдуманное слово праведного (20a) как назидательное для многих (21a), в противоположность пустому, бессодержательному слову нечестивого (20b, 21b).


10:22-25 Соответственно неодинаковой настроенности безумного нечестивого и мудрого — праведного (ст. 23), неодинаковы и внешняя судьба того и другого: у праведника все спорится, все ему дается без труда, забот и тревоги, так как на жизни и делах его почивает благословение Божие (ст. 22, сн. Пс 126:2 и сл.), всякое желание его исполняется (ст. 24b); напротив, удел нечестивого — вечный страх за свое благополучие (ст. 24a, сн. Ис 66:4; Иов 3:25), а конец его — внезапная и полная гибель, при полной непоколебимости праведника (ст. 25; сн. 1:27; Иов 1:19).


10:26 В этом стихе высказана, особняком здесь стоящая, мысль о вреде лености (ср. 6:6 и сл.; 12:27; 19:24).


10:27-30 Повторяются не раз высказанные мысли о различном до противоположности жребии праведных и нечестивых (ср. 3:2; 9:11; сн. Иов 8:13; Пс 111:6).


10:31-32 Об устах праведного и нечестивого и плодах их.


11:1-11 Предостережение от применения неправильных весов и увещание к добросовестности в этом отношении (ст. 1, сн. 20:10), составляет повторение постановления закона (Втор 25:13-16; см. толк. Втор 25:13-16); нередкое повторение этого правила требовалось частыми случаями его нарушения особенно в торговле (Сир 26:27). Премудрый подкрепляет наставление свое мыслию о Всеведущем и Всеправедном Боге. О пагубности гордости (ст. 2) Премудрый говорит неоднократно (см. 16:18; 18:12), равно как и о благе противоположной добродетели — смирения (сн. 3:34), которое, по контексту данного места (ст. 2), есть вместе и мудрость и прославление. LXX делают здесь прибавку, — в слав.: умираяй праведник остави раскаяние, удобна же бывает и посмеятельна нечестивых пагуба, — выражающую ту мысль, что противоположное нравственное настроение праведного и нечестивого при жизни сопровождается или имеет следствием различный до противоположности характер самой смерти и посмертной памяти того и другого. Ст. 3 продолжает мысль ст. 2 о превосходстве прямодушия праведности пред коварством злобы — даже для одного внешнего благополучия человека. Ст. 4 усиливает мысль ст. 2 гл. 10-й: не только богатство, собранное неправыми путями и средствами (10:2), но и вообще всякое богатство не принесет пользы нечестивому, спасение заключается лишь в правде, праведности, — спасение именно «в день гнева», т. е. божественного гнева и суда Божия (ср. Иез 7:19; Соф 1:18; Сир 5:10). Ст. 5-6 совершенно параллельны как между собою, так и со ст. 3 (ср. также 10:3; Прем 5:15), выражая противоположность жизненного жребия праведного и нечестивого, соответствующую противоположной нравственной настроенности того и другого. Из особенностей духовного настроения праведного и нечестивого объясняется, по ст. 7-8, противоположная судьба того и другою, как при жизни, так и по смерти: праведник, выше всего ценящий благо общения с Богом, переходя в загробную жизнь, в этом самом убеждении своем имеет крепкую и благую надежду на милосердие Господа (ср. 10:28); напротив, нечестивый, при жизни всею душою преданный земным благам и пренебрегавший благом общения с Богом, умирая, лишается благ земных, к которым страстно был привязан душою Пс 48:18), уразумевает, наконец, истинную цену благ духовных, и в этом позднем сознании — заключается для него источник новых мучений. Прижизненное спасение праведника от скорби, которая вместо него постигнет нечестивого (ст. 8), — примеры часто бывали в библейской истории (по книге Есфирь, гибель, ожидавшая иудеев в Мардохее, в действительности постигла язычников и Амана гл. 7-9; по кн. пророка Даниила, нечестивые клеветники этого пророка погибли вместо него, Дан 6:25), — составляло скорее благочестивое теократическое верование избранного народа Божия (ср. Ис 43:3), чем факт опыта, который (опыт) всегда даст гораздо более примеров противоположного свойства. На почве этого выражения могло создаваться убеждение, что общественное мнение всегда сорадуется счастью праведника и радуется гибели нечестивого (ст. 10-11, ср. Есф 8:15; 3:15), хотя действительность, конечно, предоставляет немало явлений и обратных тому. Во всяком случае присутствие в городе людей праведных есть залог благополучия и общества (ср. Быт 18:24 и сл.)


11:12-15 Следует ряд изречений разнородного содержания, частью в отношении к личной нравственной жизни человека (ст. 12-13), частью в связи с общественными (ст. 15) и государственными (ст. 14) отношениями. Именно, осуждается как горделивое, презрительное отношение к ближнему, обыкновенно служащее признаком глупости гордого (ст. 12a, ср. 14:21), так и легкомысленное отношение к чести и доброму имени ближнего, выражающееся в распространении слухов и речей, служащих к его опорочению (ст. 13a, ср. Лев 19:16; Иер 9:3); похваляется, напротив, скромность, молчаливость (12b) и верность в хранении вверенной тайны (13b, ср. Сир 19:10; 27:16-21). В отношении народного управления одобряется присутствие при царе многих советников (ст. 14, сн. 15:22; 24:6), разумеется, если они люди — глубокого ума и доброй совести. В ст. 15 повторяется, данное уже в Притч 6:1 предостережение против необдуманного поручительства, и одобряется житейская осторожность в этом отношении.


11:16-23 Взаимное соотношение двух половин ст. 16-го по тексту евр. масоретскому и Вульгаты представляется неясным и может быть понято лучше по тексту LXX (слав., русск. синодальный), имеющему между этими двумя предложениями два других, из которых первое заключает в себе противоположение первой мысли стиха, а другое — второй его половине. Весь стих 16 по тексту LXX читается так: Γυνὴ εὐχάριστος ἐγείρει ἀνδρὶ δόξαν θρόνος δὲ ἀτιμίας γυνὴ μισου̃σα δίκαια πλούτου ὀκνηροὶ ἐνδεει̃ς γίνονται οἱ δὲ ἀνδρει̃οι ἐρείδονται πλούτω̨. Славянский и русский синодальный дословно передают чтение LXX, причем слова, не имеющиеся в евр. тексте, в русском заключены в скобки. Вместо этого антитетического параллелизма Вульгата ближе к тексту евр. — дает параллелизм синтетический или сравнительный: mulier gratiosa inveniet gloriam et robusti habebunt divitias. Чтение LXX-ти ст. 16 заслуживает предпочтения пред текстом масоретским и Вульгаты. Мысль стиха: блага, даже внешние, приобретаются усилиями человека. В следующих стихах (17 и далее) развивается мысль, что блага жизни достигаются именно нравственными усилиями, богоугодною религиозно-нравственною настроенностью человека. Именно источником благосостояния человека называется прежде всего благотворительность (ст. 17, сн. ст. 25), затем правда (ст. 18-19), благоговейная непорочность пред Богом (ст. 20-21). Вместе с тем противоположные пороки: немилосердие, коварство, жестокость, нечестие, являются источников гибели для повинных в тех пороках людей. Это вообще, столь часто повторяющаяся, в книге Притчей, мысль о соответствии земного жребия человека его религиозно-нравственному достоинству ср. Гал 6:8; 1 Тим 4:8. В ст. 22, соответственно тому, в образном сравнении высказывается мысль о непристойности благолепия или, общее, блага для нравственного безобразия, которое от присоединения к нему изящной обстановки еще нагляднее являет свое ничтожество (ст. 22-й — пример так называемой эмблематической притчи). Ст. 23 представляет как бы заключительное обобщение предыдущих мыслей — о противоположности жизненных стремлений и чаяний праведных и нечестивых.


11:24-26 Высоко ценя щедрость и благотворительность, Премудрый устраняет здесь возможное у благотворителей опасение разорения, обеднения, — указывая на особое промышление Божие о благотворительных, у которых по мере большого развития щедрости увеличивается благосостояние (ст. 24-25, сн. Пс 111:9; 2 Кор 9:9); напротив излишняя бережливость (ст. 24b), а особенно неумеренная скупость, соединенная с жестоким равнодушием к нужде ближнего (26a), не созидают благополучия человека. В ст. 26b имеется в виду случай народного голода, когда случается, что корыстолюбивый торговец намеренно задерживает, не пускает в продажу своих запасов хлеба, чтобы после иметь большой барыш: участь таких алчных и немилосердных людей — проклятие со стороны народа (ср. Сир 5:4). В тексте LXX и слав. эта мысль усиливается посредством стоящего здесь в начале ст. 26 добавления: ὁ συνέχων σι̃τον ὑπολίποιτο αὐτὸν τοι̃ς ἔθνεσιν1Дальнейших слов: ὁ τινιουλκω̃ν σι̃τον δημοκάταρτος — в принятом греч. тексте нет, но они имеются в кодд. 11, 23, 161 у Гольмеса, у св. Василия Великого и Иоанна Златоуста., слав.: удержаяй пшеницу оставить ю языком, — т. е. при возможном вторжении в страну неприятелей алчные хлеботорговцы, отказывавшие своим соотечественникам в насущном хлебе, сделаются со всем имуществом своим жертвою грабежа иноплеменных поработителей.


11:27-28 Мысль ст. 27 с небольшим изменением была высказана выше — в ст. 24 гл. 10-й, а ст. 28-го — в ст. 2 гл. 10 той же главы. Уподобление благосостояния праведника цветущему дереву (ст. 28) не раз встречается в Библии (Пс 1:3; Пс 91:13; Ис 66:14).


11:29  Получит в удел ветер, т. е. лишится (сн. Ис 26:18; Ос 8:7), расточительный и безумный и, вследствие бедности и разорения (Лев 25:39), принужден будет стать рабом более толкового, что, по мысли Премудрого, в порядке вещей (17:2).


11:30-31 Плоды праведности — жизнь с ее благами (ст. 30, сн. 3:18) убеждают всякого в действительности нравственного миропорядка. Тем бесспорнее страшное возмездие нечестивому (ст. 31). Ст. 31 по чтению LXX буквально и повторяется в 1 Петр 4:18 в отношение к христианскому обществу.


12:1-3 Мысль о том, что путь к мудрости заключается в наставлении и тщательном внимании к нему (ст. 1), представляет повторение высказанного в 10:17; а мысль о прочности единой лишь праведности (ст. 3) выражена была ранее в 10:25.


12:4-11 На первом месте в ряду благ домашней жизни человека поставляется доблестная жена, именуемая венцем мужа своего (4a) — так как ее труд, прилежание, толковость и подобное приносят мужу богатство, честь и славу (ср. 31:10 и сл.): напротив, неизмеримо велик вред для мужа от злой жены: как червь подтачивает дерево, и оно сохнет и гибнет, так и злая жена подтачивает здоровье и благосостояние мужа и всей семьи (ср. Сир 25:11 и сл.). Затем, после общего противоположения благотворности мыслей, намерений, слов и дел праведников и зловредности всего этого у нечестивых (ст. 5-6) и указания противоположности внешней конечной судьбы нечестивого и праведного (ст. 7, ср. 10:25), а также не одинакового отношения общественного мнения к словам и речам того и другого (ст. 8), похваляется трудолюбие незнатного бедняка и осуждается презрение к труду и бездеятельность человека тщеславного своим происхождением (ст. 9), частное, похваляется труд земледельца и осуждается всякая праздность, приводящая к разным порокам, например, к пьянству (ст. 11 по LXX-ти). К характеристике праведника принадлежит (ст. 10) и то, что он оказывает милосердие и к животным, повинуясь внушениям естественного чувства сострадания и следуя прямым предписаниям закона (Исх 20:10; 22:4-5; Лев 22:28; Втор 25:4), предписывавшего еврею гуманное обращение и с животными.


12:12-22 Желания, слова и дела нечестивого и праведного существенно различны, различен и плод, последствие их для того и другого: неудача и прямая гибель для нечестивого, и спасение для праведного (ст. 12-14, сн. 18:7; Пс 61:13).


Затем противополагаются самомнение и нетерпеливость безумного и скромность (в принятии советов от ближних) и терпеливость и осторожность (при получении обид) мудрого (ст. 15-16), а также правдивость и истинность свидетельства мудрого и ложь, коварство и злоба свидетельства безумного и нечестивого (ст. 17-22). Будучи само по себе злом, которое всегда болезненно отзывается в сердце ближнего, как бы нанося ему рану (ст. 18), свидетельство или лжесвидетельство нечестивого и самому ему приносит гибель (ст. 19-20), главное — лишение милости Божией, которая неразлучна с правыми сердцем, словами и делами (ст. 22).


12:23-28 Похваляются сдержанность в слове, присущая мудрому (ст. 23a), умение его — утешить словом печального (25a) и вообще преподаваемое им руководство ближнему (ст. 26), прилежание и трудолюбие (24a, 27b); напротив осуждаются противоположные пороки нечестивого. Общее заключение главы: путь правды ведет к истинной жизни и бессмертию (ст. 28).


13:1-3 Мысль о долге внимания юноши к урокам мудрости — излюбленная мысль Премудрого (ср. 15:12). Столь же обычны в книге Притчей мысли о ценности дара слова и об ответственности за злоупотребление этим даром (ст. 2-3, сн. 12:14; 18:21).


13:4-12 Блага жизни бывают двоякие: духовные, религиозно-нравственные и материальные, часто связанные одни с другими; соответственно с этим в данном отделе совместно и попеременно говорится то о наблюдениях над внешнею жизнью людей (ст. 7-8) и о житейских требованиях материального благополучия, как то: об отвращении от лености и о прилежании (ст. 4), о бережливости (ст. 11), о силе и опасностях богатства (ст. 8), — то излагаются собственно истины нравоучения, как: о благотворности и славе праведности (ст. 5-6,9,12).


13:9 В ст. 9 по тексту LXX имеется (не во всех кодексах) добавление: ψυχαὶ δόλιαι πλανω̃νται ἐν ἁμαρτίαις δίκαιοι δὲ οἰκτίρουσιν καὶ ἐλεω̃σιν, слав.: души льстивые заблуждают во гресех, праведнии же щедрят и милуют (в русском синодальном переводе эти слова заключены в скобки). Слова эти, не имея непосредственной связи с предыдущими словами ст. 9, однако согласуются с общим моральным оттенком данного отдела.


13:13-17 Здесь несколько подробнее раскрываются мысли о пользе или спасительности истинной мудрости, внимающей урокам слова Божия, и о вреде пренебрежения им (ср. 1:24; 10:11 и др.).


