Библия-Центр
РУ
Вся Библия
Церковнославянский перевод (ru)
Поделиться

Второзако1ніе, ГлавA 31

И# скончA мwmсе1й глаго1лz вс‰ словесA сі‰ ко всBмъ сынHмъ ї}лєвымъ
и3 рече2 къ ни6мъ: стA и3 двaдесzти лётъ ѓзъ є4смь дне1сь: не возмогY ксемY входи1ти и3 и3сходи1ти: гDь же рече2 ко мнЁ: не пре1йдеши їoрдaна сегw2:
гDь бг7ъ тво1й пред8иды1й пред8 лице1мъ твои1мъ, то1й потреби1тъ kзы1ки сі‰ t лицA твоегw2, и3 наслёдиши и5хъ: и3 їисyсъ пред8иды1й пред8 лице1мъ твои1мъ, ћкоже гlа гDь:
и3 сотвори1тъ и5мъ гDь, ћкоже сотвори2 сиHну и3 њ1гу, двyмъ царє1мъ ґморрє1йскимъ, и5же бы1ша њб8 њ1нъ по1лъ їoрдaна, и3 земли2 и4хъ, ћкоже потреби2 и5хъ
и3 предаде2 и5хъ гDь въ рyцэ вaши: и3 сотвори1те и5мъ, ћкоже заповёдахъ вaмъ:
мужaйсz и3 крэпи1сz, не бо1йсz, ни ўжасaйсz, ни ўстрашaйсz t лицA и4хъ: ћкw гDь бг7ъ тво1й, се1й пред8иды1й съ вaми, и3 не tстyпитъ t тебє2, ниже2 њстaвитъ тS.
И# призвA мwmсе1й їисyса и3 рече2 є3мY пред8 всёмъ ї}лемъ: мужaйсz и3 крэпи1сz: ты1 бо вни1деши пред8 лице1мъ людjй си1хъ въ зе1млю, ю4же клsтсz гDь nтцє1мъ вaшымъ дaти и5мъ, и3 ты2 въ наслёдіе раздэли1ши ю5 и5мъ:
и3 гDь, и3ды1й съ тобо1ю, не tстyпитъ t тебє2, ниже2 њстaвитъ тS: не бо1йсz, ни ўжасaйсz.
И# вписA мwmсе1й вс‰ словесA зако1на сегw2 въ кни1гу и3 даде2 жерцє1мъ сынHмъ леv‡инымъ, воздви1жущымъ ковче1гъ завёта гDнz, и3 стaрцємъ сынHвъ ї}левыхъ.
10 И# заповёда и5мъ мwmсе1й въ то1й де1нь, глаго1лz: по седми2 лётэхъ во вре1мz лёта њставле1ніz, въ прaздникъ кyщей;
11 є3гдA схо1дитсz ве1сь ї}ль kви1тисz пред8 гDемъ бг7омъ твои1мъ на мёстэ, є4же и3збере1тъ гDь, читaйте зако1нъ се1й пред8 всёмъ ї}лемъ во ќшы и4хъ:
12 собери1те лю1ди, мyжы и3 жєны2 и3 дёти, и3 прише1льца, и4же во градёхъ вaшихъ, да ўслы1шатъ и3 научaтсz боsтисz гDа бг7а вaшегw, и3 послyшаютъ твори1ти вс‰ словесA зако1на сегw2:
13 и3 сы1нове и4хъ, и5же не вёдzтъ, ўслы1шатъ и3 научaтсz боsтисz гDа бг7а вaшегw во вс‰ дни6, є3ли6ки поживyтъ на земли2, на ню1же вы2 прехо1дите їoрдaнъ тaмw наслёдити ю5.
14 И# рече2 гDь къ мwmсе1ю: се2, прибли1жишасz днjе сме1рти твоеS: призови2 їисyса, и3 стaните пред8 две1рьми ски1ніи свидёніz, и3 заповёмъ є3мY. И# и4де мwmсе1й и3 їисyсъ ко ски1ніи свидёніz, и3 стaста пред8 две1рьми ски1ніи свидёніz.
15 И# сни1де гDь въ столпЁ њ1блачнэ, и3 стA ў две1рій ски1ніи свидёніz: и3 стA сто1лпъ њ1блачный ў две1рій ски1ніи свидёніz.
16 И# рече2 гDь къ мwmсе1ю: се2, ты2 почjеши со nтцы6 твои1ми, и3 востaвше лю1діе сjи соблyдzтъ в8слёдъ богHвъ чужди1хъ земли2, въ ню1же вхо1дzтъ сjи тaмw, и3 њстaвzтъ мS, и3 разорsтъ завётъ мо1й, є3го1же завэщaхъ и5мъ:
17 и3 разгнёваюсz ћростію на нS въ то1й де1нь, и3 њстaвлю |, и3 tвращY лице2 мое2 t ни1хъ, и3 бyдутъ въ снёдь: и3 њбрsщутъ | ѕл† мнHга и3 скHрби, и3 рекyтъ въ де1нь то1й: поне1же нёсть гDа бг7а въ нaсъ, пости1гнуша ны2 ѕл†z сі‰:
18 ѓзъ же tвраще1ніемъ tвращY лице2 мое2 t ни1хъ въ то1й де1нь, ѕло1бъ рaди всёхъ ±же сотвори1ша, ћкw њбрати1шасz къ богHмъ чужди6мъ:
19 и3 нн7э напиши1те словесA пёсни сеS, и3 научи1те є4й сы1ны ї}лєвы, и3 вложи1те ю5 во ўстA и4хъ, да бyдетъ мнЁ пёснь сіS во свидётельство въ сынёхъ ї}левыхъ:
20 введy бо и5хъ въ зе1млю благyю, є4юже клsхсz nтцє1мъ и4хъ, дaти и5мъ зе1млю кипsщую ме1домъ и3 млеко1мъ, и3 kдsтъ, и3 насы1тившесz ўтолстёютъ, и3 њбратsтсz къ богHмъ чужди6мъ, и3 послyжатъ и5мъ, и3 разгнёваютъ мS, и3 разорsтъ завётъ мо1й, є3го1же завэщaхъ и5мъ:
21 и3 бyдетъ є3гдA пости1гнутъ и5хъ мнHга ѕл† и3 скHрби, и3 противостaнетъ пёснь сіS пред8 лице2 и4хъ свидётельствующи, ћкw не забве1на бyдетъ t ќстъ и4хъ и3 t ќстъ сёмене и4хъ: ѓзъ бо вёмъ ѕло1бу и4хъ, є3ли6ка творsтъ дне1сь здЁ, пре1жде введе1ніz и4хъ въ зе1млю благyю, є4юже клsхсz nтцє1мъ и4хъ.
22 И# написA мwmсе1й пёснь сію2 въ то1й де1нь и3 научи2 є4й сы1ны ї}лєвы. И# заповёда мwmсе1й їисyсу сы1ну наvи1ну и3 рече2 є3мY:
23 мужaйсz и3 крэпи1сz: ты1 бо введе1ши сы1ны ї}лєвы въ зе1млю, є4юже клsтсz и5мъ гDь, и3 то1й бyдетъ съ тобо1ю.
24 є3гдa же скончA мwmсе1й пишA вс‰ словесA зако1на сегw2 въ кни1гу дaже до концA,
25 и3 заповёда леvjтwмъ воздви1жущымъ ковче1гъ завёта гDнz, глаго1лz:
26 взе1мше кни1гу зако1на сегw2, положи1те ю5 t страны2 ковче1га завёта гDа бг7а вaшегw, и3 бyдетъ тaмw вaмъ во свидётельство:
27 ћкw ѓзъ вёмъ рве1ніе твое2 и3 вы1ю твою2 же1стокую: є3ще1 бо мнЁ жи1ву сyщу съ вaми дне1сь, преwгорчaюще бы1сте гDа, кольми2 пaче по сме1рти мое1й;
28 собери1те ко мнЁ племеноначaльники вaшz и3 стaрцы вaшz, и3 судіи6 вaшz и3 книговводи1тєли вaшz, да возглаго1лю во ќшы и4хъ вс‰ словесA сі‰ и3 засвидётельствую и5мъ нб7омъ и3 земле1ю:
29 вёмъ бо, ћкw по скончaніи мое1мъ беззако1ніемъ собеззако1ннуете и3 ўклоните1сz t пути2, є3го1же (ѓзъ) заповёдахъ вaмъ, и3 срsщутъ вaсъ ѕл†z въ послBдніz дни6, ћкw сотворите2 ѕло1е пред8 гDемъ бг7омъ, прогнёвати є3го2 въ дёлэхъ рyкъ вaшихъ.
30 И# глаго1ла мwmсе1й во ўшесA всегw2 со1нма ї}лева словесA пёсни сеS дaже до концA:

Второзако1ніе, ГлавA 32

Вонми2, нб7о, и3 возглаго1лю, и3 да слы1шитъ землS глаго1лы ќстъ мои1хъ,
да чaетсz ћкw до1ждь вэщaніе мое2, и3 да сни1дутъ ћкw росA глаго1ли мои2, ћкw тyча на тро1скотъ и3 ћкw и4ней на сёно:
ћкw и4мz гDне призвaхъ, дади1те вели1чіе бг7у нaшему.
Бг7ъ, и4стинна дэлA є3гw2, и3 вси2 путіе2 є3гw2 сyдъ: бг7ъ вёренъ, и3 нёсть непрaвды въ не1мъ: првdнъ и3 прпdбенъ гDь.
Согрэши1ша, не тогw2 ч†да порHчнаz: ро1де стропти1вый и3 развраще1нный,
сі‰ ли гDеви воздаете2, сjи лю1діе бyіи и3 не мyдри; не сaмъ ли се1й nц7ъ тво1й стzжa тz, и3 сотвори1 тz, и3 создa тz;
Помzни1те дни6 вBчныz, разумёйте лBта ро1да родHвъ: вопроси2 nтцA твоего2, и3 возвэсти1тъ тебЁ, стaрцы тво‰, и3 рекyтъ тебЁ.
є3гдA раздэлsше вы1шній kзы1ки, ћкw разсёz сы1ны ґдaмwвы, постaви предёлы kзы1кwвъ по числY ѓгг7лъ б9іихъ,
и3 бы1сть чaсть гDнz, лю1діе є3гw2 їaкwвъ, ќже наслёдіz є3гw2 ї}ль:
10 ўдовли2 є3го2 въ пусты1ни, въ жaжди зно1z въ безво1днэ: њбы1де є3го2 и3 наказA є3го2, и3 сохрани2 є3го2 ћкw зёницу џка:
11 ћкw nре1лъ покры2 гнэздо2 свое2, и3 на птенцы2 сво‰ возжелЁ: просте1ръ крилB свои2 и3 пріsтъ и5хъ, и3 под8sтъ и5хъ на р†му своє1ю.
12 ГDь є3ди1нъ вождaше и5хъ, и3 не бЁ съ ни1ми бо1гъ чyждь:
13 возведе2 | на си1лу земли2, насы1ти и5хъ жи6тъ се1льныхъ: ссaша ме1дъ и3з8 кaмене и3 є3ле1й t тве1рда кaмене,
14 мaсло крaвіе и3 млеко2 џвчее съ тyкомъ ѓгнчимъ и3 џвнимъ сынHвъ ю4нчихъ и3 ко1злихъ, съ тyкомъ пшени1чнымъ, и3 кро1вь гро1здову піsху віно2.
15 И# kде2 їaкwвъ и3 насы1тисz, и3 tве1ржесz возлю1бленный: ўты2, ўтолстЁ, разширЁ: и3 њстaви бг7а сотво1ршаго є3го2, и3 tступи2 t бг7а сп7са своегw2.
16 Прогнёваша мS њ чужди1хъ, и3 въ ме1рзостехъ свои1хъ преwгорчи1ша мS.
17 Пожро1ша бэсовHмъ, ґ не бг7у, богHмъ, и4хже не вёдэша: но1ви и3 секрaти 1недaвни пріидо1ша, и4хже не вёдэша nтцы2 и4хъ.
18 Бг7а ро1ждшаго тS њстaвилъ є3си2 и3 забы1лъ є3си2 бг7а питaющаго тS.
19 И# ви1дэ гDь, и3 возревновA, и3 раздражи1сz за гнёвъ сынHвъ и4хъ и3 дще1рей,
20 и3 рече2: tвращY лице2 мое2 t ни1хъ и3 покажY, что2 бyдетъ и5мъ напослёдокъ, ћкw ро1дъ развраще1нъ є4сть, сы1нове, и5мже нёсть вёры въ ни1хъ:
21 тjи раздражи1ша мS не њ бз7э, прогнёваша мS во јдwлэхъ свои1хъ: и3 ѓзъ раздражY и5хъ не њ kзы1цэ, њ kзы1цэ же неразyмливэ прогнёваю и5хъ:
22 ћкw џгнь возгори1тсz t ћрости моеS, разжже1тсz до ѓда преиспо1днzгw, снёстъ зе1млю и3 жи6та є3S, попали1тъ њснов†ніz го1ръ:
23 соберY на ни1хъ ѕл†z, и3 стрёлы мо‰ скончaю въ ни1хъ:
24 тaюще глaдомъ и3 снёдію пти1цъ, и3 го1рбъ неисцёленъ: зyбы ѕвэрjй послю2 въ нS, съ ћростію пресмыкaющихсz по земли2:
25 tвнЁ њбезчaдитъ и5хъ ме1чь, и3 t хрaмwвъ и4хъ стрaхъ: ю4ноша съ дёвою, ссyщее съ соверше1ннымъ стaрцемъ.
26 Рёхъ: разсёю и5хъ, ўстaвлю же t человBкъ пaмzть и4хъ:
27 то1кмw за гнёвъ врагHвъ, да не долголётствуютъ, и3 да не налsгутъ супостaти, да не рекyтъ: рукA нaша высокA, и3 не гDь сотвори2 сі‰ вс‰:
28 ћкw kзы1къ погуби1вый совётъ є4сть, и3 нёсть въ ни1хъ худо1жества, не смы1слиша разумёти:
29 сі‰ вс‰ да пріи1мутъ во грzдyщее лёто.
30 Кaкw пожене1тъ є3ди1нъ ты1сzщы, и3 двA дви1гнета тьмы6, ѓще не бг7ъ tдаде2 и5хъ, и3 гDь предаде2 и5хъ;
31 Не сyть бо бо1зи и4хъ, ћкw бг7ъ нaшъ: врази1 же нaши неразyмливи.
32 T віногрaдwвъ бо содо1мскихъ віногрaдъ и4хъ, и3 розгA и4хъ t гомо1рры: гро1здъ и4хъ гро1здъ же1лчи, гро1здъ го1рести и4хъ:
33 ћрость ѕміє1въ віно2 и4хъ, и3 ћрость ѓспідwвъ неисцёльна.
34 Не сі‰ ли вс‰ собрaшасz ў менє2 и3 запечатлёшасz въ сокро1вищахъ мои1хъ;
35 Въ де1нь tмще1ніz воздaмъ, во вре1мz є3гдA соблазни1тсz ногA и4хъ: ћкw бли1з8 де1нь поги1бели и4хъ, и3 предстоsтъ готHваz вaмъ:
36 ћкw суди1ти и4мать гDь лю1демъ свои6мъ, и3 њ рабёхъ свои1хъ ўмоле1нъ бyдетъ: ви1дэ бо и5хъ разслaблєнны и3 и3стazвшz во вре1мz и3 и3знемо1гшz.
37 И# рече2 гDь: гдЁ сyть бо1зи и4хъ, на ни1хже ўповaша,
38 и4хже тyкъ же1ртвъ и4хъ kдsсте, и3 піsсте віно2 тре1бъ и4хъ; да воскре1снутъ и3 помо1гутъ вaмъ, и3 бyдутъ вaмъ покрови1тєли.
39 Ви1дите, ви1дите, ћкw ѓзъ є4смь, и3 нёсть бг7ъ рaзвэ менє2: ѓзъ ўбію2 и3 жи1ти сотворю2: поражY и3 ѓзъ и3сцэлю2, и3 нёсть и4же и4зметъ t рукY моє1ю:
40 ћкw воздви1гну на нб7о рyку мою2, и3 кленyсz десни1цею мое1ю, и3 рекY: живY ѓзъ во вёки:
41 ћкw поwстрю2 ћкоже мо1лнію ме1чь мо1й, и3 пріи1метъ сyдъ рукA моS, и3 воздaмъ ме1сть врагHмъ и3 ненави1дzщымъ мS воздaмъ:
42 ўпою2 стрёлы мо‰ t кро1ве, и3 ме1чь мо1й снёстъ мzсA t кро1ве ћзвеныхъ и3 плэне1ніz, t глaвъ кнzзе1й kзы1ческихъ.
43 Возвесели1тесz, нб7сA, кyпнw съ ни1мъ, и3 да покло1нzтсz є3мY вси2 ѓгг7ли б9іи: возвесели1тесz, kзы1цы, съ людьми2 є3гw2, и3 да ўкрэпsтсz є3мY вси2 сы1нове б9іи: ћкw кро1вь сынHвъ свои1хъ tмщaетъ и3 tмсти1тъ, и3 воздaстъ ме1сть врагHмъ и3 ненави1дzщымъ є3го2 воздaстъ: и3 њчcтитъ гDь зе1млю людjй свои1хъ.
44 И# написA мwmсе1й пёснь сію2 въ то1й де1нь, и3 научи2 є4й сы1ны ї}лєвы: и3 вни1де мwmсе1й къ лю1демъ и3 глаго1ла вс‰ словесA зако1на сегw2 во ќшы лю1демъ, сaмъ и3 їисyсъ наvи1нъ.
45 И# скончA мwmсе1й глаго1лz словесA сі‰ вс‰ всемY ї}лю,
46 и3 рече2 къ ни6мъ: внемли1те се1рдцемъ вaшимъ вс‰ словесA сі‰, ±же ѓзъ засвидётельствую вaмъ дне1сь, ±же да заповёсте сынHмъ вaшымъ, храни1ти и3 твори1ти вс‰ словесA зако1на сегw2,
47 ћкw не тще1тно сло1во сіе2 вaмъ, зане2 сіS жи1знь вaша, и3 рaди сло1ва сегw2 дHлги дни6 бyдете на земли2, на ню1же вы2 прехо1дите їoрдaнъ тaмw наслёдити ю5.
48 И# рече2 гDь къ мwmсе1ю въ де1нь се1й, гlz:
49 взы1ди на го1ру ґварjмъ, сіS горA навavъ, ћже є4сть въ земли2 мwaвли прsмw їеріхHну, и3 ви1ждь зе1млю ханаaню, ю4же ѓзъ даю2 сынHмъ ї}лєвымъ во њбдержaніе:
50 и3 скончaйсz тaмw на горЁ, на ню1же восхо1диши, и3 приложи1сz къ лю1демъ твои6мъ, ћкоже ќмре ґарHнъ брaтъ тво1й на горЁ њ1ръ и3 приложи1сz къ лю1демъ свои6мъ:
51 поне1же не покори1стесz словеси2 моемY въ сынёхъ ї}левыхъ ў воды2 прерэкaніz кaдисъ въ пусты1ни сjнъ, поне1же не њсвzти1сте мене2 въ сынёхъ ї}левыхъ:
52 ћкw прsмw ќзриши зе1млю, и3 тaмw не вни1деши, ю4же даю2 сынHмъ ї}лєвымъ.

