Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Greek/Septuagint (gr)
Поделиться

ΔΕΥΤΕΡΟΝΟΜΙΟΝ, κεφαλίς 1

οὑ̃τοι οἱ λόγοι οὓς ἐλάλησεν Μωυση̃ς παντὶ Ισραηλ πέραν του̃ Ιορδάνου ἐν τη̨̃ ἐρήμω̨ πρὸς δυσμαι̃ς πλησίον τη̃ς ἐρυθρα̃ς ἀνὰ μέσον Φαραν Τοφολ καὶ Λοβον καὶ Αυλων καὶ καταχρύσεα
ἕνδεκα ἡμερω̃ν ἐν Χωρηβ ὁδὸς ἐπ' ὄρος Σηιρ ἕως Καδης Βαρνη
καὶ ἐγενήθη ἐν τω̨̃ τεσσαρακοστω̨̃ ἔτει ἐν τω̨̃ ἑνδεκάτω̨ μηνὶ μια̨̃ του̃ μηνὸς ἐλάλησεν Μωυση̃ς πρὸς πάντας υἱοὺς Ισραηλ κατὰ πάντα ὅσα ἐνετείλατο κύριος αὐτω̨̃ πρὸς αὐτούς
μετὰ τὸ πατάξαι Σηων βασιλέα Αμορραίων τὸν κατοικήσαντα ἐν Εσεβων καὶ Ωγ βασιλέα τη̃ς Βασαν τὸν κατοικήσαντα ἐν Ασταρωθ καὶ ἐν Εδραϊν
ἐν τω̨̃ πέραν του̃ Ιορδάνου ἐν γη̨̃ Μωαβ ἤρξατο Μωυση̃ς διασαφη̃σαι τὸν νόμον του̃τον λέγων
κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν ἐλάλησεν ἡμι̃ν ἐν Χωρηβ λέγων ἱκανούσθω ὑμι̃ν κατοικει̃ν ἐν τω̨̃ ὄρει τούτω̨
ἐπιστράφητε καὶ ἀπάρατε ὑμει̃ς καὶ εἰσπορεύεσθε εἰς ὄρος Αμορραίων καὶ πρὸς πάντας τοὺς περιοίκους Αραβα εἰς ὄρος καὶ πεδίον καὶ πρὸς λίβα καὶ παραλίαν γη̃ν Χαναναίων καὶ 'Αντιλίβανον ἕως του̃ ποταμου̃ του̃ μεγάλου Εὐφράτου
ἴδετε παραδέδωκα ἐνώπιον ὑμω̃ν τὴν γη̃ν εἰσπορευθέντες κληρονομήσατε τὴν γη̃ν ἣν ὤμοσα τοι̃ς πατράσιν ὑμω̃ν τω̨̃ Αβρααμ καὶ Ισαακ καὶ Ιακωβ δου̃ναι αὐτοι̃ς καὶ τω̨̃ σπέρματι αὐτω̃ν μετ' αὐτούς
καὶ εἰ̃πα πρὸς ὑμα̃ς ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ λέγων οὐ δυνήσομαι μόνος φέρειν ὑμα̃ς
10 κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν ἐπλήθυνεν ὑμα̃ς καὶ ἰδού ἐστε σήμερον ὡσεὶ τὰ ἄστρα του̃ οὐρανου̃ τω̨̃ πλήθει
11 κύριος ὁ θεὸς τω̃ν πατέρων ὑμω̃ν προσθείη ὑμι̃ν ὡς ἐστὲ χιλιοπλασίως καὶ εὐλογήσαι ὑμα̃ς καθότι ἐλάλησεν ὑμι̃ν
12 πω̃ς δυνήσομαι μόνος φέρειν τὸν κόπον ὑμω̃ν καὶ τὴν ὑπόστασιν ὑμω̃ν καὶ τὰς ἀντιλογίας ὑμω̃ν
13 δότε ἑαυτοι̃ς ἄνδρας σοφοὺς καὶ ἐπιστήμονας καὶ συνετοὺς εἰς τὰς φυλὰς ὑμω̃ν καὶ καταστήσω ἐφ' ὑμω̃ν ἡγουμένους ὑμω̃ν
14 καὶ ἀπεκρίθητέ μοι καὶ εἴπατε καλὸν τὸ ῥη̃μα ὃ ἐλάλησας ποιη̃σαι
15 καὶ ἔλαβον ἐξ ὑμω̃ν ἄνδρας σοφοὺς καὶ ἐπιστήμονας καὶ συνετοὺς καὶ κατέστησα αὐτοὺς ἡγει̃σθαι ἐφ' ὑμω̃ν χιλιάρχους καὶ ἑκατοντάρχους καὶ πεντηκοντάρχους καὶ δεκαδάρχους καὶ γραμματοεισαγωγει̃ς τοι̃ς κριται̃ς ὑμω̃ν
16 καὶ ἐνετειλάμην τοι̃ς κριται̃ς ὑμω̃ν ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ λέγων διακούετε ἀνὰ μέσον τω̃ν ἀδελφω̃ν ὑμω̃ν καὶ κρίνατε δικαίως ἀνὰ μέσον ἀνδρὸς καὶ ἀνὰ μέσον ἀδελφου̃ καὶ ἀνὰ μέσον προσηλύτου αὐτου̃
17 οὐκ ἐπιγνώση̨ πρόσωπον ἐν κρίσει κατὰ τὸν μικρὸν καὶ κατὰ τὸν μέγαν κρινει̃ς οὐ μὴ ὑποστείλη̨ πρόσωπον ἀνθρώπου ὅτι ἡ κρίσις του̃ θεου̃ ἐστιν καὶ τὸ ῥη̃μα ὃ ἐὰν σκληρὸν ἠ̨̃ ἀφ' ὑμω̃ν ἀνοίσετε αὐτὸ ἐπ' ἐμέ καὶ ἀκούσομαι αὐτό
18 καὶ ἐνετειλάμην ὑμι̃ν ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ πάντας τοὺς λόγους οὓς ποιήσετε
19 καὶ ἀπάραντες ἐκ Χωρηβ ἐπορεύθημεν πα̃σαν τὴν ἔρημον τὴν μεγάλην καὶ τὴν φοβερὰν ἐκείνην ἣν εἴδετε ὁδὸν ὄρους του̃ Αμορραίου καθότι ἐνετείλατο κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν ἡμι̃ν καὶ ἤλθομεν ἕως Καδης Βαρνη
20 καὶ εἰ̃πα πρὸς ὑμα̃ς ἤλθατε ἕως του̃ ὄρους του̃ Αμορραίου ὃ ὁ κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν δίδωσιν ὑμι̃ν
21 ἴδετε παραδέδωκεν ὑμι̃ν κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν πρὸ προσώπου ὑμω̃ν τὴν γη̃ν ἀναβάντες κληρονομήσατε ὃν τρόπον εἰ̃πεν κύριος ὁ θεὸς τω̃ν πατέρων ὑμω̃ν ὑμι̃ν μὴ φοβει̃σθε μηδὲ δειλιάσητε
22 καὶ προσήλθατέ μοι πάντες καὶ εἴπατε ἀποστείλωμεν ἄνδρας προτέρους ἡμω̃ν καὶ ἐφοδευσάτωσαν ἡμι̃ν τὴν γη̃ν καὶ ἀναγγειλάτωσαν ἡμι̃ν ἀπόκρισιν τὴν ὁδόν δι' ἡ̃ς ἀναβησόμεθα ἐν αὐτη̨̃ καὶ τὰς πόλεις εἰς ἃς εἰσπορευσόμεθα εἰς αὐτάς
23 καὶ ἤρεσεν ἐναντίον μου τὸ ῥη̃μα καὶ ἔλαβον ἐξ ὑμω̃ν δώδεκα ἄνδρας ἄνδρα ἕνα κατὰ φυλήν
24 καὶ ἐπιστραφέντες ἀνέβησαν εἰς τὸ ὄρος καὶ ἤλθοσαν ἕως Φάραγγος βότρυος καὶ κατεσκόπευσαν αὐτήν
25 καὶ ἐλάβοσαν ἐν ται̃ς χερσὶν αὐτω̃ν ἀπὸ του̃ καρπου̃ τη̃ς γη̃ς καὶ κατήνεγκαν πρὸς ἡμα̃ς καὶ ἔλεγον ἀγαθὴ ἡ γη̃ ἣν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν δίδωσιν ἡμι̃ν
26 καὶ οὐκ ἠθελήσατε ἀναβη̃ναι καὶ ἠπειθήσατε τω̨̃ ῥήματι κυρίου του̃ θεου̃ ὑμω̃ν
27 καὶ διεγογγύζετε ἐν ται̃ς σκηναι̃ς ὑμω̃ν καὶ εἴπατε διὰ τὸ μισει̃ν κύριον ἡμα̃ς ἐξήγαγεν ἡμα̃ς ἐκ γη̃ς Αἰγύπτου παραδου̃ναι ἡμα̃ς εἰς χει̃ρας Αμορραίων ἐξολεθρευ̃σαι ἡμα̃ς
28 που̃ ἡμει̃ς ἀναβαίνομεν οἱ ἀδελφοὶ ὑμω̃ν ἀπέστησαν ὑμω̃ν τὴν καρδίαν λέγοντες ἔθνος μέγα καὶ πολὺ καὶ δυνατώτερον ἡμω̃ν καὶ πόλεις μεγάλαι καὶ τετειχισμέναι ἕως του̃ οὐρανου̃ ἀλλὰ καὶ υἱοὺς γιγάντων ἑωράκαμεν ἐκει̃
29 καὶ εἰ̃πα πρὸς ὑμα̃ς μὴ πτήξητε μηδὲ φοβηθη̃τε ἀπ' αὐτω̃ν
30 κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν ὁ προπορευόμενος πρὸ προσώπου ὑμω̃ν αὐτὸς συνεκπολεμήσει αὐτοὺς μεθ' ὑμω̃ν κατὰ πάντα ὅσα ἐποίησεν ὑμι̃ν ἐν γη̨̃ Αἰγύπτω̨
31 καὶ ἐν τη̨̃ ἐρήμω̨ ταύτη̨ ἣν εἴδετε ὡς ἐτροφοφόρησέν σε κύριος ὁ θεός σου ὡς εἴ τις τροφοφορήσει ἄνθρωπος τὸν υἱὸν αὐτου̃ κατὰ πα̃σαν τὴν ὁδόν ἣν ἐπορεύθητε ἕως ἤλθετε εἰς τὸν τόπον του̃τον
32 καὶ ἐν τω̨̃ λόγω̨ τούτω̨ οὐκ ἐνεπιστεύσατε κυρίω̨ τω̨̃ θεω̨̃ ὑμω̃ν
33 ὃς προπορεύεται πρότερος ὑμω̃ν ἐν τη̨̃ ὁδω̨̃ ἐκλέγεσθαι ὑμι̃ν τόπον ὁδηγω̃ν ὑμα̃ς ἐν πυρὶ νυκτὸς δεικνύων ὑμι̃ν τὴν ὁδόν καθ' ἣν πορεύεσθε ἐπ' αὐτη̃ς καὶ ἐν νεφέλη̨ ἡμέρας
34 καὶ ἤκουσεν κύριος τὴν φωνὴν τω̃ν λόγων ὑμω̃ν καὶ παροξυνθεὶς ὤμοσεν λέγων
35 εἰ ὄψεταί τις τω̃ν ἀνδρω̃ν τούτων τὴν ἀγαθὴν ταύτην γη̃ν ἣν ὤμοσα τοι̃ς πατράσιν αὐτω̃ν
36 πλὴν Χαλεβ υἱὸς Ιεφοννη οὑ̃τος ὄψεται αὐτήν καὶ τούτω̨ δώσω τὴν γη̃ν ἐφ' ἣν ἐπέβη καὶ τοι̃ς υἱοι̃ς αὐτου̃ διὰ τὸ προσκει̃σθαι αὐτὸν τὰ πρὸς κύριον
37 καὶ ἐμοὶ ἐθυμώθη κύριος δι' ὑμα̃ς λέγων οὐδὲ σὺ οὐ μὴ εἰσέλθη̨ς ἐκει̃
38 'Ιησου̃ς υἱὸς Ναυη ὁ παρεστηκώς σοι οὑ̃τος εἰσελεύσεται ἐκει̃ αὐτὸν κατίσχυσον ὅτι αὐτὸς κατακληρονομήσει αὐτὴν τω̨̃ Ισραηλ
39 καὶ πα̃ν παιδίον νέον ὅστις οὐκ οἰ̃δεν σήμερον ἀγαθὸν ἢ κακόν οὑ̃τοι εἰσελεύσονται ἐκει̃ καὶ τούτοις δώσω αὐτήν καὶ αὐτοὶ κληρονομήσουσιν αὐτήν
40 καὶ ὑμει̃ς ἐπιστραφέντες ἐστρατοπεδεύσατε εἰς τὴν ἔρημον ὁδὸν τὴν ἐπὶ τη̃ς ἐρυθρα̃ς θαλάσσης
41 καὶ ἀπεκρίθητέ μοι καὶ εἴπατε ἡμάρτομεν ἔναντι κυρίου του̃ θεου̃ ἡμω̃ν ἡμει̃ς ἀναβάντες πολεμήσομεν κατὰ πάντα ὅσα ἐνετείλατο κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν ἡμι̃ν καὶ ἀναλαβόντες ἕκαστος τὰ σκεύη τὰ πολεμικὰ αὐτου̃ καὶ συναθροισθέντες ἀνεβαίνετε εἰς τὸ ὄρος
42 καὶ εἰ̃πεν κύριος πρός με εἰπὸν αὐτοι̃ς οὐκ ἀναβήσεσθε οὐδὲ μὴ πολεμήσετε οὐ γάρ εἰμι μεθ' ὑμω̃ν καὶ οὐ μὴ συντριβη̃τε ἐνώπιον τω̃ν ἐχθρω̃ν ὑμω̃ν
43 καὶ ἐλάλησα ὑμι̃ν καὶ οὐκ εἰσηκούσατέ μου καὶ παρέβητε τὸ ῥη̃μα κυρίου καὶ παραβιασάμενοι ἀνέβητε εἰς τὸ ὄρος
44 καὶ ἐξη̃λθεν ὁ Αμορραι̃ος ὁ κατοικω̃ν ἐν τω̨̃ ὄρει ἐκείνω̨ εἰς συνάντησιν ὑμι̃ν καὶ κατεδίωξαν ὑμα̃ς ὡς εἰ ποιήσαισαν αἱ μέλισσαι καὶ ἐτίτρωσκον ὑμα̃ς ἀπὸ Σηιρ ἕως Ερμα
45 καὶ καθίσαντες ἐκλαίετε ἔναντι κυρίου καὶ οὐκ εἰσήκουσεν κύριος τη̃ς φωνη̃ς ὑμω̃ν οὐδὲ προσέσχεν ὑμι̃ν
46 καὶ ἐνεκάθησθε ἐν Καδης ἡμέρας πολλάς ὅσας ποτὲ ἡμέρας ἐνεκάθησθε