13:19-26 Предлагается ряд разнообразных по содержанию суждений, объединяющихся лишь общим отношением к мудрости и ее значению в житейском обиходе. Так говорится о противоположных последствиях — внимания и невнимания к учению мудрости (ст. 19-20, евр. 18-19), о влиянии на человека со стороны того общества, в котором он обращается (ст. 21, евр. 20), о личном и в потомстве счастье — праведника и несчастии — грешника (ст. 22-23, евр. 21-22), о жизненном довольстве первого и недостатках второго (ст. 24,26, евр. 23-25); здесь же (ст. 25, евр. 24), как и ниже (23:13), делается замечание о необходимости применения в деле воспитания мер физического воздействия.


14:1-7 Конкретным проявлением мудрости является мудрая, созидающая дом жена, а таким же примером глупости — безумная жена, расстраивающая свой дом и все его благосостояние собственными руками (ст. 1, сн. 12:4). Далее противополагаются — страх Божий, ведущий человека прямыми путями, и дерзкое пренебрежение памятью о Боге, соединяющееся с хождением кривыми путями (ст. 2), — высокомерие речи безумных и скромность речи мудрых (ст. 3. Ср. 12:6), — свидетели истинный и ложный (ст. 5, сн. Исх 23:1; Притч 12:17), недоступность мудрости людям, лишенным страха Божия, и полная доступность ее для исполненных страха Божия и чистых сердцем (ст. 6), почему и дается совет устраняться от глупого, у которого нечему научиться (ст. 7). Вне видимой связи с общею мыслью рассматриваемого отдела стоит хозяйственная заметка ст. 4, имеющая, по-видимому, цель научить человека — не переоценивая значения богатства (ср. 10:15; 13:8), сообразовать попытки умножения имущества с распространением орудий производства и вообще жизненных средств.


14:8-19 Здесь безраздельно и без строгого различия излагаются внутренние и внешние свойства и отношения мудрых — благочестивых и глупых — нечестивых. Противопоставляются — ведение мудрым пути своего и блуждание безумного на жизненном пути (ст. 8), кощунственное отношение последнего к идее греха и искупительной жертвы и благоволения во всех действиях этого рода у праведника (ст. 9), качество пути праведных и нечестивых и конечная судьба тех и других (ст. 11-12; 14-19). Попутно вставляются замечания; 1) о недоступности внутреннего мира человека, его радостей и горя, стороннему свидетелю или наблюдателю (ст. 10) и 2) безотрадное, почти пессимистическое наблюдение, что всякая радость, счастье таит в себе зародыш печали, несчастия (ст. 13).


14:20-27 Из двух стихов — 20 и 21, в первом указывается частое, хотя и не нормальное с нравственной точки зрения, явление — дружба лишь по видам корысти, — а во втором проводится моральное воззрение на этот пункт. Далее следуют сентенции: о гибельности злоумышления против ближнего и о благотворности доброжелательства (ст. 22), о пользе труда и о вреде празднословия (ст. 23), о богатстве, как уделе мудрых, и скудости, постигающей безумного (ст. 24). о спасительности истинного свидетельства и пагубности лжесвидетельства (ст. 25); наконец, в связи с последним, а вместе с содержанием целого отдела, говорится о страхе Божьем, как источнике всякого блага жизни и самой жизни (ст. 26-27).


14:28-35 Содержание отдела отчасти затрагивает область государственной жизни, указывается благо царя в многочисленности подданных его и несчастие — в малочисленности их (ст. 28); определяется основной закон возвышения и унижения народов — правда (ст. 34); царь представляется идеальною силою, как бы совестью народа, по справедливости награждающею благие деяния и карающею нечестие (ст. 35). С другой стороны и главным образом оттеняется значение и благо личной добродетели, и зло ее противоположности — нечестия, — так противопоставляются: долготерпение и раздражение (ст. 29), кротость и зависть (ст. 30), конечная гибель нечестивого и надежда на спасение у человека благочестивого (ст. 32). Высокое значение признается в особенности заделами милости, причем высказывается мысль, со всею ясностью повторяемая в Евангелии (Мф 25:36), что милосердие или немилосердие человека к ближнему Бог благоволит принимать и вменять Себе Самому (ст. 31, сн. 17:5).


15:1-7 Предлагается наставление о кротости и осторожности в слове (ст. 1, 4), а вместе дается предостережение против гнева и безумной злобы (ст. 1-2), причем то и другие обосновывается указанием на всеведение Божие, от которого не может укрыться ни добро, ни зло (ст. 3), а затем развивается общая мысль о благотворности мудрости и вреде безумия (ст. 5-7).


15:8-15 В ст. 8-9 высказывается весьма часто повторяемая священными писателями мысль о том, что необходимым условием богоугодности жертвы, молитвы и всего внешнего богопочтения является чистое нравственное настроение и искреннее расположение человека, что, напротив, при отсутствии этих условий, жертвы и молитвы отвратительны пред Богом (Притч 21:27; Ис 1:11; 66:3; Иер 6:20; Ос 5:6; 8:13; Ам 5:21-22 и др.). Бог любит только ищущего правды, нечестивцев же и презрителей мудрости отвращает, и их постигает гибель (ст. 9-10). Для предупреждения злых дел и даже нечистых помышлений, человеку надо всегда помнить о всеведении Божием, пред которым открыты недоступные человеческому глазу области: преисподняя, ад, евр. шеол, и гибель, евр. Аваддон (ст. 11), т. е. область гибели и смерти (сн. Притч 27:20; Иов 26:6; 28:22); в Апокалипсисе именем Аваддона, по-гречески Аполлиона (т. е. губителя) назван ангел — царь бездны (Откр 11:9). Тем более открыты всеведению Божию все тайны человеческого сердца (ср. Пс 138). Далее указано несколько нравственно-психологических черт характеристики мудрого и нечестивого (ст. 13-15).


15:16-33 Указывается на превосходство нравственных благ, мира и любви пред материальным довольствием, соединенным с отсутствием страха Божия и с ненавистью к ближним (ст. 16-17, сн. Пс 36:16); в связи с последним осуждается сварливость и восхваляется миролюбие (ст. 18, сн. 26:21), а также показывается вред праздности и польза трудолюбия и мужества (ст. 19). Далее приводится не раз повторяемая мысль о том что дети, мудрые или неразумные — источник радости или огорчения для своих родителей (ст. 20, сн. 10:1; 17:25), указывается различие, с точки зрения целесообразности, путей мудрого и нечестивого (ст. 21), и оттеняется благотворность совета многих мудрых людей (ст. 22, сн. 11:14) и сила обдуманного слова (ст. 23). Затем поведение истинного мудреца освещается высшим светом веры в загробную жизнь (ст. 24, сн. 11:7; 14:32), а в самой жизни его различаются: черты внутренней его настроенности (мысли и слова, ст. 26, неподкупность, ст. 27, молитва, ст. 29, внимательность к урокам мудрости, ст. 32-32, особенно же страх Божий, ст. 33) и внешнего жизненного жребия, противоположного судьбе нечестивых (ст. 25, 27, 30).


16:1-3 Ввиду несомненного факта поразительной зависимости судеб человеческих от Бога (ст. 1, сн. Иер 10:23), а также присутствия только у Бога истинной оценки действительного достоинства намерений и действий человека (ст. 2), Премудрый наставляет слушателей всецелой преданности Промыслу Божию, обещая отсюда всякий успех предприятий (ст. 3, сн. Пс 21:9; 36:5).


16:4-9 Из общего положения о том, что все сотворенное Богом имеет свои цели и назначение (ст. 4), выводимые, с указанием на гибельность высокомерия (ст. 5), образ положительного благоугождения человека Богу: милосердие и правда в отношении ближних (ст. 6a), соединенные с страхом Божиим (6b), последствием чего явится мир, даже примирение враждующих (ст. 7). Затем вновь повторяется мысль о том, что жизнь и намерения человека всецело зависят от Бога (ст. 9).


16:10-15 Идет ряд притчей политико-общественного содержания: преимущественно относительно царской власти. Царь здесь, как и в других местах книги Притчей (20:28; 21:1; 25:5), представляется идеальною нравственною силою, воплощением и охранителем нравственного миропорядка, орудием божественного мироуправления. Царю прямо усвояется вышеестественная, как бы пророческая способность и сила, евр. qesem, греч. μαντει̃ον, Вульгата: divinatio, слав.: пророчество (ст. 10) — как ставленник и представитель Бога на земле, царь теократический, в делах управления и суда изрекает бесспорные и выше сомнений стоящие решения (ср. 3 Цар 3:271 Мидраш (5, 50) здесь справедливо видит указание на мудрость мудрейшего из царей — Соломона.). В связи с этим замечается, что и все общественные отношения (например, купля и продажа, должны быть проникнуты духом честности и справедливости (ст. 11, сн. 11:1). В ст. 12-13 — в первом с отрицательной стороны, а во втором с положительной — высказывается мысль о том, что царь есть непогрешимое мерило нравственной правоты, почему для него отвратительно всякое беззаконие, и он благоволит лишь к делающим правду и говорящим истину. Соответственно с тем, в ст. 14-15 характеризуется противоположное, то грозно карающее, то благоволительно-милующее отношение царя к явлениям зла и добра. Выражение «царский гнев — вестник смерти» (ст. 14) ближе всего объясняется из обычаев деспотических властителей Востока (ср. Есф 7:7).


16:16-26 Высокая оценка мудрости (ст. 16) встречается у Премудрого не раз (ср. 3:14; 8:10-19). В ряду отдельных проявлений мудрости на первом месте здесь (ст. 17) поставляется праведность, благочестие, уклонение от зла; особенно отличается (ст. 18) гибельность гордости, неизбежно влекущей за собою падение (сн. Есф 3:1), и восхваляется смирение и кротость, обеспечивающие человеку мирное состояние духа и довольство. Это нравственное счастье обеспечивается частью разумным, обдуманным трудом жизни, главным же образом твердою надеждою человека на Бога: два эти фактора, человеческий и Божеский, взаимно предполагают друг друга (ст. 20). Далее указывается, что в деле научения мудрости имеет значение и сама внешняя форма, в которой преподается учение (ст. 21), отмечается высокая жизненная полезность мудрости (ст. 22), приятность и спасительность вместе — подобно меду, имеющему приятность и приносящему исцеление (ст. 24). После этого делается предостережение от самообольщения (ст. 25) и указывается побуждение к физическому труду — в чувстве самосохранения (ст. 26).


16:27-33 В ст. 27-30 дается характеристика трех типов злобы: человека, злоумышляющего против ближнего (ст. 27), клеветника, возмутителя и раздорника (ст. 28) и притеснителя, насильника (ст. 29), причем отмечается свойственная им мимика (ст. 30, сн. 6:12-13). В противоположность ожидающей всех таких гибели, удел праведных и благочестивых — честная старость и долголетие (ст. 31); высшее благонравственное самообладание, научиться владеть собою труднее, чем отличаться храбростью в битве и брать крепости (ст. 32). В Мишне (тр. Авот, гл. IV, §1) на вопрос: кто силен? дается ответ: тот кто осиливает свой йецер (т. е. побуждение ко злу), ибо сказано: «долготерпеливый лучше храброго, а владеющий собою лучше завоевателя» (Притч 16:32).


16:33 Заключительный стих (ст. 33), особенно вторая его половина выражает главную мысль всей (16-й) главы.


17:1-9 Благо мира несравнимо ни с какими материальными благами: при мире в доме кусок сухого хлеба, без вина и мяса, даже без уксуса (Руфь 2:14) и воды (1 Цар 25:11) приятнее обильных, роскошных яств в домах полных несогласий и раздора (ст. 1). И благо мудрости, теоретической и практической, не привязано к внешнему положению человека: даже раб — при всем приниженном своем положении его и в древнееврейской семье — своею рассудительностью мог достигнуть исключительно высокого положения — даже преобладания, с ведома отца семьи, над родными его детьми (ст. 2). Подобно тому, как достоинство драгоценных металлов открывается в огне, так и избранные души ввергаются Господом в огонь испытаний, дающих им возможность очиститься от грехов и проявить бескорыстие и любовь свою к Богу (ст. 3). Напротив, человеку с нравственно испорченным сердцем свойственно лишь внимать всякой клевете и лжи, пагубной для ближнего, тогда как нравственно безупречный человек отвращается от всего подобного (ст. 4). В первой половине ст. 5 повторяется мысль 14:31, во второй — мысль 11:21 и 16:5. В ст. 6 выражена, присущая ветхозаветным библейским евреям, высокая оценка значения семьи, потомства ветвистого родословного дерева (ср. Пс 127). В ст. 7-8 противоположение ничтожества глупости — нечестия и высокой ценности мудрости — благочестия: последняя здесь представляется в виде высокой награды или бесценного дара, подаваемого человеку. По ст. 9, признаком истинной мудрости и любви служит желание сокрыть узнанный грех ближнего (сн. Притч 10:12), тогда как противоположный образ действий еще более расстраивает взаимные отношения людей (сн. 16:28-29).


17:10-20 Отмечается присутствие высокого чувства собственного достоинства в разумном, и отсутствие этого чувства у глупого, чувствительность его лишь к физическому воздействию (ст. 10).


Указывается, что всякое возмущение против законно действующей силы вызывает возмездие Божие возмутителю, например, в виде посольства карающих нечестивого ангелов (ст. 11, сн. Пс 34:5-6; 77:49). Образ ст. 12 для глупого, нечестивого и злого человека — медведица, потерявшая детей, следовательно отчаянно разъяренная, напоминает обратное изображение злой жены в книге Сираха (Сир 25:16-22). В ст. 13 воспрещается воздавать злом за добро под угрозою проклятия на дом виновного в том (ср. 3:33). Ст. 14 представляет развитие ссоры подобным прорыву плотины водою. В ст. 15 — по поводу всегда возможных злоупотреблений на суде высказывается категорическое осуждение оправдания виновного и осуждения правого (ср. Притч 24:24; Ис 5:23). Ст. 16 утверждает бесполезность богатства в руках человека, лишенного разума. В ст. 17 высказывается добытая опытом жизни всего человечества истина, у классиков выраженная в изречении: amicus certus in re incerta cernitur; то же гласит и соответствующая арабская поговорка. Ст. 18 повторяет отрицательное суждение Премудрого о поручительстве, ср. 6:1-5; 11:15. В ст. 19 сварливость и высокомерие представляются источником греха и осуждения (ср. Сир 28:9). Для ст. 20 ср. Притч 6:14.