Второзако1ніе, ГлавA 33

И# сіе2 благослове1ніе, и4мже благослови2 мwmсе1й человёкъ б9ій сы1ны ї}лєвы пре1жде скончaніz своегw2,
и3 рече2: гDь t сінaи пріи1де, и3 kви1сz t сиjра нaмъ, и3 приспЁ t горы2 фарaни, и3 пріи1де со тьмaми с™ы1хъ, њдеснyю є3гw2 ѓгг7ли съ ни1мъ,
и3 пощадЁ лю1ди сво‰: и3 вси2 њсвzще1нніи под8 рукaми твои1ми, и3 сjи под8 тобо1ю сyть.
И# пріS t слове1съ є3гw2 зако1нъ, є3го1же заповёда нaмъ мwmсе1й, наслёдіе со1нму їaкwвлю:
и3 бyдетъ въ возлю1бленнэмъ кнsзь, собрaвшымсz кнzзє1мъ людски6мъ кyпнw съ племены2 ї}левыми.
Да живе1тъ руви1мъ, и3 да не ќмретъ, и3 сmмеHнъ да бyдетъ мно1гъ число1мъ.
И# сіе2 їyдэ: ўслы1ши, гDи, глaсъ їyдинъ и3 въ лю1ди є3гw2 вни1ди: рyцэ є3гw2 побо1рютъ по не1мъ, и3 помо1щникъ на враги2 є3гw2 да бyдеши.
И# леvjю рече2: дади1те леvjю kвлє1ннаz є3гw2, и3 и4стину є3гw2 мyжу преподо1бну, є3го1же и3скуси1ша и3скуше1ніемъ, ўкори1ша є3го2 ў воды2 прерэкaніz:
глаго1лzй nтцY своемY и3 мaтери свое1й: не ви1дэхъ тебе2: и3 брaтіи своеS не познA, и3 сынHвъ свои1хъ не ўвёдэ: сохрани2 словесA тво‰ и3 завётъ тво1й соблюде2:
10 kвsтъ њправд†ніz тво‰ їaкwву и3 зако1нъ тво1й ї}лю: возложaтъ fmміaмъ во гнёвэ твое1мъ всегдA на nлтaрь тво1й:
11 блгcви2, гDи, крёпость є3гw2 и3 дэлA рукY є3гw2 пріими2: порази2 чрє1сла востaвшихъ на него2 врагHвъ є3гw2, и3 ненави1дzщіи є3го2 да не востaнутъ.
12 И# веніамjну рече2: возлю1бленный гDемъ ўповazй всели1тсz (въ не1мъ), и3 бг7ъ њсэнsетъ є3го2 во вс‰ дни6, и3 посредЁ рaменъ є3гw2 почи2.
13 И# їHсифови рече2: t блгcве1ніz гDнz землS є3гw2, t красо1тъ небе1сныхъ и3 росы2, и3 t бе1зднъ и3сто1чникwвъ ни1зу,
14 и3 во вре1мz плодHвъ со1лнечныхъ њбраще1ній, и3 t схожде1ній мчcныхъ,
15 и3 t верхA го1ръ начaла, и3 t верхA холмHвъ вёчныхъ,
16 и3 по вре1мени земли2 и3сполне1ніz: и3 прі‰тнаz kви1вшемусz въ купинЁ, да пріи1дутъ на главY їHсифу, и3 на версЁ прослaвивыйсz въ брaтіи.
17 Перворо1дный ю3нцA добро1та є3гw2, ро1зи є3диноро1га ро1зи є3гw2: и4ми kзы1ки и3збоде1тъ вкyпэ дaже до крaz земли2: сі‰ тьмы6 є3фре1мwвы, и3 сі‰ ты1сzщи манасс‡ины.
18 И# завулHну рече2: возвесели1сz, завулHне, во и3схо1дэ твое1мъ, и3 їссахaре, въ селе1ніихъ твои1хъ:
19 kзы1ки потребsтъ: и3 призове1те тaмw, и3 пожре1те тaмw же1ртву прaвды: ћкw богaтство морско1е воздои1тъ тS, и3 к{пли t kзы6къ при мо1ри живyщихъ.
20 И# гaду рече2: блгcве1нъ разширszй гaда: ћкw ле1въ почи2, сокруши1вый мы1шцу и3 кнsзz:
21 и3 ви1дэ начaтки сво‰, ћкw тaмw раздэли1сz землS, кнzзе1й со1бранныхъ вкyпэ съ нач†льники людски1ми: прaвду гDь сотвори2 и3 сyдъ сво1й со ї}лемъ.
22 И# дaну рече2: дaнъ, скv1менъ льво1въ, и3 и3зско1читъ t васaна.
23 И# нефfалjму рече2: нефfалjмъ насыще1ніе пріsтныхъ, и3 да насы1титсz блгcве1ніемъ t гDа: мо1ре и3 ю4гъ наслёдитъ.
24 И# ґси1ру рече2: блгcве1нъ t1пaче ч†дъ ґси1ръ, и3 бyдетъ пріsтенъ брaтіи свое1й: њмо1читъ въ є3ле1й но1гу свою2:
25 желёзо и3 мёдь сапо1гъ є3гw2 бyдетъ, и3 ѓки дни6 тво‰ крёпость твоS.
26 Нёсть ћкоже бг7ъ возлю1бленнагw: восходsй на нб7о помо1щникъ тво1й, и3 великолёпый въ тве1рди:
27 и3 покры1етъ тS б9іе начaло, и3 под8 крёпостію мы1шцей вёчныхъ: и3 tжене1тъ t лицA твоегw2 врагA, гlz: да поги1бнеши:
28 и3 всели1тсz ї}ль ўповaz є3ди1нъ на земли2 їaкwвли въ вінЁ и3 пшени1цэ: и3 не1бо є3мY њ1блачно росо1ю.
29 Блаже1нъ є3си2, ї}лю: кто2 подо1бенъ тебЁ, лю1діе спасaеміи t гDа; защи1титъ помо1щникъ тво1й, и3 ме1чь хвалA твоS: и3 солжyтъ тебЁ врази2 твои2, и3 ты2 на вы1ю и4хъ настyпиши.

Второзако1ніе, ГлавA 34

И# взы1де мwmсе1й t ґравHfа мwaвлz на го1ру навavъ, на ве1рхъ фазгA, ћже є4сть прsмw їеріхHну: и3 показA є3мY гDь всю2 зе1млю галаaдску дaже до дaна,
и3 всю2 зе1млю нефfалjмлю, и3 всю2 зе1млю є3фре1мову и3 манассjину, и3 всю2 зе1млю їyдину дaже до мо1рz послёднzгw,
и3 пусты1ню и3 њкрє1стнаz (се1ла) їеріхHна, грaдъ фjнікwвъ дaже до сигHра,
и3 рече2 гDь къ мwmсе1ю: сіS землS, є4юже клsхсz ґвраaму и3 їсаaку и3 їaкwву, гlz: сёмени вaшему дaмъ ю5: и3 показaхъ ю5 nчесє1мъ твои6мъ, и3 тaмw не вни1деши.
И# скончaсz тaмw мwmсе1й рaбъ гDень въ земли2 мwaвли сло1вомъ гDнимъ.
И# погребо1ша є3го2 въ земли2 мwaвли бли1з8 до1му фогHрова. И# не ўвёда никто1же погребе1ніz є3гw2 дaже до дне2 сегw2.
Мwmсе1ю же бЁ сто2 и3 двaдесzть лётъ, є3гдA скончaсz: не њтемнёстэ џчи є3гw2, ни и3стлёста ўстнЁ є3гw2.
И# плaкашасz сы1нове ї}лєвы мwmсе1а во ґравHfэ мwaвли ў їoрдaна бли1з8 їеріхHна три1десzть днjй. И# скончaшасz днjе плaча сётованіz њ мwmсе1и.
И# їисyсъ сы1нъ наvи1нъ напо1лнисz д¦а рaзума: возложи1 бо мwmсе1й рyцэ свои2 на него2. И# послyшаша є3гw2 сы1нове ї}лєвы, и3 сотвори1ша ћкоже заповёда гDь мwmсе1ю.
10 И# не востA ктомY прbро1къ во ї}ли ћкоже мwmсе1й, є3го1же познA гDь лице1мъ къ лицY,
11 во всёхъ знaменіихъ и3 чудесёхъ, є3го1же послA гDь сотвори1ти | въ земли2 є3гv1петстэй фараHну и3 рабHмъ є3гw2 и3 все1й земли2 є3гw2,
12 ди6внаz вели6каz, и3 рyку крёпкую (и3 мы1шцу высо1кую), ±же сотвори2 мwmсе1й пред8 всёмъ ї}лемъ.
Для корректного отображения некириллических текстов желательно установить шрифты Lucida Sans Unicode (для текстов на греческом) и Hirmos (для текстов на церковнославянском). Если Ваш браузер поддерживает технологию CSS3, шрифты будут загружены автоматически.
Комментарии:
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

31 Глава открывает три заключительных раздела книги. В первом повествуется о вручении власти Иисусу Навину.