ΔΕΥΤΕΡΟΝΟΜΙΟΝ, κεφαλίς 2

καὶ ἐπιστραφέντες ἀπήραμεν εἰς τὴν ἔρημον ὁδὸν θάλασσαν ἐρυθράν ὃν τρόπον ἐλάλησεν κύριος πρός με καὶ ἐκυκλώσαμεν τὸ ὄρος τὸ Σηιρ ἡμέρας πολλάς
καὶ εἰ̃πεν κύριος πρός με
ἱκανούσθω ὑμι̃ν κυκλου̃ν τὸ ὄρος του̃το ἐπιστράφητε οὐ̃ν ἐπὶ βορρα̃ν
καὶ τω̨̃ λαω̨̃ ἔντειλαι λέγων ὑμει̃ς παραπορεύεσθε διὰ τω̃ν ὁρίων τω̃ν ἀδελφω̃ν ὑμω̃ν υἱω̃ν Ησαυ οἳ κατοικου̃σιν ἐν Σηιρ καὶ φοβηθήσονται ὑμα̃ς καὶ εὐλαβηθήσονται ὑμα̃ς σφόδρα
μὴ συνάψητε πρὸς αὐτοὺς πόλεμον οὐ γὰρ μὴ δω̃ ὑμι̃ν ἀπὸ τη̃ς γη̃ς αὐτω̃ν οὐδὲ βη̃μα ποδός ὅτι ἐν κλήρω̨ δέδωκα τοι̃ς υἱοι̃ς Ησαυ τὸ ὄρος τὸ Σηιρ
βρώματα ἀργυρίου ἀγοράσατε παρ' αὐτω̃ν καὶ φάγεσθε καὶ ὕδωρ μέτρω̨ λήμψεσθε παρ' αὐτω̃ν ἀργυρίου καὶ πίεσθε
ὁ γὰρ κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν εὐλόγησέν σε ἐν παντὶ ἔργω̨ τω̃ν χειρω̃ν σου διάγνωθι πω̃ς διη̃λθες τὴν ἔρημον τὴν μεγάλην καὶ τὴν φοβερὰν ἐκείνην ἰδοὺ τεσσαράκοντα ἔτη κύριος ὁ θεός σου μετὰ σου̃ οὐκ ἐπεδεήθης ῥήματος
καὶ παρήλθομεν τοὺς ἀδελφοὺς ἡμω̃ν υἱοὺς Ησαυ τοὺς κατοικου̃ντας ἐν Σηιρ παρὰ τὴν ὁδὸν τὴν Αραβα ἀπὸ Αιλων καὶ ἀπὸ Γασιωνγαβερ καὶ ἐπιστρέψαντες παρήλθομεν ὁδὸν ἔρημον Μωαβ
καὶ εἰ̃πεν κύριος πρός με μὴ ἐχθραίνετε τοι̃ς Μωαβίταις καὶ μὴ συνάψητε πρὸς αὐτοὺς πόλεμον οὐ γὰρ μὴ δω̃ ὑμι̃ν ἀπὸ τη̃ς γη̃ς αὐτω̃ν ἐν κλήρω̨ τοι̃ς γὰρ υἱοι̃ς Λωτ δέδωκα τὴν Σηιρ κληρονομει̃ν
10 οἱ Ομμιν πρότεροι ἐνεκάθηντο ἐπ' αὐτη̃ς ἔθνος μέγα καὶ πολὺ καὶ ἰσχύοντες ὥσπερ οἱ Ενακιμ
11 Ραφαϊν λογισθήσονται καὶ οὑ̃τοι ὥσπερ οἱ Ενακιμ καὶ οἱ Μωαβι̃ται ἐπονομάζουσιν αὐτοὺς Ομμιν
12 καὶ ἐν Σηιρ ἐνεκάθητο ὁ Χορραι̃ος πρότερον καὶ υἱοὶ Ησαυ ἀπώλεσαν αὐτοὺς καὶ ἐξέτριψαν αὐτοὺς ἀπὸ προσώπου αὐτω̃ν καὶ κατω̨κίσθησαν ἀντ' αὐτω̃ν ὃν τρόπον ἐποίησεν Ισραηλ τὴν γη̃ν τη̃ς κληρονομίας αὐτου̃ ἣν δέδωκεν κύριος αὐτοι̃ς
13 νυ̃ν οὐ̃ν ἀνάστητε καὶ ἀπάρατε ὑμει̃ς καὶ παραπορεύεσθε τὴν φάραγγα Ζαρετ καὶ παρήλθομεν τὴν φάραγγα Ζαρετ
14 καὶ αἱ ἡμέραι ἃς παρεπορεύθημεν ἀπὸ Καδης Βαρνη ἕως οὑ̃ παρήλθομεν τὴν φάραγγα Ζαρετ τριάκοντα καὶ ὀκτὼ ἔτη ἕως οὑ̃ διέπεσεν πα̃σα γενεὰ ἀνδρω̃ν πολεμιστω̃ν ἀποθνή̨σκοντες ἐκ τη̃ς παρεμβολη̃ς καθότι ὤμοσεν αὐτοι̃ς ὁ θεός
15 καὶ ἡ χεὶρ του̃ θεου̃ ἠ̃ν ἐπ' αὐτοι̃ς ἐξαναλω̃σαι αὐτοὺς ἐκ τη̃ς παρεμβολη̃ς ἕως οὑ̃ διέπεσαν
16 καὶ ἐγενήθη ἐπεὶ διέπεσαν πάντες οἱ ἄνδρες οἱ πολεμισταὶ ἀποθνή̨σκοντες ἐκ μέσου του̃ λαου̃
17 καὶ ἐλάλησεν κύριος πρός με λέγων
18 σὺ παραπορεύση̨ σήμερον τὰ ὅρια Μωαβ τὴν Σηιρ
19 καὶ προσάξετε ἐγγὺς υἱω̃ν Αμμαν μὴ ἐχθραίνετε αὐτοι̃ς καὶ μὴ συνάψητε αὐτοι̃ς εἰς πόλεμον οὐ γὰρ μὴ δω̃ ἀπὸ τη̃ς γη̃ς υἱω̃ν Αμμαν σοὶ ἐν κλήρω̨ ὅτι τοι̃ς υἱοι̃ς Λωτ δέδωκα αὐτὴν ἐν κλήρω̨
20 γη̃ Ραφαϊν λογισθήσεται καὶ γὰρ ἐπ' αὐτη̃ς κατώ̨κουν οἱ Ραφαϊν τὸ πρότερον καὶ οἱ Αμμανι̃ται ὀνομάζουσιν αὐτοὺς Ζομζομμιν
21 ἔθνος μέγα καὶ πολὺ καὶ δυνατώτερον ὑμω̃ν ὥσπερ οἱ Ενακιμ καὶ ἀπώλεσεν αὐτοὺς κύριος πρὸ προσώπου αὐτω̃ν καὶ κατεκληρονόμησαν καὶ κατω̨κίσθησαν ἀντ' αὐτω̃ν ἕως τη̃ς ἡμέρας ταύτης
22 ὥσπερ ἐποίησαν τοι̃ς υἱοι̃ς Ησαυ τοι̃ς κατοικου̃σιν ἐν Σηιρ ὃν τρόπον ἐξέτριψαν τὸν Χορραι̃ον ἀπὸ προσώπου αὐτω̃ν καὶ κατεκληρονόμησαν καὶ κατω̨κίσθησαν ἀντ' αὐτω̃ν ἕως τη̃ς ἡμέρας ταύτης
23 καὶ οἱ Ευαι̃οι οἱ κατοικου̃ντες ἐν ασηρωθ ἕως Γάζης καὶ οἱ Καππάδοκες οἱ ἐξελθόντες ἐκ Καππαδοκίας ἐξέτριψαν αὐτοὺς καὶ κατω̨κίσθησαν ἀντ' αὐτω̃ν
24 νυ̃ν οὐ̃ν ἀνάστητε καὶ ἀπάρατε καὶ παρέλθατε ὑμει̃ς τὴν φάραγγα Αρνων ἰδοὺ παραδέδωκα εἰς τὰς χει̃ράς σου τὸν Σηων βασιλέα Εσεβων τὸν Αμορραι̃ον καὶ τὴν γη̃ν αὐτου̃ ἐνάρχου κληρονομει̃ν σύναπτε πρὸς αὐτὸν πόλεμον
25 ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ταύτη̨ ἐνάρχου δου̃ναι τὸν τρόμον σου καὶ τὸν φόβον σου ἐπὶ πρόσωπον πάντων τω̃ν ἐθνω̃ν τω̃ν ὑποκάτω του̃ οὐρανου̃ οἵτινες ἀκούσαντες τὸ ὄνομά σου ταραχθήσονται καὶ ὠδι̃νας ἕξουσιν ἀπὸ προσώπου σου
26 καὶ ἀπέστειλα πρέσβεις ἐκ τη̃ς ἐρήμου Κεδαμωθ πρὸς Σηων βασιλέα Εσεβων λόγοις εἰρηνικοι̃ς λέγων
27 παρελεύσομαι διὰ τη̃ς γη̃ς σου ἐν τη̨̃ ὁδω̨̃ παρελεύσομαι οὐχὶ ἐκκλινω̃ δεξιὰ οὐδὲ ἀριστερά
28 βρώματα ἀργυρίου ἀποδώση̨ μοι καὶ φάγομαι καὶ ὕδωρ ἀργυρίου ἀποδώση̨ μοι καὶ πίομαι πλὴν ὅτι παρελεύσομαι τοι̃ς ποσίν
29 καθὼς ἐποίησάν μοι οἱ υἱοὶ Ησαυ οἱ κατοικου̃ντες ἐν Σηιρ καὶ οἱ Μωαβι̃ται οἱ κατοικου̃ντες ἐν Αροηρ ἕως παρέλθω τὸν Ιορδάνην εἰς τὴν γη̃ν ἣν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν δίδωσιν ἡμι̃ν
30 καὶ οὐκ ἠθέλησεν Σηων βασιλεὺς Εσεβων παρελθει̃ν ἡμα̃ς δι' αὐτου̃ ὅτι ἐσκλήρυνεν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν τὸ πνευ̃μα αὐτου̃ καὶ κατίσχυσεν τὴν καρδίαν αὐτου̃ ἵνα παραδοθη̨̃ εἰς τὰς χει̃ράς σου ὡς ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ταύτη̨
31 καὶ εἰ̃πεν κύριος πρός με ἰδοὺ ἠ̃ργμαι παραδου̃ναι πρὸ προσώπου σου τὸν Σηων βασιλέα Εσεβων τὸν Αμορραι̃ον καὶ τὴν γη̃ν αὐτου̃ ἔναρξαι κληρονομη̃σαι τὴν γη̃ν αὐτου̃
32 καὶ ἐξη̃λθεν Σηων βασιλεὺς Εσεβων εἰς συνάντησιν ἡμι̃ν αὐτὸς καὶ πα̃ς ὁ λαὸς αὐτου̃ εἰς πόλεμον Ιασσα
33 καὶ παρέδωκεν αὐτὸν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν πρὸ προσώπου ἡμω̃ν καὶ ἐπατάξαμεν αὐτὸν καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτου̃ καὶ πάντα τὸν λαὸν αὐτου̃
34 καὶ ἐκρατήσαμεν πασω̃ν τω̃ν πόλεων αὐτου̃ ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ καὶ ἐξωλεθρεύσαμεν πα̃σαν πόλιν ἑξη̃ς καὶ τὰς γυναι̃κας αὐτω̃ν καὶ τὰ τέκνα αὐτω̃ν οὐ κατελίπομεν ζωγρείαν
35 πλὴν τὰ κτήνη ἐπρονομεύσαμεν καὶ τὰ σκυ̃λα τω̃ν πόλεων ἐλάβομεν
36 ἐξ Αροηρ ἥ ἐστιν παρὰ τὸ χει̃λος χειμάρρου Αρνων καὶ τὴν πόλιν τὴν οὐ̃σαν ἐν τη̨̃ φάραγγι καὶ ἕως ὄρους του̃ Γαλααδ οὐκ ἐγενήθη πόλις ἥτις διέφυγεν ἡμα̃ς τὰς πάσας παρέδωκεν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν εἰς τὰς χει̃ρας ἡμω̃ν
37 πλὴν εἰς γη̃ν υἱω̃ν Αμμων οὐ προσήλθομεν πάντα τὰ συγκυρου̃ντα χειμάρρου Ιαβοκ καὶ τὰς πόλεις τὰς ἐν τη̨̃ ὀρεινη̨̃ καθότι ἐνετείλατο ἡμι̃ν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν

ΔΕΥΤΕΡΟΝΟΜΙΟΝ, κεφαλίς 3

καὶ ἐπιστραφέντες ἀνέβημεν ὁδὸν τὴν εἰς Βασαν καὶ ἐξη̃λθεν Ωγ βασιλεὺς τη̃ς Βασαν εἰς συνάντησιν ἡμι̃ν αὐτὸς καὶ πα̃ς ὁ λαὸς αὐτου̃ εἰς πόλεμον εἰς Εδραϊν
καὶ εἰ̃πεν κύριος πρός με μὴ φοβηθη̨̃ς αὐτόν ὅτι εἰς τὰς χει̃ράς σου παραδέδωκα αὐτὸν καὶ πάντα τὸν λαὸν αὐτου̃ καὶ πα̃σαν τὴν γη̃ν αὐτου̃ καὶ ποιήσεις αὐτω̨̃ ὥσπερ ἐποίησας Σηων βασιλει̃ τω̃ν Αμορραίων ὃς κατώ̨κει ἐν Εσεβων
καὶ παρέδωκεν αὐτὸν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν εἰς τὰς χει̃ρας ἡμω̃ν καὶ τὸν Ωγ βασιλέα τη̃ς Βασαν καὶ πάντα τὸν λαὸν αὐτου̃ καὶ ἐπατάξαμεν αὐτὸν ἕως του̃ μὴ καταλιπει̃ν αὐτου̃ σπέρμα
καὶ ἐκρατήσαμεν πασω̃ν τω̃ν πόλεων αὐτου̃ ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ οὐκ ἠ̃ν πόλις ἣν οὐκ ἐλάβομεν παρ' αὐτω̃ν ἑξήκοντα πόλεις πάντα τὰ περίχωρα Αργοβ βασιλείας Ωγ ἐν Βασαν
πα̃σαι πόλεις ὀχυραί τείχη ὑψηλά πύλαι καὶ μοχλοί πλὴν τω̃ν πόλεων τω̃ν Φερεζαίων τω̃ν πολλω̃ν σφόδρα
ἐξωλεθρεύσαμεν αὐτούς ὥσπερ ἐποιήσαμεν τὸν Σηων βασιλέα Εσεβων καὶ ἐξωλεθρεύσαμεν πα̃σαν πόλιν ἑξη̃ς καὶ τὰς γυναι̃κας καὶ τὰ παιδία
καὶ πάντα τὰ κτήνη καὶ τὰ σκυ̃λα τω̃ν πόλεων ἐπρονομεύσαμεν ἑαυτοι̃ς
καὶ ἐλάβομεν ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ τὴν γη̃ν ἐκ χειρω̃ν δύο βασιλέων τω̃ν Αμορραίων οἳ ἠ̃σαν πέραν του̃ Ιορδάνου ἀπὸ του̃ χειμάρρου Αρνων καὶ ἕως Αερμων
οἱ Φοίνικες ἐπονομάζουσιν τὸ Αερμων Σανιωρ καὶ ὁ Αμορραι̃ος ἐπωνόμασεν αὐτὸ Σανιρ
10 πα̃σαι πόλεις Μισωρ καὶ πα̃σα Γαλααδ καὶ πα̃σα Βασαν ἕως Σελχα καὶ Εδραϊν πόλεις βασιλείας του̃ Ωγ ἐν τη̨̃ Βασαν
11 ὅτι πλὴν Ωγ βασιλεὺς Βασαν κατελείφθη ἀπὸ τω̃ν Ραφαϊν ἰδοὺ ἡ κλίνη αὐτου̃ κλίνη σιδηρα̃ ἰδοὺ αὕτη ἐν τη̨̃ ἄκρα̨ τω̃ν υἱω̃ν Αμμων ἐννέα πηχω̃ν τὸ μη̃κος αὐτη̃ς καὶ τεσσάρων πηχω̃ν τὸ εὐ̃ρος αὐτη̃ς ἐν πήχει ἀνδρός
12 καὶ τὴν γη̃ν ἐκείνην ἐκληρονομήσαμεν ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ ἀπὸ Αροηρ ἥ ἐστιν ἐπὶ του̃ χείλους χειμάρρου Αρνων καὶ τὸ ἥμισυ ὄρους Γαλααδ καὶ τὰς πόλεις αὐτου̃ ἔδωκα τω̨̃ Ρουβην καὶ τω̨̃ Γαδ
13 καὶ τὸ κατάλοιπον του̃ Γαλααδ καὶ πα̃σαν τὴν Βασαν βασιλείαν Ωγ ἔδωκα τω̨̃ ἡμίσει φυλη̃ς Μανασση καὶ πα̃σαν περίχωρον Αργοβ πα̃σαν τὴν Βασαν ἐκείνην γη̃ Ραφαϊν λογισθήσεται
14 καὶ Ιαϊρ υἱὸς Μανασση ἔλαβεν πα̃σαν τὴν περίχωρον Αργοβ ἕως τω̃ν ὁρίων Γαργασι καὶ Ομαχαθι ἐπωνόμασεν αὐτὰς ἐπὶ τω̨̃ ὀνόματι αὐτου̃ τὴν Βασαν Αυωθ Ιαϊρ ἕως τη̃ς ἡμέρας ταύτης
15 καὶ τω̨̃ Μαχιρ ἔδωκα τὴν Γαλααδ
16 καὶ τω̨̃ Ρουβην καὶ τω̨̃ Γαδ δέδωκα ἀπὸ τη̃ς Γαλααδ ἕως χειμάρρου Αρνων μέσον του̃ χειμάρρου ὅριον καὶ ἕως του̃ Ιαβοκ ὁ χειμάρρους ὅριον τοι̃ς υἱοι̃ς Αμμαν
17 καὶ ἡ Αραβα καὶ ὁ Ιορδάνης ὅριον Μαχαναρεθ καὶ ἕως θαλάσσης Αραβα θαλάσσης ἁλυκη̃ς ὑπὸ Ασηδωθ τὴν Φασγα ἀνατολω̃ν
18 καὶ ἐνετειλάμην ὑμι̃ν ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ λέγων κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν ἔδωκεν ὑμι̃ν τὴν γη̃ν ταύτην ἐν κλήρω̨ ἐνοπλισάμενοι προπορεύεσθε πρὸ προσώπου τω̃ν ἀδελφω̃ν ὑμω̃ν υἱω̃ν Ισραηλ πα̃ς δυνατός
19 πλὴν αἱ γυναι̃κες ὑμω̃ν καὶ τὰ τέκνα ὑμω̃ν καὶ τὰ κτήνη ὑμω̃ν οἰ̃δα ὅτι πολλὰ κτήνη ὑμι̃ν κατοικείτωσαν ἐν ται̃ς πόλεσιν ὑμω̃ν αἱ̃ς ἔδωκα ὑμι̃ν
20 ἕως ἂν καταπαύση̨ κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν τοὺς ἀδελφοὺς ὑμω̃ν ὥσπερ καὶ ὑμα̃ς καὶ κατακληρονομήσουσιν καὶ οὑ̃τοι τὴν γη̃ν ἣν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν δίδωσιν αὐτοι̃ς ἐν τω̨̃ πέραν του̃ Ιορδάνου καὶ ἐπαναστραφήσεσθε ἕκαστος εἰς τὴν κληρονομίαν αὐτου̃ ἣν ἔδωκα ὑμι̃ν
21 καὶ τω̨̃ 'Ιησοι̃ ἐνετειλάμην ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ λέγων οἱ ὀφθαλμοὶ ὑμω̃ν ἑωράκασιν πάντα ὅσα ἐποίησεν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν τοι̃ς δυσὶ βασιλευ̃σι τούτοις οὕτως ποιήσει κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν πάσας τὰς βασιλείας ἐφ' ἃς σὺ διαβαίνεις ἐκει̃
22 οὐ φοβηθήσεσθε ὅτι κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν αὐτὸς πολεμήσει περὶ ὑμω̃ν
23 καὶ ἐδεήθην κυρίου ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ λέγων
24 κύριε κύριε σὺ ἤρξω δει̃ξαι τω̨̃ σω̨̃ θεράποντι τὴν ἰσχύν σου καὶ τὴν δύναμίν σου καὶ τὴν χει̃ρα τὴν κραταιὰν καὶ τὸν βραχίονα τὸν ὑψηλόν τίς γάρ ἐστιν θεὸς ἐν τω̨̃ οὐρανω̨̃ ἢ ἐπὶ τη̃ς γη̃ς ὅστις ποιήσει καθὰ σὺ ἐποίησας καὶ κατὰ τὴν ἰσχύν σου
25 διαβὰς οὐ̃ν ὄψομαι τὴν γη̃ν τὴν ἀγαθὴν ταύτην τὴν οὐ̃σαν πέραν του̃ Ιορδάνου τὸ ὄρος του̃το τὸ ἀγαθὸν καὶ τὸν 'Αντιλίβανον
26 καὶ ὑπερει̃δεν κύριος ἐμὲ ἕνεκεν ὑμω̃ν καὶ οὐκ εἰσήκουσέν μου καὶ εἰ̃πεν κύριος πρός με ἱκανούσθω σοι μὴ προσθη̨̃ς ἔτι λαλη̃σαι τὸν λόγον του̃τον
27 ἀνάβηθι ἐπὶ κορυφὴν Λελαξευμένου καὶ ἀναβλέψας τοι̃ς ὀφθαλμοι̃ς κατὰ θάλασσαν καὶ βορρα̃ν καὶ λίβα καὶ ἀνατολὰς καὶ ἰδὲ τοι̃ς ὀφθαλμοι̃ς σου ὅτι οὐ διαβήση̨ τὸν Ιορδάνην του̃τον
28 καὶ ἔντειλαι 'Ιησοι̃ καὶ κατίσχυσον αὐτὸν καὶ παρακάλεσον αὐτόν ὅτι οὑ̃τος διαβήσεται πρὸ προσώπου του̃ λαου̃ τούτου καὶ αὐτὸς κατακληρονομήσει αὐτοι̃ς τὴν γη̃ν ἣν ἑώρακας
29 καὶ ἐνεκαθήμεθα ἐν νάπη̨ σύνεγγυς οἴκου Φογωρ