17:21-26 Группа притчей разнообразного содержания начинается часто повторяемой у Премудрого мыслию о том, что дети — или источник радости или причина великих огорчений для родителей (ст. 21, сн. 10:1; 15:26; 23:24). Ст. 22 говорить о несомненном влиянии веселого или подавленного настроения духа человека на его тело (ср. 15:13). Ст. 23 — о подкупе в суде (ср. 21:14). В ст. 24 противополагаются друг другу сосредоточенное изучение предмета разумным (ср. 4:25) и рассеянное блуждание глупца по разнообразным отдаленным предметам. Ст. 25 сн. ст. 21 и 10:1. Ст. 26 осуждает противодействие злых людей праведным и вельможам или властям, как представителям законности.


17:27-28 Похвала умеренному употреблению дара слова. Ст. 27 напоминает 10:19 (сн. Иак 1:19) Мысль ст. 27 о том, что молчание — верное средство прослыть мудрым, даже и для глупца, — встречается, например, в Иов 13:5.


18:1-10 Осуждается эгоистическая замкнутость своенравного человека, лишающая его возможности услышать и осуществить какой-либо полезный совет (ст. 1-2), с замечанием о посрамлении нечестия вообще (ст. 3). Затем устанавливается глубокий взгляд на внутреннюю природу человеческой речи, преимущественно человека мудрого: речь его, прежде произнесения, слагается в глубине души его, подобно сокрытой в недрах земли воде: глубина и обдуманность содержания, обилие ценных мыслей и животворность речи мудрого — таковы пункты сравнения ее с ключевою водою (ст. 4. Сн. 20:5. Еккл 7:24). Из отдельных сентенций здесь прежде всего осуждается всякое лицеприятие на суде (ст. 5): устранить это зло ставил своею целью среди Израиля библейского еще Моисей (Лев 19:15; Втор 10:17). Затем — против злоупотреблений даром слова, свойственных глупому и безрассудному (ст. 6-7), против клеветничества, лености, расточительности (8-10).


18:11-17 Указывается с одной стороны на непоколебимую твердыню имени Иеговы, как несомненного оплота для надеющихся на Него (ст. 11), с другой стороны — на обманчивость, призрачность надежд богатого на помощь богатства (ст. 12); если в 10:15 говорилось о том горделивом приподнятом самомнении, какое внушает богачу обладание богатством — в противоположность угнетенному состоянию духа бедняка, то здесь (ст. 12, евр. 11) говорится о ничтожестве надежд богача, как факт опыта (правильно передает русский перевод — синодальный и архим. Макарияевр. бемаскито — «в его воображении». Принятый текст LXX и Вульгата не выдерживают этого значения). Ст. 13 сн. 16:18 и 15:33. Указываемый в ст. 14 признак глупца — манера отвечать, не выслушав вопроса, — считался у древнееврейских мудрецов весьма типичным дли человека глупого и необразованного, тогда как противоположное свойство признавалось признаком ученого и мудрого (Сир 11:8. Мишна. Авот, V, 7). По ст. 15 дух человека может быть и источником силы, мужества для всего существа человека, но также — при унынии — источником слабости (по евр. тексту в первой половине стиха руах, дух, муж. р. а во второй — женск.). В ст. 16 (евр. 15) заключается указание на то, что учение мудрости, прежде всего самая Тора, преподавалось всегда устно и от степени внимания ученика зависела мера научения его мудрости (ср. 15:31 Авот VI, 5). Ст. 17 отмечает типичную черту восточных нравов, согласно которым без подарка нельзя ни представиться высшему лицу, ни выиграть дело в суде. (Ср. 19:8).


18:18-22 Ст. 18 содержит, по-видимому, совет судье — не обольщаться показаниями одной из тяжущихся сторон (ср. Авот I, 8-9) По ст. 19 в спорах и тяжбах, при неимении другого выхода, решающим средством был жребий (ср. 16:33). Смысл ст. 20 (евр., LXX, Вульгата — 19 ст.) иначе передается евр. текстом и русским (синодальный и архим. Макария) — «брат, озлобленный («изменою», по архим. Макарию), неприступнее крепкого града», чем у LXX (ἀδελφὸς ὑπὸ ἀδελφου̃ βοηθούμενος ὡς πόλις ὀχυρὰ καὶ ὑψηλή), в Вульгате — (frater; qui adjuvatur a fratre, quasi civitas firma) и в слав.: брат от брата помогаем, яко град тверд и высок. Хотя образ укрепленного города более обычно означает нечто защищающее, дающее надежное прибежище ищущим его, и потому мог бы быть принят смысл, даваемый LXX, Вульгата, слав., но контекст речи данного места — ст. 18-19, ср. вторую половину ст. 20 — говорит в пользу евр.-русск. чтения ст. 21 сн. 12:14; 13:2. Ст. 22. О важном значении языка, то благотворном, то гибельном (ср. Сир. 38:20-22), подобным образом, но гораздо подробнее говорит апостол Иаков (Иак 3:5-9).


18:23-25 Премудрый говорит здесь о разных видах любви и привязанности, и прежде всего признает великим даром Божиим и счастьем для человека обладание доброю женою (ст. 23, ср. 31:10 и сл.; Сир 26:1 и сл.); затем, имея в виду отрицательным путем выразить долг любви и милосердия к нуждающимся, изображает смиренно молящую фигуру нищего с одной стороны и грубую надменность и жестокосердие богача с другой (ст. 24. сн. 14:21; 17:5); наконец, говорит об идеальной дружеской любви, способной превысить силу любви братской (ст. 25).


19:1 Ст. 1 почти дословно повторяется в 28:6 — с тем отличием, что в этом последнем месте во второй половине стиха стоит слово «богатый», ашир, а не «глупый», кесил, как здесь. Контексту речи соответствует только чтение 28:6, почему и чтение данного места 19:1 должно быть исправлено соответственно ему, как и делают LXX, Вульгата, слав.


19:2-3 Ст. 2-3 оттеняют ту мысль, что благосостояние возможно для человека лишь при благоразумии и рассудительности.


19:4-7 Ст. 4, 6-7 отмечают всегда и везде имеющееся явление житейского опыта — факт всеобщего преклонения людей пред богатством и богатыми и пренебрежения к бедным (сн. 14:20).


19:5-9 Ст. 5 содержит вставочную мысль о преступности лжесвидетельства (ср. 5:19; 14:5); о том же — и ст. 9.


19:10 Ст. 10 имеет в виду нередкие на древнем и новом Востоке случаи мгновенного возвышения раба до положения властелина; такое явление Премудрый осуждает не само по себе, но постольку, поскольку рабство физические легко может соединяться с рабством духа, в частности с глупостью; мысль та, что к обладанию благами — богатства, власти и подобного необходимо должна быть подготовка в виде воспитания.


19:11-15 Ст. 11-15 содержат ряд опытных наблюдений из области частной, общественной и политической жизни.


19:16-22 Во главе всех правил ставится хранение заповедей закона (Моисеева), в чем, согласно самому законодателю (Втор 31:15), указывается истинная жизнь, истинное благо и спасение для человека (ст. 16). Главною же заповедью, главною добродетелью является милосердие и благотворение бедным, в котором человек делает как бы должником себе Самого Бога (ст. 17, ср. Пс 40:2; Мф 10:42; 25:40). Вторым по важности — после милостыни и благотворения — делом долга для человека служит воспитание детей (1:8-20), о чем нередко говорит Премудрый и в других местах (13:25; 23:13). Соответственно духу древности и Ветхого Завета, в системе воспитания Премудрым допускаются телесные наказания, но от крайностей и злоупотреблений в этом отношении Он предостерегает родителей (ст. 18) — подобным же образом делает это и апостол (Еф 6:4); тем настойчивее увещание к детям — воспитанникам (ст. 20). Ст. 21 обращает мысль человека, стремящегося к благоустроению своей жизни всеми мерами и средствами, к единому Владыке мира и жизни — Богу: человеческим планам, самым продуманными, свойственна изменчивость, неустойчивость; непреложно, неизменно лишь веление Божие (ср. Чис 23:19), которым Он управляет всем (ср. Притч 16:1). Ст. 22 изображает внутреннюю сторону благотворения — чувство искреннего расположения благотворителя к бедному, тогда как выше (ст. 17) говорилось лишь о воздаянии за благотворение.


19:23 Ст. 23 еще раз представляет напоминание об основной (в Ветхом Завете) добродетели — страхе Божием и его спасительности для человека (ср. 16:27).


19:24 Ст. 24 почти буквально повторяется ниже в 26:15 (ср. 12:27) и имеет в виду обычай Востока — не употреблять вилок и ножей при принятии пищи.


19:25-29 Заключительные стихи (25-29) говорят о нравственно неспособных воспринять учение мудрости слушателях и содержат предостережение от увлечения их примерами (ст. 27).


20:1-5 Предостережение от излишнего употребления вина не раз встречается у Премудрого (см. 23:29 и сл.); как и в других местах св. Писания (Ис 28:7; Еф 5:18), и здесь опьянение рассматривается в качестве неодолимого препятствия к ясности духа, сознания человека, — как зло, лишающее духовную жизнь человека ее нормального течения, в частности — духовной мудрости и нравственного совершенства. Ст. 2 сн. 19:12; 16:14: во всех этих, как и некоторых других местах книги Притчей, царь является идеальною силою, нравственным мерилом истинной законности. Затем указываются противоположные истинной мудрости качества: сварливость (ст. 3) и леность (ст. 4), а потом приводится положительное свойство мудрости — проницательность, способность проникать в сердца людей, при всей таинственности области внутренней жизни человека (ст. 5, сн. 18:4).


20:6-11 Осуждается фарисейское самопревозношение человека делами милости и добродетелями (ст. 6, сн. Мф 6:2; Лк 18:8); истинное достоинство человека узнается лишь по смерти его, главным образом в детях его (ст. 7, сн. Сир 11:28); нелицеприятный, беспристрастный и авторитетный суд о человеке произносит также царь (ст. 8, сн. 16:10; 3 Цар 3:27). Ст. 9, выражая главную мысль отдела (ст. 6-11), высказывает то положение о всеобщей греховности человечества, которое (положение) принадлежит к наиболее часто возвещаемым в Ветхом Завете учениям веры (ср. Быт 6:5; 3 Цар 8:46; Иов 14:4; 15:14; Пс 50:7; Еккл 7:20; Сир 7:5 и др.) Ст. 10 — частный и обыденный пример греховности — нечестность в торговле (сн. ниже, ст. 23, 11:1). Ст. 11 служит развитием мысли ст. 9.


20:12-19 Указание на божественное всеведение (ст. 12) приводится в качестве побуждения к страху Божию и надежде на Бога (сн. 15:5; Пс 93:9). Из ряда жизненно практических изречений (ст. 13-14,17) выделяется похвала разумным устам (ст. 15), напоминающая похвалу мудрости вообще (3:14,15; 8:11). Наставления против поручительства (ст. 16) повторяют сказанное у Премудрого ранее (6:1-6), то же надо сказать и о запрещении клеветничества и сплетней (ст. 19 сн. 11:13; 13:3).


20:20-23 Запрещение злословия отца и матери, тяжко наказываемого законом (Исх 20:12; 21:17; Лев 20:9), здесь (ст. 20) сопровождается образным представлением (ср. 13:9) ранней смерти непочтительного к родителям. В связи с непочтительностью к родителям, ставится и также осуждается мотовство, расточительность недостойного наследника в отношении к наследству родителей (ст. 21, сн. 19:26). Негодование на разного рода злодеев, учит Премудрый, не должно служить основанием мщения (ст. 22), так как отмщение принадлежит Богу (Притч 24:29, сн. Втор 32:35).


20:23 Ст. 23 повторяет мысль ст. 10.


20:24-30 Мысль о том, что пути человека управляются Богом (ст. 24, сн. 16:9; Пс 36:23), стоит в связи с ветхозаветным и древнеиудейским убеждением, что Бог наказывает злодея и награждает благочестивого; однако библейские и позднейшие евреи отнюдь не делали отсюда вывода о безответственности человека за свои поступки, хорошие и дурные. Человек, напротив, всегда отвечает и должен отвечать за свои действия; отсюда — неодобрение поспешных, необдуманных обетов (ст. 25).


20:26 Ст. 26 сн. 7 и 28.


20:27 Ст. 27 сн. Иов 32:8. Смысл ст. 29 тот, что каждый возраст имеет свои преимущества, и что поэтому ни один возраст не заслуживает пренебрежения.


20:30 Ст. 30 говорит о внутренне преобразующем влиянии суровой педагогии на питомца, нуждающегося в физическом воздействии.


21:1 Образ «потоков (или каналов) вод» (ст. 1) заимствован из обычая Египта, Сирии, Палестины, Халдеи — удобрять землю для хлебов, фруктов и овощей посредством искусственного полеорошения — посредством орошения небольших каналов в садах, огородах и на полях. Мысль сравнения та, что, подобно тому как каналы эти всецело в направлении своем зависят от усмотрения устроителя их, так и сердце царя в его мероприятиях на пользу народа не предоставлено собственному произволу, но получает внушения от Премудрого Мироправителя Бога. Вместе с тем упоминание о потоке вод дает мысль о благотворности царской власти (ср. Пс 1:3; Ис 32:2), — мысль вполне согласующаяся с идеальным понятием о ней у Премудрого (ср. 20:2,8,28 и др.).


21:2 Ст. 2 сн. 16:2,25.


21:3 Мысль ст. 3 о предпочтительности пред Богом дел правды и правосудия пред жертвоприношениями (сн. 15:8) обща учительным книгам (см., например, Пс 49:7 и сл.) с пророческими (Мих 6:6-8; Ис 1:11 и сл.; сн. 1 Цар 15:22) и составляет предвестие учения Спасителя, что «вящшая закона — суд, милость и вера» (Мф 23:23).


21:4-8 Осуждается высокомерие и гордость (ст. 4), плоды которой объявляются сплошным грехом (слав. перевод: светило, соответств. греч. λαμπτήρ, лат. lucerna, евр. Нир или Нер, точнее русский синодальный: «отличающие»; у архим. Макария лучше: светильник); с практической точки зрения одобряется результат деятельности человека рассудительного и прилежного, и осуждается поведение нерадивого (ст. 5, ср. 19:2), но с нравственной точки зрения сейчас же осуждается стяжание неправедное (ст. 6) с указанием на ожидающий нечестивых суд Божий и гибель (ст. 7-8).


21:9-18 По мысли Премудрого (ст. 9), не раз высказываемой им (17:1) и вообще в учительной ветхозаветной письменности (Сир 25:18), нравственные блага семейной жизни: любовь, мир и подобное стоят выше всех благ материальных; отсюда и сожительство с злою женою не может быть покрыто никаким внешним довольством жизни.