31:26 Книга Закона, возвещенного через посредство Моисея (Втор 4:14), кладется т. о., "одесную ковчега Завета Господа", содержавшего Десятисловие, данное Самим Господом.


32 Великая "песнь Моисея" - замечательное лирическое произведение, прославляющее Бога Израилева, единого истинного Владыку мира. Как полагают исследователи, до своего включения во Втор она являлась самостоятельным произведением. Аналогичные мысли и образы встречаются в псалмах и у пророков, в особенности у Ис 40-55и Иез.


32:8 Экзегеты считают, что текст греч. перевода более древний. Вместо "сынов Израилевых" стояло, вероятно, "сынов Божиих". Сыны Божии (или "боги") - ангелы (Иов 1:6), члены небесного двора, ст. Втор 32:43и Пс 28:1; Пс 81:1; Пс 88:7; Тов 5:4; здесь- небесные покровители народов (ср. Дан 10:13); избранный же народ Ягве сохранил для себя (Втор 7:6).


32:39 Исповедание строгого единобожия (ср. Ис 44:6).


32:43 "Очистит землю Свою" - букв, "совершит обряд искупления": выражение, часто встречающееся в обрядовых текстах (Исх 25:17), где говорится о "крышке" ковчега - евр "каппорет" от "капар" - покрывать, искупать.


33 "Благословение Моисея", по мнению экзегетов, есть богослужебный текст, вставленный во Втор между возвещением о смерти Моисея и утверждением факта его смерти. "Благословение" есть особая форма литургической поэзии (ср. Быт 49; ср. 2 Цар 7:21-29). Здесь оно представлено как завещание Моисея, наподобие "благословения" Иакова.


33:7 Этот стих, по-видимому, содержит указание на отделение колена Иудина от других колен в период образования двух царств.


34:5-6 Этот текст евр. Библии может быть понят так: "Ягве похоронил его". Это окружает таинственностью смерть Моисея, человека, жизнь которого была исполнена необычайных знамений и великих событий.


34:10 В заключительных стихах Второзакония Моисей прославляется как величайший из пророков израильских, удостоившийся видеть Бога лицом к Лицу.



Являясь последней частью Пятикнижия, Второзаконие в то же время открывает собой новый цикл библ. книг, который принято называть на Западе «Девтерономической (Второзаконнической) историей». В нем составитель собрал в назидательных целях сказания об истории народа Божия. Сюда входят кн. Иисуса Навина, Судей и Царств, находящиеся — согласно распространенной на Западе теории — под сильным влиянием Второзакония. Второзаконнической же «редакцией» западные библеисты называют послепленную редакцию этих книг, являющуюся окончательной.

В отличие от других законоположительных частей ВЗ Второзаконие характеризуется ярким проповедническим стилем. Основой его явилось завещание Моисея. Испытывая тревогу при мысли о соблазнах, ожидавших израильтян в Ханаане, пророк стремился запечатлеть в их сердцах сущность своего учения. Впоследствии эти заповеди и проповеди повторялись левитами северо-израильских городов во время праздника возобновления Завета.

По-видимому, существовало три варианта данной книги (Втор 1:4-40; Втор 4:26-41 и Втор 28; Втор 29-30); каждый вариант состоял из исторического пролога, заповедей, благословений и проклятий. Как полагают библеисты, один из этих вариантов (или три слитых воедино) был спрятан в Иерусалимском храме и обнаружен при царе Иосии (4 Цар 22). В пользу этого предположения говорит тот факт, что в книге, найденной при Иосии, имелась заповедь совершать богослужение только в одном месте, избранном Богом. А такая заповедь встречается лишь во Второзаконии (Втор 12:5). Первоначально, очевидно, речь шла о Сихеме (именно там совершался обряд возобновления Завета — Втор 27:4). После разрушения Северного израильского царства (722 г. до Р.Х.) этим центром стали считать Иерусалим. Культовый моноцентризм — одна из главных идей исторических книг.

Второзаконие содержит главные библейские заповеди — о любви к Богу и ближнему. В ответах искусителю Христос приводит слова из этой книги (Мф 4:4-10). С другой стороны, на Второзаконии лежит печать напряженной борьбы с язычеством, происходившей на протяжении всего того времени, когда книга составлялась. Это придает ей местами резкий и суровый тон. Второзаконие — книга веры, которая отстаивает свое существование перед лицом врагов. Она проникнута высоким религиозно-этическим пафосом. Социальное законодательство Втор направлено против деспотизма царской власти и угнетения неимущих.

Названия, разделения и содержание

Пять первых книг Библии составляют одно целое, которое по-еврейски называется Тора, т.е. Закон. Первое достоверное свидетельство об употреблении слова Закон (греч. «νομος») в этом смысле мы встречаем в предисловии кн. Премудрости Иисуса, сына Сирахова. В начале христианской эры название «Закон» уже было общепринятым, как мы это видим в НЗ (Лк 10:26; ср. Лк 24:44). Иудеи, говорившие по-еврейски, называли первую часть Библии также «Пять пятых Закона», чему соответствовало в эллинизированных еврейских кругах η πεντατευχος (подраз. «βιβλος» ., т.е. Пятитомник). Это разделение на пять книг засвидетельствовано еще до нашей эры греческим переводом Библии семьюдесятью толковниками (LXX). В этом, принятом Церковью, переводе каждой из пяти книг было дано название, согласно ее содержанию или содержанию ее первых глав:

Кн. Бытия (собств. — книга о происхождении мира, рода человеческого и избранного народа); Исход (начинается с рассказа об уходе евреев из Египта); Левит (закон для священников из колена Левиина); Числа (книга начинается с описания переписи народа: гл. Числ 1-4); Второзаконие («второй закон», воспроизводящий в более пространном изложении Закон, данный на Синае). Иудеи же до сих пор называют каждую книгу евр. Библии по ее первому значимому слову.

Кн. Бытия разделяется на две неравные части: описание происхождения мира и человека (Быт 1-11) и история праотцев народа Божия (Быт 12-50). Первая часть — как бы пропилеи, вводящие в историю, о которой повествует вся Библия. В ней описывается сотворение мира и человека, грехопадение и его последствия, постепенное развращение людей и постигшее их наказание. Происшедший затем от Ноя род расселяется по земле. Генеалогические же таблицы все суживаются и, наконец, ограничиваются родом Авраама, отца избранного народа. История праотцев (Быт 12-50) описывает события из жизни великих предков: Авраама, человека веры, послушание которого вознаграждается: Бог обещает ему многочисленных потомков и Святую Землю, которая станет их наследием (Быт 12 1—25:8); Иакова, отличающегося хитростью: выдав себя за старшего брата, Исава, он получает благословение своего отца Исаака и затем превосходит изворотливостью своего дядю Лавана; однако его ловкость оказалась бы напрасной, если бы Бог не предпочел его Исаву и не возобновил в его пользу обетования, данные Аврааму, и заключенный с ним союз (Быт 25:19-36:43). Бог избирает людей не только высокого нравственного уровня, ибо он может исцелить всякого человека, открывающегося Ему, как бы он ни был греховен. По сравнению с Авраамом и Иаковом Исаак выглядит довольно бледно. О его жизни говорится главным образом в связи с его отцом или сыном. Двенадцать сыновей Иакова — родоначальники двенадцати колен Израилевых. Одному из них посвящена последняя часть кн. Бытия: гл. Быт 37-50 — биография Иосифа. В них описывается, как добродетель мудрого вознаграждается и Божественное Провидение обращает зло в добро (Быт 50:20).

Две главные темы Исхода: освобождение из Египта (Исх 1:1-15:21) и Синайский Союз-Завет (Исх 19:1-40:38) связаны с менее значимой темой — странствия по пустыне (Исх 15:22-18:27). Моисей, получивший откровение неизреченного имени Ягве на горе Божией Хориве, приводит туда израильтян, освобожденных от рабства. В величественной теофании Бог вступает в союз с народом и дает ему Свои Заповеди. Как только союз был заключен, народ его нарушил, поклонившись золотому тельцу, но Бог прощает виновных и возобновляет союз. Ряд предписаний регулирует богослужение в пустыне.

Кн. Левит носит почти исключительно законодательный характер, так что повествование о событиях, можно сказать, прерывается. Она содержит ритуал жертвоприношений (Лев 1-7): церемониал поставления в священники Аарона и его сыновей (Лев 8-10); предписания о чистом и нечистом (Лев 11-15), завершающиеся описанием ритуала Дня Очищения (Лев 16); «Закон святости» (Лев 17-26), содержащий богослужебный календарь и заканчивающийся благословениями и проклятиями (Лев 26). В гл. Лев 27 уточняются условия выкупа людей, животных и имущества, посвященных Ягве.

В кн. Числа вновь говорится о странствии в пустыне. Уходу от Синая предшествуют перепись народа (Числ 1-4) и богатые приношения по случаю освящения скинии (Числ 7). Отпраздновав второй раз Пасху, евреи покидают святую гору (Числ 9-10) и доходят до Кадеса, где предпринимают неудачную попытку проникнуть в Ханаан с юга (Числ 11-14). После долгого пребывания в Кадесе они отправляются в Моавские равнины, прилегавшие к Иерихону (Числ 20-25). Мадианитяне разбиты, и колена Гада и Рувима поселяются в Заиорданьи (Числ 31-32). В гл. Числ 33 перечисляются остановки в пустыне. Повествования чередуются с предписаниями, дополняющими синайское законодательство или подготовляющими поселение в Ханаане.

Второзаконие отличается особой структурой: это кодекс гражданских и религиозных узаконений (Втор 12:26-15:1), включенный в большую речь Моисея (Втор 5-11; Втор 26:16-28:68), которую предваряет его первая речь (Втор 1-4); за ней следует третья речь (Втор 29-30); наконец говорится о возложении миссии на Иисуса Новина, приводятся песнь и благословения Моисея, даются краткие сведения о конце его жизни (Втор 31-34).

Второзаконнический кодекс отчасти воспроизводит заповеди, данные в пустыне. Моисей напоминает в своих речах о великих событиях Исхода, об откровении на Синае и начале завоевания Земли Обетованной. В них раскрывается религиозный смысл событий, подчеркивается значение Закона, содержится призыв к верности Богу.

Литературная композиция

Составление этого обширного сборника приписывалось Моисею, что засвидетельствовано в НЗ (Ин 1:45; Ин 5:45-47; Рим 10:5). Но в более древних источниках нет утверждения, что все Пятикнижие написано Моисеем. Когда в нем, хотя очень редко, говорится: «Моисей написал» — эти слова относятся лишь к определенному месту. Исследователи Библии обнаружили в этих книгах различие в стиле, повторения и некоторую непоследовательность повествований, что не дает возможности считать их произведением, целиком принадлежащим одному автору. После долгих исканий библеисты, главным образом под влиянием К.Г. Графа и Ю. Велльгаузена, склонились в основном к т.н. документарной теории, которую схематически можно формулировать так: Пятикнижие представляет компиляцию из четырех документов, возникших в различное время и в различной среде. Первоначально было два повествования: в первом автор, т. н. Ягвист, условно обозначаемый буквой «J», употребляет в рассказе о сотворении мира имя Ягве, которое Бог открыл Моисею; другой автор, т. н. Элогист (Е), называет Бога распространенным в то время именем Элогим. Согласно этой теории повествование Ягвиста было записано в 11 веке в Иудее, Элогист же писал немного позже в Израиле. После разрушения Северного царства оба документа были сведены воедино (JE). После царствования Иосии (640-609) к ним было прибавлено Второзаконие «D», а после Плена ко всему этому (JED) был присоединен священнический кодекс (Р), содержащий главным образом законы и несколько повествований. Этот кодекс составил своего рода костяк и образовал рамки этой компиляции (JEDP). Такой литературно-критический подход связан с эволюционной концепцией развития религиозных представлений в Израиле.

Уже в 1906 г Папская Библейская Комиссия предостерегла экзегетов от переоценки этой т. н. документарной теории и предложила им считать подлинным авторство Моисея, если иметь в виду Пятикнижие в целом, и в то же время признавать возможность существования, с одной стороны устных преданий и письменных документов, возникших до Моисея, а с другой — изменений и добавлений в более позднюю эпоху. В письме от 16 января 1948 г, обращенном к кардиналу Сюару, архиепископу Парижскому, Комиссия признала существование источников и постепенных приращений к законам Моисея и историческим рассказам, обусловленных социальными и религиозными установлениями позднейших времен.

Время подтвердило правильность этих взглядов библейской Комиссии, ибо в наше время классическая документарная теория все больше ставится под сомнение. С одной стороны, попытки систематизировать ее не дали желаемых результатов. С другой стороны, опыт показал, что сосредоточение интереса на чисто литературной проблеме датировки окончательной редакции текста имеет гораздо меньшее значение, чем подход исторический, при котором на первое место выдвигается вопрос об источниках устных и письменных, лежащих в основе изучаемых «документов». Представление о них стало теперь менее книжным, более близким к конкретной действительности. Выяснилось, что они возникли в далеком прошлом. Новые данные археологии и изучение истории древних цивилизаций Средиземноморья показали, что многие законы и установления, о которых говорится в Пятикнижии, сходны с законами и установлениями эпох более давних, чем те, к которым относили составление Пятикнижия, и что многие его повествования отражают быт более древней среды.

Не будучи 8 состоянии проследить, как формировалось Пятикнижие и как в нем слилось несколько традиций, мы, однако, вправе утверждать, что несмотря на разнохарактерность текстов явистского и элогистского, в них по существу идет речь об одном и том же. Обе традиции имеют общее происхождение. Кроме того, эти традиции соответствуют условиям не той эпохи, когда они были окончательно письменно зафиксированы, а эпохи, когда произошли описываемые события. Их происхождение восходит, следовательно, к эпохе образования народа Израильского. То же в известной мере можно сказать о законодательных частях Пятикнижия: пред нами гражданское и религиозное право Израиля; оно эволюционировало вместе с общиной, жизнь которой регулировало, но по своему происхождению оно восходит ко времени возникновения этого народа. Итак, первооснова Пятикнижия, главные элементы традиций, слившихся с ним, и ядро его узаконений относятся к периоду становления Израильского народа. Над этим периодом доминирует образ Моисея, как организатора, религиозного вождя и первого законодателя. Традиции, завершающиеся им, и воспоминания о событиях, происходивших под его руководством, стали национальной эпопеей. Учение Моисея наложило неизгладимый отпечаток на веру и жизнь народа. Закон Моисеев стал нормой его поведения. Толкования Закона, вызванные ходом исторического развития, были проникнуты его духом и опирались на его авторитет. Засвидетельствованный в Библии факт письменной деятельности самого Моисея и его окружения не вызывает сомнений, но вопрос содержания имеет большее значение, чем вопрос письменного фиксирования текста, и поэтому так важно признать, что традиции, лежащие в основе Пятикнижия, восходят к Моисею как первоисточнику.