ΔΕΥΤΕΡΟΝΟΜΙΟΝ, κεφαλίς 4

καὶ νυ̃ν Ισραηλ ἄκουε τω̃ν δικαιωμάτων καὶ τω̃ν κριμάτων ὅσα ἐγὼ διδάσκω ὑμα̃ς σήμερον ποιει̃ν ἵνα ζη̃τε καὶ πολυπλασιασθη̃τε καὶ εἰσελθόντες κληρονομήσητε τὴν γη̃ν ἣν κύριος ὁ θεὸς τω̃ν πατέρων ὑμω̃ν δίδωσιν ὑμι̃ν
οὐ προσθήσετε πρὸς τὸ ῥη̃μα ὃ ἐγὼ ἐντέλλομαι ὑμι̃ν καὶ οὐκ ἀφελει̃τε ἀπ' αὐτου̃ φυλάσσεσθε τὰς ἐντολὰς κυρίου του̃ θεου̃ ὑμω̃ν ὅσα ἐγὼ ἐντέλλομαι ὑμι̃ν σήμερον
οἱ ὀφθαλμοὶ ὑμω̃ν ἑωράκασιν πάντα ὅσα ἐποίησεν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν τω̨̃ Βεελφεγωρ ὅτι πα̃ς ἄνθρωπος ὅστις ἐπορεύθη ὀπίσω Βεελφεγωρ ἐξέτριψεν αὐτὸν κύριος ὁ θεὸς ὑμω̃ν ἐξ ὑμω̃ν
ὑμει̃ς δὲ οἱ προσκείμενοι κυρίω̨ τω̨̃ θεω̨̃ ὑμω̃ν ζη̃τε πάντες ἐν τη̨̃ σήμερον
ἴδετε δέδειχα ὑμι̃ν δικαιώματα καὶ κρίσεις καθὰ ἐνετείλατό μοι κύριος ποιη̃σαι οὕτως ἐν τη̨̃ γη̨̃ εἰς ἣν ὑμει̃ς εἰσπορεύεσθε ἐκει̃ κληρονομει̃ν αὐτήν
καὶ φυλάξεσθε καὶ ποιήσετε ὅτι αὕτη ἡ σοφία ὑμω̃ν καὶ ἡ σύνεσις ἐναντίον πάντων τω̃ν ἐθνω̃ν ὅσοι ἐὰν ἀκούσωσιν πάντα τὰ δικαιώματα ταυ̃τα καὶ ἐρου̃σιν ἰδοὺ λαὸς σοφὸς καὶ ἐπιστήμων τὸ ἔθνος τὸ μέγα του̃το
ὅτι ποι̃ον ἔθνος μέγα ὡ̨̃ ἐστιν αὐτω̨̃ θεὸς ἐγγίζων αὐτοι̃ς ὡς κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν ἐν πα̃σιν οἱ̃ς ἐὰν αὐτὸν ἐπικαλεσώμεθα
καὶ ποι̃ον ἔθνος μέγα ὡ̨̃ ἐστιν αὐτω̨̃ δικαιώματα καὶ κρίματα δίκαια κατὰ πάντα τὸν νόμον του̃τον ὃν ἐγὼ δίδωμι ἐνώπιον ὑμω̃ν σήμερον
πρόσεχε σεαυτω̨̃ καὶ φύλαξον τὴν ψυχήν σου σφόδρα μὴ ἐπιλάθη̨ πάντας τοὺς λόγους οὓς ἑωράκασιν οἱ ὀφθαλμοί σου καὶ μὴ ἀποστήτωσαν ἀπὸ τη̃ς καρδίας σου πάσας τὰς ἡμέρας τη̃ς ζωη̃ς σου καὶ συμβιβάσεις τοὺς υἱούς σου καὶ τοὺς υἱοὺς τω̃ν υἱω̃ν σου
10 ἡμέραν ἣν ἔστητε ἐναντίον κυρίου του̃ θεου̃ ὑμω̃ν ἐν Χωρηβ τη̨̃ ἡμέρα̨ τη̃ς ἐκκλησίας ὅτε εἰ̃πεν κύριος πρός με ἐκκλησίασον πρός με τὸν λαόν καὶ ἀκουσάτωσαν τὰ ῥήματά μου ὅπως μάθωσιν φοβει̃σθαί με πάσας τὰς ἡμέρας ἃς αὐτοὶ ζω̃σιν ἐπὶ τη̃ς γη̃ς καὶ τοὺς υἱοὺς αὐτω̃ν διδάξωσιν
11 καὶ προσήλθετε καὶ ἔστητε ὑπὸ τὸ ὄρος καὶ τὸ ὄρος ἐκαίετο πυρὶ ἕως του̃ οὐρανου̃ σκότος γνόφος θύελλα φωνὴ μεγάλη
12 καὶ ἐλάλησεν κύριος πρὸς ὑμα̃ς ἐκ μέσου του̃ πυρός φωνὴν ῥημάτων ὑμει̃ς ἠκούσατε καὶ ὁμοίωμα οὐκ εἴδετε ἀλλ' ἢ φωνήν
13 καὶ ἀνήγγειλεν ὑμι̃ν τὴν διαθήκην αὐτου̃ ἣν ἐνετείλατο ὑμι̃ν ποιει̃ν τὰ δέκα ῥήματα καὶ ἔγραψεν αὐτὰ ἐπὶ δύο πλάκας λιθίνας
14 καὶ ἐμοὶ ἐνετείλατο κύριος ἐν τω̨̃ καιρω̨̃ ἐκείνω̨ διδάξαι ὑμα̃ς δικαιώματα καὶ κρίσεις ποιει̃ν αὐτὰ ὑμα̃ς ἐπὶ τη̃ς γη̃ς εἰς ἣν ὑμει̃ς εἰσπορεύεσθε ἐκει̃ κληρονομει̃ν αὐτήν
15 καὶ φυλάξεσθε σφόδρα τὰς ψυχὰς ὑμω̃ν ὅτι οὐκ εἴδετε ὁμοίωμα ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ἡ̨̃ ἐλάλησεν κύριος πρὸς ὑμα̃ς ἐν Χωρηβ ἐν τω̨̃ ὄρει ἐκ μέσου του̃ πυρός
16 μὴ ἀνομήσητε καὶ ποιήσητε ὑμι̃ν ἑαυτοι̃ς γλυπτὸν ὁμοίωμα πα̃σαν εἰκόνα ὁμοίωμα ἀρσενικου̃ ἢ θηλυκου̃
17 ὁμοίωμα παντὸς κτήνους τω̃ν ὄντων ἐπὶ τη̃ς γη̃ς ὁμοίωμα παντὸς ὀρνέου πτερωτου̃ ὃ πέταται ὑπὸ τὸν οὐρανόν
18 ὁμοίωμα παντὸς ἑρπετου̃ ὃ ἕρπει ἐπὶ τη̃ς γη̃ς ὁμοίωμα παντὸς ἰχθύος ὅσα ἐστὶν ἐν τοι̃ς ὕδασιν ὑποκάτω τη̃ς γη̃ς
19 καὶ μὴ ἀναβλέψας εἰς τὸν οὐρανὸν καὶ ἰδὼν τὸν ἥλιον καὶ τὴν σελήνην καὶ τοὺς ἀστέρας καὶ πάντα τὸν κόσμον του̃ οὐρανου̃ πλανηθεὶς προσκυνήση̨ς αὐτοι̃ς καὶ λατρεύση̨ς αὐτοι̃ς ἃ ἀπένειμεν κύριος ὁ θεός σου αὐτὰ πα̃σιν τοι̃ς ἔθνεσιν τοι̃ς ὑποκάτω του̃ οὐρανου̃
20 ὑμα̃ς δὲ ἔλαβεν ὁ θεὸς καὶ ἐξήγαγεν ὑμα̃ς ἐκ τη̃ς καμίνου τη̃ς σιδηρα̃ς ἐξ Αἰγύπτου εἰ̃ναι αὐτω̨̃ λαὸν ἔγκληρον ὡς ἐν τη̨̃ ἡμέρα̨ ταύτη̨
21 καὶ κύριος ἐθυμώθη μοι περὶ τω̃ν λεγομένων ὑφ' ὑμω̃ν καὶ ὤμοσεν ἵνα μὴ διαβω̃ τὸν Ιορδάνην του̃τον καὶ ἵνα μὴ εἰσέλθω εἰς τὴν γη̃ν ἣν κύριος ὁ θεὸς δίδωσίν σοι ἐν κλήρω̨
22 ἐγὼ γὰρ ἀποθνή̨σκω ἐν τη̨̃ γη̨̃ ταύτη̨ καὶ οὐ διαβαίνω τὸν Ιορδάνην του̃τον ὑμει̃ς δὲ διαβαίνετε καὶ κληρονομήσετε τὴν γη̃ν τὴν ἀγαθὴν ταύτην
23 προσέχετε ὑμει̃ς μὴ ἐπιλάθησθε τὴν διαθήκην κυρίου του̃ θεου̃ ὑμω̃ν ἣν διέθετο πρὸς ὑμα̃ς καὶ ποιήσητε ὑμι̃ν ἑαυτοι̃ς γλυπτὸν ὁμοίωμα πάντων ὡ̃ν συνέταξεν κύριος ὁ θεός σου
24 ὅτι κύριος ὁ θεός σου πυ̃ρ καταναλίσκον ἐστίν θεὸς ζηλωτής
25 ἐὰν δὲ γεννήση̨ς υἱοὺς καὶ υἱοὺς τω̃ν υἱω̃ν σου καὶ χρονίσητε ἐπὶ τη̃ς γη̃ς καὶ ἀνομήσητε καὶ ποιήσητε γλυπτὸν ὁμοίωμα παντὸς καὶ ποιήσητε τὰ πονηρὰ ἐναντίον κυρίου του̃ θεου̃ ὑμω̃ν παροργίσαι αὐτόν
26 διαμαρτύρομαι ὑμι̃ν σήμερον τόν τε οὐρανὸν καὶ τὴν γη̃ν ὅτι ἀπωλεία̨ ἀπολει̃σθε ἀπὸ τη̃ς γη̃ς εἰς ἣν ὑμει̃ς διαβαίνετε τὸν Ιορδάνην ἐκει̃ κληρονομη̃σαι αὐτήν οὐχὶ πολυχρονιει̃τε ἡμέρας ἐπ' αὐτη̃ς ἀλλ' ἢ ἐκτριβη̨̃ ἐκτριβήσεσθε
27 καὶ διασπερει̃ κύριος ὑμα̃ς ἐν πα̃σιν τοι̃ς ἔθνεσιν καὶ καταλειφθήσεσθε ὀλίγοι ἀριθμω̨̃ ἐν τοι̃ς ἔθνεσιν εἰς οὓς εἰσάξει κύριος ὑμα̃ς ἐκει̃
28 καὶ λατρεύσετε ἐκει̃ θεοι̃ς ἑτέροις ἔργοις χειρω̃ν ἀνθρώπων ξύλοις καὶ λίθοις οἳ οὐκ ὄψονται οὐδὲ μὴ ἀκούσωσιν οὔτε μὴ φάγωσιν οὔτε μὴ ὀσφρανθω̃σιν
29 καὶ ζητήσετε ἐκει̃ κύριον τὸν θεὸν ὑμω̃ν καὶ εὑρήσετε ὅταν ἐκζητήσητε αὐτὸν ἐξ ὅλης τη̃ς καρδίας σου καὶ ἐξ ὅλης τη̃ς ψυχη̃ς σου ἐν τη̨̃ θλίψει σου
30 καὶ εὑρήσουσίν σε πάντες οἱ λόγοι οὑ̃τοι ἐπ' ἐσχάτω̨ τω̃ν ἡμερω̃ν καὶ ἐπιστραφήση̨ πρὸς κύριον τὸν θεόν σου καὶ εἰσακούση̨ τη̃ς φωνη̃ς αὐτου̃
31 ὅτι θεὸς οἰκτίρμων κύριος ὁ θεός σου οὐκ ἐγκαταλείψει σε οὐδὲ μὴ ἐκτρίψει σε οὐκ ἐπιλήσεται τὴν διαθήκην τω̃ν πατέρων σου ἣν ὤμοσεν αὐτοι̃ς
32 ἐπερωτήσατε ἡμέρας προτέρας τὰς γενομένας προτέρας σου ἀπὸ τη̃ς ἡμέρας ἡ̃ς ἔκτισεν ὁ θεὸς ἄνθρωπον ἐπὶ τη̃ς γη̃ς καὶ ἐπὶ τὸ ἄκρον του̃ οὐρανου̃ ἕως ἄκρου του̃ οὐρανου̃ εἰ γέγονεν κατὰ τὸ ῥη̃μα τὸ μέγα του̃το εἰ ἤκουσται τοιου̃το
33 εἰ ἀκήκοεν ἔθνος φωνὴν θεου̃ ζω̃ντος λαλου̃ντος ἐκ μέσου του̃ πυρός ὃν τρόπον ἀκήκοας σὺ καὶ ἔζησας
34 εἰ ἐπείρασεν ὁ θεὸς εἰσελθὼν λαβει̃ν ἑαυτω̨̃ ἔθνος ἐκ μέσου ἔθνους ἐν πειρασμω̨̃ καὶ ἐν σημείοις καὶ ἐν τέρασιν καὶ ἐν πολέμω̨ καὶ ἐν χειρὶ κραταια̨̃ καὶ ἐν βραχίονι ὑψηλω̨̃ καὶ ἐν ὁράμασιν μεγάλοις κατὰ πάντα ὅσα ἐποίησεν κύριος ὁ θεὸς ἡμω̃ν ἐν Αἰγύπτω̨ ἐνώπιόν σου βλέποντος
35 ὥστε εἰδη̃σαί σε ὅτι κύριος ὁ θεός σου οὑ̃τος θεός ἐστιν καὶ οὐκ ἔστιν ἔτι πλὴν αὐτου̃
36 ἐκ του̃ οὐρανου̃ ἀκουστὴ ἐγένετο ἡ φωνὴ αὐτου̃ παιδευ̃σαί σε καὶ ἐπὶ τη̃ς γη̃ς ἔδειξέν σοι τὸ πυ̃ρ αὐτου̃ τὸ μέγα καὶ τὰ ῥήματα αὐτου̃ ἤκουσας ἐκ μέσου του̃ πυρός
37 διὰ τὸ ἀγαπη̃σαι αὐτὸν τοὺς πατέρας σου καὶ ἐξελέξατο τὸ σπέρμα αὐτω̃ν μετ' αὐτοὺς ὑμα̃ς καὶ ἐξήγαγέν σε αὐτὸς ἐν τη̨̃ ἰσχύι αὐτου̃ τη̨̃ μεγάλη̨ ἐξ Αἰγύπτου
38 ἐξολεθρευ̃σαι ἔθνη μεγάλα καὶ ἰσχυρότερά σου πρὸ προσώπου σου εἰσαγαγει̃ν σε δου̃ναί σοι τὴν γη̃ν αὐτω̃ν κληρονομει̃ν καθὼς ἔχεις σήμερον
39 καὶ γνώση̨ σήμερον καὶ ἐπιστραφήση̨ τη̨̃ διανοία̨ ὅτι κύριος ὁ θεός σου οὑ̃τος θεὸς ἐν τω̨̃ οὐρανω̨̃ ἄνω καὶ ἐπὶ τη̃ς γη̃ς κάτω καὶ οὐκ ἔστιν ἔτι πλὴν αὐτου̃
40 καὶ φυλάξη̨ τὰ δικαιώματα αὐτου̃ καὶ τὰς ἐντολὰς αὐτου̃ ὅσας ἐγὼ ἐντέλλομαί σοι σήμερον ἵνα εὐ̃ σοι γένηται καὶ τοι̃ς υἱοι̃ς σου μετὰ σέ ὅπως μακροήμεροι γένησθε ἐπὶ τη̃ς γη̃ς ἡ̃ς κύριος ὁ θεός σου δίδωσίν σοι πάσας τὰς ἡμέρας
41 τότε ἀφώρισεν Μωυση̃ς τρει̃ς πόλεις πέραν του̃ Ιορδάνου ἀπὸ ἀνατολω̃ν ἡλίου
42 φυγει̃ν ἐκει̃ τὸν φονευτήν ὃς ἂν φονεύση̨ τὸν πλησίον οὐκ εἰδὼς καὶ οὑ̃τος οὐ μισω̃ν αὐτὸν πρὸ τη̃ς ἐχθὲς καὶ τρίτης καὶ καταφεύξεται εἰς μίαν τω̃ν πόλεων τούτων καὶ ζήσεται
43 τὴν Βοσορ ἐν τη̨̃ ἐρήμω̨ ἐν τη̨̃ γη̨̃ τη̨̃ πεδινη̨̃ τω̨̃ Ρουβην καὶ τὴν Ραμωθ ἐν Γαλααδ τω̨̃ Γαδδι καὶ τὴν Γαυλων ἐν Βασαν τω̨̃ Μανασση
44 οὑ̃τος ὁ νόμος ὃν παρέθετο Μωυση̃ς ἐνώπιον υἱω̃ν Ισραηλ
45 ταυ̃τα τὰ μαρτύρια καὶ τὰ δικαιώματα καὶ τὰ κρίματα ὅσα ἐλάλησεν Μωυση̃ς τοι̃ς υἱοι̃ς Ισραηλ ἐν τη̨̃ ἐρήμω̨ ἐξελθόντων αὐτω̃ν ἐκ γη̃ς Αἰγύπτου
46 ἐν τω̨̃ πέραν του̃ Ιορδάνου ἐν φάραγγι ἐγγὺς οἴκου Φογωρ ἐν γη̨̃ Σηων βασιλέως τω̃ν Αμορραίων ὃς κατώ̨κει ἐν Εσεβων οὓς ἐπάταξεν Μωυση̃ς καὶ οἱ υἱοὶ Ισραηλ ἐξελθόντων αὐτω̃ν ἐκ γη̃ς Αἰγύπτου
47 καὶ ἐκληρονόμησαν τὴν γη̃ν αὐτου̃ καὶ τὴν γη̃ν Ωγ βασιλέως τη̃ς Βασαν δύο βασιλέων τω̃ν Αμορραίων οἳ ἠ̃σαν πέραν του̃ Ιορδάνου κατ' ἀνατολὰς ἡλίου
48 ἀπὸ Αροηρ ἥ ἐστιν ἐπὶ του̃ χείλους χειμάρρου Αρνων καὶ ἐπὶ του̃ ὄρους του̃ Σηων ὅ ἐστιν Αερμων
49 πα̃σαν τὴν Αραβα πέραν του̃ Ιορδάνου κατ' ἀνατολὰς ἡλίου ὑπὸ Ασηδωθ τὴν λαξευτήν
Для корректного отображения некириллических текстов желательно установить шрифты Lucida Sans Unicode (для текстов на греческом) и Hirmos (для текстов на церковнославянском). Если Ваш браузер поддерживает технологию CSS3, шрифты будут загружены автоматически.
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1:1-5 Хронологическое указание на время проповеди Моисея. "За Иорданом" - с точки зрения человека, живущего в Палестине - на восточном берегу Иордана. Моисей говорит народу в земле Моава.