21:10 С злыми вообще не следует вступать в какое-либо дружество.


21:11 Сн. 19:25; 9:9.


21:12-18 Далее говорится: о противоложной внешней судьбе праведного и нечестивого (ст. 12,18), о грехе немилосердия к ближнему (ст. 13, сн. Мф 25:41 и сл.; 18:23-35), о правосудии и уклонениях от него (ст. 14-15, ср. 17:8; 19:6), об уклонении от пути истинной мудрости и печальной судьбе уклоняющихся (ст. 16: русский синодальный перевод «в собрании мертвецов», у архим. Макария точнее: «в обществе Рефаимов», LXX: ἐν συναγωγη̨̃ γιγάντων, Вульгата: in coetu gigantum, слав.: в сонмищи исполинов, — ср. Быт 6:4; Притч 2:18; 9:18), наконец о вреде роскошной и невоздержной жизни (ст. 17, сн. 23:29 и сл.).


21:19-26 В ст. 19 один из часто повторяющихся образов или сравнений в кн. Притчей в отношении злых жен (сн. ст. 9, 25:24; ср. Сир 25:21). Ст. 20 сн. ст. 17. Ст. 21 сн. 19:17. Мысль ст. 22 о превосходстве мудрости пред силою встречается еще в Еккл 9:16. О хранении языка и дара слова — ст. 23 — говорилось выше: 13:3; 19:6; Мф 12:36. Изображение в ст. 24 дерзкого и кощунника сходно с Авв 2:5. В ст. 25-26, противопоставление ленивого с одной стороны, прилежного, праведного и милостивого — с другой (ср. Пс 36:26).


21:27-31 Мысль о неугодности Богу жертвы нечестивых (27a), уже ранее (15:8) высказанная, теперь усиливается прибавлением, что жертва эта обычно соединяется «с лукавством» (27b евр. безимма), т. е. по нечистым побуждениям, даже с преступными целями (LXX: παρανόμως; Вульгата: ex scelere), ср. Сир 34:18 и сл.; Мал 1:3. Далее — речь о бесстыдном, ложном свидетеле и о свидетеле правдивом (ст. 28-29, сн. 19:5), об отсутствии истинной мудрости у нечестивого (ст. 30, сн. Иез 28:5; Иов 5:13), наконец о том, что источник всякой мудрости и силы — в Боге и Его помощи (ст. 31, сн. Пс 19:8-9; Пс 32:17).


22:1-16 Охранение своего доброго имени рекомендуется у Премудрого (ст. 1 и далее) в том же смысле — безусловного превосходства этого нравственного блага пред ценностями материальными (Сир 41:15; ср. Еккл 7:1). Доброе имя приобретается более всего деятельною любовью к ближнему, благотворительностью ему: отсюда на первом месте ставится долг богатого помогать бедному, причем мотивом благотворительности указывается то, что и богатый, и бедный — равно создания одного Бога (ст. 2, сн. 14:31; 17:5; Иов 31:15), и Им поставлены на одном жизненном пути. Воздается хвала жизненному благоразумию (ст. 3 и 5) с осуждением неразумия, но особенно превозносится смирение и страх Божий — с указанием благодетельных плодов того и другого в самой внешней жизни человека (ст. 4). Затем, в ст. 6-12 раздельно называются добродетели, которыми охраняется и созидается доброе имя. Здесь прежде всего оттеняется громадная важность воспитания и обучения юноши именно с самого раннего возраста (ст. 6). В Мишне, трактате Авот (IV, 20), в соответствии с этим говорится: «Кто учит ребенка, чему подобен? — пишущему чернилами на новой бумаге; а кто учит старого, чему подобен? — пишущему чернилами на чищенной (от прежнего письма) бумаге». Затем, упомянув о различии в житейском быту богатых и бедных (ст. 7), Премудрый указывает, что богатством и вообще благосостоянием можно пользоваться, как к добру, так и к злу. В последнем отношении называются: страсть к раздорам и деланию всякого рода зла (ст. 8, «сеять неправду, зло», как и «сеять правду» — обычный библейский образ: Иов 4:8; Притч 11:18; Ос 10:12), кощунство (ст. 10) и вероломство (ст. 12). На другой стороне ставятся — благотворительность (ст. 9), чистосердечие (ст. 11) и разумность (ст. 12).


Наконец, отрицательную сторону речи о добром имени составляет предупреждение от пороков: лености (ст. 13 — здесь дан образец бессмысленной отговорки ленивого, сн. 26:13), распутства (ст. 14, сн. 2:16; 5:3; 6:24, глупости (ст. 15) и жадности, соединенной с притеснением бедных (ст. 16).


22:17-29 Ст. 17-21 образуют введение к новой группе или новому собранию притчей, обнимающему вторую половину гл. 22 и главы 23 и 24. Притчи этого отдела отличаются пространностью, обнимая нередко несколько строк (3 стиха в 23:1-3,6-8, 5 стихов — в 23:31-35; 24:30-34). Во введении, ст. 17-21, высказывается увещание к вниманию словам мудрых (ст. 17), отмечается их достоинство (ст. 18), главное значение — возбуждение надежды на Бога (ст. 19), и идейная сущность (ст. 20-21). В ст. 22-29 в трех двустишных притчах: а) осуждается и запрещается притеснение бедных (ст. 22-23); б) делается предостережение от близости и содружества с человеком гневливым (ст. 24-25); и в) снова настойчивое предупреждение против поручительств (ст. 26-27, сн. Притч 6:1 и сл.; 17:18, 20:16).


22:28 Преступление перенесения межи ближнего, не необычное в древнее время, считалось одним из самых позорных (ср. Втор 19:14; Притч 23:10).


22:29 В ст. 29 указан редкий, но возможный в положении трудящегося случай — возвышение до степени ближайшего служения царю.


Книга Притчей Соломоновых в еврейской Библии помещается в третьей части библейского канона, среди так называемых кетубим или агиографов, и в ряду их занимает второе место — после книги псалмов и пред книгою Иова. Еврейское название книги Притчей: Мишле-Шеломо (המלש ילשמ) или обычнее просто Мишле, как и греческое LXX-ти: Παροιμίαι Σαλωμω̃ντος, и латинское Вульгаты: Parabolae Salomonis или liber proverbiorum и подобное указывают на преобладающую форму изложения этой священной книги, содержание которой составляют именно притчи, т. е. в большинстве случаев отрывочные, афористические, иногда же связные, в последовательном порядке (обнимающем целые отделы) изложенные изречения, в которых предлагаются то умозрительные истины — главным образом религиозного свойства, например, о Боге, Его свойствах, Его мироуправлении, о божественной (ипостасной) Премудрости и пр., то — чаще всего разнообразные правила практической мудрости, благоразумия и благоповедения в жизни религиозно-нравственной, общественной, семейной, трудовой, хозяйственной и т. д., то — иногда — опытные наблюдения над ходом жизни, дел и судеб человека и мира; словом «притчи» обнимают или захватывают всю совокупность вопросов знания и жизни, представлявшихся наблюдению и размышлению древнего еврея — теократа, в своем духовном складе определявшегося законом Моисеевым и своеобразным характером древнееврейской ветхозаветной истории. Основное значение еврейского машал: сравнение, подобие, т. е. речь не с буквальным только смыслом, но и с переносным, речь, в которой явление, например, нравственного миропорядка уясняется через сравнение с явлением мира физического (ср. Иез 17:2; Притч 24:3; Притч 25:11). Сравнение при этом принимает неодинаковые формы, откуда и получаются различные виды притчей: 1) притчи синонимические, вторая половина стиха повторяет мысль первой, только в несколько другой форме (Притч 11:15, Притч 15:23 и др.); 2) антитетические; в них второе полустишие выражает обратную сторону данной в первой строке истины, или прямую противоположность ее (Притч 10:1.4; Притч 18:14); 3) притчи параболические, соединяющие в себе элементы притчи синонимической и антитетической: они представляют нечто сходное в совершенно различных родах явлений, особенно явлений этических и физических, причем первая строка стиха представляет какой-либо штрих из картин природы, а вторая — какую-нибудь этическую истину, первое полустишие представляет, так сказать, аллегорическую картину, а второе — объяснительную подпись к ней (например, Притч 11:22; Притч 25:11).

Из такой искусственной формы притчей само собою следует, что они отнюдь не могут быть отожествляемы или сближаемы с народными пословицами, каких много бывает у всякого народа (у греков: собрание притчей семи мудрецов, поэтов и Пифагора; у римлян — Катона, Ю. Цезаря), особенно же было много у народов древнего Востока, например, у арабов (собрания притчей, как произведений народной мудрости, у арабов были известны под именем Абу аль-Фадль аль-Майдани). Напротив, в собрании притчей Соломоновых даны опыты именно одного или нескольких мудрецов — обнять истины религии или общие мудрости в применении к возможным многоразличным частным случаям жизни и выразить их в кратких, остроумных и удобозапоминаемых изречениях (ср. толк. 3 Цар 4:33), которые, не имея тесной логической связи между собою, располагаются лишь во внешней связи друг с другом.

Хотя бесспорно, что «притчи» суть, в некотором смысле, продукт субъективного творчества мудреца, продукт самодеятельного упражнения мудреца в законе, но однако совершенно не допустима мысль некоторых западных библеистов, будто мудрость книги Притчей не имеет связи с религией народа Божия, даже стоит в противоречии с нею: напротив, религия составляет основную почву всех изречений книги Притчей, закон Моисеев — основное предположение всех нравоучительных и др. идей этой книги; откровение божественное — неизменный источник всей богопросвещенной мудрости священного приточника. Отсюда притчи Соломоновы от других восточных притчей отличаются именно своим религиозным направлением и отпечатлевшимся на них характером откровения, из которого они проистекают, а вследствие этого характером чистоты, определенности и безошибочности, с какими здесь поняты все отношения жизни и возведены к познанию определенного Богом назначения человека.

Совокупность изречений, содержащихся в книге Притчей, составляет так называемую «мудрость», евр. хокма. Эта мудрость, изрекаемая разными мудрецами, есть самостоятельная и самодеятельная Сила, говорящая через мудрецов, дающая им и всем ведение откровенной истины (Притч 29:18; «без откровения свыше народ не обуздан, а соблюдающий закон блажен»). Все учение книги Притчей есть слово Иеговы или закон Иеговы; частное, оно исходит от лица вечной Премудрости, сотворившей мир (Притч 8:27-30; сн. Притч 3:19), и еще до творения мира бывшей у Бога (Притч 8:22-26), всегда близкой к сынам человеческим (Притч 8:31) в Израиле же нарочито, всенародно проповедующей во всех местах общественных собраний (Притч 1:20-21; Притч 8:1-4), выслушивающей молитвы просящих (Притч 1:28), изливающей дух мудрости на принимающих ее (Притч 1:23), словом — личной или ипостасной Премудрости Божией.

Существенный характер мудрости, которой научает книга Притчей, как и вся так называемая хокмическая священная библейская письменность (некоторые псалмы: Пс 36, Пс 49, Пс 72 ..., книга Иова, кн. Екклезиаста, кн. Иисуса сына Сирахова), слагается из двух основных черт. Эта мудрость, во-первых, всецело зиждется на религиозной основе и есть в существе своем истинное боговедение и богопочтение: «начало мудрости — страх Господень» (Притч 1:7); «начало мудрости — страх Господень, и познание Святого — разума» (Притч 9:10). Мудрость эта, во-вторых, имеет прежде всего и главным образом практический характер: тогда как в пророческих писаниях весьма много места уделяется речам о судьбах народа Божия, о его верованиях и пр., в книге Притчей весь этот теоретический элемент является лишь основою, предположением всех суждений священного писателя, главный же предмет его речи всегда образует практическая жизнь теократического общества и отдельного члена его по руководству закона Иеговы. Существует путь Господень — и этот путь — твердыня для непорочного, и страх для делающих беззаконие (Притч 10:29). Источник всякой истинной мудрости — в законе Иеговы: «От Господа направляются шаги человека; человеку же как узнать путь свой?» (Притч 20:24). Соответственно тому, следуют ли люди пути Иеговы или уклоняются от него, все человечество разделяется на мудрых и глупых, т. е. расположенных к принятию закона Божия и следованию путем его, — людей благочестивых, и — пытающихся на место общей для всех воли Божией поставить свою частичную волю и тем нарушающих гармонию мира, людей нечестивых и грешных (см., например, Притч 10:23). При этом, неизбежным, по суду Божьему, следствием добродетели является благо и счастье, а нечестия и греха — всякого рода бедствия (см., например, Притч 12:21; Притч 21:18). Из этого основного принципа истекают все многочисленные наставления книги Притчей, обнимающие все разнообразие жизненных и житейских отношений человека. В целом совокупность изречений книги Притчей представляет собою как бы особенное нравственное законодательство, параллельное законодательству Моисея. Но если книги Моисея, по самому назначению своему в качестве законоположительных книг, обращают преимущественное внимание на развитие национальных форм гражданской и религиозной жизни евреев, как исключительно богоизбранного народа, то законодательство книги Притчей стоит на универсальной точке зрения (в целой книге ни разу не упомянуто имя Израиля) и ставит целью, рядом с специфическими чертами библейского еврейства, развивать еще и общечеловеческие стороны духовной жизни, общее гуманитарное направление к истине и добру. Понятие мудрости — в смысле книги Притчей — не ограничивается одними религиозностью, набожностью, благочестием, но обнимает жизнь еврея — теократа во всем разнообразии, по всем направлениям и во всех отношениях, так, например, в понятие мудрости необходимо входят: рассудительность, проницательность, осмотрительность, художественные дарования и мн. др. Сходясь в отношении преобладающего законодательного содержания с книгами закона Моисеева и отличаясь этим от писаний исторических и пророческих, книга Притчей имеет то сходство с последними, что моральный элемент в ней, как и у пророков, решительно преобладает над богослужебно-обрядовым, культовым. Но ни о каком якобы враждебном отношении философии книги Притчей к закону Моисееву (что допускал, например, I. F. Bruch. Weisheitslehre der Hebrдer. Ein Beitrag zur Geschichte der Philos. Strassburg, 1851) не может быть речи. Напротив, закон Моисея в моральном законодательстве кн. Притчей нашел новую точку опоры, поскольку развитие общечеловеческих гуманных добродетелей должно было смягчать жестоковыйный дух народа и располагать его к исполнению и заповедей закона, притом решение моральных вопросов книга Притчей дает только в духе закона. Справедливо, поэтому, иудейская традиция (Мидраш на кн. Песн 3:2) утверждала, что Соломон, переходя постепенно от изречения к изречению, от сравнения к сравнению, этим путем исследовал тайны Торы, и даже, что до Соломона никто не понимал надлежащим образом слов Торы1По иудейскому преданию, приводимому у одного паломника IV века, Соломон писал книгу Притчей в одной из камер храма См. проф. А. А. Олесницкий. Ветхозаветный храм. СПб., 1889, с. 851. . Если же в Притч 21:3.27 правосудие и добрые дела ставятся выше жертвы, то это отнюдь не есть протест против Моисеева закона (авторитет которого, напротив, всячески охраняется в книге Притчей, см. Притч 28:9: «кто отклоняет ухо свое от слушания закона, того и молитва мерзость»), а лишь уяснение его смысла — такое же, какое во всей силе и неоднократно находим у пророков (см. 1 Цар 15:22; Ис 1:10-20; Ос 6:6). Так как по воззрению самой книги Притчей, для уразумения ее наставлений и советов требуются: известная мудрость, развитой смысл и чувство человеческого достоинства, то законодательство кн. Притчей, как и наша морально-христианская философия, первоначально назначалась собственно для интеллигенции народа, прежде всего для самих правителей народа (как видно из многих мест книги, уроками ее назидались прежде и более всего наследники Соломона).