Повествования и история

От этих преданий, являвшихся живым наследием народа, вдохнувших в него сознание единства и поддерживавших его веру, невозможно требовать той строго научной точности, к которой стремится современный ученый; однако нельзя утверждать, что эти письменные памятники не содержат истины.

Одиннадцать первых глав Бытия требуют особого рассмотрения. В них описано в стиле народного сказания происхождение рода человеческого. Они излагают просто и картинно, в соответствии с умственным уровнем древнего малокультурного народа, главные истины, лежащие в основе домостроительства спасения: создание Богом мира на заре времен, последовавшее за ним сотворение человека, единство рода человеческого, грех прародителей и последовавшие изгнание и испытания. Эти истины, будучи предметом веры, подтверждены авторитетом Св. Писания; в то же время они являются фактами, и как истины достоверные подразумевают реальность этих фактов. В этом смысле первые главы Бытия носят исторический характер. История праотцев есть история семейная. В ней собраны воспоминания о предках: Аврааме, Исааке, Иакове, Иосифе. Она является также популярной историей. Рассказчики останавливаются на подробностях личной жизни, на живописных эпизодах, не заботясь о том, чтобы связать их с общей историей. Наконец, это история религиозная. Все ее переломные моменты отмечены личным участием Бога, и все в ней представлено в провиденциальном плане. Более того, факты приводятся, объясняются и группируются с целью доказать религиозный тезис: существует один Бог, образовавший один народ и давший ему одну страну. Этот Бог — Ягве, этот народ — Израиль, эта страна — святая Земля. Но в то же время эти рассказы историчны и в том смысле, что они по-своему повествуют о реальных фактах и дают правильную картину происхождения и переселения предков Израильских, их географических и этнических корней, их поведения в плане нравственном и религиозном. Скептическое отношение к этим рассказам оказалось несостоятельным перед лицом недавних открытий в области истории и археологии древнего Востока.

Опустив довольно длинный период истории, Исход и Числа, а в определенной мере и Второзаконие, излагают события от рождения до смерти Моисея: исход из Египта, остановка у Синая, путь к Кадесу (о долгом пребывании там хранится молчание), переход через Заиорданье и временное поселение на равнинах Моава. Если отрицать историческую реальность этих фактов и личности Моисея, невозможно объяснить дальнейшую историю Израиля, его верность ягвизму, его привязанность к Закону. Надо, однако, признать, что значение этих воспоминаний для жизни народа и отзвук, который они находят в обрядах, сообщили этим рассказам характер победных песен (напр, о переходе через Чермное море), а иногда и богослужебных песнопений. Именно в эту эпоху Израиль становится народом и выступает на арену мировой истории. И хотя ни в одном древнем документе не содержится еще упоминания о нем (за исключением неясного указания на стеле фараона Мернептаха), сказанное о нем в Библии согласуется в главных чертах с тем, что тексты и археология говорят о вторжении в Египет гиксосов, которые в большинстве своем были семитического происхождения, о египетской администрации в дельте Нила, о политическом положении Заиорданья.

Задача современного историка состоит в том, чтобы сопоставить эти данные Библии с соответствующими событиями всемирной истории. Несмотря на недостаточность библейских указаний и недостаточную определенность внебиблейской хронологии, есть основания предполагать, что Авраам жил в Ханаане приблизительно за 1850 лет до Р.Х., что история возвышения Иосифа в Египте и приезда к нему других сыновей Иакова относится к началу 17 в. до Р.Х. Дату Исхода можно определить довольно точно по решающему указанию, данному в древнем тексте Исх 1:11: народ сынов Израилевых «построил фараону Пифом и Рамзес, города для запасов». Следовательно, Исход произошел при Рамзесе II, основавшем, как известно, город Рамзес. Грандиозные строительные работы начались в первые же годы его царствования. Поэтому весьма вероятно, что уход евреев из Египта под водительством Моисея имел место около середины царствования Рамзеса (1290-1224), т.е. примерно около 1250 г до Р.Х.

Учитывая библейское предание о том, что время странствования евреев в пустыне соответствовало периоду жизни одного поколения, водворение в Заиорданьи можно отнести к 1225 г до Р.Х. Эти даты согласуются с историческими данными о пребывании фараонов XIX династии в дельте Нила, об ослаблении египетского контроля над Сирией и Палестиной в конце царствования Рамзеса II, о смутах, охвативших весь Ближний Восток в конце 13 в. до Р.Х. Согласуются они и с археологическими данными, свидетельствующими о начале Железного Века в период вторжения Израильтян в Ханаан.

Законодательство

В евр Библии Пятикнижие называется «Тора», т.е. Закон; и действительно здесь собраны предписания, регулировавшие нравственную, социальную и религиозную жизнь народа Божия. В этом законодательстве нас больше всего поражает его религиозный характер. Он свойственен и некоторым другим кодексам древнего Востока, но ни в одном из них нет такого взаимопроникновения религиозного и светского элементов. В Израиле Закон дан Самим Богом, он регулирует обязанности по отношению к Нему, его предписания мотивируются религиозными принципами. Это кажется вполне нормальным, когда речь идет о нравственных предписаниях Десятисловия (Синайских Заповедях) или о культовых законах кн. Левит, но гораздо более знаменательно, что в том же своде гражданские и уголовные законы переплетаются с религиозными наставлениями и что все представлено как Хартия Союза-Завета с Ягве. Из этого естественно следует, что изложение этих законов связано с повествованием о событиях в пустыне, где был заключен этот Союз.

Как известно, законы пишутся для практического применения и их необходимо с течением времени видоизменять, считаясь с особенностями окружающей среды и исторической ситуации. Этим объясняется, что в совокупности рассматриваемых документов можно встретить как древние элементы, так и постановления, свидетельствующие о возникновении новых проблем. С другой стороны, Израиль в известной мере испытывал влияние своих соседей. Некоторые предписания Книги Завета и Второзакония удивительно напоминают предписания Месопотамских кодексов, Свода Ассирийских Законов и Хеттского кодекса. Речь идет не о прямом заимствовании, а о сходстве, объясняющемся влиянием законодательства других стран и обычного права, отчасти ставшего в древности общим достоянием всего Ближнего Востока. Кроме того, в период после Исхода на формулировке законов и на формах культа сильно сказывалось ханаанское влияние.

Десятисловие (10 заповедей), начертанное на Синайских скрижалях, устанавливает основу нравственной и религиозной веры Союза-Завета. Оно приведено в двух (Исх 20:2-17 и Втор 5:6-21), несколько различающихся вариантах: эти два текста восходят к древнейшей, более краткой, форме и нет никаких серьезных данных, опровергающих ее происхождение от Моисея.

Элогистский кодекс Союза-Завета (Исх 20:22-23:19) представляет собой право пастушеско-земледельческого общества, соответствующее реальному положению Израиля, образовавшегося как народ и начавшего вести оседлый образ жизни. От более древних месопотамских кодексов, с которыми у него есть точки соприкосновения, он отличается большой простотой и архаическими чертами. Однако он сохранился в форме, свидетельствующей о некоторой эволюции: особое внимание, которое уделяется в нем рабочему скоту, работам в поле и на виноградниках, равно как и домам, позволяет думать, что он относится к периоду оседлой жизни. С другой стороны, различие в формулировке постановлений — то повелительных, то условных — указывает на разнородность состава свода. В своем настоящем виде он, вероятно, восходит к периоду Судей.

Ягвистский кодекс возобновления Завета (Исх 34:14-26) иногда называется, хотя и неправильно, вторым Десятисловием или обрядовым Декалогом. Он представляет собой собрание религиозных предписаний в повелительной форме и принадлежит к тому же времени, что и книга Завета, но под влиянием Второзакония он был переработан. Хотя кн. Левит получила свою законченную форму только после плена, она содержит и очень древние элементы. Так, например, запреты, касающиеся пищи (Лев 11), или предписания о чистоте (Лев 13-15) сохраняют завещанное первобытной эпохой. В ритуале великого Дня Очищения (Лев 16) тексты древних обрядовых предписаний дополняются более подробными указаниями, свидетельствующими о наличии разработанного представления о грехе. Гл. Лев 17-26 составляют целое, получившее название Закона Святости и относящееся, очевидно, к последнему периоду монархии. К той же эпохе надо отнести кодекс Второзакония, в котором собрано много древних элементов, но также отражается эволюция социальных и религиозных обычаев (напр, законы о единстве святилища, жертвеннике, десятине, рабах) и изменение духа времени (призывы к сердцу и свойственный многим предписаниям увещательный тон).

Религиозный смысл

Религия как Ветхого, так и Нового Завета есть религия историческая: она основывается на откровении Бога определенным людям, в определенных местах, при определенных обстоятельствах и на особом действии Бога в определенные моменты человеческой эволюции. Пятикнижие, излагающее историю первоначальных отношений Бога с миром, является фундаментом религии Израиля, ее канонической книгой по преимуществу, ее Законом.

Израильтянин находит в ней объяснение своей судьбы. Он не только получил в начале книги Бытия ответ на вопросы, которые ставит себе каждый человек — о мире и жизни, о страдании и смерти, — но получил ответ и на свой личный вопрос: почему Ягве, Единый Бог есть Бог Израилев? Почему Израиль — Его народ среди всех народов земли?

Это объясняется тем, что Израиль получил обетование. Пятикнижие — книга обетовании: Адаму и Еве после грехопадения возвещается спасение в будущем, т. н. Протоевангелие; Ною, после потопа, обещается новый порядок в мире. Еще более характерно обетование, данное Аврааму и возобновленное Исааку и Иакову; оно распространяется на весь народ, который произойдет от них. Это обетование прямо относится к обладанию землей, где жили праотцы, Землей Обетованной, но по сути дела в нем содержится большее: оно означает, что особые, исключительные отношения существуют между Израилем и Богом его отцов.

Ягве призвал Авраама, и в этом призыве прообразовано избрание Израиля. Сам Ягве сделал из него один народ. Свой народ по благоизволению Своему, по замыслу любви, предначертанному при сотворении мира и осуществляющемуся, несмотря на неверность людей. Это обетование и это избрание гарантированы Союзом. Пятикнижие есть также книга союзов. Первый, правда еще прямо не высказанный, был заключен с Адамом; союз с Ноем, с Авраамом и, в конечном итоге, со всем народом через посредство Моисея, получил уже ясное выражение. Это не союз между равными, ибо Бог в нем не нуждается, хотя почин принадлежит Ему. Однако Он вступает в союз и в известном смысле связывает Себя данными Им обетованиями. Но Он требует взамен, чтобы Его народ был Ему верен: отказ Израиля, его грех может нарушить связь, созданную любовью Бога. Условия этой верности определяются Самим Богом. Избранному Им народу Бог дает Свой Закон. Этот Закон устанавливает, каковы его обязанности, как он должен себя вести согласно воле Божией и, сохраняя Союз-Завет, подготовлять осуществление обетовании.

Темы обетования, избрания, союза и закона красной нитью проходят через всю ткань Пятикнижия, через весь ВЗ. Пятикнижие само по себе не составляет законченного целого: оно говорит об обетовании, но не об осуществлении его, ибо повествование прерывается перед вступлением Израиля в Землю Обетованную. Оно должно оставаться открытым будущему и как надежда и как сдерживающий принцип: надежда на обетование, которую завоевание Ханаана как будто исполнило (Ис Нав 23), но грехи надолго скомпрометировали, и о которой вспоминают изгнанники в Вавилоне; сдерживающий принцип Закона всегда требовательного, пребывавшего в Израиле как свидетель против него (Втор 31:26). Так продолжалось до пришествия Христа, к Которому тяготела вся история спасения; в Нем она обрела весь свой смысл. Ап. Павел раскрывает ее значение, главным образом в послании к Галатам (Гал 3:15-29). Христос заключает новый Союз-Завет, прообразованный древними договорами, и вводит в него христиан, наследников Авраама по вере. Закон же был дан, чтобы хранить обетования, являясь детоводителем ко Христу, в Котором эти обетования исполняются.

Христианин уже не находится под руководством детоводителя, он освобожден от соблюдения обрядового Закона Моисея, но не освобожден от необходимости следовать его нравственному и религиозному учению. Ведь Христос пришел не нарушить Закон, а исполнить (Мф 5:17). Новый Завет не противополагается Ветхому, а продолжает его. В великих событиях эпохи патриархов и Моисея, в праздниках и обрядах пустыни (жертвоприношение Исаака, переход через Чермное море, празднование Пасхи и т.д.), Церковь не только признала прообразы НЗ (жертвоприношения Христа, крещения и христианский Пасхи), но требует от христианина того же глубокого к ним подхода, который наставления и рассказы Пятикнижия предписывали Израильтянам. Ему следует осознать, как развивается история Израиля (а в нем и через него всего человечества), когда человек предоставляет Богу руководить историческими событиями. Более того: в своем пути к Богу всякая душа проходит те же этапы отрешенности, испытания, очищения, через которые проходил избранный народ, и находит назидание в поучениях, данных ему.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

31:2 Выражение «я не могу уже выходить и входить» означает не упадок сил Моисея, так как последний сохранил бодрость до конца жизни ( Втор 34:7 ), а то, что он уже перестает быть вождем ( Чис 27:17 ) народа, так как Господь сказал ему: ты не перейдешь Иордана ( Чис 20:7-13 ).


31:3  Как говорил Господь. Ср. Чис 27:15-23; Втор 1:38; 3:28 .


31:4 См. Чис 21; Втор 2:31; 3:1-17 .


31:5 См. Чис 20:10-20 .