1:6 Начало первой проповеди Моисея (Втор 1:6). Обзор истории странствования Израиля от Синая до оазиса Кадес, напоминание о Завете и об обязательствах, взятых на себя избранным народом; возвещение плена как наказания за неверность; затем намечаются перспективы обращения, прощения и возвращения. Центральной темой книги является дарование Земли Обетованной. В ней говорится о действии Божественного Провидения и об избранничестве Израиля.


1:7 "Гора" - обширное плоскогорье, часто называемое горой Иудиной или Ефремовой (средняя часть Палестины).


1:17 "Не различайте лиц на суде" - будьте беспристрастны (ср. Втор 16:19; Лев 19:15и т.д.). Судьи должны подражать абсолютной беспристрастности Бога (Втор 10:17; Притч 24:23). Часто пророки напоминают в различных выражениях об этой обязанности (Ис 10:2; Иер 5:28; Иез 22:12; Ам 2:6; Ам 5:7, Ам 5:10; Мих 3:9, Мих 3:11).


1:28 "Сыны Енаковы" или "Енаким", как и Емим, Рефаим, Замзуммим - последние представители населения Палестины и Заиорданья в доисторический период (Втор 2:10-11, Втор 2:20-21; ср. Быт 14:5). Они ассоциировались с легендарными Нефилимами (Числ 13:33; Быт 6:4), и им приписывалось создание мегалитических памятников (ср. Втор 3:11). При Иисусе Навине сыны Енаковы представляли собой аристократию, жившую на горе Хевроне и в приморском районе (Ис Нав 11:21сл.; Ис Нав 14:12-15; Ис Нав 15:13-15; Ис Нав 21:11). Рефаим сохранились в земле Васан (Втор 3:13; Ис Нав 12:4сл.; Ис Нав 13:12); память о них была жива в Иудее, в долине Рефаимов, на ЮЗ от Иерусалима (Ис Нав 15:8; Ис Нав 18:16; 2 Цар 5:18); воины Давида побеждают последних отпрысков Рафы, их родоначальника (2 Цар 21:16-22; ср. 1 Пар 20:4-8), Словом "рефаим" именовались и тени пребывающих в шеоле (ср. Иов 26:5).


2:1 "Сеир", часто упоминаемый параллельно с Едомом (ср. Быт 32:3; Числ 24:18; Суд 5:4), обозначает территорию Исава-Едома (Быт 33:14; Быт 36:8), которая находилась на В от Арабы. Здесь же, как и в Ис Нав 11:17, Ис Нав 12:7, "гора Сеир" локализирована в области Кадеса, близ Хормы. Таково было положение во время написания данного текста: едомиты перешли за Арабу (ср. Числ 20:23). После разрушения иудейского царства они дошли до Хеврона, и вся эта область стала называться Идумеей (ср. 1 Макк 5:3; Мк 3:8).


2:5 Запрещение воевать с идумеянами, потомками Авраама (Быт 36), моавитянами и аммонитянами (стт Втор 2:9 и Втор 2:19), потомками Лота (Быт 19:30 сл.). Господь отдал им во владение, как и израильтянам, землю, ранее принадлежавшую другим народам, имена которых указаны в стт Втор 2:10-12 и Втор 2:20.


2:12 "Хорреи" - их нельзя отождествлять с Хурритами, пришедшими в небольшом числе в Палестину приблизительно в 1500 г. до Р.Х. и быстро ассимилировавшимися. Некоторые собственные имена указывают на их присутствие на 3 от Иордана, но не в Заиорданьи. Слово "хоррей", очевидно, происходит от Хуру, одного из египетских названий Палестины в эпоху поселения израильтян в Палестине и является псевдоэтническим названием области Едом-Сеир (ср. Быт 36:20).


2:34 См прим к кн. Лев 27:28 и Ис Нав 6:16 о заклятии.


3:5 "Городов неукрепленных" (букв - городов периозитов), т.е. деревенских жителей.


3:11 "Одр железный" - по евр "одр" или "ложе" может обозначать как кровать, так и гробницу. Здесь, вероятно, речь идет о саркофаге из железистого черного базальта - очень больших размеров.


4:3 Напоминание об участии израильтян в языческих празднествах. "Ваал-Фегор" - моавитское божество, почитавшееся в г. Фегоре (Ваал означает "владыка", "господин")


4:7 В то время, как в других местах Пятикнижия подчеркивается расстояние, отделяющее Бога от человека (ср. Исх 33:20), внимание автора Втор привлекает прежде всего снисхождение Бога, приблизившегося к Своем народу в такой мере, что Он обитает среди него (Втор 12:5). Жизнь в присутствии Бога, союзе с Ним связана с непреложными обязательствами : быть верным Закону (ст. Втор 12:9) и поклоняться только истинному Богу (ст. Втор 12:15). То же благоговение перед Богом, пребывающим среди Своего народа, проявляется в рассказе об освящении храма (3 Цар 8:10-29; ср. Иез 48:35). Наивысшим выражением этой тайны любви и единения Бога с людьми стало воплощение Сына Божия (Ин 1:14).


4:14 Автор различает "Десять Заповедей", Самим Богом начертанных на скрижалях Закона (Исх 34:28), и "постановления и законы", утвержденные Моисеем.


4:15-19 Запрет изображать Божество. Запрещение прочих изображений связано с тем, что они легко могут стать идолами. "Воинство небесное" - светила, которые были объектом поклонения многих народов. В 8-7 вв. этот культ широко распространился в Израиле (4 Цар 17:16; Соф 1:5).


4:24 "Бог ревнитель" - ревность Божия есть избыток Его любви (ср. Втор 5:9; Втор 6:15; Втор 32:16, Втор 32:21и т.д.; Исх 20:5; Исх 34:14; Числ 25:11; Иез 8:3-5; Иез 39:25; Зах 1:14; 2 Кор 11:2. "Огнь поядающий" ср. Исх 13:22; Исх 24:17и т.д.).


4:25-28 Если Израиль окажется недостойным Обетованной Земли, он будет изгнан из ее пределов; сохранится лишь "остаток", о котором возвестят пророки, но и ему предстоит пройти через испытание.


4:29-31 Слово Божие неотменимо, поэтому для раскаявшихся останется путь спасения. "В последствии времени" - у пророков это выражение относится к окончательному установлению Царствия Божия - эпохе НЗ.


4:32-40 Исключительность судьбы народа Божия, получившего откровение.


4:44 Начало второй части книги: за кратким указанием времени и места следует, как и в первой части, исторический пролог (Втор 4:44-49), восходящий к теофании на Хориве и Десятисловию и предваряющий наставления Моисея (Втор 5:1-11:32). Они служат введением к великому своду Второзакония (Втор 12:1-26:15), который продолжается затем в гл. Втор 26:16-28:68.


Являясь последней частью Пятикнижия, Второзаконие в то же время открывает собой новый цикл библ. книг, который принято называть на Западе «Девтерономической (Второзаконнической) историей». В нем составитель собрал в назидательных целях сказания об истории народа Божия. Сюда входят кн. Иисуса Навина, Судей и Царств, находящиеся — согласно распространенной на Западе теории — под сильным влиянием Второзакония. Второзаконнической же «редакцией» западные библеисты называют послепленную редакцию этих книг, являющуюся окончательной.

В отличие от других законоположительных частей ВЗ Второзаконие характеризуется ярким проповедническим стилем. Основой его явилось завещание Моисея. Испытывая тревогу при мысли о соблазнах, ожидавших израильтян в Ханаане, пророк стремился запечатлеть в их сердцах сущность своего учения. Впоследствии эти заповеди и проповеди повторялись левитами северо-израильских городов во время праздника возобновления Завета.

По-видимому, существовало три варианта данной книги (Втор 1:4-40; Втор 4:26-41 и Втор 28; Втор 29-30); каждый вариант состоял из исторического пролога, заповедей, благословений и проклятий. Как полагают библеисты, один из этих вариантов (или три слитых воедино) был спрятан в Иерусалимском храме и обнаружен при царе Иосии (4 Цар 22). В пользу этого предположения говорит тот факт, что в книге, найденной при Иосии, имелась заповедь совершать богослужение только в одном месте, избранном Богом. А такая заповедь встречается лишь во Второзаконии (Втор 12:5). Первоначально, очевидно, речь шла о Сихеме (именно там совершался обряд возобновления Завета — Втор 27:4). После разрушения Северного израильского царства (722 г. до Р.Х.) этим центром стали считать Иерусалим. Культовый моноцентризм — одна из главных идей исторических книг.

Второзаконие содержит главные библейские заповеди — о любви к Богу и ближнему. В ответах искусителю Христос приводит слова из этой книги (Мф 4:4-10). С другой стороны, на Второзаконии лежит печать напряженной борьбы с язычеством, происходившей на протяжении всего того времени, когда книга составлялась. Это придает ей местами резкий и суровый тон. Второзаконие — книга веры, которая отстаивает свое существование перед лицом врагов. Она проникнута высоким религиозно-этическим пафосом. Социальное законодательство Втор направлено против деспотизма царской власти и угнетения неимущих.

Названия, разделения и содержание

Пять первых книг Библии составляют одно целое, которое по-еврейски называется Тора, т.е. Закон. Первое достоверное свидетельство об употреблении слова Закон (греч. «νομος») в этом смысле мы встречаем в предисловии кн. Премудрости Иисуса, сына Сирахова. В начале христианской эры название «Закон» уже было общепринятым, как мы это видим в НЗ (Лк 10:26; ср. Лк 24:44). Иудеи, говорившие по-еврейски, называли первую часть Библии также «Пять пятых Закона», чему соответствовало в эллинизированных еврейских кругах η πεντατευχος (подраз. «βιβλος» ., т.е. Пятитомник). Это разделение на пять книг засвидетельствовано еще до нашей эры греческим переводом Библии семьюдесятью толковниками (LXX). В этом, принятом Церковью, переводе каждой из пяти книг было дано название, согласно ее содержанию или содержанию ее первых глав:

Кн. Бытия (собств. — книга о происхождении мира, рода человеческого и избранного народа); Исход (начинается с рассказа об уходе евреев из Египта); Левит (закон для священников из колена Левиина); Числа (книга начинается с описания переписи народа: гл. Числ 1-4); Второзаконие («второй закон», воспроизводящий в более пространном изложении Закон, данный на Синае). Иудеи же до сих пор называют каждую книгу евр. Библии по ее первому значимому слову.

Кн. Бытия разделяется на две неравные части: описание происхождения мира и человека (Быт 1-11) и история праотцев народа Божия (Быт 12-50). Первая часть — как бы пропилеи, вводящие в историю, о которой повествует вся Библия. В ней описывается сотворение мира и человека, грехопадение и его последствия, постепенное развращение людей и постигшее их наказание. Происшедший затем от Ноя род расселяется по земле. Генеалогические же таблицы все суживаются и, наконец, ограничиваются родом Авраама, отца избранного народа. История праотцев (Быт 12-50) описывает события из жизни великих предков: Авраама, человека веры, послушание которого вознаграждается: Бог обещает ему многочисленных потомков и Святую Землю, которая станет их наследием (Быт 12 1—25:8); Иакова, отличающегося хитростью: выдав себя за старшего брата, Исава, он получает благословение своего отца Исаака и затем превосходит изворотливостью своего дядю Лавана; однако его ловкость оказалась бы напрасной, если бы Бог не предпочел его Исаву и не возобновил в его пользу обетования, данные Аврааму, и заключенный с ним союз (Быт 25:19-36:43). Бог избирает людей не только высокого нравственного уровня, ибо он может исцелить всякого человека, открывающегося Ему, как бы он ни был греховен. По сравнению с Авраамом и Иаковом Исаак выглядит довольно бледно. О его жизни говорится главным образом в связи с его отцом или сыном. Двенадцать сыновей Иакова — родоначальники двенадцати колен Израилевых. Одному из них посвящена последняя часть кн. Бытия: гл. Быт 37-50 — биография Иосифа. В них описывается, как добродетель мудрого вознаграждается и Божественное Провидение обращает зло в добро (Быт 50:20).

Две главные темы Исхода: освобождение из Египта (Исх 1:1-15:21) и Синайский Союз-Завет (Исх 19:1-40:38) связаны с менее значимой темой — странствия по пустыне (Исх 15:22-18:27). Моисей, получивший откровение неизреченного имени Ягве на горе Божией Хориве, приводит туда израильтян, освобожденных от рабства. В величественной теофании Бог вступает в союз с народом и дает ему Свои Заповеди. Как только союз был заключен, народ его нарушил, поклонившись золотому тельцу, но Бог прощает виновных и возобновляет союз. Ряд предписаний регулирует богослужение в пустыне.

Кн. Левит носит почти исключительно законодательный характер, так что повествование о событиях, можно сказать, прерывается. Она содержит ритуал жертвоприношений (Лев 1-7): церемониал поставления в священники Аарона и его сыновей (Лев 8-10); предписания о чистом и нечистом (Лев 11-15), завершающиеся описанием ритуала Дня Очищения (Лев 16); «Закон святости» (Лев 17-26), содержащий богослужебный календарь и заканчивающийся благословениями и проклятиями (Лев 26). В гл. Лев 27 уточняются условия выкупа людей, животных и имущества, посвященных Ягве.

В кн. Числа вновь говорится о странствии в пустыне. Уходу от Синая предшествуют перепись народа (Числ 1-4) и богатые приношения по случаю освящения скинии (Числ 7). Отпраздновав второй раз Пасху, евреи покидают святую гору (Числ 9-10) и доходят до Кадеса, где предпринимают неудачную попытку проникнуть в Ханаан с юга (Числ 11-14). После долгого пребывания в Кадесе они отправляются в Моавские равнины, прилегавшие к Иерихону (Числ 20-25). Мадианитяне разбиты, и колена Гада и Рувима поселяются в Заиорданьи (Числ 31-32). В гл. Числ 33 перечисляются остановки в пустыне. Повествования чередуются с предписаниями, дополняющими синайское законодательство или подготовляющими поселение в Ханаане.

Второзаконие отличается особой структурой: это кодекс гражданских и религиозных узаконений (Втор 12:26-15:1), включенный в большую речь Моисея (Втор 5-11; Втор 26:16-28:68), которую предваряет его первая речь (Втор 1-4); за ней следует третья речь (Втор 29-30); наконец говорится о возложении миссии на Иисуса Новина, приводятся песнь и благословения Моисея, даются краткие сведения о конце его жизни (Втор 31-34).