Судя по всему содержанию книги Притчей, как учению о мудрости, равно как уже по самому надписанию книги, Притч 1:2-6, в котором она называется между прочим мудростью и словами мудрых, следует считать древним названием книги, параллельным общепринятому «Притчи», евр. Мишле, другое: «книга мудрости или премудрости», евр. сефер Хокма. С таким именем книга эта была известна уже в древнееврейском предании (в Талмуде см. тосефту к тр. Бава-Батра 14b), а оттуда имя это перешло и в христианское, древне-церковное предание. Хотя Ориген употребляет только название «Притчи», когда передает евр. Мишле греческою транскрипцией Μισλώθ, но более обычным у древних церковных учителей названием нашей книги были σοφία, ηανάρετος σοφία. Так, св. Климент Римский (1 послание к Кор LVII, 3), приводя место Притч 1:23-33, выражается: οὕτος γὰρ λεγει ἡ ηανάρετος σοφία. Мелитон СардийскийЕвсевия Кесарийского, Церковная история IV, 26, §13) приводит оба названия книги, как равно употребительные: Σολομω̃νος παροιμὶαι, ἣ καὶ Σοφία. По свидетельству церковного историка Евсевия (Церковная история IV, 22, §9), не только цитируемые им Мелитон Сардийский, Егезипп и св. Ириней Лионский, но и вся древность христианская называла притчи Соломоновы всесовершенною мудростью, ηανάρετος σοφία (ὁ πα̃ς τω̃ν ἀρχαίων χορός ηανάρετος σοφία τὰς Σολομω̃νος παροιμι̃ας ἐκὰλουν) и, по мнению Евсевия, такое название происходило «из неписанного иудейского предания» (ἓξ Ιουδαϊκἣς ἀγράφου παραδόσεος). Название «книга Премудрости», без сомнения, более приличествует книге Притчей Соломоновых, чем двум неканоническим учительным книгам: «Книга Премудрости Соломона» и «Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова». И даже в сравнении с двумя каноническими книгами — книгою Иова и книгою Екклезиаста, обыкновенно причисляемыми к хокмической библейской письменности, т. е. содержащей в себе раскрытие учения о премудрости, — книга Притчей имеет преимущество полноты, цельности и законченности раскрытия учения о мудрости.

В греческой, славянской и русской Библии, как и в Вульгате, книга Притчей принадлежит к седьмерице священных книг — кн. Иова, Псалтирь, Притчи Соломоновы, Екклезиаст, Песнь Песней, Премудрость Соломона и Премудрость Иисуса сына Сирахова, — которые по своему содержанию именуются учительными книгами (Православный катехизис) или премудростными, понеже в них разуму и истинней премудрости научаемся (Предисл. к первопечатной Славянской Библии), а по форме своего изложения стихотворными (свв. Григорий Богослов, Кирилл Иерусалимский, Иоанн Дамаскин и др.), т. е. в широком смысле поэтическими, частное в изложении своем всюду представляющими так называемый параллелизм членов (о видах этого параллелизма в книге Притчей мы сказали выше).

Происхождение и состав книги Притчей. Творцом притчей в Притч 1:1 называется царь Соломон. И христианская древность признавала книгу Притчей единым произведением одного Соломона, как книга псалмов известна была с именем Давида. В пользу авторства Соломона в отношении книги Притчей говорят как внешние библейские свидетельства, так и внутренний характер приточной мудрости кн. Притчей. По 3 Цар 4:32, Соломон изрек три тысячи притчей (и песней его была тысяча и пять), Иисус, сын Сирахов, прославляя мудрость Соломона, между прочим, взывает к нему: «душа твоя покрыла землю, и ты наполнил ее загадочными притчами... за песни и изречения, за притчи и изъяснения тебе удивлялись страны» (Сир 47:17.19). Слава о мудрости Соломона, и по свидетельству 3-ей книги Царств (3 Цар 4:34; Притч 10:1-22:16), распространилась очень далеко, и мудрость его, служа предметом удивления окрестных народов, впоследствии сделалась у них сюжетом для разного рода легенд и сказочных произведений поэзии. Правда, те 3000 притчей, которые, по 3 Цар 4:32, изрек Соломон, не могут быть отождествляемы с каноническою книгою Притчей, ни по количеству своему, ни по самому характеру и содержанию, в целой книге Притчей не более 915 стихов; и следовательно, большинство из 3000 притчей Соломона не могли войти в книгу Притчей; притом, судя по 3 Цар 4:33, притчи и вообще мудрость Соломона, выражались более всего в познании природы и отдельных ее явлений и подобном; напротив, в книге Притчей притчей такого рода не имеется, а преобладают жизненно практические и особенно религиозно-нравственные мотивы. Не лишено, поэтому, значения предположение, что в книгу Притчей вошла лишь некоторая, избранная часть всех притчей Соломона, характера преимущественно религиозно-нравственного. Трижды повторяемое в книге Притчей надписание «Притчи Соломона» (Притч 1:1; Притч 10:1; Притч 25:1) представляет во всяком случае важное свидетельство в пользу происхождения, по крайней мере, большей части книги Притчей от Соломона. Некоторые частные черты и указания содержания книги Притчей своим соответствием личности и обстоятельствам жизни Соломона свидетельствуют в пользу происхождения от него кн. Притчей. Здесь, например, весьма часто повторяется совет уклоняться от распутной женщины и распутства, вообще остерегаться от увлечений женщиною (Притч 5:18.20; Притч 6:24-35; Притч 9:16-18; Притч 18:23). Советы эти напоминают читателю историю падения Соломона через женщин (3 Цар 11:1-43): естественно видеть в этих советах предостережение от той же опасности, какой подвергся сам мудрый приточник. В книге Притчей, далее, весьма много говорится о царской власти, о благах правления мудрого царя (Притч 28:16), помазанника Божия и провозвестника правды Божией (Притч 21:1; Притч 16:10.12), милости и истины (Притч 20:28), о гневе его на нечестивых и о благодеяниях для праведных (Притч 19:12; Притч 20:2; Притч 22:11); о правителях мудрых и глупых, об их советниках и характере их правления (Притч 11:11-14; Притч 14:28; Притч 25:1-8; Притч 28:2.15-16). И здесь можно видеть плод государственного опыта мудрого еврейского царя — Соломона, всецело преданного народоправлению и опытно познавшего как светлые, так и темные стороны царского служения. Равным образом, свидетельство Приточника о себе самом, как о любимом сыне отца и матери, как сыне, которого отец тщательно научал закону Божьему (Притч 4:3-4), точно приложимо к Соломону: о научении Давидом Соломона хранению закона говорит 3 Цар 3:2 (см. комментарий к 3 Цар 3:2).

Но наряду с указанными внешними и внутренними свидетельствами происхождения книги Притчей от Соломона, имеется другой ряд данных, тоже то внешних, то внутренних, наличность которых требует ограничения писательства Соломона только известною, хотя бы и самою значительною, частью книги. Именно, в книге Притчей, кроме общего надписания в начале книги Притч 1:1, имеется еще шесть других надписаний, которыми книга разделяется на несколько неодинакового объема характера — отделов, и некоторые из этих отделов, по-видимому, не принадлежат Соломону, как писателю, а произошли позднее Соломона и от других лиц. На этих других писателей есть некоторое указание уже в начале книги Притч 1:6, где упомянуты «слова мудрецов и их загадки (дибре — хакамим вехидотам)» в качестве одной из составных частей содержания книги Притчей. Затем в Притч 10:1 по еврейскому масоретскому тексту, и латинскому переводу блаж. Иеронима, как и по русскому синодальному и архим. Макария, имеется надпись. «Притчи Соломона»: этою надписью, по-видимому отмечается новый период в приточном творчестве Соломона, причем новый отдел с Притч 10:1 по Притч 22:16 — заметно отличается от первого раздела книги Притч 1:1-9:1: если в первом отделе изложено связною периодическою речью учение о мудрости и побуждениях к ней, то во втором отделе речь приточника построена в форме кратких, афористических суждений по принципу большею частью антитетического параллелизма. Многие западные библейские комментаторы (во главе с известным Эвальдом), на основании такой афористической формы речи в отделе Притч 10-22:16, почитали этот отдел древнейшею частью книги Притчи, принадлежавшею перу самого Соломона, тогда как первый отдел Притч 1-9 с его необычайно планомерным развитием мыслей, западною библейскою экзегетикою считается самою позднею частью книги, не только по характеру и содержанию, но и хронологически близкою к книге Иисуса сына Сирахова. Но различие формы речи, само по себе, не дает основания считать первый и второй отделы книги разновременными и принадлежащими разным писателям; гений Соломона естественно располагал многообразием форм выражения мыслей; оставаясь на библейской почве, мы во всяком случае должны признать всю часть книги Притч 1-22:16 Соломоновым произведением. Иначе обстоит дело с последующими отделами книги. Так, отделы: третий, Притч 22:27-24:22 и четвертый, Притч 24:23-34, судя по надписаниям, принадлежат каким-то не названным по имени, мудрецам; возможно, что эти мудрецы были современниками Соломона, даже принадлежали к его школе, вроде упомянутых в 3 Цар 4:31 Ефана, Емана, Халкола и Дарды. Пятый отдел книги или третью главную ее часть образуют, Притч 25-29, «притчи Соломона, которые собрали (евр. ге'тику. LXX: ἐξεγράψαντο, Вульгата: transtulerunt) мужи Езекии царя Иудейского» (Притч 29:1), в которых обычно видят пророка Исаию, а также Елиакима, Севну и Иоаха (4 Цар 18:26); таким образом в этом отделе заключаются притчи, хотя и происходящие от Соломона, но настоящий вид получившие лишь спустя 300 лет после Соломона — от ученой коллегии богопросвещенных мужей Езекии, собравшей эти притчи из архивных записей (соответственно чтению LXX-ти) или даже из устного предания. В Притч 30, по еврейскому надписанию, заключаются притчи Агура, сына Иакеева, к некиим Ифиилу и Укалу (Притч 30:1). У LXX эти имена переданы нарицательно, отчего значение надписания Притч 30:1 утратил. Блаж. Иероним тоже передает евр. надписание нарицательно: Verba congregantis filii vomentis, причем под первым имеется в виду Соломон, как собиратель мудрости, а под вторым Давид, отрыгавший слово благо (Пс 44:2). Но нарицательное понимание собственною имени лица, притом имеющего отчество («Иакеева»), едва ли допустимо, Соломон же даже и в аллегорическом его названии Екклезиаст, назван сыном Давида (Екк 1:1); остается видеть в Агуре неизвестного мудреца. Притч 31:9 заключает наставление некоего царя Лемуила, преподанные ему матерью его. В этом имени обычно видят символическое имя или Соломона (блаж. Иероним) или Езекии (Абен-Езра, проф. Олесницкий). Притч 31:10-31 заключают алфавитно (акростихом) составленную похвалу добродетельной жене. Ввиду свидетельства 3 Цар 4:32, что Соломон написал более 1000 песней, и очевидного сходства «песни» добродетельной жене с несомненно Соломоновыми притчами (например, ср. Притч 31:10 и Притч 12:4; Притч 11:16; Притч 14:1; Притч 3:15; Притч 18:23; Притч 31:20 и Притч 19:17; Притч 22:9; Притч 31:22 и Притч 7:16; Притч 31:30 и Притч 11:22; Притч 3:4), естественно считать эту похвалу происходящею от Соломона, только положение ее в конце книги, по-видимому, говорит за более позднее происхождение этого отдела.

Таким образом из надписаний книги — этих самосвидетельств книги о себе самой — узнаем, что писателями ее были Соломон, Агур, Лемуил и некоторые другие, не названные по имени, мудрецы. Если же на основании общего надписания Притч 1:1 книгу Притчей называют именем Соломона, то эта надпись и это название — метонимия, так как с именем мудрости всегда соединялось, как и теперь у нас, имя Соломона, мудрейшего из людей; книга Притчей должна или может называться Соломоновою в том же смысле, как и всю Псалтирь называли и называют Давидовою, т. е. в смысле преимущественного и главнейшего авторства Соломона в этой области. Весь состав нынешней книги Притчей существовал уже ко времени царя Езекии, общество друзей которого, по свидетельству Притч 25:1, издало в свет всю книгу Притчей, — по неточному выражению Талмуда (Бава-Батра, 15a), написало книгу Притчей, — точнее, редактировало ее, придало ей настоящий вид, придав к собранным, быть может, самим Соломоном (мнение св. Кирилла Иерусалимского и блаж. Иеронима) Притч 1-24, последние семь глав книги, Притч 25-31, причем внесли сюда притчи, не вошедшие в собрание самого Соломона. Отцы и учители церкви, не придавая значения вопросу о происхождении настоящей редакции книги, видели и прославляли в ней мудрость Соломона. Действительно, на понимании книги вопрос об участии в ее составлении наряду с Соломоном и других писателей нисколько не отражается, лишь бы сохранялась вера в богодухновенность книги.