31:10  В год отпущения, т. е. в субботний год. См. прим. к Втор 15:1-11. О празднике кущей см. Исх 23:16; 23:33-36,39-43; Чис 29:12-38 .


31:23 Господь первый раз обращается непосредственно к И. Навину, так как время фактического вступления его в должность народного вождя уже приблизилось.


31:30 См. 30 гл. кн. Втор .


32:2 Сравнения, указывающие на благотворность внимательного отношения к последующим словам пророка.


32:8-9 Расселяя на земле после потопа и столпотворения человеческий род, Господь уже предвидел те географические грани, в которые будет заключен Его будущий избранный народ; расположение и пределы других народов как бы стояли в теснейшей связи с численностью, пределами и назначением Его «удела» ( Исх 19:15 ).


32:8  По числу сынов Израилевых — в греческом переводе: по числу Ангелов Божьих.


32:10 Фактическое усвоение еврейского народа Иеговой произошло в пустынях, лежавших на пути странствования из Египта в Ханаан.


32:13  Вознес его на высоту земли, т. е. возводил на высокие горы.


Питал его медом из камня, т. е. медом, который в безлесных местностях собирается и копится пчелами в расщелинах скал.


Елеем из твердой скалы, т. е. елеем маслин, растущих на твердой почве.


32:14 Скот, пасшийся на тучных пастбищах Васана, отличался особенной упитанностью ( Пс 21:13; Иез 39:18 ).


32:17  Приносили жертвы бесам. См. 1 Кор 10:19-21 .


32:21 В ближайшем смысле разумеются народы, порабощавшие Израиль; в более отдаленном — призвание темных, лишенных истинного боговедения, язычников в лоно Христовой Церкви, — вместо стоявших у ее порога израильтян. «Уверовавшие в Христа Спасителя, — замечает блаж. Феодорит, — не один народ, но бесчисленное множество народов. И они были некогда «неразумливы» и несмысленны, как говорит блаженный Павел: « Бехом бо иногда и мы несмысленни, и непокориви и прельщени, работающе похотем и отрастем различным » ( Тит 3:3 ). Потому Бог и говорит: «Как вы, оставив единого Бога, предпочли многих лжеименных богов; так и Я, отвергнув один народ дарую спасение всем народам. Но вы, воздав почитание тем, которые не суть боги, не сделали их богами; а Я и неразумливые народы исполню божественной мудрости; и вы, видя это, будете истаевать от зависти» (Толк. на кн. Втор, вопр. 41).


32:30-31  Сами враги наши судьи в том, что Иегова — крепость Израиля. См. Исх 12:25; Чис 22-24; Нав 2:7-11 .


32:32-33 Относятся к израильтянам, характеризуя их нравственную испорченность.


32:36  Господь будет судить народ Свой и над рабами Своими умилосердится (только тогда), когда Он увидит, что рука их ослабела (ослабела гордость и интенсивность порока, а вместе с тем истощились и их нецелесообразно расходуемые физические силы), и не стало ни заключенных, ни оставшихся вне. Образное выражение для обозначения грандиозности истребления.


32:43 Заключительный аккорд песни Моисея: грозен суд правды Божией, но он гибелен лишь для упорных отступников от Иеговы; верные же сыны Его будут спасены. Вместе с верными сынами Израиля должны торжествовать и язычники, так как «кровь рабов очищена», «мщение врагам воздано», «народ и земля очищены». Согласно толкованиям ап. Павла ( Рим 15:8-12 ) и христианских писателей, Моисей предызобразил в данном месте духовную радость членов Церкви Христовой, в которую должны войти как язычники, так и иудеи ( Рим 11 ).


32:47 Ср. Втор 30:15-20 .


32:48-52 Ср. Чис 20:7-13; 27:12-15; Втор 1:37; 3:23-28; 4:21-22 . Нево (Навав) — одна из возвышенностей горного хребта Аварим.


33:2 Имеются в виду моменты чудесного проявления всемогущества, премудрости и благости божественной во время путешествия евреев из Египта в Ханаан.


33:3 Ср. Исх 19:5-8 .


33:5  И он (Моисей) был (как бы) царь Израиля, когда (вокруг него) собирались главы народа вместе с коленами Израилевыми.


33:6 В еврейском тексте имя Симеона опущено. «Симеон не благословлен, — замечает св. Ефрем Сирин, — потому что был проклят отцом своим Иаковом за избиение сихемлян и, вместо того, чтобы покаяться в первом своем преступлении, приложил к сему новое преступление в лице Замврия, сына Салмона, подвергнув истреблению двадцать четыре тысячи ( Чис 25:9 ), которые, — за грехи его, — поражены были язвою. Левий же, хотя и был проклят вместе с Симеоном, но приял благословение от Моисея, во-первых, за ревность левитов, которые поразили поклонившихся тельцу; во-вторых, за ревность левита Финееса, с какою он устремился на Замврия, сына Салмона, и убил его» (Толк. на кн. Втор, гл. 33); наконец, в силу богоизбранности колена Левия для служения при скинии Иеговы. В греческом тексте перевода LXX имя Симеона не опущено.


33:7  Приведи его к народу его, как вождя и защитника, огражденного помощью свыше.


33:8  На святом муже Твоем (Аароне), которого Ты искусил (вместе с Моисеем) в Массе ( Исх 17:1-7 ), с которым Ты препирался при водах Меривы ( Чис 20:1-13,22-24 ).


33:9-10 Имеется ввиду самоотверженное служение левитов при скинии Иеговы и в народе.


33:12 В выражении «и Он покоится между раменами его» некоторые комментаторы видят предуказание на храм Иерусалимский, построенный в уделе Вениамина, на горе Мориа, между вершинами Сиона и Масличной горы.


33:19 Под сокровищами, сокрытыми в песке, разумеют: 1) богатство, добываемое путем земледелия; 2) богатство, добываемое путем изготовления стекла, известного с глубочайшей древности в Египте, Финикии и др. странах; 3) богатство, добываемое путем торговли пурпуровыми раковинами, встречавшимися на финикийском побережье.


33:21 Гад избрал себе начаток земли, т. е. (вместе с Рувимом и полуколеном Манассии) получил прежде других колен причитавшийся ему надел земли (в пределах первых завоеваний Израиля). Там (в Восточном Заиорданье) почтен уделом от законодателя.


И пришел с главами народа, и исполнил правду Господа и суды с Израилем, т. е. исполнил все то, что было предъявлено ему как непременное условие при даровании земельного надела ( Чис 32; Втор 3:12-20; Нав 4:12; 22:1-9 ).


33:22 Сравнение, выражающее силу и отвагу данитян.


33:23  Море и юг во владении его. Под именем моря нужно разуметь море Киннерет, т. е. Гениссаретское озеро. В слове «юг» многие из комментаторов видят указание на роскошный южный климат и богатую растительность окрестностей Гениссаретского озера.


33:24-25  Окунет в елей ногу свою; железо и медь — запоры твои. Образное указание на материальное благоденствие Асира: «богатство его будет умножаться с каждым днем».


33:28 Ср. Чис 23:9 . Израиль живет безопасно, один, находясь «под мышцами» божественного Промысла ( ст. 27,29 ).


34:1  Гора Нево (Навав) — одна из возвышенностей горного хребта Аварим.


Галаад — страна в Восточном Заиорданье.


Город Дан, расположенный к юго-западу от Дамаска, составлял северный пункт Палестины, как Вирсавия — южный. Отсюда выражения: «от Дана до Вирсавии», «от Вирсавии до Дана» ( 1 Цар 3:20; 2 Цар 3:10; 6:19; 17:11; 24:2; 3 Цар 4:25; 1 Пар 21:2; 2 Пар 30:5 ), для обозначения всего протяжения Палестины.


34:2  Удел Неффалима был расположен на севере, удел Иуды — на юге Западного Заиорданья.


Удел Ефрема и Манассии — в центральной Палестине.


Западное море — то же, что Средиземное.


34:3 Местоположение Сигора приурочивают к южным пределам Мертвого моря.


34:6  И погребен, т. е. нашел для себя место упокоения. И никто не знает места погребения его даже до сего дня, — в чем может быть усматриваема провиденциальная цель: место погребения великого Моисея могло стать в глаза евреев особенно священным, сделавшись впоследствии предметом суеверной или даже идолопоклоннического почитания.


34:10-12 Ср. Чис 12:1-9 .


Название книги. Ее содержание. В еврейском тексте пятая книга Моисея называется: 1) «Елле-гаддебарим» («Сии слова»), или сокращенно: «Дебарим», — соответственно начальным словам книги; совместно с этим, на языке раввинов: 2) «Мишне-гаттфа» («Повторение закона»), — по характеру своего содержания; 3) «Сефер токахот» («Книга обличений»), по той же причине.

На характер содержания книги указывают ее названия и в переводах: греческом, латинском, славянском, русском. В греческой Библии пятая книга Моисея носит название: «Δευτερονόμιον» («Второзаконие»), в латинской: «Deuteronomium («Второзаконие»), в славянской и русской «Второзаконие».

Господствующим содержанием книги Второзакония является воспроизведение исторического и законодательного элемента книг: Исход, Левит, Числ (с включением, по местам, некоторых новых законодательных положений). Цель воспроизведения — возобновление в памяти молодого еврейского поколения поучительных моментов божественного промышления об избранном народе и данных ему законов. Ту же поучительную цель имеют и обличительно-увещательные речи пророка, помещенные в заключение Второзакония. В общем, Второзаконие представляет подробное предсмертное завещание мудрого и опытного вождя, наделенного вдохновением свыше, молодому, неустойчивому, еврейскому народу.

Время и место произнесения речей Второзакония отмечены в первых стихах первой главы книги.

Со словом «Библия» у нас соединяется представление об одной большой книге, заключающей в себе все Священное Писание как Ветхого, так и Нового Завета. Но, в сущности, это не одна книга, а целый, строго определенный Церковью сборник священных книг, написанных в разное время, в разных местах и с различными целями и принадлежащих или богодухновенным (книги канонические), или только богопросвещенным мужам (книги неканонические).

Такой состав и происхождение Библии открывается уже из истории самого термина — «Библия». Он взят с греческого языка от слова βίβλος, что значит «книга», и употреблен во множественной форме τὰ βιβλία от единств, уменьшительного — τὸ βιβλίον, означающего «небольшую книгу», «книжечку». Следовательно, τὰ βιβλία буквально означает собой целый ряд или собрание таких небольших книг. Ввиду этого св. Иоанн Златоуст толкует это слово как одно собирательное понятие: «Библия, — говорит он, — это многие книги, которые образуют одну единую».

Это коллективное обозначение Св. Писания одним собирательным именем несомненно существовало уже и в ветхозаветный период. Так, в своей подлинной греческой форме τὰ βιβλία встречается в первой Маккавейской книге (1 Макк 12:9), а соответствующий сему еврейский перевод дан у пророка Даниила (Дан 9:2), где произведения Св. Писания обозначены термином «Гассефарим» (םיךפסה), что значит «книги», точнее — известные определенные книги, так как сопровождаются определением членом — «га» 1Небезынтересно здесь отметить, что оба эти термина — евр. «сефер» и греч. βίβλος — по своему филологическому анализу дают нам представление о том материале, который в древности употреблялся для письма и на котором, следовательно, были написаны подлинники и древнейшие списки священных книг. Так, еврейские книги, очевидно, писались преимущественно на пергамене, т. е. очищенной и выглаженной коже, ибо слово «сефер» происходит от евр. глагола «сафар», означающего «сбривать», «очищать» кожу от «волос». Греческие же авторы, вероятно, предпочтительно писали на «папирусе», т. е. на специально обработанных листьях особого египетского растения; слово βίβλος или βύβλος первоначально значит «папирус», а отсюда — папирусный свиток или книга. (ה).

В период новозаветной истории, по крайней мере на первых его порах, мы еще не находим слова «Библия», но встречаем целый ряд его синонимов, из которых наиболее употребительны следующее: «Писание» (ἡ γραφὴ) Лк 4:21; Ин 20:9; Деян 8:32; Гал 3:22), «Писания» (αί γραφαίМф 21:42; Лк 24:32; Ин 5:39; 2 Петр 3:16), «Святые Писания» (γραφαὶ ἁγίαιРим 1:2), «Священные Писания» (τὰ ἱερὰ γράμματα2 Тим 3:15).

Но уже у мужей апостольских, наряду с только что перечисленными названиями Св. Писания, начинает встречаться и термин τὰ βιβλία. 2См., напр., в греческом тексте послания Климента Римского к Коринфянам (I гл., 43 ст.). Однако во всеобщее употребление он входит только со времени известного собирателя и истолкователя Св. Писания — Оригена (III в.) и особенно св. Иоанна Златоуста (IV в.).

От греческих авторов такое собирательное обозначение Св. Писания перешло и к латинским писателям, причем множественная форма среднего рода τὰ βιβλία окончательно получила здесь значение единственного числа женского рода βιβλία. Это последнее наименование, в его латинской форме, перешло и к нам в Россию, благодаря, вероятно, тому обстоятельству, что наши первые собиратели славянской Библии стояли, между прочим, и под влиянием латинской Вульгаты.

Главной чертой, отличающей св. писания «Библии» от других литературных произведений, сообщающей им высшую силу и непререкаемый авторитет, служит их богодухновенность. Под нею разумеется то сверхъестественное, божественное озарение, которое, не уничтожая и не подавляя естественных сил человека, возводило их к высшему совершенству, предохраняло от ошибок, сообщало откровения, словом — руководило всем ходом их работы, благодаря чему последняя была не простым продуктом человека, а как бы произведением самого Бога. По свидетельству св. ап. Петра, никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божие человеки, будучи движимы Духом Святым (2 Петр 1:21). У ап. Павла встречается даже и самое слово «богодухновенный» и именно в приложении к Св. Писанию, когда он говорит, что «все Писание богодухновенно» (θεόπνευστος, 2 Тим 3:16). Все это прекрасно раскрыто и у отцов Церкви. Так, св. Иоанн Златоуст говорит, что «все Писания написаны не рабами, а Господом всех — Богом»; а по словам св. Григория Великого «языком святых пророков и апостолов говорит нам Господь.