Второзаконнический кодекс отчасти воспроизводит заповеди, данные в пустыне. Моисей напоминает в своих речах о великих событиях Исхода, об откровении на Синае и начале завоевания Земли Обетованной. В них раскрывается религиозный смысл событий, подчеркивается значение Закона, содержится призыв к верности Богу.

Литературная композиция

Составление этого обширного сборника приписывалось Моисею, что засвидетельствовано в НЗ (Ин 1:45; Ин 5:45-47; Рим 10:5). Но в более древних источниках нет утверждения, что все Пятикнижие написано Моисеем. Когда в нем, хотя очень редко, говорится: «Моисей написал» — эти слова относятся лишь к определенному месту. Исследователи Библии обнаружили в этих книгах различие в стиле, повторения и некоторую непоследовательность повествований, что не дает возможности считать их произведением, целиком принадлежащим одному автору. После долгих исканий библеисты, главным образом под влиянием К.Г. Графа и Ю. Велльгаузена, склонились в основном к т.н. документарной теории, которую схематически можно формулировать так: Пятикнижие представляет компиляцию из четырех документов, возникших в различное время и в различной среде. Первоначально было два повествования: в первом автор, т. н. Ягвист, условно обозначаемый буквой «J», употребляет в рассказе о сотворении мира имя Ягве, которое Бог открыл Моисею; другой автор, т. н. Элогист (Е), называет Бога распространенным в то время именем Элогим. Согласно этой теории повествование Ягвиста было записано в 11 веке в Иудее, Элогист же писал немного позже в Израиле. После разрушения Северного царства оба документа были сведены воедино (JE). После царствования Иосии (640-609) к ним было прибавлено Второзаконие «D», а после Плена ко всему этому (JED) был присоединен священнический кодекс (Р), содержащий главным образом законы и несколько повествований. Этот кодекс составил своего рода костяк и образовал рамки этой компиляции (JEDP). Такой литературно-критический подход связан с эволюционной концепцией развития религиозных представлений в Израиле.

Уже в 1906 г Папская Библейская Комиссия предостерегла экзегетов от переоценки этой т. н. документарной теории и предложила им считать подлинным авторство Моисея, если иметь в виду Пятикнижие в целом, и в то же время признавать возможность существования, с одной стороны устных преданий и письменных документов, возникших до Моисея, а с другой — изменений и добавлений в более позднюю эпоху. В письме от 16 января 1948 г, обращенном к кардиналу Сюару, архиепископу Парижскому, Комиссия признала существование источников и постепенных приращений к законам Моисея и историческим рассказам, обусловленных социальными и религиозными установлениями позднейших времен.

Время подтвердило правильность этих взглядов библейской Комиссии, ибо в наше время классическая документарная теория все больше ставится под сомнение. С одной стороны, попытки систематизировать ее не дали желаемых результатов. С другой стороны, опыт показал, что сосредоточение интереса на чисто литературной проблеме датировки окончательной редакции текста имеет гораздо меньшее значение, чем подход исторический, при котором на первое место выдвигается вопрос об источниках устных и письменных, лежащих в основе изучаемых «документов». Представление о них стало теперь менее книжным, более близким к конкретной действительности. Выяснилось, что они возникли в далеком прошлом. Новые данные археологии и изучение истории древних цивилизаций Средиземноморья показали, что многие законы и установления, о которых говорится в Пятикнижии, сходны с законами и установлениями эпох более давних, чем те, к которым относили составление Пятикнижия, и что многие его повествования отражают быт более древней среды.

Не будучи 8 состоянии проследить, как формировалось Пятикнижие и как в нем слилось несколько традиций, мы, однако, вправе утверждать, что несмотря на разнохарактерность текстов явистского и элогистского, в них по существу идет речь об одном и том же. Обе традиции имеют общее происхождение. Кроме того, эти традиции соответствуют условиям не той эпохи, когда они были окончательно письменно зафиксированы, а эпохи, когда произошли описываемые события. Их происхождение восходит, следовательно, к эпохе образования народа Израильского. То же в известной мере можно сказать о законодательных частях Пятикнижия: пред нами гражданское и религиозное право Израиля; оно эволюционировало вместе с общиной, жизнь которой регулировало, но по своему происхождению оно восходит ко времени возникновения этого народа. Итак, первооснова Пятикнижия, главные элементы традиций, слившихся с ним, и ядро его узаконений относятся к периоду становления Израильского народа. Над этим периодом доминирует образ Моисея, как организатора, религиозного вождя и первого законодателя. Традиции, завершающиеся им, и воспоминания о событиях, происходивших под его руководством, стали национальной эпопеей. Учение Моисея наложило неизгладимый отпечаток на веру и жизнь народа. Закон Моисеев стал нормой его поведения. Толкования Закона, вызванные ходом исторического развития, были проникнуты его духом и опирались на его авторитет. Засвидетельствованный в Библии факт письменной деятельности самого Моисея и его окружения не вызывает сомнений, но вопрос содержания имеет большее значение, чем вопрос письменного фиксирования текста, и поэтому так важно признать, что традиции, лежащие в основе Пятикнижия, восходят к Моисею как первоисточнику.

Повествования и история

От этих преданий, являвшихся живым наследием народа, вдохнувших в него сознание единства и поддерживавших его веру, невозможно требовать той строго научной точности, к которой стремится современный ученый; однако нельзя утверждать, что эти письменные памятники не содержат истины.

Одиннадцать первых глав Бытия требуют особого рассмотрения. В них описано в стиле народного сказания происхождение рода человеческого. Они излагают просто и картинно, в соответствии с умственным уровнем древнего малокультурного народа, главные истины, лежащие в основе домостроительства спасения: создание Богом мира на заре времен, последовавшее за ним сотворение человека, единство рода человеческого, грех прародителей и последовавшие изгнание и испытания. Эти истины, будучи предметом веры, подтверждены авторитетом Св. Писания; в то же время они являются фактами, и как истины достоверные подразумевают реальность этих фактов. В этом смысле первые главы Бытия носят исторический характер. История праотцев есть история семейная. В ней собраны воспоминания о предках: Аврааме, Исааке, Иакове, Иосифе. Она является также популярной историей. Рассказчики останавливаются на подробностях личной жизни, на живописных эпизодах, не заботясь о том, чтобы связать их с общей историей. Наконец, это история религиозная. Все ее переломные моменты отмечены личным участием Бога, и все в ней представлено в провиденциальном плане. Более того, факты приводятся, объясняются и группируются с целью доказать религиозный тезис: существует один Бог, образовавший один народ и давший ему одну страну. Этот Бог — Ягве, этот народ — Израиль, эта страна — святая Земля. Но в то же время эти рассказы историчны и в том смысле, что они по-своему повествуют о реальных фактах и дают правильную картину происхождения и переселения предков Израильских, их географических и этнических корней, их поведения в плане нравственном и религиозном. Скептическое отношение к этим рассказам оказалось несостоятельным перед лицом недавних открытий в области истории и археологии древнего Востока.

Опустив довольно длинный период истории, Исход и Числа, а в определенной мере и Второзаконие, излагают события от рождения до смерти Моисея: исход из Египта, остановка у Синая, путь к Кадесу (о долгом пребывании там хранится молчание), переход через Заиорданье и временное поселение на равнинах Моава. Если отрицать историческую реальность этих фактов и личности Моисея, невозможно объяснить дальнейшую историю Израиля, его верность ягвизму, его привязанность к Закону. Надо, однако, признать, что значение этих воспоминаний для жизни народа и отзвук, который они находят в обрядах, сообщили этим рассказам характер победных песен (напр, о переходе через Чермное море), а иногда и богослужебных песнопений. Именно в эту эпоху Израиль становится народом и выступает на арену мировой истории. И хотя ни в одном древнем документе не содержится еще упоминания о нем (за исключением неясного указания на стеле фараона Мернептаха), сказанное о нем в Библии согласуется в главных чертах с тем, что тексты и археология говорят о вторжении в Египет гиксосов, которые в большинстве своем были семитического происхождения, о египетской администрации в дельте Нила, о политическом положении Заиорданья.

Задача современного историка состоит в том, чтобы сопоставить эти данные Библии с соответствующими событиями всемирной истории. Несмотря на недостаточность библейских указаний и недостаточную определенность внебиблейской хронологии, есть основания предполагать, что Авраам жил в Ханаане приблизительно за 1850 лет до Р.Х., что история возвышения Иосифа в Египте и приезда к нему других сыновей Иакова относится к началу 17 в. до Р.Х. Дату Исхода можно определить довольно точно по решающему указанию, данному в древнем тексте Исх 1:11: народ сынов Израилевых «построил фараону Пифом и Рамзес, города для запасов». Следовательно, Исход произошел при Рамзесе II, основавшем, как известно, город Рамзес. Грандиозные строительные работы начались в первые же годы его царствования. Поэтому весьма вероятно, что уход евреев из Египта под водительством Моисея имел место около середины царствования Рамзеса (1290-1224), т.е. примерно около 1250 г до Р.Х.

Учитывая библейское предание о том, что время странствования евреев в пустыне соответствовало периоду жизни одного поколения, водворение в Заиорданьи можно отнести к 1225 г до Р.Х. Эти даты согласуются с историческими данными о пребывании фараонов XIX династии в дельте Нила, об ослаблении египетского контроля над Сирией и Палестиной в конце царствования Рамзеса II, о смутах, охвативших весь Ближний Восток в конце 13 в. до Р.Х. Согласуются они и с археологическими данными, свидетельствующими о начале Железного Века в период вторжения Израильтян в Ханаан.

Законодательство

В евр Библии Пятикнижие называется «Тора», т.е. Закон; и действительно здесь собраны предписания, регулировавшие нравственную, социальную и религиозную жизнь народа Божия. В этом законодательстве нас больше всего поражает его религиозный характер. Он свойственен и некоторым другим кодексам древнего Востока, но ни в одном из них нет такого взаимопроникновения религиозного и светского элементов. В Израиле Закон дан Самим Богом, он регулирует обязанности по отношению к Нему, его предписания мотивируются религиозными принципами. Это кажется вполне нормальным, когда речь идет о нравственных предписаниях Десятисловия (Синайских Заповедях) или о культовых законах кн. Левит, но гораздо более знаменательно, что в том же своде гражданские и уголовные законы переплетаются с религиозными наставлениями и что все представлено как Хартия Союза-Завета с Ягве. Из этого естественно следует, что изложение этих законов связано с повествованием о событиях в пустыне, где был заключен этот Союз.

Как известно, законы пишутся для практического применения и их необходимо с течением времени видоизменять, считаясь с особенностями окружающей среды и исторической ситуации. Этим объясняется, что в совокупности рассматриваемых документов можно встретить как древние элементы, так и постановления, свидетельствующие о возникновении новых проблем. С другой стороны, Израиль в известной мере испытывал влияние своих соседей. Некоторые предписания Книги Завета и Второзакония удивительно напоминают предписания Месопотамских кодексов, Свода Ассирийских Законов и Хеттского кодекса. Речь идет не о прямом заимствовании, а о сходстве, объясняющемся влиянием законодательства других стран и обычного права, отчасти ставшего в древности общим достоянием всего Ближнего Востока. Кроме того, в период после Исхода на формулировке законов и на формах культа сильно сказывалось ханаанское влияние.

Десятисловие (10 заповедей), начертанное на Синайских скрижалях, устанавливает основу нравственной и религиозной веры Союза-Завета. Оно приведено в двух (Исх 20:2-17 и Втор 5:6-21), несколько различающихся вариантах: эти два текста восходят к древнейшей, более краткой, форме и нет никаких серьезных данных, опровергающих ее происхождение от Моисея.

Элогистский кодекс Союза-Завета (Исх 20:22-23:19) представляет собой право пастушеско-земледельческого общества, соответствующее реальному положению Израиля, образовавшегося как народ и начавшего вести оседлый образ жизни. От более древних месопотамских кодексов, с которыми у него есть точки соприкосновения, он отличается большой простотой и архаическими чертами. Однако он сохранился в форме, свидетельствующей о некоторой эволюции: особое внимание, которое уделяется в нем рабочему скоту, работам в поле и на виноградниках, равно как и домам, позволяет думать, что он относится к периоду оседлой жизни. С другой стороны, различие в формулировке постановлений — то повелительных, то условных — указывает на разнородность состава свода. В своем настоящем виде он, вероятно, восходит к периоду Судей.

Ягвистский кодекс возобновления Завета (Исх 34:14-26) иногда называется, хотя и неправильно, вторым Десятисловием или обрядовым Декалогом. Он представляет собой собрание религиозных предписаний в повелительной форме и принадлежит к тому же времени, что и книга Завета, но под влиянием Второзакония он был переработан. Хотя кн. Левит получила свою законченную форму только после плена, она содержит и очень древние элементы. Так, например, запреты, касающиеся пищи (Лев 11), или предписания о чистоте (Лев 13-15) сохраняют завещанное первобытной эпохой. В ритуале великого Дня Очищения (Лев 16) тексты древних обрядовых предписаний дополняются более подробными указаниями, свидетельствующими о наличии разработанного представления о грехе. Гл. Лев 17-26 составляют целое, получившее название Закона Святости и относящееся, очевидно, к последнему периоду монархии. К той же эпохе надо отнести кодекс Второзакония, в котором собрано много древних элементов, но также отражается эволюция социальных и религиозных обычаев (напр, законы о единстве святилища, жертвеннике, десятине, рабах) и изменение духа времени (призывы к сердцу и свойственный многим предписаниям увещательный тон).

Религиозный смысл

Религия как Ветхого, так и Нового Завета есть религия историческая: она основывается на откровении Бога определенным людям, в определенных местах, при определенных обстоятельствах и на особом действии Бога в определенные моменты человеческой эволюции. Пятикнижие, излагающее историю первоначальных отношений Бога с миром, является фундаментом религии Израиля, ее канонической книгой по преимуществу, ее Законом.

Израильтянин находит в ней объяснение своей судьбы. Он не только получил в начале книги Бытия ответ на вопросы, которые ставит себе каждый человек — о мире и жизни, о страдании и смерти, — но получил ответ и на свой личный вопрос: почему Ягве, Единый Бог есть Бог Израилев? Почему Израиль — Его народ среди всех народов земли?

Это объясняется тем, что Израиль получил обетование. Пятикнижие — книга обетовании: Адаму и Еве после грехопадения возвещается спасение в будущем, т. н. Протоевангелие; Ною, после потопа, обещается новый порядок в мире. Еще более характерно обетование, данное Аврааму и возобновленное Исааку и Иакову; оно распространяется на весь народ, который произойдет от них. Это обетование прямо относится к обладанию землей, где жили праотцы, Землей Обетованной, но по сути дела в нем содержится большее: оно означает, что особые, исключительные отношения существуют между Израилем и Богом его отцов.

Ягве призвал Авраама, и в этом призыве прообразовано избрание Израиля. Сам Ягве сделал из него один народ. Свой народ по благоизволению Своему, по замыслу любви, предначертанному при сотворении мира и осуществляющемуся, несмотря на неверность людей. Это обетование и это избрание гарантированы Союзом. Пятикнижие есть также книга союзов. Первый, правда еще прямо не высказанный, был заключен с Адамом; союз с Ноем, с Авраамом и, в конечном итоге, со всем народом через посредство Моисея, получил уже ясное выражение. Это не союз между равными, ибо Бог в нем не нуждается, хотя почин принадлежит Ему. Однако Он вступает в союз и в известном смысле связывает Себя данными Им обетованиями. Но Он требует взамен, чтобы Его народ был Ему верен: отказ Израиля, его грех может нарушить связь, созданную любовью Бога. Условия этой верности определяются Самим Богом. Избранному Им народу Бог дает Свой Закон. Этот Закон устанавливает, каковы его обязанности, как он должен себя вести согласно воле Божией и, сохраняя Союз-Завет, подготовлять осуществление обетовании.

Темы обетования, избрания, союза и закона красной нитью проходят через всю ткань Пятикнижия, через весь ВЗ. Пятикнижие само по себе не составляет законченного целого: оно говорит об обетовании, но не об осуществлении его, ибо повествование прерывается перед вступлением Израиля в Землю Обетованную. Оно должно оставаться открытым будущему и как надежда и как сдерживающий принцип: надежда на обетование, которую завоевание Ханаана как будто исполнило (Ис Нав 23), но грехи надолго скомпрометировали, и о которой вспоминают изгнанники в Вавилоне; сдерживающий принцип Закона всегда требовательного, пребывавшего в Израиле как свидетель против него (Втор 31:26). Так продолжалось до пришествия Христа, к Которому тяготела вся история спасения; в Нем она обрела весь свой смысл. Ап. Павел раскрывает ее значение, главным образом в послании к Галатам (Гал 3:15-29). Христос заключает новый Союз-Завет, прообразованный древними договорами, и вводит в него христиан, наследников Авраама по вере. Закон же был дан, чтобы хранить обетования, являясь детоводителем ко Христу, в Котором эти обетования исполняются.

Христианин уже не находится под руководством детоводителя, он освобожден от соблюдения обрядового Закона Моисея, но не освобожден от необходимости следовать его нравственному и религиозному учению. Ведь Христос пришел не нарушить Закон, а исполнить (Мф 5:17). Новый Завет не противополагается Ветхому, а продолжает его. В великих событиях эпохи патриархов и Моисея, в праздниках и обрядах пустыни (жертвоприношение Исаака, переход через Чермное море, празднование Пасхи и т.д.), Церковь не только признала прообразы НЗ (жертвоприношения Христа, крещения и христианский Пасхи), но требует от христианина того же глубокого к ним подхода, который наставления и рассказы Пятикнижия предписывали Израильтянам. Ему следует осознать, как развивается история Израиля (а в нем и через него всего человечества), когда человек предоставляет Богу руководить историческими событиями. Более того: в своем пути к Богу всякая душа проходит те же этапы отрешенности, испытания, очищения, через которые проходил избранный народ, и находит назидание в поучениях, данных ему.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1:1-2 Имеется в виду южная часть Восточного Заиордания и прилегающая к нему пустыня. Евр. Dej-zagab (рус.: Дизагав) передано у LXX нарицательным: « καταχρύσεα » (славянский: «златыми рудами»).