Против богодухновенности и канонического достоинства книги Притчей высказывались отдельные голоса как среди иудеев, так и среди христиан. Первых смущало кажущееся противоречие притчей Притч 26:4-5, и якобы неуместное в священной книге пластичное описание распутной жены Притч 7:10-27. Оба эти возражения были выставлены на Ямнийском иудейском соборе (ок. 100 г. по Р. Х.) но там же получили удовлетворительное разрешение, и книга в целом составе была признана каноническою. В христианской церкви раздавались одинокие голоса (в древности, например, Феодора Мопсуетского, в новое время — Клерика, Мейера и др.), будто книга Притчей заключает в себе лишь земную, чисто человеческую мудрость Соломона, имевшую в виду земное же благополучие человека. Но хотя правила, предписания и наставления книги Притчей о снискании мудрости, не достигают еще совершенства и идеальной чистоты нравственного учения Господа Иисуса Христа и Его апостолов, однако богодухновенность и канонический авторитет этот утверждается уже многократными ссылками на книгу Притчей в Новом Завете. Например, Притч 1:16-9:18 цитируются в Рим 3:15-17; Притч 3:11-12 — в Евр 12:6; Притч 3:34 — в Иак 4:6; 1 Петр 5:5. Мужи апостольские часто цитировали книгу Притчей, как боговдохновенное ветхозаветное писание (ап. Варнава, посл. гл. V, св. Климент Римский, 1 Кор гл. XIV, XXI. Игнатий Богоносец. Ефесянам V, Поликарп Смирнский. Филип. гл. VI). В апостольских правилах (пр. 85) и во всех канонических соборных исчислениях православной церкви книга Притчей всегда помещалась в числе 22-х канонических книг Ветхого Завета.

Христианская православная церковь свое высокое уважение к книге Притчей свидетельствует широким употреблением чтений из этой книги в церковном богослужении. Чтения или паремии из этой книги встречаются в церковных службах чаще, чем из др. ветхозаветных книг: от преимущественного употребления в церковном богослужении книги Притчей, по греч. «паремий», последнее название сделалось общим для всех, взятых из священных книг, церковных чтений. Паремии из книги Притчей предлагаются ежедневно за исключением суббот и недель, на вечернях св. Четыредесятницы, как лучшее назидательное чтение в эти дни поста и покаяния (в течение св. Четыредесятницы прочитываются почти целиком 24 первых главы, и Притч 31:8-31). Несколько чтений паремий из кн. Притчей положено на праздники (из Притч 3 — 10 июля, 1 августа, 13 и 14 сентября; из Притч 8 — 1 января и 25 марта, из Притч 9 — в богородичные праздники и т. д.) и в дни памяти святых, как бы сопоставляя советы премудрости с примерами благочестия, наглядно представляемого жизнью святых.

О цели книги Притчей св. Григорий Нисский говорит: «как трудящиеся в телесных упражнениях в училище готовятся через сие к понесению больших трудов в действительных борьбах, так и приточное учение кажется мне неким упражнением, обучающим души наши и делающим их гибкими в духовных подвигах» (Св. Григорий Нисский. Точн. истолков. на Еккл 1:1). Подобную же цель и подобный же характер имели и две неканонические учительные книги: книга Иисуса сына Сирахова и кн. Премудрости Соломона.

По составу содержания своего, книга Притчей, как было уже упомянуто, представляет три главные части, причем вторая и третья части имеют некоторые добавления. Первую часть составляет собрание увещательных речей, обнимаемых первыми девятью главами 1-9: это — по преимуществу книга Мудрости, изображаемой в качестве высшего блага и единственно достойного предмета стремлений человека. Часть первая может быть подразделена на три отдела, по три главы в каждом; в первом отделе содержатся: отрицательные и положительные побуждения к мудрости (Притч 1), свойства премудрости и благие плоды и последствия ее для жизни человека (Притч 2), и частные обнаружения мудрости в отношении к Богу и ближним (Притч 3); во втором отделе (Притч 4-6) частнее и подробнее излагаются побуждения к снисканию мудрости и требования, предъявляемые ею человеку (Притч 4), затем предлагаются увещания — избегать сладострастия и любопытства (Притч 5), а также быть осторожным, честным, добросовестным в исполнении гражданских, общежитейских и иных обязанностей (Притч 6); в третьем отделе изображаются глупость и мудрость, как мыслящие, живые образы или лица, каждая с своими отличительными внутренними свойствами и действиями: в противовес обольщеньям глупости, олицетворяемой в виде блудницы (Притч 7), выступает олицетворенная мудрость с авторитетными призывами к людям, чтобы они следовали за нею, как за единым истинным благом (Притч 8-9).

Вторую часть книги образуют «Притчи Соломона» (Притч 10-22:16), с двумя прибавлениями: «слов мудрых» — Притч 22:17-24:34. Здесь, на основании изложенных в первой части книги общих понятий о мудрости и благочестии, предлагаются частные многоразличные правила и наставленья для религиозно-нравственного поведения и общежитейских отношений людей. Третью часть книги составляют притчи Соломоновы, которые собрали и вписали в книгу друзья Езекии, царя Иудейского (Притч 25-29); здесь преобладают притчи политические (о царе и его управлении и подобном) и практические (в отношении к гражданской и общественной жизни). Заключение книги состоит из двух прибавлений к притчам Соломоновым (Притч 30-31): а) притчей некоего Агура, в весьма искусственной и замысловатой форме научащей истинной мудрости и проведению ее в жизнь (Притч 30); и б) наставлений матери Лемуила царя (Притч 31:1-9) и похвалы добродетельной жене (Притч 31:10-31).

А) Общие вводные сведения о книге Притчей см. в «Обозрении книги Притчей Соломоновых» синопсисов св. Афанасия Великого Александрийского (Христ. Чтен. 1841, ч. 4, с. 355 и далее) и св. Иоанна Златоуста (Беседы на разные места Св. Писания, русск. перев. СПб., 1861, с. 537 и далее); извлечение святоотеческого материала о книге Притчей можно читать в кн. проф. А. А. Олесницкого. Руководственные о священном Писании Ветхого и Нового Завета сведения из творений св. оо. и учит. церкви. СПб., 1894, с. 67 и сл.). Ученые исследования о книге Притчей — русские: 1) того же проф. А. А. Олесницкого. Книга Притчей Соломоновых и ее новейшие критики (Труды Киевск. Дух. Академии 1883, №№ 11-12); 2) Епископ Михаил. Библейская Наука. Учительные книги Ветхого Завета. Тула, 1900, с. 86 и след; и 3) Проф. П. А. Юнгеров. Происхождение книги Притчей (Православн. собеседн. 1906, октябрь, с. 161 и сл.). — Б) учебные руководства: Х. М. Орды († еп. Иринея), Киев, 1871; Д. Афанасьева, Ставрополь, 1888 и др. Заслуживает внимание русск. перевод (с еврейского) кн. Иова, сделанный Архим. Макарием (Глухаревым) М. 1861. Толкование на большую часть кн. Притчей представил покойный преосв. епископ Виссарион (Нечаев) в своем «Толковании на паремии», т. II (изд. 2, СПб., 1894). Из иностранных комментариев на книгу Притчей назовем: J. Mercerius (Genf. 1573), F. Umbreit [Умбрейт] (Heidilberg. 1826), E. Berteau (Leipzig. 1847), F. Hitzig (Zьrich 1858), F. Keil-Delitzsch (1873), H. Ewald (1867), J. LangeO. Zцckler (1867), новейший: W. Frankenberg (in Nowack's Handkommentar) (Gцtting, 1898). Взгляды иудейской традиции на содержание кн. Притчей выразились, например, в мидраше на эту книгу, см. Der Midrasch Mischle, ьbertr. v. A. Wьnsche. Leipz. 1885, отчасти — в D. Jsraelitische Bibel, III (1859) v. L. Philippson.

См. «Понятие о Библии».

Третий отдел ветхозаветных священных книг составляют в греко-славянской Библии книги «учительные», из которых пять — Иова, Псалтирь, Притчи, Екклезиаст и Песнь Песней признаются каноническими, а две — Премудрость Соломона и Премудрость Иисуса сына Сирахова1Современный распорядок учительных книг в греко-славянской Библии несколько отличается от древнего. Именно в Синайском кодексе они расположены в таком виде: Псалтирь, Притчи, Екклезиаст, Песнь Песней, Премудрость Соломона, Сирах, Иов; в Ватиканском списке за кн. Песнь Песней следует Иов и далее Премудрость Соломона и Сирах. неканоническими. В противоположность этому в еврейской Библии двух последних, как и всех вообще неканонических, совсем не имеется, первые же пять не носят названия «учительных», не образуют и особого отдела, а вместе с книгами: Руфь, Плач Иеремии, Есфирь, Даниил, Ездра, Неемия, первая и вторая Паралипоменон, причисляются к так называемым «кетубим», «агиографам», — «священным писаниям». Сделавшееся у раввинов-талмудистов техническим обозначением третьей части Писания название «кетубим» заменялось в древности другими, указывающими на учительный характер входящих в ее состав произведений. Так, у Иосифа Флавия современные учительные книги, кроме Иова, известны под именем «прочих книг, содержащих гимны Богу и правила жизни для людей» (Против Аппиона I, 4); Филон называет их «гимнами и другими книгами, которыми устрояется и совершенствуется знание и благочестие» (О созерцательной жизни), а автор 2-ой маккавейской книги — «τὰ του̃ Δαυιδ καὶ ἐπιστολὰς βασιλέων περὶ ἀναθεμάτων» — «книги Давида и письма царей о приношениях» (2:13). Наименование «τὰ του̃ Δαυιδ» тожественно с евангельским названием учительных книг псалмами» («подобает скончатися всем написанным в законе Моисееве и пророцех и псалмех о мне»; Лк 24:44), а это последнее, по свидетельству Геферника, имело место и у раввинов. У отцов и учителей церкви, выделяющих, согласно переводу LXX, учительные книги в особый отдел, они также не носят современного названия, а известны под именем «поэтических». Так называют их Кирилл Иерусалимский (4-е огласительное слово), Григорий Богослов (Σύταγμα. Ράκκη, IV, с. 363), Амфилохий Иконийский (Ibid. С. 365), Епифаний Кипрский и Иоанн Дамаскин (Точное изложение православной веры. IV, 17). Впрочем, уже Леонтий Византийский (VI в.) именует их «учительными», — «παραινετικά» (De Sectis, actio II. Migne. Т. 86, с. 1204).

При дидактическом характере всего Священного Писания усвоение только некоторым книгам названия «учительных» указывает на то, что они написаны с специальной целью научить, вразумить, показать, как должно мыслить об известном предмете, как его следует понимать. Данную цель в применении к религиозно-нравственным истинам и преследуют, действительно, учительные книги. Их взгляд, основная точка зрения на учение веры и благочестия — та же, что и в законе; особенность ее заключается в стремлении приблизить богооткровенную истину к пониманию человека, довести его при помощи различных соображений до сознания, что ее должно представлять именно так, а не иначе, Благодаря этому, предложенная в законе в форме заповеди и запрещения, она является в учительных книгах живым убеждением того, кому дана, кто о ней думал и размышлял, выражается как истина не потому только, что открыта в законе, как истина, но и потому, что вполне согласна с думой человека, стала уже как бы собственным его достоянием, собственной его мыслью. Приближая богооткровенные истины к человеческому пониманию, учительные книги, действительно, «совершенствуют сознание и благочестие». И что касается примеров такого освещения их, то они прежде всего наблюдаются в кн. Иова. Ее главное положение, вопрос об отношении правды Божией к правде человеческой, трактуется автором с точки зрения его приемлемости для человеческого сознания. Первоначально сомневавшийся в божественном правосудии, Иов оказывается в результате разговоров уверовавшим в непреклонность божественной правды. Объективное положение: «Бог правосуден» возводится на степень личного субъективного убеждения. Подобным же характером отличается и кн. Екклезиаст. Ее цель заключается в том, чтобы внушить человеку страх Божий (Иов 12:13), побудить соблюдать заповеди Божии. Средством к этому является, с одной стороны, разъяснение того положения, что все отвлекающее человека от Бога, приводящее к Его забвению, — различные житейские блага не составляют для человека истинного счастья, и потому предаваться им не следует, и с другой — раскрытие той истины, что хранение заповедей дает ему настоящее благо, так как приводит к даруемому за добрую жизнь блаженству по смерти, — этому вечно пребывающему благу. Равным образом и кн. Притчей содержит размышления о началах откровенной религии, законе и теократии и влиянии их на образование умственной, нравственной и гражданской жизни Израиля. Результатом этого размышления является положение, что только страх Господень и познание Святейшего составляют истинную, успокаивающую ум и сердце, мудрость. И так как выражением подобного рода мудрости служат разнообразные правила религиозно-нравственной деятельности, то в основе их лежит убеждение в согласии откровенной истины с требованиями человеческого духа.

Раскрывая богооткровенную истину со стороны ее согласия с пониманием человека, учительные книги являются показателями духовного развития народа еврейского под водительством закона. В лице лучших своих представителей он не был лишь страдательным существом по отношению к открываемым истинам, но более или менее вдумывался в них, усваивал их, т. е. приводил в согласие со своими внутренними убеждениями и верованиями. Погружаясь сердцем и мыслию в область откровения, он или представлял предметы своего созерцания в научение, для развития религиозного ведения и споспешествования требуемой законом чистоте нравственности, как это видим в кн. Иова, Екклезиаст, Притчей и некоторых псалмах (78, 104, 105 и т. п.), или же отмечал, выражал то впечатление, которое производило это созерцание на его сердце, в лирической форме религиозных чувствований и сердечных размышлений (Псалтирь). Плод богопросвещенной рефлексии о божественном откровении, данном еврейскому народу в закон, учительные книги носят по преимуществу субъективный характер в отличие от объективного изложения истин веры и благочестия в законе и объективного же описания жизни еврейского народа в книгах исторических. Другое отличие учительных книг — это их поэтическая форма с ее характерною особенностью — параллелизмом, определяемым исследователями еврейской поэзии как соотношение одного стиха с другим. Это — род рифмы мысли, симметрия идеи, выражаемой обыкновенно два или иногда три раза в различных терминах, то синонимических, то противоположных. Сообразно различному взаимоотношению стихов параллелизм бывает синонимический, антитический, синтетический и рифмический. Первый вид параллелизма бывает тогда, когда параллельные члены соответствуют друг другу, выражая равнозначащими терминами один и тот же смысл. Примеры подобного параллелизма представляет Пс 113 — «когда Израиль вышел из Египта, дом Иакова (из среды) народа иноплеменного, Иуда сделался святынею Его, Израиль владением Его. Море это увидело и побежало, Иордан возвратился назад, горы прыгали, как овцы, и холмы, как агнцы». Параллелизм антитический состоит в соответствии двух членов друг другу через противоположность выражений или чувств. «Искренни укоризны от любящего, и лживы поцелуи ненавидящего. Сытая душа попирает и сот, а голодной душе все горькое сладко» (Притч 27:6-7). «Иные колесницами, иные конями, а мы именем Господа Бога нашего хвалимся. Они поколебались и пали, а мы встали и стоим прямо» (Пс 19:8-9). Параллелизм бывает синтетическим, когда он состоит лишь в сходстве конструкции или меры: слова не соответствуют словам и члены фразы членам фразы, как равнозначащие или противоположные по смыслу, но оборот и форма тожественны; подлежащее соответствует подлежащему, глагол — глаголу, прилагательное — прилагательному, и размер один и тот же. «Закон Господа совершен, укрепляет душу; откровение Господа верно, умудряет простых; повеления Господа праведны, веселят сердце; страх Господа чист, просвещает очи» (Пс 18). Параллелизм бывает, наконец, иногда просто кажущимся и состоит лишь в известной аналогии конструкции или в развитии мысли в двух стихах. В этих случаях он является чисто рифмическим и поддается бесконечным комбинациям. Каждый член параллелизма составляет в еврейской поэзии стих, состоящий из соединения ямбов и трохеев, причем самый употребительный стих евреев — гептасиллабический, или из семи слогов. Стихами этого типа написаны кн. Иова (Иов 3:1-42:6), вся книга Притчей и большинство псалмов. Встречаются также стихи из четырех, пяти, шести и девяти слогов, чередуясь иногда с стихами различного размера. Каждый стих является, в свою очередь, частью строфы, существенным свойством которой служит то, что она заключает в себе единую, или главную, мысль, полное раскрытие которой дается в совокупности составляющих ее стихов. Впрочем, в некоторых случаях то две различные мысли соединены в одной строфе, то одна и та же мысль развивается и продолжается далее этого предела.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

10:1 а) Отсюда и до 22:16 следует собрание отдельных изречений Соломона.