Но эта «богодухновенность» св. писаний и их авторов не простиралась до уничтожения их личных, природных особенностей: вот почему в содержании св. книг, в особенности в их изложении, стиле, языке, характере образов и выражений мы наблюдаем значительные различия между отдельными книгами Св. Писания, зависящие от индивидуальных, психологических и своеобразных литературных особенностей их авторов.

Другим весьма важным признаком священных книг Библии, обусловливающим собой различную степень их авторитетности, является канонический характер одних книг и неканонический других. Чтобы выяснить себе происхождение этого различия, необходимо коснуться самой истории образования Библии. Мы уже имели случай заметить, что в состав Библии вошли священные книги, написанные в различные эпохи и разнообразными авторами. К этому нужно теперь добавить, что наряду с подлинными, богодухновенными книгами появились в разные эпохи и не подлинные, или небогодухновенные книги, которым, однако, их авторы старались придать внешней вид подлинных и богодухновенных. Особенно много подобных сочинений появилось в первые века христианства, на почве евионитства и гностицизма, вроде «Первоевангелия Иакова», «Евангелия Фомы», «Апокалипсиса ап. Петра», «Апокалипсиса Павла» и др. Необходим, следовательно, был авторитетный голос, который ясно бы определял, какие из этих книг, действительно, истинны и богодухновенны, какие только назидательны и полезны (не будучи в то же время богодухновенными) и какие прямо вредны и подложны. Такое руководство и дано было всем верующим самой Христовой Церковью — этим столпом и утверждением истины — в ее учении о так называемом каноне.

Греческое слово «κανών», как и семитское «кане» (הנק), означает первоначально «тростниковую палку», или вообще всякую «прямую палку», а отсюда в переносном смысле — все то, что служит к выпрямлению, исправлению других вещей, напр. «плотницкий отвес», или так называемое «правило». В более отвлеченном смысле слово κανών получило значение «правила, нормы, образца», с каковым значением оно встречается, между прочим, и у ап. Павла: тем, которые поступают по сему правилу (κανών), мир им и милость, и Израилю Божию (Гал 6:16). Основываясь на этом, термин κανών и образованное от него прилагательное κανονικός; довольно рано начали прилагать к тем священным книгам, в которых по согласному преданию Церкви видели выражение истинного правила веры, образца ее. Уже Ириней Лионский говорит, что мы имеем «канон истины — слова Божии». А св. Афанасий Александрийский определяет «канонические» книги, как такие, «которые служат источником спасения, в которых одних предуказуется учение благочестия». Окончательное же различие «канонических» книг от «неканонических» ведет свое начало со времен св. Иоанна Златоуста, блаж. Иеронима и Августина. С этого времени эпитет «канонических» прилагается к тем священным книгам Библии, которые признаны всей Церковью в качестве богодухновенных, заключающих в себе правила и образцы веры, — в отличие от книг «неканонических», т. е. хотя назидательных и полезных (за что они и помещены в Библии), но не богодухновенных, и «апокрифических» (ἀπόκρυφος — скрытый, тайный), совершенно отвергнутых Церковью и потому не вошедших в Библию. Таким образом, на признак «каноничности» известных книг мы должны смотреть как на голос церковного Св. Предания, подтверждающий богодухновенное происхождение книг Св. Писания. Следовательно, и в самой Библии не все ее книги имеют одинаковое значение и авторитет: одни (канонические книги) — богодухновенны, т. е. заключают в себе истинное слово Божие, другие (неканонические) — только назидательны и полезны, но не чужды личных, не всегда безошибочных мнений своих авторов. Это различие необходимо всегда иметь ввиду при чтении Библии, для правильной оценки и соответствующего отношения к входящим в состав ее книгам. 3Различение библейских книг на «канонические» и «неканонические» касается только ветхозаветных книг, так как новозаветные, входящие в состав Библии, признаются каноническими все. Состав «ветхозаветного канона» хотя в общем устанавливается довольно согласно, но разнообразится в самом количестве книг; это происходит потому, что евреи, желая подогнать количество своих книг к 22 буквам своего алфавита, делали искусственные соединения нескольких книг в одну, напр. соединяли книги Судей и Руфь, первую и вторую, третью и четвертую кн. Царств и даже в одну книгу собрали всех 12 малых пророков. Православная Церковь насчитывает 38 канонических книг Ветхого Завета, а именно: 1) Бытие, 2) Исход, 3) Левит, 4) Числа, 5) Второзаконие, 6) книга Иисуса Навина, 7) Судей, 8) Руфь, 9) 1-я кн. Царств, 10) 2-я кн. Царств, 11) 3-я кн. Царств, 12) 4-я кн. Царств, 13) 1-я кн. Паралипоменон, 14) 2-я кн. Паралипоменон, 15) книга Ездры, 16) книга Неемии (2-я Ездры), 17) Есфирь, 18) Иова, 19) Псалтирь, 20) Притчи Соломона, 21) Екклезиаст его же, 22) Песнь песней его же, 23) кн. пророка Исаии, 24) Иеремии с Плачем, 25) Иезекииля, 26) Даниила и двенадцати малых пророков: 27) Осии, 28) Иоиля, 29) Амоса, 30) Авдия, 31) Ионы, 32) Михея, 33) Наума, 34) Аввакума, 35) Софонии, 36) Аггея, 37) Захарии и 38) Малахии. Остальные 9 книг, помещенных в славянской и русской Библии, считаются неканоническими, а именно: 1) Товит, 2) Иудифь, 3) Премудрость Соломона, 4) Премудрость Иисуса, сына Сирахова, 5-6) 2-я и 3-я кн. Ездры и 7-9) три книги Маккавейские. Кроме того, неканоническими признаются также и следующие отделы в вышеуказанных канонических книгах: молитва царя Манассии, в конце 2-й кн. Паралипоменон, части кн. Есфирь, не помеченные стихами, последний Псалом (после 150), песнь трех отроков в кн. пророка Даниила, история Сусанны в 13-й и Вила и дракона в 14-й главе той же книги. Из новозаветных же все 27 кн. и в полном их объеме признаются каноническими.

В заключение необходимых вводных сведений о Библии нам остается сказать несколько слов о том языке, на котором были написаны священные библейские книги, об их более известных переводах и о современном разделении их на главы и стихи.

Все канонические книги Ветхого Завета были написаны на еврейском языке, за исключением лишь некоторых, небольших отделов, написанных на халдейском языке (Иер 10:11; Дан 2:4-7:28; Езд 4:8-6:18; Езд 7:12-26). Неканонические же книги, по-видимому, были написаны на греческом языке, хотя, основываясь на свидетельстве блаж. Иеронима, некоторые думают, что кн. Товит и Иудифь были первоначально написаны по-халдейски.

Все же книги Нового Завета были написаны по-гречески, на так называемом александрийском диалекте (вошедшем в употребление с эпохи Александра Македонского — κοινὴ διάλεκτος), за исключением одного первого Евангелия — от Матфея, написанного на сиро-халдейском наречии еврейского языка, на котором говорили современные Иисусу Христу иудеи.

Так как в древнееврейском письме употреблялись только одни согласные звуки, а необходимые гласные звуки передавались устно по преданию, то первоначальный ветхозаветный текст не имел гласных. Они, в форме различных подстрочных знаков были введены довольно поздно (приблизительно около IX-X вв. нашей эры) учеными еврейскими раввинами-масоретами (т. е. хранителями «предания» — от евр. глагола «масор», передавать). Вследствие этого современный еврейский текст и называется масоретским.

Из различных переводов Библии заслуживают упоминания два авторитетнейших и древнейших — греческий LXX и латинский Вульгата и два позднейших — славянский и русский, как наиболее к нам близких.

Греческий перевод был сделан для нужд александрийских иудеев в эпоху Птоломеев, т. е. не раньше половины III в. и не позже половины II в. Он был выполнен в разное время и различными переводчиками, причем главная его часть — Пятикнижие — является наиболее древней и авторитетной.

Латинский перевод или так называемая Вульгата (от vulgus — народ) был сделан блаженным Иеронимом в конце IV-го века непосредственно с еврейского текста при руководстве и других лучших переводов. Он отличается тщательностью и полнотой.

Славянский перевод Библии впервые был предпринят святыми первоучителями славян — братьями Кириллом и Мефодием — во второй половине IX-го века. Отсюда, через посредство Болгарии, он перешел и к нам на Русь, где долгое время обращались лишь отдельные, разрозненные книги Библии. Впервые полный рукописный список Библии был собран новгородским архиепископом Геннадием, по поводу его борьбы с жидовствующими (1499 г.). Первая печатная славянская Библия была издана у нас в 1581 г. князем Константином Константиновичем Острожским. В основе нашей славянской Библии лежит греч. перевод LXX. Русский же синодальный перевод Библии сделан сравнительно совсем недавно, в середине XIX столетия, трудами митрополита московского Филарета и профессоров наших духовных академий. В основу его был положен еврейский масоретский текст, который в потребных случаях сличался с греческим и латинским переводами. Закончен он был в 1876 г., когда появилась первая полная русская Библия.

Наконец, должно заметить, что в древней Церкви не существовало нашего разделения библейских книг на главы и стихи: они все были написаны сплошным, связным текстом, расположенным в виде колонн (наподобие стихов) и если делились, то только на отделы для богослужебного употребления λόγοι, ἐκλογάδια, εὐαγγελιοστάριον, προξαπόστολον). Современное деление на главы ведет свое начало от кардинала Стефана Лангтона, разделившего около 1205 г. Вульгату. Такое деление закончил и утвердил ученый доминиканец Гуг де Сен-Шир, издавший свою конкорданцию ок. 1240 г. А в половине XVI в. ученый парижский типограф Роберт Стефан ввел и современное деление глав на стихи сначала в греко-латинское издание Нового Завета (1551 г.), а затем и в полное издание латинской Библии (1555 г.), откуда оно постепенно перешло и во все другие тексты.


ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ БИБЛИИ

Основной, центральной идеей всех богодухновенных, библейских Писаний, идеей, вокруг которой сосредоточиваются все остальные, которая сообщает им значение и силу и вне которой были бы немыслимы единство и красота Библии, является учение о Мессии, Иисусе Христе, Сыне Божием. Как предмет чаянии Ветхого Завета, как альфа и омега всего Нового Завета, Иисус Христос, по слову апостола, явился тем краеугольным камнем, на основе которого, при посредстве апостолов и пророков было заложено и совершено здание нашего спасения (Еф 2:20). Иисус Христос — предмет обоих Заветов: Ветхого — как Его ожидание, Нового — как исполнение этого ожидания, обоих же вместе — как единая, внутренняя связь.

Это может быть раскрыто и подтверждено в целом ряде внешних и внутренних доказательств.

К доказательствам первого рода, т. е. внешним, принадлежат свидетельства нашего Господа о самом Себе, свидетельства Его учеников, традиция иудейская и традиция христианская.

Обличая неверие и жестокосердие еврейских книжников и фарисеев, сам Господь наш Иисус Христос неоднократно ссылался на свидетельство о нем «закона и пророков», т. е. вообще ветхозаветных св. писаний. Исследуйте Писания, ибо выдумаете через них иметь жизнь вечную, а они свидетельствуют о Мне (Ин 5:39); ибо если бы вы верили Моисею, то поверили бы и Мне, потому что он написал о Мне (Ин 5:46), — говорил, например, Господь ослепленным иудейским законникам после известного чуда исцеления расслабленного при овчей купели. Еще яснее и подробнее раскрывал эту истину Господь Своим ученикам, явившись им по воскресении, как об этом свидетельствует евангелист Лука: «и начав от Моисея из всех пророков изъяснял им сказанное о Нем во всем Писании... И сказал им: вот то, о чем Я говорил еще быв с вами, что надлежит исполниться всему, написанному обо Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах» (Лк 24:27.44). Кроме такого общего заявления, Господь указывает нередко и частные случаи ветхозаветных образов и пророчеств, имевших отношение к Его жизни, учению, крестным страданиям и смерти. Так, напр., Он отмечает преобразовательное значение медного змия, повешенного Моисеем в пустыне (Ин 3:14), указывает на исполнение пророчества Исаии о «лете Господнем благоприятном» (Лк 4:17-21; ср. Ис 61:1-2), говорит об осуществлении всех древних пророчеств, касавшихся Его искупительной жертвы (Мф 26:54 и Лк 22:37) и даже на самом кресте, в момент страданий, произносит Свое глубоко трогательное и спокойно величественное: совершилось (Ин 19:30), давая этим знать, что исполнилось все то, что, будучи предназначенным от века, «многочастно и многообразно было говорено через пророков» (Евр 1:1).

Подобно своему Божественному Учителю, евангелисты и апостолы беспрестанно ссылаются на Библию, черпая полной рукой из богатства ее мессианских сокровищ и устанавливая тем самым полную гармонию обоих Заветов, объединенных вокруг Лица Мессии — Христа. Так, все евангелисты — эти четыре независимых друг от друга жизнеписателя Иисуса Христа — настолько часто ссылаются на исполнение ветхозаветных пророчеств, что выработали даже для этого специальные формулы: а все это произошло, да сбудется реченное Господом через пророка, или просто: тогда сбылось реченное через пророка, да сбудется реченное через пророков, или же еще: и сбылось слово Писания и целый ряд других, аналогичных выражений.

Не менее часто ссылаются на ветхозаветное Писание и тем устанавливают его теснейшую внутреннюю связь с новозаветным и все остальные новозаветные писатели, начиная с кн. Деяний и кончая Апокалипсисом. Не имея возможности исчерпать здесь всего обилия таких определенных и ясных ссылок, укажем для примера лишь некоторые из них, наиболее характерные: таковы, напр., две речи апостола Петра: одна — после сошествия Св. Духа, другая — после исцеления хромого, о которых повествуется во второй и третьей главах кн. Деяний и которые полны ветхозаветными цитатами (Иоиль — Деян 2:16-21; Давид — Деян 2:25-28.34-35; Моисей — Деян 3:22-23); в особенности замечательно заключение последней речи: и все пророки, начиная от Самуила и после него, также предвозвестили эти дни (Деян 3:24). Не менее важна в этом отношении и речь архидиакона Стефана, дающая в сжатом очерке всю ветхозаветную историю приготовления евреев к принятию Мессии Христа (Деян 7:2-56). В той же книге Деяний заключено великое множество и других подобных же свидетельств: и мы благовествуем вам то, что Бог обещал отцам нашим и что исполнил нам, детям их, воздвигши Иисуса (Деян 13:32). Мы проповедуем вам, — говорили апостолы, — свидетельствуя малому и великому, ничего не говоря, кроме того, о чем предвозвещали пророки и Моисей (Деян 26:22). Словом, все учение апостолов о новозаветном Царстве Божием сводилось главным образом к тому, что они уверяли о Христе от закона Моисеева и пророков (Деян 28:23).