1:3-4  Сороковой год — по выходе евреев из Египта.


1:5  Изъяснять закон. Второзаконие не есть кодификация каких-либо новых в отношении к изложенным в книгах Исход, Левит, Числ законам постановлений: оно представляет собою нравственно-назидательное воспроизведение, в большинстве случаев, тех же законов, что записаны и в означенных книгах. «По истечении сорока лет, — замечает блаж. Феодорит, — когда по божественному определению изгибли осужденные (умереть в пустыне), Бог повелевает исчислить детей их, достигших того же возраста, в каком были отцы во время первого исчисления. Этих-то детей, вводя в обетованную землю, Бог, через пророка, учит тому закону, который дан был беззаконным отцам их» (Толк. на кн. Втор, вопр. 1).


1:6-8 Вспоминается то время, когда, после объявления закона и устройства скинии, Господь повелевает народу идти к южным границам обещанной ему земли ( Чис 10:12 ).


1:9-18 Моисей говорит о назначении подчиненных ему начальников из народа, по совету Иофора ( Исх 18:13-26 ). По расчислению раввинов, на 600 000 человек, вышедших из Египта ( Исх 12:37 ), начальствующих лиц было назначено: 60 000 десятников, 12 000 пятидесятников, 6000 сотников, 600 тысяченачальников, — всего 78 600 человек. В комментируемом месте не имеются в виду те 70 старейшин, которые избраны были разделять с Моисеем бремя высшего народного правления и которые, как ближайшее помощники пророка, озарены были духом пророчества ( Чис 11:11-17,24-29 ).


1:19-40 Ср. Чис 13; 14:1-39; 20:12 .


1:41-45 Ср. Чис 14:40-45 .


2:1-3 В кратких словах обнимается все 38-летнее странствование народа по пустыням.


2:4-23 Ср. Чис 20:14-22; 21:4,9-20 .


2:4-5  Остерегайтесь начинать войну с родственными вам народами Едома, Моавии, Аммона. Если бы евреи исполнили этот совет, то положение их в Ханаане было бы очень прочным. Защищенные с севера Ливаном и Антиливаном, с весьма легко защищаемым Емафским проходом, с юга — скалистой цепью гор с нелегко проходимыми ущельями, с востока — пустыней и Мертвым морем, с запада — Средиземным морем, они имели бы в то же время три крепких передовых поста: едомитян на юго-востоке Ханаана, моавитян — на восток от Мертвого моря и аммонитян — на восток от устьев Иордана.


2:8  И шли мы мимо братьев наших, сынов Исавовых, живущих на Сеире, путем равнины от Елафа и Ецион Тавера. Срав. 4 ст. 21 гл. кн. Чис : «от горы Ор отправились они путем Чермного моря». Т. е. путь евреев пролегал по той равнине, которая идет от северной оконечности залива [Красного моря] Акаба (Елаф, Ецион-Гавер) к северо-востоку, параллельно восточным склонам Идумейских гор, и по которой по настоящее время совершают свое путешествие караваны, идущие из Мекки в Дамаск.


2:10-23 В 10-12 и 20-23, представляющих этнографическую вставку в рассказ, еврейскому народу сообщаются интересные указания относительно истории тех стран, мимо которых он проходит. Кук и другие ученые относят рефаимов, емимов, замзузимов и прочих первообитателей Ханаана к семитической расе. Кафтор отождествляется с о. Критом, кафторимы — с его выходцами филистимлянами (Пелешет), поселившимися в юго-западном углу Ханаана и сообщившими свое имя (Палестина) всей стране.


2:24-37 Ср. Чис 21:21-31 .


3:1-10 Ср. Чис 21:33-35 .


3:12-22 Ср. Чис 32 . «Киннерет» — Гениссаретское озеро. «Море равнины» или «Соленое» — Мертвое море.


3:26 Ср. Чис 20:1-13; Втор 1:37 .


3:27 Ср. Чис 27:12-14 .


3:28 Ср. Чис 27:15-23 .


3:29 Имеется в виду сосредоточение Израиля на моавитских равнинах после завоевания царств Сигона аморрейского и Ога васанского.


4:1-6 Ср. Чис 25 .


4:7-19 Ср. Исх 19; 20; 23:21-25; 24:4-8; 31:18; 32:15-16; 34:1-4 .


4:20 Ср. Исх 3-15 гл.


4:21-22 Ср. Чис 20:1-13; Втор 1:37 . Гора Ермон. Втор 4:48 .


4:48 Ермон назывался «Сионом» (евр. Sion в отличие от Zion — название Иерусалимского Сиона), т. е. «высоким».


Название книги. Ее содержание. В еврейском тексте пятая книга Моисея называется: 1) «Елле-гаддебарим» («Сии слова»), или сокращенно: «Дебарим», — соответственно начальным словам книги; совместно с этим, на языке раввинов: 2) «Мишне-гаттфа» («Повторение закона»), — по характеру своего содержания; 3) «Сефер токахот» («Книга обличений»), по той же причине.

На характер содержания книги указывают ее названия и в переводах: греческом, латинском, славянском, русском. В греческой Библии пятая книга Моисея носит название: «Δευτερονόμιον» («Второзаконие»), в латинской: «Deuteronomium («Второзаконие»), в славянской и русской «Второзаконие».

Господствующим содержанием книги Второзакония является воспроизведение исторического и законодательного элемента книг: Исход, Левит, Числ (с включением, по местам, некоторых новых законодательных положений). Цель воспроизведения — возобновление в памяти молодого еврейского поколения поучительных моментов божественного промышления об избранном народе и данных ему законов. Ту же поучительную цель имеют и обличительно-увещательные речи пророка, помещенные в заключение Второзакония. В общем, Второзаконие представляет подробное предсмертное завещание мудрого и опытного вождя, наделенного вдохновением свыше, молодому, неустойчивому, еврейскому народу.

Время и место произнесения речей Второзакония отмечены в первых стихах первой главы книги.

Со словом «Библия» у нас соединяется представление об одной большой книге, заключающей в себе все Священное Писание как Ветхого, так и Нового Завета. Но, в сущности, это не одна книга, а целый, строго определенный Церковью сборник священных книг, написанных в разное время, в разных местах и с различными целями и принадлежащих или богодухновенным (книги канонические), или только богопросвещенным мужам (книги неканонические).

Такой состав и происхождение Библии открывается уже из истории самого термина — «Библия». Он взят с греческого языка от слова βίβλος, что значит «книга», и употреблен во множественной форме τὰ βιβλία от единств, уменьшительного — τὸ βιβλίον, означающего «небольшую книгу», «книжечку». Следовательно, τὰ βιβλία буквально означает собой целый ряд или собрание таких небольших книг. Ввиду этого св. Иоанн Златоуст толкует это слово как одно собирательное понятие: «Библия, — говорит он, — это многие книги, которые образуют одну единую».

Это коллективное обозначение Св. Писания одним собирательным именем несомненно существовало уже и в ветхозаветный период. Так, в своей подлинной греческой форме τὰ βιβλία встречается в первой Маккавейской книге (1 Макк 12:9), а соответствующий сему еврейский перевод дан у пророка Даниила (Дан 9:2), где произведения Св. Писания обозначены термином «Гассефарим» (םיךפסה), что значит «книги», точнее — известные определенные книги, так как сопровождаются определением членом — «га» 1Небезынтересно здесь отметить, что оба эти термина — евр. «сефер» и греч. βίβλος — по своему филологическому анализу дают нам представление о том материале, который в древности употреблялся для письма и на котором, следовательно, были написаны подлинники и древнейшие списки священных книг. Так, еврейские книги, очевидно, писались преимущественно на пергамене, т. е. очищенной и выглаженной коже, ибо слово «сефер» происходит от евр. глагола «сафар», означающего «сбривать», «очищать» кожу от «волос». Греческие же авторы, вероятно, предпочтительно писали на «папирусе», т. е. на специально обработанных листьях особого египетского растения; слово βίβλος или βύβλος первоначально значит «папирус», а отсюда — папирусный свиток или книга. (ה).

В период новозаветной истории, по крайней мере на первых его порах, мы еще не находим слова «Библия», но встречаем целый ряд его синонимов, из которых наиболее употребительны следующее: «Писание» (ἡ γραφὴ) Лк 4:21; Ин 20:9; Деян 8:32; Гал 3:22), «Писания» (αί γραφαίМф 21:42; Лк 24:32; Ин 5:39; 2 Петр 3:16), «Святые Писания» (γραφαὶ ἁγίαιРим 1:2), «Священные Писания» (τὰ ἱερὰ γράμματα2 Тим 3:15).

Но уже у мужей апостольских, наряду с только что перечисленными названиями Св. Писания, начинает встречаться и термин τὰ βιβλία. 2См., напр., в греческом тексте послания Климента Римского к Коринфянам (I гл., 43 ст.). Однако во всеобщее употребление он входит только со времени известного собирателя и истолкователя Св. Писания — Оригена (III в.) и особенно св. Иоанна Златоуста (IV в.).

От греческих авторов такое собирательное обозначение Св. Писания перешло и к латинским писателям, причем множественная форма среднего рода τὰ βιβλία окончательно получила здесь значение единственного числа женского рода βιβλία. Это последнее наименование, в его латинской форме, перешло и к нам в Россию, благодаря, вероятно, тому обстоятельству, что наши первые собиратели славянской Библии стояли, между прочим, и под влиянием латинской Вульгаты.

Главной чертой, отличающей св. писания «Библии» от других литературных произведений, сообщающей им высшую силу и непререкаемый авторитет, служит их богодухновенность. Под нею разумеется то сверхъестественное, божественное озарение, которое, не уничтожая и не подавляя естественных сил человека, возводило их к высшему совершенству, предохраняло от ошибок, сообщало откровения, словом — руководило всем ходом их работы, благодаря чему последняя была не простым продуктом человека, а как бы произведением самого Бога. По свидетельству св. ап. Петра, никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божие человеки, будучи движимы Духом Святым (2 Петр 1:21). У ап. Павла встречается даже и самое слово «богодухновенный» и именно в приложении к Св. Писанию, когда он говорит, что «все Писание богодухновенно» (θεόπνευστος, 2 Тим 3:16). Все это прекрасно раскрыто и у отцов Церкви. Так, св. Иоанн Златоуст говорит, что «все Писания написаны не рабами, а Господом всех — Богом»; а по словам св. Григория Великого «языком святых пророков и апостолов говорит нам Господь.

Но эта «богодухновенность» св. писаний и их авторов не простиралась до уничтожения их личных, природных особенностей: вот почему в содержании св. книг, в особенности в их изложении, стиле, языке, характере образов и выражений мы наблюдаем значительные различия между отдельными книгами Св. Писания, зависящие от индивидуальных, психологических и своеобразных литературных особенностей их авторов.

Другим весьма важным признаком священных книг Библии, обусловливающим собой различную степень их авторитетности, является канонический характер одних книг и неканонический других. Чтобы выяснить себе происхождение этого различия, необходимо коснуться самой истории образования Библии. Мы уже имели случай заметить, что в состав Библии вошли священные книги, написанные в различные эпохи и разнообразными авторами. К этому нужно теперь добавить, что наряду с подлинными, богодухновенными книгами появились в разные эпохи и не подлинные, или небогодухновенные книги, которым, однако, их авторы старались придать внешней вид подлинных и богодухновенных. Особенно много подобных сочинений появилось в первые века христианства, на почве евионитства и гностицизма, вроде «Первоевангелия Иакова», «Евангелия Фомы», «Апокалипсиса ап. Петра», «Апокалипсиса Павла» и др. Необходим, следовательно, был авторитетный голос, который ясно бы определял, какие из этих книг, действительно, истинны и богодухновенны, какие только назидательны и полезны (не будучи в то же время богодухновенными) и какие прямо вредны и подложны. Такое руководство и дано было всем верующим самой Христовой Церковью — этим столпом и утверждением истины — в ее учении о так называемом каноне.

Греческое слово «κανών», как и семитское «кане» (הנק), означает первоначально «тростниковую палку», или вообще всякую «прямую палку», а отсюда в переносном смысле — все то, что служит к выпрямлению, исправлению других вещей, напр. «плотницкий отвес», или так называемое «правило». В более отвлеченном смысле слово κανών получило значение «правила, нормы, образца», с каковым значением оно встречается, между прочим, и у ап. Павла: тем, которые поступают по сему правилу (κανών), мир им и милость, и Израилю Божию (Гал 6:16). Основываясь на этом, термин κανών и образованное от него прилагательное κανονικός; довольно рано начали прилагать к тем священным книгам, в которых по согласному преданию Церкви видели выражение истинного правила веры, образца ее. Уже Ириней Лионский говорит, что мы имеем «канон истины — слова Божии». А св. Афанасий Александрийский определяет «канонические» книги, как такие, «которые служат источником спасения, в которых одних предуказуется учение благочестия». Окончательное же различие «канонических» книг от «неканонических» ведет свое начало со времен св. Иоанна Златоуста, блаж. Иеронима и Августина. С этого времени эпитет «канонических» прилагается к тем священным книгам Библии, которые признаны всей Церковью в качестве богодухновенных, заключающих в себе правила и образцы веры, — в отличие от книг «неканонических», т. е. хотя назидательных и полезных (за что они и помещены в Библии), но не богодухновенных, и «апокрифических» (ἀπόκρυφος — скрытый, тайный), совершенно отвергнутых Церковью и потому не вошедших в Библию. Таким образом, на признак «каноничности» известных книг мы должны смотреть как на голос церковного Св. Предания, подтверждающий богодухновенное происхождение книг Св. Писания. Следовательно, и в самой Библии не все ее книги имеют одинаковое значение и авторитет: одни (канонические книги) — богодухновенны, т. е. заключают в себе истинное слово Божие, другие (неканонические) — только назидательны и полезны, но не чужды личных, не всегда безошибочных мнений своих авторов. Это различие необходимо всегда иметь ввиду при чтении Библии, для правильной оценки и соответствующего отношения к входящим в состав ее книгам. 3Различение библейских книг на «канонические» и «неканонические» касается только ветхозаветных книг, так как новозаветные, входящие в состав Библии, признаются каноническими все. Состав «ветхозаветного канона» хотя в общем устанавливается довольно согласно, но разнообразится в самом количестве книг; это происходит потому, что евреи, желая подогнать количество своих книг к 22 буквам своего алфавита, делали искусственные соединения нескольких книг в одну, напр. соединяли книги Судей и Руфь, первую и вторую, третью и четвертую кн. Царств и даже в одну книгу собрали всех 12 малых пророков. Православная Церковь насчитывает 38 канонических книг Ветхого Завета, а именно: 1) Бытие, 2) Исход, 3) Левит, 4) Числа, 5) Второзаконие, 6) книга Иисуса Навина, 7) Судей, 8) Руфь, 9) 1-я кн. Царств, 10) 2-я кн. Царств, 11) 3-я кн. Царств, 12) 4-я кн. Царств, 13) 1-я кн. Паралипоменон, 14) 2-я кн. Паралипоменон, 15) книга Ездры, 16) книга Неемии (2-я Ездры), 17) Есфирь, 18) Иова, 19) Псалтирь, 20) Притчи Соломона, 21) Екклезиаст его же, 22) Песнь песней его же, 23) кн. пророка Исаии, 24) Иеремии с Плачем, 25) Иезекииля, 26) Даниила и двенадцати малых пророков: 27) Осии, 28) Иоиля, 29) Амоса, 30) Авдия, 31) Ионы, 32) Михея, 33) Наума, 34) Аввакума, 35) Софонии, 36) Аггея, 37) Захарии и 38) Малахии. Остальные 9 книг, помещенных в славянской и русской Библии, считаются неканоническими, а именно: 1) Товит, 2) Иудифь, 3) Премудрость Соломона, 4) Премудрость Иисуса, сына Сирахова, 5-6) 2-я и 3-я кн. Ездры и 7-9) три книги Маккавейские. Кроме того, неканоническими признаются также и следующие отделы в вышеуказанных канонических книгах: молитва царя Манассии, в конце 2-й кн. Паралипоменон, части кн. Есфирь, не помеченные стихами, последний Псалом (после 150), песнь трех отроков в кн. пророка Даниила, история Сусанны в 13-й и Вила и дракона в 14-й главе той же книги. Из новозаветных же все 27 кн. и в полном их объеме признаются каноническими.

В заключение необходимых вводных сведений о Библии нам остается сказать несколько слов о том языке, на котором были написаны священные библейские книги, об их более известных переводах и о современном разделении их на главы и стихи.

Все канонические книги Ветхого Завета были написаны на еврейском языке, за исключением лишь некоторых, небольших отделов, написанных на халдейском языке (Иер 10:11; Дан 2:4-7:28; Езд 4:8-6:18; Езд 7:12-26). Неканонические же книги, по-видимому, были написаны на греческом языке, хотя, основываясь на свидетельстве блаж. Иеронима, некоторые думают, что кн. Товит и Иудифь были первоначально написаны по-халдейски.

Все же книги Нового Завета были написаны по-гречески, на так называемом александрийском диалекте (вошедшем в употребление с эпохи Александра Македонского — κοινὴ διάλεκτος), за исключением одного первого Евангелия — от Матфея, написанного на сиро-халдейском наречии еврейского языка, на котором говорили современные Иисусу Христу иудеи.

Так как в древнееврейском письме употреблялись только одни согласные звуки, а необходимые гласные звуки передавались устно по преданию, то первоначальный ветхозаветный текст не имел гласных. Они, в форме различных подстрочных знаков были введены довольно поздно (приблизительно около IX-X вв. нашей эры) учеными еврейскими раввинами-масоретами (т. е. хранителями «предания» — от евр. глагола «масор», передавать). Вследствие этого современный еврейский текст и называется масоретским.