10:1 б) Вторая часть стиха почти дословно совпадает с 15:20.


10:2 Стих почти дословно совпадает с 11:4.


10:3 Букв.: желания.


10:6 Друг. возм. пер: насилие закроет уста нечестивцев, т.е. им воздастся тем же, что совершали они сами; та же строка повторяется в 10:11.


10:7 Или: праведника поминают при благословении.


10:8 Или: отвержение; то же в ст. 10.


10:9 а) Или (ближе к букв.): кто ходит в непорочности, ходит уверенно.


10:9 б) Букв.: искривляет пути свои.


10:10 LXX: а тот, кто открыто обличает, миротворец.


10:15 Эта часть стиха совпадает с первой частью 18:11.


10:16 Друг. возм. пер.: награда праведнику - жизнь, урожай нечестивца - наказание за грехи.


10:17 Или: обличениям.


10:20 Букв.: язык праведника.


10:21 Букв.: пасут; праведник здесь сравнивается с пастухом.


10:22 Или: и печали не прибавляет.


10:31 а) Букв.: плодоносят мудростью; ср. 12:14; 13:2; 18:20


10:31 б) Букв.: отрублен. В этой притче уста праведника метафорически отождествляются с плодоносящим деревом, а язык нечестивого - с бесплодным.


10:32 Или: коварна.


11:1 В знач. гири точного веса.


11:6 Или: алчных желаний; ср. 10:3.


11:11 Или: возвеличивается / прославляется.


11:13 а) Букв.: верный духом.


11:13 б) Или: не выдаст секрет.


11:14 а) Или: мудрого попечения / совета.


11:14 б) Или: спасены будут.


11:16 а) Или: любезная / милая.


11:16 б) Или: трудолюбивые. Ср. более пространный текст в LXX: добрая жена стяжает славу для мужа, а жена, ненавидящая праведность, - престол бесчестия; ленивый придет к нищете, но трудолюбивый приобретает богатство.


11:21 Букв.: рука в руке; друг. возм. пер.: рано или поздно.


11:22 В библейские времена женщины носили подобные украшения не только в ушах, но и в носу, см. Быт 24:47; Ис 3:21.


11:26 Друг. возм. пер.: того, кто снабжает хлебом.


11:28 Или (ближе к букв.): будут зеленеть, как лист.


11:30 Букв.: берет души. Масоретский текст не совсем ясен; друг. чтение: а насилие губит жизни, ср. Пс 30:14.


11:31 LXX: если даже праведник с трудом может быть спасен, то что же станется с нечестивым и грешным? Ср. цитату из Притч в 1 Петр 4:18.


12:1 а) Букв.: любит; то же ниже.


12:1 б) Букв.: наказание / наставления.


12:2 Евр. тов - хороший в самом широком смысле: добрый, красивый, счастливый.


12:4 а) Евр. эшет хайиль - женщина сильная; имеется в виду как ее выносливость, так и сила ее моральных и волевых качеств, поэтому вполне оправдан перевод: добродетельная, добрая, мудрая, искусная, прилежная.


12:4 б) Или: бесстыжая.


12:6 Букв.: засада (готовых) кровь (пролить); ср. 1:11, 18.


12:7 Или: низвергни нечестивого, и нет его.


12:8 а) Или: человека почитают в меру его благоразумия.


12:8 б) Или: порочное сердце.


12:10 Букв.: жизнь скота своего, в знач. его потребности.


12:12 Или: того, что окажется ловушкой для него самого.


12:14 Или: от плода уст своих человек вкусит добро.


12:15 Букв.: путь глупца прям в его глазах.


12:16 а) Букв.: в тот же день.


12:16 б) Или (ближе к букв.): а разумный скрывает (обиду за) оскорбление.


12:17 Ср. 14:5.


12:21 Др.-евр. слово ра обозначает «зло» и как антоним «добра», и «зло» как «беда, несчастье». Поэтому смысл этих слов двоякий: 1) нечестивцы творят зло другим; 2) нечестивцы обречены на постоянные несчастья, т.е. зло, которое происходит с ними самими (из-за того зла, которое они причиняют другим), ср. 13:21.


12:26 Друг. возм. пер.: праведник осторожен в выборе друзей.


12:27 Или: не удастся ленивому поджарить пойманую дичь.


12:28 Друг. чтение: а пути кривые (ведут) к смерти.


13:2 Или: добрым плодом своих речей насытится человек.


13:4 Или (ближе к букв.): жаждет душа ленивого, но тщетно.


13:8 Букв.: упрека.


13:10 Так по друг. чтению; друг. возм. пер.: где гордыня, там и ссора.


13:11 а) Или: приобретенное быстро.


13:11 б) Или (ближе к букв.): по крупицам.


13:12 Или: несбыточная.


13:16 Так по друг. чтению; друг. возм. пер. (по масоретскому тексту): а коварных с их пути не собьешь.


13:18 Букв.: нечестивый.


13:19 Или: предостережение.


13:20 Или: наполняет жизнь удовольствием.


13:24 Или: но беззаконники его отнимают.


13:25 Или: сызмальства строго его воспитывает.


13:26 Или (ближе к букв.): а в чреве у нечестивцев пусто.


14:1 Друг. возм. пер.: Премудрость - здесь возможна персонификация Мудрости и Глупости.


14:3 Так по друг. чтению; масоретский текст: розгой за его гордыню.


14:4 Друг. возм. пер. (второй части первой строки): …то и кормушки пусты. В оригинале игра слов (хиастический каламбур). Эта пословица свидетельствует о том, что занятие сельским хозяйством доходно и заслуживает всяческого поощрения. Там, где прибыль и достаток, не всегда чисто и опрятно.


14:5 Букв.: дышит ложью.


14:9 Смысл масоретского текста неясен. Букв.: над искупительными жертвами, которые были знаком раскаяния, см. Лев 4.


14:11 Букв.: шатер.


14:12 Стих дословно повторяется в 16:25.


14:14 Букв.: пути.


14:15 Или: простой / неопытный.


14:20 Ср. 19:4, 6.


14:22 См. примеч. «а» к 3:3.


14:23 Букв.: слово уст.


14:24 Друг. чтение: а венец глупцов - их неразумие, ср. 4:9.


14:27 Этот стих с некоторыми изменениями повторяет 13:14.


14:28 Или: ужас.


14:30 Или: (поглощающая) страсть.


14:32 LXX и Пешитта: защита праведника - его непорочность, ср. 11:3, 6; 12:6.


14:35 Ср. 16:13-15; 22:11; Пс 100.


15:2 Или: украшает знание, в знач. знание излагается в подобающем ему виде, изысканной форме.


15:3 Букв.: на всяком месте.


15:4 Букв.: язык.


15:5 Или: наказанием / наказом.


15:7 Букв.: но не так в сердце глупых.


15:11 Аваддон - еще одно название мира мертвых (ср. Откр 9:11), букв.: погибель - по мнению автора, только Господь знает всё о потустороннем, посмертном бытии.


15:15 Или: всегда.


15:16 а) Друг. возм. пер.: при благоговении пред Господом.


15:16 б) Или: быть в тревоге.


15:23 Или: как хорошо слово, сказанное вовремя.


15:25 Т.е. защитит надел вдовы и всё ее имущество от посягательств, ср. 22:28; 23:10; Втор 19:14; 27:17.


15:30 Букв.: кости.


16:1 Букв.: человеку (принадлежат) планы ума / сердца, но от Господа - ответ языка. Во всей Книге притчей придается большое значение слову, сказанному вовремя. Тщательно обдумывать свои мысли во власти самого человека, но способность вовремя сказать нужное слово - дается Господом.


16:2 а) Букв.: чисты.


16:2 б) Букв.: Господь взвешивает. Этот стих почти дословно повторяется в 21:2.


16:7 Или: принудит Он к миру с ним.


16:9 Друг. возм. пер.: но Господь направляет человека на пути. Слова «путь, дорога, шаги» в Книге притчей многозначны. Это и нравственный выбор между добром и злом (1:15; 15:9), это и поступки человека, его поведение (14:2; 16:2), а также его судьба (ср. русское выражение «жизненный путь», см. 3:6; 20:24).


16:10 Букв.: прорицание на устах царя. Выражением «Божья воля» передано евр. кесем, которое означает «прорицательное слово», и его не следует понимать буквально. Эта пословица скорее указывает на то, что является идеалом (ср. ст. 12). В ВЗ, за исключением данного стиха, евр. слово кесем выступает как синоним «ворожбы», «гадания», «колдовства» лжепророчествующих и имеет резко отрицательное значение (см. Иер 14:14; Иез 13:6, 23; 21:21-23). Об обязанности царя знать и исполнять Закон, см. Втор 17:18-20.


16:11 Букв.: Его дело.


16:12 Это, скорее, свидетельство о моральном долге, идеале, а не описание исторической действительности.


16:15 Букв.: тучка с весенним дождем. Весенние дожди идут в Палестине в апреле-марте; они очень важны для будущего урожая. Начало года по еврейскому календарю приходится на осень (Исх 23:16; 34:22), потому весенние дожди называются поздними (ближе к концу еврейского года) в противоположность ранним дождям, которые идут с конца октября по начало декабря (ближе к началу еврейского года).


16:17 Букв.: кто хранит путь свой. В оригинале здесь внутренняя рифма и аллитерация.


16:20 Или: внемлет (мудрому) слову.


16:21 Или: сладость уст прибавляет разума.


16:22 Словом наука передано евр. мусар, которое, с одной стороны, означает «наставление, учение, правила» (см., напр., 1:2, 7, 8 и др.), с другой - «наказание, упрек, укор» (3:11; 6:23 13:24). В тексте, таким образом, намеренная двусмысленность: «учение глупцов - их собственная глупость», и одновременно с этим она же - «их наказание и укор им».


16:23 Букв.: уста.


16:24 Букв.: кости.


16:25 Стих дословно повторяет 14:12.


16:26 Так здесь переведено многозначное евр. нефеш, которое, помимо самого распространенного значения «душа, жизнь», может также означать «желание, голод» (см. в этом значении 6:30; 23:2; 27:7; Втор 14:26; 23:24; Иов 33:20).


16:27 Или: развратник.


16:32 Или: выдержанный (человек) лучше храбреца.


16:33 Представление о том, что при помощи жребия можно узнать волю Господа, характерно для ВЗ, см. Суд 1:3, Ис 34:17, Лев 16:8, 1 Цар 14:41; 28:6; Иона 1:7; ср. также Деян 1:26.


17:1 Букв.: жертв / жертвенного мяса.


17:3 Эта часть стиха дословно совпадает с первой частью стиха 27:21.


17:6 Букв.: венец старости.


17:7 Или: не пристала глупцу изысканная речь.


17:9 а) Или: проступок / грех.


17:9 б) Друг. возм. пер.: а кто об обидах судачит, разлучает друзей; ср. 16:28.


17:10 Явная гипербола, поскольку Закон Моисеев запрещал наносить в качестве наказания более сорока ударов, см. Втор 25:2, 3.


17:16 Или (ближе к букв.): какой прок глупцу от денег в руке.


17:17 Масоретский текст не совсем ясен, другие переводят: (друг) и в беде, словно брат, придет на помощь. В 27:10 говорится, что в беде лучше верный друг, чем брат.


17:18 Ср. 6:1-5; 11:13; 20:16; 22:26; 27:13.


17:19 Друг. возм. пер.: кто говорит высокомерно.


17:22 а) Или: уныние / унылый дух / сокрушенный дух.


17:22 б) Букв.: кости.


17:23 Букв.: пути правосудия.


17:24 Букв.: глаза глупца - на краю земли. Друг. возм. пер.: разумный повсюду видит мудрость, а глупец нигде ее не отыщет.


17:26 Или: денежное возмещение / штраф.


17:27 Или: кто сдержан в слове, тот разумен.


18:1 а) Перевод по LXX и Вульгате. Масоретский текст: отделенный ищет (удовлетворения своего) желания. Друг. возм. пер.: кто лишь своим страстям потакает, тот одинок.


18:1 б) Друг. возм. пер.: изо всех сил бранится.


18:9 Стих дословно повторяется в 26:22; ср. также 16:28; 26:20.


18:12 Эта часть стиха повторяет первую часть стиха 10:15.


18:13 а) Эта часть стиха почти дословно повторяет первую часть 16:18.


18:13 б) Эта часть стиха дословно повторяет вторую часть 15:33.


18:15 Букв.: поднять / вынести.


18:17 Букв.: к великим.


18:18 Или: пока не начнет возражать соперник.


18:19 Или: разводит тяжущиеся стороны.


18:20 а) Букв.: крепкий / укрепленный.


18:20 Масоретский текст неясен; перевод предположителен.


18:25 Перевод по друг. чтению. Друг. возм. пер : человек, (у которого слишком много) друзей, обречен на беду. Здесь игра слов: слово «друзья» (реим) и глагольная форма «попасть в беду» (лехитроэ) в оригинале выглядят как однокоренные. Отсюда и разные варианты перевода этого стиха: бывают друзья, которые лишь притворяются друзьями; или: человек, у которого много друзей, и сам должен быть дружелюбным.