Из множества новозаветных ссылок, устанавливающих связь с ветхозаветными событиями и пророчествами, заключающихся в посланиях св. апостолов, приведем несколько примеров лишь из посланий ап. Павла, того самого Павла, который, в качестве Савла, был сам раньше фарисеем, ревнителем отеческих преданий и глубоким знатоком ветхозаветного завета. И вот этот-то св. апостол говорит, что конец закона — Христос (Рим 10:4), что закон был для нас детоводителем (παιδάγογος) ко Христу (Гал 3:24), что верующие наздани бывше на основании апостол и пророк, сущу краеугольнику самому Иисусу Христу (Еф 2:20), что все ветхозаветные прообразы писана быша в научение наше (1 Кор 10:11), что весь Ветхий Завет со всеми его религиозными церемониями и культом был лишь стень грядущих, тело же Христово (Кол 2:17), сень бо имый закон грядущих благ, а не самый образ вещей (Евр 10:1) и что, наконец, в основе всей истории домостроительства нашего спасения лежит Иисус Христос, вчера и днесь, той же и во веки (Евр 13:8).

Если от священных книг Нового Завета мы перейдем к древнеиудейским толкованиям Писания, к таргумам, 4Так как иудеи долгое время находились в вавилонском плену, то они постепенно усвояли себе язык своих властелинов. Знание еврейского языка значительно забылось по крайней мере в среде простого народа, и потому чтобы дать ему возможность читать и понимать Свящ. Писание, были сделаны парафрастические переводы ветхозаветных писаний на местный язык, обыкновенно называемые «таргумом». 5 Le Hir. Les trois grands Profèts, Isaie, Iérémie, Ezéchiel. Paris 1877, p. 14. Талмуду, Мидраше и сочинениям первых раввинов до XII в. включительно, то увидим, что постоянной и неизменной общеиудейской традицией толкования Библии было стремление всюду искать и находить указания на Мессию и Его время. Такое увлечение иногда доходило даже до крайности, как это можно видеть из следующего раввинского изречения: «пророки исключительно проповедовали о радости дней Мессии» (забывалась идея страждущего Мессии-Искупителя); но оно глубоко верно понимало ту истину, что, действительно, в основе всего Писания лежит идея Мессии Христа. «Нельзя желать прилагать все непосредственно к Мессии, — говорит блаж. Августин, — но места, которые не относятся к Нему прямо, служат основанием для тех, которые Его возвещают. Как в лире все струны звучат сообразно их природе и дерево, на котором они натянуты, сообщает им свой особый колорит звука, так и Ветхий Завет: он звучит, как гармоничная лира об имени и о Царстве Иисуса Христа».

Приведенное тонкое сравнение блаж. Августина прекрасно характеризует святоотеческий взгляд на соотношение Ветхого и Нового Завета. Свидетельства об их тесной, неразрывной связи, основанной на Лице Мессии Христа, идут непрерывным рядом с самых же первых веков христианства: об этом писал ап. Варнава в своем «Послании», св. Иустин Философ в «Разговоре с Трифоном иудеянином», Тертуллиан в сочинении «Против иудеев», св. Ириней Лионский в сочинении «Против ересей», апологеты Аристид, Афинагор и др. В особенности обстоятельно и глубоко раскрывали эту связь писатели Александрийской школы, а из среды их выделялся Ориген, который, напр., говорил, что «изречения Писания суть одежды Слова... что в Писаниях всегда Слово (Λόγος — Сын Божий) было плотью, чтобы жить среди нас». Из последующих св. Отцов эти мысли подробно развивали в своих замечательных комментариях св. Иоанн Златоуст, Василий Великий, Ефрем Сирин, блаж. Иероним, блаж. Августин и св. Амвросий Медиоланский. Последний, напр., писал: «чаша премудрости в ваших руках. Эта чаша двойная — Ветхий и Новый Завет. Пейте их, потому что в обоих пьете Христа. Пейте Христа, потому что Он — источник жизни». 6 Ambrosius. In Psalm. I, 33.

Переходя теперь ко внутренним доказательствам, т. е. к самому содержанию священных книг, мы окончательно убеждаемся, что Господь наш Иисус Христос составляет главный пункт и центральную идею всей Библии. Эта великая книга, составленная столь многочисленными и разнообразными авторами, разделенными между собой весьма значительными периодами времени, стоявшими под влиянием самых различных цивилизаций, представляет в то же время замечательное единство и удивительную цельность. Благодаря, главным образом, постепенному развитию в ней одной и той же мессианской идеи. «Новый Завет в Ветхом скрывается, Ветхий в Новом открывается», — говорили средневековые богословы, основываясь на словах блаж. Августина. 7«Novum Testamentum in Vetere latet, Vetus Testementum in Novo patet». Ср. блаж. Августин. Вопрос 73 на Исход.

Что Иисус Христос и Его дело составляют единственную тему всех новозаветных Писаний, это ясно само по себе и не требует доказательств. Но что вся новозаветная история основывается на ветхозаветной, это, быть может, не так очевидно. И, однако, это столь же несомненно, для доказательства чего достаточно сослаться лишь на две евангельские генеалогии Христа, в которых дано сокращение всей ветхозаветной истории в ее отношении к личности обетованного Мессии Христа (Мф 1:1-16 и Лк 3:23-38).

Но мы можем последовательно проследить развитие мессианской идеи и в книгах Ветхого Завета. Обетование Избавителя, данное падшим прародителям еще в раю, — вот первое звено той непрерывной цепи ветхозаветных мессианских пророчеств, которые начались Адамом и кончились Захарией, отцом Иоанна Крестителя. Поэтому-то оно и называется первоевангелием (Быт 3:15). С эпохи Ноя это обетование определяется несколько ближе и точнее: семенем жены называются лишь дети Сима, к которым и приурочивается история искупления (Быт К, 26). Этот круг еще больше сужается с эпохи Авраама, отца богоизбранного еврейского народа, в Семени которого (т. е. в Иисусе Христе, по толкованию ап. Павла — Гал 3:16) возвещается спасение и всех остальных наций (Быт 12:3; Быт 18:18). Впоследствии и из потомства Авраамова выделена была раса Иакова (Быт 27:27), позднее сам Иаков, в духе пророческого прозрения, дает особое благословение своему сыну Иуде (Быт 49:8 и сл.). И чем дальше шло время, тем ближе и честнее определялись различные черты мессианского служения: так, пророк Валаам говорит о Его царственной власти (Числ 24:17), Моисей — о трояком Его служении: царском, первосвященническом и пророческом (Втор 18:18-19), о происхождении Мессии из царского рода Давидова (2 Цар 7:12-14), о рождении Его в Вифлееме (Мих 5:2) и от Девы матери (Ис 7:14), о торжественном входе Его в храм Иерусалимский (Мал 3:1), о разных, даже мелких обстоятельствах Его крестных страданий и смерти (Ис 53; Пс 21:17-19; Пс 39:79; Пс 40:9-10; Пс 68:22; Зах 11:12 и др.), о Его славном воскресении (Ис Зах 53:9-21; Пс 15:10; Пс 19:6-7; Пс 40:11; Пс 67:2 и др.), о наступлении Его благодатного царства (Пс 21:28-32; Пс 44:7.14-17; Пс 71:7-19; Иоил 2:28; Ис 2; Ис 35:1-2.10; Ис 61:1-2) и Его грозного второго пришествия (Дан 7:25 и Дан 12:7; Зах 14:2-3.9 и др.). Можно положительно сказать, что нет ни одной важной черты из эпохи и жизни Мессии, которая не была бы тем или иным путем предуказана в Ветхом Завете, или в форме ясного пророчества, или под покровом символов и прообразов; а пророк Исаия получил даже наименование «ветхозаветного евангелиста» за поразительную точность и полноту своих пророчественных прообразов жизни Господа Иисуса Христа.

Не менее ясно это единство мессианской идеи сквозит и в общем плане Библии. По своему характеру и содержанию все ветхозаветные книги могут быть разделены на три основные группы: книги законоположительно-исторические, книги пророческие и книги поэтическо-назидательные. Первый класс излагает историю теократии, т. е. прав правления Иеговы над Израилем. Но с какой целью Господь употребляет столь различные методы воспитания Своего народа? Завет на Синае, Моисееве законодательство, бедствия пустыни, завоевание земли обетованной, победы и поражения, отчуждение от других народов, наконец, тягость вавилонского плена и радость возвращения из него — все это имело очевидной своей целью сформировать еврейскую нацию в известном духе, в духе сохранения и распространения мессианской идеи. Еще очевиднее этот мотив в пророческих книгах, где, то через угрозы, то через обещания наград, народ еврейский постоянно поддерживался на известной нравственной высоте и приготовлялся в духе чистой веры и правой жизни, ввиду грядущего Мессии. Что касается, наконец, до книг последней группы — поэтически-назидательных, то одни из них, как например Псалмы, были прямо мессианскими молитвами еврейской нации; другие, как Песнь песней, под формой аллегории изображали союз Израиля со Христом; третьи, как кн. Премудрости, Екклезиаст и др. раскрывали различные черты Божественной Премудрости, лучи того Божественного Слова (Λόγος), которые сияли среди мрака язычества и в дохристианском мире.

Таким образом, с полным убеждением можно сказать, что главным и основным предметом Библии, начиная с первых глав книги Бытия (Быт 3:15) и кончая последними главами Апокалипсиса (Откр 21:6.21 и Откр 22:20), служит Богочеловек, Господь наш Иисус Христос.


Ветхий Завет

Самым ранним разделением Библии, идущим из времен первенствующей христианской Церкви, было разделение ее на две, далеко не равные части, получившие название Ветхого и Нового Завета.

Такое разделение всего состава библейских книг обусловлено было их отношением к главному предмету Библии, т. е. к личности Мессии: те книги, которые были написаны до пришествия Христа и лишь пророчески Его предызображали, вошли в состав «Ветхого Завета», а те, которые возникли уже после пришествия в мир Спасителя и посвящены истории Его искупительного служения и изложению основ учрежденной Иисусом Христом и Его св. апостолами Церкви, образовали собой «Новый Завет».

Все эти термины, т. е. как самое слово «завет», так и соединение его с прилагательными «ветхий» и «новый», взяты из самой же Библии, в которой они, помимо своего общего смысла, имеют и специальный, в котором употребляем их и мы, говоря об известных библейских книгах.

Слово завет (евр. — bêrit, греч. — διαθήκη, лат. — testamentum), на языке Св. Писания и библейского употребления, прежде всего, значит известное постановление, условие, закон, на котором сходятся две договаривающиеся стороны, а отсюда уже — самый этот договор или союз, а также и те внешние знаки, которые служили его удостоверением, скрепой, как бы печатью (testamentum). А так как священные книги, в которых описывался этот завет или союз Бога с человеком, являлись, конечно, одним из лучших средств его удостоверения и закрепления в народной памяти, то на них весьма рано было перенесено также и название «завета». Оно существовало уже в эпоху Моисея, как это видно из Исх 24:7, где прочитанная Моисеем еврейскому народу запись Синайского законодательства названа книгой завета (сёфер хабберит). Подобные же выражения, обозначающие собой уже не одно Синайское законодательство, а все Моисееве Пятикнижие, встречаются и в последующих ветхозаветных книгах (4 Цар 23:2.21; Сир 24:25; 1 Макк 1:57). Ветхому же Завету принадлежит и первое, еще пророчественное указание на Новый Завет, именно, в известном пророчестве Иеремии: «вот наступят дни, говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды Новый Завет» (Иер 31:31).

Впоследствии термин Новый Завет неоднократно употреблялся самим Иисусом Христом и святыми Его апостолами для обозначения начавшейся истории искупленного и облагодатствованного человечества (Мф 26:28; Мк 14:24; Лк 22:20; 1 Кор 11:25; 2 Кор 3:6 и др.), откуда он перешел и на священные книги, написанные в этот период.

Наименование Ветхий Завет в приложении к определенным книгам ведет свое начало от особенно ясного свидетельства ап. Павла: но умы их (евреев) ослеплены: ибо то же самое покрывало доныне остается не снятым при чтении Ветхого Завета, потому что оно снимается Христом (2 Кор 3:14).

В составе Ветхого Завета Православная Церковь, как мы уже говорили выше, насчитывает 38 канонических и 9 неканонических книг, отличаясь этим от Церкви Римско-католической, насчитывающей в своей Вульгате всего 46 канонических книг (у них считаются каноническими Товит, Иудифь, Премудрость Соломона и 2 кн. Маккавейские).

Что касается, наконец, самого порядка расположения книг Ветхого Завета, то здесь замечается довольно резкое различие между еврейской Библией, с одной стороны, и греческим переводом LXX переводчиков, а отсюда и нашей славяно-русской Библией, с другой стороны. Для уяснения этой разницы необходимо знать, что древние евреи делили свои книги не столько по однородности их содержания (как LXX и славяно-русский), сколько по степени их значения и важности. В этом смысле они все ветхозаветные книги делили натри группы: «закон» («тора»), «пророки» («небиим») и «агиографы» («кетубим»), подчеркивая особенно значение двух первых групп, т. е. «закона» и «пророков» (Мф 5:17; Мф 7:12; Мф 22:40).