Из различных переводов Библии заслуживают упоминания два авторитетнейших и древнейших — греческий LXX и латинский Вульгата и два позднейших — славянский и русский, как наиболее к нам близких.

Греческий перевод был сделан для нужд александрийских иудеев в эпоху Птоломеев, т. е. не раньше половины III в. и не позже половины II в. Он был выполнен в разное время и различными переводчиками, причем главная его часть — Пятикнижие — является наиболее древней и авторитетной.

Латинский перевод или так называемая Вульгата (от vulgus — народ) был сделан блаженным Иеронимом в конце IV-го века непосредственно с еврейского текста при руководстве и других лучших переводов. Он отличается тщательностью и полнотой.

Славянский перевод Библии впервые был предпринят святыми первоучителями славян — братьями Кириллом и Мефодием — во второй половине IX-го века. Отсюда, через посредство Болгарии, он перешел и к нам на Русь, где долгое время обращались лишь отдельные, разрозненные книги Библии. Впервые полный рукописный список Библии был собран новгородским архиепископом Геннадием, по поводу его борьбы с жидовствующими (1499 г.). Первая печатная славянская Библия была издана у нас в 1581 г. князем Константином Константиновичем Острожским. В основе нашей славянской Библии лежит греч. перевод LXX. Русский же синодальный перевод Библии сделан сравнительно совсем недавно, в середине XIX столетия, трудами митрополита московского Филарета и профессоров наших духовных академий. В основу его был положен еврейский масоретский текст, который в потребных случаях сличался с греческим и латинским переводами. Закончен он был в 1876 г., когда появилась первая полная русская Библия.

Наконец, должно заметить, что в древней Церкви не существовало нашего разделения библейских книг на главы и стихи: они все были написаны сплошным, связным текстом, расположенным в виде колонн (наподобие стихов) и если делились, то только на отделы для богослужебного употребления λόγοι, ἐκλογάδια, εὐαγγελιοστάριον, προξαπόστολον). Современное деление на главы ведет свое начало от кардинала Стефана Лангтона, разделившего около 1205 г. Вульгату. Такое деление закончил и утвердил ученый доминиканец Гуг де Сен-Шир, издавший свою конкорданцию ок. 1240 г. А в половине XVI в. ученый парижский типограф Роберт Стефан ввел и современное деление глав на стихи сначала в греко-латинское издание Нового Завета (1551 г.), а затем и в полное издание латинской Библии (1555 г.), откуда оно постепенно перешло и во все другие тексты.


ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ БИБЛИИ

Основной, центральной идеей всех богодухновенных, библейских Писаний, идеей, вокруг которой сосредоточиваются все остальные, которая сообщает им значение и силу и вне которой были бы немыслимы единство и красота Библии, является учение о Мессии, Иисусе Христе, Сыне Божием. Как предмет чаянии Ветхого Завета, как альфа и омега всего Нового Завета, Иисус Христос, по слову апостола, явился тем краеугольным камнем, на основе которого, при посредстве апостолов и пророков было заложено и совершено здание нашего спасения (Еф 2:20). Иисус Христос — предмет обоих Заветов: Ветхого — как Его ожидание, Нового — как исполнение этого ожидания, обоих же вместе — как единая, внутренняя связь.

Это может быть раскрыто и подтверждено в целом ряде внешних и внутренних доказательств.

К доказательствам первого рода, т. е. внешним, принадлежат свидетельства нашего Господа о самом Себе, свидетельства Его учеников, традиция иудейская и традиция христианская.

Обличая неверие и жестокосердие еврейских книжников и фарисеев, сам Господь наш Иисус Христос неоднократно ссылался на свидетельство о нем «закона и пророков», т. е. вообще ветхозаветных св. писаний. Исследуйте Писания, ибо выдумаете через них иметь жизнь вечную, а они свидетельствуют о Мне (Ин 5:39); ибо если бы вы верили Моисею, то поверили бы и Мне, потому что он написал о Мне (Ин 5:46), — говорил, например, Господь ослепленным иудейским законникам после известного чуда исцеления расслабленного при овчей купели. Еще яснее и подробнее раскрывал эту истину Господь Своим ученикам, явившись им по воскресении, как об этом свидетельствует евангелист Лука: «и начав от Моисея из всех пророков изъяснял им сказанное о Нем во всем Писании... И сказал им: вот то, о чем Я говорил еще быв с вами, что надлежит исполниться всему, написанному обо Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах» (Лк 24:27.44). Кроме такого общего заявления, Господь указывает нередко и частные случаи ветхозаветных образов и пророчеств, имевших отношение к Его жизни, учению, крестным страданиям и смерти. Так, напр., Он отмечает преобразовательное значение медного змия, повешенного Моисеем в пустыне (Ин 3:14), указывает на исполнение пророчества Исаии о «лете Господнем благоприятном» (Лк 4:17-21; ср. Ис 61:1-2), говорит об осуществлении всех древних пророчеств, касавшихся Его искупительной жертвы (Мф 26:54 и Лк 22:37) и даже на самом кресте, в момент страданий, произносит Свое глубоко трогательное и спокойно величественное: совершилось (Ин 19:30), давая этим знать, что исполнилось все то, что, будучи предназначенным от века, «многочастно и многообразно было говорено через пророков» (Евр 1:1).

Подобно своему Божественному Учителю, евангелисты и апостолы беспрестанно ссылаются на Библию, черпая полной рукой из богатства ее мессианских сокровищ и устанавливая тем самым полную гармонию обоих Заветов, объединенных вокруг Лица Мессии — Христа. Так, все евангелисты — эти четыре независимых друг от друга жизнеписателя Иисуса Христа — настолько часто ссылаются на исполнение ветхозаветных пророчеств, что выработали даже для этого специальные формулы: а все это произошло, да сбудется реченное Господом через пророка, или просто: тогда сбылось реченное через пророка, да сбудется реченное через пророков, или же еще: и сбылось слово Писания и целый ряд других, аналогичных выражений.

Не менее часто ссылаются на ветхозаветное Писание и тем устанавливают его теснейшую внутреннюю связь с новозаветным и все остальные новозаветные писатели, начиная с кн. Деяний и кончая Апокалипсисом. Не имея возможности исчерпать здесь всего обилия таких определенных и ясных ссылок, укажем для примера лишь некоторые из них, наиболее характерные: таковы, напр., две речи апостола Петра: одна — после сошествия Св. Духа, другая — после исцеления хромого, о которых повествуется во второй и третьей главах кн. Деяний и которые полны ветхозаветными цитатами (Иоиль — Деян 2:16-21; Давид — Деян 2:25-28.34-35; Моисей — Деян 3:22-23); в особенности замечательно заключение последней речи: и все пророки, начиная от Самуила и после него, также предвозвестили эти дни (Деян 3:24). Не менее важна в этом отношении и речь архидиакона Стефана, дающая в сжатом очерке всю ветхозаветную историю приготовления евреев к принятию Мессии Христа (Деян 7:2-56). В той же книге Деяний заключено великое множество и других подобных же свидетельств: и мы благовествуем вам то, что Бог обещал отцам нашим и что исполнил нам, детям их, воздвигши Иисуса (Деян 13:32). Мы проповедуем вам, — говорили апостолы, — свидетельствуя малому и великому, ничего не говоря, кроме того, о чем предвозвещали пророки и Моисей (Деян 26:22). Словом, все учение апостолов о новозаветном Царстве Божием сводилось главным образом к тому, что они уверяли о Христе от закона Моисеева и пророков (Деян 28:23).

Из множества новозаветных ссылок, устанавливающих связь с ветхозаветными событиями и пророчествами, заключающихся в посланиях св. апостолов, приведем несколько примеров лишь из посланий ап. Павла, того самого Павла, который, в качестве Савла, был сам раньше фарисеем, ревнителем отеческих преданий и глубоким знатоком ветхозаветного завета. И вот этот-то св. апостол говорит, что конец закона — Христос (Рим 10:4), что закон был для нас детоводителем (παιδάγογος) ко Христу (Гал 3:24), что верующие наздани бывше на основании апостол и пророк, сущу краеугольнику самому Иисусу Христу (Еф 2:20), что все ветхозаветные прообразы писана быша в научение наше (1 Кор 10:11), что весь Ветхий Завет со всеми его религиозными церемониями и культом был лишь стень грядущих, тело же Христово (Кол 2:17), сень бо имый закон грядущих благ, а не самый образ вещей (Евр 10:1) и что, наконец, в основе всей истории домостроительства нашего спасения лежит Иисус Христос, вчера и днесь, той же и во веки (Евр 13:8).

Если от священных книг Нового Завета мы перейдем к древнеиудейским толкованиям Писания, к таргумам, 4Так как иудеи долгое время находились в вавилонском плену, то они постепенно усвояли себе язык своих властелинов. Знание еврейского языка значительно забылось по крайней мере в среде простого народа, и потому чтобы дать ему возможность читать и понимать Свящ. Писание, были сделаны парафрастические переводы ветхозаветных писаний на местный язык, обыкновенно называемые «таргумом». 5 Le Hir. Les trois grands Profèts, Isaie, Iérémie, Ezéchiel. Paris 1877, p. 14. Талмуду, Мидраше и сочинениям первых раввинов до XII в. включительно, то увидим, что постоянной и неизменной общеиудейской традицией толкования Библии было стремление всюду искать и находить указания на Мессию и Его время. Такое увлечение иногда доходило даже до крайности, как это можно видеть из следующего раввинского изречения: «пророки исключительно проповедовали о радости дней Мессии» (забывалась идея страждущего Мессии-Искупителя); но оно глубоко верно понимало ту истину, что, действительно, в основе всего Писания лежит идея Мессии Христа. «Нельзя желать прилагать все непосредственно к Мессии, — говорит блаж. Августин, — но места, которые не относятся к Нему прямо, служат основанием для тех, которые Его возвещают. Как в лире все струны звучат сообразно их природе и дерево, на котором они натянуты, сообщает им свой особый колорит звука, так и Ветхий Завет: он звучит, как гармоничная лира об имени и о Царстве Иисуса Христа».

Приведенное тонкое сравнение блаж. Августина прекрасно характеризует святоотеческий взгляд на соотношение Ветхого и Нового Завета. Свидетельства об их тесной, неразрывной связи, основанной на Лице Мессии Христа, идут непрерывным рядом с самых же первых веков христианства: об этом писал ап. Варнава в своем «Послании», св. Иустин Философ в «Разговоре с Трифоном иудеянином», Тертуллиан в сочинении «Против иудеев», св. Ириней Лионский в сочинении «Против ересей», апологеты Аристид, Афинагор и др. В особенности обстоятельно и глубоко раскрывали эту связь писатели Александрийской школы, а из среды их выделялся Ориген, который, напр., говорил, что «изречения Писания суть одежды Слова... что в Писаниях всегда Слово (Λόγος — Сын Божий) было плотью, чтобы жить среди нас». Из последующих св. Отцов эти мысли подробно развивали в своих замечательных комментариях св. Иоанн Златоуст, Василий Великий, Ефрем Сирин, блаж. Иероним, блаж. Августин и св. Амвросий Медиоланский. Последний, напр., писал: «чаша премудрости в ваших руках. Эта чаша двойная — Ветхий и Новый Завет. Пейте их, потому что в обоих пьете Христа. Пейте Христа, потому что Он — источник жизни». 6 Ambrosius. In Psalm. I, 33.

Переходя теперь ко внутренним доказательствам, т. е. к самому содержанию священных книг, мы окончательно убеждаемся, что Господь наш Иисус Христос составляет главный пункт и центральную идею всей Библии. Эта великая книга, составленная столь многочисленными и разнообразными авторами, разделенными между собой весьма значительными периодами времени, стоявшими под влиянием самых различных цивилизаций, представляет в то же время замечательное единство и удивительную цельность. Благодаря, главным образом, постепенному развитию в ней одной и той же мессианской идеи. «Новый Завет в Ветхом скрывается, Ветхий в Новом открывается», — говорили средневековые богословы, основываясь на словах блаж. Августина. 7«Novum Testamentum in Vetere latet, Vetus Testementum in Novo patet». Ср. блаж. Августин. Вопрос 73 на Исход.

Что Иисус Христос и Его дело составляют единственную тему всех новозаветных Писаний, это ясно само по себе и не требует доказательств. Но что вся новозаветная история основывается на ветхозаветной, это, быть может, не так очевидно. И, однако, это столь же несомненно, для доказательства чего достаточно сослаться лишь на две евангельские генеалогии Христа, в которых дано сокращение всей ветхозаветной истории в ее отношении к личности обетованного Мессии Христа (Мф 1:1-16 и Лк 3:23-38).

Но мы можем последовательно проследить развитие мессианской идеи и в книгах Ветхого Завета. Обетование Избавителя, данное падшим прародителям еще в раю, — вот первое звено той непрерывной цепи ветхозаветных мессианских пророчеств, которые начались Адамом и кончились Захарией, отцом Иоанна Крестителя. Поэтому-то оно и называется первоевангелием (Быт 3:15). С эпохи Ноя это обетование определяется несколько ближе и точнее: семенем жены называются лишь дети Сима, к которым и приурочивается история искупления (Быт К, 26). Этот круг еще больше сужается с эпохи Авраама, отца богоизбранного еврейского народа, в Семени которого (т. е. в Иисусе Христе, по толкованию ап. Павла — Гал 3:16) возвещается спасение и всех остальных наций (Быт 12:3; Быт 18:18). Впоследствии и из потомства Авраамова выделена была раса Иакова (Быт 27:27), позднее сам Иаков, в духе пророческого прозрения, дает особое благословение своему сыну Иуде (Быт 49:8 и сл.). И чем дальше шло время, тем ближе и честнее определялись различные черты мессианского служения: так, пророк Валаам говорит о Его царственной власти (Числ 24:17), Моисей — о трояком Его служении: царском, первосвященническом и пророческом (Втор 18:18-19), о происхождении Мессии из царского рода Давидова (2 Цар 7:12-14), о рождении Его в Вифлееме (Мих 5:2) и от Девы матери (Ис 7:14), о торжественном входе Его в храм Иерусалимский (Мал 3:1), о разных, даже мелких обстоятельствах Его крестных страданий и смерти (Ис 53; Пс 21:17-19; Пс 39:79; Пс 40:9-10; Пс 68:22; Зах 11:12 и др.), о Его славном воскресении (Ис Зах 53:9-21; Пс 15:10; Пс 19:6-7; Пс 40:11; Пс 67:2 и др.), о наступлении Его благодатного царства (Пс 21:28-32; Пс 44:7.14-17; Пс 71:7-19; Иоил 2:28; Ис 2; Ис 35:1-2.10; Ис 61:1-2) и Его грозного второго пришествия (Дан 7:25 и Дан 12:7; Зах 14:2-3.9 и др.). Можно положительно сказать, что нет ни одной важной черты из эпохи и жизни Мессии, которая не была бы тем или иным путем предуказана в Ветхом Завете, или в форме ясного пророчества, или под покровом символов и прообразов; а пророк Исаия получил даже наименование «ветхозаветного евангелиста» за поразительную точность и полноту своих пророчественных прообразов жизни Господа Иисуса Христа.

Не менее ясно это единство мессианской идеи сквозит и в общем плане Библии. По своему характеру и содержанию все ветхозаветные книги могут быть разделены на три основные группы: книги законоположительно-исторические, книги пророческие и книги поэтическо-назидательные. Первый класс излагает историю теократии, т. е. прав правления Иеговы над Израилем. Но с какой целью Господь употребляет столь различные методы воспитания Своего народа? Завет на Синае, Моисееве законодательство, бедствия пустыни, завоевание земли обетованной, победы и поражения, отчуждение от других народов, наконец, тягость вавилонского плена и радость возвращения из него — все это имело очевидной своей целью сформировать еврейскую нацию в известном духе, в духе сохранения и распространения мессианской идеи. Еще очевиднее этот мотив в пророческих книгах, где, то через угрозы, то через обещания наград, народ еврейский постоянно поддерживался на известной нравственной высоте и приготовлялся в духе чистой веры и правой жизни, ввиду грядущего Мессии. Что касается, наконец, до книг последней группы — поэтически-назидательных, то одни из них, как например Псалмы, были прямо мессианскими молитвами еврейской нации; другие, как Песнь песней, под формой аллегории изображали союз Израиля со Христом; третьи, как кн. Премудрости, Екклезиаст и др. раскрывали различные черты Божественной Премудрости, лучи того Божественного Слова (Λόγος), которые сияли среди мрака язычества и в дохристианском мире.

Таким образом, с полным убеждением можно сказать, что главным и основным предметом Библии, начиная с первых глав книги Бытия (Быт 3:15) и кончая последними главами Апокалипсиса (Откр 21:6.21 и Откр 22:20), служит Богочеловек, Господь наш Иисус Христос.


Ветхий Завет

Самым ранним разделением Библии, идущим из времен первенствующей христианской Церкви, было разделение ее на две, далеко не равные части, получившие название Ветхого и Нового Завета.

Такое разделение всего состава библейских книг обусловлено было их отношением к главному предмету Библии, т. е. к личности Мессии: те книги, которые были написаны до пришествия Христа и лишь пророчески Его предызображали, вошли в состав «Ветхого Завета», а те, которые возникли уже после пришествия в мир Спасителя и посвящены истории Его искупительного служения и изложению основ учрежденной Иисусом Христом и Его св. апостолами Церкви, образовали собой «Новый Завет».

Все эти термины, т. е. как самое слово «завет», так и соединение его с прилагательными «ветхий» и «новый», взяты из самой же Библии, в которой они, помимо своего общего смысла, имеют и специальный, в котором употребляем их и мы, говоря об известных библейских книгах.