19:1 Первое полустишие этого стиха почти дословно совпадает с первым полустишием 28:6. Вторые полустишия разнятся (ср. вторую часть 28:6): чем злодей, хоть и богач. Многие комментаторы и переводчики предлагают и в 19:1 вместо «глупец» читать «богач», как в некоторых древних переводах.


19:7 Смысл масоретского текста неясен.


19:8 Или: любит душу свою.


19:11 а) Ср. 14:29; 15:18; 16:32.


19:11 б) Или: проступки / грехи.


19:12 Эта часть стиха повторяется в первой части 20:2.


19:13 а) Ср. 17:25.


19:13 б) Или (ближе к букв.): непрестанная капель.


19:16 а) Ср. 7:2.


19:16 б) Пер. по друг. чтению. Масоретский текст: ненавистны собственные пути.


19:18 Масоретский текст не совсем ясен.


19:20 Букв.: в конце концов.


19:21 Ср. Ис 7:7, 14:24, 46:10.


19:22 Друг. возм. пер.: верная любовь делает человека желанным.


19:24 Эта часть стиха повторяется в первой части 26:15. На Востоке ели руками, ср. Мк 14:20.


19:26 а) Или: будет притеснять.


19:26 б) Или: матери навредит.


19:27 Друг. возм. пер.: сын мой! Перестань внимать (злому) учению, из-за которого ты будешь блуждать, - в нем нет слов мудрости.


19:28 Или: развратные.


19:29 Пер. по друг. чтению, которое подтверждается LXX. Масоретский текст: ждет бесстыдного суд / наказание.


20:1 Или (ближе к букв.): вино - насмешник, брага - буян.


20:2 Т.е. будет сам виновен в собственной гибели, ср. 14:35; 16:14; 19:12; 28:15.


20:4 Букв.: зимой… в жатву. В Древнем Израиле пахота и сев происходили именно в зимнее время года, после так называемых «ранних дождей», которые шли в октября-ноябре (см. примеч. к 16:15). Урожай собирали с апреля, когда поспевал ячмень, до конца сентября, когда вызревал виноград.


20:6 Или: многие слывут верными.


20:10 Букв.: эфа - мера объема, ср. Втор 25:13-16.


20:13 Ср. 10:4. Часто пословицы в Книге Притчей следуют одна за другой без видимой связи. Иногда связующим звеном между высказываниями выступает какое-то слово, которое встречается в нескольких идущих подряд максимах. Для стихов 12-13 таким связующим элементом является слово «глаз».


20:15 Букв.: есть золото и множество жемчугов (или: кораллов), но мудрые уста - дорогой сосуд.


20:16 а) Похожий стих в 27:13. Букв.: возьми одежду…, однако в действительности эта пословица - еще одно предостережение против практики поручительства (6:1-5; 11:15; 17:18; 22:26); в ней говорится не о том, что нужно действительно забрать одежду у поручителя, а о том, как кредиторы поступят с поручителем. Книга Второзакония предписывает не забирать у бедняков в залог их последнее имущество, см. Втор 24:10-13.


20:16 б) Букв.: за другую / чужую (жену?).


20:17 а) Букв.: хлеб лжи; ср. 9:17.


20:17 б) Или: щебнем; ср. Плач 3:16.


20:18 Или: совете, ср. 11:14.


20:19 Здесь почти дословно повторяется первая часть 11:13.


20:20 По закону Моисея, проклявшему отца или мать полагалась смертная казнь, см. Исх 21:17; Лев 20:9; Втор 27:16; ср. также 30:17.


20:21 Друг. возм. пер.: жадно схваченное наследство


20:24 Ср. 3:6; 16:1, 9; 19:21; Пс 36:23; Иер 10:23.


20:25 Масоретский текст неясен, перевод предположителен; ср. Эккл 5:4.


20:26 Частая в ВЗ метафора наказания нечестивых. В Древнем Израиле для обмолота зерна по разложенным на току колосьям пускали скот, запряженный либо в простые телеги, либо в специальные молотильные салазки, которые делались из дерева, а по бортам вставлялись острые камни или железные зубья. Когда салазки тянули по обмолачиваемым колосьям, камни или зубья выбивали из них зерна. См. также ст. 28.


20:28 Или: неизменной любовью.


21:2 Букв.: взвешивает сердца. Этот стих почти дословно повторяет 16:2.


21:4 а) Или: целине.


21:4 б) Друг. возм. пер.: а светильник нечестивцев - грех.


21:5 Друг. возм. пер.: усердный заботится о достатке.


21:6 а) Друг. возм. пер.: это только морок.


21:6 б) Так по друг. чтению, кот. поддерживает LXX; масоретский текст: мимолетное дыхание (или: уносимый пар) стремящихся к смерти. Ср. Пс 1:4.


21:7 Или: поймает (в ловушку); ср. 5:22.


21:8 а) Смысл оригинала неясен.


21:8 б) Или: прямо; здесь противопоставление «извилистого» пути и «прямых» (т.е. «справедливых», «честных») поступков.


21:9 а) Крыши ближневосточных жилищ были плоскими и могли использоваться, в частности, как место ночлега, см., напр., 1 Цар 9:25.


21:9 б) Стих дословно повторяется в 25:24.


21:11 Ср. подобное высказывание в 19:25.


21:12 LXX: праведник понимает (что на) сердце нечестивых людей, и из-за своих злодеяний они ненавистны ему. Друг. возм. пер.: праведный (Бог) следит за домом нечестивого; Он подвергнет нечестивого гибели.


21:15 Или: когда восстанавливается справедливость, это радость для праведника, а злодею - погибель; ср. 10:29.


21:16 См. примеч. к 2:18.


21:17 Букв.: вино и оливковое масло; оливковое масло употреблялось для умащений, а также в качестве косметического средства и было атрибутом пиров и праздников, ср. 27:9, а также Пс 103:15; Ам 6:6.


21:18 Зло, которое нечестивец замышлял против праведника, постигнет его самого, ср. 11:8.


21:19 Друг. чтение: вздорной.


21:20 Или: растратит.


21:21 Или: хвалу.


21:26 Друг. возм. пер.: каждый день лентяй снедаем жадным желаньем, а праведник раздает, не скупясь. Стихи 25 и 26 связывает между собой одно ключевое слово - «прихоть» (или: алчность, неуемное желанье), присутствующее в обеих пословицах.


21:27 7 Или: из худых побуждений.


21:28 а) Ср. 19:5, 9.


21:28 б) Букв.: но тот, кто слушает, будет вовеки (или: успешно) говорить.


21:29 а) Букв.: лицо; другой возм. пер.: у нечестивца (ни один мускул не дрогнет) на лице, честный (же не сделает шага, прежде чем) всё не взвесит.


21:29 б) Или: а честный обдумывает свои пути. Так по друг. чтению, масоретский текст: твердо следует по своему пути.


21:30 Друг. чтение: вопреки Господу.


21:31 Или: спасение.


22:1 а) Букв.: большого.


22:1 б) Или: любовь людей.


22:2 Букв.: встречаются, ср. то же выражение в 29:13. Друг. возм. пер.: богач и бедняк (вот в чем) равны.


22:3 Этот стих почти дословно повторяется в 27:12; ср. также 14:15, 18.


22:4 Друг. возм. пер.: награда за смирение - страх Господень / благоговенье пред Господом. Или: последствия смирения - страх Господень / благоговенье пред Господом.


22:5 Или: жизнь свою.


22:6 Традиционный перевод: по какому пути ему идти.


22:9 Букв.: с добрым глазом; злой и завистливый человек в Притчах может быть назван «человеком со злым глазом», см. 23:6; 28:22.


22:10 Передана рифма оригинала.


22:13 Букв.: снаружи. Так лентяй оправдывает свое нежелание что-либо делать и вообще выходить из дома.


22:17 Букв.: свое сердце.


22:20 Или: трижды я переписывал для тебя изречения; или: я написал для тебя лучшие изречения.


22:21 Букв.: тем, кто посылает тебя (с заданием).


22:22 Букв.: у ворот, см. примеч. «б» к 1:21.


22:28 Эта часть стиха повторяется в первой части 23:10.


Эти вдохновенные изречения царя Соломона, вобравшие в себя многовековой опыт Древнего Израиля, вне всякого сомнения, насущны и сегодня, в нашу бездуховную эпоху, когда человек ощущает себя мерою вещей. Да, мы устремлены ко всему, о чем говорит автор Притчей, нам дороги мудрость и познание, но мы не всегда связываем свою жизнь и благополучие с «благоговением перед Богом» (в Синодальном переводе - «страхом Божьим»). Современный человек вполне может не отрицать Всевышнего, но едва ли он стремится «познавать Святого» и обретать в этом опыте подлинное разумение. Ведь мудрость в Притчах, с одной стороны, не столько собрание утонченных афоризмов, сколько наставления, касающиеся важных практических вопросов, с которыми мы постоянно сталкиваемся в повседневной жизни. С другой стороны, мудрость - и это ключевое понятие Книги притчей - изначально пребывает в Боге, от Него исходит и к Нему ведет. Потому, если точка отсчета в жизни человека - Бог, воплощающий в Себе истинную мудрость и разумение, тогда всё становится на свои места: мир, человек, общество обретают смысл, равновесие и истинную перспективу.

Книга притчей, которую библейские комментаторы справедливо относят к разделу Учительной литературы Древнего Израиля, начинается с указания имени автора: «Притчи Соломона, сына Давида, царя израильского» (1:1). Именно ему, «мудростью превосходящему всех сынов Востока» (3 Цар 4:29-31,34), сочинившему три тысячи притчей (3 Цар 4:32), приписывается большая часть притчей (гл. 1-9; 10-22:16; 25-29), хотя в последующих главах уточняется, что Книга притчей содержит высказывания нескольких авторов, в частности изречения безымянных мудрецов (22:17-24:34), а также «Слова Агура» (гл. 30) и «Изречения царя Лемуэля» (гл. 31). Само понятие «притча» (евр. название книги - мишле (притчи), от слова машал (притча, пословица), см. примеч. к 1:1) многозначно, и русский перевод не вполне выражает его смысл, отчасти сужая его многозначность. В оригинале оно используется в более широком значении (или даже в нескольких значениях сразу), и потому это не столько притчи как таковые, сколько сравнения, поговорки и афористические изречения.

Книга притчей - собрание изречений и душеспасительных наставлений, которые помогают людям здраво и разумно организовать свою материальную и духовную жизнь, укоренив ее в Боге. Эта ветхозаветная книга отличается по содержанию и стилю от предшествующей библейской литературы, которая, главным образом, дает духовную перспективу на жизнь израильского народа, его законы, установления и особые повеления Бога Яхве. Для исторических книг Библии характерна сосредоточенность на духовной борьбе израильского народа, богословском осмыслении их политической истории и судьбы, что не является принципиальным для древней литературы премудрости.

Замысел Книги притчей иной, ее изречения, и прежде всего поучения, были предназначены, с одной стороны, для всего народа, с другой - для молодого поколения. Обращение «сын мой» (или «мудрый сын» (10:1), «слушайте, дети»), встречающееся в книге более тридцати раз, служит тому подтверждением. В этой связи цель Книги притчей ясно выражена уже в первых стихах: «Сын мой! Если ты примешь слова мои, сбережешь в душе мои заповеди, склонишь слух к мудрости, устремишься умом к здравомыслию, если будешь призывать разумение, громким голосом взывать к здравомыслию, если будешь искать его, словно серебра, стремиться к нему, словно к сокровищу, то постигнешь, что есть благоговенье пред Господом, и обретешь познание Бога» (2:1-5).

Основные темы Притчей - мудрость, знание, здравомыслие, свобода выбора, праведность, верность, забота о «сыновьях» (детях) и их воспитании, милосердие к врагам, справедливость, ответственность, усердие, трудолюбие, страх Божий. На современном языке мы бы сказали, что все эти темы касаются проблем педагогики, этики, религии и богословия. И это действительно так, но большее внимание уделяется практической стороне жизни: обилие самых разных советов свидетельствует о том, что большинство изречений не связаны напрямую с религией и верой народа Божьего, а основаны на наблюдениях над повседневной жизнью. Например, восхваляя истинную мудрость и связанные с ней благословения, наставник предупреждает ученика об опасностях (искушениях), подстерегающих его на путях. Это могут быть поступки, связанные с насилием и разбоем (1:10-19; 4:14-19), любовными увлечениями и распущенностью (2:16-19; 5:3-20; 6:23-35; 7:4-27), сомнительным поручительством (6:1-5); мудрецы осуждают лень (6:6-11), коварство (6:12-15), алчность (28:25), стяжательство (1:19), зависть (14:30), скупость (23:6-8) и прочие пороки.

Эта особенность мироощущения древнего израильтянина характерна по преимуществу для библейской литературы премудрости и отличает ее от ближневосточной, в которой немало замечательных мыслей и здравых рассуждений, но Бог-промыслитель не играет там определяющей роли. С точки зрения авторов Книги притчей, мудрость не является природным свойством человека, ее надо искать (3:13), ей необходимо учиться (30:3), к ней нужно стремиться (2:4), но этого недостаточно; по существу, главное совсем в другом: «Господь дарует мудрость, из уст Его - знание и здравомыслие» (2:6). Более того, само «начало мудрости» - предполагает не что иное, как «благоговение пред Богом», и вот эта принципиальная мысль «делает древнееврейское понимание мудрости уникальным», ибо суть ее не только и не столько в том, чтобы помочь читателю овладеть искусством правильной жизни (научиться прожить ее разумно), сколько в том, чтобы познать Бога.

Воистину, Книга притчей - это «Божья книга вразумления, сокровищница Его мудрости».

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Мудрые поступки противопоставлены глупым. но как быть, если глупец мнит себя мудрым и уверен в собственной... 

 

Снова притчи напоминают нам, что большие дела начинаются со слов, и слова о том, что... 

 

От Господа ответ языка, хотя мыслим мы самостоятельно и прежде ответа сами рассматриваем варианты 

Вопрос-ответ

 Можно ли все-таки пить вино (например) или нет? Ведь даже сам Иисус был на разных праздниках и пил вино.
 

Во-первых, конечно же, Иисус пил вино, а то, что делал Сам Господь, не может быть грехом само по себе. Но обратите внимание на эти последние слова «само по себе»: грех живет не в поступке, а в сердце человека; и проблема не в питье вина, а в том, что происходит в человеке 

Библиотека

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).