У нас же теперь вслед за LXX переводчиками и Вульгатой принято другое деление, по характеру самого содержания ветхозаветных книг, на четыре следующие группы: 1) книги законоположительные; 2) исторические; 3) учительные и 4) пророческие. Такое расположение и деление книг в еврейской и славяно-русской Библиях всего виднее будет из следующей таблицы:


Еврейская Библия

Закон (тора) Бытие

Исход

Левит

Числа

Второзаконие

Пророки (небиим) главные или раннейшие «ризоним» кн. Иисуса Навина
кн. Судей
1 и 2 кн. Самуила
1 и 2 кн. Царств
позднейшие «ахароним» великие пророки Исаия
Иеремия
Иезекииль



Осия



Иоиль



Амос



Авдий



Иона


малые пророки Михей


Наум



Аввакум



Софония



Аггей



Захария



Малахия
Агиографы (кетубим) Псалмы

Притчи Соломона

Иов


Песнь песней


Руфь


Книга Плачь


Екклезиаст


Есфирь


Даниил


Ездра


Неемия


1 и 2 Паралипоменон


Славяно-русская Библия

Законоположительные Бытие
Исход
Левит
Числа
Второзаконие
Исторические Кн. Иисуса Навина
Кн. Судей Израилевых
Руфь
Первая Царств
Вторая Царств
Третья Царств
Четвертая Царств
Первая Паралипоменона
Вторая Паралипоменона
Первая Ездры
Кн. Неемии
Вторая Ездры
Учительные Товит
Иудифь
Есфирь
Иова
Псалтирь
Притчи Соломона
Екклезиаст
Песнь Песней
Премудрость Соломона
Премудрость Иисуса, сына Сирахова
Пророческие Кн. пророка Исаии
Кн. пророка Иеремеи
Плачь Иеремии
Послание Иеремии
Кн. пророка Варуха
Кн. пророка Иезекииля
Кн. пророка Даниила
12 малых пророков, три кн. Маккавейские и 3-я кн. Ездры


Пятикнижие

Пять первых книг Ветхого Завета, имеющих одного и того же автора — Моисея, представляли, по-видимому, сначала и одну книгу, как об этом можно судить из свидетельства кн. Второзакония, где говорится: «возьмите сию книгу закона и положите ее одесную ковчега завета» (Втор 31:26). Тем же самым именем «книги закона», или просто «закона», обозначались пять первых законоположительных книги в других местах Ветхого и Нового Завета (3 Цар 2:3; 4 Цар 23:25; Пс 18:8; Ис 5:24; Мф 7:12; Мф 11:13; Лк 2:22 и др.).

Но у раввинов уже со времен глубокой древности существовало и другое, несколько своеобразное обозначение этой «торы» (закона), как «пять пятых закона», чем одновременно доказывается как единство Пятикнижия, так и состав его из пяти различных частей. Это пятичастное деление, по-видимому, окончательно определилось к эпохе перевода LXX переводчиков, где оно получает уже полное признание.

Наше современное слово «Пятикнижие» представляет буквальный перевод греческого — πεντάτευκος от πέντε — «пять» и τευ̃κος — «том книги». Это деление вполне точно, так как, действительно, каждый из пяти томов Пятикнижия имеет свои отличия и соответствует различным периодам теократического законодательства. Так, напр., первый том представляет собой как бы историческое к нему введение, а последний служит очевидным повторением закона; три же посредствующих тома содержат в себе постепенное развитие теократии, приуроченное к тем или иным историческим фактам, причем средняя из этих трех книг (Левит), резко различаясь от предыдущей и последующей (почти полным отсутствием исторической части), является прекрасной разделяющей их гранью.

Все пять частей Пятикнижия в настоящее время получили значение особых книг и имеют свои наименования, которые в еврейской Библии зависят от их начальных слов, а в греческой, латинской и славяно-русской — от главного предмета их содержания.

Евр. Греч. Слав.-рус.
Берешит («в начале») Γένεσις Бытие
Ве эллэ шемот («и сии суть имена») 'Έξοδος Исход
Вайкра («и воззвал») Λευϊτικòν Левит
Вай-едаббер («и сказал») 'Αριθμοὶ Числа
Эллэ хаддебарим («сии словеса») Δευτερονόμιον Второзаконие

Книга Бытия содержит в себе повествование о происхождении мира и человека, универсальное введение к истории человечества, избрание и воспитание еврейского народа в лице его патриархов — Авраама, Исаака и Иакова. Кн. Исход пространно повествует о выходе евреев из Египта и даровании Синайского законодательства. Кн. Левит специально посвящена изложению этого закона во всех его частностях, имеющих ближайшее отношение к богослужению и левитам. Кн. Числ дает историю странствований по пустыне и бывших в это время счислений евреев. Наконец, кн. Второзакония содержит в себе повторение закона Моисеева.

По капитальной важности Пятикнижия св. Григорий Нисский назвал его истинным «океаном богословия». И действительно, оно представляет собою основной фундамент всего Ветхого Завета, на который опираются все остальные его книги. Служа основанием ветхозаветной истории, Пятикнижие является базисом и новозаветной, так как оно раскрывает нам план божественного домостроительства нашего спасения. Поэтому-то и сам Христос сказал, что Он пришел исполнить, а не разорить закон и пророков (Мф 5:17). В Ветхом же Завете Пятикнижие занимает совершенно то же положение, как Евангелие в Новом.

Подлинность и неповрежденность Пятикнижия свидетельствуется целым рядом внешних и внутренних доказательств, о которых мы лишь кратко здесь упомянем.

Моисей, прежде всего, мог написать Пятикнижие, так как он, даже по признанию самых крайних скептиков, обладал обширным умом и высокой образованностью; следовательно, и независимо от вдохновения Моисей вполне правоспособен был для того, чтобы сохранить и передать то самое законодательство, посредником которого он был.

Другим веским аргументом подлинности Пятикнижия является всеобщая традиция, которая непрерывно, в течение целого ряда веков, начиная с книги Иисуса Навина (Ис Нав 1:7.8; Ис Нав 8:31; Ис Нав 23:6 и др.), проходя через все остальные книги и кончая свидетельством самого Господа Иисуса Христа (Мк 10:5; Мф 19:7; Лк 24:27; Ин 5:45-46), единогласно утверждает, что писателем Пятикнижия был пророк Моисей. Сюда же должно быть присоединено свидетельство самаритянского Пятикнижия и древних египетских памятников.

Наконец, ясные следы своей подлинности Пятикнижие сохраняет внутри самого себя. И в отношении идей, и в отношении стиля на всех страницах Пятикнижия лежит печать Моисея: единство плана, гармония частей, величавая простота стиля, наличие архаизмов, прекрасное знание Древнего Египта — все это настолько сильно говорит за принадлежность Пятикнижия Моисею, что не оставляет места добросовестному сомнению. 8Подробнее об этом см. Вигуру. Руководство к чтению и изучению Библии. Перев. свящ. Вл. Вас. Воронцова. Т. I, с. 277 и сл. Москва, 1897.

Скрыть
Комментарий к текущему отрывку
Комментарий к книге
Комментарий к разделу

31:1 Так в друг. древн. пер.; масоретский текст: Моисей пошел и говорил эти слова.


31:2 Букв.: выходить и входить.


31:9 Или: это Наставление; см. примеч. к 1:5; то же в ст. 11-13 и 24.


32:3 Или (ближе к букв.): имя Господа прославляю - концепция личных имен в ВЗ, как правило, включает в себя такие смыслы, как существование, характер и присущие той или иной личности черты (1 Цар 25:25).


32:8 Так в Кумранских рукописях и в большинстве рукописей LXX; масоретский текст: сынов Израилевых.


32:15 Возможно, праведный, т.е. Израиль в идеале, поэтическое обращение к Божьему народу; то же в 33:5, 26.


32:21 Ближе к букв.: вызвали во Мне ревность - «ревность» Бога - это не мелочные придирки, побуждаемые неуверенностью и подозрительностью, а праведное негодование, вызываемое неверностью Его народа. В ВЗ о Боге нередко говорится как о Муже Израиля. Он - Бог, не терпящий измены (Исх 20:5), и слово «ревность» применительно к Богу может лишь образно показать, а не представить в действительности реакцию Бога.


32:22 Шеол - место пребывания мертвых. Сопоставление всех случаев использования этого слова в книгах ВЗ показывает, что в Шеол попадают и праведники, и грешники; там нет ни деятельности, ни разумения, ни мудрости, ни знания (ср. Эккл 9:10).


32:36 Поэтическая гипербола, говорящая о таком истреблении народа, которое коснулось всего общества.


32:44 Так в LXX; масоретский текст: Осия.


32:46 Или: Наставления; см. примеч. к 1:5.


33:2 а) Букв.: их; LXX: нас. В своем стремлении создать у слушателей более полное представление о славе Завета-Союза, заключенного Богом с Израилем, Моисей описывает величие и славу, с которой Господь явился израильтянам у Синая, чтобы дать им Закон и стать их царем. Три географических наименования в предложении «Господь пришел / явил Себя с Синая... с Сеира... с гор Парана» не говорят о трех отдельных теофаниях (богоявлениях), а об одном явлении Бога у Синая. Подобно тому, как солнце при своем восходе озаряет своими лучами всё до далекого горизонта, так и слава Господа при Его явлении на Синае не была ограничена каким-то одним местом, ее лучи, отражаясь от соседних гор, озаряли народ израильский со всех сторон.


33:2 б) Возможно, в смысле «Закон, данный из среды огня». В этом переводе евр. эш дат взяты как два отдельных слова масоретского текста. Однако второе слово дат («Закон») встречается только в книгах Библии, написанных в более поздние времена. Поэтому некоторые переводы, принимая исправление, сделанное масоретами, так передают этот трудный для понимания и перевода стих: «Справа от Него вспышки молнии, их освещающие».


33:3 а) LXX: Он любит.


33:3 б) Так в LXX; масоретский текст: народы / племена (Израиля).


33:4 Букв.: собрания.


33:5 а) Букв.: Он.


33:5 б) См. примеч. к 32:15; то же в ст. 26.


33:8 а) Урим и туммим священные камни, предназначенные для определения воли Божьей. Вероятное значение этих слов: свет огня / освещение и полнота / совершенство; в LXX: проявление и истина.


33:8 б) Масса - испытание, искушение; Мерива - раздор, тяжба, спор.


33:19 а) По всей видимости, в пророчестве-благословении имеется в виду гора Божья в Иерусалиме.


33:19 б) Букв.: жертвы праведности; возможно, в знач. глубокого сожаления о грехах (ср. Пс 50:17).


33:19 в) Букв.: пески - скорее всего, речь идет об изготовлении стекла.


33:20 Возможно, это образ враждебного войска (рука) и его предводителей (голова).


34:2 Т.е. Средиземного моря.


34:6 Так в некоторых древн. пер., масоретский текст: Он (Бог) похоронил его.


…И там, если станете искать Господа, Бога вашего, - только тогда сможете найти Его, если возжелаете того всем сердцем своим и всей душою своей (4:29).

Второзаконие - это дошедший до нас через тысячелетия древний текст, по сути запись того, что престарелый Моисей лично (и фактически от первого лица) в последний раз сказал собравшимся перед ним израильтянам. Об этом мы узнаем из первой же фразы в этой книге: «Вот слова, с которыми обратился Моисей ко всему народу Израиля в пустыне, за Иорданом», то есть непосредственно перед торжественным входом израильтян в ханаанскую землю. Обстоятельства, в которых прозвучали эти слова, определенно отражаются на всем содержании книги. Говорящий на виду у всех - он уже не где-то на заднем плане, как в большинстве других частей Пятикнижия. Он обращается прямо к живой аудитории, включающей в себя не только тех древних слушателей, о которых идет речь в тексте, но и нас - слушателей современных.

Моисей использует последнюю возможность, чтобы приготовить как собравшихся перед ним людей, так и стоящих за ними, к новой жизни в стране, которую они получают во владение. А так как ему самому не суждено войти вместе с народом в ту страну, он хочет убедиться в том, что народ этот не забыл о своем Завете, Союзе с Богом. Ради этого Моисей произносит перед собравшимися и тщательно объясняет Божественные законы и наставления; и ради того же, по завершении его речей, они были записаны и составили эту книгу.

Русское название книги «Второзаконие» пришло к нам из Септуагинты, древнего греческого перевода Ветхого Завета, где еврейское выражение мишне ха-тора (17:18), означающее, собственно, «копия этого закона / наставления», было переведено как «второй закон» и этими словами была названа книга, но это название оказалось ошибочным: Второзаконие не содержит в себе второго закона. В книге дается толкование Закона Божьего, объявленного на Синае, и делается это уже для второго поколения израильтян, вышедших из Египта.

Во все века христиане и иудеи считали, что Второзаконие написал Моисей. (Речь идет о главах, содержащих законы, установления и их толкование.) И в наши дни это убеждение опирается на проходящее через книгу красной нитью богословское понятие о Союзе-Завете, на заявления самой книги о Моисее как авторе, а также на свидетельства писателей Нового Завета. Согласно иудейской традиции, запись о смерти Моисея была сделана Иисусом Навином.

Во Второзаконии голос Моисея, провозгласившего наказы, заповеди, законы и установления, в известной степени неотделим от голоса Самого Бога. Вот почему оправдано продиктованное Моисеем требование: ничто в будущем не должно быть добавлено к сказанному и ничто не может быть изъято из него (4:2). Следовательно, мы имеем дело с безусловно авторитетным текстом, с серией речей, которые, согласно пониманию того, кто их произнес, уже имели статус «Торы», то есть Наставления, полученного от Бога. Так Второзаконие впервые вводит в Священном Писании концепцию канона - связанной, непреложной части богодухновенных книг.

По мнению многих внимательных и вдумчивых читателей, в этой книге Моисея слились воедино и слова пророка из пророков, и речи великого законодателя, и его своеобразный «дневник», и наконец его трогательная лебединая песнь.

Скрыть

Мысли вслух: ежедневные размышления о Библии

 

Взгляд Моисея на свой народ, судя по словам Книги Второзакония, довольно пессимистичен. Он не сомневается, что раньше или позже отступничество станет фактом... 

 

Последние наставления Моисея Иисусу Навину и израильтянам заканчивают целую эпоху с истории ветхозаветной Церкви... 

 

Книга Второзакония завершается благословением Моисея, после которого следует заключительная сцена-эпилог. Это благословение напоминает благословение народа... 

Библиотека

Благодаря регистрации Вы можете подписаться на рассылку текстов любого из планов чтения Библии

Мы планируем постепенно развивать возможности самостоятельной настройки сайта и другие дополнительные сервисы для зарегистрированных пользователей, так что советуем регистрироваться уже сейчас (разумеется, бесплатно).