Слово завет (евр. — bêrit, греч. — διαθήκη, лат. — testamentum), на языке Св. Писания и библейского употребления, прежде всего, значит известное постановление, условие, закон, на котором сходятся две договаривающиеся стороны, а отсюда уже — самый этот договор или союз, а также и те внешние знаки, которые служили его удостоверением, скрепой, как бы печатью (testamentum). А так как священные книги, в которых описывался этот завет или союз Бога с человеком, являлись, конечно, одним из лучших средств его удостоверения и закрепления в народной памяти, то на них весьма рано было перенесено также и название «завета». Оно существовало уже в эпоху Моисея, как это видно из Исх 24:7, где прочитанная Моисеем еврейскому народу запись Синайского законодательства названа книгой завета (сёфер хабберит). Подобные же выражения, обозначающие собой уже не одно Синайское законодательство, а все Моисееве Пятикнижие, встречаются и в последующих ветхозаветных книгах (4 Цар 23:2.21; Сир 24:25; 1 Макк 1:57). Ветхому же Завету принадлежит и первое, еще пророчественное указание на Новый Завет, именно, в известном пророчестве Иеремии: «вот наступят дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды Новый Завет» (Иер 31:31).

Впоследствии термин Новый Завет неоднократно употреблялся самим Иисусом Христом и святыми Его апостолами для обозначения начавшейся истории искупленного и облагодатствованного человечества (Мф 26:28; Мк 14:24; Лк 22:20; 1 Кор 11:25; 2 Кор 3:6 и др.), откуда он перешел и на священные книги, написанные в этот период.

Наименование Ветхий Завет в приложении к определенным книгам ведет свое начало от особенно ясного свидетельства ап. Павла: но умы их (евреев) ослеплены: ибо то же самое покрывало доныне остается не снятым при чтении Ветхого Завета, потому что оно снимается Христом (2 Кор 3:14).

В составе Ветхого Завета Православная Церковь, как мы уже говорили выше, насчитывает 38 канонических и 9 неканонических книг, отличаясь этим от Церкви Римско-католической, насчитывающей в своей Вульгате всего 46 канонических книг (у них считаются каноническими Товит, Иудифь, Премудрость Соломона и 2 кн. Маккавейские).

Что касается, наконец, самого порядка расположения книг Ветхого Завета, то здесь замечается довольно резкое различие между еврейской Библией, с одной стороны, и греческим переводом LXX переводчиков, а отсюда и нашей славяно-русской Библией, с другой стороны. Для уяснения этой разницы необходимо знать, что древние евреи делили свои книги не столько по однородности их содержания (как LXX и славяно-русский), сколько по степени их значения и важности. В этом смысле они все ветхозаветные книги делили натри группы: «закон» («тора»), «пророки» («небиим») и «агиографы» («кетубим»), подчеркивая особенно значение двух первых групп, т. е. «закона» и «пророков» (Мф 5:17; Мф 7:12; Мф 22:40).

У нас же теперь вслед за LXX переводчиками и Вульгатой принято другое деление, по характеру самого содержания ветхозаветных книг, на четыре следующие группы: 1) книги законоположительные; 2) исторические; 3) учительные и 4) пророческие. Такое расположение и деление книг в еврейской и славяно-русской Библиях всего виднее будет из следующей таблицы:


Еврейская Библия

Закон (тора) Бытие

Исход

Левит

Числа

Второзаконие

Пророки (небиим) главные или раннейшие «ризоним» кн. Иисуса Навина
кн. Судей
1 и 2 кн. Самуила
1 и 2 кн. Царств
позднейшие «ахароним» великие пророки Исаия
Иеремия
Иезекииль



Осия



Иоиль



Амос



Авдий



Иона


малые пророки Михей


Наум



Аввакум



Софония



Аггей



Захария



Малахия
Агиографы (кетубим) Псалмы

Притчи Соломона

Иов


Песнь песней


Руфь


Книга Плачь


Екклезиаст


Есфирь


Даниил


Ездра


Неемия


1 и 2 Паралипоменон


Славяно-русская Библия

Законоположительные Бытие
Исход
Левит
Числа
Второзаконие
Исторические Кн. Иисуса Навина
Кн. Судей Израилевых
Руфь
Первая Царств
Вторая Царств
Третья Царств
Четвертая Царств
Первая Паралипоменона
Вторая Паралипоменона
Первая Ездры
Кн. Неемии
Вторая Ездры
Учительные Товит
Иудифь
Есфирь
Иова
Псалтирь
Притчи Соломона
Екклезиаст
Песнь Песней
Премудрость Соломона
Премудрость Иисуса, сына Сирахова
Пророческие Кн. пророка Исаии
Кн. пророка Иеремеи
Плачь Иеремии
Послание Иеремии
Кн. пророка Варуха
Кн. пророка Иезекииля
Кн. пророка Даниила
12 малых пророков, три кн. Маккавейские и 3-я кн. Ездры


Пятикнижие

Пять первых книг Ветхого Завета, имеющих одного и того же автора — Моисея, представляли, по-видимому, сначала и одну книгу, как об этом можно судить из свидетельства кн. Второзакония, где говорится: «возьмите сию книгу закона и положите ее одесную ковчега завета» (Втор 31:26). Тем же самым именем «книги закона», или просто «закона», обозначались пять первых законоположительных книги в других местах Ветхого и Нового Завета (3 Цар 2:3; 4 Цар 23:25; Пс 18:8; Ис 5:24; Мф 7:12; Мф 11:13; Лк 2:22 и др.).

Но у раввинов уже со времен глубокой древности существовало и другое, несколько своеобразное обозначение этой «торы» (закона), как «пять пятых закона», чем одновременно доказывается как единство Пятикнижия, так и состав его из пяти различных частей. Это пятичастное деление, по-видимому, окончательно определилось к эпохе перевода LXX переводчиков, где оно получает уже полное признание.

Наше современное слово «Пятикнижие» представляет буквальный перевод греческого — πεντάτευκος от πέντε — «пять» и τευ̃κος — «том книги». Это деление вполне точно, так как, действительно, каждый из пяти томов Пятикнижия имеет свои отличия и соответствует различным периодам теократического законодательства. Так, напр., первый том представляет собой как бы историческое к нему введение, а последний служит очевидным повторением закона; три же посредствующих тома содержат в себе постепенное развитие теократии, приуроченное к тем или иным историческим фактам, причем средняя из этих трех книг (Левит), резко различаясь от предыдущей и последующей (почти полным отсутствием исторической части), является прекрасной разделяющей их гранью.

Все пять частей Пятикнижия в настоящее время получили значение особых книг и имеют свои наименования, которые в еврейской Библии зависят от их начальных слов, а в греческой, латинской и славяно-русской — от главного предмета их содержания.

Евр. Греч. Слав.-рус.
Берешит («в начале») Γένεσις Бытие
Ве эллэ шемот («и сии суть имена») 'Έξοδος Исход
Вайкра («и воззвал») Λευϊτικòν Левит
Вай-едаббер («и сказал») 'Αριθμοὶ Числа
Эллэ хаддебарим («сии словеса») Δευτερονόμιον Второзаконие

Книга Бытия содержит в себе повествование о происхождении мира и человека, универсальное введение к истории человечества, избрание и воспитание еврейского народа в лице его патриархов — Авраама, Исаака и Иакова. Кн. Исход пространно повествует о выходе евреев из Египта и даровании Синайского законодательства. Кн. Левит специально посвящена изложению этого закона во всех его частностях, имеющих ближайшее отношение к богослужению и левитам. Кн. Числ дает историю странствований по пустыне и бывших в это время счислений евреев. Наконец, кн. Второзакония содержит в себе повторение закона Моисеева.

По капитальной важности Пятикнижия св. Григорий Нисский назвал его истинным «океаном богословия». И действительно, оно представляет собою основной фундамент всего Ветхого Завета, на который опираются все остальные его книги. Служа основанием ветхозаветной истории, Пятикнижие является базисом и новозаветной, так как оно раскрывает нам план божественного домостроительства нашего спасения. Поэтому-то и сам Христос сказал, что Он пришел исполнить, а не разорить закон и пророков (Мф 5:17). В Ветхом же Завете Пятикнижие занимает совершенно то же положение, как Евангелие в Новом.

Подлинность и неповрежденность Пятикнижия свидетельствуется целым рядом внешних и внутренних доказательств, о которых мы лишь кратко здесь упомянем.

Моисей, прежде всего, мог написать Пятикнижие, так как он, даже по признанию самых крайних скептиков, обладал обширным умом и высокой образованностью; следовательно, и независимо от вдохновения Моисей вполне правоспособен был для того, чтобы сохранить и передать то самое законодательство, посредником которого он был.

Другим веским аргументом подлинности Пятикнижия является всеобщая традиция, которая непрерывно, в течение целого ряда веков, начиная с книги Иисуса Навина (Ис Нав 1:7.8; Ис Нав 8:31; Ис Нав 23:6 и др.), проходя через все остальные книги и кончая свидетельством самого Господа Иисуса Христа (Мк 10:5; Мф 19:7; Лк 24:27; Ин 5:45-46), единогласно утверждает, что писателем Пятикнижия был пророк Моисей. Сюда же должно быть присоединено свидетельство самаритянского Пятикнижия и древних египетских памятников.

Наконец, ясные следы своей подлинности Пятикнижие сохраняет внутри самого себя. И в отношении идей, и в отношении стиля на всех страницах Пятикнижия лежит печать Моисея: единство плана, гармония частей, величавая простота стиля, наличие архаизмов, прекрасное знание Древнего Египта — все это настолько сильно говорит за принадлежность Пятикнижия Моисею, что не оставляет места добросовестному сомнению. 8Подробнее об этом см. Вигуру. Руководство к чтению и изучению Библии. Перев. свящ. Вл. Вас. Воронцова. Т. I, с. 277 и сл. Москва, 1897.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

1:5 Букв.: изъяснять эту Тору. Из сказанного выше в книгах Исход, Левит и Числа следует, что, освободив из египетского рабства Свой избранный народ, Бог дал ему свод законов, который регламентировал всю жизнь израильтян. Они называли этот кодекс Тора. Спектр значения этого слова чрезвычайно широк: от любого «повеления Божьего» и Его наставления или указания до детально разработанного свода законов, данного Богом Израилю через Моисея. В большинстве случаев это понятие переводится как «Закон» или «закон Моисеев».


1:7 а) Или: в Шефелу.


1:7 б) Или: на юг.


1:8 Букв.: Господь.


1:15 Евр. шотерим - лица, ответственные за отправление правосудия и поддержание общественного порядка, приставники.


1:17 Букв.: малого и большого.


1:22 Показательно, что, обращаясь к новому поколению, родившемуся и выросшему после описанных событий, Моисей делает их как бы участниками случившегося, что могло быть знаком единения каждого поколения людей с их предшественниками и призывом принимать во внимание уроки истории.


1:34 Или.: слова.


1:36 Букв.: Господу.


1:40 Или: к Тростниковому морю; или: к морю Суф; Син. пер.: к Чермному морю.


1:45 Букв.: не приблизил к вам Свое ухо.


2:1 Или: обходить стороной.


2:7 а) Букв.: ибо Я...; то же и ниже в этом стихе.


2:7 б) Букв.: знал.


2:8 а) Или: дорогой пустынной.


2:8 б) Элат - город в устье Акабского залива (или Элатского залива) Красного моря. Эцйон-Гавер - город недалеко от Элата.


2:9 Ар - столица Моава, здесь этот город отождествлен со всей страной моавитян.


2:11 Рефаимы - древние обитатели Палестины, именуемые великанами; их отождествляли с потомками Анака.


2:18 Друг. возм. пер.: то есть Ара; см. примеч. к 2:9.


2:23 Наиболее вероятно, что это остров Крит в Эгейском море. LXX, однако, переводит Кафтор как Каппадокия - регион в Малой Азии.


2:26 Точное местоположение неизвестно. Согласно Ис Нав 13:18; 21:37 и 1 Пар 6:64, она находилась на территории колена Рувима.


2:30 Букв.: сделал упорным дух и жестким сердце.


2:34 Заклятие (евр. херем); «предать заклятию», по существу, означало всецело и безвозвратно отдать Богу. И это было намного более серьезное дело, чем посвящение на служение или отдача чего-либо для священного употребления. Какая-либо вещь, таким образом отданная Господу, становилась полностью принадлежащей Ему. Грех Ахана был особенно велик из-за того, что он похитил вещи, преданные заклятию, т.е. отданные Господу (Ис Нав 7:11). Люди, преданные заклятию, становились обреченными на уничтожение; и обычно это были пленные тех войн, которые израильтяне вели с погрязшими в идолопоклонстве народами Ханаана (1 Цар 15:3, 18).


3:11 а) Или: гробница / саркофаг - возможно, это был камень вулканического происхождения, в котором была высечена гробница этого царя-великана. Своим цветом и структурой этот камень мог походить на железо.


3:11 б) Локоть - мера длины, около 45 см, т.е. размеры ложа: 4x1,8 м.


3:14 Евр. Хаввот-Яир.


3:17 Т.е. Мертвого моря.


3:20 Или: покой.


4:1 Два евр. термина хукким и мишпатим часто встречаются во Второзаконии для описания предложенных Богом условий Союза (Завета), которых Израиль должен будет держаться. Хукким («установления») - слова, вырезанные на камне или дереве, что у древних было связано с представлением о неизменных царских указах, а применительно к Божьим законам говорило об их незыблемом авторитете. Слово мишпатим несет в себе смысл судебного решения о существе любого дела и указывает на Божественные законы как на мерило справедливости.


4:3 Букв.: кто пошел за Ваал-Пеором.


4:4 Букв.: прилепившиеся к.


4:8 Евр. Тора - друг. возм. пер.: Наставление, или: Учение; то же и в ст. 44; см. примеч. к 1:5.


4:12 Или: изображения; ср. Исх 20:4; то же в ст. 15, 16, 23, 25.


4:16 Или: изваяние идола / истукана; то же в ст. 23, 25.


4:29 Или: разумом своим и сущностью своей.


4:30 Букв.: в последние дни.


4:42 Букв.: вчера и позавчера.


4:45 Или: свидетельства.


4:49 Т.е. Мертвого моря.


…И там, если станете искать Господа, Бога вашего, - только тогда сможете найти Его, если возжелаете того всем сердцем своим и всей душою своей (4:29).

Второзаконие - это дошедший до нас через тысячелетия древний текст, по сути запись того, что престарелый Моисей лично (и фактически от первого лица) в последний раз сказал собравшимся перед ним израильтянам. Об этом мы узнаем из первой же фразы в этой книге: «Вот слова, с которыми обратился Моисей ко всему народу Израиля в пустыне, за Иорданом», то есть непосредственно перед торжественным входом израильтян в ханаанскую землю. Обстоятельства, в которых прозвучали эти слова, определенно отражаются на всем содержании книги. Говорящий на виду у всех - он уже не где-то на заднем плане, как в большинстве других частей Пятикнижия. Он обращается прямо к живой аудитории, включающей в себя не только тех древних слушателей, о которых идет речь в тексте, но и нас - слушателей современных.

Моисей использует последнюю возможность, чтобы приготовить как собравшихся перед ним людей, так и стоящих за ними, к новой жизни в стране, которую они получают во владение. А так как ему самому не суждено войти вместе с народом в ту страну, он хочет убедиться в том, что народ этот не забыл о своем Завете, Союзе с Богом. Ради этого Моисей произносит перед собравшимися и тщательно объясняет Божественные законы и наставления; и ради того же, по завершении его речей, они были записаны и составили эту книгу.

Русское название книги «Второзаконие» пришло к нам из Септуагинты, древнего греческого перевода Ветхого Завета, где еврейское выражение мишне ха-тора (17:18), означающее, собственно, «копия этого закона / наставления», было переведено как «второй закон» и этими словами была названа книга, но это название оказалось ошибочным: Второзаконие не содержит в себе второго закона. В книге дается толкование Закона Божьего, объявленного на Синае, и делается это уже для второго поколения израильтян, вышедших из Египта.

Во все века христиане и иудеи считали, что Второзаконие написал Моисей. (Речь идет о главах, содержащих законы, установления и их толкование.) И в наши дни это убеждение опирается на проходящее через книгу красной нитью богословское понятие о Союзе-Завете, на заявления самой книги о Моисее как авторе, а также на свидетельства писателей Нового Завета. Согласно иудейской традиции, запись о смерти Моисея была сделана Иисусом Навином.

Во Второзаконии голос Моисея, провозгласившего наказы, заповеди, законы и установления, в известной степени неотделим от голоса Самого Бога. Вот почему оправдано продиктованное Моисеем требование: ничто в будущем не должно быть добавлено к сказанному и ничто не может быть изъято из него (4:2). Следовательно, мы имеем дело с безусловно авторитетным текстом, с серией речей, которые, согласно пониманию того, кто их произнес, уже имели статус «Торы», то есть Наставления, полученного от Бога. Так Второзаконие впервые вводит в Священном Писании концепцию канона - связанной, непреложной части богодухновенных книг.

По мнению многих внимательных и вдумчивых читателей, в этой книге Моисея слились воедино и слова пророка из пророков, и речи великого законодателя, и его своеобразный «дневник», и наконец его трогательная лебединая песнь.

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Книга Второзакония не случайно получила своё название. Справедливости ради надо заметить, что так её назвали переводчики, переводившие еврейский текст Пятикнижия на греческий язык во... 

 

Кто такой Бог? Что нам важно знать о Нем? Бог неба и земли, невидимый и непредставимый, являясь во мраке и пламени... 

 

Книга Второзакония начинается с продолжительного исторического введения. В первой его части, в первой главе книги, особо упоминается избрание себе народом судей, которых Моисей благословляет на то дело, которое доверяют им соплеменники... 

Библиотека

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).